Имя материала: Гражданский процесс России

Автор: М.Л. Викут

Глава 15 судебное доказывание

 

Вопросы к теме

1. Доказывание как разновидность судебного познания обстоятельств по гражданскому делу.

2.  Понятие судебных доказательств и их классификация

3.  Предмет доказывания.

4.  Основания освобождения о г доказывания

5. Распределение обязанностей по доказыванию. Доказательственные презумпции.

6.  О непосредственности в исследовании доказательств.

 

§ 1. Доказывание как разновидность судебного познания обстоятельств по гражданскому делу

 

Как известно, в ходе всякой человеческой деятельности приобретается некая определенная сумма знаний. Знание, получаемое в рамках гражданского судопроизводства, как и в других областях человеческого функционирования, является результатом познания. Проблема судебного познания заключается в его характере, особенностях и формах, а также в соотношении с судебным доказыванием.

В течение длительного времени судебное познание трактовали как звено научного познания, его разновидность, поскольку познавательные механизмы, происходящие в суде, полностью «соответствуют научным стандартам, резко отличающимся от обыденных» (А.С. Козлов). Высказывалось также мнение о специфичности и самостоятельности судебного познавательного процесса. Обосновывалось это тем, что судебное познание сугубо преднамеренно, в нем заранее установлен круг фактов, подлежащих исследованию, оно не претендует на раскрытие всеобщих закономерностей (О.В. Иванов, Н.И. Ткачев).

Безусловно, в основе судебного познания лежит тезис диалектического материализма о принципиальной возможности получения субъектом (индивид, группа людей) истинного знания о разнообразных явлениях реальности в результате сложного механизма отражения.

Восприятие судей, как и любого человека, являет собой биологическое устройство воспроизведения действительности в том виде, в каком она существует фактически. Однако это не дает право заявить о полной научности познавательной судебной деятельности по следующим причинам. Во-первых, действия суда, как специального государственного органа, занимающегося отправлением правосудия, построены с целью обеспечить объем знаний, который ведет к быстрому и правильному разрешению правового конфликта и не более, для чего законодатель четко предусмотрел временные рамки познавательных мероприятий. Во-вторых, познавательное отношение не может быть реализовано без согласия на то заинтересованных лиц и проходит при соблюдении единой процессуальной формы, в условиях существования процессуальных фикций и презумпций, что обусловливает ту или иную степень вероятности познания. В-третьих, объектом исследования здесь являются правоотношения, права и обязанности сторон, знания о которых постигаются посредством юридически значимых фактов, т.е. познание в суде по сути сугубо фактическое, что сужает объем познаваемого. В-четвертых, для связи структуры «субъект-объект» используются своеобразные способы, средства и юридический инструментарий. И главное — особую организацию подчеркивает цель, являющаяся соединительным звеном между описанными элементами.

Деятельность суда никак не соотносится с решением фундаментальных проблем и выявлением всеобщих взаимосвязей бытия. Она не состоит в раскрытии каких-либо природных или социальных закономерностей. Напротив, ее направленность предрешена процессуальным законом, а получаемое судом итоговое знание уже в большинстве своем было известно участвующим в деле лицам, которые лишь излагают имеющуюся в их распоряжении информацию, обосновывая тем самым свои требования или возражения. Следовательно, судебное познание есть специальное (юридическое) познание, в конкретизированной форме относящееся к профессиональному.

Итак, не вызывает сомнений, что с помощью судебного познания принципиально возможно получить необходимую информацию ввиду законного и обоснованного разрешения гражданского дела по существу. Вместе с тем само специальное (юридическое) познание толкуется различно. Иногда познавательную деятельность рассматривают через призму доказывания, которое представляет собой опосредованный процесс получения истинного знания об искомых фактах, реализуемый с помощью суда и участвующих в деле лиц, с использованием предусмотренных законом средств (К.С. Юдельсон, Ф.Н. Фаткуллин).

Наряду с этим существует также узкая интерпретация судебного познания, разграничивающая его с судебным доказыванием. В связи с этим познание понимается как судебная деятельность, выражающаяся в непосредственной форме восприятия, цель которой заключается в установлении истинности правового отношения, доказывание же — как деятельность сторон и иных участников судопроизводства, назначение которой — в обосновании собственных требований и возражений и не более (А.Ф. Клейнман, Л.А. Ванеева).

