Имя материала: Гражданский процесс Российской Федерации

Автор: А.А. Власов

Глава 2. гражданские процессуальные принципы

 

§ 1. Понятие гражданского процессуального принципа

 

Гражданское процессуальное право является одной из отраслей российского права, и поэтому его принципы имеют характерные признаки общеправового принципа, выражают основные начала, ключевые идеи права.

Особенность данных принципов связана с природой юридических норм, в которых они закреплены (гражданские процессуальные нормы), и средой их реализации (гражданское судопроизводство).

Гражданские процессуальные принципы представляют собой нормативно установленные основополагающие начала, определяющие построение процесса, его природу и методы по осуществлению правосудия по гражданским делам.

Гражданские процессуальные принципы отличаются тем, что в них сформулированы качественные особенности гражданского судопроизводства, социально-юридическая направленность отрасли права. В судебной практике процессуальные принципы всегда представляют собой правовые директивы, обращенные в первую очередь к суду.

Все принципы устанавливают наиболее важные обязанности суда либо по осуществлению правоприменительной деятельности (принципы законности и обоснованности), либо по обеспечении) прав, предоставленных сторонам и лицам, участвующим в деле (принципы процессуального равенства сторон, диспозитивности и состязательности).

В юридической литературе широко распространено образное определение принципов как скелета гражданского процессуального права (М.Г. Авдюков, М.А. Гурвич).

Практическое назначение принципов состоит в том, чтобы выступать гарантами законного, обоснованного и справедливого правосудия по гражданским делам. Принципом можно признавать только такое правило действующего Гражданского процессуального кодекса, при несоблюдении или нарушении которого результаты всей судебной деятельности в производстве по конкретному делу становятся незаконными и подлежат отмене.

Принципы гражданского процессуального права также неразрывно связаны с законом, и связь эта носит двоякий характер. Во-первых, каждый принцип должен быть закреплен действующим законом, поскольку то, что нормативно не закреплено, не может считаться процессуально-правовым принципом.

Во-вторых, принципы призваны обеспечивать логическое единство всех элементов изучаемого права — норм, институтов, производств, а также стабильность гражданского процессуального права в целом. Поэтому при каждом обновлении Гражданского процессуального кодекса необходимо учитывать уже существующую систему принципов и любые вносимые изменения в Кодекс всегда должны соответствовать данным принципам, в противном случае гражданское процессуальное право может утратить внутреннюю согласованность и системность.

При этом не следует слишком преувеличивать роль принципа в праве. В конечном счете принцип это положение, выводимое из существующего права и он вторичен по отношению к системе процессуально-правовых норм, так как обусловлен и зависим от права.

Гражданский процессуальный принцип представляет собой самостоятельный правовой институт и всегда закреплен не одной, а несколькими нормами. Из этого следуют два вывода:

нельзя произвольно изменять, учреждать или отказываться от какого-либо принципа, поскольку это всегда повлечет радикальное изменение сути данной отрасли права;

принципов гражданского процессуального права не может быть много, если только не объявлять принципом всей отрасли положение какой-либо одной статьи Гражданского процессуального кодекса, пусть даже она и имеет важное значение для гражданского процессуального регулирования (например, гласность).

В учебной литературе принято вместе с собственно процессуальными принципами излагать начала судоустройства (судоустройственные принципы), такие, как принцип осуществления правосудия только судом (ст. 118 Конституции РФ и ст. 5 ГПК).

Данный принцип можно отнести как к принципам организации правосудия, так и к конституционным принципам. Сущность данного принципа заключается в том, что правосудие состоит в рассмотрении и разрешении государственными судами в установленном законом процессуальном порядке конкретных судебных дел с принятием по ним законных и обоснованных судебных постановлений.

Из этого следуют два вывода практического характера:

другие государственные и общественные органы не должны нарушать судебную компетенцию и пытаться разрешать дела, отнесенные законом к исключительному ведению суда;

разрешение правовых вопросов иными органами в рамках их компетенции правосудием не является (например, третейским судом и т.п/).

Другой принцип — сочетание единоличного и коллегиального начал в рассмотрении и разрешении гражданских дел (ст. 7 ГПК). Он также является принципом организации правосудия, из которого следует, что гражданские дела в суде первой инстанции рассматриваются единолично или в предусмотренных законом случаях коллегиально.

Мировой судья рассматривает все дела, отнесенные к его подсудности, единолично. В апелляционной инстанции дела рассматриваются в единоличном порядке; в кассационной — в коллегиальном; в надзорной — в единоличном и коллегиальном порядке (ст. 382, 386 ГПК).

Принцип независимости судей и подчинении их только закону (ст. 120 Конституции РФ, ст. 8 ГПК) также является принципом организации правосудия и конституционным принципом. В соответствии с данным принципом независимость судей, в частности, обеспечивается:

предусмотренной законом процедурой осуществления правосудия;

запретом, под угрозой ответственности, чьего бы то ни было вмешательства в деятельность по осуществлению правосудия;

установленным порядком приостановления и прекращения полномочий судьи;

правом судьи на отставку; неприкосновенностью судьи;

системой органов судейского сообщества;

предоставлением судье за счет государства материального и социального обеспечения, соответствующего его высокому статусу.

Осуществление правосудия по гражданским делам на началах равенства перед законом и судом всех граждан независимо от их происхождения, социального и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, пола, образования, языка, отношения к религии, рода и характера занятий, места жительства и других обстоятельств (ст. 19 Конституции РФ, ст. 6 ГПК) также является принципом организации правосудия и конституционным принципом.

