Имя материала: Договорное право

Автор: Рожкова М.А

5.3. коллизионные проблемы регулирования формы соглашения

 

Поскольку соглашение о подсудности в том или ином виде содержит иностранный элемент, возникает вопрос: материальное право какого государства должно применяться? Его решение (по сравнению с решением аналогичного вопроса, касающегося порядка заключения соглашения) осложняется тем обстоятельством, что процессуальное право устанавливает более или менее подробное регулирование формы соглашения. Поскольку по общему правилу суды должны руководствоваться процессуальными нормами своего государства, то форма соглашения о подсудности  в  части,  урегулированной  процессуальным  правом,  подчиняется  той  правовой системе, в которой соглашение реализуется, например, в его пророгационном или дерогационном аспектах  либо  на  стадии  исполнительного  производства.  Если  для  отыскания  материального права, на основании которого следует восполнить пробел процессуального регулирования, прибегать  к  коллизионным  нормам,  относящимся  к  договору  или  требованию,  подсудность которого изменяется соглашением (как в случае с порядком заключения соглашения), то результат может оказаться абсурдным, - пробел процессуального регулирования должен восполняться нормами иностранного права.

Иные результаты получаются, если исходить из единой правовой природы правил, определяющих форму  соглашения  о подсудности;  рассматривать  всю  их  совокупность (как ту часть, которая установлена процессуальными кодексами, так и ту часть, которая содержится в нормах материального права) либо в качестве процессуальных, либо в качестве материальных норм.

Первая  альтернатива  по  юридико-догматическим  соображениям  выглядит предпочтительней.  В  ее  пользу  свидетельствует  присутствие  в  процессуальных  нормативных актах, пусть даже кратких, предписаний о форме соглашений. Правотворческий орган тем самым выразил  свою  волю  относительно  того,  в  какой  сфере  правоотношений  в  принципе  должен решаться вопрос о форме соглашения. Обращение к материальному праву для восполнения пробелов  процессуального  регулирования  является  результатом  присутствующей  в процессуальном предписании (подразумеваемой) отсылочной нормы. Благодаря ей соответствующие  материальные  нормы  становятся  частью  процессуального  права.  В  этих условиях форма соглашения о подсудности должна определяться в полном объеме по процессуальному закону места суда. Существенное неудобство этого подхода состоит в том, что форма соглашения оказывается в подчинении нескольких правовых систем: пророгируемого суда, дерогируемого суда, суда исполнительного производства.

Вторая альтернатива выводится из материально-правовой природы норм, регулирующих порядок заключения соглашения о подсудности. Поскольку форма соглашения является одним из его элементов, то было бы логично и ее подчинить нормам материального права. Кроме того, именно в материальном праве содержится основной блок правил, регулирующих форму сделок. При таком подходе форма соглашения подчиняется праву страны, регулирующему отношение, по поводу которых данное соглашение заключается (lex causae). Эта привязка обеспечивает относительную независимость применяемого права от места судебного разбирательства, а также определенность юридических требований, которые должны учитывать стороны при заключении соглашения. В противном случае они стоят перед сложной задачей: учесть соответствующие правовые нормы всех государств, в которых соглашение о подсудности так или иначе может проявить свое действие. По этим соображениям материально-правовая квалификация норм, регулирующих форму соглашения о подсудности, является предпочтительней.

Однако подчинение формы соглашения lex causae не обеспечивает полного единообразия

правового регулирования. Из-за различий национальных коллизионных норм, в особенности из-за разнообразия в трактовке принципа наиболее тесной связи требования, предъявляемые к форме соглашения, все же могут варьироваться в зависимости от места судебного разбирательства. Более  успешно  проблема  решается  в  общеевропейском  праве.  Указанные  выше  положения

Регламента,  Брюссельской  и  Луганской  конвенций  устанавливают  относительно  формы соглашения о подсудности унифицированные правила, единообразное применение которых призваны обеспечивать принцип их автономного толкования и разъяснения Суда ЕС.

В качестве предмета последующего анализа содержания норм, регулирующих форму соглашения о подсудности, целесообразно взять именно эти правила, поскольку они являются наиболее детализированными и широко применяемыми и к тому же подробно комментируются в судебных решениях и доктрине.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 |