Имя материала: Адвокатура в условиях судебно-правовой реформы в России

Автор: Кучерена Анатолий Григорьевич

§ 2. русская адвокатура советского периода

 

Февральская революция породила надежду на демократизацию российского общества и адвокатуры. В Декларации Временного правительства о его составе и задачах от 3 марта 1917 г. утверждалось: "Временный комитет членов Государственной Думы при содействии и сочувствии столичных войск и населения достиг в настоящее время такой степени успеха над темными силами старого режима, что он дозволяет ему приступить к более прочному устройству исполнительной власти".

В этой же Декларации провозглашались полная и немедленная амнистия по всем политическим и религиозным делам, свобода слова, печати, союзов, собраний и стачек, отмена всех сословных, вероисповедных и национальных ограничений. Подкомитет по законопроектам готовил новый закон об адвокатуре в России. Временное правительство разрешило женщинам заниматься адвокатской практикой, и это было прогрессивным явлением. Трудно сказать, какой стала бы в конце концов русская адвокатура в результате преобразований Временного правительства, но период его деятельности был весьма кратким, а Октябрьская революция 1917 г. и последовавшая за ней диктатура пролетариата привели к уничтожению так называемой буржуазной адвокатуры и ее лучших традиций.

Многие адвокаты были уничтожены физически как представители враждебного пролетариату класса, другие оказались в концлагерях, третьи, оставшиеся на свободе, - лишены права выступать в судах, и лишь немногим удалось эмигрировать за границу. Численность адвокатов в России сократилась с 13 тыс. (в 1917 г.) до 650 человек (в 1921 г.).

Декретом о суде от 24 ноября 1917 г. N 1 социалистическая революция упразднила все судебные учреждения российского буржуазного государства, а наряду с ними присяжную и частную адвокатуру. Этим же Декретом были созданы советские суды. К защите и обвинению допускались все неопороченные лица обоих полов, пользовавшиеся гражданскими правами. Вопрос о судебной защите решался именно таким образом, специальной организации защиты создано не было.

Естественно, бывшие присяжные поверенные с тревогой встретили Декрет о суде, требуя созыва Учредительного собрания, освобождения арестованных членов Временного правительства.

В том же году, 19 декабря, была издана Инструкция "О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний". В соответствии с ней Народный комиссариат юстиции образовал при революционных трибуналах коллегии правозащитников, которые действовали наряду с общегражданскими обвинителями и защитниками. В такие коллегии могли вступать любые лица, желавшие помочь революционному правосудию и представившие рекомендацию от Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

Первые российские суды разрешали дела, руководствуясь революционной совестью и пролетарским сознанием. Например, Наказом Изюмского съезда местных судей от 20 декабря 1917 г. предписывалось: "В основу своего судейского изъявления полагать волю революционного народа, все правовые нормы, противоречащие революционной совести, не принимать во внимание... и руководствоваться единственно голосом этой последней. Судопроизводственные нормы признать и руководствоваться этими последними, поскольку они способствуют выяснению истины и не насилуют стороны в свободном волеизъявлении. Существующие уголовные нормы не только не удовлетворяют требованиям момента, но и не предусматривают гарантий революционной власти" <1>.

--------------------------------

<1> См.: Материалы НКЮ РСФСР. М., 1918. Вып. 2.

 

Государство массово привлекало трудящихся к работе в суде. Те из них, кто участвовал в судах в качестве защитников, никакой юридической помощи не оказывали и заменить адвокатов, конечно, не могли. Обвиняемые редко обращались к помощи защитников из упомянутых коллегий правозаступников, ибо эти коллегии, в сущности, были коллегиями обвинителей. Граждане прибегали в основном к помощи бывших адвокатов.

Судебное следствие в революционных трибуналах должно было производиться с участием обвинения и защиты. В качестве защитника обвиняемый мог либо сам пригласить любое лицо (не обязательно из коллегии правозаступников), пользовавшееся политическими правами, либо просить об этом трибунал, который предоставлял ему такового из коллегии правозаступников. Более того, обвиняемый мог воспользоваться защитником и из числа лиц, присутствовавших в зале суда.

Члены коллегии правозаступников выступали лишь по наиболее сложным уголовным делам, подсудным трибуналу. Всю иную юридическую помощь (досудебная подготовка, сбор доказательств по делу, составление необходимых процессуальных документов и т.п.) гражданам оказывали бывшие присяжные поверенные, присяжные юрисконсульты и другие лица, нелегально занимавшиеся адвокатской практикой.