Правильное решение вопроса о соотношении судебного познания и судебного доказывания видится не в их противопоставлении, а в изучении взаимосвязи. Следует учесть, что как любое иное познание, судебный познавательный процесс заключает в себе две основные формы: непосредственную и опосредованную. Непосредственная форма познания имеет место при восприятии судом и участвующими в деле лицами фактов-состояний (например, размер помещения) и средств доказывания (вещественные, письменные доказательства). Опосредованная форма, в свою очередь, является не чем иным, как судебным доказыванием, поскольку информация о фактах, имевших место задолго До судебного разбирательства, может быть получена только путем представления доказательственного материала.

Судебное доказывание как опосредованная форма судебного no-знания представляет собой четко и детально регламентированную законом процессуальную деятельность суда и участвующих в деле лиц по изучению фактических обстоятельств посредством доказательства с целью законного и обоснованного разрешения правового конфликта.

Судебное доказывание является сложным правовым образованием, исходя из чего различают его элементы. М.К. Треушников полагает, что доказывание слагается из утверждения о фактах, указания заинтересованных лиц на доказательства, их представления, истребования, исследования и оценки. И.В. Решетникова говорит о стадиях доказывания. Например, в стадии доказывания в ходе подготовки дела к судебному разбирательству присутствуют такие действия, как выявление, собирание доказательств и их представление в суд, здесь же идет предварительная оценка материала; в стадии рассмотрения дела исследуются доказательства, но могут быть собраны и оценены иные доказательства; вынесение решения сопровождается окончательной оценкой, в которой участвуют все без исключения субъекты доказывания, в том числе суд.

Подход к данной проблеме должен основываться на том, что доказывание — подготовительная деятельность, создающая почву для убеждения суда в реальности существования фактов, составляющих основания требований или возражений сторон. Эти действия являются предпосылочными в отношении процесса получения истинного знания о правах и обязанностях. Поэтому первым этапом доказывания следует считать указание заинтересованных лиц на доказательства. Такое указание касается средств доказывания, которые суд в дальнейшем будет тщательно изучать. Например, согласно ч. 2 ст. 131 ГПК стороны при подаче искового заявления должны сделать ссылку на доказательства, подтверждающие изложенные обстоятельства. Это не значит, что указанный этап предусматривает обязательное представление доказательственного материала. Здесь обозначается вероятный объем доказательств, соотносящихся с обстоятельствами дела, могущий подтвердить их истинность. Одно из главных значений данного указания в том, что суд определяет контуры последующих стадий.

Если возбудить производство по гражданскому делу нельзя только посредством обозначения, закон прямо требует представления доказательств. К примеру, при подаче заявления по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, приводятся доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов либо восстановления утраченных документов (ст. 267 ГПК).

Следующий этап — представление и раскрытие доказательств.

Представление, как процессуальное действие, состоит в передаче доказательственного материала суду для исследования. Статьи 35, 56 и 57 ГПК прямо указывают, что материалы представляют стороны и другие участвующие в деле лица. Таким образом, доставлять доказательства в суд могут как лично заинтересованные субъекты, так и их представители, обладающие определенными полномочиями. Если информация недостаточна для изучения судом, то он может предложить собрать дополнительные доказательства.

Раскрытие доказательств, будучи новой правовой конструкцией, хотя и не предусматривающей форм подобного раскрытия, позволяет органу правосудия и сторонам заранее ознакомиться с доказательственными материалами оппонента по юридическому спору. В частности, руководствуясь ст. 149 ГПК, при подготовке дела к судебному разбирательству истец или его представитель обязаны передать ответчику копии доказательств, подтверждающие фактические основания иска.

Затем следует такой этап доказывания, как собирание и истребование доказательств. Исходя из принципа состязательности, именно стороны обязаны собрать дополнительный материал. Их самостоятельность не должна ограничиваться, поскольку своими действиями они обеспечивают полноту сведений, используемых при разрешении дела. Судебный орган не вправе вмешиваться в сбор доказательств на стороне истца или ответчика, так как это нарушает принцип равноправия. Однако если собирание доказательств затруднительно для участвующих в деле лиц, то по их ходатайству суд вправе выдать запрос для их получения. В случае невыполнения требований суда на виновных должностных лиц, а также на граждан, которые не являются лицами, участвующими в деле, налагается штраф.

Далее выполняются фиксация и исследование имеющихся доказательств, т.е. процессуальное закрепление полученного материала, а также извлечение судом и участвующими в деле лицами из доказательств такой информации, которая направлена на подтверждение либо опровержение обстоятельств происшедшего. ГПК предусматривает следующие способы исследования доказательств: а) получение объяснений сторон и третьих лиц; б) допрос свидетелей и экспертов; в) ознакомление и оглашение письменных доказательств; г) осмотр вещественных Доказательств; д) воспроизведение аудио- и видеозаписи.