Принцип гласности судебного разбирательства (ст. 123 Конституции РФ, ст. 10 ГПК) также относится к принципам организации правосудия, из которого следует, что разбирательство во всех судах открытое. В ст. 10 ГПК определены случаи, когда разбирательство дела в закрытом судебном заседании осуществляется по делам, содержащим сведения, составляющие государственную тайну, тайну усыновления (удочерения) ребенка и в других случаях в целях предотвращения разглашения сведений, касающихся частной жизни гражданина, личной и семейной тайны, защиты его чести и доброго имени, тайны телефонных переговоров и иных сообщений.

И наконец, последний судоустройственный принцип — это принцип национального языка судопроизводства (ст. 26 Конституции РФ, ст. 9 ГПК), в соответствии с которым судопроизводство по гражданским делам ведется на русском языке — государственном языке Российской Федерации или на государственном языке республики, которая входит в состав Российской Федерации и на территории которой находится соответствующий суд.

Вместе с тем данный традиционный подход излагать одновременно судоустройственные принципы с судопроизводственными вызывает определенные сомнения, поскольку начала судоустройства (осуществление правосудия только государственным судом, обеспечение независимости судей и др.) являются организационными и, как правильно отметил И.М. Зайцев, «оказывают слабое влияние на процессуальную деятельность»*.

* Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс России: Учебник. — М., 1999. — С. 36 (автор главы — Зайцев И.М.).

 

Кроме того, несмотря на их упоминание в Гражданском процессуальном кодексе, судоустройственные принципы в большей степени регламентированы не процессуальным законом, а Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации»* от 31 декабря 1996 года**.

* СЗ РФ. 1997. № 1. Ст. 1.

** В соответствии со ст. 10 Конституции РФ судебная власть самостоятельна и должна действовать независимо от законодательной и исполнительной властей. Существующая же структура судебной власти в России практически не отвечает принципу разделения властей. По своей первоначальной природе, заложенной еще идеологами тоталитаризма, судебная система включала как элементы правосудия, так и элементы исполнительной власти, поскольку, по мнению советских правителей, она должна была быть не только частью государственного принуждения соблюдения законов, инструментом разрещения возникающих споров, но прежде всего одним из основных рычагов проведения политической воли коммунистической партократии, весьма далекой от принципов правосудия.

Вопросы судебной защиты прав личности в советский период всегда стояли на втором, если не на последнем месте. Гражданин был лишен возможности защититься в суде от произвола государственной власти, от произвола чиновника. Понимая, что превратить суд в действенный орган правосудия возможно только через решение проблемы обеспечения независимости судей при вынесении ими судебных решений, советское государство делало все, чтобы не допустить этого, для чего превращало суд в придаток исполнительной власти, а судей — в рядовых послушных чиновников.

Для этих целей судебная система была построена по принципу: судья отвечает не только за свои правосудные решения, но и одновременно организует и обеспечивает судебный процесс, несет ответственность за организацию работы суда в целом.

Такое ненормальное положение дает возможность предъявлять к судьям дополнительные требования, за выполнение которых должно отвечать государство в лице своих исполнительных органов, а не судья. Помимо того, что это отвлекает судей от выполнения своей непосредственной задачи по отправлению правосудия, оно также дает возможность косвенно или прямо вмешиваться в процесс принятия судьей правосудных решений, несмотря на то что ст. 10 Закона «О Статусе судей в Российской Федерации» запрещает всякое вмешательство в деятельность судьи по осуществлению правосудия.

Поэтому существующая система организации работы судов привела к смешению и размыванию судебных и исполнительных функций, нарушению принципа независимости судей.

В настоящее время судья продолжает самостоятельно организовывать и проводить прием населения, обеспечивать проведение судебного процесса, контролировать и нести ответственность за работу секретарей, канцелярии, архива и т.д., на что тратит 60\% рабочего времени, чем.он не должен заниматься в принципе.

Однако судья может быть по-настоящему независимым при вынесении судебного решения только при одном основном условии — когда он будет нести ответственность только за свое судебное постановление, обеспечить вынесение которого обязано государство. Только при таком подходе конституционный принцип независимости судей будет реализован в действительности. В противном случае это будет являться толвко мифом.

Поэтому вопросы организации правосудия (за исключением процессуальных) к компетенции судьи не должны относиться, поскольку обеспечение и организация деятельности суда и судьи — это прямая задача государства.

Организационное обеспечение правосудия — это особый вид государственной деятельности, осуществляемый уполномоченными государственными органами с участием институтов судейского сообщества, строго регламентированный законом, несовместимый с выполнением судебных обязанностей и имеющий целью всемерное содействие эффективному функционированию правосудия путем решения вопросов организации судебной системы, создания и обеспечения для нее необходимых организационных, кадровых, материально-технических условий и укрепления независимости судей.

 

Нередко гражданскими процессуальными принципами отрасли называют принципы отдельных процессуальных институтов. Так, непосредственность, устность и непрерывность объявляют повсеместно принципами всей отрасли, тогда как закон подчеркивает, что это основные начала только судебного разбирательства (ст. 157 ГПК) и за пределами судебных заседаний не функционируют.

