Имя материала: Адвокатское право

Автор: Грудцына Л.Ю.

Глава 8. адвокатура. гражданское общество. государство

 

§ 8.1. Адвокатура - институт гражданского общества

 

Согласно части 1 ст. 3 Закона об адвокатуре адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления. В Законе об адвокатуре особо подчеркивается, что адвокатура как профессиональное общество не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления. В своей деятельности адвокатура независима от государственных органов, но взаимодействует с ними при выполнении своих профессиональных обязанностей также как и с другими институтами гражданского общества.

Адвокатура имеет достаточно четкую организационную структуру. В качестве низовых звеньев в соответствии с действующим законодательством могут создаваться адвокатские кабинеты, коллегии адвокатов и их филиалы, адвокатские бюро, а также юридические консультации. При этом вопрос о том, в какой организационной форме выполнять свои профессиональные обязанности адвокаты решают самостоятельно. В каждом субъекте Российской Федерации образуется адвокатская палата. Собрание адвокатов (конференция) субъекта Российской Федерации является высшим органом адвокатского самоуправления.

Все адвокатские палаты России объединяются в Федеральную палату адвокатов РФ, а высшим органом адвокатского самоуправления является Всероссийский съезд адвокатов. Следует отметить, что эти положения полностью соответствуют рекомендациям Организации Объединенных Наций, содержащимся в преамбуле к "Основным принципам, касающимся роли адвокатов", принятым Конгрессом ООН, проходившем с 7 августа по 7 сентября 1990 года. В этом документе подчеркивается, что основные принципы сформулированы с целью оказать помощь государствам-членам ООН в осуществлении задач развития и обеспечения надлежащей роли адвокатов, что эти принципы должны соблюдаться и учитываться правительствами в рамках их национального законодательства и что они должны быть доведены до сведения как адвокатов, так и других лиц, таких, как судьи, обвинители, представители исполнительных и законодательных органов и населения в целом.

Органы самоуправления адвокатского сообщества призваны представлять интересы адвокатов, способствовать повышению их профессиональных знаний, защищать их законные права. Они выполняют организационные функции самостоятельно, без вмешательства органов государственной власти и органов местного самоуправления. В части 2 статьи 3 Закона об адвокатуре сформулированы (но не раскрыты) основные принципы деятельности адвокатуры. Основополагающим в деятельности адвокатуры является принцип законности. Это общий принцип деятельности государства и общества. Из этого принципа следует, что органы самоуправления адвокатуры должны создаваться в строгом соответствии с законом. Деятельность адвокатов должна осуществляться в организационно-правовых формах, предусмотренных законом. При выполнении своих профессиональных обязанностей адвокаты, как это следует из содержания части 2 статьи 15 Конституции Российской Федерации, обязаны соблюдать Конституцию и действующие законы. При этом необходимо учитывать, что в правовую систему российского государства входят общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В связи с этим часть 4 статьи 15 Конституции РФ устанавливает весьма важное правило "если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрено законом, то применяются правила международного договора".

Вторым принципом организации и деятельности адвокатуры является независимость. Это означает, что никакие органы и должностные лица не имеют права вмешиваться в профессиональную деятельность как адвокатских сообществ, так и отдельных адвокатов.

Адвокат при оказании юридической помощи, при осуществлении защиты по уголовным делам, при отстаивании интересов своего клиента, действуя как представитель, по административным, гражданским, арбитражным делам самостоятельно определяет свою позицию и не связан мнением как участников судопроизводства, так и любых иных лиц, наделенных властными полномочиями. Попытки вмешательства в профессиональную деятельность адвоката со стороны любых лиц считаются недопустимыми. Этот принцип распространяется также и на взаимоотношения внутри адвокатского сообщества. Любые формы влияния на профессиональную позицию адвоката по конкретному делу со стороны адвокатского сообщества и отдельных его членов не могут иметь места.

Третьим принципом закон указывает самоуправление. Этот принцип выражается в том, что адвокатские сообщества, как не входящие в систему органов государственной власти и местного самоуправления, самостоятельно определяют правила, которые регулируют отношения, возникающие в процессе их деятельности. По существу, самоуправление является органически необходимым составным элементом механизма функционирования адвокатуры. Адвокатские образования, созданные в установленном законом порядке, самостоятельно решают все организационные вопросы.

