Имя материала: Договорное право в международном обороте

Автор: Н.Г. Вилкова

1.3. методы унификации права международных контрактов

 

Во все периоды развития унификации права международных контрактов общепризнанным является стремление к достижению единообразия и уменьшению влияния национальных границ путем обеспечения для международных коммерческих сделок специального режима и тем самым к избежанию применения к таким сделкам национальных законов, регламентирующих внутренние сделки. Однако в отношении методов достижения указанных целей необходимой ясности нет.

Обращение к методам унификации объясняется не только стремлением автора выявить и попытаться классифицировать различные способы осуществления данного вида деятельности в рамках международного сообщества, выделить преимущества и недостатки того или иного способа или подхода. Хотя может показаться, что основное внимание должно уделяться предмету унификации, а используемый при этом инструментарий или методы достижения результата имеют при наличии общей заинтересованности государств второстепенное значение, практика свидетельствует о том, что это не так. Важен не только выбор предмета, круга вопросов, подлежащих унификации, не менее важным представляется и выбор наиболее адекватного (требующего наименьших затрат времени, усилий и средств) метода достижения общего согласия в отношении избранной темы.

Целью данного параграфа является выявление существующих методов и определение их роли в обеспечении достижимости конкретного результата в виде соответствующего международного документа и эффективности его реализации.

Практика международной торговли последних десятилетий свидетельствует, что даже обсуждаемые на представительных международных форумах и подписанные значительным числом государств международные конвенции получают неодинаковое признание этих государств, что проявляется в длительных сроках, которые занимает их ратификация и вступление в силу. Например, Гаагские конвенции 1978 и 1986 гг. о праве, применимом к отношениям представительства в международной купле-продаже товаров, и о праве, применимом к договорам международной купли-продажи, до сих пор не вступили в силу именно из-за отсутствия надлежащего числа ратификационных грамот, которыми соответствующие страны подтвердили бы свое согласие на принятие правил данных Конвенций; Гаагская конвенция 1955 г. о праве, применимом к купле-продаже движимых материальных вещей, вступила в силу в 1964 г.; Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи, подписанная в 1980 г., вступила в силу в 1988 г.; Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам, подписанная в том же году, вступила в силу лишь с 1 апреля 1991 г. Число таких примеров может быть увеличено.

В доктрине данной проблеме уделялось достаточно внимания, и в качестве примера можно привести публикации таких зарубежных авторов, как Э. Рабель, Х. Гуттеридж, М. Пилотти, Р. Монако, М. Матеуччи, К. Липштейн, Р. Гуде, Т. Попеску, К. Шмиттгофф, Р. Давид, Б. Нольде, М. Бонелль, Х. Хольцман, Г. Парра-Арангурен, Ю. Базедов <*>. Естественно, данный перечень не является полным, поскольку приведены лишь те авторы, в работах которых затрагивался вопрос о формах и методах унификации.

--------------------------------

<*> Pilotti M. Les Methodes de l'Unification. Rapport general // Actes du Congres international de droit prive, tenu a Rome en juillet 1950 // Rome: UNIDROIT, 1951. IIeme volume. P. 336 - 338; David R. The International Unification of Private Law; Lalive P. Tendances et methodes en droit international prive (cours generаl). P. 48; Parra-Aranguren G. General Course of Private International Law: Selected Problems // Recueil des cours de l'Academie de droit international de la Haye. Tome 210. 1988-III. Dordrecht: Nijhoff, 1989. P. 50 - 517; Nadelmann J.H. Uniform Legislation Versus International Conventions Revisited // American Journal of Comparative Law. Vol. XVI. 1968. P. 28 - 50; Nolde B. La codificаtion du droit international prive // Recueil des Cours de l'Academie de droit international de la Haye. Tome 56. 1936-I. Paris: Sirey, 1936; Jayme E. Considerations historiques et actuelles sur la codification du droit international prive; Базедов Ю. Возрождение процесса унификации права: Европейское договорное право и его элементы // Российский ежегодник международного права. 1998 - 1999. СПб.: Россия-Нева. С. 66 - 89.

 

Обращение к отечественной доктрине также выявляет значительный интерес наших ученых к данной проблеме (в рамках рассмотрения общих вопросов международного частного права): в разное время об этом писали М.М. Богуславский, О.В. Воробьева, С.Н. Лебедев, Л.А. Лунц, Е.В. Кабатова, А.С. Комаров, В.М. Корецкий, С.Б. Крылов, О.Н. Садиков, С.В. Бахин. Применительно к отдельным предметным и географическим аспектам международной унификации указанные вопросы нашли отражение в работах С.В. Бахина, М.П. Бардиной, Н.Г. Дорониной, К.Ф. Егорова, Е.В. Кабатовой, А.С. Комарова, А.Л. Маковского, А.И. Минакова, В.С. Позднякова, М.Г. Розенберга, И.О. Хлестовой, Н.Г. Швыдак. Сравнительно небольшая по объему, но содержательная публикация С.Н. Лебедева об унификации правового регулирования международных хозяйственных отношений не только вызвала интерес в нашей стране, но и была опубликована УНИДРУА в журнале "Revue de droit uniforme" <*>.

--------------------------------

<*> См.: Лебедев С.Н. Унификация правового регулирования международных хозяйственных отношений. С. 15 - 43.

 

Наиболее гармоничны работы О.Н. Садикова и А.Л. Маковского. В учебнике "Международное частное право" после анализа ситуации, возникающей в международном частном праве вследствие наличия многочисленных и далеко не одинаковых национальных законов, О.Н. Садиков подчеркивает, что с конца прошлого века для отношений в сфере международного оборота началась разработка правовых норм, которые после принятия их заинтересованными государствами заменили бы разнородные положения национального законодательства и устранили тем самым отмеченные трудности. Такие нормы получили наименование унифицированных, а процесс их выработки - унификации правового регулирования. Им предложена стройная классификация унифицированных норм, в которой отражены различные их аспекты:

1) исходя из предмета регулирования различаются унифицированные материально-правовые нормы и нормы процессуальные, а также унифицированные коллизионные нормы, хотя и не обеспечивающие единства правового регулирования, но создающие единые коллизионные критерии и отсылки к определенному иностранному закону в соответствующих случаях; кроме того, различаются унифицированные нормы по отдельным вопросам международной торговли, брака и семьи, наследования и т.п.;

2) с точки зрения географического распространения унифицированных норм выделяется унификация универсальная и региональная;

3) с точки зрения способов юридического оформления - заключение международных договоров или конвенций, принятие рядом государств так называемых примерных законов или иных рекомендаций, выработанных специально созданными для этого органами или международными организациями (например, принятие на основе Типового закона о международном коммерческом арбитраже национальных законов по этому вопросу);

4) подчеркивается значение применения международных торговых обычаев, которые в отдельных сферах международного общения, таких, как торговое мореплавание, международные расчеты, достаточно широко применяются. Сюда же он относит и применение коммерсантами примерных договоров, типовых условий, отражающих оправдавшую себя внешнеторговую практику, однако в этом случае полной унификации не создается, а возникает известное единство в решении многих важных практических вопросов <*>.

