Имя материала: История отечественного государства и права. Часть 1

Автор: О.И. Чистяков

§ 3. изменения в государственном механизме

 

В результате революции 1905 - 1907 гг. и после нее Россия сделала еще один шаг по пути превращения из феодальной монархии в буржуазную. При этом данный шаг справедливо считают даже более серьезным, чем тот, который был сделан в период реформ 60 - 70-х гг. Важнейшим событием в этом плане явилось создание всероссийского представительного органа - Государственной Думы.

Учреждение Государственной Думы. Революционная волна, поднявшаяся в стране после "кровавого воскресенья", заставила царя искать компромиссы. В этих целях министру внутренних дел Булыгину было поручено подготовить проект Закона о создании Государственной Думы. 6 августа 1905 г. царь подписал Манифест об ее учреждении.

В Законе о Государственной Думе указывалось, что она создается для предварительной разработки и обсуждения законопроектов, которые затем должны поступать в Государственный совет. Таким образом, предполагалось создание законосовещательного органа дополнительно к Государственному совету. Отличие Государственной Думы от Государственного совета было в том, что в ней должны были участвовать не назначаемые, а избираемые населением лица.

В избирательном законе, подписанном в тот же день, предусматривались выборы по трем куриям - от землевладельцев, городских жителей и крестьян. Рабочие вообще лишались избирательных прав. Явное преимущество предоставлялось помещикам и крупной буржуазии.

Выборы в булыгинскую Думу, однако, не состоялись. Ее бойкотировало подавляющее большинство населения. Народ уступку царизма не принял. Даже либеральную буржуазию она не устраивала.

Революционное движение продолжалось, и царизм был вынужден пойти на более существенную уступку. Так появился известный Манифест от 17 октября 1905 г., обещавший созыв законодательной Думы.

Проект царского Манифеста не обсуждался на заседании Государственного совета, как это тогда полагалось. Против проекта яростно выступили наиболее близкие к царю сановники, министр императорского двора Фредерикс и др. Однако времени на дебаты и размышления не было. Николай II это прекрасно понимал.

Пришлось изменить и систему выборов в Думу. 11 декабря 1905 г. в избирательный закон были внесены существенные изменения. Право избирать в Думу было предоставлено и рабочим с целью успокоить их. По новому закону предусматривались уже не три, а четыре избирательные курии (от землевладельцев, городского населения, крестьян и рабочих). Женщины не имели избирательных прав во всех куриях.

Для землевладельческой и городской курии устанавливался имущественный ценз, в соответствии с которым право избирать и быть избранными имели помещики, а также представители крупной и средней буржуазии. Крестьянская курия не имела имущественных ограничений. Очень хитроумно предоставлялись избирательные права рабочим. Их получали рабочие предприятий, насчитывавших не менее 50 человек мужского пола. Были и региональные ограничения.

Для всех курий выборы были многостепенными. Для первых двух привилегированных курий - двухстепенные. Вначале выбирались выборщики, а затем уже члены Государственной Думы.

В рабочей курии выборы осуществлялись сложнее - там они были трехстепенные. Вначале выбирались уполномоченные от предприятий по такой схеме: от мелких предприятий с числом 50 и более рабочих по одному уполномоченному, от крупных предприятий - один уполномоченный от полной тысячи рабочих. Сразу же давалось преимущество мелким предприятиям, явно ограничивалось представительство от крупных заводов и фабрик, где пролетариат был особенно организован. Уполномоченные от предприятий выдвигали выборщиков, из которых избирались члены Думы.

Для крестьян устанавливались четырехстепенные выборы (от села, волости, затем выборщики в губернии и, наконец, выборы членов Думы).

Сложной была система распределения числа выборщиков по куриям. В результате получалось, что явное преимущество имели эксплуататорские классы. При помощи этой махинации с выборщиками голос помещика равнялся 3 голосам городских избирателей, 15 голосам крестьян, 45 голосам рабочих.

При выборах в I Государственную Думу больше всех мест получили кадеты - одну треть общего числа членов Думы. Много мест имели также октябристы. Блок кадетов с октябристами давал им явное большинство в Думе.

Крайне правые партии - сторонницы самодержавия - потерпели на выборах поражение, их представительство в Думе было незначительным.

В правящих кругах при выработке избирательного закона существовало заблуждение, что крестьянство является опорой самодержавия (крестьянин верит в царя). В результате крестьяне получили в Думе много мест. Образовалась особая фракция трудовиков, которая, выражая интересы крестьянства, часто вносила законопроекты по аграрному вопросу, доставляя большие неприятности правительственному лагерю. Царизм недолго терпел оппозиционную I Думу, через 72 дня она была досрочно распущена.

