Имя материала: Теория и история налогообложения

Автор: Майбуров И.А.

Глава 4 теории распределения налогового бремени

 

Рассмотрены теоретические аспекты равномерности налогообложения и проанализированы взгляды различных ученых по указанному вопросу. Кроме того, в достаточно сжатом и лаконичном виде аккумулированы наиболее интересные теории в сфере налогообложения по рассматриваемой проблематике: эмпирическое статистическое, аналитическое направления теории налогового бремени.

 

Принцип равномерности налогообложения претерпел сложную эволюцию, которую можно проследить в истории финансовых взглядов по данному вопросу.

Проблему теоретического осмысления тяжести налогового бремени, способов ее исчисления и установления определенного предела, выше которого не следует поднимать налоги, пыталось решить не одно поколение экономистов. Три последних столетия лучшие умы стремились отыскать мерило тяжести этого бремени, его разумные границы, но, как и в большинстве других проблемных вопросов, не добились однозначно удовлетворительных результатов.

Неудачи обусловливались рядом тормозящих факторов, в числе которых следует выделить неразработанность статистической науки, ее инструментария и массива наблюдений, а также нерешенность проблемы переложения налогов. Лишь в XX в. ученые отошли от эмпиризма и констатации в данном вопросе, вплотную подойдя к научному обоснованию равномерности налогообложения и определения верхних и нижних пределов налогового бремени.

Распространенным считается мнение, что стержень теории налогового предела (налогового бремени) составляет исключительно обоснование А. Лаффером взаимозависимости величины налоговых ставок и объема налоговых поступлений, так называемой «кривой А. Лаффера». Нисколько не пытаясь умалить ее достоинств, думается, однако, что такие утверждения не соответствуют исторической действительности.

Эмпирическое направление теории налогового бремени

Первым в середине XVIII в. оформилось эмпирическое направление данной теории. Его приверженцы пытались эмпирическим путем, основываясь на исследовании доли изымаемых в виде налогов средств в национальном доходе разных стран, обосновать универсальные нижние и верхние пределы налоговых изъятий, которых следует придерживаться всем правительствам.

Так, известный финансист И. Юсти (1717—1771) убежденно доказывал, что нормальным будет бюджет, расходующий 1/g национального дохода, большие изъятия причинят вред народному хозяйству. П. Леруа-Болье критиковал ученых за попытку определить низший размер налога исходя из удовлетворения государством минимальных потребностей, а высший — из максимальных потребностей, удовлетворение которых государство будет осуществлять эффективнее, чем отдельные лица. Обосновывая, что такие потребности крайне трудно определить, он считал целесообразным эмпирическое установление верхнего и нижнего пределов налога. По его наблюдениям, «такими пределами служат 5 или 6\% общественного дохода внизу и 12 или 14\% вверху. Если страна и переносит налог выше 14\% общественного дохода, то возрастание богатства замедляется, свобода промышленности и даже личная свобода граждан подвергаются опасности»1.

Научная «близорукость» эмпирического подхода очевидна. Не видя связи этих пределов с уровнем экономического развития разных стран, пренебрегая их подвижностью в зависимости от каких-либо факторов, исследуя данный вопрос в статике, а не в динамике, данный подход был обречен на резкую критику и неприятие рекомендуемых пределов. «О подобных исчислениях, — пишет в 1865 г. австрийский финансист К. Гокк, — можно сказать то же самое, что и о вычислении пределов атмосферы».

 

Статистическое направление теории налогового бремени

1 Исаев А.А. Указ. соч. С. 162.

В XIX в. оформилось статистическое направление данной теории. Его последователи, оперируя более совершенными статистическими данными и выводами о переложении налогов, во многом учли промахи своих предшественников. Именно в рамках этого направления сосредоточилось большинство исследований вплоть до середины

XX в., предложивших ряд плодотворных идей и обоснованных для того времени расчетов.

Было сформулировано положение, что верхние пределы налогового бремени не могут быть универсальными для разных стран. Они должны определяться двумя основными факторами:

 

уровнем их экономического развития (достатка граждан);

характером расходов бюджета.

Русский финансист И. Горлов в отношении первого фактора писал следующее: «По богатству промышленности, образованности и многочисленности народа величина 25\% может быть до бесконечности различна и потому иногда достаточна, иногда недостаточна для государственных издержек. Также богатый народ может жертвовать в некоторых обстоятельствах более четверти своего дохода без большого обременения, а бедный народ часто не может давать и четверти без совершенного расстройства»1.

