Имя материала: Культура письменной речи

Автор: Вениамин Семенович Мучник

§ 2. сопоставление несопоставимого

 

Вот фраза из книги по лингвистике: «В повествовательном стиле изложения часто встречаются сложные и сложноподчиненные формы предложения». Допустимо ли сопоставлять сложные формы (!) предложения со сложноподчиненными (род и вид)? Ведь это все равно что сказать: «люди и женщины».

«Антоним является выражением иронии, если он употреблен в противоположном значении слову, средству выражения». Значение противоположно слову? Можно противопоставить цвет цвету, звук - звуку, слово - слову. Но слово - значению? Другой логический курьез здесь же: автор употребляет в качестве однородных членов элементы слову, средству выражения. Но разве слово - не средство выражения?

«Синонимы - это слова или выражения, различающиеся по форме и звучанию, но обозначающие реже одни и те же, чаще схожие и связанные основным значением понятия, явления, предметы, действия». Можно сказать: по написанию и звучанию или (обобщенно) по форме. Но сказать по форме и звучанию - значит опять-таки поставить в один ряд род и вид, что логически недопустимо. Кроме того, сочетание слов «различающиеся по форме и звучанию» при определении синонимов логически избыточно.

К рассматриваемой ошибке примыкают факты ненамеренного сопоставленияэлементовв к онструкци-я х с перечислением.

Корреспонденция А. Старостина «Домик среди скал» начинается так: «Людей, по-доброму относящихся к животным, - большинство. Каждый из нас без труда может вспомнить знакомых, у которых собака - почти полноправный член семьи. Я знаю человека, у которого целый зоопарк: медведь, рысь, соболь, марал, лось, несколько волков, лис, хорей, зайцев и сотни птиц.

... Я спросил у Елены Александровны:

- Что, если я у вас поживу несколько дней? Она ответила:

- Пожалуйста».

Получается забавно, не правда ли? Автор, сам того не желая, ставит в один ряд с медведем, рысью, соболем, маралом и... себя. Прямо-таки встраивает себя в «зоологический» ряд и тем самым в чем-то (такова уж логика ряда!) уподобляет себя перечисленным животным. А виновата во всем неудачная конструкция, подталкивающая читателя к установлению однопорядковой смысловой связи между элементами текста до и после отточия (оно, специально от- • мечаем, - авторское).

Встраивание в один ряд обычно ведет к приравниванию составляющих. Поэтому неудачно ненамеренное приравнивание: «Вышло так, что в один год пала корова, а затем лошадь. В этом же году умер отец». Ср. у Чехова приравнивание элементов ряда как прием: «Как только я выдержала экзамены, то сейчас же поехала с мамой, мебелью и братом на дачу». Известна шутка: «Женщина может сделать из ничего три вещи: шляпку, салат и трагедию».

Абитуриент пишет: «У Морозки тогда не было идеала в жизни. У Морозки была жена Варя». А еще что у него было? Писавший нанизывал предложения одно за другим, не помышляя об их сопоставлении. А читатель устанавливает между двумя высказываниями отношения противопоставления, столкновения фактов. Причем так поступают практически все читающие, это общая закономерность восприятия. Непроизвольное сопоставление, возникающее при чтении, вызывает даже комический эффект. Не было идеала, но была жена. Это какое-то возмещение или: жена - не идеал? Можно толковать высказывание и так, что Морозка заменил идеал более земными делами. Во всяком случае читатель усматривает здесь противопоставление фактов.

Другой пример: «Автобус имеет высокие подножки и низкие динамические показатели». Автор объединял признаки (перечисляя недостатки), а читатель их противопоставит, поскольку внешне они выглядят как антонимы: высокие - низкие.

Речевая практика открывает перед исследователем такие типы ошибок, такие своеобразные сбои в конструировании текста, которые он вряд ли мог бы предвидеть теоретически, умозрительно, до погружения в реальные коммуникативные процессы. Таково, в частности, смешение (неразличение) в одной фразе или в одном микротексте реального и идеального планов. Автор как бы забывает, о чем он говорит - о мире вещей или о мире понятий, и включает в свое сообщение фрагмент то из мира реального, телесного, ощутимого, то из мира ирреального, вымышленного, идеального. Причем - без какого-либо перехода, оправдания, понимания им самим совершенного скачка. В таких случаях автор не ведает, что творит. Ведь если его спросить, различает ли он предмет и понятие о предмете, скажем, фактически осуществляющееся перенесение стула из одной комнаты в другую и - идеальное представление, мысль о выполнении такого действия, то автор, пожалуй, обидится: зачем взрослому человеку задавать вопрос, ответ на который известен каждому школьнику. Но на практике тот же автор, конструируя текст, нередко соскальзывает с изложения реальных событий в мир идеальный и наоборот. Приведем ряд примеров.

Методист пишет: «Учительница подошла к доске и попросила детей внимательно прочитать содержание таблицы».

«Прочитать содержание». Содержание - это сумма идей и эмоций, т.е. нечто идеальное, не имеющее ни протяженности, ни веса, ни даже местоположения. Его, разумеется, нельзя прочитать. Читают не содержание, а саму таблицу (материальную вещь), как и, например, статью, книгу. Содержание же таблицы усваивают, с ним знакомятся, им овладевают. То есть с духовным обращаются совсем не так, как с материальным. И поэтому слово прочитать примени -тельно к содержанию абсолютно неуместно, неосмысленно.