Со временем пролетарскому государству потребовалась новая форма организации защиты, и такая форма была введена 7 марта 1918 г. Декретом о суде N 2, провозгласившим: "При Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов учреждается коллегия лиц, посвятивших себя правозаступничеству, как в форме общественного обвинения, так и в форме общественной защиты. В эти коллегии поступают лица, выбранные Советами рабочих, крестьянских депутатов. Только эти лица имеют право выступать в суде за плату".

Правозаступничество объявлялось общественной функцией, т.е. должно было защищать интересы трудового народа. В основу Декрета были положены поправки В.И. Ленина, которые давали ответы на три основных вопроса организации защиты: при каком органе должны состоять защитники? какой должна быть организация защиты? кем комплектуются органы советской защиты? Все эти вопросы были освещены в Положении о коллегии правозаступников, изданном Советом депутатов трудящихся на основании названного выше Декрета. Но уровень правовой культуры в судах по-прежнему был низок, защитники попали в зависимость от местных властей, которая усилилась после принятия Декрета ВЦИК от 30 ноября 1918 г., утвердившего Положение о народном суде РСФСР <1> (далее - Положение).

--------------------------------

<1> См.: Собрание узаконений РСФСР. 1920. N 15.

 

Безоговорочно признавалось сохранение коллегий правозаступников, которые теперь стали именоваться коллегиями защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе. Для содействия суду в деле наиболее полного освоения всех обстоятельств, касающихся обвиняемого или интересов сторон, участвующих в гражданском процессе, при уездных исполнительных комитетах Советов рабочих и крестьянских депутатов и при губернских исполнительных комитетах Советов рабочих и крестьянских депутатов учреждаются коллегии защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе (ст. 40 Положения).

Члены коллегии защитников фактически признавались должностными лицами и получали содержание в размере оклада, устанавливаемого для народных судей по смете Народного комиссариата юстиции (ст. 42 Положения). Кроме членов коллегии, защитником и представителем сторон в суде могли быть близкие родственники тяжущихся (родители, дети, супруги, братья, сестры) и юрисконсульты советских учреждений по уполномочию их руководящих органов.

Обязательным участие защитника в уголовном процессе было тогда, когда дело по его обвинению рассматривал народный суд с участием шести народных заседателей, т.е. по делам об убийстве, разбое, изнасиловании, спекуляции, а также во всех случаях, когда по делу выступал обвинитель. Контроль над деятельностью коллегий защитников возлагался на губернские отделы юстиции, которые должны были периодически проводить совместные совещания членов коллегий, следственных комиссий и народных судей для координации и выработки единого направления их деятельности. Это означало полную зависимость адвокатуры от государственных органов в лице губернских отделов юстиции.

В июле 1920 г. на III Всероссийском съезде деятелей советской юстиции прозвучало мнение о том, что коллегии себя не оправдывают, защитники злоупотребляют доверием и получают высокие гонорары. В связи с этим В.И. Ленин в работе "Детская болезнь левизны в коммунизме" писал: "Мы разрушали в России, и правильно делали, что разрушали, буржуазную адвокатуру, но она возрождается у нас под прикрытием советских правозаступников" <1>. Вождь пролетариата объяснял это тем, что комплектование правозащитников проводилось в основном из буржуазной интеллигенции. Тем самым была дана команда на уничтожение коллегий еще до внесения изменений в законодательство.

--------------------------------

<1> См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41. С. 101.

 

Окончательно коллегии правозаступников были упразднены новым Положением о народном суде РСФСР 1920 г. <1>, в соответствии с которым обвинители состояли при отделах юстиции, а назначали и отзывали их губернские исполкомы.

--------------------------------

<1> См.: СУ. 1920. N 82. С. 407.

 

В качестве защитников судебный орган привлекал граждан, способных исполнять эту обязанность. Районные, городские и уездные исполкомы должны были формировать особые списки кандидатов. Состоявшие на службе лица, привлеченные судом к выполнению функции защитников, на время участия в процессе освобождались от своей основной работы с сохранением зарплаты, а не состоявшие на службе получали минимальную заработную плату, установленную для данной категории лиц.