Так, Закон об адвокатуре определяет, что высшим органом адвокатской палаты каждого субъекта Российской Федерации является собрание адвокатов, а при численности адвокатов свыше 300 человек - конференция адвокатов.

Собрание (конференция) адвокатов вправе самостоятельно решать различные вопросы самоуправления: избирает совет адвокатской палаты, решает вопросы о досрочном прекращении полномочий членов совета, избирает ревизионную комиссию и членов квалификационной комиссии и т.д.

Таким образом, самоуправление означает, что деятельность адвокатских образований осуществляется в соответствии с решениями, принятыми правомочными органами, которые формируются в установленном законом порядке. Характерно, что решения органов самоуправления адвокатских сообществ обязательны для исполнения всеми адвокатами, являющимися членами этого адвокатского образования. В то же время все исполнительные органы подотчетны и подконтрольны общему собранию.

Четвертым принципом является принцип корпоративности, т.е. общности профессиональных интересов. Этот принцип определяет особый характер взаимоотношений между адвокатами. При осуществлении своих профессиональных обязанностей адвокат, руководствуясь требованиями закона, отстаивает свою позицию и в то же время, как член адвокатского сообщества должен действовать в интересах этого сообщества.*(84) Принцип корпоративности также означает, что все вопросы в органах самоуправления адвокатского сообщества должны разрешаться в интересах всего коллектива с максимальной пользой для каждого из адвокатов.

Из принципа корпоративности вытекает право осуществления контроля за соблюдением корпоративных правил адвокатского сообщества его членами. В частности, с этим принципом связана возможность адвокатского сообщества в установленном порядке рассматривать вопросы, связанные с дисциплинарной ответственностью адвокатов, право квалификационной комиссии давать заключение о наличии или отсутствии в действиях адвоката нарушения норм кодекса профессиональной этики адвоката.

Пятый принцип - равноправие, выражается в том, что лицо, принятое в установленном порядке в адвокатское сообщество является полноправным его членом и с этого момента наделяется определенными правами и несет определенные обязанности.

Из этого принципа также вытекает важное правило, согласно которому никто из членов адвокатского сообщества не имеет каких-либо преимуществ перед другими. Права всех адвокатов гарантируются равным образом.

В третьей части статьи 3 Закона об адвокатуре определяются основные направления деятельности органов государственной власти в содействии адвокатскому сообществу при осуществлении адвокатами их профессиональных функций. Как указано в законе, такое содействие осуществляется в целях обеспечения доступности для населения юридической помощи. Оно выражается в том, что органы государственной власти обеспечивают независимость адвокатуры, осуществляют финансирование деятельности адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а при необходимости выделяют адвокатским образованиям служебные помещения и средства связи. Направления этой деятельности более детально отражены в иных законах и нормативно-правовых актах. Так, в соответствии с Федеральным Законом от 8 января 1998 г. N 7 "О судебном департаменте при Верховном Суде РФ" это учреждение взаимодействует с адвокатурой по вопросам надлежащего обеспечения деятельности судов.

В соответствии с постановлением Совета Министров - Правительства РФ, Министерство финансов РФ обязано предусматривать в проектах бюджета выделение средств на оплату труда адвокатов по защите лиц, освобожденных полностью или частично органом дознания, предварительного следствия, прокурором или судом, в производстве которых находится уголовное дело, от несения расходов на оплату юридической помощи, а также при участии их в производстве дознания, предварительного следствия или в суде по назначению.

Вопросам взаимодействия с адвокатурой уделяется достаточно внимания в Приказах и распоряжениях министерств и ведомств, связанных с правоохранительной деятельностью. Закон об адвокатуре определяет, что каждому адвокату гарантируется социальное обеспечение, предусмотренное для граждан Российской Федерации. Из этого следует, что на адвокатов распространяются требования Трудового Кодекса, иных законов и нормативно-правовых актов, регламентирующих вопросы труда, отдыха и социального обеспечения. Очевидно, что возникающие сегодня трудности формулирования и утверждения в повседневной практике норм адвокатской этики нельзя рассматривать в отрыве от общей ситуации в России, которая, увы, еще весьма далека от демократического и правового государства.

