Имя материала: Настольная книга судьи по гражданским делам

Автор: Н.К. Толчеев

Раздел iv. судебная практика

 

1. ПРИМЕНЕНИЕ НОРМ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

 

Решения Банка России об отзыве лицензии на осуществление банковских операций и о назначении временной администрации обжалуются кредитной организацией в арбитражный суд <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 24 ноября 2004 г. N 27пв04.

 

П. обратилась в Зеленогорский суд Курортного района г. Санкт-Петербурга с иском к ООО "КБ "Содбизнесбанк" о защите прав потребителя. В обоснование иска указала на то, что ответчик отказался выдать по ее требованию денежные средства, находящиеся на ее лицевом счете в этом банке, сообщив о невозможности выполнить свои обязательства по договору банковского вклада, поскольку Центральный банк РФ своими приказами от 12 мая 2004 г. N ОД-337 и N ОД-339 запретил ООО "КБ "Содбизнесбанк" производить любые операции по вкладам.

П. просила восстановить ее права потребителя путем: признания недействительными указанных приказов Центрального банка РФ; признания незаконным назначения и деятельности временной администрации; обязания ответчика надлежащим образом исполнить условия договора банковского вклада от 5 мая 2004 г., начислить в соответствии с условиями договора проценты за пользование денежными средствами и выдать ей требуемую сумму, а также взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Определением судьи Зеленогорского суда Курортного района г. Санкт-Петербурга от 17 мая 2004 г. исковое заявление П. было принято к производству данного Суда. Определением от той же даты удовлетворено ходатайство истицы о принятии мер по обеспечению иска, приостановлено действие оспариваемых Приказов Центрального банка РФ; запрещено исполнительным органам ООО "КБ "Содбизнесбанк" осуществлять деятельность банка в полном объеме, предусмотренном лицензией; запрещено Центральному банку РФ, его органам и должностным лицам, включая временную администрацию, чинить препятствия исполнительным органам ООО "КБ "Содбизнесбанк" в исполнении своих обязанностей, препятствовать в осуществлении ими банковской деятельности.

Определением судьи от 21 мая 2004 г., вынесенным по ходатайству истицы, вышеперечисленные меры по обеспечению иска заменены на другие, а именно наложен арест на лицевой счет П. в ООО "КБ "Содбизнесбанк".

В кассационном и надзорном порядке названные Определения судьи не обжаловались.

В представлении заместителя Председателя Верховного Суда РФ, внесенном в Президиум Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном статьей 389 ГПК РФ, в целях обеспечения единства судебной практики и законности был поставлен вопрос об отмене указанных судебных постановлений как вынесенных с существенным нарушением норм процессуального права.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил представление по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления, в случае если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, заявление предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым данным Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такого права; в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя.

Приведенные нормы гражданского процессуального закона были нарушены при принятии искового заявления П. в части ее требований о признании недействительными приказов Центрального банка РФ от 12 мая 2004 г. N ОД-337 об отзыве лицензии у ООО "КБ "Содбизнесбанк" и N ОД-339 о назначении временной администрации по управлению этим банком; о признании незаконными назначения и деятельности временной администрации.

Обращение П. с указанными требованиями произведено, по существу, в интересах конкретного юридического лица - ООО "КБ "Содбизнесбанк".

Между тем согласно ст. 21 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" и ст. 25 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" решения Банка России об отзыве лицензии на осуществление банковских операций и о назначении временной администрации обжалуются кредитной организацией в арбитражный суд.

В соответствии с ч. 3 ст. 22 и п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ в принятии искового заявления П. в части ее требований о признании недействительными приказов Центрального банка РФ; о признании незаконными назначения и деятельности временной администрации следовало отказать в связи с тем, что дело в этой части не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке (в порядке арбитражного производства по правилам АПК РФ); требования предъявлены лицом, которому данным Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право.