И, наконец, завершающим этапом является оценка доказательств, Которая на самом деле пронизывает всю доказательственную процедуру, все предшествующие фазы, которые, в свою очередь, также тесно переплетены, что указывает на некоторую условность выделения самих этапов. Совершенно очевидно, доказывание, кроме сугубо процессуальных аспектов, имеет логическую основу, поэтому было бы правильно отметить, что доказывание с логической точки зрения — построение системы мыслительных суждений суда и участвующих в деле лиц, направленных на обоснование выводов о доказываемых обстоятельствах дела.

С позиций формальной логики мыслительное функционирование может быть подразделено на два этапа: целевой и аналитический. Центральный компонент любой логической структуры — цель, другими словами, мысленная модель того результата, который в рассматриваемом случае достигается через процессуальные действия.

Аналитическую фазу составляют мыслительные операции по выявлению свойств представляемого и собираемого доказательственного материала. Оба вида анализа связаны между собой и дополняют друг друга.

Означает ли это, что судебное доказывание нужно трактовать только как мыслительный процесс, подчиненный законам логики и логического мышления. Видимо, нет. В теории и практике гражданского процесса давно закрепилось справедливое мнение, в соответствии с которым судебное доказывание представляет собой единство двух видов деятельности: логической и процессуальной. Иная трактовка ведет к противопоставлению психических, логических и правовых аспектов единой проблемы (М.К. Треушников).

Оценка, будучи одним из этапов судебного доказывания, не сводится лишь к логическому или процессуальному действию. Как психическая деятельность, она выражается в постановке задачи, ее решении и выводе (Б.Т. Матюшин) Одновременно оценочный акт судебного органа и участвующих в деле лиц, охватывая собой этапы указания о доказательствах, их представлении, раскрытии, собирании и проч., проявляется в конкретизированных процессуальных мероприятиях, воздействующих на весь ход судебного разбирательства.

Хотя оценка доказательств как психическое действие не поддается правовому регулированию, все же судебные органы обязаны придерживаться определенных правил, установленных ст. 67 ГПК:

1) суд в ходе оценки доказательственного материала исходит из собственного внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всей совокупности доказательств. Внутреннее убеждение здесь имеет важнейшее значение, так как именно благодаря ему у суда создается уверенность в истинности или ложности доказательств, сориентированных на подтверждение либо опровержение фактических обстоятельств по делу;

2) никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, т.е. ни в законе, ни в подзаконных актах, а также в документах, исходящих от органов государственной власти, их должностных лиц, не должны содержаться указания, предрешающие доказательственную силу и значение доказательств;

3) суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а равно достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Относимыми считаются доказательства, которые имеют значение для правильного рассмотрения и разрешения правового спора по существу, поэтому должна прослеживаться связь между содержанием предъявляемого доказательства и фактами, в противном случае оно не может приниматься во внимание.

Допустимость в отличие от относимости отвечает не за качество доказательственного материала, а соотносится с ограничениями по поводу использования некоторых средств доказывания. ГПК РФ не определяет, какие средства доказывания не разрешается применять в рамках рассмотрения того или иного гражданского дела, но подобные запреты изложены в нормах материального права. Например, в соответствии со ст. 162 ГК несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права при возникновении спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания

Оценка доказательств на предмет достоверности означает, что суд Должен осознать их истинность в связи с происходящими в суде познавательными процессами посредством тщательной проверки, а также изучения источника получения доказательственной информации.

Восприятие достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности позволяют суду сопоставить составляющие доказательственной базы, проследить взаимообусловленность отдельных средств доказывания друг с другом, вследствие чего сделать вывод об их достоверности.

 

§ 2. Понятие судебных доказательств и их классификация

 

Юридически значимые факты правового конфликта устанавливаются с помощью доказательств, под которыми ст. 55 ГПК понимает полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, дающих суду возможность установить наличие или отсутствие обстоятельств обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Причем эти сведения могут быть получены из объяснении сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы, вследствие чего положить их в основу судебного решения нельзя, что прямо запрещает ч. 2 ст. 50 Конституции РФ и ч. 2 ст. 5. ГПК. При этом необходимо иметь в виду постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995г. № 8. «О некоторых вопроса применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», п. 16 которого гласит, что при отправления правосудия не допускается использование доказательств, приобретенных с нарушением федерального закона.

