Имя материала: Организация работы с документами

Автор: Кудряев В.А

14.2. возникновение и развитие информационных технологий

 

Информационная технология возникла на Земле несколько миллионов лет назад вместе с первыми приемами общения (нечленораздельными звуками, мимикой, жестами, прикосновениями) наших далеких предков. При этом обеспечивался лишь обмен информацией между индивидами. Вместе с возникновением речи (около 100 тысяч лет назад) возникла возможность накопления информации, пока что индивидуального, в памяти человека.

Следующий этап — возникновение письменности (5 — 6 тысячелетий до н.э.), давшей человечеству коллективную (общественную) память. Появление письменности позволило реализовать полный набор процессов циркуляции и переработки информации: ее сбор, передачу, переработку, хранение и доведение. Эти возможности открыла фиксация информации на материальных носителях.

Первая в истории информационная символика была представлена в каменном веке образами, которые отражали в виде рисунка на камне отдельное представление — так называемое пиктографическое письмо. В бронзовом веке появляются изображения повторяющихся систем понятий - идеограммы (идеографическое письмо). Эти примитивные информационные единицы превращаются с конца 4-го тысячелетия до н.э. в рисуночное иероглифическое письмо.

Усложнение информационной символики в виде скорописи сделало ее доступной исключительно узкому кругу социально обособленных (в условиях складывающейся государственности) людей. В это же время благодаря развитию средств производства и, позднее, торговли совершенствуется числовая символика, которая возникла в виде счета из двух чисел — один и два (количество предметов более двух обозначалось как «много») одновременно с человеческой речью. Дальнейшее развитие система счета получила благодаря пальцам на руках: появился счет до пяти и соединение двух «пятерок» в десятку.

Клинописная запись счета применялась в.Вавилоне в 3-м тысячелетии до н.э. Так была изобретена позиционная система счисления, когда от положения (позиции) значка меняется его смысл. Эта система шестидесятеричная и следы ее сохранились до сих пор (час делится на 60 минут, минута - на 60 секунд). Вавилонская система счета позволяла вести запись чисел до миллиона и больше и выполнять действия с простейшими дробными числами. В V—IV вв. до н.э. в Древней Греции появились значки для обозначения произвольных величин. В этот период на Крите применяется удобная для записи десятичная символика счета.

Древние римляне положили (предположительно) в основу знаков счисления иероглифы, обозначающие пальцы рук. Ко времени расцвета римской культуры эти значки были заменены похожими на них латинскими буквами. Восприняв от индусов искусство счета, арабы заимствовали у них и значки для записи чисел — цифры, которые в VI—VIII вв. распространились на европейском континенте. Эти значки использовались для записи чисел в том же порядке, как принято сейчас.

В Древнем мире для обозначения веществ, химических операций и приборов применяли символические изображения, буквенные сокращения, а также их сочетания. Совершенствование этих символов началось в XV-XVIII вв. и продолжалось вплоть до начала XIX в., когда шведский химик И. Берцелиус (1814 г.) предложил химические знаки современного вида.

Иероглифическое письмо сохранилось как усовершенствованный реликт в ряде регионов (например, в Китае со 2-го тысячелетия до н.э.). Этому явлению, наряду с малой необходимостью в передаче грамматических показателей, а также удобством для общения между носителями фонетически различающихся диалектов, способствовали этническая однородность и многовековой абсолютизм государственного строя, исповедовавший консервативные формы не только в общественных отношениях, но и в письменности как привилегии избранных. Качественно иной характер носило развитие системы письма в средиземноморском регионе, где имелись предпосылки для его совершенствования: многообразие языковых форм, широкие межнациональные торговые контакты, относительная нестабильность политической обстановки в государствах, возникновение прогрессивных государственных образований, смешение различных по национальному признаку культур, миграция населения. Это позволило в короткое историческое время завершить информационный переход от образной рисуночной иероглифической системы письма к абстрактной и более удобной для чтения системе клинописи на сырых глиняных табличках (3—2-го тысячелетий до н.э.).