Необходимо отметить, что теория принципов в современной юридической науке содержит немало неясностей, противоречивых положений, и поэтому в первые статьи различных кодексов 90-х годов XX века было принято включать перечень положений, отражающие эти принципы (см., например, ст. 5—11 АПК, ст. 1 СК, ст. 1 ПС и др.).

Такая законодательная практика оправдана, поскольку сразу же провозглашаются основополагающие положения, в соответствии с которыми нормативно регулируются общественные отношения и снимаются все неясности принципов нормативного регламента.

Состав гражданских процессуальных принципов ограничен принципами процессуального равноправия, диспозитивности и состязательности, законности и судебной истины. Указанные принципы действуют в институтах и подотраслях гражданского процессуального права в соответствии с началами судоустройства.

 

§ 2. Система гражданских процессуальных принципов

 

Совокупность принципов гражданского процессуального права в их тесной взаимосвязи и взаимозависимости образует систему* принципов гражданского процессуального права. В юридической литературе, посвященной гражданским процессуальным принципам, особое место занимает их классификация. Однако в данном вопросе нет единства.

* Система — определенный порядок в расположении и связи действий. См.: Толковый словарь русского языка/Под ред. С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой. — М., 1998. — С. 719.

 

М.А. Гурвич за основу классификации принципов гражданского процессуального права брал как критерий роль этих принципов в осуществлении правосудия. В зависимости от нее он вел речь об организационных и функциональных принципах судопроизводства*.

* Советское гражданское процессуальное право/Под ред. М.А. Гурвича. – М., 1964. — С. 29.

 

Позднее он предложил классифицировать принципы по объекту регулирования, выделив две группы общего значения: принципы, определяющие демократизм процесса, и принципы, выражающие законность процесса.

К.С. Юдельсон применительно к принципам гражданского процессуального права воспроизвел классификацию принципов, предложенную С.С. Алексеевым в общей теории права, то есть в зависимости от того, на какую область правовых отношений они распространяются:

общие принципы, выражающие содержание гражданского процессуального права и относящиеся ко всем отраслям права;

межотраслевые принципы, одновременно присущие гражданскому процессуальному праву и смежным с ним отраслям права;

отраслевые принципы, характерные для одной отрасли права;

принципы правовых институтов, выражающие содержание и особенности каждого института гражданского процессуального права.

В учебной и научной литературе можно встретить и иные варианты классификации принципов.

Представляется, что деление принципов должно проводиться исключительно по процессуальным признакам, а классификация их, в частности, на общеправовые, межотраслевые и собственно гражданские процессуальные нецелесообразна, поскольку выходит за рамки гражданского процесса.

В данном случае нельзя не согласиться с мнением А.Т. Боннера, полагающего, что нет смысла разграничивать принципы на судоустройственные и функциональные, поскольку весьма сомнительна гражданская процессуальная характеристика первых*.

* Гражданское процессуальное право России/Под ред. М.С. Шакарян. — М., 1998. — С. 32—33.

 

В классификации процессуальных начал желательно прежде всего выделить принципы отдельных институтов данной отрасли права. И хотя теоретики права уже давно обосновали наличие таких принципиальных начал (С.С. Алексеев), данный вопрос еще слабо разработан в теории гражданского процесса. Можно говорить о принципах лишь нескольких институтов: судебной подведомственности, гражданской процессуальной формы и участия иностранцев в российском суде.

По утверждению Ю.К. Осипова, институту подведомственности присущи следующие основные начала: преимущественная подведомственность юридических дел государственным органам; распределение юридических дел между государственными юрисдикционными органами в зависимости от характера правоотношений, из которых они возникают.

Для гражданской процессуальной формы характерны такие принципы, как детальность правовой регламентации процессуальных действий и документов, оптимальное соотношение процессуальных прав и обязанностей в статусе каждого участника, непрерывность процессуальной деятельности, судебный контроль и самоконтроль*, принцип тождества (И.М. Зайцев, Н.А. Рассахатская).

* Полномочия суда по пересмотру собственных решений (о признании гражданина безвестно отсутствующим или умершим, заочных решений), определений (об оставлении заявлений без рассмотрения в связи с неявкой в суд одной или обеих сторон) и судебных приказов.

 

Участие иностранных граждан и организаций в российском гражданском процессе определяется принципами национального режима, равенства перед законом, единства прав, свобод и обязанностей, а также их гарантированности.

В Законе (ст. 157 ГПК) нормативно закреплено, что непосредственность, устность и непрерывность составляют основополагающие начала судебного разбирательства. Поскольку они реализуются только в заседании суда первой инстанции, нет необходимости видеть в них принципы всего гражданского процессуального права.

Принципы названных институтов по своей природе являются гражданскими процессуальными и входят в единую систему основных начал изучаемой отрасли права.

Представляется, что принципы желательно систематизировать в зависимости от того, чем они непосредственно предопределены. Например, спор о праве как предмет судебного разбирательства предопределяет такие принципы, как процессуальное равенство сторон, диспозитивность и состязательность.

Принцип законности отвечает на вопрос: кто может инициировать судебную деятельность и каковы полномочия участников разбираемого спора? Принцип судебной истины позволяет определить роль суда в рассмотрении и разрешении дела. В целом это ответ на вопрос о гражданских процессуальных средствах осуществления судебной власти.

Кроме того, у различных групп принципов неодинаковы и сферы реализации. Если принципы законности и судебной истины осуществляются в полной мере в любом гражданском деле, рассматриваемом по существу, то принципы диспозитивности и состязательности характерны в основном для искового судопроизводства. В иных видах производства они действуют с особенностями, ограничивающими, как правило, их реализацию.