В ГПК РФ понятие доказательств определяется через «сведения по фактах», что явилось результатом продолжительной дискуссии в науке гражданского процессуального права относительного того, как еле дует интерпретировать доказательства. Ряд авторов полагал, что доказательства есть не что иное, как факты, полученные из предусмотрен иных законом источников и установленным законом способом, которые находятся с искомыми обстоятельствами в строго определенной связи.

По мнению других правоведов, доказательства в гражданском процессе — средства получения судом истинного знания о фактах, имеющих значение для дела.

Отождествлять доказательства и факты вряд ли возможно, поскольку последние, как правило, имеют место в иной временной период, не сопоставимый с судебным разбирательством. Следовательно, собрать и представить суду факты участвующие в деле лица не могут по вполне понятным причинам. Кроме того, как справедливо пишет Г.Л. Осокина: «Нельзя отождествлять «факт» как явление или событие реальной действительности и «знание» об этом факте. Поскольку достоверное и точное знание о предметах и явлениях объективной действительности всегда адекватно, т.е. соответствует реальным предметам и явлениям, но иногда происходит подмена понятий, в результате которой, оперируя достоверными знаниями о фактах объективного мира, нам кажется, что мы оперируем самими фактами этой действительности». В связи с изложенным аргументированные нарекания вызывала ст. 49 ГПК РСФСР, содержавшая тезис о доказательствах как любых фактических данных, что ставило знак равенства между доказательствами и фактами.

Анализ доказательств только с помощью средств доказывания значительно обедняет их понятие: внимание концентрируется лишь на их форме. Кроме того, суд может воспринимать факты лично и непосредственно, если они существуют на момент рассмотрения дела, например путем осмотра на месте.

Наиболее обоснованной представляется точка зрения, согласно которой доказательства представляют собой сложную юридическую конструкцию, указывающую на единство и взаимосвязь содержания и формы судебных доказательств. Доказательства — сведения о фактах, но не сами факты, ведь суд использует не обстоятельства, а информацию о них. Одновременно источником получения информации, ее носителем служат конкретные средства доказывания: объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, а также заключения экспертов. Именно поэтому в последнее время в процессуальной теории при определении понятия судебных доказательств широко употребляют равно-порядковые термины «сведения» и «информация», со ссылками на Федеральный закон от 20 февраля 1995г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации», который раскрывает информацию через сведения о лицах, предметах, фактах и явлениях.

Классификация судебных доказательств осуществляется по различным основаниям. По характеру связи с искомыми обстоятельствами доказательства подразделяются на прямые и косвенные. Прямые доказательства непосредственно взаимосвязаны с фактами гражданского дела, опровергая или подтверждая их. Например, в порядке подготовки к судебному разбирательству дела о признании гражданина недееспособным суд назначает судебно-психиатрическую экспертизу. В этом случае прямым доказательством наличия у лица психического расстройства является соответствующее заключение эксперта. Косвенные доказательства, напротив, прямо не указывают на тот или иной факт, но их присутствие позволяет суду выстроить цепь логических выводов по поводу искомого обстоятельства. Данные выводы во многом вероятны, поэтому судебному органу необходима совокупность косвенных доказательств, не противоречащих друг другу, а решение, основанное только на косвенном доказательственном материале, может быть отменено по мотивам необоснованности.

По способу формирования средства доказывания делятся на первоначальные и производные, причем первые из них иногда именуют те же первоисточниками. Это объясняется тем, что они появляются вследствие воздействия искомого факта на материальный носите информации, например оригинал документа. Производные доказательства менее достоверны, коль скоро механизм их образования пре, полагает вторичность; так, свидетель вправе дать показания со слов не посредственного очевидца событий.

Источник формирования обусловливает существование личных и предметных (вещественных) доказательств. Личные доказательства сопряжены с объяснениями сторон, третьих лиц, а также с показанными свидетелей, т.е. исходят от конкретной личности. При этом следует иметь в виду субъективный фактор, касающийся психических особенностей человеческого функционирования: насколько лицо погружен в переживание при воспроизведении события, какова специфика мышления.

Предметным доказательствам субъективный фактор не сопутствует — носителями информации здесь выступают овеществленные предметы материального мира.

Некоторые авторы дополнительно выделяют смешанные доказательства. С.В. Курылев указывает, что смешанные доказательства извлекаются судом из двух источников формирования: личного и вещественного. Если последние образуются целиком или в основной части до суда и вне процессуальной формы, то смешанные формируются в суде и в зависимости от его воли. В связи с этим анализировалось заключение эксперта, которое, с одной стороны, содержит ответы эксперта о фактах, а с другой, — источником этих фактов служат предметы, исследуемые экспертом.