Согласно ч. 2 ст. 13 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатуре) претендент, успешно сдавший квалификационный экзамен, получает статус адвоката и становится членом адвокатской палаты со дня принятия присяги следующего содержания: "Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять обязанности адвоката, защищать права, свободы и интересы доверителей, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и кодексом профессиональной этики адвоката". Согласно ч. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре адвокат обязан "честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами".

Если подойти к этим словам со всей серьезностью, абстрагировавшись от прижившихся в нашей стране двойных стандартов поведения, то возникает вопрос: что такое честная адвокатура?

Само закрепление этических норм и принципов поведения человека в тексте федерального закона порождает несколько вопросов. Во-первых, корректно ли такое закрепление само по себе? Во-вторых, является ли законодательное закрепление норм морали следствием "упадка" авторитета последних в обществе?

Цитируя правила, изложенные советом адвокатской корпорации Франции еще в 1820 г., М. Малло приводит принципы, оберегающие честь адвокатуры: умеренность, бескорыстие, честность. Так, А.Д. Бойков резонно отмечает: "Нынешний читатель спросит: разве же эти принципы не обязательны для любого государственного чиновника, общественного деятеля, политика? Конечно, обязательны! Но применительно к адвокатуре они наполняются особым смыслом и содержанием".*(85)

По мнению профессора А.Д. Бойкова, профессиональные и нравственные качества адвоката - это далеко не врожденные свойства личности. Они формируются воспитанием, обучением, кадровым отбором, контролем со стороны коллег и руководящих органов адвокатуры.*(86)

120 лет назад Г. Джаншиев в своем труде "Ведение неправовых дел (Этюд по адвокатской этике)" написал о том, что самый жизненный, самый кардинальный для адвокатуры вопрос - возможна ли, мыслима ли честная адвокатура, - остается спорным, неразрешенным даже в теории, даже in abstracto. По его мнению, никто не спорит с тем, что честная адвокатура, имеющая в виду не только частные цели и интересы клиентов, но и общественную пользу, интересы правосудия, желательна и полезна. "Утверждают, что такая адвокатура немыслима в действительности, неосуществима на практике и идет вразрез с организационными законами ее; что адвокатура по природе своей всегда вносит в храм правосудия торг совестью и тайный безнаказанный подкуп суда, - пишет Г. Джаншиев. - Так могут говорить только те, которые не имеют понятия ни об истории адвокатуры, ни о целях и задачах, поставленных ей жизнью и законом".*(87)

Г. Джаншиев выделял и другой существующий в его время оттенок воззрений, согласно которому развитие адвокатуры как учреждения, имеющего свои особые обязанности перед обществом, воспринималось как предмет ненужной роскоши, "как земляника в январе месяце". Мало того, по мнению некоторых представителей этих воззрений, предъявлять адвокату такие требования означает одно - покушение на свободу действий и убеждений адвоката.

Дискуссия о характере и задачах адвокатской деятельности возникла довольно давно. О двух противоположных взглядах на данный вопрос писал, в частности, еще А.Ф. Кони. Один - защита есть общественное служение, адвокат не слуга своего клиента - он бескорыстен в материальном отношении (выделено мной - Л.Г.) и независим в своих убеждениях.

Думается, что бескорыстие в материальном отношении, учитывая (а как можно их не учитывать?) современные условия российской действительности может из теоретического постулата перейти в практическую плоскость только тогда, когда ему будет предшествовать независимость адвоката в материальном отношении. Другими словами, если адвокат независим в материальном отношении, то он может быть бескорыстен в материальном отношении. Может ли быть адвокат с весьма немногочисленной клиентурой, находящийся в постоянном поиске "заработка" (причем деньги - не самоцель, а средство прокормить семью), бескорыстным в материальном отношении и независимым в своих убеждениях? Жизнь каждый день дает ответы на этот вопрос.

Второй взгляд на вопрос о характере и задачах адвокатской деятельности заключается в том, что "адвокат есть производитель труда, составляющего известную ценность, оплачиваемую эквивалентом в зависимости от тяжести работы и способности работника, он служит ближайшим интересам клиента, не заглядывая за далекий горизонт общественного блага".*(88)

В 1861 г. Депп писал: "Имея множество конкурентов, ходатаи по делам должны, разумеется, безразлично браться за всякое дело, не рассуждая о том, правое ли оно или неправое, тем более что они не отвечают перед законом за ведение неправого дела".

