Имя материала: Гражданское право: В 4 т. Том 2: Вещное право. Наследственное право. Исключительные права

Автор: Е.А.Суханов

§ 3. гражданско-правовая природа исключительных прав

 

1. Объективные предпосылки проприетарной

("собственнической") концепции исключительных прав

 

Историческая предпосылка. Складывавшиеся еще в XVII - XVIII вв. институты авторского и патентного права (вспомним английские законы "Статут о монополиях" (1624 г.), "Статут королевы Анны" (1710 г.) и французский Патентный закон (1791 г.), положившие начало патентно-правовым и авторско-правовым законам) в XIX - XX вв., наряду с обобщенным наименованием "исключительные права", нередко стали называться "литературной", "научной", "художественной", "промышленной" либо "интеллектуальной собственностью". Иногда, правда, употребляются и другие понятия, такие как "охрана промышленных прав", "право нематериальных благ" или "право на духовное благо". Однако к середине XX в. изо всех этих категорий формируются и наиболее часто используются три понятия:

- исключительные права;

- промышленная собственность;

- интеллектуальная собственность.

Последним понятием охватываются права на все продукты творческой деятельности.

Интеллектуальная собственность, как и промышленная собственность, имеет ярко выраженный интернациональный характер, что закрепляется в Парижской конвенции по охране промышленной собственности (1883 г.) и в Стокгольмской конвенции об учреждении Всемирной организации интеллектуальной собственности (1967 г.). В соответствии со ст. 2 (viii) последней Конвенции интеллектуальная собственность включает права, относящиеся к:

- литературным, художественным и научным произведениям;

- исполнительской деятельности артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам;

- изобретениям во всех областях человеческой деятельности;

- научным открытиям, промышленным образцам, товарным знакам, знакам обслуживания, фирменным наименованиям и коммерческим обозначениям;

- защите против недобросовестной конкуренции, а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях.

Трактовка прав на идеальные результаты умственного труда с позиций собственности может характеризоваться как проприетарная концепция (от лат. proprietas - собственность). Участие России в Парижской конвенции по охране промышленной собственности, в Стокгольмской конвенции об учреждении Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), других аналогичных международных соглашениях и организациях, а также сотрудничество с зарубежными странами в области охраны и использования произведений науки, литературы и искусства, объектов смежных прав, изобретений, промышленных образцов, товарных знаков и других результатов интеллектуального творчества исторически обусловили широкое использование категорий интеллектуальной и промышленной собственности не только в доктрине и практике, но и в законах и иных правовых актах нашей страны.

Технологическая предпосылка. Изобретение книгопечатания и развитие машинного производства создали условия для широкого тиражирования произведений литературы и некоторых видов искусства, а также изобретений и товарных обозначений. Применительно к процессу массового воспроизводства на материальных носителях идеальных плодов умственного труда все чаще стали использовать понятие "духовное производство". Но коль скоро в материальном производстве обычно участвуют собственники (сырья, материалов, зданий, сооружений и рабочей силы), то и к участникам "духовного производства", а следовательно, и к его результатам со временем все чаще стали применяться проприетарные категории.

Экономическая предпосылка. Широкое вовлечение исключительных прав на идеальные продукты умственного труда в сферу товарно-денежных отношений, их "товаризация", рост их коммерческой ценности, обусловливаемой все большим влиянием, в частности, научно-технических достижений на рост производительности труда формировали представление о купле-продаже результатов интеллектуальной деятельности. А поскольку согласно экономическим представлениям о товарно-денежном обмене продукт труда лишь тогда приобретает в процессе обмена свойства товара, когда его участники противостоят друг другу как собственники, то и участники продажи исключительных прав стали восприниматься как их интеллектуальные собственники.

Психологическая предпосылка. Сформировавшееся в течение столетий психологическое восприятие права собственности как священного и неприкосновенного интуитивно способствовало выработке стремления творческой интеллигенции иметь на свои произведения модель права аналогичного характера. Еще 100 лет назад профессор А.А. Пиленко, цитируя Де Буфлерса, который, излагая проект французского Патентного закона 1791 г., сказал, что всякое изобретение "есть собственность его автора", обратил внимание на психологические корни подобного подхода. По мнению А.А. Пиленко, Де Буфлерс подсознательно "хотел сказать: патентное право свято, - а сказал: патентное право есть собственность и потому свято. Промежуточный элемент (собственность) был для Bouflers совершенно безразличен. Если бы ему гарантировали святость, он, конечно, не стал бы ломать копья за собственность" <1>. Критикуя проприетарную теорию прав на нематериальные результаты умственного труда, другой российский специалист в данной области права справедливо усматривал корни этой теории в стремлении ее творцов подчеркнуть абсолютный, тождественный с таким вечным институтом, как право частной собственности на вещи, характер данных прав, в желании втиснуть сравнительно новый правовой институт в освященные традицией схемы <2>.

--------------------------------

<1> См.: Пиленко А.А. Право изобретателя (Серия "Классика российской цивилистики"). М., 2001. С. 586.

<2> См.: Раевич С.И. Исключительные права. Право на товарные знаки, промышленные образцы, изобретения, авторское право. Л., 1926. С. 6.

 

Юридическая предпосылка. Исключительные права на результаты творческой деятельности по своей природе являются, как и вещные права, в первую очередь право собственности, абсолютными. Носителю права и там и здесь не противостоит конкретное обязанное лицо. Как и обладатель вещного права собственности, обладатель исключительных прав может совершать в отношении объекта своих прав все не запрещенные законом действия с одновременным запрещением всем третьим лицам совершать указанные действия без согласия правообладателя. Но при этом нередко забывают о принципиальном различии в природе объектов рассматриваемых двух видов абсолютных прав.