В соответствии со ст. 139 ГПК РФ по заявлению лиц, участвующих в деле, судья или суд может принять меры по обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

В соответствии с ч. 3 ст. 140 ГПК РФ меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию.

Поскольку дело по иску П. в части требований, касающихся банковской деятельности кредитной организации, было принято с нарушением правил подведомственности дел судам общей юрисдикции, то не имелось и никаких предусмотренных гражданским процессуальным законом правомочий для принятия мер по их обеспечению.

Кроме того, федеральное законодательство прямо запрещает принятие такого рода судебных актов в отношении решений Банка России об отзыве лицензии на осуществление банковских операций и о назначении временной администрации по управлению кредитной организацией.

Так, в соответствии со ст. 25 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" и ст. 20 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" обжалование решений Банка России об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций и о назначении временной администрации по управлению кредитной организацией, а также применение мер по обеспечению исков в отношении кредитной организации не приостанавливают действия указанных решений.

Указанные нормы Федеральных законов направлены на обеспечение интересов неопределенного круга кредиторов банка и иных публичных интересов.

Незаконные определения судьи об обеспечении иска П. наносят ущерб публичным интересам, создают правовые возможности осуществлять операции с активами в ущерб банку, удовлетворять требования одних кредиторов в ущерб другим, препятствуют в обеспечении управления и надзора за банком, у которого отозвана лицензия на осуществление банковских операций, и сохранности его активов.

Президиум Верховного Суда РФ отменил Определение судьи от 17 мая 2004 г. о принятии искового заявления П. к производству суда в части ее требований о признании недействительными приказов Центрального банка РФ от 12 мая 2004 г. N ОД-337 и N ОД-339, о признании незаконными назначения и деятельности временной администрации; Определений от 17 и 21 мая 2004 г. об обеспечении иска и производство по делу в этой части прекратил.

Государственная пошлина по иску о признании торгов недействительными уплачивается как с искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке <1>.

--------------------------------

<1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 ноября 2004 г. N 29-Г04-10.

 

ОАО "Завод имени Фрунзе" обратилось в суд с иском к специализированному государственному учреждению при Правительстве РФ "Российский фонд федерального имущества" (Приволжское межрегиональное отделение) и гражданину Ф. о признании недействительными проведенных 28 сентября 2004 г. торгов по продаже принадлежащего ему нежилого здания (профилактория), победителем которых был признан ответчик Ф. В обоснование своих требований истец указал на то, что торги проведены с нарушением Федеральных законов "О мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации", "Об обороне", "О государственном оборонном заказе" и "О государственной тайне", поскольку проданный на торгах объект недвижимости относится к имуществу мобилизационного назначения.

Определением судьи Пензенского областного суда от 11 октября 2004 г. исковое заявление оставлено без движения, истцу предложено в срок до 18 октября 2004 г. представить документ, подтверждающий уплату государственной пошлины в размере 55700 рублей.

В частной жалобе истец поставил вопрос об отмене определения, ссылаясь на то, что судьей неправильно определен характер спора и соответственно размер подлежащей уплате государственной пошлины.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ частную жалобу удовлетворила по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 136 ГПК РФ судья, установив, что исковое заявление подано в суд без соблюдения требований, установленных в ст. 131 и 132 этого Кодекса, выносит определение об оставлении заявления без движения, о чем извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков.

Оставляя исковое заявление без движения, судья исходил из того, что спор между сторонами носит имущественный характер, цена иска составляет 37800000 рублей, поэтому размер государственной пошлины должен составлять 56700 рублей, а не 1000 рублей, как уплачено истцом.

С таким выводом согласиться нельзя, поскольку он противоречит закону.

Размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, зависит от вида и характера поданных исковых заявлений (имущественного характера; неимущественного характера; имущественного характера, не подлежащего оценке).

Перечень споров имущественного характера, подлежащих оценке, а также порядок определения цены иска установлены ст. 91 ГПК.