 

§ 3. Содержание гражданских процессуальных принципов

 

Принцип законности — важнейший межотраслевой принцип права, который является одним из основных критериев определения качества и эффективности гражданского процесса. Его содержание сводится к точному и неуклонному соблюдению, исполнению и применению судом законов и иных нормативных актов. Содержание принципа законности закреплено статьями каждой отрасли права, в том числе и гражданского процессуального. Диалектика общего и особенного свидетельствует о том, что общие принципы воплощаются в отраслевых и, наоборот, общие и межотраслевые принципы — в отраслевых.

Данное понятие принципа законности неразрывно связано с правильным применением судом юридических норм в гражданском процессе. В то же время представляется, что традиционное понимание законности, по существу, равнозначно обязательности юридических предписаний, которые и без каких-либо дополнительных средств императивны*. В этом заключается сущность права как государственной воли, возведенной в закон.

* Например, принцип законности.

 

По своей природе право не допускает никакого иного отношения, кроме безусловного и всеобщего подчинения юридическим предписаниям. Бесспорно, возможны различные правонарушения, но они не характеризуют само право и не разрушают его обязательность. В связи с этим нельзя не согласиться с И.М. Зайцевым, полагавшим, что «нет ни научной, ни практической надобности создавать специальный принцип, выражающий обязательность правовых норм»*.

* Зайцев И.М., Викут М.А. Гражданский процесс России: Учебник. — М., 1999. — С. 39 (автор 2 главы — Зайцев И.М.).

 

Принцип законности — реально существующая, объективная конструкция, обеспечивающая правильное функционирование права в гражданском судопроизводстве.

Содержание принципа охватывает самые различные правовые и организационные средства, обеспечивающие правильное применение норм материального и процессуального права в конфликтных ситуациях. В него прежде всего входят система процессуальных средств по поддержанию процессуальной дисциплины в судопроизводстве и санкции за неправильное применение юридических норм.

Принцип законности регламентирует также процессуальное положение судей и иных участников судопроизводства, порядок рассмотрения и разрешения дела, защиты прав и законных интересов граждан и организаций.

В узком понимании принцип законности характеризует такие правообеспечительные меры, как:

применение гражданских процессуальных санкций;

привлечение к процессуальной ответственности виновных лиц;

пресечение неправомерно возникшей или развивающейся процессуальной деятельности (отказ в принятии заявлений, удовлетворении различных ходатайств, приостановление или прекращение производства по делу, оставление заявления без движения).

Анализируемый принцип определяет способы и средства устранения судебных ошибок и является основополагающим.

Принцип законности имеет достаточно сложный состав, охватывающий гражданские процессуальные и материальные правовые элементы (правовую квалификацию спорных правоотношений, правильность разрешения дела), а также организационные вопросы (подбор судейских кадров, управление судебной системой и т.п.). Поэтому благодаря такому интегрированному содержанию принцип законности является одновременно общеправовым и отраслевым.

Принцип судебной истины (принцип, определяющий процессуальную деятельность). В соответствии с данным принципом суд может законно применять юридическую норму не к каким-то абстракциям, а к конкретным юридическим фактам, полно и правильно установленным в предусмотренном законом порядке (в порядке судебного доказывания).

Без исследования обстоятельств дела немыслима судебная правоприменительная деятельность. Именно поэтому закон возложил на суд обязанность устанавливать действительные обстоятельства дела, права и обязанности сторон (ст. 12 ГПК) как условие законного и обоснованного разрешения гражданского дела.

В юридической литературе итоги судебного познания было принято определять как объективную истину. Однако вряд ли можно согласиться с таким утверждением, поскольку истина не может быть «объективной» или «необъективной» — истина либо есть, либо ее нет.

При этом одни авторы переносили философское учение об истине в судопроизводство, другие называли эту истину абсолютной или относительной. Ранее термин «истина» был закреплен в ст. 60 ГПК РСФСР (до новой редакции статьи в 1995 году). Однако данное положение вызывает некоторые сомнения. Прежде всего результаты изучения материалов дела нельзя считать абсолютной истиной и противопоставлять ее относительной истине. Между названными видами истины нет и не может быть непреодолимой грани. Самая простая истина всегда неполна.

В процессуальной литературе всегда смешивались два гносеологических вопроса: может ли быть результат судебного познания верным отражением действительности, то есть носит ли он истинный характер?

На этот вопрос следует дать утвердительный ответ. Судебное исследование обстоятельств рассматриваемого дела может и должно приводить к полному и правильному знанию той или иной совокупности фактов, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Кроме того, можно ли результаты судебного познания определять как абсолютно полное изучение обстоятельств дела? В теории познания диалектического материализма каждое знание рассматривается как диалектическое сочетание, как единство абсолютной и относительной истин.

Вместе с тем представляется, что результаты судебного познания не совсем правильно определять как истину в философском значении этого понятия. Истина применима в сложных познавательных процессах таких объектов, как космос, человеческий мозг, структура земной коры и т.п.

И если процесс познания бесконечен, то и истина представляет собой постоянно развивающийся процесс. Суд же интересуют конкретные факты взаимоотношений спорящих сторон.

Для судебного познания характерны следующие черты:

нацеленность исключительно на юридические факты;

проведение судебного познания в гражданской процессуальной форме, то есть в установленном законом порядке;

ограниченность в основном материалом, представляемым сторонами;

проведение исключительно с целью законного и обоснованного разрешения гражданского дела в рамках спорного правоотношения.