При отсутствии в списке лиц, подлежавших привлечению для защиты в порядке трудовой повинности, суд имел право привлечь для этих целей консультантов отделов юстиции и представителей общественных организаций, в которых состоял обвиняемый. В гражданском процессе в качестве представителей сторон, помимо близких родственников, могли выступать представители советских учреждений, уполномоченные их руководством. Некоторые ученые считали, что "переход к защите в порядке трудовой повинности являлся временной мерой, просуществовавшей лишь до организации института советской адвокатуры" <1>. На самом деле период 1917 - 1920 гг. ознаменовался тотальным уничтожением русской адвокатуры, всего прогрессивного и полезного, что было заложено в судебных реформах 60-х годов XIX в.

--------------------------------

<1> См.: Шаламов М.П. История советской адвокатуры. М., 1939.

 

В Российском государстве послереволюционной поры были допущены серьезные отступления от законности. Уголовную ответственность и судопроизводство в 1917 - 1922 гг. устанавливали высшие органы государственной власти, органы государственного управления, суды. Образовывались и действовали органы внесудебной репрессии. Была существенно принижена роль права. В отдельные периоды юридическая профессия (а адвокатура особенно) не находила себе должного применения. Юристы, привлекавшиеся в те годы к защите в качестве трудовой повинности, часто не имели необходимого уровня знаний для защиты подсудимых, а потому такая защита носила формальный характер. К тому же не было особой материальной заинтересованности при защите в форме трудовой повинности.

В обществе постепенно зрело осознание необходимости возрождения института адвокатуры. Для выхода из глубокого социально-экономического кризиса в соответствии с новой экономической политикой требовалось развивать экономику с элементами рынка. А для защиты интересов предпринимателей, в собственность или пользование которых передавалась часть национализированной промышленности, нужны были квалифицированные адвокаты.

Наконец, IX Всероссийский съезд Советов в специальном Постановлении провозгласил очередной задачей "водворение во всех областях жизни строгих начал революционной законности. Новые отношения, созданные в процессе революции и на основе проводимой властью экономической политики, должны получить свое выражение в законе и защиту в судебном порядке. Для разрешения всякого рода конфликта в области имущественных отношений должны быть установлены твердые гражданские нормы.

Граждане и корпорации, вступившие в договорные отношения с государственными органами, должны получить уверенность, что их права будут сохранены. Судебные учреждения Советской республики должны быть подняты на соответствующую высоту" <1>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление IX Всероссийского съезда Советов. М.: Изд. ВЦИК, 1921.

 

С этого момента активизировалась законодательная деятельность, направленная на создание единой судебной системы, которая должна была заменить собой ревтрибуналы. Эта система состояла из народных, губернских судов и Верховного Суда РСФСР.

В результате судебной реформы 1922 г. была учреждена прокуратура, создано новое отраслевое законодательство, отразившее вступление советского общества в этап нэпа. Все это объективно требовало наличия профессиональной адвокатуры, однако в тот исторический момент государство не было к этому готово.

Кратко напомним: Декрет о суде N 1, принятый 22 ноября 1917 г., упразднил адвокатуру. Однако адвокаты на местах отказались признавать ликвидацию и продолжали какое-то время работать на началах, установленных для сословий присяжных поверенных и их помощников Судебными уставами 1864 г. По Декрету о суде впредь до преобразования всего порядка судопроизводства к выполнению функции защиты в уголовных и представительства в гражданских делах допускались "все неопороченные граждане обоего пола, пользующиеся гражданскими правами" (ст. 3). Однако в Декрете не определялась конкретная форма судебной защиты. Поиски наиболее приемлемой для нового, советского суда формы продолжались в течение первых пяти лет советской власти <1>.

--------------------------------

<1> См.: Кучерена А.Г. Роль адвокатуры в становлении гражданского общества в России: Монография. М., 2002. С. 39, 40.

 

Инструкция Народного комиссариата юстиции революционного трибунала от 19 декабря 1917 г. предусматривала организацию при революционных трибуналах универсальных коллегий правозаступников, члены которых могли выступать на судебном процессе и обвинителями, и защитниками. Функцию защиты могли выполнять лица, приглашенные самими обвиняемыми из числа граждан, пользовавшихся политическими правами.

Декрет о суде от 7 марта 1918 г. N 2, допуская участие в судебных прениях одного защитника из присутствовавших на заседании граждан, возложил основную задачу защиты на коллегии правозаступников. По Декрету вступление в коллегию по-прежнему не ограничивалось никакими цензами, однако Советы рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов не только избирали членов коллегии, но и имели право их отвода, что позволяло не допускать к защите лиц, враждебно настроенных к советской власти. Кроме обвинителя и защитника из состава членов коллегии правозаступников, Декрет разрешил участвовать в судебных прениях одному обвинителю и одному защитнику из зала суда.