После проведения выборов во II Думу и начала ее работы обнаружилось, что она еще более оппозиционна самодержавию, чем предыдущая. Усиливавшаяся оппозиционность новой Думы правительству была неожиданной. Во II Думе сохранялось кадетско-октябристское большинство, которое проявило себя как активный противник правительства, что явно не соответствовало непоследовательной природе русской буржуазии.

У царизма имелись серьезные основания опасаться II Думы. Прежде всего речь шла о принятии аграрного закона на базе столыпинского указа от 9 ноября 1906 г. Создавалось впечатление, что Дума может его не утвердить.

Дума не торопилась также с одобрением государственного бюджета, передав его на рассмотрение специальной комиссии, которая могла вынести и отрицательное решение. Самодержавие было заинтересовано в том, чтобы бюджет утвердила Дума, так как от этого зависело решение вопроса о получении займов от иностранных государств, а Россия имела большие государственные долги. Правительства иностранных государств придавали большое значение утверждению бюджета Думой. По этому акту они судили о платежеспособности России, поскольку в Думе были представители крупной буржуазии.

Продолжались различные запросы депутатов к правительству и отдельным министрам по поводу злоупотреблений и незаконных действий должностных лиц. Дальше терпеть такую Думу царизм не хотел. 1 июня 1907 г. председатель Совета министров Столыпин выступил на закрытом заседании Думы с сообщением об антиправительственном заговоре, в котором якобы приняли участие и члены Государственной Думы. Он потребовал лишения депутатской неприкосновенности и выдачи правительству 55 членов Думы - депутатов социал-демократической фракции. 16 из них как наиболее изобличенные в заговоре подлежали немедленному аресту.

Дума отказалась решать этот вопрос немедленно и передала его на рассмотрение комиссии, обязав ее дать свое заключение 4 июня. Все же решать этот вопрос Думе не пришлось. 3 июня 1907 г. последовал высочайший Манифест о ее роспуске, члены социал-демократической фракции были арестованы, преданы суду и осуждены на разные сроки каторги и ссылки. В действительности никакого заговора, конечно, не было. Осужденные оказались жертвами провокации, организованной Министерством внутренних дел.

В Манифесте от 3 июня 1907 г. выдвигались различные обвинения против Думы и делался вывод, что неуспех Думы объясняется проникновением в ее ряды из-за несовершенства избирательного закона недостойных лиц.

В нарушение Основных государственных законов 1906 г., запрещавших царю единолично изменять избирательное право, Николай II принимает новый закон, который еще более урезал избирательные права трудящихся, нерусских народов и др.

Естественно, выборы в III Думу дали желательный для царизма результат. По новой системе первая курия, где преобладали дворяне-помещики, получила более 51\% выборщиков. Крестьяне - самая многочисленная часть населения - получили 22,4\%, рабочие - немногим более 2\%.

При выборах в III Думу большое число мест получили правые, наиболее реакционные партии, слабее были представлены октябристы, но все же их роль оставалась значительной. Потеряли свои прежние позиции кадеты. Таким образом, III Дума была по преимуществу черносотенной, она стала более послушна самодержавию.

Царь, произведя государственный переворот, продемонстрировал, что он всегда может практически единолично изменить любой закон, игнорируя Думу. Он действовал как абсолютный монарх, который никому не должен давать отчет.

Несмотря на отрицательное отношение крайне правых, реакционных монархических деятелей к законодательной Государственной думе, царизм все же не решился ликвидировать это учреждение. Продолжавшееся революционное и демократическое движение в стране исключало для царизма возможность отказа от Думы, при помощи которой создавалась видимость участия народа в государственной жизни страны.

Тем не менее Дума явилась все-таки законодательным, а не законосовещательным органом. Считалось, что ни один закон в государстве не мог быть принят без одобрения Думой. Царь сам принимать законы не мог. Он лишь утверждал (или не утверждал) то, что рассматривалось Думой. За одним исключением, предусмотренным в законодательстве. Царь мог самостоятельно принимать чрезвычайные законы в неотложных случаях, когда были перерывы между заседаниями Думы. Такой чрезвычайный закон обязательно затем вносился на рассмотрение Думы не позднее чем через два месяца после начала ее заседаний. Если в течение этого времени данный закон не вносился на рассмотрение Думы, то он переставал действовать. Это была определенная лазейка для царизма, и он ею охотно пользовался.

В законе предусматривались некоторые ограничения полномочий Думы. Она не могла рассматривать бюджетные вопросы, связанные с деятельностью Военного министерства и Министерства императорского двора. Царь не разрешал вторгаться в решение вопросов о расходах на содержание императорской фамилии.

Несмотря на некоторые ограничения, в целом Дума имела солидные полномочия, хотя фактически не всегда могла их реализовать.