Помимо вышеперечисленных классификационных групп, изолированно выделяют необходимые доказательства. Дело в том, что по каждой правовой коллизии имеются такие доказательства, без которых не представляется возможным вынести судебный правоприменительный акт. Деятельность суда настолько детерминирована этими доказательствами, что орган правосудия в любом случае обязан их получить от участников гражданского судопроизводства. Необходимые доказательства в каждом случае определяются судом, опираясь на нормы материального права. Так, в ходе рассмотрения спора о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля суду, по меньшей мере, необходимы: документы, подтверждающие заключение договора купли-продажи автомобиля, копия технического паспорта, копия свидетельства о регистрации транспортного средства, документация о стоимости вещи, если ее нельзя вернуть в натуре.

Иногда необходимые доказательства очерчиваются в процессуальных нормативно-правовых предписаниях, в частности, ст. 271 ГПК подчеркивает, что к заявлению об усыновлении должны быть приложены: копия свидетельства о рождении усыновителя (при усыновлении ребенка лицом, не состоящим в браке), копия свидетельства о браке усыновителей (при усыновлении ребенка лицами, состоящими в браке), медицинское заключение о состоянии здоровья усыновителей, справка с места работы о занимаемой должности и заработной плате либо копия декларации о доходах и другие документы.

 

§ 3. Предмет доказывания

 

Предмет — то, на что направлена та или иная деятельность. Не является в этом смысле исключением и судебная деятельность, связанная с установлением фактов правового конфликта. В процессуальном законе не используется такая терминология, как «предмет доказывания», однако с учетом ч. 2 ст. 56 ГПК можно сказать, что предмет доказывания (thema probandum) составляют обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела по существу, определяемые судом исходя из требований и возражений участвующих в деле лиц, руководствуясь отдельными правовыми нормами.

В процессуальной литературе вопрос о фактах, входящих в предмет доказывания, решается неоднозначно. Между тем существует ряд классификаций, не вызывающих особых возражений, видимо, потому, что они основаны на делении фактов, которое имеется в общей теории права. Так, юридические факты по признаку воли подразделяют на события и действия, по соответствию их правопорядку — на правомерные и неправомерные.

Другие классификации по принципу деления фактов на правообразующие, правоизменяющие, правопрекращающие, правопрепятствующие (в зависимости от их влияния на права и обязанности сторон), а равно на искомые и доказательственные (в зависимости от роли в доказательственном процессе) относятся к спорным. С последней конструкцией был не согласен Я.Л. Штутин, указывавший, что доказательственные факты в предмет доказывания не входят, так как не могут порождать, изменять или прекращать правоотношение. Они носят вспомогательное значение и служат лишь доказательством наличия или отсутствия искомых фактов.

С.В. Курылев считал удачной классификацию фактов на положительные и отрицательные, где положительный факт — существующее в объективной действительности явление или состояние, а отрицательный — отсутствие в определенном месте и в определенное время явления либо состояния, которые потенциально могут наличествовать в объективной реальности.

По мнению И.В. Решетниковой, предмет доказывания являет сумму обстоятельств материально-правового и процессуального характера, подлежащих установлению для правильного разрешения гражданского дела. Все факты И.В. Решетникова группирует на основные материально-правовые, вспомогательные (доказательственные факты, факты, установление которых необходимо для вынесения частного определения), процессуальные и проверочные.

Некоторые авторы предлагают включить в предмет доказывания искомые факты (юридические факты материально-правового характера), факты, имеющие процессуальное значение, доказательственные факты, факты, установление которых позволит суду выполнить воспитательные и предупредительные задачи правосудия.

По мнению М.К. Треушникова, объектом познания суда, безусловно, могут быть юридические факты, доказательственные факты, факты исключительно процессуального значения и факты, определение которых нужно суду для выполнения воспитательных и предупредительных задач. М.К. Треушников проводит грань между объектом познания и предметом доказывания, в связи с чем делает вывод: поскольку предмет доказывания содержит два источника формирования — основание иска и возражение против иска, а также гипотезу и диспозицию нормы материального права, подлежащую применению, то thema probandum охватывает все факты, имеющие именно материально-правовое значение, даже если истец и ответчик на них не ссылались.

Изучение ст. 55 ГПК, в которой сказано, что суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, естественным образом ведет к тому, что предмет доказывания вбирает в себя все важные для дела факты, определяемые посредством доказательств. Вместе с тем доказательства не есть только средства достижения истины судом, а средства убеждения органа правосудия участвующими в деле лицами в истинности заявленного. Следовательно, в предмет доказывания нельзя включать широкий спектр фактов (юридические факты материально-правового значения, факты процессуального значения, доказательственные факты и др.).