Поэтому итоги судебного познания целесообразно именовать судебной истиной, тем самым подчеркивая ее специфичность. Своеобразие судебной истины определяется и тем, что суд исследует не все обстоятельства, имеющие значение для дела, а лишь представленные ему спорящими сторонами (ст. 12 ГПК). Суд обязан принимать без доказывания лишь общеизвестные факты и факты, установленные вступившим в законную силу решением или приговором (ст. 61 ГПК).

Кроме того, гражданскому процессу известны и так называемые доказательственные презумпции, когда из одних установленных фактов предполагается существование других. В связи с этим последние не доказываются, их включение в судебное решение означает, что в него вносятся допустимо возможные сведения.

В Гражданский процессуальный кодекс включены и юридические фикции*. В отличие от презумпций фикции не основаны на предшествующем опыте или известных фактах, а возникают по воле законодателя для защиты нарушенных прав и законных интересов физических и юридических лиц (ст. 79, 118, 119 ГПК). Например, если сторона уклоняется от участия в экспертизе либо не представляет экспертам необходимые материалы и документы для их исследования, а без этого невозможно провести экспертизу, то суд вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

* Фикция — вымысел, плод воображения. См.: Даль В.И. Толковый словарь великорусского языка. Т. 4. — М., 1998. — С. 534.

 

Кроме того, фикция — это заведомо неистинное положение, принимаемое за истинное, тогда как презумпция исходит из высокой степени вероятности и истинности, являясь предположением истины. Так, юридической фикцией может также являться норма, согласно которой днем смерти лица, объявленного умершим, считается день вступления в силу решения суда о признании последнего умершим?

Из этого следует, что судебная истина существенно отличается от истины в ее философском понимании. Вместе с тем это не означает отказа от истины в судопроизводстве. Речь идет в данном случае лишь о своеобразии судебной истины.

Содержание принципа судебной истины составляют нормативно закрепленные требования прежде всего к суду, а также к лицам, участвующим в деле, и к другим участникам процесса полно и всесторонне установить обстоятельства дела. Гражданский процессуальный кодекс не только формулирует требование отыскивать истину, но и определяет пути ее достижения в ходе судебного доказывания.

Гарантиями установления истины по делу будут являться гражданская процессуальная форма и принцип состязательности.

К решению данной задачи привлекаются все участники производства в суде первой инстанции. Стороны обязаны обосновывать свои требования и возражения (ст. 56 ГПК), а суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Указанное правило распространяется на прокурора, органы местного самоуправления и иных субъектов, защищающих права других лиц от своего имени. Свидетели, эксперты и переводчики также должны способствовать отысканию истины по делу добросовестным выполнением своих функций в гражданском процессе.

Гражданский процессуальный кодекс отводит суду особую роль в решении задачи установления обстоятельств дела. Функции суда в данном случае заключаются в следующем:

определять предмет доказывания по делу;

излагать в принимаемом решении все выясненные обстоятельства и обосновывать свой вывод о фактической стороне

дела соответствующими доказательствами.

Ошибки в установлении истины закон определяет как основания к отмене решения с направлением дела на новое рассмотрение судом первой инстанции (ст. 362 ГПК).

Принцип процессуального равенства нередко именуют также принципом процессуального равноправия сторон. Наличие его в гражданском судопроизводстве необходимо как проявление конституционного равенства граждан перед законом и судом независимо от их личных качеств и социального статуса (национальности, вероисповедания, образования, служебного положения и т.п.).

Это означает предоставление участникам юридически равных возможностей по охране и защите субъективных прав и законных интересов. Из толкования гражданских процессуальных норм о правах и обязанноетях сторон и других субъектов процессуальных правоотношений неизбежен вывод о равенстве сторон, а также равенстве правового положения третьих лиц, представителей, экспертов и др.

В первую очередь названное начало определяет процессуальное положение противостоящих сторон, ставя их в одинаковые условия в процессе (ч. 3 ст. 38 ГПК). Истец и ответчик наделены по закону идентичными либо соотносимыми правами и обязанностями.

Как истец, так и ответчик обладают правом на судебную защиту: истец — правом на предъявление иска, ответчик — правом на защиту от иска. Обе стороны разбираемого судом спора о праве имеют тождественные возможности для процессуальной активности в судопроизводстве (ст. 35, 56 ГПК). Идентичные права и обязанности обусловливают активность сторон в состязательном процессе (ст. 35, 48, 167 ГПК и др.). Обе стороны имеют идентичные права на заключение мирового соглашения. Кроме того, соотносимы права истца на отказ от иска, ответчика на признание исковых требований и др.

Кроме того, действия данного принципа распространяются и на других участников. Так, равноправны в судопроизводстве третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования и выступающие в суде как на стороне истца, так и на стороне ответчика; равноправны свидетели, эксперты. Положение того или другого лица в гражданском процессе зависит только от его процессуальной роли, а не от его личных характеристик и положения (образование, национальность и т.п.).

Однако проблема юридического равенства сторон в процессе решена в действующем законе не до конца. Так, равное положение сторон при распределении обязанностей по доказыванию несколько изменяется посредством доказательственных презумпций, ставящих истца по отношению к ответчику в несколько привилегированное положение.