В данном случае ОАО "Завод имени Фрунзе" обратилось в суд с исковым заявлением имущественного характера о признании торгов по продаже арестованного имущества недействительными. Однако требований о признании права собственности на это имущество или о его истребовании истцом не заявлялось. При таких обстоятельствах иск имущественного характера не подлежал оценке, в связи с чем государственная пошлина при подаче искового заявления должна была быть уплачена в размере, установленном подп. 7 п. 1 ст. 4 Закона РФ "О государственной пошлине" <1>, как с искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке. Поэтому возложение судьей на истца обязанности по уплате государственной пошлины в размере, предусмотренном для исковых заявлений имущественного характера, является неправомерным.

--------------------------------

<1> В настоящее время подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ.

 

Установленные судом первой инстанции меры по обеспечению иска признаны не отвечающими целям, указанным в ст. 139 ГПК <1>.

--------------------------------

<1> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 11.

 

19 марта 2003 г. М. обратилась в Абаканский городской суд Республики Хакасия с иском к П. о переводе прав и обязанностей покупателя 3903 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО "Москворечье" с П. на нее (М.), сославшись на то, что ее право акционера ЗАО "Москворечье" на преимущественное приобретение указанных акций было нарушено в результате отчуждения Ф. - акционером того же ЗАО данных ценных бумаг в пользу П.

Кроме искового заявления, М. подала в суд заявление о принятии мер по обеспечению предъявленного иска путем наложения ареста на названные акции ЗАО, принадлежащие Ф., запрета счетной комиссии данного закрытого акционерного общества (а также любым иным лицам, исполняющим ее функции) учитывать эти акции при совершении определенных действий.

Определениями судьи Абаканского городского суда от 19 марта 2003 г. заявления М. были приняты к производству суда и намечены меры по подготовке дела к судебному разбирательству. 21 марта 2003 г. заявление М. о принятии мер по обеспечению иска определением суда удовлетворено полностью.

Определением суда от 30 апреля 2003 г. исковое заявление М. о переводе прав и обязанностей покупателя 3903 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО "Москворечье" с П. на М. оставлено без рассмотрения в связи с повторной неявкой в суд сторон, не просивших о разбирательстве дела в их отсутствие.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

В представлении заместителя Председателя Верховного Суда РФ, внесенном в Президиум Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном ст. 389 ГПК, в целях обеспечения единства судебной практики и законности поставлен вопрос об отмене Определения от 21 марта 2003 г. о принятии мер по обеспечению иска М. как вынесенного с существенным нарушением норм процессуального права.

Президиум Верховного Суда РФ 11 февраля 2004 г. представление удовлетворил по следующим основаниям.

При рассмотрении заявления М. о принятии мер по обеспечению предъявленного иска и рассмотрении дела по существу судьей были существенно нарушены нормы процессуального права о назначении дела к судебному разбирательству, извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела.

В соответствии со ст. 139 ГПК по заявлению лиц, участвующих в деле, судья или суд может принять меры по обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

В ст. 140 ГПК приведен примерный перечень мер по обеспечению иска и предусмотрено, что в необходимых случаях судья или суд может принять иные меры по обеспечению иска, которые отвечают целям, указанным в ст. 139 Кодекса.

Согласно ч. 3 той же статьи меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию.

Из материалов дела видно, что установленные судом по заявлению М. меры по обеспечению иска явно не отвечали целям, предусмотренным ст. 139 ГПК, и явно несоразмерны заявленному требованию, так как в результате их принятия была парализована деятельность ЗАО "Москворечье", хотя к участию в деле оно не привлекалось. Запрет счетной комиссии ЗАО "Москворечье", а также любым иным лицам, исполняющим функции счетной комиссии на общих собраниях акционеров этого акционерного общества, совершать указанные в определении суда действия фактически направлен на воспрепятствование проведению общих собраний акционеров и принятию на нем решений по вопросам деятельности общества.