1 Горлов И. Теория финансов. Казань. 1841. С. 234.

Влияние второго фактора убедительно обосновал немецкий экономист А. Вагнер (1835—1917). По его мнению, чем большую экономическую ценность имеют государственные услуги, т.е. чем больше они содействуют развитию производительных сил, тем выше могут быть государственные расходы, а следовательно, и налоговые изъятия в отношении к национальному доходу.

Была аргументирована закономерность неизбежного увеличения государственных расходов и верхних пределов налогового бремени по мере социально-экономического развития страны. В то время как Американский экономист X. Адамс отстаивал мнение о темпах такого увеличения, соответствующих темпам экономического роста, А. Вагнер обосновывал положение об ускоренном увеличении государственных расходов темпами, превышающими экономический рост. Данная закономерность, получившая впоследствии название «закона Вагнера», была выведена им из статистических наблюдений за долгосрочной динамикой государственных расходов в странах — лидерах экономического развития. Вагнер доказывает, что ускоренный рост общественных затрат и соответственно увеличение возможных пределов обобществления национального дохода посредством налогов не зависят от политической или социальной природы общества, а задаются самой природой современной индустриальной экономики. Именно в усложнении экономической жизни, по Вагнеру, следует искать причины расширения правительственных функций, роста государственных расходов и увеличения налогов.

3. Была обоснована необходимость различия налогового бремени (его пределов) в целом для народного хозяйства либо для отдельнъа хозяйств, различных слоев населения и на душу населения. Понимание того, что эти показатели будут далеко не тождественными, явилось важным достижением данной теории, стимулировавшим разработку соответствующих методик исчисления налогового бремени. На этих методиках следует остановиться подробнее.

Исчисление налогового бремени на народное хозяйство в целом особых методических проблем не вызывало. Был задействован подход, хорошо апробированный еще в рамках эмпирического направления, суть которого заключалась в отнесении фактически собранной суммы всех налогов и сборов в стране к ее национальному доходу. Этот простой подход всегда доминировал в практике расчетов. Данный статус сохранил он и в наши дни, только в качестве знаменателя теперь используют показатели валового внутреннего продукта (ВВП).

Исчисление налогового бремени на население всегда вызывало наибольшие методические сложности. Многие экономисты вообще говорили о невозможности точных абсолютных исчислений налогового бремени по отдельным группам населения ввиду невозможности квалиметрирования сумм налогов, падающих в результате переложения на каждую такую группу. Поэтому теория далее пошла в основном по пути разработки способов исчисления сравнительной тяжести обложения на все население.

Э. Селигман предложил подход, согласно которому тяжесть налогов следует исчислять отношением средних подушных норм уплачиваемых налогов к подушным нормам национального дохода. В авторской интерпретации наиболее узким местом был числитель данного соотношения. Невозможность исчисления фактически уплачиваемых населением налогов приводила к тому, что подушная норма считалась по всему кругу налогов, часть бремени которых несли хозяйствующие субъекты. Подобный расчет давал не что иное, как макроэкономическое отнесение налогов к национальному доходу.

Его идею использования подушных норм развила Г.Г. Соловей, которая в 1928 г. предложила исчислять абсолютную тяжесть обложения, вычитая из подушной нормы национального дохода подушную норму собранных налогов. Обоснование целесообразности абсолютных исчислений простое. Сравнительных (процентных) данных недостаточно: при одинаковой доле налоговых изъятий в национальном доходе налоговое бремя более тяжело для населения стран с меньшей нормой национального дохода, нежели для населения с более высокой нормой (табл. 4.1).

Например, в 1913 г. при одинаковом удельном показателе приблизительно в 11,5\% налоговое бремя в России было в три раза тяжелее, чем в Германии и почти в пять раз тяжелее, чем в Англии.

Ряд немецких и, в особенности, русских финансистов (П.В. Ми-келадзе, В.П. Строгий и др.) предложили подход, учитывающий возврат налоговых платежей плательщикам в виде государственных услуг (здравоохранения, пенсионного обеспечения и т.п.) и расходование средств прожиточного минимума из подушной нормы национального дохода. Этот подход предусматривал получение относительных показателей налогового бремени. В числителе искомого соотношения из суммы всех собранных налогов вычиталась сумма возвратных платежей государства частным лицам в расчете на душу населения. Его знаменателем являлся свободный доход: из подушной нормы национального дохода вычитался прожиточный минимум (минимально необходимый бюджет человека). Соответствующие расчеты (последняя графа табл. 4.1) повторяли динамику отнесения налогов к национальному доходу, но показывали большие величины налогового бремени.