Совершенно правы авторы, обращающие внимание на то, что при толковании вопроса о предмете доказывания ошибочно использовать только ст. 55 ГПК, так как законодатель, несмотря на название гл. 6 ГПК, в самом тексте нигде не употребляет термин «доказывание», скорее, речь в ней идет о судебном познании. Для характеристики же совокупности всех имеющих значение для дела обстоятельств, подлежащих установлению, в теории доказательственного права давно применяется понятие «пределы судебного исследования», выработанное еще в середине 50-х гг. прошлого века. Подобное понимание предмета доказывания еще раз подтверждает мысль о том, что судебное доказывание и судебное познание — далеко не идентичные явления. Более того, «узкое» толкование предмета доказывания как особого процессуального института, включающего в себя лишь факты материально-правового значения, позволяет проследить связь с распределением обязанностей по доказыванию и освобождением от доказывания, что важно в условиях принятия нового процессуального законодательства.

 

§ 4. Основания освобождения от доказывания

 

Традиционно наряду с фактами, требующими доказывания посредством представления доказательств, выделяют также обстоятельства, не нуждающиеся в сложной доказательственной процедуре. Анализ действующего процессуального законодательства свидетельствует о наличии трех основных групп факторов, ведущих к освобождению от бремени доказывания: общеизвестные, преюдициальные и признанные обстоятельства.

С общеизвестными обстоятельствами были знакомы еще римские юристы, именовавшие их как facta notoria. «Общеизвестные факты, — писал Е.В. Васьковский, — это такие, которые должны быть известны в данной местности каждому разумному и обладающему житейским опытом человеку, в том числе тяжущемуся и судьям».

Природа общеизвестности относительна и зависит от времени, истекшего после события до его обсуждения в суде, от территориальной распространенности знания о событии, а также от круга лиц, обладающих этими знаниями. Указать на факт как общеизвестный, таким образом, можно при наличии двух признаков: объективного (информированность широкого круга лиц) и субъективного (известность обстоятельства членам суда). Только в этом случае суд может воспользоваться предоставленным ему правом признать факт общеизвестным и освободить лицо от доказывания (ч. 1 ст. 61 ГПК). Субъективный признак основывается на сведениях, получаемых из прессы, официальных и иных источников. Достоверность общеизвестности обстоятельства при этом не должна ставиться под сомнение. Иначе судебный орган вправе обязать сторону доказать факт, на который она ссылается.

Под преюдициальностью обстоятельства понимают обязательность установленных вступившим в законную силу постановлением суда выводов о фактах для всех других судебных и внесудебных органов при познании этих фактов.

Вторичное познание обстоятельств, если они уже были ранее познаны иным судом, противоречит принципам процессуальной экономии и судебной истины. Условия осуществления правосудия одинаковы для всей судебной системы. Вследствие этого, нет никаких оснований полагать, что суд, первоначально установивший факты, ошибся в их истинности, а значит, оспаривать их нельзя.

Следует отметить, что законодатель вводит взаимную обязательность не только для решений судов общей юрисдикции и арбитражных судов, вступивших в законную силу, но и для приговоров. Однако в гражданском судопроизводстве границы преюдициальности касаются всех значимых фактов. Они в силу ч. 2 ст. 61 ГПК не доказываются вновь при разбирательстве других гражданско-правовых конфликтов, в которых участвуют те же лица. И напротив, пределы предрешенности приговора для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен акт о привлечении к уголовной ответственности, значительно уже и ограничиваются следующими вопросами: имело ли место деяние и совершено ли оно данным лицом.

Одновременно возникает вопрос о преюдициальной роли актов различных административных учреждений. Согласно ст. 61 ГПК постановления административных органов и их должностных лиц преюдициального значения не имеют. Необходимо также помнить положения Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003г. № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации»2, где подчеркивается — ГПК не определяет порядок производства по делам об административных правонарушениях, поскольку он зафиксирован КоАП. В свою очередь, в ходе подготовки к рассмотрению дела об административном правонарушении суд, руководствуясь ст. 29.4 КоАП, должен, несмотря на документы, представленные должностными лицами административных органов, вторично установить ряд обстоятельств. В частности, производство по административному делу подлежит прекращению, если будет отсутствовать событие или состав административного правонарушения.