Между тем в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2001 г. N 12 "О вопросе, возникшем при применении Федерального закона "Об акционерных обществах" разъяснено, что при рассмотрении дел об обжаловании решений органов управления акционерного общества судья или суд не вправе запрещать проведение общего собрания акционеров, поскольку это противоречит ст. 31 Конституции Российской Федерации, гарантирующей гражданам Российской Федерации право собираться мирно, без оружия, проводить собрания и демонстрации, шествия и пикетирования, а также нарушает право акционеров, не обжалующих решения органов управления акционерного общества, на участие в общем собрании акционеров, предоставленное им Федеральным законом "Об акционерных обществах" (ст. 31, 32).

То обстоятельство, что целью обращения М. в суд было не рассмотрение ее требований о переводе прав и обязанностей покупателя акций, а именно установление в судебном порядке мер по обеспечению иска, подтверждают последующие действия заявительницы, дважды не явившейся в суд на рассмотрение своего иска.

При таких обстоятельствах принятие судом мер по обеспечению иска М. законным быть признано не может.

Президиум Верховного Суда РФ определение судьи Абаканского городского суда от 21 марта 2003 г. о принятии мер по обеспечению иска М. отменил.

Право на обращение с ходатайством о принудительном исполнении на территории Российской Федерации решения иностранного суда о взыскании алиментов может быть реализовано в любое время, на которое присуждены алименты <1>.

--------------------------------

<1> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 10.

 

Постановлением судьи Ленинского районного суда г. Севастополя от 16 октября 1992 г. с В. в пользу М. взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего сына (родился 23 июля 1992 г.) до совершеннолетия ребенка начиная с 15 сентября 1992 г.

С ходатайством к компетентному суду Российской Федерации о признании и разрешении исполнения на территории Российской Федерации Постановления судьи Ленинского районного суда г. Севастополя М. обратилась в марте 2002 г.

Определением Мурманского областного суда от 31 октября 2003 г. ей отказано в ходатайстве о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации указанного Постановления.

В частной жалобе М. просила отменить это определение, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, на нарушение права ребенка на получение материального содержания от отца.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 23 марта 2004 г. жалобу удовлетворила по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 409 ГПК решения иностранных судов признаются и исполняются в Российской Федерации, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Российская Федерация и Украина являются участниками Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г.

Согласно ст. 53, 54 названной Конвенции ходатайство о разрешении принудительного исполнения решения подается в компетентный суд Договаривающейся Стороны, где решение подлежит исполнению. Суд, рассматривающий ходатайство о признании и разрешении принудительного исполнения решения, ограничивается установлением того, что условия Конвенции соблюдены. В случае если условия соблюдены, суд выносит решение о принудительном исполнении.

В то же время ст. 55 Конвенции содержит основания к отказу в признании и исполнении решений иностранных судов. Одним из таких оснований является истечение срока давности принудительного исполнения, предусмотренного законодательством Договаривающейся Стороны, суд которой исполняет поручение.

Аналогичное основание к отказу в принудительном исполнении решения иностранного суда есть в ст. 412 ГПК.

Срок давности принудительного исполнения решения иностранного суда на территории Российской Федерации установлен ч. 3 ст. 409 ГПК, в соответствии с которой решение иностранного суда может быть предъявлено к принудительному исполнению в течение трех лет со дня вступления его в законную силу. Пропущенный по уважительной причине срок суд Российской Федерации вправе восстановить в порядке, определенном ст. 112 ГПК.

Отказывая М. в удовлетворении заявленного ею ходатайства о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации Постановления судьи Ленинского районного суда г. Севастополя от 16 октября 1992 г., вступившего в законную силу, суд сослался на то, что ею пропущен трехлетний срок для предъявления к принудительному исполнению решения иностранного суда, исчисляемый со дня вступления его в законную силу. С заявлением о восстановлении этого срока она не обращалась.