Следующим заметным этапом стало создание линейного слогового письма на глиняных табличках. В этот период аккадский (вавилонский) язык впервые в истории начинает выполнять международные функции в дипломатии и торговле и, выводя информацию из узконациональных рамок, придавать ей широкие коммуникационные и терминообразующие формы.

Новым этапом явилось создание в X—IX вв. до н.э. финикийского алфавита. Революционный по сути и многоэтапный по времени переход к алфавитным системам завершается в VIII в. до н.э. созданием на основе финикийского письма греческого алфавита — основы всех западных письменных систем. Удобство этой информационной символики способствовало распространению письменности в древнегреческом мире. Усовершенствованию алфавитной письменности послужило введение во II—I вв. до н.э. в Александрии начал пунктуации. Развитие письменной символики завершается в Европе в XV в. созданием пунктуации современного вида. Совершенствованию языка способствовало появление древнегреческих терминов научного характера на основе разговорной речи, благодаря чему началось устранение информационной избыточности. В период Возрождения древнегреческий и латинский языки послужили корневой основой для создания национальных по форме и специальных по содержанию терминологических систем в различных областях знаний. В период технической революции (конец XIX в.) терминологические системы значительно расширяются в объеме, упорядочиваются за счет фундаментального переосмысливания законов природы и общества, происходит диффузия терминов между областями знаний.

Математическая символика продолжает качественно развиваться благодаря углубленным исследованиям и фундаментальным открытиям в математике: создается совершенная алгебраическая символика (XIV—XVII вв.), вводятся знаки сложения, вычитания и умножения (вначале буквенные, конец XV в.), знаки равенства, бесконечности, скобки, дроби, корни, логарифмы (XVI — середина XVII вв.); в конце XVII в. появляются знаки степени, дифференциала, интеграла, производных, в первой половине XVIII в. — знак переменных операций - функция (1718 г.), знаки синуса, косинуса, тангенса (1748—1753 гг.).

Особой формой представления знаний являются карты, которые отображают пространственное размещение объектов и явлений природы и общества в виде образно-знаковых моделей. Первые карты, дошедшие до наших дней, составлены в Вавилоне и Древнем Египте в 3—1-м тысячелетиях до н.э. Карта мира впервые составлена К. Птолемеем (II в.). Создание новых картографических проекций и коренное совершенствование карт происходит в конце XVI в. под влиянием Великих географических открытий, развития мировой торговли и мореплавания. С конца XIX в. разрабатывается большое число тематических карт со специальной знаковой и цветовой нагрузкой, среди которых особое место по сложности и высокой информативности занимают геологические карты. Во второй половине XX в. широкое распространение получают синтетические карты, комплексирующие разнородную информацию.

Единый информационный язык присущ произведениям технической графики, в которой с помощью линейных форм воспроизводятся орудия труда, технологические процессы, строительная тематика, взаимосвязь технологических процессов во времени и пространстве, функциональные математические зависимости, организация работ, управление производством и т.п.

Возникновение технической графики относится ко времени появления ранней письменности. Техническая графическая документация развивается в связи с сооружением сложных объектов (пирамиды, дворцы, тоннели, рудные шахты) в 3—2-м тысячелетиях до н.э. (Древний Египет, Вавилон и др.) и созданием измерительных инструментов и первых механизмов с середины 1-го тысячелетия до н.э. (Древняя Греция, Древний Рим).

Совершенствование технической графики происходит в эпоху Возрождения в связи с конструированием кинематически сложных машин и механизмов, гидросиловых установок, коренным усовершенствованием подземной разработки рудных тел, созданием крупных городов.

В период энергетической революции в конце XVIII в. техническая графика является основным инструментом изобретательской деятельности для создания паровых двигателей и разнообразных автономных рабочих машин на этой основе, широко, применяются графические формы для установления математических зависимостей. С конца XIX в. техническая графика становится основой проектирования типовых машин, технологий, строительства. С середины XX в. широко внедряются объемная техническая графика с функциональным введением цветовой гаммы, производство графической информации в автоматизированном режиме по заданным программам.