В частности, презумпция виньидолжника в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства (ст. 401 ГК) освобождает истца от обязанности доказывать вину ответчика и возлагает это бремя на ответчика. Последний, как правило, может опровергнуть предполагаемую вину с помощью косвенных доказательств. То же самое относится и к лицу, распространившему сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию гражданина (ст. 152 ГК) и т.п.

В связи с этим следует различать нормативное содержание принципа и результаты его реализации в процессе по конкретному делу, юридическое и фактическое равенство. Последнее повышает эффективность реализации принципа и зависит от ряда обстоятельств: содержания действующего закона, отношения судьи (руда) к сторонам, третьим лицам и другим субъектам процесса, а также от самих участников.

Вместе с тем желание и умение людей защищаться в суде, их активное поведение в судебном процессе является решающим фактором действительного процессуального равенства, которое способно обеспечить действительную защиту субъективных прав и законных интересов.

Равенство сторон является обязательным условием любого состязательного процесса, поэтому без него невозможна реализация принципа состязательности.

Принцип диспозитивности является одним из краеугольных камней гражданского процесса. Это принцип, определяющий процессуальную деятельность.

Основным движущим началом гражданского судопроизводства служит инициатива участвующих в деле лиц. В соответствии с принципом диспозитивности гражданские дела возбуждаются, развиваются, изменяются, переходят из одной стадии процесса в другую и прекращаются под влиянием исключительно инициативы участвующих в деле лиц. Этот принцип пронизывает все стадии гражданского процесса.

Соблюдение принципа диспозитивности заключается в предоставлении сторонам и субъектам, защищающим права и законные интересы других лиц (прокурору, органам государственной власти и местного самоуправления, организациям и гражданам, выступающим на основании ст. 46 ГПК), свободы распоряжения материальными правами и процессуальными средствами их защиты.

Любое субъективное право как мера возможного поведения предполагает: управомоченное лицо может свободно распоряжаться данным правом и защищаться в установленном законом порядке. Без этих полномочий субъективное право реализовать невозможно. Все это относится и к процессуальным правам участников судопроизводства.

Необходимость в установлении специального принципа, обеспечивающего свободу распоряжения, связана со спецификой гражданских процессуальных правоотнощений, в которых суд занимает руководящее положение и реализует властные полномочия. Любой акт диспозитивного характера должен быть санкционирован судом. Исходя из этого принцип диспозитивности представляет собой юридическую конструкцию, обеспечивающую свободу участников процесса в распоряжении материальными правами и средствами их защиты в условиях осуществления судебной власти.

В связи с этим невозможно не согласиться с А.Т. Боннером, формулирующим данный принцип как нормативно-руководящее положение гражданского судопроизводства, определяющее движущее начало и механизм процессуального движения*.

* Боннер А.Т. Принцип законности в советском гражданском процессе. — М., 1989. — С. 18.

 

В конечном счете диспозитивность предопределяется спором о праве, рассматриваемым судом. Поэтому для эффективной защиты своей позиции участники процесса должны маневрировать предоставленными им правовыми возможностями, в частности изменять заявленные правопритязания, уменьшать или увеличивать спорную сумму, предоставлять суду новые факты, отказываться от заявленных требований или признавать их либо заключать мировое соглашение. Эти же полномочия сохраняются у них и при передаче спора в исковое производство.

Как правильно считает В.В. Яркое, осуществление любого диспозитивного полномочия представляет собой юридический факт процессуального характера, имеющий последствием развитие судопроизводственной деятельности.

В связи с этим диспозитивность обоснованно называют двигательным началом гражданского процесса (М.А. Гурвич, А.Т. Боннер и др.).

Содержание диспозитивности составляют полномочия сторон, а также субъектов, защищающих права и интересы других лиц. Стадиями реализации принципа диспозитивности являются:

возбуждение производства в суде первой и второй (апелляционной, кассационной), надзорной инстанций, пересмотр судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам;

определение ответчика, предмета и объема исковых требований;

выбор сторонами единоличного или коллегиального (в кассационной или надзорной инстанциях) суда; выбор истцом производства (искового, особого, возникающего из публичных правоотношений или приказного, заочного или состязательного);

распоряжение своими гражданскими (семейными, трудовыми и др.) правами и процессуальными средствами их судебной защиты.

Причем в течение всего судебного процесса заинтересованные лица могут активно влиять на него.

Для достижения этой цели они вправе:

обращаться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов (ст. 3, 4 ГПК);

привлекать процессуальных соучастников либо предъявлять исковые требования сразу к нескольким лицам (ст. 40 ГПК);

проводить сингулярное (частичное) и универсальное (общее) правопреемство (ст. 44 ГПК);

определять процессуального противника — ответчика, а также объем и предмет судебной защиты (п. 3, 4 ст. 131 ГПК);

изменять основание иска, размер заявляемых требований (ст. 39 ГПК);

влиять на развитие и окончание производства в суде первой и второй инстанций путем отказа от иска, признания иска и заключения мирового соглашения (ст. 39, 173, 346 ГПК);

обжаловать и приносить представление на решение суда в апелляционном, кассационном порядке (ст. 320, 336 ГПК), а на определение — в частном порядке (ст. 331, 371 ГПК);

отказываться от поданной жалобы (представления) в апелляционной, кассационной инстанции (ст. 326, 345 ГПК);

обжаловать и вносить представление на вступившие в законную силу судебные постановления (ст. 376 ГПК);

просить суд пересмотреть решение, определение и постановление по вновь открывшимся обстоятельствам (ст. 394 ГПК);

получить документ на принудительное исполнение принятого судом решения (ст. 428, 429 ГПК).