"Такое отношение ходатая к своему доверителю, - продолжил Депп, - унижает достоинство человека, потому что он подчиняется совершенно чужой воле (выделено мной - Л.Г.) и часто бывает защитником неправды, лжи, обмана, ложно истолковывая закон, для того, чтобы дать господство неправде; в этом заключается главнейшая причина, почему ни один порядочный человек не возьмется за ходатайство по делам".*(89)

Из этого можно сделать по крайней мере два вывода.

1. Автор этих изречений объясняет невозможность следования ходатаями моральным принципам двумя субъективными факторами: конкуренцией на рынке таких услуг (необходимостью заработать себе на пропитание, прокормить семью) и отсутствие страха перед наказанием за ведение так называемого "неправого" дела.

2. Ходатай становится "рабом" своего доверителя (получив или заручившись денежным вознаграждением), который поставил перед ним конкретную цель (выиграть его дело в суде), не интересуясь в большинстве случаев, какими средствами и способами она может быть достигнута. Доверитель, как правило, не знаком с юриспруденцией, и для него главное - результат.

Признание материального стимула в адвокатской деятельности, равно как и того положения, что адвокат - представитель интересов клиента, оплачивающего его работу, а не общества в целом, тем более - государства, что он вовсе не помощник суда, однако, не привели к отрицанию ни общественного служения, ни благородства профессиональных целей. Утверждение о недопустимости отождествления труда адвоката с коммерческой деятельностью торговца или ремесленника стало за три с лишним века едва ли не общим местом в работах по адвокатуре.*(90)

Приведем пример. При рассмотрении гражданского дела о выселении в результате представленных истцом доказательств стало вполне очевидно, что в деле имеются все законные основания для удовлетворения иска. Однако адвокат ответчика в прениях, используя все свое профессиональное мастерство, настойчиво обосновывает несостоятельность доказательств истца, "переворачивает" с ног на голову все факты. Как оценить действия адвоката, который, внутренне понимая, что процесс будет проигран, объективно оценивая доказательства истца и прогнозируя решение суда, все же настойчиво пытается, используя казуистические приемы и крючкотворство, переубедить судью (и даже самого себя), "сыграть на эмоциях"? Для чего это делается и как может быть оценено? Является ли такое поведение ремесленничеством ("отрабатыванием" денег или последней попыткой "приблизиться" к обещанному гонорару) либо творчеством, которым адвокат пытается даже при наименее выгодных для доверителя обстоятельствах до конца "держать позиции", не капитулировать?

Согласно п. 5 раздела "Профессиональная деятельность" Свода фундаментальных принципов и основных норм поведения адвоката*(91) адвокат не должен советовать или использовать нечестные способы и приемы борьбы. В работе адвокат должен проявлять компетентность, старательность, осторожность и здравый смысл (п. 8). Адвокат не должен преднамеренно затягивать процесс, "запутывать" допрашиваемых лиц, вторгаться в их личную жизнь или наводящими вопросами "вытягивать" из них ту информацию, которая может подорвать доверие суда к их показаниям. Противоречат здравому смыслу и этике такие приемы, как преувеличение значения мелких деталей и упущений в показаниях свидетеля с целью опорочить его показания в целом. Адвокат должен проявлять объективность и здравый смысл. Любой адвокат хочет выиграть свое дело. Но какими средствами?

К примеру, как оценить действия адвоката по гражданскому делу, когда он, имея на руках важное доказательство, намеренно "придерживает" его до последнего момента с той лишь целью, чтобы подорвать доверие суда к показаниям свидетелей со стороны ответчика? Например, когда речь идет о доказывании факта непроживания ответчика в квартире, свидетели с его стороны единогласно подтверждают факт такого проживания, а адвокат истца, в распоряжении которого находится договор аренды, по которому ответчик сдавал квартиру третьим лицам (а следовательно, сам там жить никак не мог), предоставляет суду этот договор только после допроса свидетелей. Как охарактеризовать такие действия адвоката? Как нечестные и далекие от этических принципов профессии или как творческий подход к решению проблемы? Думается, на этот вопрос в адвокатском сообществе нет однозначного ответа.