В соответствии с принятым ВЦИК Положением о народном суде от 30 ноября 1918 г. для содействия суду в наиболее полном освещении всех обстоятельств, касавшихся обвиняемого или интересов сторон, участвовавших в гражданском процессе, при исполнительных уездных и губернских комитетах Советов рабочих и крестьянских депутатов были учреждены коллегии защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе. Их члены избирались исполкомами на общих со всеми должностными лицами Советской республики основаниях и получали содержание по смете Наркомата юстиции РСФСР. Эти коллегии сыграли свою роль в усилении правовых гарантий советского правосудия, но в них по-прежнему было велико число представителей буржуазной адвокатуры, даже несмотря на жесткий отбор кандидатов, проходивший под наблюдением отделов юстиции губернских исполкомов. Именно поэтому III Всероссийский съезд деятелей советской юстиции (июнь 1920 г.), подвергнув коллегии резкой критике, счел нужным ликвидировать их и постановил организовать судебную защиту в порядке трудовой повинности. Это решение нашло выражение в принятом ВЦИК 21 октября 1920 г. новом Положении о народном суде.

После Гражданской войны, когда жизнь в стране Советов стала налаживаться, возникла объективная необходимость вернуться к кодифицированной форме законодательства. Работа в этом направлении поставила на повестку дня вопрос о восстановлении основных институтов юстиции - адвокатуры и прокуратуры. Эти процессы шли параллельно: после воссоздания прокуратуры в составе Верховного Суда была восстановлена и адвокатура, деятельность которой подробно регламентировалась в Положении о коллегии защитников от 5 июля 1922 г. Солдаты и матросы, рабочие и крестьяне видели в адвокатуре классового врага, ненужный хлам, доставшийся советскому государству в наследство от царизма. Об этом свидетельствуют многочисленные высказывания делегатов, прозвучавшие в выступлениях на IV Всероссийском съезде деятелей советской юстиции, которые можно свести к одному: "...адвокатура - это по существу своему лавочка..." <1>. И речи быть не могло о выработке адвокатами собственных этических принципов и норм, особенно в отношениях между адвокатом, с одной стороны, и доверителем, судьей, прокурором и следователем - с другой; и так продолжалось до 1970 г. Четкого представления об этике не удалось выработать до революции, а при советской власти такие изыскания могли привести к печальным последствиям. В 20-е годы было издано лишь несколько книг, посвященных этой проблеме. Следует отметить, что всеобщее небрежение к юристам было характерно для всего советского периода, но никогда это явление не было столь велико, как в первые десятилетия советской власти.

--------------------------------

<1> См.: Материалы Народного комиссариата юстиции СССР. 1922. Вып. 16. С. 130, 131.

 

Возрождение коллегий защитников проходило сначала при губернских отделах юстиции, а затем и при губернских судах. Их независимость и автономия выражались в том, что только первый состав коллегии утверждался президиумом исполнительного губернского комитета по представлению отдела юстиции, а дальнейший прием в члены производился самой коллегией, но с доведением до сведения губернского исполкома, которому было предоставлено право отвода принимаемых. Органом управления коллегии являлся президиум, избиравшийся общим собранием ее членов. Он принимал в коллегию и имел право налагать дисциплинарные взыскания, наблюдал за исполнением защитниками своих обязанностей, назначал бесплатную защиту, распоряжался денежными фондами, организовывал юридические консультации для юридического обслуживания населения. Коллегия защитников считалась общественной организацией, а потому в ее состав не могли входить лица, работавшие в государственных учреждениях и на предприятиях, за исключением занимавших выборные должности, а также профессоры и преподаватели высших учебных заведений. Труд защитников оплачивался по соглашению с доверителем, однако при обращении за помощью рабочих и служащих плата взималась по таксе, утвержденной Наркоматом юстиции РСФСР; лицам, признанным судом неимущими, юридическая помощь оказывалась бесплатно.

Через год Положение о коллегии защитников Постановлением ВЦИК от 7 июня 1923 г. было включено в Положение о судоустройстве в качестве отдельной главы.