Г.А. Жилин в связи с проблемой преюдициальности актов административных органов подчеркивает: «Постановления административных органов не имеют преюдициального значения, и установлены ими факты подлежат доказыванию при рассмотрении гражданской дела. В соответствии с конституционным правом на судебную защит (ст. 46 Конституции РФ) любое решение административного орган может быть оспорено в судебном порядке».

Признанные обстоятельства возникают вследствие признание стороной сведений, на которых другая сторона основывает собственные требования и возражения, что освобождает последнюю от бремени доказывания. Например, рассматривая дело о возмещении вреда, причиненного повреждением имущества, суд, приняв признание ответчиком факта размера ущерба, освобождает от доказывания истца относительно обоснования утверждений о размере ущерба.

Нельзя сказать, что признание по своему характеру безусловно и обязательно для органа правосудия, а также всегда ведет к возникновению описанных юридических последствий. Если у суда имеются основания полагать, что признание совершено в целях сокрытия реальны обстоятельств правовой коллизии либо под влиянием обмана, насилие, угрозы, добросовестного заблуждения, суд не принимает акт признания, а обстоятельства подлежат доказыванию по общим правилам следовательно, по усмотрению суда признание обстоятельств может сопровождаться соответствующими проверочными действиями.

 

§ 5. Распределение обязанностей по доказыванию. Доказательственные презумпции

 

Проблематика распределения обязанностей по доказыванию особо актуальна именно для гражданского судопроизводства, поскольку и уголовном судопроизводстве подозреваемый или обвиняемый не дол жен доказывать свою невиновность, соответствующее бремя лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК).

В римском гражданском процессе была выработана универсальная формула, согласно которой каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается.

В дореволюционной России Устав гражданского судопроизводства 1864 г. в ст. 81,366 гласил: «истец должен доказать свой иск. Ответчик, возражающий против требований истца, обязан со своей стороны доказать свои возражения». Другими словами, на стороны возлагалось основное бремя доказывания, при этом первым к выполнению этого бремени должен был приступить тот, кто обращался за судебной защитой (semper necessitas probandi incumbit illi, qui agit). Если этого не происходило, истцу отказывалось в удовлетворении иска (actore поп probante reus absolvitur). Подобное правило закреплялось в ст. 118 ГПК РСФСР 1923 г. и ст. 50 ГПК РСФСР 1964г., что означало придание ему сущности правовой аксиомы (А.А. Ференс-Сороцкий).

В действующем процессуальном законодательстве установлено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле (ч. 1 ст. 57 ГПК). Вместе с тем основное бремя доказывания (onus probandi) возложено на истца и ответчика, которые в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений. Данное долженствование следует отличать от бремени утверждения (onus probandi) — оно заключается в необходимости для стороны, заявляющей требование либо возражение, сослаться на обстоятельства, подтверждающие таковые. Практика показывает, что зачастую оба вида бремени совпадают, но не всегда, коль скоро наличествуют общеизвестные, преюдициальные и признанные факты.

В отличие от ст. 50 ГПК РСФСР соответствующая ей ст. 56 ГПК РФ содержит еще одно немаловажное указание на то, что общий механизм распределения обязанностей по доказыванию используется неизменно, если иное не предусмотрено федеральным законом. Так, ст. 249 ГПК, говорящая о бремени доказывания по делам, возникающим из публичных правоотношений, определяет иной порядок: обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием Для принятия нормативного правового акта, его законности, а также законности оспариваемых решений, действий (бездействий) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на орган, принявший нормативный правовой акт, органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые Действия (бездействия). Кроме того, суд в целях правильного разрешения дела может по своей инициативе истребовать любые доказательственные материалы. По сути, речь идет о процессуальной презумпции вины, которую опровергают субъекты, перечисленные в приведенной статье, вследствие чего целесообразно более подробно затронуть вопрос о влиянии презумпций на бремя доказывания.

В переводе с латинского презумпция (praesumtio) означает предположение. В течение длительного исторического развития было сформулировано множество различных презумпций, основывающихся на предположении того, что факт скорее существует, чем нет. Их появление было обусловлено практическими трудностями, которые вытекали из состязательного характера судопроизводства, где часто возникали сомнения в том, какая сторона должна убеждать суд в истинности фактических данных. Выход был найден в казуистической системе перераспределения бремени доказывания. Отсюда и возникли правила-предположения, касающиеся представления доказательств. Они представляли собой умозаключения, выведенные посредством наблюдения за конкретными ситуациями. Презумпция — выражение того, что происходит чаще всего, утверждали римские юристы (praesumptio sumitur ex eo quod plemmque fit).