--------------------------------

<*> См.: Садиков О.Н. Унифицированные нормы в международном частном праве. С. 39 - 41.

 

А.Л. Маковский выделяет два основных метода регулирования отношений в сфере морского транспорта в связи с проблемой унификации: метод коллизионного регулирования и метод создания унифицированных норм путем заключения международных соглашений. Он отмечает и новое явление, отличающее процесс унификации, как его понимали ранее в виде установления (процесс и результат) путем заключения международного соглашения единообразных норм морского права взамен действующих до этого различных по содержанию норм внутригосударственного права, состоящее в том, что правовое регулирование новых, не традиционных для морского права вопросов, которые ранее не были регламентированы национальным законодательством, все чаще получает выражение сначала в международных соглашениях, а впоследствии - в национальном законодательстве <*>. Данное заключение справедливо не только для отношений, возникающих в сфере торгового мореплавания, он полностью относится также и к отношениям международного коммерческого оборота, например регламентирования в ГК РФ не известных ранее отечественному обороту отношений финансового лизинга, факторинга, новые подходы Основ гражданского законодательства 1991 г. и ГК РФ к урегулированию прав и обязанностей сторон договора купли-продажи. Одновременно он подчеркивает, что возможности конвенционного метода регламентирования не безграничны и зависят по крайней мере от следующих составляющих:

--------------------------------

<*> См.: Маковский А.Л. О международно-правовом регулировании имущественных отношений в области торгового мореплавания. С. 100 - 117; Вопросы теории международно-правовой унификации права и состав международного частного права. С. 26 - 33; Международно-правовая унификация морского права. С. 37 - 59.

 

1) от выбора наиболее важных правил, регулирующих данную группу отношений и соглашения сторон относительно предмета регулирования будущей конвенцией;

2) от возможностей проведения переговоров с учетом большого числа участвующих в них государств с различным политическим строем и различиями в экономике, с различными правовыми системами;

3) от возможности нахождения разумного компромисса и нахождения единообразных решений.

Поэтому такой метод сочетается и должен сочетаться в дальнейшем с другими методами регулирования рассматриваемых отношений - с решением в тех же международных соглашениях относительно менее важных вопросов путем установления унифицированных коллизионных норм, отсылок к национальному законодательству участников соглашения и использования принципа автономии воли участников правоотношений. Разумное сочетание всех этих методов в значительной мере ослабляет отрицательные стороны каждого из них, которые неизбежно проявляются, когда используется лишь какой-либо один метод правового регулирования <*>.

--------------------------------

<*> См.: Маковский А.Л. О международно-правовом регулировании имущественных отношений в области торгового мореплавания. С. 105, 114, 115 - 116.

 

С.Н. Лебедев также исходит из возможности унификации как материально-правовых, так и коллизионных норм; при этом он выделяет как один из наиболее часто используемых международной практикой способов международную унификацию конвенционным путем, при которой, с некоторыми нюансами, используются две основные формы: инкорпорация соответствующих правил в текст интегральной конвенции - convention integrale или изложение их в виде единообразного закона loi uniforme, составляющего приложение к конвенции. Согласно первой форме, договаривающиеся государства обязуются ввести в действие на своих территориях принятый на основе международной конвенции и составляющий приложение к ней единообразный закон; согласно второй - они обязуются применять правила, сформулированные в соответствующих статьях конвенции. Он подчеркивает, что "унификация права, осуществляемая в международно-правовом порядке, будь то в форме "интегральной конвенции", "единообразного закона", являющегося приложением к конвенции, или в какой-либо иной форме, основана на суверенитете государств-участников, получающем свое выражение и при формировании (выработке) соответствующих положений, и при вступлении в договор, и при введении этих положений в действие на территории каждого из государств". В этих двух указанных случаях речь идет каждый раз об унификации, реализуемой на основе конвенционного международного обязательства государств. Поэтому необходимо различать похожие loi uniforme, uniform act от типовых законов loi tуpe, loi modele, model act, введение которых государством в национальное законодательство не основано на международном конвенционном обязательстве. Наряду с этим он отмечает, что практика знает и такой особый способ: вместо заключения соответствующей конвенции включить в свое законодательство нормы, совпадающие с положениями такой конвенции, и тем самым достичь того же результата (например, в Конвенции 1924 г. об унификации некоторых правил в отношении морских коносаментов участвуют 50 стран, а еще в 30 странах эти правила включены во внутреннее законодательство без какой-либо ратификации Конвенции) <*>.

--------------------------------

<*> См.: Лебедев С.Н. Унификация правового регулирования международных хозяйственных отношений. С. 19, 25 - 28.

 

Обращаясь к зарубежной доктрине, необходимо сделать некоторые предварительные замечания. Возрождение интереса к процессам унификации характерно для третьего периода развития унификации и проявилось в 50-е годы ХХ столетия; к этому же времени относятся первые попытки творческого осмысления, анализа и юридической квалификации этих процессов.

Одним из первых обращений к данной проблематике явился доклад президента УНИДРУА М. Пилотти на I Международном конгрессе частного права в июле 1950 г., который выделял ряд используемых при унификации методов:

во-первых, два метода работы: непрямой метод, состоящий в различного рода научных исследованиях и изысканиях, позволяющих в комплексе составить достаточно репрезентативную картину состояния, потребностей и возможностей как национального законодательства отдельных стран, регионов и континентов в целом, так и конкретных сфер, областей и институтов права в отдельности, а также прямой метод, состоящий в непосредственной деятельности по разработке текста конвенции, его обсуждению и принятию;

во-вторых, три метода реализации результатов унификации права: первый метод состоит в рецепции государством того или иного иностранного закона путем принятия одностороннего законодательного акта; второй метод реализации результатов унификации состоит в заключении международных соглашений, направленных именно на достижение унификации. Однако он не переоценивал результативности данного метода, подчеркивая, что он представляет собой лишь минимум международного юридического сотрудничества. Третий метод состоит в неодинаковом изложении результатов унификации в международных конвенциях: либо в виде инкорпорирования унифицированных правил в текст конвенций, либо в виде прилагаемого к тексту конвенции единообразного текста (наиболее ярким примером являются Гаагские конвенции 1964 г. о Единообразном законе о заключении договоров международной купли-продажи и о Единообразном законе о договорах международной купли-продажи), а также в виде соглашений, направленных на гармонизацию права (форма, используемая в соглашениях по морскому и воздушному праву), когда внутренний закон на основании содержащейся в международной конвенции рекомендации приводится в соответствие с ее предписаниями. В конечном счете этим путем достигается в принципе тот же эффект, что и при внесении соответствующих изменений во внутреннее законодательство на основании международной конвенции, содержащей единообразный закон, однако с точки зрения времени данный способ гораздо более продолжителен <*>.

