Имя материала: Социальная геронтология

Автор: В. Альперович

Услуги и льготы

 

Естественно, что размер помощи и число людей, которые могут ею воспользоваться, зависят от резервов, которыми располагает бюджет того или иного региона.

Особое место в социальной работе занимает организация помощи на дому одиноким нетрудоспособным гражданам. Эта служба, прежде всего, насколько возможно скрашивает жизнь самим обездоленным, в сложившихся условиях лишенных самого необходимого — человеческого общения. Служба помощи, ее работники только тем, что они систематически навещают одиноких, чаще всего малоподвижных людей, в какой-то мере, избавляют их от вынужденного одиночества.

Не менее важно, что социальные работники предлагают подопечным широкий набор услуг. Согласно Положения о центре социального обслуживания к таким услугам относятся: доставка на дом продуктов питания из магазина, с рынка; доставка горячих обедов из столовых, необходимых товаров и лекарств, гуманитарной помощи; оформление различных коммунальных и других платежей, сдача в ремонт различных вещей. По поручению подопечного социальный работник свяжется при необходимости с нотариусом, вызовет врача, . получит заказанную ортопедическую обувь, поможет написать письмо родственникам, оформить необходимые документы (в том числе и для помещения в дом-интернат), пригласит мастеров по ремонту квартиры или какой-нибудь аппаратуры (телевизор, стиральная машина и тому подобное). Некоторые территориальные центры расширяют рамки и этого довольно широкого круга услуг.

Основные услуги на дому предоставляются бесплатно, отдельные виды услуг, не связанные с первонеобходимыми потребностями, оплачиваются пенсионером, но при условии, что он получает надбавку к пенсии по уходу. Размер платы составляет 25\% от суммы надбавки.

Средства, поступающие за обслуживание, зачисляются на счета центров и направляются на их развитие. Они являются значительным подспорьем в связи с острейшим дефицитом денежных средств в местных бюджетах. За счет этих поступлений приобретается спецодежда, обувь для социальных работников, в сельских районах велосипеды, часть средств направляется на премирование работников.

После создания служб социальной помощи резко сократились очереди для поступления в дома-интернаты среди нетрудоспособных граждан, лишенных возможности к самообслуживанию, нуждающихся в посторонней помощи и уходе. Теперь эти люди могут проживать у себя дома, в привычных условиях, сохраняя свой стиль жизни. Это сохраняет не только их психику, но порой и продлевает жизнь.

Центры социального обслуживания входят в систему социальной защиты населения совместно с поликлиниками, ветеранскими организациями, обществами инвалидов. Они не ждут, когда к ним обратятся за помощью, напротив, они сами идут и определяют тех, кто нуждается в их поддержке.

Для малоимущих организуется бесплатное и льготное питание в столовых, кафе. Оплачивают обеды общественные фонды, частные и государственные предприятия. Дело не только в оплате, одинокому человеку, да еще и пожилому, трудно и невмоготу возиться с готовкой для себя одного. Встречи пенсионеров во время обедов становятся своеобразными клубами, частично разрешают проблему дефицита общения.

Для пенсионеров, которые временно не могут обслуживать себя сами и нуждаются в медицинском присмотре, в районных и сельских больницах открываются социальные палаты, некоторые из них перерастают в геронтологические палаты. В таких палатах пенсионеры проводят по несколько месяцев, подлечившись—возвращаются домой.

Во многих центрах социального обслуживания созданы стационарные отделения. Формы работы стационара близки к деятельности домов-интернатов, но пребывание здесь временное (от одной недели до трех месяцев). Такая форма обслуживания особенно притягательна для тех пожилых людей, которые временно утратили способность к самообслуживанию, но не хотят покинуть по-своему уютный Дом. Пребывание в этих отделениях не грозит психологическим дискомфортом, довольно часто возникающим при помещении пожилого человека в дом-интернат.

