Имя материала: Лексикология английского языка

Автор: Харитончик Зинаида Андреевна

§ 5. словообразовательное значение. семантическая связь словообразования с другими подсистемами языка

 

Важнейшей отличительной чертой производных слов по сравнению с простыми, называющими предметы, явления, признаки реальной действительности прямо, непосредственно и являющимися их условными, произвольными знаками, является то, что производные слова для осуществления своей номинативной функции обращаются, как пишет Е.С. Кубрякова, к миру слов и выступая в качестве мотивированных сочетаний произвольных знаков, характеризуются свойством двойной референции – референцией к обозначаемым сущностям и референцией к языковым единицам, на базе которых строится производный знак. Подобно простым словам, производные обозначают, называют какие-то явления реальной действительности, и соответственно как отдельным наименованиям им присуще индивидуальное лексическое значение. Одновременно производные в отличие от простых слов обращены к миру слов; они связаны отношениями словообразовательной производности с другими словами и называют явление не прямо, а через соотнесенность с другой единицей, указывая тем самым на связь с другим явлением. Так, слова worker 'рабочий', driver 'шофер, водитель', singer 'певец' и др. обозначают лиц, но это обозначение в отличие от слов man 'мужчина', girl 'девушка', boy 'мальчик' строится на указании действий, которые данные лица производят. Значение слов girl 'девушка', woman 'женщина', с одной стороны, и poetess 'поэтесса', actress 'актриса', stewardess 'стюардесса' с другой, заключает в себе семы лица женского пола, но в значениях второго ряда слов эта сема эксплицитна и связывается с наличием в составе слов суффикса -ess, в то время как в словах girl, woman она скрыта И выявляется лишь в процессе компонентного анализа.

Связь производного с другим словом (словами) и на основании этой связи расчлененный способ представления его семантики через мотивирующие единицы выделяет производные слова из класса цельнооформленных слов и сближает их с более сложными единицами номинации – предложением и словосочетанием.

Использование уже существующих языковых единиц для образования производных слов обусловливает их формальную и семантическую зависимость от этих единиц и мотивированность. Производные предстают как единицы, содержащие в своей структуре и семантике отсылочную часть, повторяющую полностью или частично структурно-семантические свойства исходной единицы, и формирующую, или формантную, часть, отражающую ту формальную операцию, в результате которой было образовано производное слово, и ее семантические последствия. Благодаря мотивированности производные слова становятся в отличие от простых единицами с прозрачной внутренней формой, единицами выводимыми, значение которых можно расшифровать при обращении к источнику мотивации и установлении той семантической нагрузки, которую несет формальное преобразование исходной единицы. Именно поэтому семантически структура производного слова не элементарна, а представляет собой как минимум бинарную структуру, включающую семантическую информацию об источнике мотивации и смысле, или номинативном задании, формальной операции деривации.

Таким образом, вследствие специфики номинативного акта, приводящего к созданию производных слов, последние приобретают признак семантической расчлененности, семантической неэлементарности.

Соответственно для того, чтобы выявить действительно полно семантику производного слова, необходим такой его семантический анализ, в котором проводилось бы сопоставление производного слова с мотивирующим его высказыванием, составляющим его полное семантическое описание, или дефиницию. Построенная по особым правилам дефиниция должна включать в качестве своей составной части мотивирующее слово в определенной синтаксической позиции, указывать на характер его связи с обозначаемым предметом или явлением действительности и входить в определенную формулу мотивации, повторяющуюся для всей серии однотипных образований в одном словообразовательном ряду. Стремление именно к такому способу определения производных слов и вытекающее отсюда требование унификации описания производных находит определенное отражение в лексикографической практике. В большей или меньшей мере повторяемость слов или словосочетаний, так называемых идентификаторов, используемых для описания семантики производных одного и того же типа, имеет место в английской, русской, немецкой и т.д. лексикографической традиции. Ср., например, англ. recast 'переделывать, перерабатывать' cast again, recount 'пересчитывать' – count again, retry 'снова пробовать' – try again, рус. мечтатель – тот, кто предается мечтам, освободителъ – тот, кто освободил, освобождает кого, что-н. от гнете притеснения и т.д.