Однако ссылка на ч. 3 ст. 409 ГПК в данном случае является неправильной, так как сделана без учета особенностей алиментных обязательств, а также характера и смысла решения суда о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка. Исполнение названного решения и обращение с ходатайством о разрешении его принудительного исполнения - право заявительницы, и не ограничено трехлетним сроком. Оно может быть реализовано в любое время, на которое присуждены алименты, т.е. до совершеннолетия ребенка.

При таких обстоятельствах Определение Мурманского областного суда нельзя признать законным, в связи с чем оно подлежит отмене.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ Определение Мурманского областного суда отменила, вопрос передала на новое рассмотрение в Мурманский областной суд.

Факт, имеющий юридическое значение, может быть установлен в порядке особого производства только при невозможности его подтверждения в ином порядке и при отсутствии спора о праве, подведомственного суду <1>.

--------------------------------

<1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 апреля 2006 г. N 81-В06-1.

 

К., работающий судьей областного суда, обратился в суд с заявлением об установлении факта работы следователем прокуратуры в период с 29 июля 1985 г. по 15 июля 1986 г., ссылаясь на то, что установление данного факта необходимо для подтверждения его права на получение ежемесячной надбавки к заработной плате, а в последующем - для получения ежемесячного пожизненного содержания.

Решением районного суда от 13 июля 2005 г. заявленное требование удовлетворено. В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев дело, переданное по надзорной жалобе в суд надзорной инстанции Определением судьи этого суда, отменила решение районного суда и оставила заявление К. без рассмотрения, указав следующее.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судом было допущено существенное нарушение норм процессуального права, определяющих условия рассмотрения в порядке особого производства дел об установлении юридических фактов.

Согласно ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

Решением суда на основании записи в трудовой книжке установлено, что заявитель в период с 29 июля 1985 г. по 15 июля 1986 г. являлся стажером прокуратуры.

Объем полномочий и мера ответственности прокурорского работника, в том числе следователя, непосредственно зависят от занимаемой должности. В 1985 г. должность следователя входила в категорию специалистов (3 группа), предусмотренную Единой номенклатурой должностей служащих, утвержденной Постановлением Госкомтруда СССР от 9 сентября 1967 г. N 443. Назначение на должность следователя районной прокуратуры и освобождение от этой должности производилось в порядке, определяемом Генеральным прокурором СССР; лицо, назначаемое на должность следователя, должно было соответствовать определенным требованиям, в частности при отсутствии опыта практической работы по специальности пройти стажировку в течение года, за исключением отдельных случаев (ст. 13, 20 Закона СССР от 30 ноября 1979 г. "О прокуратуре СССР"). Следовательно, установление факта работы следователем прокуратуры осуществляется на основании надлежащих документов, свидетельствующих о назначении на такую должность, и лишь при невозможности восстановления таких документов - в судебном порядке.

В соответствии с п. 2.3 Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденной Постановлением Госкомтруда СССР от 20 июня 1974 г. N 162, действовавшей в то время, все записи в трудовой книжке о приеме, переводе на другую постоянную работу или увольнении должны были точно соответствовать приказу (распоряжению).

Действующими в настоящее время Правилами ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 16 апреля 2003 г. N 225 (в редакции Постановления от 6 февраля 2004 г. N 51), предусмотрено, что в случае выявления неправильной или неточной записи в трудовой книжке исправление ее производится по месту работы, где была внесена соответствующая запись, либо работодателем по новому месту работы на основании официального документа работодателя, допустившего ошибку; исправленные сведения должны полностью соответствовать документу, на основании которого они были исправлены (п. 27, 29).

В заявлении К. об установлении факта работы следователем в нарушение требований ст. 267 ГПК РФ не были приведены и в последующем не представлены суду доказательства, подтверждающие невозможность получения официального документа о назначении его в июле 1985 г. на должность следователя и внесения исправлений в трудовую книжку в точном соответствии с текстом приказа, как это предусмотрено упомянутыми Правилами.