Другая форма работы — отделения дневного пребывания. Смысл таких отделений в том, чтобы помочь пожилым людям преодолеть одиночество, замкнутость. В таких отделениях сотрудники стараются создать хотя бы подобие домашней обстановки, в которой приятно общаться с прежними знакомыми и заводить новые знакомства. Здесь же можно получить доврачебную помощь, оздоровительные процедуры, бесплатное или льготное питание. В таких отделениях организуются различные виды посильного труда, где можно и подработать шитьем, ремеслом, рукоделием... Можно снова ощутить свою полезность. Клиенты дневного отделения совместно отмечают праздники, дни рождения, в итоге и старость и одиночество уже не выглядят столь грустными, как прежде. В штате отделения, как правило, имеется медицинская сестра, которая навестит заболевших, вызовет врача, выполнит его назначения.

Бывшее министерство соцзащиты провело в десяти городах России анкетирование пациентов дневных отделений с вопросом, что привлекает их

посещать такое отделение. 74\% ответили: желание общаться, совместно проводить время, участвовать в праздничных мероприятиях. Последнее особенно понятно, никогда человек не чувствует себя столь одиноким, как в праздник, если он в такой день заперт в четырех стенах и ему некому сказать и не от кого услышать: «Поздравляю?». 26\% признались, что для них главным мотивом является желание получить бесплатный обед, 29\% порадовались возможности избавить себя от процесса приготовления пищи.

Центры организуют работу с пенсионерами по месту жительства, создавая различные клубы по интересам. Эти объединения носят как правило названия с претензией на поэтичность: «Серебряная ниточка», «Фронтовичка», «Кому за 60», «Поздняя радость», «Под знаком Зодиака». Это направление работы привлекает значительное число пенсионеров и не только тех, кто одиноки, в них с удовольствием участвуют и семейные пары. Пусть это не будет нескромностью, но нем ало случаев, когда именно в этих клубах иные люди обретают свое позднее счастье. Пожелайте им добра и согласия!

В современных условиях становится все более очевидным, что необходимо каким-то образом заставить недвижимость, имеющуюся у одиноких стариков, «работать» на пользу владельцев, одновременно оградив их от посягательств недобросовестных и криминальных элементов не только на жилье, но и на жизнь стариков.

В Ростовской области есть опыт решения этой проблемы путем рентного залога жилья и поддержки жизненного уровня одиноких пенсионеров. Суть его а том, что пенсионер заключает договор с предприятием о продаже ему своей квартиры с условием пожизненного проживания в ней. Предприятие ежемесячно выплачивает пенсионеру содержание в размере двух минимальных пенсий и такую же сумму центру социального обслуживания, гарантирующему пенсионеру ряд социальных, бытовых и медицинских услуг. Предприятие берет на себя также обязанность поддерживать хорошее техническое состояние квартиры.

У москвичей более богатый опыт такой деятельности. но, к сожалению, в том числе и криминального характера, когда к доброму делу примазываются различные авантюристы, которых сейчас стало гораздо больше, чем одиноких стариков с квартирами.

Хватает мошенников и для каждого желающего приобрести таким образом квартиру; горе-опекуну грозит опасность остаться и без денег, и без квартиры. Разного рода маклеры и риэлторские фирмы, готовы быстро и не без затей облапошить и старушку-квартировладелицу, и претендента на роль терпеливого попечителя старушки с квартирой. Недавно Виктор Черномырдин попросил Генпрокуратуру выборочно проверить законность сделок с приватизированным жильем. В течение этого и следующего года проверкой займутся органы МВД, Министерства социальной защиты и Правительства Москвы. В настоящее время гарантирующими чистоту сделок могут считаться лишь те фирмы, которые имеют лицензии на их совершение. Такие лицензии имеют право выдавать только соответствующие комитеты Минсоцзащиты. Таким образом, это становится еще одним направлением социальной работы с пожилыми людьми.

«Правительство Москвы разработало программу договора на пожизненное содержание с иждивением и о передаче жилья в связи с переселением в специальные дома для одиноких пенсионеров. Программа пожизненного содержания касается собственников квартир» («Деньги», 1996, №№ 21-22).

Программа предусматривает заключение договоров с пенсионерами и инвалидами о пожизненном их содержании с иждивением. По сути дела они продают городу в рассрочку свои квартиры и продолжают в них жить. В зависимости от возраста пенсионера и размера квартиры им выплачивается от 2,5 до 12,5 минимальных зарплат (или приблизительно от 200 тысяч до 1 миллиона рублей) в виде компенсации ежемесячно плюс полное социальное обслуживание.