Данные полномочия лиц, участвующих в деле, всегда сочетаются с полномочиями суда, поскольку свобода в распоряжении материальными и процессуальными правами не имеет абсолютного характера. В судопроизводстве, где суд осуществляет государственную власть при отправлении правосудия, не может быть безразличного отношения к волеизъявлениям заинтересованных лиц. В противном случае суд утратит руководящее положение в процессе и не сможет разрешать гражданские дела.

Именно поэтому закон возложил на суд обязанность контролировать акты сторон и других лиц по распоряжению правами и давать согласие на их совершение при условии, что они соответствуют правовым предписаниям и не нарушают прав и законных интересов других лиц (кроме сторон).

В ходе контроля за диспозитивными актами сторон и иных лиц, участвующих в деле, суд (судья) прежде всего должен выяснять, добровольно ли сторона совершает тот или иной процессуальный акт (отказ от иска, признание исковых требований, согласие на заключение мирового соглашения) или под давлением другой стороны, в силу стечения каких-либо обстоятельств. Кроме того, суд должен проверить, соответствует ли диспозитивный акт основам правопорядка и нравственности.

При этом судья (суд) обязан разъяснить последствия совершения этого акта, то есть отказ от судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и невозможность в будущем предъявлять в суд тождественный иск. В связи с этим суд вправе не согласиться с мнением сторон и признать диспозитивный акт юридически ничтожным и продолжить дальнейшее разбирательство данного дела.

Принцип состязательности устанавливает порядок формирования материалов дела, фиксирует активность лиц, участвующих в деле, в доказывании и обосновании своих позиций в споре, определяет роль суда в этом процессе, гарантируя тем самым правильное установление судом обстоятельств дела и принятие законного и обоснованного решения.

Содержание состязательности состоит в том, что в гражданском судопроизводстве стороны противопоставлены друг другу в соответствии со своими интересами и судебное разбирательство дела происходит в форме спора между ними*.

* Данное положение было известно еще в Древней Руси. В древнерусских нормативных актах (Русская Правда, Киевская Правда, Новгородский Судебник, Псковский Судебник) судопроизводство именовалось состязательным, но самого описания судебного состязания не давалось, поскольку оно было давно известным обычаем осуществления правосудия (см.: Самсонов В.В. Состязательность как правовой обычай в гражданском судопроизводстве//Вестник Саратовской государственной академии права. 1998. № 1. — С. 59—67): Из этого следует, что исторические истоки современной состязательности лежат в судебных обычаях еще Древней Руси.

 

Подобное построение гражданского судопроизводства как нельзя кстати соответствует спорному характеру гражданских дел и самой логике осуществления правосудия. Состязательный процесс, построенный на правовой активности лиц, участвующих в деле, по своей природе демократичен и его результаты убедительны.

Однако это возможно лишь при непременном условии, что основная обязанность по доказыванию в процессе была возложена на заинтересованных лиц. Поэтому не напрасно Основной закон нашей страны определяет российское судопроизводство как состязательное (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ).

Вместе с тем необходимо разграничивать принцип состязательности и состязательную процессуальную форму судопроизводства (состязательный гражданский процесс). Эти понятия взаимосвязанны, близки по смыслу, но не тождественны.

Содержание принципа состязательности составляют права и обязанности сторон и других лиц в области судебного доказывания, в первую очередь распределение обязанностей по доказыванию. И хотя судебное доказывание занимает в деятельности заинтересованных лиц значительное место, тем не менее гражданское судопроизводство не сводится только к этому.

Доказывание в полной мере осуществляется, как правило, при рассмотрении и разрешении дела в первой инстанции и в меньшей — в иных судебных инстанциях, тогда как состязательность охватывает весь гражданский процесс (кроме стадии возбуждения судопроизводства).

Состязательная гражданская процессуальная форма представляет собой такое построение гражданского процесса, в котором заинтересованные лица активны в защите своих прав и законных интересов с начала и до конца судебной деятельности, а также такой порядок осуществления правосудия, при котором весь материал, необходимый для правильного разрешения дела, формируется исключительно сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Суд же в состязательном процессе занят в основном определением предмета доказывания, исследованием представленных доказательств и их оценкой (ст. 56 ГПК).

Содержание состязательности составляют следующие права сторон и других лиц, участвующих в деле:

устанавливать предмет доказывания, выделяя в подаваемых заявлениях обстоятельства, подлежащие выяснению (п. 5 ст. 131 ГПК);

представлять соответствующие доказательства при обращении в суд с заявлением (исковым заявлением, встречным иском, заявлением об обеспечении исковых требований, заявлением об освобождении от уплаты судебных расходов и др.);

своевременно получать информацию о месте и времени рассмотрения дела (ст. 113 ГПК);

знакомиться с материалами дела, делать выписки, снимать копии с отдельных документов (ст. 35 ГПК);

знать позицию противостоящей стороны, получая копии искового заявления и доказательства, обосновывающие основания иска (ст. 127 ГПК), апелляционной, кассационной жалобы или представления, и приложенных к ним документов или письменных доказательств (ст. 325, 343 ГПК), заявления о пересмотре решения, определения и постановления по вновь открывшимся обстоятельствам;

иметь судебного представителя — процессуального помощника в состязательном процессе (ст. 48 ГПК);

высказывать собственные соображения по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам (ст. 35 ГПК).