Обращение к семантическим свойствам источников мотивации помогает понять неоднородность дефиниций производных разного типа, выяснить, что из семантики мотивирующих единиц сохраняется в производном в явном или неявном виде, и, главное, определить суть и природу семантического компонента, необходимо присутствующего в значениях производных единиц. Данный семантический компонент представляет собой особый тип значения, отличающий производные слова от простых, и именуется словообразовательным значением (СЗ).

СЗ определялось лингвистами по-разному. Различные признаки СЗ: его внутрисловный характер, близость к грамматическим значениям, формальная выраженность, серийность, наличие классифицирующей функции и способность выступать в качестве таксономического средства в системе языка в целом и т.д. предопределили существование нескольких концепций СЗ – аффиксальной, в которой СЗ связывалось с наличием аффикса и отождествлялось ним (В.И. Максимов и др.), конфигурационных, в которых С3 определялось по конфигурации элементов в поверхностно наблюдаемой структуре (Б.Н. Головин, И.С. Улуханов и др.), комбинаторной, в которой СЗ устанавливалось на основе взаимодействия категориальных значений (П.А. Соболева) и т.д.

Однако ни одна из перечисленных концепций не позволял свести воедино описанные выше признаки СЗ в единую систему взаимосвязанных характеристик. Ономасиологический подход рассмотрение производных с точки зрения реализуемого ими номинативного задания, ориентация на динамику словообразовательных явлений позволили по-новому осознать сущность СЗ и дат ему принципиально отличающееся от предшествующих определение. Исходя из номинативного задания словообразовательного aкта, способа наречения и соответствующих ему операций, Е.С. Kyбрякова определяет СЗ как "сложноструктурированное значение называющее определенный тип отношения между определенными ролевыми структурами компонентов деривата: отношения, маркирующего один компонент производного как его базис, а другой как его признак и, следовательно, предопределяющего ту роль, которую играет в данном производном его отсылочная (мотивирующая) часть" (8, 102). Автор подчеркивает необходимость определить СЗ как называющее тип отношений между двумя категориальными значениями с обязательным указанием не только типа отношений, но и связываемых величин, одна из которых воспринимается в качестве ономасиологического базиса обозначаемого, а другая - его ономасиологического признака. СЗ возникают на определенном уровне абстракции при назывании члена одной ономасиологической категории через другую и предназначены для маркированного выражения главных понятийных категорий отдельных частей речи и дальнейшей формальной их детализации.

На уровне практического описания СЗ представляют собой трехчленные структуры, в которых указываются общие, категориальные характеристики: а) словообразовательного ряда производных, б) непосредственно их мотивирующих слов и в) связывающий их тип от-, ношения. Так, для сложных слов типа pond-lily 'лилия в пруду', garden-party 'прием гостей в саду' и им подобных СЗ можно идентифицировать как "то, что обозначено одной производящей базой, выступающей в производном слове в качестве ономасиологического базиса и определяющей его семантическую и частеречную принадлежность (lily, party), происходящее, имеющее место (тип отношений) там, где обозначено второй производящей базой (pond, garden), {роль которой сводится к ономасиологическому признаку, уточняющему, модифицирующему определенным образом (т.е. согласно устанавливаемому типу отношений) ономасиологический базис."

Несомненно, что для СЗ чрезвычайно важны все три компонента, его составляющие, ибо тип отношений, зачастую выступающий как скрытый компонент в семантике производного слова, детерминируется в значительной степени тем, несут ли производящие базы значение процессуальности, или предметности, или качества, и даже тем, к какому семантическому разряду предметности, процессуальности или качества они принадлежат, а также категориальными свойствами конечного результата деривации – самого производного. Формулы СЗ могут быть различными. Они должны отражать лексико-грамматические свойства производного слова и мотивирующей его единицы и строятся с помощью особого метаязыка, включающего наборы слов-идентификаторов для каждой части речи ("предмет", "процесс", "качество" и т.д., или их более уточненные и модифицированные варианты типа "событие", "вместилище", "место", "деятель" и др.). Формула СЗ включает также отношение, являющееся важнейшей составной частью СЗ и идентифицируемое с помощью особой группы слов, многие из которых глаголы, обозначающие наиболее общие типы связей (например, иметь, находиться, состоять из, вызывать (каузироватъ), относиться (иметь отношение к) и т.д.). Список слов-идентификаторов СЗ г лексикографическом описании производных слов достаточно велик и разнообразен, и поэтому одной из ключевых проблем определения СЗ становится: а) выявление самых общих и объединяющих все другие идентификаторов; б) определение атомарности, или элементарности, идентификатора и соответственно отдельности С3 и в) выбор таких идентификаторов, которые обеспечили бы общее и естественное описание СЗ.