Независимость предписывает адвокату защищать всякое правое дело, не заботясь ни о личной выгоде, ни о могуществе противника. Действительно, ошибочно было бы думать, что злоупотребления свободой являются следствием необразованности, низкой квалификации (профнепригодности) адвоката. Дело вовсе не в этом. Напротив, чем юрист грамотнее, тем он сможет лучше (правдивее) замаскировать свои намерения и достигнуть поставленных целей.

"Если полуголодный мелкий ходатай, ради снискания дневного пропитания, неразборчив в делах и в своем бедственном положении имеет оправдание своего непохвального поведения, то в совершенно ином положении находится ученый юрист-адвокат, настолько эмансипировавшийся от требований порядочности, что считает дозволенным все - за чертою, проведенною уголовными законами".*(92)

Адвокат никогда не должен терять из виду идеи справедливого среди тех интересов, которые ему вверены. Всякая система, нарушающая справедливость, недостойна его. "Презирая тонкую хитрость и двусмысленные средства, он предпочитает казаться менее искусным и оставаться всегда правдивым".*(93)

"Адвокат, желающий с честью выполнить возложенные на него обязанности, должен не только быть сведущим, но и честным, и бескорыстным, скромным и независимым, отличаться безукоризненным поведением как на суде, так и вне его; должен в точности соблюдать обычаи адвокатуры; словом, всегда оставаться верным присяге".*(94)

По утверждению М. Молло, в честности заключаются все качества, необходимые адвокату: назначение его убеждать, а убедить может только честный человек. Человечность, нетерпимость к нарушению права у нас не стали профессиональным качеством юриста (адвоката), и понятиями о своем долге обладает не каждый. А ведь желающий быть адвокатом принимает на себя обязательства, призванные гарантировать права тех, кто нуждается в добросовестной и квалифицированной юридической помощи.*(95)

Душевное отношение к доверителю, стремление использовать все средства и способы защиты понятны и необходимы. И когда, например, подзащитный отрицает обвинение, признание его вины адвокатом считается отказом от защиты, влекущим строгое дисциплинарное взыскание.*(96)

Каждый адвокат хочет сделать карьеру. Способы оказания юридической помощи должны быть не только законными, но и нравственно безупречными. Клиенту, как правило, безразлично, каким путем адвокат добьется искомого результата. Однако адвокатскому сообществу средства достижения целей не должны быть безразличны. Говоря об этом, адвокат С.Л. Ария на первое место ставит порядочность и поясняет: "Нормальным людям претит непорядочность: Тот, кому это не претит (а таких достаточно), должен помнить: бесчестный поступок крайне невыгоден. Кредит доверия и у коллег, и у клиентов будет навсегда подорван".*(97)

Однако можно ли говорить о честности и нравственных началах в деятельности адвокатов в условиях современного нечестного и безнравственного общества, государства, которое по сути еще не стало ни правовым, ни демократическим? Адвокат - такой же человек, с той лишь особенностью, что от его профессиональной деятельности, мастерства и ответственности нередко зависит судьба человека (в этом плане он стоит на одном уровне с врачом). Адвокатура - институт общества, болеющий всеми его недугами.

"У нас есть два возможных пути. Первый - следовать за обществом: оздоровится все общество, Бог даст, дойдет очередь и до адвокатуры. Это экстенсивный путь. В данном случае адвокатура обречена на длительное прозябание, поскольку общественные процессы идут медленно, а индивиды или общественные группы добиваются успеха и признания только в том случае, если находятся на самом острие общественной деятельности. Адвокатура, как a priori социально активная часть, не может позволить себе плестись в хвосте общества, перекладывая на его плечи свое тягло. Поэтому для адвокатуры возможен только иной путь - не ожидая общего оздоровления, оздоровить саму себя, тем самым не только экономя затраты общества, но и помогая ему. Это активная позиция, интенсивный путь развития".*(98)

В современной жизни есть адвокаты, а есть стряпчие по делам. Однако стряпничество не имеет отношения к правозаступничеству в том виде, в котором оно обусловливается потребностями отправления правосудия. Слишком разнятся цели, задачи и принципы деятельности адвокатов и стряпчих.