Состязательность в полной мере реализуется во всех процессуальных стадиях возбужденного судопроизводства, кроме первоначальной. Так, при подготовке дела к судебному разбирательству стороны и другие лица, участвующие в деле, вправе лишь обосновывать свои требования и возражения, представлять доказательства, просить суд истребовать определенные средства доказывания.

Однако наиболее полно состязательное начало проявляется в стадии судебного разбирательства, где стороны и другие заинтересованные лица вправе участвовать в судебном заседании при исследовании доказательств, задавать вопросы другим лицам, давать объяснения, высказывать свои доводы и соображения по всем возникающим вопросам, выступать в судебных прениях.

Кроме того, при пересмотре судебного решения в апелляционном, кассационном и надзорном порядках, а также по вновь открывшимся обстоятельствам стороны и другие лица, участвующие в деле, вправе представлять новые материалы, давать объяснения в судебных заседаниях и активно участвовать в исследовании материалов дела.

Содержанием состязательности охватываются также полномочия суда (судьи) по оказанию процессуальной помощи сторонам и другим участвующим в деле лицам с тем, чтобы юридическая неосведомленность граждан и отсутствие у них опыта работы в судопроизводстве не могли бы стать препятствием для их активности в состязательном процессе (ч. 2 ст. 12 ГПК).

С этой целью судья обязан извещать стороны и иных заинтересованных лиц о месте и времени судебного разбирательства дела и пересмотре решения, содействовать их ознакомлению с материалами дела, разъяснять порядок распределения обязанностей по доказыванию и последствия их невыполнения, истребовать те средства доказывания, которые сами стороны не могут получить, назначать судебные экспертизы по делу, разъяснять смысл выносимых судебных постановлений и др.

Таким образом, элементами состязательности являются:

права сторон и других лиц, участвующих в деле;

обеспечение их процессуальной активности в обосновании позиции в споре;

процессуальная помощь суда юридически заинтересованным субъектам судопроизводства.

Принцип устности судебного разбирательства закрепляет правило, согласно которому судопроизводство в суде может происходить как в устной, так и в письменной форме. В первом случае процессуальный материал представляется суду устно, во втором — в виде письменных процессуальных документов. Главное в устном судопроизводстве это устное состязание сторон перед судом, в письменном — обмен состязательными бумагами.

Принцип непосредственности заключается в том, что судьи должны лично воспринимать собранные по делу доказательства, и разрешение дела должно быть основано на исследованных и проверенных в судебном заседании доказательствах.

Принцип непосредственности не запрещает суду пользоваться производными доказательствами (при отсутствии первоначальных), однако он не вправе прибегать к производным доказательствам при наличии первоначальных.

Принцип непрерывности судебного разбирательства состоит в том, что судебное заседание должно происходить непрерывно или же по частям в установленной законом последовательности, когда между частями судебного разбирательства существуют незначительные промежутки во времени, чтобы у судей, которые сосредоточиваются на рассмотрении данного дела, смогло сложиться цельное впечатление о деле, которое они и должны отразить в решении, принимаемом после рассмотрения дела по существу.

Судебное заседание должно происходить непрерывно, кроме времени, назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения дела слушанием суд не вправе рассматривать другие дела. В случае отложения дела новое разбирательство должно производиться с начала.

При отложении разбирательства дела суд вправе допросить явившихся свидетелей, если в судебном заседании присутствуют все лица, участвующие в деле; тогда вторичный их вызов допускается в исключительных случаях.

 

§ 4. Правовые аксиомы в гражданском судопроизводстве

 

Сущность гражданского процесса наряду с процессуальными принципами определяют и правовые аксиомы*. Аксиомы представляют собой исходные и непреложные истины, закрепленные в процессуальных нормах**. Они самоочевидны. Их правильность многократно проверена и подтверждена юридической практикой.

* Аксиома — исходное положение, принимаемое без доказательств. См.: Толковый словарь русского языка/Под ред. С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой. — М., 1998. — С. 21

** Чечина Н.А. Основные направления развития науки советского гражданского процессуального права. — Л., 1987. — С. 88—90.

 

Представляется, что без аксиом гражданская юрисдикция будет существенно осложнена. Так, без аксиоматического правила, освобождающего от доказывания общеизвестных фактов, судебное познание было бы неоправданно громоздким, а без аксиомы, запрещающей тождественные правопритязания, производство по делу динамично не развивалось бы.

Правовые аксиомы — это определенные постулаты юридической науки и судебной практики, выражающие общечеловеческую мораль и справедливость. Они закреплены в Гражданском процессуальном кодексе (например, ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 61, п. 2ч. 1 ст. 134 ГПК и др.).

В отличие от гражданских процессуальных принципов аксиомы знаменуют собой общечеловеческую сторону судопроизводства и имеют наднациональный характер. Многие из них вошли в современное правоведение в виде юридических поговорок и существуют одновременно в законодательстве различных стран. Например: нет судьи без истца; никто не может быть судьей в своем деле; где есть право, там есть и его защита; правовые формальности должны неукоснительно соблюдаться и др.

Характерной чертой аксиом различных правовых систем является их преемственность. Например, правило распределения обязанностей по доказыванию между сторонами было известно российскому Уставу гражданского судопроизводства, ГПК РСФСР 1923 года, 1964 года. В новом ГПК оно закреплено в ч. 1 ст. 56.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 |