29 октября 1924 г. ЦИК СССР принял Основы судоустройства СССР и союзных республик, в ст. 17 которых было определено, что коллегии защитников организуются на началах самопополнения под контролем губернских (областных) исполнительных комитетов на основе особого положения, общие принципы которого устанавливаются общесоюзным законодательством. Однако общефедеративного положения об адвокатуре в то время издано не было, ее деятельность регулировалась республиканским законодательством. В Положении о судоустройстве РСФСР, принятом 19 ноября 1926 г., подтверждавшем установленный ранее статус коллегий защитников, указывалось, что они действуют под непосредственным надзором и руководством областных, губернских и окружных судов. И, хотя новое Положение установило правило, согласно которому число членов коллегии не лимитировалось, практика пошла по иному пути, продиктованному жизнью: 29 июня 1928 г. коллегия Наркомата юстиции РСФСР предоставила губернским и окружным судам, при которых состояли коллегии защитников, право устанавливать предельное число ее членов, исходя из численности населения соответствующей территории и количества судебных дел. Вслед за Положением о судоустройстве РСФСР аналогичные положения были приняты в других союзных республиках, во многом повторявшие общефедеративное и лишь по отдельным вопросам об организации коллегий отличавшиеся от него.

Несмотря на законодательную регламентацию деятельности коллегий защитников, некоторые судебные работники все еще продолжали настаивать на ликвидации коллегий за ненадобностью и даже вредностью их для правосудия, исходя из предположения, что советский суд способен сам разобраться в любом деле и что участие защитника способствует одностороннему подходу к делу. Эта ошибочная точка зрения была отвергнута.

27 февраля 1932 г. коллегия Наркомата юстиции приняла Положение о коллективных защитниках, в соответствии с которым была закреплена новая организация работы адвокатуры. Коллективы защитников создавались в районах, городах и действовали под руководством президиума областных коллегий защитников, а общее руководство и надзор осуществляли областные суды. Они вели судебную и консультационную работу, правовую пропаганду, призваны были способствовать повышению уровня политических и профессиональных знаний населения. Все поручения об оказании юридической помощи принимались только через коллектив, в кассу которого вносилось вознаграждение за помощь. В Положении нашло подтверждение одно из важнейших условий обеспечения права на защиту - право каждого обращающегося по своему усмотрению выбирать себе защитника из числа членов коллегии.

Проходившие по всей стране с разной степенью интенсивности так называемые чистки не могли не затронуть адвокатуру, но наибольший урон адвокатскому сословию нанесла чистка 1935 г. (только в Москве численность адвокатов сократилась в десятки раз). Начиная с 1936 г. ситуация стала меняться. И хотя адвокатов по-прежнему признавали неизбежным злом, но, понимая, что без них не обойтись, решили взять адвокатуру под усиленный контроль. С этой целью в ноябре был образован отдел правовой защиты при Наркомате юстиции СССР. Именно с этого момента стала проводиться активная кампания за увеличение численности адвокатов, и прежде всего из числа трудящихся. Однако эта кампания, можно сказать, провалилась, ибо все еще превалировало число буржуазных специалистов над адвокатами "из народа", которые к тому же не обладали достаточным опытом и юридическими знаниями. Не смогла изменить это соотношение социальных сил среди адвокатов и значительно увеличить влияние Коммунистической партии в их рядах вторая по масштабам чистка, проведенная в 1938 г. Сама структура адвокатуры, право ее рядовых членов избирать членов президиума и председателя - все это затрудняло тотальный контроль над ней. Однако уже через год, в январе 1939 г., с либеральным порядком проведения выборов в коллегиях было покончено и коммунистов по заданию партии стали направлять на работу в коллегии. А 16 августа 1939 г. Совет Министров СССР одобрил Положение об адвокатуре. К тому времени коллегии насчитывали 8 тыс. адвокатов при населении страны в 191 млн. человек.

Положение предусматривало организацию адвокатуры в виде областных, краевых и республиканских коллегий. Таким организационное построение адвокатуры оставалось до принятия 31 мая 2002 г. Закона об адвокатуре. Общее руководство деятельностью адвокатов возлагалось на союзно-республиканский Народный комиссариат юстиции СССР, обладавший рядом прав в этой области, включая право отвода (по сути же, действиями адвокатов руководил Совет Министров СССР). Непосредственное руководство коллегией осуществлял выборный президиум. Коллегии комплектовались из лиц с высшим и средним образованием, хотя допускался прием лиц, не имевших юридического образования, но проработавших не менее трех лет в качестве судей, прокуроров, следователей или юрисконсультов. Положение подчеркивало коллективный характер деятельности адвокатуры. Заниматься адвокатской деятельностью могли лишь члены коллегии, и только через юридическую консультацию, а не путем оказания индивидуальных юридических услуг. Через юридическую консультацию должна была производиться и оплата труда адвокатов.