Юридико-техническая предпосылка. Она состоит в удобстве обозначения двумя-тремя словами большого числа результатов интеллектуальной деятельности, в частности тех, которые перечислены в ст. 2 (viii) Стокгольмской конвенции об учреждении ВОИС.

 

2. Оценка проприетарной концепции

 

Таким образом, проприетарная концепция прав на идеальные достижения человеческого ума обусловлена многими факторами. Однако все они в совокупности не позволяют регламентировать отношения по поводу этих достижений в рамках законодательства о праве собственности на вещи. Попытки приспособить механизм вещных прав к обслуживанию сферы творческой деятельности оказываются безуспешными.

Как известно, модель права собственности предполагает осуществление собственником триады правомочий: владения, пользования и распоряжения вещью. К нематериальным результатам, каковыми являются все продукты интеллектуального труда, неприменимо правомочие владения: нельзя физически обладать идеями и образами. Не может быть прямо применено к нематериальным объектам и вещное правомочие пользования. Научно-технические идеи и литературно-художественные образы могут одновременно находиться в пользовании бесчисленного круга субъектов. При этом данные объекты не будут потребляться в процессе пользования, амортизироваться в физическом смысле слова.

Принципиально важные отличия присущи и распоряжению творческими результатами. Отчуждая право на их использование по авторскому или лицензионному договору о передаче неисключительных прав, правообладатель (лицензиар) сам не лишается возможности продолжать их использование, а также разрешать аналогичное использование третьим лицам. Кроме того, при уступке исключительных прав утрачивают смысл различные оговорки, обычно сопровождающие куплю-продажу вещей: о скрытых недостатках вещи, необходимости ее осмотра покупателем, о порядке доставки вещи и т.п. Идеальные объекты исключительных прав нередко не нуждаются даже в простейшем их описании в договоре, поскольку, к примеру, описания изобретений публикуются и с ними может заранее ознакомиться любой потенциальный лицензиат. В договоре же достаточно назвать номер патента, охраняющего то или иное изобретение.

Сходная интерпретация интеллектуальной собственности наблюдается и в современной зарубежной доктрине. Например, во Франции, где еще в конце прошлого века была заключена одна из наиболее важных многосторонних конвенций по праву промышленной собственности и где в 1993 г. на смену Закону 1957 г. "Об охране литературной и художественной собственности", патентному и некоторым другим законам пришел Кодекс интеллектуальной собственности, специалисты в разное время критиковали проприетарную концепцию.

По свидетельству Р. Дюма, "в прошлом веке во Франции рассматривали литературную и художественную собственность как подлинную собственность, по сути относящуюся к категории движимого имущества. Такой же была и позиция кассационного суда, концепция которого позднее изменилась: он перестал применять термин "собственность", заменив его понятиями "монополия" и "исключительное право". В дальнейшем во Франции, к примеру, авторские права стали трактовать как собственность особого рода, которая требует специального регулирования ввиду ее нематериального характера. Данные права признавались также особыми интеллектуальными правами, находящимися вне классических концепций личных и вещных прав. Они могут быть лишь присвоены, но не являются интеллектуальной собственностью" <1>.

--------------------------------

<1> См.: Дюма Р. Литературная и художественная собственность. Авторское право Франции. М., 1989. С. 17 - 18.

 

3. Интеллектуальная собственность как совокупность

авторских, смежных, патентных и других исключительных прав

 

Изложенное позволяет сделать ряд выводов. Прежде всего, сами термины "интеллектуальная собственность", "промышленная собственность" вошли в международный и национальный обиход. Однако надо учитывать, что эти категории являются не вещно-правовыми понятиями, а скорее бытовыми синонимами таких понятий, как "мое", "собственное", "созданное мною" или "принадлежащее мне".

Далее, вещно-правовой режим собственности, используемый на протяжении веков в отношении материальных объектов и включающий традиционные правомочия владения, пользования и распоряжения данными объектами, неприменим к нематериальным достижениям умственного труда. Он приемлем лишь для материальных носителей результатов этого труда, что, кстати, прямо подчеркивается, к примеру, в п. 5 ст. 6 Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах".

В отношении же продуктов интеллектуального творчества следует применять режим исключительных прав. Лишь создатели данных продуктов, их работодатели или иные указанные в законе лица вправе их использовать и распоряжаться ими с учетом их нематериальной природы. В условиях рыночной экономики исключительные права на результаты творчества можно и нужно отчуждать в товарно-денежной форме. При этом важно учитывать, что в силу идеального характера и оригинальности (либо неочевидности) данных результатов плата за приобретение прав на их использование должна определяться не общественно необходимыми затратами на их производство, а соотношением спроса и предложения <1>.

--------------------------------

<1> См.: Зенин И.А. Товарно-денежная форма научно-технической продукции // Вопросы изобретательства. 1989. N 7. С. 9.

 

Действующее законодательство в основном учитывает особенности правового режима результатов творчества. В частности, ни в одной статье раздела II части первой ГК, посвященного праву собственности и другим вещным правам (ст. ст. 209 - 306), ни слова не говорится об интеллектуальной собственности. Иными словами, последняя целиком отождествляется с исключительными правами на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридических лиц, производимой продукции, выполняемых работ и услуг.

 

Дополнительная литература

 

Дозорцев В.А. Интеллектуальные права. Понятие. Система. Задачи кодификации. М., 2003.

Зенин И.А. Интеллектуальная собственность и ноу-хау. М., 2004.

Калятин В.О. Интеллектуальная собственность (Исключительные права). М., 2000.

Пиленко А.А. Право изобретателя (Серия "Классика российской цивилистики"). М., 2001.

Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. 2-е изд. М., 2004.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 |