Конечно, главное — обеспечение спокойной и обеспеченной старости. Да и жилой фонд Москвы пополняется за счет квартир, которые пенсионеры отдают в обмен на квартиры в специальном доме, построенном на окраине города. За свои квартиры они тоже получают компенсацию. Если пенсионеры соглашаются на меньшую площадь, то им ежемесячно компенсируется от 150 до 450 тысяч за каждый квадратный метр. Город от этих операций тоже не проигрывает, имея возможность предоставлять квартиры очередникам. На июнь 1996 года Москва являлась собственником более 1600 квартир, по которым заключен договор о пожизненном содержании с иждивением. . ,

Возможно, что при чтении этого раздела у иного читателя появится саркастическая улыбка: ,«Ну, как все чудненько — и накормят, и развлекут, и квартиру продадут, и, в конце концов, похоронят. Живи и радуйся!» Конечно, не все так гладко.

Центры и отделения чаще всего находятся в приспособленных помещениях: перепланированные 1-2 квартиры первого этажа. В отделениях дневного пребывания нет мест для отдыха, поэтому вместо положенных 8 часов в день, пожилые люди едва выдерживают половину этого времени. Тем более трудно найти место для коллективных Мероприятий, к тому же слаба техническая оснащенность из-за скудности средств.

Заработная плата социальных работников, обслуживающих пенсионеров, находится на минимальном уровне. Единственно, что привлекает сюда людей — это свободный график работы. Чаще всего эту работу выполняют женщины, у которых и в своей семье— «хлопот полон рот»: маленькие дети или собственные больные старики. Можно услышать: «Да что это за работа? Принести бабушкам хлеб и бутылку кефира». На самом деле все далеко не так, но даже если бы было точно так, то ведь бабушек не одна, а 8. Столько подопечных положено для одной ставки социального работника. Поэтому стоит ли удивляться, что социальные работники стараются выбрать для себя «удобных» подопечных, таких, которые еще в состоянии сами себя обслуживать.

В журнале «Социальная защита» (№ 3, 96) читаю «крик души» социального работника: «Трое детей: пять, семь и десять. Десять подопечных — на седьмом этаже, на двенадцатом (проклятье, лифт опять не работает), в соседнем корпусе. Значит, так — один магазин под боком, но там все на пять-шесть рублей дороже (понимай тысяч, разумеется). До другого надо ехать автобусом три остановки. Дешевле, но и очереди из таких же стариков и старух — все в микрорайоне идут именно сюда. И каждый раз вопль — «куда прешься без очереди, мы сами на костылях», и каждый раз объяснять, размахивая удостоверением, что «не для себя!»

И провались она пропадом, эта работа, а надо месяца три где-то пересидеть. Уволили по сокращению, а на рынке торговать характер непозволяет, а детей кормить надо... ,

И сидишь, и скрипя зубами, слушаешь бесконечное нытье, слышанное уже миллион раз, о неблагодарных детях (Пашка забрал Машку из садика? Витька уроки выучил? В школе не подрался иа опять?) и жалобы, что сердце болит {у меня как будто не болит, ты тут валяешься, а я с  высунутым языком бегаю та магазинам) и что пенсия маленькая, зачем купила йогурт, а надо было кефир! (Да, пошла ты...)

А эти ее бесконечные истории, как в 48 году за ней одновременно ухаживал знаменитый тенор Большого театра и героически летчик-космонавт (да-да, в 48-м!) и как она предпочла, тенора, поэтому летчик-космонавт застрелился от  безумной любви. Что и задержало наступление космической эры в СССР...

Ну, кто все «это» может вынести? Мы же не «матери Марии», мы — просто люди, И совершено не спасает умиротворяющий meзис о том. что «все будем старыми, все такими будем».

Каждый человек достоин снисхождения, сочувствия, милосердия. Пустая, фраза не правда ли, бессмысленная и «ни, о чем». Но попробуем ее осмыслить: и социальный работник достоин сочувствия, а его подопечный — милосердая и снисхождения.