В результате таких преобразований адвокаты стали больше походить на производственные единицы, действовавшие по указке заведующего юридической консультацией (к тому же единолично управлявшего ею), нежели на юристов. Свободно организованные коллективы упразднялись, и адвокаты вынуждены были переходить в юридические консультации, которые подчинялись президиуму коллегии адвокатов. И хотя за основу модели консультации была взята дореволюционная консультация, но более мощный механизм контроля, характерный для эпохи сталинизма, несомненно, подавлял любую инициативу и творчество. Заведующие были подчинены непосредственно президиумам, а не общим собраниям. Не разрешалась частная практика, за исключением отдаленных сельских районов. Юрисконсульты больше не могли быть членами коллегии адвокатов. Надо заметить, что ситуация в стране вынуждала адвокатов вступать в ряды КПСС, ибо это, безусловно, способствовало карьере, но зачастую не отвечало действительным идеологическим предпочтениям.

Помимо прочего, адвокаты утратили часть контроля над установлением размеров своих гонораров: Комиссариат юстиции отныне имел право выпускать инструкции, устанавливающие обязательные тарифы за оказание юридической помощи. И этим правом он успешно пользовался до конца сталинского периода, сведя в конце концов на нет возможности самой адвокатуры в определении собственной гонорарной политики. Так, своим Приказом от 26 октября 1939 г. N 98 Наркомат юстиции предоставил себе полномочия управлять выборами президиума; Приказом от 2 октября 1939 г. N 85 - устанавливать ставки оплаты труда адвокатов; Приказом от 22 апреля 1941 г. N 65 - осуществлять контроль над приемом в коллегии.

Положение дел стало меняться при Н.С. Хрущеве, который стремился усилить роль права и профессиональных юристов в строительстве социализма. В 1957 г. в речи на 6-й сессии Верховного Совета СССР он призвал адвокатов "помогать усилению социалистической законности и отправлению правосудия". В этих целях были внесены изменения в Основы уголовно-процессуального законодательства СССР (1958 г.) и в отдельные уголовно-процессуальные кодексы союзных республик. Появилось гораздо больше возможностей участвовать в более ранних стадиях уголовного разбирательства дел некоторых категорий доверителей. Защитник мог уже на стадии предварительного расследования представлять интересы несовершеннолетних, инвалидов, людей, не говоривших на языке, который использовался в суде (ст. 22 Основ). В 1961 г. Верховный Совет СССР издал Указ об особенностях судопроизводства, по которому вводился, в частности, открытый процесс при полном составе суда, а защите давалось достаточное время для подготовки к процессу.

Ощущая определенную поддержку Н.С. Хрущева, либеральные юристы, а среди них были и адвокаты, приступили к разработке проекта Основ уголовно-процессуального законодательства СССР, в ходе которой им, отстаивавшим право обвиняемого на защиту, пришлось столкнуться с консервативно настроенными представителями правоохранительных органов и аппарата ЦК КПСС.

Следует отметить, что большую часть работы проделали адвокаты уголовной секции Московской городской коллегии адвокатов (МГКА). А кроме того, именно адвокаты Московской коллегии, специализировавшиеся на гражданских делах, впервые подняли вопрос о пересмотре Гражданского и Гражданского процессуального кодексов.

Начиная с 1950-х годов уже не ставилось под сомнение значение роли адвокатов в уголовном и гражданском судопроизводстве, их "терпели" даже в кассационном суде, хотя большая часть их ходатайств и кассационных жалоб на этом уровне не удовлетворялась. Государство, по сути, сводило роль защиты в суде к роли прокурора. Адвокат в ходе судебного разбирательства должен был разъяснить общественно-политическое значение дела, подвергнуть анализу и оценке полученные доказательства, дать юридическую оценку установленным фактам, охарактеризовать личность обвиняемого и, наконец, выразить свое понимание меры преступления или призвать к оправданию обвиняемого. И такое понимание было характерно до 1990-х гг.

Реформа законодательства потребовала внести изменения в уставные документы коллегий. Например, в 1961 г. коллегии адвокатов Москвы и Ленинграда заменили общие собрания всех членов коллегии конференциями представителей консультаций коллегии (причем впоследствии это было закреплено и в Положении 1980 г.), что существенно сузило возможности для влияния рядовых адвокатов на разрешение профессиональных проблем.