Влекомый личным интересом, стряпчий вступает в услужение к своему клиенту, подчиняет свою волю его воле. Он не защищает права как таковые, он обслуживает только желание "клиента", его хотение, он становится слепым, по большей части опасным его орудием, и часто - поборником несправедливости, врагом права, тем более опасным, что он действует именем другого и потому заранее отклоняет от себя всякую нравственную и законную ответственность за свои действия.*(99)

Приведем два характерных примера. Первый. "Присяжный поверенный нашел случайно оброненный его противником по делу документ, уничтожающий в корне его иск, документ, который для них чрезвычайно важен и которого он не может достать. Разве может первый присяжный поверенный представить этот документ в суд, а не возвратить его тому, кто его потерял, и уже дело совести последнего представить его или же нет; разве он обязан подчиниться противоположному требованию своего доверителя? Надо думать, ответ на это один - нужно отдать утраченный документ".*(100)

Второй пример. "Путем предъявления неосновательного встречного иска, чтобы содействовать затянуть бесспорное дело, присяжный поверенный помогал доверителю уклоняться от платежа долга в течение долгого времени. Новочеркасский Совет присяжных поверенных нашел действия присяжного поверенного неправильными, поверенный не вправе был принять заведомо неосновательное дело с единственной целью - "затянуть производство". К такого рода действиям присяжного поверенного суд должен отнестись с большою строгостью".*(101)

"Когда адвокат не служит благороднейшей из человеческих профессий, он занимается гнуснейшим ремеслом".*(102) Очень важно, отмечал Н.Н. Полянский, что "поддержать адвокатуру на высоком уровне можно только постоянным напоминанием и ее "высоком призвании". Поэтому заслуживает самого энергичного осуждения такое отношение к адвокатуре, которое деградирует ее в ее собственных глазах, которое низводит ее на уровень простого ремесла и которое ставит адвоката рядом со всяким другим лицом, продающим свои услуги".*(103)

Кстати, само существование двух разных по значению понятий - доверитель и клиент, - которые, по сути, относятся к одному и тому же лицу, говорит о многом.*(104) Доверитель - это человек, который "доверяет" адвокату свою проблему и доверяет его профессионализму и компетентности в решении проблемы (конфликта). В доверии отражается нравственная сторона адвокатской деятельности, человечность отношений.

Клиент - понятие, хорошо прижившееся в нашей стране, часто используемое многими адвокатами (хотя бы в разговоре между собой). Этому способствовало последнее десятилетие "насаждения" в России капитализма, стихийно складывающиеся рыночные отношения. Клиент - это слово из сферы коммерции, неразрывно связанное с деньгами (оплатой помощи, услуг), но адвокат - не коммерсант.

По мнению Г.М. Резника, произошедшая коммерциализация адвокатуры еще полбеды: "Уровень профессионализма в адвокатуре заметно снизился, уровень коррумпированности резко возрос, поле деятельности для честного, добросовестного адвоката сузилось до минимума".*(105)

31 января 2003 г. Всероссийский съезд адвокатов принял Кодекс профессиональной этики адвокатов (во исполнение п. 2 ч. 2 ст. 36 Закона об адвокатуре). Часть 1 ст. 4 Кодекса гласит: "Адвокаты при всех обстоятельствах должны сохранять честь и достоинство, присущие их профессии". Согласно ч. 2 ст. 5 Кодекса адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия, а в соответствии со ст. 7 адвокат принимает поручение на ведение дела, если оно содержит в себе юридические сомнения, не исключающие возможности разумно и добросовестно (выделено мной - Л.Г.) его поддерживать и отстаивать. Закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя.

Е.В. Васьковский в своей книге "Будущее русской адвокатуры", опровергая мнение, согласно которому корпоративное устройство способно подготовить кадры честной адвокатуры, писал: "Чтобы таким путем создать честную адвокатуру, нужно предварительно иметь ее: "от вороны не бывать синицам". По его мнению, из этого заколдованного круга можно найти выход только в коренной реформе адвокатуры на совершенно новых началах, изменяющих основной характер профессии и ставящих ее в иные, более благоприятные для развития и процветания условия деятельности.

Уже более трех лет действует Закон об адвокатуре, по сути - реформаторский и прогрессивный (но не лишенный отдельных недостатков). Реформа давно стартовала, теперь дело за неукоснительным следованием нормам закона, формированием адвокатским сообществом правил поведения в условиях новой "игры".

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 |