Предположения, зафиксированные в праве, получили название законных презумпций (praesumptio juris), которые подразделяются на процессуальные и материальные. Пример первых уже приводился, они в отличие от материальных малочисленны, но, тем не менее, значимы. Предположения материального права, наоборот, составляют большинство: презумпция вины причинителя вреда; презумпция вины лица, не исполнившего обязательство или исполнившего его ненадлежащим образом; презумпция нахождения долгового документа у должника; презумпция отцовства и др.

В целом презумпции как технико-юридический прием облегчают работу судебного органа и дают исходные данные, принимаемые за истинные. Знания в подобных случаях отнюдь не ложны. В них присутствует потенциальная возможность существования фактов, хотя не исключается и иное. В этом плане презумпции придают процедуре доказывания гибкость перелагая обязанность доказывания утверждаемого на противную сторону, изменяя общее правило ст. 56 ГПК. Если же обязанность не выполнена, то предполагаемый факт считается установленным и соотносимым с истиной. Оказывать помощь в ее достижении может и освобожденное от представления доказательств лицо как отмечается в процессуальной литературе, доказывание — право и обязанность субъектов доказывания, следовательно, презумпции освобождают лицо от доказывания, но не лишают его права приводить доказательства и обосновывать факты.

 

§ 6. О непосредственности в исследовании доказательств

 

Суд первой инстанции при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства, приводимые в обоснование тех или иных обстоятельств: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными материалами и осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи.

Между тем ГПК устанавливает несколько исключений из принципа непосредственности, касающихся обеспечения доказательств и судебного поручения.

Потребность в обеспечении доказательств возникает у лиц, участвующих в деле, вследствие опасений, что представление необходимых для них доказательств окажется невозможным либо затруднительным. Практика знает два способа обеспечения доказательств — внесудебный и судебный. Первый способ реализуется посредством нотариального функционирования. Основы законодательства Российской Федерации о нотариате позволяют всем заинтересованным субъектам обращаться с заявлением об обеспечении доказательств к нотариусу (ст. 102 Основ), в районе деятельности которого должен быть совершен акт по обеспечению доказательств (п. 175 Инструкции о нотариальных действиях). Подобное обеспечение предполагает допрос нотариусом свидетелей, осмотр письменных и вещественных доказательств, назначение экспертизы (ст. 103 Основ). Однако на эти действия налагается запрет, если дело в момент обращения заинтересованных лиц к нотариусу находится в производстве суда или административного органа.

В целях реализации судебного способа заявление подается в суд, возбудивший производство по делу или в районе деятельности которого будут совершены обеспечительные мероприятия. Заявление должно отвечать определенным формальным требованиям. В нем указываются: существо гражданского дела; информация о сторонах и их месте проживания (нахождения); доказательства, подлежащие обеспечению; обстоятельства, для подтверждения которых нужны эти доказательства; причины, побудившие заявителя обратиться с просьбой.

Заявление об обеспечении доказательств рассматривается в судеб-Ном заседании с извещением всех участвующих в деле лиц, с целью всестороннего выяснения мнения этих субъектов по поводу целесообразности обеспечения. Все данные, полученные в ходе обеспечительных мероприятий, заносятся в протокол, но вопрос об их достоверности и достаточности здесь не затрагивается, поскольку позднее они все равно подвергаются тщательному изучению органом правосудия.

Судебное поручение имеет место, если суд не может получить доказательства по объективным причинам, так как они находятся в другом городе или районе. В этом случае выносится определение, в котором кратко излагаются содержание рассматриваемого правового конфликта; сведения о сторонах и месте их проживания (нахождения); обстоятельства, подлежащие выяснению; доказательства, нуждающиеся в сборе. Определение направляется в суд по месту совершения поручения и должно быть выполнено в течение месяца со дня его получения, при этом производство по гражданскому делу может быть приостановлено (ст. 216 ГПК).

Суд, принявший поручение к исполнению, не вправе переадресовывать его техническим работникам, а осуществляет его самостоятельно в судебном заседании по общим правилам. Протоколы и все собранные при выполнении поручения доказательства немедленно пересылаются в суд, разрешающий спор по существу. Одновременно следует иметь в виду указания постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 14 апреля 1988г. № 2 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» с последующими изменениями, действующее в части, не противоречащей ГПК. Данным постановлением предписывается не собирать посредством судебного поручения письменные или вещественные доказательства, которые потенциально могут быть представлены сторонами или по их просьбе истребованы судом, рассматривающим дело, а равно не давать поручения об истребовании от истца данных, подтверждающих обоснованность исковых требований и иных сведений, которые должны быть указаны в исковом заявлении.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 |