Различная степень обобщенности типов отношений и тем самым самих СЗ, с одной стороны, и различные уровни абстракции и" определения, с другой, детерминируют иерархическую упорядоченность системы СЗ, в которой общие СЗ уточняются и конкретизируются рядом частных СЗ. Так, в системе производных прилагательных английского языка наряду с таким чрезвычайно обобщенные СЗ, как "относящийся к тому, что обозначено производящей базой' (идентификаторы of or relating to), выявляемым в семантике производных типа economic 'экономический', cultural 'культурный', соlour-blind 'не различающий цветов', имеется и ряд частных СЗ типа "предназначенный, годный, подходящий для того, что обозначено производящей базой" (идентификаторы for, meant for, suitable for) в производных eatable 'съедобный', kingly 'королевский', summery 'летний' и др., "сделанный, состоящий из того, что обозначено про изводящей базой"(идентификатор made of) в производных wooder 'деревянный', golden 'золотой', woollen 'шерстяной' и т.д.

Анализ общих и частных СЗ в системе основных частей речи приводит к мысли о возможности исчисления СЗ по матрице, в ко торой будут зафиксированы все возможные комбинации категориальных значений. Более того, как показывают наблюдения, сие тема СЗ той или иной части речи определенного языка оказывается конечной и ограниченной сравнительно небольшим списком значений.

Конечность и ограниченность этой системы не следует понимать в том смысле, что с помощью словообразовательных средств той или иной части речи вообще можно выразить ограниченное число значений. Сравнение лексических систем разных языков показывает, насколько широким и разнообразным может быть набор словообразовательных, в особенности частных словообразовательных, значений (ср. значения единичности (виноградина, соломина и т.д.) или "мяса" (баранина, свинина, телятина и т.д.), выражаемые в русском языке с помощью словообразовательных средств, и отсутствие таковых в системе английского языка) или значения продукта (1еmonade 'лимонад', orangeade 'апельсиновый напиток'), стиля, манеры речи (journalese 'газетный стиль', telegraphese 'телеграфный стиль') в современном английском языке. Речь идет о том, что сложившаяся в определенном языке словообразовательная система Направлена на выражение определенных и исчисляемых для данного языка СЗ, конечность которых диктуется принципиальной ориентацией словообразования, как правило, на обозначение достаточно обобщенных, грамматикализованных значений. Конечность и ограниченность списка СЗ, наконец, определяются тем, что в него входят лишь значения, закрепленные в языковой системе и основанные на наиболее регулярных и поэтому предсказуемых типах отношений, фиксируемых в семантике производных слов. Будет верным, однако, сказать, что, исчисляя эти значения, мы тем не менее не исчерпываем всех возможных типов отношений, которые могут назвать и называют производные слова в речевых контекстах. Информационные ресурсы производных в речи чрезвычайно велики, и относительно производных прилагательных это убедительно продемонстрировала Е.А. Земская на примере, словосочетания автомобильные деньги в русском языке, которое может иметь в зависимости от контекста значения "деньги, накопленные на покупку автомобиля", "деньги, полученные за продажу автомобиля", "деньги, забытые в автомобиле", "деньги, найденные в автомобиле" и т.д. Аналогичная картина существует и в системе производных слов современного английского языка. По наблюдениям П.Даунинг, Дж.Леви и др., отношения, выражаемые производными, в .частности сложными, словами, многообразны, но их вариативность не бесконечна. Иначе говоря, среди огромного многообразия отношений, передаваемых производными словами в речи, можно и важно выделить наиболее типичные, отстоявшиеся в языковой системе и зафиксированные, как правило, в словарных дефинициях производных. Определение данных типов отношений, детерминирующих систему СЗ того или иного языка, и составляет основную задачу описания словообразования.