Подводя итог рассмотрения эволюции системы представления информации, можно отметить общую тенденцию к созданию наиболее рациональных форм человеческой (наднациональной) информационной символики. В наиболее трудно доступной лингвистической области это реализуется внедрением машинных языков.

Развитие информационных технологий помимо системы представления информации было связано с совершенствованием средств информационных коммуникаций. Они возникли при появлении человеческой речи, которая стала нематериализованной несущей информацией. Начало этой фазы несомненно можно считать первым информационным взрывом в истории технологической цивилизации. В течение следующей фазы — добумажной — информационные взрывы характеризовали переход ко все более совершенным носителям: запись на камне позволила впервые добиться эффекта обезличенно-сти процесса передачи информации, закрепленной навечно в определенном месте; переход к записям на сырых глиняных табличках и деревянных дощечках с 4-го тысячелетия до н.э. придал информационным коммуникациям динамический характер (камень сохраняет значение носителя символической монументальной информации); изобретение папируса (с 3-го тысячелетия до н.э.) значительно повышает единичную емкость носителя и его разрешающую способность благодаря большой площади свитка и возможности применить краски; появление пергамента (III в. до н.э.) завершает добумажную фазу новым информационным взрывом: появляется оптимальный носитель информации — книга (IV в. н.э.).

На развитие механизма информационного взаимодействия людей в добумажную фазу оказывали влияние социальные, политические и региональные факторы. В каменном веке пиктограмма на камне представляла собой общедоступную информационную коммуникацию, что соответствовало низкому уровню дифференциации физического и умственного труда и отсутствию социальной иерархии. На этапе создания первых государств динамичные информационные носители (глиняные и деревянные таблички, папирусы) превращаются в объекты централизованного закрытого хранения, а пользование ими приобретает прерогативные формы для выделившейся аристократии. Наличие информационных источников в ведении правящих слоев общества вызывает потребность в обучении наследников этой власти (царской, военной, жреческой), т.е. избирательную по форме передачу знаний. Информационные источники приобретают значение как фактор внутригосударственных, так и межгосударственных отношений. Упорядочение системы хранения информационных носителей и накопление их в одном месте (например, в столице Хеттского государства — г. Хаттусасе во дворце хранилось 20 000 глиняных клинописных табличек) позволяет говорить о создании первых «библиотек», доступных только отдельным лицам и символизирующих накопление знаний и исторических фактов для последующих поколений. В условиях политической нестабильности «библиотеки» были легко уязвимыми, что привело в конечном итоге к почти полному их уничтожению.

Качественно новый характер приобрели информационные коммуникации, когда в крупных государствах Древнего мира (Греция, Персия, Египет, Китай, Рим) возникла хорошо налаженная государственная почтовая связь: письменная информация передавалась гонцами по принципу эстафеты. С образованием древнегреческих городов-полисов создаются библиотеки, доступные для свободных граждан. Библиотека в этот период становится первым в истории центром сосредоточения информационных носителей на папирусных свитках (позднее на пергаменте) для передачи широкому кругу пользователей, своего рода первым институтом массовой информационной коммуникации. Это обстоятельство в значительной мере способствовало началу продуцирования информации в новой форме — авторских сочинениях. Книга приобретает функции товара, чем порождается новая ремесленная профессия переписчиков книг. Книжные лавки превращаются в своего рода интеллектуальные микроцентры, где происходит интенсивный, обмен знаниями. Наряду с общественными библиотеками формируется новая форма массовой коммуникации - большое число личных библиотек у наиболее обеспеченных граждан. Принципиально важным моментом является выделение пока узкого социального слоя людей - производителей знаний, закрепляемых ими в книгах и передаваемых наиболее способным продолжателям. Несомненно, что такое широкое информационное взаимодействие людей приводило к накоплению не только духовных, но и материальных (в том числе культурных) ценностей, способствовало появлению рациональных для того времени законодательных форм, регулировавших социальные отношения в обществе.