Царь реорганизовал Государственный совет, наделив его полномочиями, которых Совет ранее не имел. Государственный совет стал выступать в качестве как бы второй палаты по отношению к Государственной Думе. Его состав был более реакционным. Половина Совета назначалась царем, другая половина была выборной.

Выборы в Государственный совет были организованы так, чтобы демократические элементы и трудящиеся попасть туда не могли. Выбирались в Государственный совет от губернских земских собраний представители имущих классов, а также представители духовенства, члены дворянских обществ. Императорская академия и университеты избирали академиков и профессоров, крупная буржуазия получила возможность выдвигать своих выборных от Совета торговли и промышленности.

Законопроект из Государственной Думы поступал в Государственный совет, который мог при желании отклонить его. Многие законопроекты так и не получили одобрения Государственного совета. Например, Государственная Дума сделала попытку добиться принятия акта об отмене смертной казни, проект которого был отклонен Государственным советом.

Если обе палаты были согласны с законопроектом, то окончательное решение принадлежало царю. Он мог проект утвердить либо отвергнуть. Фактически получалось так, что законодательная деятельность полностью контролировалась царем.

После создания Государственной Думы представители либеральной буржуазии восторженно заявляли, что в России наконец появился парламент, что отныне в стране началась эпоха парламентаризма. Буржуазия своего добилась, ее вполне устраивало самодержавие с Государственной Думой. Царизм был нужен как существенный заслон против народной революции.

Но либеральная буржуазия напрасно полагала, что в лице Государственной думы в России появился настоящий парламент. Некоторые внешние признаки парламента у Думы имелись. Она могла направлять запросы правительству - реорганизованному Совету министров - и его отдельным членам. Однако министры на эти запросы могли отвечать, но могли и не обращать внимания. Никакой ответственности перед Государственной Думой у правительства не было. Министры назначались и увольнялись царем, перед Думой они не отчитывались, от нее не зависели, хотя сама реорганизация Совета министров была связана именно с созданием Думы.

Со стороны Государственной думы делались даже попытки объявить о недоверии правительству. Но на акт о недоверии правительство не реагировало, оно просто не обратило на него внимания. Были даже случаи, когда критика с трибуны Думы злоупотреблений некоторых должностных лиц приводила к тому, что царь, который ненавидел Думу, повышал критикуемых в должности, тем самым демонстрируя, что с Думой не считается.

Карательные органы. В годы реакции царизм для расправы с революционным движением ввел военно-полевые суды, которые в упрощенном порядке рассматривали дела и приговаривали главным образом к смертной казни (расстрел или повешение). Широко применялась и внесудебная репрессия, осуществлявшаяся непосредственно войсками. Особенно ярким примером таких действий явился расстрел мирной демонстрации рабочих на ленских приисках в 1912 г. Несмотря на очевидность допущенного беззакония, организаторы расстрела остались безнаказанными, хотя на место и выезжала специальная сенатская комиссия.

В годы реакции усилилась роль карательных органов, особенно департамента полиции и жандармерии. Создается также широкая сеть специальных охранных отделений, Положение о которых было утверждено Столыпиным в феврале 1907 г. Формально они состояли при губернаторах и градоначальниках. Однако последние не вмешивались в деятельность этих органов, которые фактически непосредственно подчинялись департаменту полиции.

Каждое охранное отделение включало канцелярию, отдел наружного наблюдения и агентурный отдел.

В отделе наружного наблюдения состояли филеры - специальные наружные сыщики, которые систематически тайно наблюдали за революционерами.

Работа агентурного отдела проводилась через секретных сотрудников - осведомителей и провокаторов. В большинстве случаев ими были авантюристы, готовые за плату делать что угодно. Часто охранка использовала компрометирующие кого-либо материалы для вербовки. При этом допускались нарушения законности. Если кто-либо совершал преступление (возможно, даже серьезное), охранка гарантировала ему непривлечение к уголовной ответственности, если этот человек согласится быть секретным сотрудником.

Наиболее ценными с точки зрения охранки секретными сотрудниками являлись провокаторы. Они действовали непосредственно в революционных организациях, будучи их членами. Провокаторам разрешались активные действия вплоть до участия в террористических актах и в подстрекательстве на совершение таковых. Одновременно провокаторы информировали охранку, которая изобличала революционеров в совершенных деяниях. Такое поведение охранки противоречило даже царскому закону, поскольку основная задача политической полиции по нему состояла в предотвращении преступлений. Дело доходило до того, что охранка допускала совершение отдельных террористических актов даже в отношении высших должностных лиц. Известны такие крупные провокаторы, как Азеф в партии эсеров, Малиновский в партии большевиков.

Под давлением революционного и демократического движения царское правительство было вынуждено внести некоторые изменения в судебную систему. В 1912 г. пришлось восстановить институт мировых судей, земские начальники лишились права выполнять судебные функции.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 |