Для изучающих иностранный язык значимым является, однако, не только факт конечности и ограниченности СЗ языка, но и высокая степень обобщенности СЗ, благодаря которой многие СЗ оказываются универсальными (например, значения "подобия", "наличия", "каузации", "цели", "принадлежности", "локативности", "темпоральности" и т.д.).

Как следствие универсальности СЗ в разных языках возникает коррелятивность словообразовательных категорий (ср., например, категорию деятеля в английском и русском языках, многие члены которой в этих языках семантически эквивалентны и структурно аналогичны: teacher – учитель, reader – читатель, writer – писатель и т.д.), что значительно облегчает поиск необходимого выражения при переводе с одного языка на другой.

Еще одним чрезвычайно значимым следствием универсальности СЗ является общность семантических категорий, связующих семантически морфологию (формообразование), словообразование и синтаксис. Ученые разных времен и разных направлений не могшие заметить тесной связи словообразования с грамматикой (как морфологией, так и синтаксисом). По мере развития лингвистической мысли стало ясно, что связь словообразовательной деривации с морфологической и синтаксической органичная, многосторонняя и глубокая. Ее истоки кроются в семантической направленности словообразовательных процессов, в способности словообразования, как указывает Е.С.Кубрякова, развивать и уточнять, а иногда как бы и дублировать грамматические значения (и это сближает морфологию и словообразование). Одновременно принципиальная ориентация словообразования на выражение тех же типов отношений, которые составляют семантику синтаксиса, образует фундамент для тесного взаимодействия словообразования с синтаксисом.

Корреляция словообразовательных значений с грамматическими особенно очевидна в языках с развитой морфологией, в которых как отмечал В.В.Виноградов, "ряд грамматических категорий как бы поддерживается, семантически обогащается и дифференцируется системой словообразования" (1, 66). Так, в современном русского языке грамматические значения числа, рода и т.д. в системе имен существительных тесно связаны со словообразовательными значениями единичности (например, картофелина, горошина, росинка и другие), множественности, или собирательности (например, cолдатня, инженерия, вишняк и т.д.), женскости (например, крановщица, обладательница, соседка, монашенка) и другими. В английском языке, равно как и в русском, в сфере отадъективных прилагательных словообразование как бы повторяет грамматическую категорию степеней сравнения, градуируя и определенным образом располагая обозначаемые производными единицами свойства на шкале интенсивности признака (ср.: англ. hypersensitive 'сверхчувствительный', underripe 'недозрелый', biggish 'великоватый', longish 'длинноватый' и т.д., рус. большущий, здоровенный, длиннющий, сверхважный, премилый, синеватый и т.д.). Отглагольные прилагательные также демонстрируют тесную связь грамматических и словообразовательных категорий, ибо формирование словообразовательных значений в этой лексической подсистеме дериватов концентрируется в основном вокруг кардинальных для глагола грамматических значений залога и модальности. Словообразовательные значения отглагольных прилагательных есть лишь различные сочетания категориальных признаков активного или пассивного действия, реального, возможного или желаемого действия. Ср. значения "выполняющий то, что обозначено производящей основой' и "способный выполнить то, что обозначено производящей основой", в которых сочетаются признаки активного и реального или "возможного действия (англ. trembly 'дрожащий', mournful 'печальный, скорбный', neglectful 'невнимательный', prohibitive 'запрети-* тельный', рус. лежачий, кусачий, пахучий, раскидистый, освежительный, оскорбительный и т.д.), ср. также значение "могущий быть выполненным", в котором сочетаются признаки пассивного и возможного действия (напр,, англ. allowable 'позволительный', deci-'pherable 'поддающийся расшифровке,'recognizable 'могущий быть узнанным', curable 'излечимый' и др.; рус. приемлемый, проходимый, познаваемый, съедобный и многие другие). Соединение этих категорий и модификация их по линии отрицания и типу модальности и дают ту гамму словообразовательных значений, которую фиксируют  отглагольные прилагательные. Таким образом, значения, выражаемые глаголом грамматически, находят отражение и в сфере словобразования, но здесь они получают иную, скрытую форму выражения и выступают в роли характеризующих значений отглагольных адъективных слов.