Великое переселение народов, сопровождавшее падение Римской империи, принесло сложившейся культуре (в том числе информационной) практически полное уничтожение. В этой связи нельзя не отметить важного исторического факта миграции информационных источников — рукописных тиражей первых сочинений. Вначале с первыми христианами, гонимыми Римом, они попадают в Византию и Среднюю Азию (главным образом в Бухару). В VII—X вв. в Бухаре эти сочинения переводятся на арабский язык. После падения Константинополя с середины XV в. рукописные древнегреческие и латинские книги с беженцами перемещаются в Западную Европу, где становятся основным информационным массивом накопленных знаний.

Бумажная фаза развития информационных технологий начинается с X в., когда бумага (изобретенная еще во II в. в Китае) становится объектом промышленного производства в странах Европы. Эпоха Возрождения и последующий за ней период сыграли исключительную роль в развитии информационных технологий. С расширением торговли и ремесел появились городские почты, с XV в. — частная почта (Западная Европа), в XVI-XVII вв. - централизованная королевская почта (Франция, Швеция, Англия и другие страны). Благодаря этим стабильным коммуникациям в информационную деятельность вовлекается большое число людей и она охватывает крупные регионы. Центрами хранения и передачи информации становятся первые университеты Италии, затем Франции, Германии, Англии.

Революцией в процессе развития информационных технологий стало изобретение в Германии книгопечатания (середина XV в.), придавшее ей форму массовой деятельности, особенно с конца XVII в., т.е. со времени возникновения науки и появления парового двигателя — основы машинного производства. По существу это стало началом нового научно-технического этапа в естествознании. Главным качественным содержанием информационных технологий стало рождение систем научно-технической терминологии в основных отраслях знаний, а количественным — выпуск многотиражных книг, журналов, газет, географических карт, технических чертежей, а также первых энциклопедий — своего рода стационарных информационно-поисковых систем на алфавитной основе.

Новый этап в развитии информационных технологий, связанный с технической революцией конца XIX в., характеризуется созданием почтовой связи как формы стабильных международных коммуникаций (Всеобщий почтовый союз с 1874 г. и Всемирная почтовая конвенция с 1878 г.), фотографии (1839 г.), изобретением телеграфа (1832 г.), телефона (1876 г.), радио (1895 г.), кинематографа (1895 г.), а позднее беспроводной передачи изображения (1911 г.) и промышленного телевидения (с конца 20-х гг.). В развитии информационных коммуникаций наступил период создания общемировой системы сосредоточения, хранения и быстродействующей передачи информации в наиболее удобной для пользователей форме. Это превратило информацию в движущую силу технического, социального и экономического прогресса, определило ее ведущую роль на этапе современной технологической революции, которая придает информационным технологиям форму интеллектуальной индустрии. Благодаря этому было разрешено назревшее историческое противоречие между накоплением гигантского объема информации в обществе и невозможностью эффективного ее использования с помощью традиционных немашинных методов.

Информация превращается в одни из наиболее ценных по содержанию и массовых по форме продуктов цивилизации, потребителем которой становится все человечество. Этап информационной революции второй половины XX в. знаменует начало безбумажной фазы развития информационных технологий, когда на качественно новом уровне завершается крупнейший исторический виток перехода к неосязаемой несущей информации, причем скорость ее передачи (посредством электромагнитных волн) возрастает в миллионы раз (по сравнению с человеческой речью). Машинная интуиция (экспертные системы) превращается в производительную силу, а искусственный интеллект позволяет решать качественно новые задачи технического прогресса. Исключительное значение машинных динамических информационных систем в жизни современного общества выдвинуло на первый план проблемы создания все более совершенных ЭВМ и связанных с ними технологий. История развития механизма информационного взаимодействия между людьми (а теперь и между человеком и машиной) дает основание для понимания информационных технологий как единой интеграционной системы развития всех областей знаний, этапы которой в основном совпадают с периодами становления естествознания и с более ранними по времени периодами накопления знаний в обществе.

Рассмотрим развитие современных информационных технологий.

До второй половины XIX в. основу информационной технологии составляли перо, чернильница и бухгалтерская книга. Коммуни-" кация (связь) осуществлялась путем направления пакетов (депеш). Продуктивность информационной обработки была крайне низкой: каждое письмо копировалось отдельно вручную, помимо счетов, суммируемых также вручную, не было другой информации для принятия решений.

На смену «ручной» информационной технологии в конце XIX в. пришла «механическая». Изобретение пишущей машинки, телефона, диктофона, модернизация системы общественной почты — все это послужило базой для принципиальных изменений в технологии обработки информации и, как следствие, в продуктивности работы. По существу «механическая» технология проложила дорогу к формированию организационной структуры существующих учреждений.

40-60-е гг. XX в. характеризуются появлением «электрической» технологии, основанной на широком использовании электрических пишущих машинок со съемными элементами, копировальных машин на обычной бумаге, портативных диктофонов. Они улучшили учрежденческую деятельность за счет повышения качества, количества и скорости обработки документов. Многие современные учреждения базируются на «электрической» технологии.

Появление во второй половине 60-х гг. больших производительных ЭВМ на периферии учрежденческой деятельности (в вычислительных центрах) позволило сместить акцент в информационной технологии на обработку не формы, а содержания информации. Это было началом формирования «электронной», или «компьютерной», технологии. Как известно, информационная технология управления должна содержать как минимум три важнейших компонента обработки информации: учет, анализ и принятие решений. Эти компоненты реализуются в «вязкой» среде — бумажном «море» документов, которое становится с каждым годом все более необъятным.

Сложившиеся в 60-х гг. концепции применения автоматизированных систем управления (АСУ) не всегда и не в полной мере отвечают задаче совершенствования управления и оптимальной реализации компонентов информационной технологии. Методологически эти концепции нередко опираются на представления о неограниченных возможностях «кнопочной» информационной технологии при непрерывном наращивании вычислительной мощности систем АСУ и применении наиболее общих имитационных моделей, которые в ряде случаев далеки от реального механизма оперативного управления.

Название «автоматизированная система управления» не совсем корректно отражает функции, которые такие системы выполняют, точнее было бы «автоматизированная система обеспечения управления» (АСОУ), ибо в существующих АСУ понятие «система» не включает решающего звена управления — пользователя. Игнорирование этого принципиального обстоятельства, по-видимому, привело к тому, что расширение сети АСУ и повышение мощности их вычислительных средств обеспечили благодаря большим массивам первичных данных улучшение в основном учетных функций управления (справочных, статистических, следящих). Однако учетные функции отражают только прошлое состояние объекта управления и не позволяют оценить перспективы его развития, т.е. обладают низким динамизмом. В других компонентах технологии управления наращивание мощности АСУ не дало ощутимого эффекта. Отсутствие развитых коммуникационных связей рабочих мест пользователя с центральной ЭВМ, характерный для большинства АСУ пакетный режим обработки данных, низкий уровень диалоговой поддержки — все это фактически не обеспечивает высокого качества анализа пользователями данных статистической отчетности и всего интерактивного уровня аналитической работы. Тем самым эффективность АСУ на нижних ступенях управленческой лестницы, т.е. именно там, где формируются информационные потоки, существенно падает вследствие значительной избыточности поступающей информации при отсутствии средств агрегирования данных. Именно по этой причине, несмотря на ввод дополнительных систем АСУ, с каждым годом возрастает количество работников, занятых учетными функциями: на сегодняшний день шестую часть всех работников аппарата управления составляет учетно-бухгалтерский персонал.

Начиная с 70-х годов сформировалась тенденция перенесения центра тяжести развития АСУ на фундаментальные компоненты информационных технологий (особенно на аналитическую работу) с максимальным применением человеко-машинных процедур. Однако по-прежнему вся эта работа проводилась на мощных ЭВМ, размещаемых централизованно в вычислительных центрах. При этом в основу построения подобных АСУ положена гипотеза, согласно которой задачи анализа и принятия решений относились к классу формализуемых, поддающихся математическому моделированию. Предполагалось, что такие АСУ должны повысить качество, полноту, подлинность и своевременность информационного обеспечения лиц, принимающих решения, эффективность работы которых будет возрастать благодаря увеличению числа анализируемых задач.