--------------------------------

<*> Pilotti M. Les Methodes de l'Unification. Rapport general // Actes du Congres international de droit prive, tenu a Rome en juillet 1950. II-me vol. P. 336 - 338.

 

Значительный вклад в доктрину внес М. Матеуччи, который и на посту генерального секретаря, и на посту президента УНИДРУА немало времени отдал анализу форм и методов осуществления международного движения в направлении унификации частного права. В 1956 г., будучи генеральным секретарем УНИДРУА, он выступил на первой встрече организаций, занимающихся унификацией права, с генеральным докладом "Методы унификации права". Говоря о "законодательной унификации", он выделял методы, согласно которым осуществляется выбор основных вопросов для возможной законодательной унификации; к ним относятся различные запросы, вопросники, подготовительное исследование, которое, по его мнению, состоит в изучении "вертикальном", т.е. в изучении законодательств отдельных стран по определенным вопросам, и в изучении "горизонтальном", т.е. в виде сравнительного анализа таких законодательств и правовых систем. Вслед за М. Пилотти им различались методы реализации и методы выражения унифицированного права: 1) принятие государствами международного соглашения, возлагающего на них обязанность инкорпорировать его во внутреннюю систему права либо путем придания им силы закона, либо путем принятия соответствующих внутренних законов, воспроизводящих указанные нормы (Женевские конвенции: 1930 г. - о Единообразном законе о простом и переводном векселях <*> и 1931 г. - о Единообразном законе о чеках <**>); 2) принятие государствами международного обязательства, налагающего на них обязанность ввести внутренние законодательные правила, которые должны соответствовать определенным согласованным конвенционным путем принципам (договор стран Бенилюкса об унификации законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности автомобилистов); 3) промульгация определенными государствами законодательных правил согласно единообразной, униформизированной схеме в целях реализации и поддержания единообразия законов между этими странами; 4) косвенный, или односторонний, метод унификации в виде принятия model act, loi type (современным примером использования такого метода являются модельные законы ЮНСИТРАЛ: о международном коммерческом арбитраже (1985 г.), о международных кредитовых переводах (1992 г.), о закупках товаров, строительных работ и услуг (1994 г.), об электронной торговле (1996 г.), о трансграничной несостоятельности (1997 г.)) <***>.

--------------------------------

<*> Регистр текстов международных конвенций и других документов, касающихся права международной торговли. Т. 1. ООН: Нью-Йорк, 1971. С. 185 - 217.

<**> Там же. С. 248 - 257.

<***> UNCITRAL. Status of Conventions and Model Laws. List updated on June, 2001.

 

В опубликованной годом позже в "Сборнике Гаагской академии международного права" лекции о единообразном праве он впервые в доктрине и практике обозначает новые для того времени методы: конвенционный и неконвенционный. Выбор того или иного способа зависит от нескольких факторов: 1) от цели, которую преследуют авторы droit uniforme; 2) от способа формулирования данных правил; 3) от цели, которую преследуют государства, принимая такие правила <*>.

--------------------------------

<*> Мateucci M. Introduction a l'etude systematique du droit uniforme. P. 390.

 

Второе необходимое в связи с обзором зарубежной доктрины замечание состоит в том, что если в отечественной доктрине рассмотрение методов и способов практически всеми авторами осуществляется применительно к процессу унификации международного частного права в целом (Л.А. Лунц, О.Н. Садиков), применительно к международному экономическому сотрудничеству (С.Н. Лебедев), применительно к торговому мореплаванию и морскому праву (А.Л. Маковский), применительно к унификации международной купли-продажи (М.Г. Розенберг), применительно к унификации трудового права (Э.М. Аметистов), применительно к унификации частного права в странах Латинской Америки (Н.Г. Доронина), применительно к отношениям, существовавшим в рамках СЭВ (М.П. Бардина, И.О. Хлестова, М.П. Шестакова), то в зарубежной доктрине можно выделить несколько иных подходов. Ряд ученых рассматривает процессы унификации, в том числе права международной торговли (Э. Рабель, К. Шмиттгофф, Т. Попеску, Д. Опперти, Р. Давид, М. Бонелль, П. Мюллер-Графф, А. Фарнсворс, Д. Эрши, Л. Рецеи, Г. Бадр, Д. Хоннольд, А. Тунк, Г. Парра-Арангурен), другие - процессы создания единообразного права (Х. Хольцман, Д. Таллон), третьи посвящают работы гармонизации права (А. Даймонд, Р. Гуде, О. Ландо, М. Ндуло,), а четвертые - унификации и гармонизации права (Г. Бамоду, А. Гарро, М. Пилотти, Р. Монако), пятые - применению единообразного права (Д. Хоннольд, М. Бонелль, А. Фарнсворс, Ф. Эндерляйн, Р. Леве, М. Кеба), шестые - кодификации международного частного права (Э. Жейме, Б. Нольде, Д. Хоннольд). При этом одни и те же авторы используют различную терминологию. Означает ли это, что речь идет о совершенно различных явлениях и процессах. Например, П. Лалив определяет droit uniforme как унифицированные материальные правила в той мере, в какой они касаются непосредственно международных отношений <*>; Г. Парра-Арангурен выделяет различие между модельным и единообразным законами, состоящее в том, что в модельный закон государства могут вносить необходимые изменения с целью учета их особенностей и отдельных обстоятельств <**>.

--------------------------------

<*> Lalive P. Tendances et methodes en droit international prive (cours generаl). P. 48.

<**> Parra-Aranguren G. General Course of Private International Law: Selected Problems. P. 50 - 517.

 

Американские практики и американская доктрина выступают за использование собственного опыта путем применения именно модельного закона, полагая более полезным достижение некоторой гармонизации как первоначальной стадии на пути к дальнейшей унификации, чем отсутствие какой-либо договоренности <*>. Рассмотрение их позиций приводит к мысли о том, что в ряде случаев речь действительно идет о неодинаковых явлениях. Например, естественно, что uniform law, droit uniforme - единообразное, униформизированное право - это одно, а model law, loi modele - это совершенно иное; важно другое: в этих неодинаковых явлениях заключены неодинаковые способы достижения обеспечения единообразного применения того или иного правила в рамках унифицированного права.

--------------------------------

<*> Например: Nadelmann J.H. Uniform Legislation Versus International Conventions Revisited. P. 28 - 50; Farnsworth E.A. UNCITRAL and the Progressive Development of International Trade // Recht und Internationaler Handel. Festschrift fur Clive M. Schnitthoff zum 70 Geburtstag. Frankfurt(M): Athenaum Verlag. 1973. P. 148.