В Положении об адвокатуре 1962 г. была предпринята первая после ликвидации адвокатуры в 1917 г. попытка возвратить ей былую независимость. Несмотря на то что свою деятельность коллегии адвокатов осуществляли по-прежнему под непосредственным контролем отделов юстиции исполкомов краевых, областных и городских Советов депутатов трудящихся, их сословное самоуправление уже во многом напоминало дореволюционное. Коллегиальный орган руководства адвокатской деятельностью коллегии состоял из общего собрания адвокатов коллегии, ее президиума и ревизионной комиссии. В коллегиях, насчитывавших более трехсот адвокатов, вместо общего собрания могли созываться конференции. Президиум коллегии из своего состава открытым голосованием избирал председателя президиума и его заместителя, утверждал штаты и сметы юридических консультаций, распоряжался сметами коллегии, вел статистическую и финансовую отчетность, контролировал соблюдение порядка оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами, проверял выполнение правил внутреннего распорядка. Положение об адвокатуре закрепило обязанность оказывать юридическую помощь не только гражданам, но и государственным предприятиям, организациям, совхозам и колхозам. Поэтому адвокаты, будучи и государственными адвокатами, и юрисконсультами, не могли сосредоточиться на своей основной деятельности - судебном представительстве <1>.

--------------------------------

<1> См.: Кучерена А.Г. Указ. соч. С. 61.

 

Следует отметить, что благодаря улучшению юридического образования, а также в результате повышения статуса защиты в судопроизводстве (по крайней мере по закону) все больше людей желали стать адвокатами, хотя их численность по отношению к населению страны была значительно ниже, чем в большинстве стран Запада. К тому же к концу 50-х годов число студентов дневной формы обучения сократилось по приказу Н.С. Хрущева, который счел, что в СССР выпускается слишком много юристов. Это привело к существенному разрыву в качестве подготовки адвокатов, обучавшихся на дневных отделениях юридических вузов, и адвокатов, окончивших вечернее, а тем более заочное отделение. Поскольку выпускники вечерних и заочных отделений не подлежали государственному распределению, получить такое образование стремились многие бывшие госчиновники.

Начавшиеся при Н.С. Хрущеве процессы, касавшиеся, помимо прочего, и адвокатуры, носили эволюционный характер, но не были столь однозначны при Л.И. Брежневе. Конечно, адвокаты могли проводить свои кампании, в которых отстаивали собственное видение реформы правовой системы, однако в этой системе им не отводилось сколь-нибудь серьезного места.

После косыгинских реформ в связи с увеличением спроса на правовые услуги в экономической сфере значительно выросло число юрисконсультов, работавших на советских предприятиях. У адвокатов, которые оказывали услуги в основном в области применения хозяйственного права (хотя гражданские дела, как правило, продолжали рассматриваться без их участия), такое вторжение в их епархию (по меткому замечанию З. Зайла) вызывало озабоченность. 23 декабря 1970 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР выпустили совместное Постановление "Об улучшении правовой работы в народном хозяйстве", которым предусматривались меры работы адвокатов на тех предприятиях, где не было постоянных юрисконсультов. Тем самым ликвидировался пробел в их юридическом обслуживании. А 8 декабря 1972 г. Министерство юстиции СССР утвердило Типовой договор "Об оказании правовых услуг на предприятиях, в институтах и других организациях (кроме колхозов) юридическими консультациями при коллегиях адвокатов". Через год был утвержден Типовой договор, разрешивший адвокатам предоставлять правовые услуги и колхозам.

В конце 1970-х годов шла дальнейшая разработка вопросов правового обоснования адвокатуры как института. В статье 161 Конституции СССР 1977 г. адвокатура впервые официально признавалась конституционным органом, и с этого момента она становилась более государственным делом, нежели оставалась полуавтономной и независимой профессией.

Закон СССР "Об адвокатуре" и Положение 1980 г. четко определяли новые права и обязанности адвокатов, хотя и не внесли принципиальных изменений в структуру адвокатуры. Они, с одной стороны, предоставляли адвокатуре большую легитимность, но с другой - подтверждали ее зависимость от Министерства юстиции СССР (РСФСР). Коллегии адвокатов рассматривались как общественные организации, но могли быть образованы только с одобрения местных государственных органов и республиканского министерства юстиции.

Безусловно, законы определяли задачи адвокатуры на основании существовавших в 1980-е годы политических и идеологических установок, партийных предписаний и моральных норм.