Многочисленные примеры корреляции грамматических и словообразовательных значений в других языках также свидетельствуют о наличии тесной и неразрывной связи морфологической и словообразовательной деривации и, более того, о возможной детерминированности словообразовательных значений набором грамматических значений того или иного языка. В английском языке, например, языке аналитического строя с присущей ему несколько иной по сравнению с русским языком системой грамматических категорий, набор словообразовательных значений также оказывается несколько иным. Возможно, что отсутствие грамматической категории рода в английском языке значимо для системы словообразования: производные со значением женскости в ней немногочисленны и большинство из них - заимствования типа дериватов Parisienne 'парижанка', cosmonette 'женщина-космонавт' и др.

Тесная и неразрывная связь грамматических и словообразовательных значений не означает, однако, на наш взгляд, прямых, непосредственных причинно-следственных отношений между ними. "- Установление жесткой зависимости между морфологией и словообразованием было бы, по-видимому, упрощением или даже искажением действительного процесса становления языковых категорий. В то же время выражение в словообразовании смыслов, уже выделенных языковым сознанием и зафиксированных в виде грамматических значений, представляет несомненный интерес как для понимания речемыслительной деятельности человека, так и для понимания функционирования самой системы словоообразования.

В литературе неоднократно подчеркивалось, что избыточность словообразовательных средств лишь кажущаяся, ибо роль словообразовательных процессов разного типа не сводится, как отмечал В.В, Виноградов, Е.С. Кубрякова и другие исследователи, к простому повторению грамматических значений, а заключается в определенной дифференциации, уточнении этих значений, в придание каких-то дополнительных свойств производным единицам по сравнению с соответствующими грамматическими формами непроизводных слов. Показателен в этом плане анализ производных прилагательных в современном английском языке, в частности отадъективных прилагательных со значениями уменьшительности и увеличительности. В семантике этой группы английских дериватов имеет место модификация исходного признака относительно степени его проявления, т.е. осуществляется как бы повторение грамматической категории сравнения. Однако, приближаясь по своим смысловым заданиям к этой грамматической категории, словообразовательные процессы отличаются от соответствующего процесса морфологической деривации тем, что, располагая признак в той или иной точке шкалы, они одновременно абсолютизируют указанную степень интенсивности признака, делают ее самодостаточной, что и обеспечивает возможность самостоятельного употребления производных слов данного типа. Иначе говоря, производные прилагательные, указывающие на ту или иную степень признака, не требуют, в отличие от прилагательных в сравнительной или превосходной степени, обязательного контекста, явного или подразумеваемого, или фона сравнения. Ср. Не was tallish and slender 'Он был довольно высокого роста и строен'. Другим отличием данного словообразовательного процесса в английском языке от коррелятивного ему образования степеней сравнения является то, что модификация исходных, производящих единиц по линии интенсивности признака может приобрести вид усложненной модификации, которая приводит в конечном итоге к созданию нового признака на основе уточнения степени исходного признака, т.е. к обозначению производным несколько иного по сравнению с модифицируемым признака. Ср. прилагательные типа superhuman 'сверхчеловеческий', underdeveloped 'недоразвитый' и другие в английском языке, употребление которых с наречиями или даже возможность образования степеней сравнения индицируют наличие нового признака. Более глубокое изучение отдельных ономасиологических категорий и соотношения различных средств их номинации, несомненно, дадут богатый материал, позволяющий более тонко дифференцировать коррелятивные словообразовательные и грамматические категории. Ясно, однако, что, тесно взаимодействуя с морфологической деривацией, словообразовательные процессы не только дополняют, развивают и дифференцируют те или иные значения, выражаемые в языке с помощью морфологических категорий, но осуществляют изменение формы репрезентации того или иного значения. В ходе словообразовательных процессов имеет место, и это, как нам кажется, чрезвычайно важно, перевод или переход значений с поверхностного уровня репрезентации на уровень глубинных, скрытых категорий (ср. сохранение глагольных грамматических значений в отглагольных прилагательных) или же, наоборот, объективация глубинных, скрытых значений на уровне поверхностных структур (ср. актуализацию значения женскости в производных словах русского языка).