 

Еще сложнее обстоит дело с разграничением таких методов, как кодификация, гармонизация и унификация. С первого взгляда ответ на вопрос о содержании каждого из этих методов кажется ясным, исходя из приведенных ранее общих определений. Однако на практике и в доктрине это не совсем так. Например, в работе Б. Нольде "Кодификация международного частного права" <*> речь идет не только о кодификации национальной, что естественно предполагает именно развитие и совершенствование внутреннего законодательства какой-либо страны (в общепринятом понимании данного слова; см., например, работу Э. Жейме "Исторические и современные проблемы кодификации международного частного права") <**>, но и о "международной кодификации", где рассматриваются договоры Монтевидео 1889 г., Кодекс Бустаманте, а также общие проблемы международной унификации. В работах ряда авторов о кодификации практически речь идет об унификации, а в работах о гармонизации - об унификации; данные термины часто используются как взаимозаменяющие и взаимодополняющие.

--------------------------------

<*> Nolde B. La codificаtion du droit international prive. P. 303 - 426.

<**> Jayme E. Considerations historiques et actuelles sur la codification du droit international prive // Recueil des Cours de l'Academie de droit international de la Haye. Tome 177. 1982-IV. The Hague. Nijhoff, 1983.

 

Данные термины отражают исторический процесс формирования первоначально национальных, а впоследствии - международных норм, в той или иной степени содержащих единообразные правила.

Кодификация означает существующий более двух веков процесс разработки и совершенствования национального законодательства в определенной сфере. Естественно, такой процесс осуществляется не в "безвоздушном" юридическом пространстве, происходит взаимовлияние и взаимообогащение правовых культур и систем, поэтому "создание в разных государствах единообразных правовых норм в результате влияния различных правовых систем друг на друга" А.Л. Маковский относит к унификации без использования международно-правовых средств <*>, а Б. Нольде подразделяет кодификацию на национальную и международную <**>. Таким образом, можно говорить о кодификации в узком смысле слова, охватывающей процессы становления национального права, и о кодификации в широком смысле слова, под которой в настоящее время понимается унификация права.

--------------------------------

<*> См.: Маковский А.Л. Международная унификация морского права // Международное частное морское право. С. 35.

<**> Nolde B. Op. cit. P. 304.

 

До заключения Российской Федерацией в 1994 г. Соглашения о партнерстве и сотрудничестве, учреждающего партнерство между Российской Федерацией, с одной стороны, и Европейскими Сообществами и их государствами-членами - с другой стороны <1> (вступило в силу с 1 декабря 1997 г.), в отечественной доктрине практически отсутствовало исследование феномена гармонизации и его влияния на унификационные процессы с участием нашей страны. Общие вопросы гармонизации рассматривались практически в одной коллективной монографии 1989 г. <2>, а особенности формирования права ЕС - в диссертации А.А. Маковской <3>. С вступлением в силу с 1 декабря 1997 г. указанного Соглашения ситуация изменилась: появился ряд исследований <4>, в основном носящих публично-правовой характер, в которых обобщены способы формирования и принятия нормативно-правовых актов ЕС, однако анализу метода гармонизации, как на универсальном, так и на региональном уровне, применительно к отношениям международного коммерческого оборота не уделялось должного внимания.

--------------------------------

<1> Собрание законодательства РФ. 20.04.1998. N 16. Ст. 1802.

<2> См.: Советское и иностранное гражданское право (проблемы взаимодействия и развития) / Под ред. В.П. Мозолина. М.: Наука, 1989. С. 6 - 14.

<3> См.: Маковская А.А. Унификация международного частного права в рамках ЕЭС: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М.: ИГиП РАН, 1992.

<4> См.: Муромцев Г.И. Право ЕС (европейское право), его источники // Право Европейского союза: правовое регулирование торгового оборота. М.: Зерцало, 1999. С. 22 - 65; Топорнин Б.Н. Европейское право. М.: Юристъ, 1998. С. 308 - 309; Европейское право: Учебник / Под ред. М.Л. Энтина. М.: Норма, 2000. С. 89 - 92.

 

Исследование процессов совершенствования права международных контрактов в национальном и международном аспектах выявляет использование данного термина в двух направлениях: гармонизация внутренняя и гармонизация международная.

Можно выделить три основных проявления внутренней гармонизации: первое - гармонизация действующих в отдельных странах правовых предписаний, что в конечном счете привело к созданию в этих странах национальных систем права (кодификация в Европе и создание Соmmon Law в Англии); второе - гармонизация отдельными странами законодательства путем принятия нормативных актов на основе учета законодательства других государств <*>; третье - гармонизация отдельными странами действующего законодательства путем восприятия и отражения международных соглашений <**>.

--------------------------------

<*> В сфере международных коммерческих контрактов примером является совершенствование в последние годы Гражданских кодексов ряда государств: Нидерландов, Квебека (Канада), Аргентины, России (которые получили наименование кодексов третьего поколения). В результате такого сближения возможно появление совпадающих норм права. Подобный феномен известен с XIX в., когда происходила рецепция французского Гражданского и Торгового кодексов, Германского гражданского и Германского торгового уложений. Данный процесс развивается и в настоящее время и известен под наименованием не только рецепции, но и трансплантации, заимствования.

<**> Такого рода гармонизация является обычно этапом на пути перехода в последующем к унификации определенной группы правовых норм. Подобный опыт широко распространен в Скандинавских странах и странах Европейского союза, использовался он и в нашей стране: включение в Кодекс торгового мореплавания правил Брюссельской конвенции 1924 г. о коносаментах; изменение первоначально в Основах гражданского законодательства 1991 г., а затем в части третьей ГК РФ коллизионных привязок по внешнеэкономическим сделкам; заимствование гражданскими кодексами ряда стран положений Конвенции ООН 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров. Групповая гармонизация национальных систем гражданского права происходит обычно в пределах стран, имеющих однотипные социально-экономические структуры общества, а в ряде случаев - стран, принадлежащих либо к одной системе права (англо-американской, романо-германской), либо к экономической организации - Европейскому союзу, СНГ, либо к географической зоне - к странам Латинской Америки.

 

Во втором случае гармонизация осуществляется в рамках определенной группы: в пределах стран, имеющих однотипные социально-экономические структуры общества (например, СЭВ); стран, принадлежащих к одной системе права (англо-американской, романо-германской); стран, объединенных в рамках экономической организации - Европейский союз, СНГ, ОАГ и др. При этом многое зависит от степени сотрудничества и взаимодействия государств в рамках той или иной международной организации, что особенно видно на примере ЕС и СНГ.

Если А.Л. Маковский рассматривает унификацию в качестве всеобъемлющего инструмента достижения единообразия правовых норм <*>, то Р. Гуде такой всеобъемлющий инструмент усматривает в гармонизации <**>, а выделяемые им восемь методов гармонизации представляют не что иное, как методы унификации, и преимущества гармонизации - не что иное, как преимущества унификации <***>. Подобный подход свидетельствует о многовариантности термина "гармонизация".

--------------------------------

<*> См.: Маковский А.Л. Международная унификация морского права // Международное частное морское право. С. 35.

<**> Goode R. Reflections on the Harmonization of Commercial Law. P. 54 - 74.

1) многосторонняя конвенция без единообразного закона как такового; 2) многосторонняя конвенция, включающая единообразный закон; 3) комплекс двусторонних договоров; 4) законодательство ЕС; 5) модельный закон; 6) кодификация правил и обычаев, осуществляемая и публикуемая международной неправительственной организацией; 7) типовые контракты и общие договорные условия; 8) restatements, подготавливаемые учеными или иными экспертами.

<***> 1) Заполнение правового вакуума путем установления правил по вопросам, по которым национальное право не содержит каких-либо предписаний или они являются очень неясными; 2) замена одним правилом (законом) огромного множества национальных правовых норм в данной области и устранение тем самым обращения к коллизионным нормам и возникновения в этой связи конфликта квалификаций; 3) отсутствие трудностей в обращении к результатам гармонизации, поскольку они обычно фиксируются на нескольких языках; 4) облегчение знакомства с их положениями и сбережение времени и средств; 5) установление в международной конвенции "нейтрального права" для сторон контракта в том случае, когда ни одна из них не желает обращаться к праву другой стороны; 6) предложение правового режима, более приспособленного для международных сделок, поскольку он отражает влияние многих правовых систем, тогда как национальное право сфокусировано на внутренних сделках и поэтому менее подготовлено и приспособлено для сделок международных; 7) действие как составной части права каждого ратифицировавшего его государства, так что суды каждого государства имеют об этом судебное уведомление, и это может быть использовано как юридический аргумент, не прибегая к дорогостоящему и занимающему много времени процессу получения экспертного свидетельства, часто от иной судебной системы; 8) облегчение установления и существования общего рынка.

 

Впервые в рамках международной организации метод достижения единообразия в виде гармонизации был широко применен в Европейском союзе и признается одним из инструментов для достижения целей Договора ЕС и конечной задачей после создания единого рынка <*>. Своеобразие гармонизации проявляется в трех аспектах: 1) она имеет целью обеспечение функционирования единого рынка; 2) осуществляется только по тем вопросам, в отношении которых присутствует единая воля государств-членов; 3) ее конечным результатом является сближение законодательства стран ЕС. Реализация данного метода обеспечивается путем применения принятого в ЕС инструментария в виде директив, регламентов и рекомендаций. При этом различается несколько видов гармонизации <**>.

--------------------------------

<*> См.: Маковский А.Л. Международная унификация морского права // Международное частное морское право. С. 34 - 37.

<**> Slot P.J. Harmonisation // European Law Review. 1996. Vol. 21. P. 378 - 397.

 

Полная (тотальная) гармонизация имеет место, когда при реализации директивы государства не вправе отступать от ее предписаний; сама система директивы и ее предписания весьма определенны. Данный метод наиболее широко использовался в первые годы реализации директив, когда перед ЕС стояла задача обеспечения устранения технических барьеров в торговле (например, Директива от 23 ноября 1970 г. о добавках в корма животных).

Выборочная гармонизация предоставляет производителю право следовать либо гармонизированному в соответствии с директивой правилу, либо правилу национального законодательства. Данный метод применялся в основном в 70-е годы и в настоящее время утратил свое значение (например, Директива N 70/157 от 6 февраля 1970 г. о сближении законодательства стран-членов о допустимом уровне выхлопных газов в автомобильных моторах).

Частичная гармонизация означает, что гармонизированные правила применяются только к трансграничным в рамках ЕС сделкам. При этом возникает два вида правил: одни - для торговли внутри ЕС, другие - для внутринациональной торговли. Частичная гармонизация отличается от выборочной тем, что она требует, чтобы трансграничные сделки обязательно регламентировались правилами ЕС (Директива N 64/433 от 26 июня 1964 г. о проблемах здравоохранения в связи с торговлей мясом внутри ЕС).

Метод установления минимальных правил при сохранении за государствами-членами права в индивидуальном порядке или совместно принимать более строгие правила, чем это предусмотрено в директиве. Данный метод приобрел значение в 80-е годы ХХ в., когда были ликвидированы барьеры в торговле и был принят Единый Европейский Акт (примером являются директивы об охране прав потребителей и о защите окружающей среды).

При альтернативной гармонизации директива предоставляет государствам возможность выбора одного из вариантов, однако данный метод используется в ЕС сравнительно редко (например, Директива N 76/464 от 4 мая 1976 г. о загрязнении окружающей среды опасными веществами, Директива N 89/428 о снижении уровня загрязнения окружающей среды промышленными отходами диоксида титана).

При взаимном признании национальных законов определяется общий для всех стран ЕС критерий, который должен быть для них одинаковым (например, Директива N 89/48 от 21 декабря 1988 г. об общей системе признания дипломов о высшем образовании или о профессиональном обучении не менее трех лет).

Взаимное признание контроля предполагает признание его правомерности государствами - членами ЕС.

Отсылка к национальным стандартам имеет целью включение в директиву основных правил, оставляя формулирование специальных технических норм национальным органам стандартизации. Данный метод является сравнительно новым: впервые он был предложен в Резолюции Совета Министров ЕС от 7 мая 1985 г. (например, Правила Международной организации по стандартизации. Важно отметить, что ссылки на данные Правила часто встречаются в международных коммерческих контрактах, заключаемых российскими хозяйствующими субъектами с зарубежными партнерами).

В ст. 249 Консолидированной версии Договора о ЕС определены три способа реализации гармонизации, которым соответствуют три вида нормативно-правовых актов ЕС: регламенты, директивы и решения.

Первостепенное значение для обеспечения единообразия правоприменительной деятельности представляют регламенты ЕС, право издания которых принадлежит Комиссии ЕС. Регламенты подлежат применению во всех государствах-членах, и какой-либо системы имплементации их во внутреннее законодательство государств - членов ЕС не требуется. Значительное число регламентов затрагивает отношения конкуренции, возникающие при реализации в рамках ЕС международных коммерческих контрактов <*>. Они подлежат применению хозяйствующими субъектами, судебными и иными учреждениями всех государств-членов.

--------------------------------

<*> Например, из 14 приведенных в Сборнике законодательства ЕС регламентов шесть касаются договорных отношений: Регламент N 1983/83 от 22 июня 1983 г., Регламент N 1984/83 от 22 июня 1984 г., Регламент N 417/85 от 19 декабря 1984 г., Регламент N 428/85 от 19 декабря 1984 г., Регламент N 4087 от 30 ноября 1988 г., Регламент N 240/96 от 31 января 1996 г. Данные регламенты определяют особенности применения ст. 85(3) Римского договора к отдельным видам договоров (соответственно к исключительным дистрибьюторским соглашениям, договорам об исключительной продаже, о специализации, на научно-исследовательские работы, к договорам франчайзинга и к соглашениям о передаче технологии).

 

Наиболее важными для сферы международных коммерческих контрактов являются Регламент Комиссии ЕС N 2790/1999 от 29 декабря 1999 г. о применении ст. 81(3) Консолидированной версии Договора о ЕС к категории вертикальных соглашений и к согласованной практике (заменивший ранее действовавшие Регламенты: N 1983/83 и N 1984/83 о применении ст. 85(3) Римского договора к категории исключительных дистрибьюторских соглашений; N 4087/88 - к категории соглашений о франчайзинге), а также вступивший в силу с 1 марта 2002 г. Регламент N 44/2001 от 22 декабря 2000 г. о юрисдикции и исполнении решений по гражданским и коммерческим делам, заменивший Брюссельскую конвенцию 1968 г. <*>.

--------------------------------

<*> Journal Officiel des Communautes europeennes. L 12. 16 janvier 2001.

 

Директивы Комиссии ЕС определяют цели и результаты, которые должны быть достигнуты в ходе внесения на их основе изменений во внутреннее законодательство государств-участников, а также сроки их реализации. Национальный законодатель сохраняет свободу определения на основе конституций соответствующих стран процедур и механизмов внесения изменений в действующее законодательство, равно как и свободу определения юридической формы реализации директив. Именно данный метод используется при гармонизации национального права. Таким образом, были внесены изменения в национальное право государств - участников ЕС об агентских отношениях (Директива N 86/653 от 18 декабря 1986 г.), о европейском объединении экономических интересов (Директива от 18 декабря 1986 г. о Европейском Объединении экономических интересов), об ответственности за продукт (Директива N 85/374 от 25 июля 1985 г.).

Одна из последних директив (Директива N 2000/35/ЕС) <*> принята совместно Европейским парламентом и Советом ЕС 29 июня 2000 г. и направлена на выработку путем гармонизации единообразных правил относительно просрочки платежей по коммерческим сделкам. До 8 августа 2002 г. государства - члены ЕС обязаны привести свое законодательство в соответствие с предписаниями данной Директивы. Согласно ст. 6 Директивы это возможно путем принятия государствами - членами ЕС новых или внесения дополнений в действующие законы, постановления или административные предписания.

--------------------------------

<*> Official Journal of the European Communities. L 200/35. August 2000.

 

Директива исходит из того, что задержки платежей по коммерческим сделкам представляют серьезное препятствие для развития единого рынка, ведут к банкротству и потере рабочих мест, а также угрожают деловой активности. Нарушение контракта в виде задержки платежей имеет определенную привлекательность для должников в силу низких во многих странах ЕС процентных ставок, а также длительного процесса обеспечения через суд выплаты процентов. Предлагаемые Директивой изменения не затрагивают национальных предписаний, согласно которым национальный суд вправе присудить кредитору возмещение дополнительных, связанных с просрочкой платежа убытков, с учетом того, что такие убытки могут быть уже компенсированы уплатой процентов за просрочку платежей.

По субъектному составу предлагаемые Директивой изменения национального законодательства относятся к коммерческим сделкам, заключаемым частными и государственными хозяйствующими субъектами, а также хозяйствующими субъектами и органами власти, они распространяются и на все коммерческие сделки между участниками контрактов и третьими лицами - исполнителями таких контрактов.

По объектному составу под коммерческими сделками, согласно ст. 2 Директивы, понимаются возмездные сделки, имеющие целью поставку товаров или предоставление услуг. Под просрочкой платежей понимается нарушение согласованного в контракте или предусмотренного законом срока осуществления платежей.

В качестве средств борьбы с просрочками платежей Директива предусматривает две меры: уплату процентов годовых (ст. 3) и удержание права собственности (ст. 4). В ст. 3 Директивы определен порядок исчисления периода просрочки платежей: когда срок платежа определен в контракте, годовые проценты начисляются с истечения зафиксированных в контракте даты или периода платежей, а при отсутствии в контракте такого согласования для начисления процентов предусматриваются четыре варианта, начиная с 30-дневного периода с даты получения должником счета. Размер процентов за просрочку платежей, именуемый в Директиве "законный процент", равняется процентной ставке, взимаемой Европейским центральным банком по последним операциям рефинансирования, осуществленным до первого календарного дня соответствующего полугодового периода, плюс марджин не менее 7\%, если иное не определено в контракте.

Относительно второй меры борьбы с просрочками платежей Директива предусматривает, что государства - члены ЕС обеспечивают в соответствии с применимыми положениями их внутреннего законодательства удержание за продавцом права собственности за товар до полной его оплаты, если такая оговорка в явно выраженной форме была до поставки товара согласована продавцом и покупателем.

В отношении бесспорных требований в ст. 5 Директивы предусматривается срок для принятия обязывающего решения, который составляет 90 календарных дней, исчисляемых с предъявления кредитором иска или обращения в суд или иной компетентный орган.

Предлагаемые Директивой меры борьбы с просрочками платежей имеют двоякий юридический характер: будучи адресованными странам ЕС, они требуют от них внесения соответствующих изменений во внутреннее законодательство; для сторон же международного коммерческого контракта эти меры имеют неодинаковый юридический характер: взимание установленных Директивой процентов годовых становится внутренним законодательством стран ЕС и поэтому при применении к контракту права этих стран является императивным; удержание же права собственности зависит от сторон контракта и имеет диспозитивный характер. Как отмечалось, Директивой установлен предельный срок (до 8 августа 2002 г.) для обеспечения применения требуемых изменений.

В связи с данной Директивой необходимо подчеркнуть важное для отечественных участников международных коммерческих контрактов последствие. Выбирая в качестве применимого к их контракту право одной из стран ЕС, они встретятся с указанными изменениями законодательства этих стран. Поэтому происходящие в праве ЕС процессы гармонизации права не могут не учитываться отечественными хозяйствующими субъектами - участниками международных коммерческих контрактов. В этой связи полезным было бы внесение дисциплины "Международные коммерческие контракты. Унификация и правоприменение" в учебные планы экономистов-международников в таких вузах, как МГУ, МГИМО, ВАВТ, АНХ.

Решения, принимаемые Советом совместно с Европейским парламентом, а также Комиссией ЕС, представляют индивидуальные акты, адресованные определенным лицам и обязательные только для них. Решения затрагивают специальные, зачастую технические вопросы. Такие акты ЕС, как принимаемые на основании ст. 249 Консолидированной версии Договора о ЕС, рекомендации и заключения, не имеют обязательной силы и поэтому не являются нормативно-правовыми актами ЕС.

В рамках ЕС государствами-участниками используется и международно-правовой (конвенционный) метод; именно таким образом в 1980 г. была принята Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам.

Как и термин "унификация", термин "гармонизация" является сравнительно новым явлением в области разработки единообразных правил. Его содержание достаточно многообразно, и в разных ситуациях он понимается неодинаково: являясь основным методом формирования права ЕС и одной из целей ЮНСИТРАЛ, данный метод используется и в ходе международно-правовой и частноправовой унификации права международных коммерческих контрактов.

Под унификацией права международных контрактов понимается создание в праве разных государств единообразных по содержанию норм, предназначенных для регламентирования соответствующей группы правоотношений, которые заменяют положения национального законодательства такими единообразными нормами и тем самым создают единообразное правовое пространство, позволяющее обеспечить единые или сходные правовые условия функционирования хозяйствующих субъектов. Достижение единой цели возможно различными путями или методами. При этом унификация права международных контрактов в широком смысле охватывает международную кодификацию и гармонизацию.

Анализ и обобщение многообразных подходов к унификации права международных контрактов приводит к заключению, что проблемы методики унификации права международной торговли занимали и занимают достаточно много места в размышлениях и отечественных, и зарубежных авторов. Многие из наблюдений и выводов приведенных авторов являются общими, ряд из них совпадает, имеются отличия по ряду вопросов, есть общие подходы, есть и неодинаковое отношение к одним и тем же явлениям. Это позволяет сделать вывод о том, что стройной теории относительно методов унификации права международной торговли до настоящего времени не сложилось. С учетом изложенного нами предлагается следующая систематизация методов международно-правовой унификации.

1. В зависимости от предмета унификации можно выделить методы унификации коллизионных и материально-правовых норм.

Достоинство коллизионного метода унификации состоит в том, что он позволяет сформулировать в международной конвенции одинаковые коллизионные привязки применительно к конкретным правоотношениям и избежать тем самым неопределенности во взаимоотношениях сторон. При наличии унификационного акта уже на стадии заключения внешнеэкономической сделки сторонам известно, согласно каким коллизионным нормам определяется право, применимое к тем отношениям, которые не нашли отражения в договоре. Исходя из этого, они могут заранее учесть особенности права того или иного государства и соответствующим образом скорректировать положения договора (так, при признании в качестве обязательственного статута сделки права Англии они учтут категорию заранее согласованных убытков agreed and liquidated damages, права Франции - возможность взыскания наряду с материальными и моральных убытков, возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, права Венгрии - об исключительном характере неустойки и т.п.).

В первый период унификации наибольшие надежды связывались именно с реализацией данного метода. Первая международная правительственная организация, созданная в 1893 г., - Гаагская конференция по международному частному праву была и остается ориентированной именно на унификацию коллизионных норм.

К достоинствам данного метода относятся непосредственное применение лишь в отношении участников международного коммерческого оборота, сравнительная простота, поскольку согласованию подлежит ограниченное число коллизионных норм. Наличие согласованных коллизионных норм содействует предсказуемости отношений сторон международного коммерческого оборота.

История унификации права международных контрактов свидетельствует о том, что достижение единообразия путем метода унификации коллизионных норм возможно только на уровне межгосударственных соглашений, когда соответствующие изменения внутреннего законодательства осуществляются именно законодателем и во исполнение международных соглашений. Даже в рамках ЕС, где методом гармонизации национального законодательства и достижения его единообразия является внесение государствами-участниками соответствующих изменений на основе директив, а методом создания единого регулирования, обеспечивающего достижение целей ЕС, является принятие Комиссией ЕС регламентов, создание единообразных коллизионных норм оказалось возможным не путем использования не основного в ЕС метода гармонизации, а путем применения традиционного для международной правовой унификации метода в виде принятия Римской конвенции 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам.

Как показала история унификации права международных контрактов, возлагаемые первоначально на данный метод надежды себя не оправдали. Данный метод оказался неуниверсальным, что особенно ярко проявилось в третьем и четвертом периодах унификации права международных контрактов.

Слабость данного метода унификации можно объяснить двумя причинами. Одна из них состоит в том, что зафиксированная в международной конвенции коллизионная норма отсылает к национальному праву, которое, во-первых, неодинаково в различных государствах, а во-вторых, по-разному может быть применено национальными судьями и международными арбитрами. Национальные судьи связаны lex fori и могут применять только коллизионные нормы международных конвенций, в которых участвуют соответствующие страны, а международные арбитры обладают значительно большей свободой <*>. Вторая причина состоит в том, что на основании единой коллизионной нормы применению подлежит национальное право той или иной страны, что по-прежнему оставляет отношения из международного коммерческого контракта в рамках национального права.

--------------------------------

<*> Согласно § 13 Регламента МКАС при ТПП РФ арбитраж руководствуется правом, определенным в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми; согласно ст. 24 Регламента Арбитражного института Стокгольмской торговой палаты состав арбитров применяет право или правовые нормы, которые он сочтет наиболее подходящими; согласно ст. 17 Регламента Арбитражного суда МТП состав арбитража применяет правовые нормы, которые он сочтет подходящими. Эволюция применения коллизионных норм рассмотрена Е.В. Кабатовой (см.: Кабатова Е.В. Изменение роли коллизионного метода в международном частном праве // Международное частное право. Современная практика. М., 2000. С. 5 - 16; Она же. К вопросу о современных проблемах международного частного права // Государство и право. 2000. N 8. С. 54 - 60).

 

Обращение к реальным процессам, происходящим в данной сфере, подтверждает справедливость данного вывода; в отношении унификации коллизионных норм в сфере права международных коммерческих контрактов заключено семь международных Конвенций разного уровня: четыре Гаагские конвенции - 1955, 1958, 1978 и 1986 гг., Римская конвенция 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам, Соглашение стран СНГ 1992 г. о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, Межамериканская конвенция 1994 г. о праве, применимом к международным контрактам (Конвенция Мехико). И лишь три из них: одна универсальная - Гаагская конвенция 1955 г. о праве, применимом к купле-продаже движимых материальных вещей (товаров) (участвуют в ней лишь девять государств), и две региональные - Римская конвенция и Соглашение стран СНГ 1992 г. - вступили в силу и применяются.

Важно отметить, что действовавшая в рамках СЭВ в течение 40 лет единообразная коллизионная норма для отношений международной купли-продажи (поставки) была согласована не в виде международной конвенции, а в Общих условиях поставок товаров (ОУП) между организациями соответствующих стран - международном соглашении особого рода, применение которого обеспечивалось соответствующими странами как на уровне многосторонней договоренности, закрепляемой в рекомендации Исполкома данной международной организации, так и на уровне двусторонних договоренностей, закрепляемых в соглашениях о товарообороте и платежах. Это представляет собой уникальное достижение в разработке единой коллизионной нормы, равного которому в мире нет.

Вторым достижением стран СЭВ в разработке указанной коллизионной нормы явилось согласование первоначально в двусторонних ОУП, а начиная с 1958 г. и в многосторонних ОУП применения права страны продавца, что было согласовано ранее принятия Гаагской конвенции 1955 г. о праве, применимом к международной купле-продаже товаров (вступила в силу с 3 мая 1964 г.), хотя в национальном праве многих стран содержалась иная коллизионная норма в отношении внешнеэкономических сделок. Таким образом, страны СЭВ достигли единообразия гораздо раньше, нежели страны Западной Европы.

Метод материально-правовой унификации используется для разработки единых унифицированных норм, предназначенных урегулировать именно вопросы существа международных коммерческих отношений, прежде всего права и обязанности сторон. Наиболее успешным примером является Конвенция ООН 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров (далее - Венская конвенция 1980 г.).

Важно отметить, что страны ЕС, достигнув значительных успехов в унификации коллизионных вопросов, даже не ставили перед собой задачу достижения унификации в сфере материально-правовых норм (поставив задачу разработки Европейского гражданского кодекса, они ограничились разработкой Принципов Европейского договорного права - факультативного документа, представляющего свод общепринятых подходов этих стран к общим вопросам обязательственных отношений).

Поэтому достигнутая в рамках СЭВ унификация в виде Общих условий поставок являлась значительным достижением региональной унификации. Учитывая, что с помощью данного документа реализовывалось свыше 2/3 внешнеторгового оборота нашей страны и около 80\% внешнеторгового оборота других стран СЭВ, по значению для международного коммерческого оборота этих стран Общие условия поставок товаров стран - членов СЭВ вполне сопоставимы с Венской конвенцией 1980 г. В Конвенции участвуют 60 государств, и она регламентирует основные вопросы международной купли-продажи товаров, оставляя тем не менее многое за рамками ее регулирования, а ОУП СЭВ, разработанные гораздо меньшим числом участников, регламентировали гораздо больше материально-правовых вопросов взаимоотношений сторон международной купли-продажи (поставки). Можно утверждать, что по охвату затронутых в данном документе аспектов внешнеторговой поставки ОУП СЭВ не имеют себе равных.

Общие условия поставок товаров стран - членов СЭВ применялись с 1951 г. первоначально на основе двусторонних договоренностей, а начиная с 1958 по 1991 г. - на многосторонней основе. К числу неоспоримых достоинств данного унификационного акта относится и его комплексный характер: в нем урегулированы не только материально-правовые, но и коллизионные аспекты внешнеэкономического контракта; в части материально-правовой - общие вопросы обязательственного права, включая ответственность, основания освобождения от ответственности, исковая давность, а также отдельные аспекты выполнения продавцом и покупателем своих обязанностей и ответственность за их нарушение. Кроме того, в данном документе нашли отражение и вопросы гражданского процесса в виде согласования обязательной подсудности возникающих при применении ОУП СЭВ споров международному коммерческому арбитражу в стране ответчика. Данный документ оказал влияние и на разработанные в рамках ЕЭК ООН типовые контракты.

Недостатком данного метода унификации является сложность согласования единообразных правил, что связано с наличием различных правовых систем, неодинаковыми взглядами на те или иные аспекты внешнеэкономической сделки, различным уровнем правовой культуры и готовности государств инкорпорировать соответствующие правила во внутреннее право. В ходе исторического развития унификации материально-правовых норм были выработаны различные способы ее реализации, выделяемые далее.

2. По методам формирования надлежит выделить метод международно-правовой и метод частноправовой унификации, каждому из которых в свою очередь присущи характерные именно для них способы реализации.

В течение второго и частично третьего периодов развития унификации метод международно-правовой унификации являлся практически единственным средством достижения единообразия правового регулирования. Реализация данного метода осуществлялась исключительно путем применения инструментария международного права, а создаваемые таким образом международные конвенции представляли собой классические образцы международно-правовых документов.

Развитие международно-правового сотрудничества и создание ЮНСИТРАЛ позволило обогатить инструментарий международно-правовой унификации, что проявилось в "разделении" между отраслями права этапов подготовки и реализации унифицированного документа таким образом, что подготовка документа реализуется с использованием международно-правовых средств путем международных переговоров на уровне международной межправительственной организации и завершается принятием международно-правового документа в виде модельного закона, а реализация такого документа реализуется с использованием внутригосударственных правовых средств и осуществляется каждым государством в соответствии с его волеизъявлением и на основании действующих в нем национальных правил. Именно таким образом происходит разработка модельных законов, что характерно для ЮНСИТРАЛ и СНГ.

Наиболее широкое признание из разработанных ЮНСИТРАЛ пяти модельных законов получил принятый в 1985 г. Модельный закон о международном коммерческом арбитраже, что проявилось в том, что именно на его основе 32 государства и четыре штата США приняли национальные законы о Международном коммерческом арбитраже. В силу двух основных факторов, состоящих в том, что, с одной стороны, разработка соответствующего закона осуществлялась на международном уровне с широким привлечением заинтересованных представителей государств и международных организаций, а с другой стороны, авторитет той организации, в рамках которой происходило принятие такого документа, высок, такие документы используются затем государствами в качестве основы для принятия собственного законодательства.

Страны СНГ используют данный метод при принятии ими на основе модельных различных кодексов, среди которых как наиболее успешный можно выделить Модельный ГК, рекомендованный 17 февраля 1996 г. Межпарламентской ассамблеей государств - участников СНГ. Уже шесть государств СНГ приняли собственные ГК, используя Модельный ГК.

При унификации коллизионных норм в сфере международных коммерческих контрактов (как и в других областях международного частного права) используется именно международно-правовой метод. Это объясняется тем, что во всех странах коллизионные нормы по большей части являются императивными. Естественно стремление государства сохранить свое влияние в данной сфере, проконтролировать процесс унификации с целью отражения в унификационном инструменте свойственных его праву конструкций. Поэтому унификация коллизионных норм осуществляется исключительно путем использования метода международно-правовой унификации, реализуемого путем разработки и принятия договаривающимися государствами соответствующих международных конвенций.

В указанной сфере данный метод используется и при универсальной (Гаагские конвенции 1955, 1958, 1978 и 1986 гг.), и при региональной унификации (Римская конвенция 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам, Соглашение стран СНГ 1992 г. о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, Межамериканская конвенция 1994 г. о праве, применимом к международным контрактам).

При международно-правовой унификации можно выделить методы двусторонней и односторонней международно-правовой унификации.

Применяя метод двусторонней международ

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 |