Ссылка в письменных объяснениях заявителя на то, что он не оспаривает запись в трудовой книжке, а предметом исследования суда был характер выполняемой им работы, как обстоятельство, имеющее юридическое значение, не влияет на изложенные выводы. Из просительной части заявления, адресованного суду первой инстанции, однозначно следует, что К. требовал подтверждения судом не факта выполнения им определенных обязанностей, а факта работы следователем прокуратуры, который устанавливается в указанном выше порядке с учетом нормативных правовых актов, регламентирующих процедуру назначения на такую должность и освобождения от нее.

Вывод районного суда о факте работы К. в период с 29 июля 1985 г. по 15 июля 1986 г. в качестве следователя прокуратуры основан на установленных в мотивировочной части решения обстоятельствах, свидетельствующих о характере фактически выполняемых им в тот период обязанностей, а не о назначении его на данную должность в порядке, определенном Генеральным прокурором СССР.

При этом суд не указал в решении, какое юридическое значение для целей определения судебного стажа и назначения ежемесячного пожизненного содержания имеет фактическое выполнение обязанностей лиц, названных в ст. 7 Федерального закона от 10 января 1996 г. N 6-ФЗ (прокурора, следователя, адвоката). Между тем одним из необходимых условий для рассмотрения дела в порядке главы 28 ГПК РФ (согласно ст. 265 этой главы) является то, чтобы факт, просьба об установлении которого заявлена, имел юридическое значение.

При таком положении заявление в силу ст. 265 ГПК РФ не могло быть принято к производству суда и рассмотрено им по существу, поскольку условия, необходимые для установления факта, имеющего юридическое значение, отсутствовали.

В надзорной жалобе указывается на то, что в силу ст. 7 Федерального закона от 10 января 1996 г. N 6-ФЗ "О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации" в судебный стаж, учитываемый при назначении ежемесячного пожизненного содержания, включаются периоды работы в конкретно названных в этой статье должностях, а не время фактического исполнения обязанностей в органах прокуратуры. Характер должностных обязанностей, которые фактически исполнял К., работая в должности стажера прокуратуры, не имеет правового значения при определении стажа его работы в качестве судьи.

Из заявления К. и письменных объяснений на надзорную жалобу усматривается, что он придает юридическое значение именно характеру выполняемой работы, связывая с данным обстоятельством возможность включения периода такой работы в судебный стаж, дающий ему право на ежемесячное пожизненное содержание в соответствующем размере.

Из изложенного видно, что в действительности имеет место спор не о факте, а о праве, которое порождает, по мнению заявителя, установление требуемого им факта. Поэтому вопрос о том, имеет ли указанное обстоятельство юридическое значение при применении ст. 7 упомянутого Федерального закона, не может рассматриваться путем установления юридического факта, так как связан с необходимостью разрешения спора о возможности распространения данной нормы на случай фактического исполнения обязанностей названных в ней должностных лиц.

Согласно ч. 3 ст. 263 ГПК РФ в случае, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства.

В данном случае существует подведомственный суду спор о праве заявителя на ежемесячное пожизненное содержание, разрешение которого зависит от того, какие периоды его работы в органах прокуратуры имеют юридическое значение для определения судебного стажа.

Исходя из этого, заявление К. не может быть разрешено в порядке особого производства и подлежит оставлению без рассмотрения.

Прокурор не имеет права на обращение в суд надзорной инстанции с представлением о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по делам, не относящимся к определенным в ч. 3 ст. 45 ГПК РФ категориям дел <1>.

--------------------------------

<1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 февраля 2004 г. N 5-В03-81.

 

О. обратился в суд с иском к К. и другим о признании недействительными сделок по отчуждению жилых помещений, ссылаясь на нарушение своих жилищных прав.