Не менее тесна связь словообразования с синтаксисом. Особенно очевидна она в сфере сложных слов, в которых соположение единиц, выступающих в роли производящих, призвано не только создать новое, комплексное наименование, но и (это одно из условий процесса порождения) отразить определенные отношения между сополагаемыми величинами. Не случайно, что теории, в которых наиболее четко выкристаллизовалась идея о связи синтаксиса и словообразования, оперировали в качестве материала для доказательства своих постулатов именно сложными словами. Однако с более глубоким проникновением в семантику синтаксических отношений, с одной стороны, и семантику словообразования, с другой, стало возможным и более глубокое понимание оснований связи этих важнейших аспектов языковой системы. Оказалось, что словообразование близко синтаксису не только потому, что сложным и, шире, производным единицам, состоящим из ономасиологического базиса и ономасиологического признака, присущи те же Типы синтаксических связей между их компонентами, что и в предложении, тот же динамизм и расчлененность представления. Изучение коммуникативных функций языковых явлений вскрыло взаимодополнительность двух языковых подсистем – синтаксиса и словообразования – при наличии кардинальных различий между ними, позволило увидеть в словообразовании мощное средство, с помощью которого осуществляется перекатегоризация лексических единиц, универбализация сложных синтаксических конструкций в целях определенной темо-рематической организации текста, придания словам новых синтаксических ролей, компрессии информации в минимальных поверхностных структурах и выполнение ряда других функций. Главное же, думается, в том, что в основе словообразования, ориентированного, как подчеркивалось выше, на выражение обобщенных, грамматикализованных значений, лежат те же семантические категории, которые являются основополагающими и для синтаксиса. Классическим примером отражения в словообразовании синтактико-семантических отношений стали значения агенса, пациенса, локатива, инструмента и другие, которые закрепляются в системах производных единиц с помощью словообразовательных средств и воспроизводят на уровне поверхностных структур падежную рамку предиката. Соответственно получает право на существование и рассмотрение производного слова как "формы производящего (разрядка наша. - З.Х.), призванной кодифицировать внутрисловными средствами наличие и общезначимость тех его семантико-синтаксических свойств, которые определяют функционирование производящего в тексте" (2, 3). Перечень словообразовательных значений отсубстантивных прилагательных, например, в английском и русском языках также убеждает в направленности словообразования на выражение тех или иных связей, которые устанавливаются между именами предметов в предложении. Однако в этом случае значения "подобия", "наличия", "каузации", "цели", "локативности", "темпоральности" и другие переводятся на уровень глубинных структур и предстают как сохранение или скрытое уточнение связей, устанавливаемых между двумя наименованиями предметов, один из которых выступает по отношению к другому в роли атрибута.

Таким образом, анализ корреляции процессов словообразовательной и синтаксической деривации выявляет как общность семантических категорий, значимых и для синтаксиса и для словообразования, так и своеобразное их преломление в сфере словообразования. И в этом случае словообразование не просто повторяет значения, организующие синтаксическую систему языка, не только осуществляет перекатегоризацию лексических единиц, придавая им иной синтаксический статус, но одновременно выполняет функцию перевода содержания с поверхностного уровня на глубинный и наоборот, представляя те или иные смыслы в эксплицитной или имплицитной форме.

В свете вышеизложенного правомерно заключение, что словообразование в целом выступает как процесс, в котором имеет место объективация смыслов, скрытых на других языковых уровнях, и представление в виде скрытых тех значений, которые выступают на других уровнях языка в явном виде.

 

КОНТРОЛЬНЫЕ ЗАДАНИЯ

 

Определите преимущества словообразования как способа вторичной номинации.

Приведите примеры несовпадения морфемной и словообразовательной структур слов в современном английском языке.

Назовите главные различия морфемного и деривационного анализа слова и соотнесите их с позициями говорящего и слушающего в процессе коммуникации.

Определите роль словообразовательных процессов в пополнении словарного фонда английского языка.

Назовите основные функции словообразования. Назовите основные признаки производного слова и его отличия от простого слова.

Определите языковые единицы, которые могут выступать в современном английском языке в качестве производящих для производных слов, и преобразования, которым они подвергаются в ходе словообразовательных процессов.