Увязка в рамках статистического направления положений теоретического анализа с методическим обеспечением количественного выражения тяжести обложения заметно продвинула теорию налогового бремени. Но на вопрос: каковы верхние границы налоговых изъятий, теория не могла дать аргументированный ответ.

Доминировали экспертные оценки, которые, как и эмпирическое направление данной теории, шли от практики. В 1903 г. А. Синх, автор исследования налогового бремени, отмечал 15—16\% налоговых изъятий в национальном доходе как верхний предел, за которым дальнейшее повышение налогов казалось просто невозможным. До начала Первой мировой войны ни одна страна не превысила его: налоговая нагрузка на экономику в европейских странах не превышала 11—13\% ( см. табл. 4.1). Война вызвала в них беспрецедентный рост военных расходов, покрывавшихся за счет повышения налогов, заимствований и эмиссии денег. Эта война привела не только к появлению значительного долга у стран-участниц, которые нужно было обслуживать, но и к всплеску социальной солидарности, необходимости финансировать развитие здравоохранения, образования. Данные обстоятельства не позволяли снижать повышенные в период войны ставки налогов, хотя в США и Англии подобные попытки все же предпринимались, но безуспешно. Вера в незыблемость и возможность установления верхних пределов налоговых изъятий значительно пошатнулась: к 1937 г. налоговая нагрузка в среднем по развитым странам возросла до 22,8\%, вдвое превысив довоенный уровень.

Вторая мировая война аналогичным образом выводит налоговую нагрузку на качественно иной уровень: после ее окончания взята планка в 30\%. 1950—1970-е гг. — период восстановления европейской экономики на современной технологической основе и беспрецедентных темпов ее роста. Повсеместно вводятся дополнительные налоги, в том числе НДС и налоги на заработную плату, финансирующие новую систему социального страхования. Налоговая нагрузка на экономику продолжает увеличиваться.

В Европе активно формируется модель государства всеобщего благосостояния или социалистического капитализма. Именно в это время складывается представление о безграничных возможностях государства через налогообложение мобилизовыватъ доходы и перераспределять ВВП, не нанося при этом ущерба экономическому развитию. Ученые и практики постоянно оперируют справедливостью закона А. Вагнера. Как замечает Е.Т.Гайдар, неудивительно, что с начала Первой мировой войны и до 1970-х гг. «тезис о существовании верхних границ налогообложения окончательно вышел из употребления, а его использование стало опасным для профессиональной репутации»1.

1 Гайдар Е. Государственная нагрузка на экономику // Вопросы экономики. 2004. № 9. С. 15.

Следует отметить, что безудержный рост налогового бремени в развитых европейских странах не воспроизводится в англосаксонском мире (США, Великобритании, Австралии), но оказывает сильное влияние на них. Налоговая нагрузка в этих странах хотя и меньшими темпами, но также возрастает (табл. 4.2).

Послевоенное форсированное увеличение налоговой нагрузки вызывает в странах с традиционно либеральной экономической политикой значительную обеспокоенность. Именно в этих странах и возобновляются исследования пределов налоговых изъятий, обосновывающие объективность шумпетеровской версии возможного кризиса «налогового государства»1. Данные исследования наиболее системно были реализованы в 1970-х гг. в рамках теории экономики предложения, одним из разработчиков которой стал американский экономист А. Лаффер.

Аналитическое направление теории налогового бремени

Без преувеличения можно утверждать, что А. Лаффером было создано аналитическое направление данной теории. Заслуга А. Лаф-фера заключается в том, что благодаря его работам теория налогового бремени, наконец, приняла вид целостной научной концепции. Его выводы, сделанные в преддверии масштабных финансовых кризисов в Европе периода 1980-х гг., обратили внимание политических элит и убедили их в существовании верхних пределов налогообложения, опасности приближения к ним.