Однако внедрение подобных систем дало весьма отрезвляющие результаты. Оказалось, что применяемые экономико-математические модели имеют ограниченные возможности практического использования: аналитическая работа и процесс принятия решений происходят в отрыве от реальной ситуации и не подкрепляются коммуникационным процессом формирования. Для каждой новой задачи требуется новая модель, а поскольку модель создавалась специалистами по экономико-математическим методам, а не пользователем, то процесс принятия решений происходит как бы не в реальном масштабе времени и теряется творческий вклад самого пользователя, особенно при решении метиловых управленческих задач. При этом вычислительный потенциал управления, сосредоточенный в вычислительных центрах, находится в отрыве от других средств и технологий обработки информации вследствие неэффективной работы нижних ступеней и необходимости непрерывных конверсии информации. Это также понижает эффективность информационной технологии при решении задач на верхних ступенях управленческой лестницы. К тому же для сложившейся в АСУ организационной структуры технических средств характерны низкий коэффициент их использования, значительные сроки (не всегда выполняемые) проектирования автоматизированных систем и невысокая их рентабельность из-за слабого воздействия результатов автоматизации на эффективность управления.

С появлением персональных компьютеров на «гребне микропроцессорной революции» происходит принципиальная модернизация идеи АСУ: от вычислительных центров и централизации управления к распределенному вычислительному потенциалу, повышению однородности технологии обработки информации и децентрализации управления. Такой подход нашел свое воплощение в системах поддержки принятия решения (СППР) и экспертных системах (ЭС), которые характеризуют новый этап компьютеризации технологии организационного управления, по существу - этап персонализации АСУ. Системность — основной признак СППР и признание того, что самая совершенная ЭВМ не может заменить человека. В данном случае речь идет о структурной человеко-машинной единице управления, которая оптимизируется в процессе работы: возможности ЭВМ расширяются за счет структуризации пользователем решаемых задач и пополнения ее базы знаний, а возможности пользователя — за счет автоматизации тех задач, которые ранее было нецелесообразно переносить на ЭВМ по экономическим или техническим соображениям. Становится возможным анализировать последствия различных решений и получать ответы на вопросы типа «что будет, если . . . ?», не тратя времени на трудоемкий процесс программирования.

Важнейший аспект внедрения СППР и ЭС — рационализация повседневной деятельности работников управления. В результате их внедрения на нижних ступенях управления существенно укрепляется весь фундамент управления, уменьшается нагрузка на централизованные вычислительные системы и верхние ступени управления, что позволяет сосредоточить в них вопросы решения крупных долгосрочных стратегических задач. Естественно, что «компьютерная» технология СППР должна использовать не только персональные компьютеры, но и другие современные средства обработки информации.

Концепция СППР требует пересмотра существующих подходов к управлению трудовыми процессами в учреждении. По существу на базе СППР формируется новая человеко-машинная трудовая единица с квалификацией труда, его нормированием и оплатой. Она аккумулирует знания и умение конкретного человека ('пользователя СППР) с интегрированными знаниями и умением, заложенными в ПЭВМ (экспертные системы, системы принятия решений, системы обеспечивающей технологии и др.).

Современное состояние информационных технологий в США, странах Западной Европы, Японии можно охарактеризовать следующими тенденциями.

1. Наличие большого количества промышленно функционирующих баз данных большого объема, содержащих информацию практически по всем видам деятельности общества.

2. Создание технологий, обеспечивающих интерактивный доступ массового пользователя к этим информационным ресурсам. Технической основой данной тенденции явились государственные и частные системы связи и передачи данных общего назначения и специализированные, объединенные в национальные, региональные и глобальные информационно-вычислительные сети.

3. Расширение функциональных возможностей информационных систем, обеспечивающих параллельную одновременную обработку баз данных с разнообразной структурой данных, мультиобъ-ектных документов, гиперсред, в том числе реализующих технологии создания и ведения гипертекстовых баз данных. Создание локальных, многофункциональных проблемно-ориентированных информационных систем различного назначения на основе мощных персональных компьютеров и локальных вычислительных сетей.

4. Включение в информационные системы элементов интеллектуализации интерфейса пользователя с системами, экспертных систем, систем машинного перевода, автоиндексирования и других технологических средств.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 |