Назовите основные типы производных слов. Определите кардинальное свойство отношений словообразовательной производности, отличающее их от отношений формальной производности.

Назовите основные классификационные единицы словообразовательной системы.

Перечислите основные характеристики словообразовательного гнезда, семьи слов, лексического гнезда и трудности определения принадлежности слов к этим классам.

Постройте графы словообразовательных гнезд, в вершине которых стоят слова father, run, green и сопоставьте их с графами русских эквивалентов.

Найдите примеры словообразовательных цепочек, словообразовательных парадигм и словообразовательных категорий в современном английском языке.

Назовите параметры измерения функциональных характеристик производных слов и их классов и выскажите свою оценку существующих их определений.

Дайте свое понимание свойства двойной референции производных слов.

Определите роль словообразовательных моделей и особенно словообразовательного значения производных в процессе изучения иностранного языка.

Приведите примеры, доказывающие семантическую связь словообразования с морфологией и синтаксисом.

 

ЛИТЕРАТУРА

 

1. Виноградов В.В. Словообразование в его отношении к грамматике и лексикологии//Вопросы теории и истории языка. – М., 1952.

2 Гинзбург Е.Л. Словообразование и синтаксис. - М., 1979

3. Головин Б.Н. Замечания к теории словообразования //Уч. Зап. Горьковск. гос. ун-та .Вып. 76. Сер. Лингвистическая, 1967.

4. Земская Е.А. О парадигматических отношениях в словообразовании // Русский язык: Вопросы его истории и современного состояния, - М., 1978.

5.3емская Е.А. Современна русский язык: Словообразование. - М„ 1973.

6. Ковалик И.И. Вопросы словообразования имен существительных восточнославянских языков в сравнении с другими славянскими языками: Автореф. дис. .. докт. филол наук.—Львов, 1961.

7. Кубрякова Е.С. Что такое словообразование. - М., 1965.

8. Кубрякова Е.С. Типы языковых значений: Семантика производного слова. – М.,1981.

9. Кубрякова F.C., Соболева П.А О понятии парадигм в формообразовании и словообразовании // Лингвистика и поэтика. – М., 1979.

10. Перева А.В. Система суффиксации в современном английском языке.-Авто-реф. дис.... канд. филол. наук. — М., 1976.

11. Полюжин М.М. Особенности функционирования системы префиксации в современном английском языке.-Автореф. дис. ... канд. филол. на/к. - М., 1976.

12. Селиверстова О.Н. Второй вариант классификационной сетки и описание некоторых предикатных типов русского языка // Семантические типы предикатов. - М., 1982.

13. Соболева П.А. Моделирование словообразования // Проблемы структурной лингвистики. — М., 1972.

14. Тихонов А.Н. Проблемы составления гнездового словообразовательного словаря современного русского языка. – Самарканд, 1971.

15. Филлмор Ч.Дж Дело о падеже // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 8. Лингвистическая семантика. —М., 1981.

16. Харитончик З.А. О словообразовательной парадигме (на материале прилагательных современного английского языка) // Романское и германское языкознание. – Мн.,1979.

17. Хидекель С.С. Система словообразования в современном английском языке // Лингвистика и методика в высшей школе. — М., 1974.

18. Янко-Триницкая Н.А. Закономерность связей словообразовательного и лексического значений в производных словах // Развитие современного русского языка. – М., 1963.

19. Brekle H.E. Reflections on the Conditions for the Coining, Use and Understanding of Nominal Compounds // Proceedings of the 12th International Congress of Linguists. – Innsbruck, 1978.

20. Dokulil  M. Tvoreni slov v cestine. – Praha, 1962.

21. Lees R. The Grammar of English Nominahzations. - Bloomington, I960.

22. Malkiel J. Genetic Analysis of Word-Formation // Current Trends in Linguistics. – Vol. 3. – The Hague, 1966.

23. Marchand H. Studies in Syntax and Word-Formation. – Munchen, 1974.

24. Warren В. Classifying Adjectives. – Goteborg, 1984.

25. Weisgerber L. Vierstufige Wortbildungslehre // Muttersprache. – 1964.-NO. 74.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 |