Журнал «Воспитание школьников» (1984. - № 4. - С. 66) предлагает читателям рекомендации, касающиеся повышения культуры устной и письменной речи. В 4-м классе, оказывается, дети должны уметь «самостоятельно строить небольшой рассказ, сжато пересказывать содержание прочитанного или выслушанного текста, связно излагать свои учебные действия». Но учебные действия (реальное) нельзя излагать, их можно характеризовать, описывать. Излагать же можно мысли, взгляды, содержание, суть чего-либо, теорию, мнение...

Ошибки, состоящие в смешении реального с идеальным, резко, рельефно, даже карикатурно выступают в письменных работах школьников, еще не научившихся последовательно, логически правильно формулировать свою мысль. Ученик, ничуть не смущаясь, ставит в один ряд персонаж произведения и реальное лицо, в том числе самого автора, представляя их в прямом взаимодействии. Приведем несколько примеров из сочинений старшеклассников и абитуриентов.

«Половцева и Лятьевского писатель не встречает лицом к лицу, а они приезжают в деревню». Эта сбивчивая, беспомощная фраза свидетельствует о том, что школьника не научили последовательно, во всех случаях различать реальный мир, в котором мы живем, и художественный, вымышленный мир, созданный воображением писателя. По формулировке получается, что писатель мог встретиться лицом к лицу со своими героями, не существующими в реальной действительности. Где же, в каком из возможных миров он мог с ними встретиться? Школьник не сознает, что можно писать либо о реальном мире (в частности, о писателе и его поступках), либо об идеальном, вымышленном (в частности, о поступках персонажей), но нельзя «впутывать» действия писателя в события, создаваемые взаимоотношением персонажей произведения.

«Об этом честно и искусно рассказал нам Шолохов, как будто сам был там, в романе «Поднятая целина». Опять-таки школьник не понимает, что писатель (лицо вполне реальное - человек, которого мы могли встретить на улице и т.д.) не мог оказаться в мире своих персонажей, т.е. идеальных образов, созданных его творческим воображением. В приведенном примере есть и ошибочная смысловая связь слов: писатель ...сам был там, в романе... (о чем мы говорили прежде), и рассматриваемая сейчас ошибка - смешение реального и идеального: писатель «как будто сам был там», т.е. в Гремячем, среди своих героев. Учительница из Вологды И.А. Кабанова приводит такой шедевр: «Образ Половцева оглянулся по сторонам и прикрыл голову башлыком».

Студент отвечает на экзамене: «Во втором томе Пьер разводится с Элен». Эта фраза забавна в том отношении, что состоит как бы из двух «половинок». Начальная ее часть (Во втором томе) - это сообщение или элемент сообщения из мира реального, в котором мы с вами существуем, а последующая часть (Пьер разводится с Элен) - сообщение из мира идеального, вымышленного, созданного творческим воображением писателя. Эти два сообщения - из двух разных миров - невероятным образом оказались рядом, соединены во фразе в таком противоестественном сочетании. Ср. также: «Толстой жалеет Анну Каренину, но ничем не может ей помочь».

Восьмиклассник уверенно пишет: «Хотя почтмейстер систематически читал письма горожан, он знал жизнь хуже, чем Гоголь». Хорошо еще, что не лучше, а то Гоголю было бы у кого поучиться.

«Салтыков-Щедрин одному градоначальнику голову набил бифштексами». Так, по мнению ученика, сатирик расправился с одним из своих персонажей.

Смело поступает и другой классик: «Рисуя сражение, Толстой вводит в действие различные рода войск: артиллерию, кавалерию, пехоту». Л.Толстой действительно был боевым офицером, но все же не главнокомандующим и не в 1812 году. «Толстой вводит в действие различные рода войск» - это и нарушение коммуникативной точности речи (о чем уже говорилось, с. 108), и вместе с тем «впутывание» реального плана в идеальный.

Смешение реального и идеального часто наблюдается в деловых бумагах, информационных, рекламных текстах и т.п. «Эти события широко опубликованы». «Вопрос упирается в кирпич». «Сейчас мы подробно расскажем погоду». «Министр подписал эпидемию».

В заключение - ложка меда. Любой психологический эффект в речи, в том числе, очевидно, и столкновение в одной фразе реального и идеального, может использоваться намеренно, как прием выразительности, как средство воплощения и усиления оригинальной авторской мысли. Поскольку данный раздел посвящен ошибкам, а речь пошла уже о достижениях, ограничимся двумя примерами. Радиожурналист жалуется на цензуру: «Они вырезают не просто смешные фразы. Они вырезают позицию» (вырезают - реальное, позицию - идеальное). В газете «Известия» читаем заголовок:

«Полицейскими дубинками - по гражданским правам англичан» (дубинками - реальное, по гражданским правам - идеальное). Соединение реального и идеального здесь не только оправданно. Оно придает фразе и всему материалу особую остроту, свидетельствует о смелости авторской мысли, преодолевающей формально-логические преграды.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 |