Решением Бабушкинского районного суда г. Москвы от 19 декабря 2001 г., оставленным без изменения в кассационном порядке, совершенные сделки признаны недействительными, К. выселен из спорной квартиры, а О. вселен в нее. Президиум Московского городского суда 6 марта 2003 г. оставил без удовлетворения протест прокурора г. Москвы на состоявшиеся по делу судебные постановления.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев по представлению заместителя Генерального прокурора РФ дело, переданное на рассмотрение в порядке надзора определением судьи Верховного Суда РФ, прекратила надзорное производство по следующим основаниям.

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" обращено внимание судов на то, что прокурор вправе принести представление в суд второй и надзорной инстанции на судебное постановление, лишь в случае если он участвует в деле (ч. 2 ст. 320, ч. 1 ст. 331, ст. 336, ч. 1 ст. 371, ч. 3 ст. 376).

Общие положения об участии прокурора в деле закреплены в ст. 45 ГПК РФ, которая определяет возможность обращения прокурора в суд с заявлением в защиту прав, свобод и охраняемых законом интересов других лиц и вступления в процесс для дачи заключения по делам определенных настоящим Кодексом и другими федеральными законами категорий, а о его правах и обязанностях как лица, участвующего в деле, - в ст. 35 ГПК РФ.

Правом на подачу указанных представлений в вышестоящие суды обладает прокурор, являющийся лицом, участвующим в деле, с точки зрения положений ст. 34, 35, 45 ГПК РФ, независимо от того, явился ли он в заседание суда первой инстанции.

Как видно из материалов, по настоящему делу прокурор не участвовал в суде как первой, так и кассационной инстанции. Прокурор по данному делу не обращался в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, муниципальных образований, как это предусмотрено ч. 1 ст. 45 ГПК РФ.

Настоящий спор не подпадает под перечень дел, указанных в ч. 3 ст. 45 ГПК РФ, по которым прокурор вступает в процесс и дает заключение. Иск по данному делу предъявлен о признании недействительными сделок отчуждения конкретных жилых помещений, а требование о выселении из квартиры носило характер применения последствий признания сделки недействительной (ст. 167 ГК РФ). Поэтому довод прокурора, участвующего в рассмотрении дела в суде надзорной инстанции, о том, что внесенное представление связано с выселением К. из спорной однокомнатной квартиры, нельзя признать состоятельным.

Таким образом, представление прокурора по данному делу подано лицом, не имеющим права на обращение в суд надзорной инстанции. В соответствии со ст. 380 ГПК РФ представление прокурора возвращается судьей без рассмотрения по существу в течение десяти дней со дня его поступления в суд надзорной инстанции, если представление подано лицом, не имеющим права на обращение в суд надзорной инстанции.

Однако возвращение судьей представления прокурора по смыслу вышеприведенной нормы возможно до принятия его к производству суда надзорной инстанции. В данном же случае гражданское дело с представлением прокурора определением судьи передано для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции, поэтому возвратить представление прокурора без рассмотрения, не разрешив вопрос о прекращении надзорного производства, не представляется возможным.

Поскольку глава 41 ГПК РФ "Производство в суде надзорной инстанции" не содержит специальной нормы о прекращении надзорного производства, то в силу ч. 4 ст. 1 ГПК РФ допустимо применение аналогии закона, имеется в виду распространение на данные отношения конкретных юридических норм, регулирующих сходные отношения.

В данном случае подлежит применению по аналогии положение ст. 345 ГПК РФ о том, что суд кассационной инстанции выносит определение, которым прекращает кассационное производство, если решение суда первой инстанции не было обжаловано другими лицами.

По настоящему делу отсутствуют надзорные жалобы других лиц, а прокурор не имеет права на обращение в суд надзорной инстанции с представлением о пересмотре вступивших в законную силу решений и определений суда (ч. 3 ст. 376 ГПК РФ). Поэтому надзорное производство по делу прекращено.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 |