А. Лаффер продемонстрировал связь между величиной ставок налогов и объемом налоговых поступлений, показав, что более низкие ставки несут в себе способность не столько текущего уменьшения поступлений, сколько потенциал будущего их увеличения. Иллюстрацией этой связи служит зависимость величины налоговых ставок и объема налоговых поступлений, широко известная в теории под названием «кривая А. Лаффера» (рис. 4.1). На оси абсцисс здесь нанесена величина ставки налога, но может приводиться величина эффективной совокупной налоговой ставки либо величина налоговой нагрузки на экономику — общий вид зависимости от этого не изменится.

1 В 1940-х г. известный австрийский экономист Й. Шумпетвр (1883—1950) в числе первых предупреждал о возможном кризисе «налогового государства», в котором рост возможностей государства мобилизовывать доходы вызывает увеличение социальных обязательств и чрезмерный рост налогового бремени, что рано или поздно окажется несовместимым с экономическим ростом. Опасения Й. Шумпетера сбылись к 1980-м гг.

Согласно этой зависимости увеличение налоговой ставки до

уровня rmax будет обеспечивать увеличение, хотя и все более замед-

ляющимися темпами, налоговых поступлений до максимально воз-

можной величины их           В диапазоне r(j)aKT < rmax, именуемом

нормальной зоной шкалы ставок налогов, побудительные мотивы

экономических агентов серьезно не ущемляются, заинтересованность в легальной экономической деятельности, а следовательно, величина налоговой базы уменьшаются значительно медленнее, чем возрастает ставка.

Соответственно налоговые поступления возрастают. Превышение верхнего предела этой ставки — rmax, т.е. нахождение налоговой

ставки в диапазоне Гфакт > rmax, именуемое запретной зоной шкалы,

у экономических агентов снижает стимулы к легальной деятельности. Производство сокращается, уменьшаются налоговая база и объем налоговых поступлений. Происходит перемещение производства ВВП в теневой сектор экономики, свободный от налоговых обязательств. Нахождение налоговой ставки в запретной зоне является «налоговой ловушкой».

Таким образом, один и тот же объем налоговых поступлений

(#2 = Щ) обеспечивается при разных ставках налога (Гфакт и Гфакт

соответственно). Но при этом более низкие налоговые ставки предпочтительнее. Они ориентированы на перспективу, поскольку не подавляют предпринимательскую активность экономических агентов, позволяют им осуществлять инвестиции и расширять производство. Через определенное время дополнительный объем производства увеличит базу обложения, что обеспечит прирост налоговых поступлений.

Предельно простая логика данных рассуждений тем не менее была воспринята неоднозначно. Либерально настроенная политическая элита с восторгом восприняла теоретическую аргументацию А. Лаффера. В частности идеология снижения налоговых ставок (налоговой нагрузки) была взята в 1980-х гг. на вооружение администрацией Р. Рейгана. Более того, теория налогового бремени в интерпретации А. Лаффера явилась даже концептуальной основой новой экономической политики США, получившей название рей-ганомики. Однако попытки ее практического воплощения оказались безуспешными. Масштабное снижение налоговых ставок не привело ни к одному из ожидаемых результатов. Они оказались во многом прямо противоположными: резко сократились налоговые поступления, увеличился бюджетный дефицит, норма сбережений в 1986 г. упала до самой низкой отметки (3,9\%), и что самое интересное — объем теневого сектора при этом не уменьшился.

Как замечает известный исследователь кривой А. Лаффера Е.В. Балацкий, «начиная с этого момента, концепция кривой А. Лаффера оказалась в двойственном положении. С одной стороны, она по-прежнему воспринималась как очень красивая и изящная аналитическая конструкция, которая таит в себе еще не до конца выясненные возможности позитивного применения на практике, с другой — стало ясно, что сама адаптация концепции кривой А. Лаффера к насущным проблемам экономики представляет собой очень тонкую, поистине ювелирную работу. Подобное положение вещей привело к тому, что почти на 20 лет сохранилось неопределенное отношение научного мира к пресловутой кривой А. Лаффера»1.

Скептически настроенная часть экономистов, не отрицая в целом наличия зависимости налоговых поступлений от величины ставок, аргументируют свои возражения двумя основными доводами.

Во-первых, снижение налогов оказывает большее влияние на спрос, чем на предложение. Первоначально это приводит к существенному превышению совокупного спроса над совокупным предложением, увеличению бюджетного дефицита и росту инфляции. Позитивный эффект снижения налогов проявится только через неопределенный промежуток времени, когда спрос и предложение вновь придут к равновесию.

Во-вторъа, невозможно для конкретной экономики количественно определить точку максимума на этой кривой (rmax) и идентифицировать, где же относительно этой точки (слева — Гфакт или справа —

1 Балацкий Е. О природе несостоятельности российской фискальной системы // Общество и экономика. 2004. № 11—12. С. 128.

гфакт ) находится фактический уровень налоговой нагрузки. В связи с этим совершенно непонятно, что нужно делать, чтобы увеличить налоговые поступления: повышать налоги (при Гфакт < rmax) или

уменьшать их (при Гфакт > гтах). Рекомендации А. Лаффера по снижению налогов будут приводить к увеличению поступлений от них только тогда, когда ставки налогов будут находиться в запретной зоне шкалы, в остальных случаях — неминуемы существенные потери бюджета. Но как идентифицировать эти зоны?

Без сомнения, данные возражения не лишены оснований. Очевидно, что теоретическое обоснование А. Лаффером существования универсального верхнего налогового предела требует дальнейших исследований. Думается, что такие исследования должны демонстрировать зависимость налогового бремени не только от величины ставок (к сожалению, зависимость А. Лаффера однофакторная), но и от других определяющих его факторов, учитывать специфику различных экономик и позволять количественно определять этот предел для каждой страны. Ведь возможность определения единого предела для всех стран — не более чем иллюзия.

Острая необходимость в продолжении исследований определяется насущной потребностью текущего этапа экономического развития. Нас интересует следующие его особенности.

Нарастающий процесс глобализации мировой экономики, облегчающий транснациональное перемещение основных факторов производства (капитала, труда). Глобализация стимулирует рост межстра-новой налоговой конкуренции, перемещение данных факторов в страны с меньшим уровнем налоговой нагрузки, что подталкивает правительства к снижению этой нагрузки и ограничивает их возможности по ее повышению.

Усиливающееся противоречие между социальной и экономической направленностью государственной политики. Наиболее остро данное противоречие проявляется в западноевропейских странах, где послевоенный рост налогового бремени был наиболее значительным. Пакет долгосрочных и дорогостоящих социальных программ, принятых в период высоких темпов экономического роста 1950—1970-х гг., становится все сложнее финансировать. Начиная с середины 1970-х гг. проблемным становится процесс согласования приоритетов общества и экономики. С одной стороны, экономика свидетельствует о невозможности дальнейшего увеличения нагрузки на нее: замедляются темпы ее роста, возникают бюджетные дефициты, увеличивается инфляция, расширяется теневой сектор экономики. С другой стороны, общество уже привыкло к высокому уровню социального обеспечения и соответствующих гарантий государства, секвестрировать их крайне сложно. Граждане, ратующие за снижение налогов, в то же время категорически против свертывания социальных программ.

Как позитивный факт отметим, что научный поиск в данном направлении значительно активизировался, особенно в течение двух последних десятилетий. В числе полученных результатов выделим следующие.

Проведена ревизия обоснованности закона А. Вагнера. Его выводы об ускоренном увеличении государственных расходов темпами, превышающими экономический рост, по мнению большинства специалистов (В. Танзи, Л. Шукнекта и др.), оказались ошибочными. Эти темпы должны быть соразмерны экономическому росту, а сами государственные расходы имеют верхнюю границу, превышение которой уже не улучшает показателей качества жизни и социального самочувствия населения — здоровья, средней продолжительности жизни, образовательного уровня.

Обоснована зависимость величины налогового бремени от этнической разнородности страны и идеологических установок, доминирующих в данном обществе. Д. Мюллер и П. Мюррел выявили следующую закономерность. Верхний предел налоговых изъятий будет выше в небольших и однородных по национальному составу странах, т.е. в этнически компактных унитарных государствах с устойчивыми традициями социальной солидарности (например, в скандинавских странах), и существенно ниже — в больших, этнически разнородных и дифференцированных в социально-культурном отношении федеративных государствах (таких, как США).

Продемонстрированы неоднозначность и сложность влияния налогового бремени на темпы экономического роста. По мнению нобелевского лауреата С. Кузнеца, ее неоднозначность определяется не отсутствием такого влияния, а тем, что взаимосвязи между этими показателями различны на разных уровнях и этапах развития экономики. Каждому уровню душевого ВВП присущи специфические пределы налоговой нагрузки на экономику (с увеличением душевого ВВП допустимый предел также повышается). Следовательно, для развитых стран такой предел будет больше, для развивающихся меньше'.

Расширено понимание эффекта «налоговая ловушка» и диапазона недопустимой налоговой нагрузки, приводящей к его образованию. Напомним, что, по Лафферу, налоговая ловушка обусловливалась попаданием ставки налога в пресловутую запретную зону шкалы (рис.). Нахождение на границе между нормальной и запретной зонами (в точке rmax) обеспечивало максимальные налоговые поступления.

1 Гайдар Е. Указ. соч. С. 16—23.

Е.В. Балацкий обосновал, что нижняя часть кривой А. Лаффера, демонстрирующая изменение налоговой базы, также имеет свой экстремум (рис. 4.2).

Точки экстремумов (фискального оптимума) на двух кривых, получивших название точек А. Лаффера первого и второго рода, не совпадают. Между ними имеется так называемая «зона фискальных противоречий», в которой появляется противоречие между двумя функциями налогов и налоговой политики: стимулирующей и фискальной. Е. Балицкий пишет, что первая функция направлена на поддержку и стимулирование производителя, вторая — на пополнение бюджета. Попадание фактического значения налогового бремени в «зону фискальных противоречий» означает, что производитель уже не выдерживает такого давления и переходит в режим производственной рецессии, а бюджет, несмотря на трудности производителя, продолжает «жиреть»1.

Проблема в том, что эта зона не совпадает с запретной зоной А. Лаффера, она левее ее и накладывается на диапазон нормальной зоны: от Ri до Rj. Таким образом, появляется дополнительная «налоговая ловушка», обусловливающая необходимость устанавливать налоговое бремя значительно ниже верхних его границ.

1 Балацкий Е. Указ. соч. С. 130.

Как мы видим, нормальная зона шкалы за счет существования «зоны фискальных противоречий» значительно сужается. Отсюда следует важный практический вывод: верхний предел не может являться оптимальным для согласования интересов экономики и бюджета, необходимо устанавливать фактическую налоговую нагрузку на уровне существенно ниже ее верхнего предела. Следует отметить, что в теории А. Лаффера проблема идентификации оптимальной налоговой нагрузки вообще не нашла отражения. Современные разработки в некоторой степени позволяют восполнить этот пробел.

Оптимальная налоговая нагрузка — это такой уровень налоговых изъятий, который позволяет в практике обложения обеспечить разумное сочетание фискальной и стимулирующей функций налогов, достичь компромисса интересов государства и налогоплательщиков.

Величина оптимальной нагрузки (Rmm) должна быть левее зон фискальных противоречий на рис. 4.2, т.е. меньше нагрузки R1, при которой возникает эффект дополнительной налоговой ловушки:

Ronm < R1.

Подводя итоги, следует отметить, что эффективная налоговая политика государства должна ориентироваться не на установление фактической налоговой нагрузки на уровне ее верхних границ, а на поиск оптимума и использования его в качестве ориентира для коррекции уровня налоговых изъятий. Такой оптимум индивидуален для каждой страны и непостоянен во времени. Его величину будет по-разному определять специфичный для каждой страны комплекс экономических, национальных, исторических и социальных факторов. К сожалению, обоснованную многофакторную зависимость и количественную оценку оптимального уровня налогового бремени теория на сегодняшний день дать не может. Это проблема будущих исследований.

 

Контрольные вопросы

Почему теории налогового бремени не имели достаточного высокого научного развития в течение последних трехсот лет?

В чем состоят ключевые моменты эмпирического направления теории налогового бремени?

Охарактеризуйте основные постулаты статистического направления теории налогового бремени.

Почему вышеуказанные теории невозможно в чистом виде применить ни в одной из известных в настоящее время экономических формациях?

В чем особенность аналитического направления теории налогового бремени?

Почему практическое воплощение теории А. Лаффера оказалось несостоятельным?

Представьте кривую А. Лаффера и поясните характер зависимости объема налоговых поступлений от величины налоговых ставок.

Какие направления в изучении налогового бремени наиболее интересны ученым-экономистам на рубеже XX и XXI вв.?

Охарактеризуйте основные посылы разработок Е.В. Балацкого в сфере изучения налогового бремени и кривой А. Лаффера.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 |