Она была призвана содействовать "охране прав и законных интересов граждан и организаций, осуществлению правосудия, соблюдению и укреплению социалистической законности, воспитанию граждан в духе точного и неуклонного исполнения советских законов, бережного отношения к народному добру, соблюдению дисциплины труда, уважения к правам, чести и достоинству других лиц, к правилам социалистического общежития" (ст. 1).

Но самое главное, в законах отсутствовало определение столь важных понятий, как "адвокатура" и "адвокатская деятельность". Это упущение привело к расширительному толкованию данных понятий в начале либеральных реформ 1991 - 1993 гг., в результате чего в институт адвокатуры были включены частнопрактикующие юристы, коммерческие фирмы и т.п. Вследствие этого были созданы многочисленные "параллельные" адвокатские структуры, коллегии адвокатов, юридические центры. Между тем, надо полагать, при разработке положения ст. 1 законодатель в лице Верховного Совета не ставил перед собой задачи расширения юридических структур. Перед ним стояла иная цель - приравнять функции адвокатуры к правоохранительным и идеологическим органам в целях воздействия на гражданина.

Вместе с тем законы об адвокатуре заложили основы для развития и совершенствования законодательства об адвокатуре уже в новых условиях, которые были не за горами. Так, наличие высшего юридического образования стало обязательно для всех адвокатов. Большое внимание уделялось вопросам уголовно-процессуальной защиты, причем было поставлено под сомнение традиционное представление о сходстве в уголовном процессе сущности защиты и обвинения. В целях обеспечения максимально возможных процессуальных основ защиты в процессе предусматривалось не только право адвоката запрашивать через юридические консультации из государственных и общественных организаций справки, характеристики и иные документы, необходимые для оказания юридической помощи, но и обязанность в установленном порядке выдавать эти документы или их копии. Эта норма (ст. 6) имела большое значение, ибо создавала гарантии права адвоката на сбор доказательств (ранее организация, получившая запрос юридической консультации, могла его проигнорировать), способствуя тем самым повышению эффективности оказываемой адвокатом правовой помощи и росту его активности в процессе.

Изучение судебной практики тех лет показывает, что конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту в большинстве случаев соблюдался, и это оказывало, безусловно, положительное влияние на качество правосудия.

В завершение обзора советской эпохи следует отметить, что десятилетиями государство удерживало численность адвокатов на низком уровне (из расчета один адвокат на 13 тыс. человек), контролировало деятельность адвокатов путем учета дел и слежения за их поведением в зале суда. Помимо своего прямого предназначения - оказания юридической помощи гражданам и организациям, адвокаты должны были выступать с публичными лекциями о социалистической законности, поскольку в их обязанности входило распространение правовых знаний.

Считалось, что адвокаты наиболее автономны: их близость к государству меньше, чем у представителей других юридических профессий. Эффективность работы адвоката в суде была ограничена в определенной степени заинтересованностью государства в обеспечении высокого уровня осуждения, именно поэтому адвокатам был затруднен доступ к доверителям и материалам дела до процесса, а иногда и во время него. При проведении расследования адвокаты расценивались как помеха, поскольку их внимание к соблюдению процессуальных норм мешало запутывать уголовное дело. В этой игре обычно побеждали следователи и прокуроры, особенно на стадии досудебного разбирательства. Адвокаты выступали в суде в 70\% уголовных дел, но присутствовали лишь на одной трети предварительных расследований. Статистические данные Министерства юстиции СССР показывают, что в 70-е годы более 70\% ходатайств и заявлений адвокатов РСФСР были отклонены следователями <1>.

--------------------------------

<1> См.: Гофштейн М. Обзор ходатайств и заявлений адвокатов РСФСР // Советская юстиция. 1989. N 21. С. 31.

 

В 1986 - 1988 гг. в стране произошел "кооперативный бум": во всех сферах деятельности, от медицины до "оборонки", начали появляться кооперативы. Оказание правовых услуг не могло быть исключением: стали возникать первые правовые кооперативы, которые, кстати, не воспринимались общественностью как нечто положительное. Достаточно просмотреть газеты тех лет, чтобы вспомнить, что слово "кооператор" ассоциировалось с чем-то негативным.

Второй раз консерватизм и недальновидность руководства адвокатуры проявились в начале 1990-х гг. К тому времени слабые, неподготовленные и нечистоплотные на руку правовые кооператоры стали постепенно "вымирать", сильные и квалифицированные юристы, объединившиеся в кооперативы, заняли свое место под солнцем. В это время между Министерством юстиции РФ и адвокатурой шла своеобразная борьба за проект закона об адвокатуре.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |