Имя материала: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ части четвертой

Автор: Л.А. Трахтенгерц

Глава 75. право на секрет производства (ноу-хау)

 

Охрана прав обладателя "технической, организационной или коммерческой информации, составляющей секреты производства", в качестве особого объекта гражданского права была впервые введена в России Основами гражданского законодательства (ст. 151). Вслед за Основами защиту информации, составляющей служебную и коммерческую тайну, установил ГК (ст. 139). 29 июля 2004 г. Государственная Дума приняла Федеральный закон N 98-ФЗ "О коммерческой тайне". Однако ни в Основах, ни в ст. 139 ГК не были определены правила оборота коммерческой информации, хотя именно в этих целях и была введена гражданско-правовая защита коммерческой информации - сначала в Основах, а затем и в ГК.

В связи с принятием части 4 ГК и включением в нее комментируемой главы признана утратившей силу ст. 139 ГК, внесены также существенные изменения в Закон о коммерческой тайне (см. п. 12 ст. 17 и ст. 34 Водного закона к ч. 4 ГК).

Закон о коммерческой тайне с самого начала был ориентирован на регулирование, главным образом, условий и порядка, которые обеспечивают сохранение в тайне охраняемой информации, ее конфиденциальность. В целях решения этой, несомненно, важной задачи в системе мер по защите прав обладателя секрета производства преимущественное внимание в Законе было уделено административно-правовым нормам, регулирующим установление, изменение и прекращение режима коммерческой тайны. Эти нормы сохранят силу и в новой редакции Закона.

Ранее содержавшиеся в Законе о коммерческой тайне отдельные положения, относящиеся к гражданско-правовым отношениям, отменены. Теперь эти отношения достаточно полно регулируются ГК. Следует отметить, что Закон в прежней его редакции не решал эти задачи. В Законе не были регламентированы ни договоры о лицензии на использование информации, признанной коммерческой тайной, ни договоры об отчуждении (уступке) прав на такую информацию, хотя это два основных договора, на основании которых правообладатель может реализовать свои правомочия по распоряжению правом на коммерческую информацию.

Название комментируемой главы воспроизводит название ст. 151 Основ гражданского законодательства. Тем самым устранена правовая неопределенность в отношении самого понятия охраняемого объекта, порождаемая названием ст. 139 ГК, в которой были указаны два объекта - "коммерческая и служебная тайна", тогда как в самой статье установлен был один правовой режим для обоих объектов, без какой-либо дифференциации. Однако правомерность распространения условий охраны коммерческой тайны на служебную тайну порождала обоснованные сомнения. Это - разноплановые понятия. Различны и основания, по которым сведения, относящиеся к служебной тайне, и сведения, составляющие коммерческую тайну, признаются конфиденциальными. Сохранение в тайне служебной информации не обусловлено ее коммерческой ценностью (хотя такая информация и может содержать сведения коммерческого характера). Служебная тайна не может быть объектом гражданского оборота. Запрещение ее разглашать, как правило, основывается на законодательстве, регламентирующем отдельные виды деятельности, затрагивающей в т.ч. сферу частной жизни гражданина (см., например, ст. 33 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" <1>; ст. 63 Федерального закона от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи" <2>). Определенные категории работников, занимающихся такой деятельностью, обязаны сохранять в тайне сведения, к которым они имеют доступ в связи с выполняемой работой (банковские служащие, работники связи, налоговые инспекторы, страховые агенты, врачи и др.). Следует заметить, что первый шаг в разграничении этих двух объектов внес Закон о коммерческой тайне, в сферу действия которого уже не входила служебная тайна.

--------------------------------

<1> Ведомости РФ. 1993. N 2. Ст. 56.

<2> СЗ РФ. 2003. N 28. Ст. 2895.

 

Заметим, что в зарубежной практике для обозначения секретов производства нередко используются такие понятия, как "коммерческая тайна", "конфиденциальная информация", "закрытая (или неразглашаемая) информация" (см., например, разд. 7 Соглашения ТРИПС), а также "ноу-хау".

 

Статья 1465. Секрет производства (ноу-хау)

 

Комментарий к статье 1465

 

В отличие от условий патентной охраны научно-технических результатов интеллектуальной деятельности (изобретений, полезных моделей и др.), Кодекс не устанавливает каких-либо конкретных требований к собственно содержанию сведений, относящихся к секретам производства. Основная характеристика - коммерческая ценность. Именно это качество секрета производства определяет его оборотоспособность, т.е. пригодность конкретных сведений (знаний) для обращения на товарных принципах коммерческого оборота, для получения конкурентных преимуществ в процессе экономического использования.

Коммерческая ценность секрета производства обусловлена прежде всего его закрытостью от третьих лиц (его "секретностью"). Соответственно, основной предпосылкой, необходимой для защиты охраняемого права на секрет производства, является его неизвестность третьим лицам. Обладатель секрета производства должен закрыть свободный доступ к соответствующим сведениям и ввести в отношении таких сведений режим коммерческой тайны, под которым понимается "режим конфиденциальности, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ и услуг или получить иную коммерческую выгоду" (п. 1 ст. 3 Закона о коммерческой тайне).

Признание тех или иных сведений секретом производства является прерогативой правообладателя. Исключения из этой общей нормы установлены в ст. 5 Закона о коммерческой тайне, где перечислены сведения, в отношении которых не допускается режим коммерческой тайны. Этот перечень может быть расширен иными федеральными законами.

Меры по охране конфиденциальности, обязанность соблюдения которых возложена на обладателя секрета производства, достаточно детально определены в Законе о коммерческой тайне. В соответствии со ст. 10 Закона такие меры должны включать в себя:

1) определение перечня информации, составляющей коммерческую тайну;

2) ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка;

3) учет лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана;

4) регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров;

5) нанесение на материальные носители (документы), содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, грифа "Коммерческая тайна" с указанием обладателя этой информации (для юридических лиц - полное наименование и место нахождения, для индивидуальных предпринимателей - фамилия, имя, отчество гражданина, являющегося индивидуальным предпринимателем, и место жительства).

Там же предусмотрена обязанность предпринимателя представлять эти сведения по требованию органов власти, управления, контролирующих и правоохранительных органов, других организаций, обладающих таким правом в соответствии с законодательством.

Принятые по охране меры считаются "разумно достаточными", если исключен доступ к охраняемой информации любых лиц без согласия ее обладателя и при этом обеспечена возможность использования секрета производства без нарушения режима коммерческой тайны. Охраняемый секрет производства не подлежит государственной регистрации (хотя подобные проекты обсуждались). Такая регистрация противоречит основному принципу охраны секретов производства - сохранению конфиденциальности.

 

Статья 1466. Исключительное право на секрет производства

 

Комментарий к статье 1466

 

1. Существенной новеллой нового регулирования охраны секрета производства является его легальное признание объектом исключительных прав в соответствии со ст. 1229 ГК. По сути, вводится новый институт исключительных прав. К отношениям, связанным с охраной, использованием секретов производства, а также защитой прав их обладателей, применяются соответствующие общие нормы гл. 69 ГК. Тем самым дан ответ на широко дискутируемый вопрос о правовом режиме охраняемой коммерческой информации - правомерности использования в этих целях модели исключительных прав с учетом особенностей, обусловленных характером объекта, отличающих его от других охраняемых результатов интеллектуальной деятельности. В пользу такого решения говорит и международный опыт. В Соглашении ТРИПС, присоединиться к которому готовится Россия (в связи со вступлением во Всемирную торговую организацию), "закрытая информация" прямо отнесена к категории "интеллектуальная собственность" (п. 2 ст. 1 ч. 1). Соглашение обязывает страны-участницы охранять "закрытую информацию" от несанкционированного использования (разд. 7, ст. 39).

В комментируемой статье установлено содержание исключительных прав на секрет производства. Обладатель этих прав наделяется теми же правомочиями, что и субъекты исключительных прав на другие результаты интеллектуальной деятельности (ст. 1229 ГК). Он может сам использовать принадлежащий ему секрет производств (ноу-хау), а также распорядиться своим правом на секрет производства, ввести его в гражданский оборот. Основанием распоряжения служит гражданско-правовой договор.

Налоговый кодекс включает "секреты производства (ноу-хау)" в состав нематериальных активов налогоплательщика, подлежащих налоговому обложению (подп. 6 п. 3 ст. 257). При списании затрат на секреты производства учитываются затраты на его разработку либо на приобретение прав на сведения, составляющие секрет производства.

2. Система охраны технических, экономических и других решений в режиме коммерческой тайны на основе конфиденциальности оставляет открытой (легальной) возможность параллельной охраны аналогичных решений, принадлежащих разным лицам, которые самостоятельно и добросовестно стали их обладателями. Прямым следствием такой правовой конструкции, на что следует обратить внимание, является еще одна особенность этой системы охраны - она защищает исключительные (имущественные) права добросовестных правообладателей, но не защищает право авторства на секреты производства.

Главный критерий - законность и правомерность доступа пользователя к охраняемым сведениям. Так, например, если обратиться к мировой практике, то можно увидеть, что защита секрета производства не препятствует раскрытию охраняемых сведений посредством так называемого обратного конструирования. Под "обратным конструированием" понимается раскрытие секрета производства путем анализа поступившей в открытый оборот продукции, позволяющего определить способ изготовления продукции. Правомерность такого получения закрытых сведений признается при условии, что сам объект исследования был получен законным образом, т.е. для доступа к продукту не использовались незаконные средства (подкуп лиц, обладающих соответствующей информацией, шпионаж и т.п.).

 

Статья 1467. Действие исключительного права на секрет производства

 

Комментарий к статье 1467

 

Исключительные права на секрет производства основываются на фактической монополии обладателя секрета производства, которая достигается прежде всего соблюдением конфиденциальности в отношении охраняемых сведений. Отсюда существенное отличие от патентной охраны, которая, устанавливая монополию патентообладателя, напротив, открывает широкий доступ к запатентованным решениям всем заинтересованным лицам, что и создает предпосылки для наиболее эффективного экономического использования этих решений.

Другая особенность. Все исключительные права охраняются в течение определенного срока. Права на ноу-хау не ограничены каким-либо сроком. Они перестают действовать, когда нарушается основное условие их охраны, независимо от того, какие конкретные обстоятельства привели к разглашению соответствующей информации: противоправные действия сотрудника, контрагента, третьих лиц либо собственное решение правообладателя.

 

Статья 1468. Договор об отчуждении исключительного права на секрет производства

 

Комментарий к статье 1468

 

К договору об отчуждении исключительного права на секрет производства применяются нормы ст. 1234 ГК, а также общие положения об обязательствах (ст. ст. 307 - 419 ГК) и о договорах (ст. ст. 420 - 453 ГК), поскольку иное не установлено в нормах разд. VII ГК и не вытекает из содержания или характера исключительного права на секрет производства.

1. Договор заключается в письменной форме. Условия о размере вознаграждения и порядке его определения признаются существенными условиями возмездного договора. В случае их отсутствия договор считается незаключенным. Исключительное право на ноу-хау, являющееся предметом договора, переходит в полном объеме к новому правообладателю в момент заключения договора.

2. По договору об отчуждении исключительного права на секрет производства прежний правообладатель принимает на себя обязательство сохранять конфиденциальность переданных им по договору сведений до тех пор, пока в этом заинтересован новый правообладатель. Тогда как при заключении договоров об отчуждении исключительных прав на традиционные объекты правовая связь сторон договора обычно прекращается после его исполнения

 

Статья 1469. Лицензионный договор о предоставлении права использования секрета производства

 

Комментарий к статье 1469

 

1. К лицензионному договору о предоставлении права использования секрета производства применяются общие нормы ст. ст. 1235 - 1238 ГК, а также общие положения об обязательствах (ст. ст. 307 - 419 ГК) и о договорах (ст. ст. 420 - 453 ГК), поскольку иное не установлено в нормах разд. VII ГК и не вытекает из содержания или характера исключительного права на секрет производства.

В зависимости от условий использования, предусмотренных договором, различаются исключительная и неисключительная лицензия. Причем термин "исключительная" лицензия не должен вводить в заблуждение относительно содержания предоставляемых по такой лицензии прав, с чем, к сожалению, нередко еще сталкивается практика. Заключение любого лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату, что теперь прямо закреплено в Кодексе (п. 1 ст. 1235). При исключительной лицензии лицензиар в течение срока действия договора не может предоставить разрешение на использование того же объекта другим лицам. Во втором случае предоставление лицензии не ограничивает права лицензиата. Он может сам применять объект лицензии и может предоставлять лицензии на этот же объект другим лицам.

2. В изъятие из общих правил заключения лицензионных договоров, согласно которым лицензионный договор относится к категории срочных договоров (п. 4 ст. 1235 ГК), в договоре о предоставлении права использования секрета производства не обязательно определять срок его действия.

3. Элементы лицензионного договора о передаче прав на секреты производства могут включаться в другие гражданско-правовые договоры: договор коммерческой концессии, договор на выполнение НИОКР, договор подряда, договор о создании акционерного общества. Права на секреты производства входят в комплекс исключительных прав, составляющих предмет договора коммерческой концессии (ст. 1027 ГК). Во всех договорах, предусматривающих предоставление разрешения на использование сведений, составляющих секрет производства, на пользователя должна быть возложена обязанность по соблюдению конфиденциальности. Для отдельных видов договоров такое условие прямо предусмотрено ГК (ст. ст. 727, 771, 1032).

4. До принятия части 4 ГК в судебной практике возникали дела по спорам, связанным с квалификацией подобных лицензионных договоров.

Предметом судебного разбирательства одного из таких дел <1> был спор между сторонами о квалификации договора, в соответствии с которым лицензиар передавал лицензиату "материалы по ноу-хау - способ изготовления шипованной шины, ошипованного ленточного протектора для этой шины и шипа противоскольжения для этого протектора". Исследуя материалы дела, суд признал, что "переданные по договору материалы содержали "коммерческую информацию", права на которые были предоставлены лицензиатом лицензиару". Однако эта бесспорно правильная оценка предмета договора послужила основанием для сделанного судебными инстанциями явно неправильного вывода. Суд признал, что "заключенный 12 января 2000 года между М., П. и Х. лицензионный договор "О передаче ноу-хау" N 4 является договором коммерческой концессии" (что прямо противоречило ст. 1027 ГК, согласно которой объектом договора коммерческой концессии является комплекс исключительных прав). Решением суда оспариваемый истцами договор был признан недействительным в соответствии со ст. 168 ГК, поскольку сторонами договора коммерческой концессии могут быть лишь коммерческие организации либо индивидуальные предприниматели, а ответчица Х. таким статусом не обладала.

--------------------------------

<1> Комментарий судебной практики. Выпуск 10. М.: Юрид. лит., 2004. С. 43.

 

Комментируемая глава не содержит (в отличие от норм о договоре коммерческой концессии) каких-либо ограничений в отношении правосубъектности обладателей исключительных прав на секреты производства. Между тем по этому поводу высказаны различные позиции, непосредственно затрагивающие такой существенный вопрос правоприменительной практики, как правомерность участия в договорах о распоряжении правами на секреты производства физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Так, например, по мнению А.П. Сергеева, субъектами права на коммерческую тайну (соответственно, на секрет производства) могут быть только лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью <1>. Этой же позиции придерживается В.О. Калятин, по мнению которого исключительное право на секрет производства "должно по общим правилам иметь субъектами лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью" <2>. При таком подходе физические лица, не являющиеся предпринимателями, лишаются возможности распорядиться принадлежащими им техническими или экономическими решениями, что, по нашему мнению, не имеет нормативного обоснования ни в ранее действующем, ни в новом законодательстве. Поэтому следует согласиться с В.А. Дозорцевым: "Если секрет производства создан физическим лицом, оно и является первоначальным обладателем права. Это право может перейти другому лицу, допускается его переуступка и до создания объекта" <3>. Таким образом, надо признать, что различные способы осуществления коммерческой деятельности могут быть созданы не только в самой коммерческой организации, но и получены ею по договору со сторонними лицами. Очевидно также, что в качестве пользователя или вторичного правообладателя здесь всегда будет выступать предприниматель, заинтересованный в использовании ноу-хау в своей хозяйственной деятельности. А что касается первоначального обладателя определенных сведений (имеющих коммерческую ценность), которые могут заинтересовать такого предпринимателя, то им может быть и физическое лицо, нормативных препятствий к этому нет (ср., например, ст. 1478 ГК, согласно которой обладателем исключительных прав на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель).

--------------------------------

<1> Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М.: Проспект, 2006. С. 680.

<2> Калятин В.О. Гражданский кодекс РФ. Часть четвертая. М.: Статут, 2008. С. 633.

<3> Дозорцев В.А. Интеллектуальные права. М., 2003. С. 258.

 

Статья 1470. Служебный секрет производства

 

Комментарий к статье 1470

 

1. Один из концептуальных принципов части 4 ГК - закрепление первоначального права авторства на охраняемый результат интеллектуальной деятельности за его создателем - не распространяется, как уже было отмечено, на создателей секретов производства. Это связано также с тем, что к такому объекту не предъявляется требование творческого результата.

2. Обязательства работника о неразглашении сведений, составляющих секрет производства, могут быть включены в трудовой договор (ст. 57 ТК). Кроме трудового договора, с работником может быть заключено соглашение о неразглашении ставших ему известными сведений, охраняемых как секреты производства, до прекращения действия исключительных прав на данные сведения.

 

Статья 1471. Секрет производства, полученный при выполнении работ по договору

 

Комментарий к статье 1471

 

Кодекс существенно расширил регулирование отношений, связанных с исключительными правами на охраняемые объекты, созданные в результате выполнения договорных работ в процессе разработки новых конструкций, технологий и т.п.

В отличие от лицензионных договоров и договоров об отчуждении исключительных прав на готовые уже охраняемые сведения в режиме коммерческой тайны, здесь речь идет о правах на так называемые заказные разработки, в ходе выполнения которых могут быть получены охраноспособные решения, в т.ч. признанные договаривающимися сторонами секретами производства.

Предусмотренные Кодексом положения об урегулировании условий закрепления исключительных прав на охраняемые результаты договорных работ имеют диспозитивный характер. Стороны должны сами в договоре согласовать существенные для данных отношений вопросы, в т.ч. кому будет принадлежать право на использование ноу-хау, содержащиеся в выполненных разработках, в каком объеме каждая из сторон может использовать полученные результаты и распорядиться полученными правами и т.д. Если же стороны не включили соответствующие условия в договор, то отношения сторон будут регулироваться нормами Кодекса, цель которых - восполнить этот пробел, исходя из сложившихся в гражданском обороте обычных условий распоряжения исключительными правами на новые разработки.

При этом предусмотрены разные правовые конструкции закрепления прав на охраняемые результаты договорных работ в зависимости от того, выполнялись эти работ без привлечения или с привлечением средств из федерального или муниципального бюджета.

Итак, в тех случаях, когда разработки выполняются без привлечения бюджетных средств и исключительные права на ноу-хау закрепляются за исполнителем работ, заказчику, который вложил в разработку собственные средства, должны быть гарантированы права на использование всех договорных результатов (включая ноу-хау) в тех целях, для которых был заключен договор на условиях безвозмездной простой лицензии (см. аналогичные нормы, предусмотренные в ст. 1371 ГК).

В случаях же, когда секрет производства получен при выполнении договорных работ за счет федерального или муниципального бюджета, правомерно презюмируется закрепление прав на такой секрет производства за исполнителем работ. Государство, инвестируя НИОКР, не преследует узкокоммерческие цели, главная задача - эффективное использование новых разработок. В равной мере это относится и к договорам, заключаемым главным распорядителем или распорядителем бюджетных средств с федеральными государственными учреждениями (см. аналогичные нормы, предусмотренные в ст. 1373 ГК).

В этой связи следует обратить внимание на очевидный пробел в редакции первого абзаца комментируемой статьи, где говорится только о правах исполнителя и ничего не сказано о правах заказчика при выполнении договоров подряда, договоров на НИОКР без привлечения бюджетных средств.

Следует учитывать также нормы гл. 77 ГК, поскольку секреты производства могут входить в состав единой технологии, созданной за счет бюджетных средств.

 

Статья 1472. Ответственность за нарушение исключительного права на секрет производства

 

Комментарий к статье 1472

 

Защита прав обладателя секрета производства от неправомерных посягательств может осуществляться средствами гражданского, административного либо уголовного права.

Общим основанием для ответственности за нарушение исключительных прав на охраняемые объекты, в т.ч. на секрет производства, служит его несанкционированное использование (за исключением установленных в ГК случаев). В комментируемой статье предусмотрены специальные основания, квалифицируемые как нарушения исключительных прав на секрет производства, которые обусловлены спецификой самого режима защиты прав на этот результат интеллектуальной деятельности.

Во-первых, это не только использование, но и разглашение сведений о секрете производства при условии, что соответствующие сведения были получены незаконным путем.

Оба эти нарушения относятся к основаниям ответственности за использование исключительных прав без договора, признаваемых деликтами, и подпадают под действие норм гл. 59 ГК. Ответственность наступает при наличии вины нарушителя. При этом не могут быть признаны виновными и привлечены к имущественной ответственности лица, которые получили доступ к секрету производства случайно или по ошибке (п. 2 комментируемой статьи), что отражает особенности квазиисключительного права на секрет производства.

Незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей секрет производства, может быть признано актом недобросовестной конкуренции (подп. 5 п. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции).

Во-вторых, к безусловным ("законным") основаниям для привлечения к имущественной ответственности комментируемая статья относит нарушение договорных обязательств, в соответствии с которыми должны быть обеспечены меры по сохранению конфиденциальности. Нарушителем в этих случаях могут быть признаны: правообладатель - по договору об отчуждении исключительных прав на секрет производства, лицензиат, получивший доступ к секрету производства по лицензионному договору, работник, которому стал известен секрет производства в связи с выполнением им своих трудовых обязанностей как в период его трудовых отношений, так и после их прекращения.

В качестве основной санкции по всем указанным основаниям предусматривается возмещение убытков, т.е. не только реального ущерба, но и не полученных работодателем доходов (упущенной выгоды). Это относится и к ответственности работника перед работодателем. В изъятие из общего принципа, установленного ст. 238 ТК, ограничивающего материальную ответственность работника в период его трудовой деятельности "прямым действительным ущербом", причиненным работодателю, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности в связи с разглашением сведений о секрете производства, что также предусмотрено п. 7 ст. 243 ТК.

Нельзя также не отметить, что отрицательные имущественные последствия, вызванные незаконным присвоением или даже просто разглашением сведений об охраняемом секрете производства, в подавляющем большинстве случаев выражаются не в прямом ущербе, а в упущенной выгоде, связанной с утратой ее обладателем преимуществ перед конкурентами.

К нарушителям права на секрет производства, помимо возмещения понесенных правообладателем убытков, могут быть применены и иные санкции, предусмотренные общими нормами Гражданского кодекса о защите исключительных прав (ст. 1252) с учетом характера нарушения и реальных последствий.

Имущественные споры, связанные с нарушением прав обладателя секрета производства, рассматриваются в судебном порядке в соответствии с правилами процессуального законодательства о подведомственности гражданско-правовых споров.

Органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные государственные органы, получившие доступ к сведениям, составляющим секрет производства, несут гражданско-правовую ответственность перед правообладателем за разглашение или незаконное использование этих сведений сотрудниками государственных органов, которые получили такие сведения в связи с выполнением ими своих должностных обязанностей (п. 3 ст. 14 Закона о коммерческой тайне).

В этой связи следует обратить внимание также на положения п. 3 ст. 39 Соглашения ТРИПС. Эти положения касаются охраны закрытых данных и других сведений о результатах испытаний фармацевтических и агрохимических продуктов, на основании которых они были допущены к применению соответственно в фармацевтике или в сельском хозяйстве страны-изготовителя. Дело в том, что при импорте таких продуктов страны-импортеры вправе потребовать сведения о результатах испытаний импортируемых продуктов. Такие сведения должны быть представлены в компетентные государственные органы этих стран для получения необходимого разрешения на ввоз.

Соглашение помимо общей нормы об охране закрытой информации предусматривает специальное правило, обязывающее участников Соглашения обеспечить охрану таких сведений от "недобросовестного коммерческого использования". Представляется, что этим требованиям отвечают положения Закона о коммерческой тайне, предусматривающие правила об охране коммерческой информации при ее предоставлении государственным органам (ст. ст. 13 и 14 Закона). Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 26 Закона о защите конкуренции вред, причиненный физическим или юридическим лицам в результате разглашения антимонопольным органом либо его должностными лицами информации, составляющей коммерческую или иную охраняемую законом тайну, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

В сфере высоких технологий хищение информации, относящейся к секретам производства, - одно из основных направлений экономического шпионажа. Уголовная ответственность за собирание сведений, составляющих коммерческую тайну (секрет производства) путем похищения документов, подкупа или угроз, а равно иным незаконным способом в целях разглашения либо незаконного использования этих сведений, а также за их разглашение или незаконное использование, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности и причинившие крупный ущерб правообладателю, установлена ст. 183 гл. 22 "Преступления в сфере экономической деятельности" УК.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 |