И есть несколько «почему», ответы. на которые известны сегодня даже ребенку, — почему социальный работой у нас занимаются сегодня люди случайные, неподготовленные, непрофессиональные? Ответ: потому что непрестижно, мало денег платят. пакта не готовит всерьез.

Почему иепрестижно? Ответ — нет денег. Почему не готовят? Нет денег. Почему.9 Нет денег, нет денег, нет денег....»

Далеко не во всем можно согласиться с автором этого письма, хотя и осуждать издерганную жизныо женщину не будем. Так, по поводу несерьезной подготовки специалистов она явно не права и в этом разделе довольно подробно рассказано, как идет подготовка. А вот то, что много людей случайных — это абсолютно верно, но так всегда бывает, новое дело по тем или иным причинам притягивает дилетантов.

Проанализируем оценку с воспоминаниями «вредной старушки». Социальный работник-профессионал хорошо знает, что пожилым людям свойственно путать последовательность событий, перескакивать с одной мысли на другую. Но профессионалу также известно, что геронтологи указывают на положительное влияние воспоминаний на психику пожилого человека, они называют их «репортажами жизни», обзора»», рецензией, просмотром хроники. В это время человек снова чувствует себя молодым, красивым» находчивым, он снова переживает свои успехи, он мысленно встречается со старыми друзьями, любимыми девушками или необыкновенными юношами. При этом кое-что вриписывается, приукрашивается, но при повторных воспроизведениях уже самому рассказчику представляется реальностью.

Одна старая большевичка в течение многих лет выступала перед детьми с воспоминаниями о Ленине, если в первые годы она сообщала, что видела вождя издали, то в дальнейшем «оказалось», что она имела с ним длительную беседу, проживи она больше, возможно бы появились и интимные мотивы. Но это не обман и не склероз, тут нет корысти, такое случается с теми людьми, кто множество раз пересказывает одну и ту же историю.

Из шуток Марка Твена: «Чем дальше я углубляюсь в прошлое, тем яснее события, независимо от того, были они или нет». Говорят, что писатель отличается от других людей тем, что обычно люди не помнят многое из того, что было, а писатель помнит даже то, чего не было.

Геронтологи убеждены, что воспоминания создают эмоциональный и интеллектуальный комфорт для пожилого человека, являются своеобразным щитом от одиночества, предупреждают депрессии. Воспоминания — это своеобразный вид творчества — устная драматургия и, как всякое творчество, они изгоняют апатию, вселяют бодрость; к такому выводу геронтологи пришли на основании специальных научных исследований. В пьесах-воспоминаниях рассказчик не обязательно играет главную роль, он может быть свидетелем каких-то знаменательных событий, не будучи героем-любовником или королевой бала. Хотя такие роли для пожилых людей в их воспоминаниях часто предпочтительнее. Это вообще могут быть воспоминания безличного участия, как воспроизведение знаний из древней истории. Своего рода тренировка памяти, проверка ее сохранности.

Тонкий знаток психологии Александр Дюма-отец, так описывает страдания одиночества будущего графа Монте-Кристо, запертого в подвале замка Иф на долгие годы: «Дантес был человек простой, необразованный; наука не приподняла для него завесу, которая скрывает прошлое. Он не мог в уединении тюрьмы и в пустыне мысли (оригинальнейшее выражение! — В. А.) воссоздать былые века, воскресить отжившие народы, возродить древние города, которые воображение наделяет величием и поэзией и которые проходят перед внутренним оком, озаренные небесным огнем». Не в силах побороть тоску, Эдмон приходит к мысли о самоубийстве.

Не следует лишать стариков их любимого занятия — предаваться воспоминаниям, не ломать скулы от скуки, а, напротив, поощрять это занятие. Существует особая технология стимулирования и управления воспоминаниями. Об этом известно профессиональным социальным работникам.

По данным социологических исследований, проведенных группой А. И. Тащевой, престарелые люди нуждаются в 31 виде услуг: от доставки продуктов до стрижки и сопровождения в баню. Но фактически вся помощь ограничивается 2—4 услугами. Но эти услуги оказываются далеко не всем желающим и нуждающимся. Так, в доставке горячей пищи нуждается 24\%, а получают только 1— 2\%, во влажной уборке помещения — 88\%, а пользуются — 28\%.

Редко какой центр имеет в штате психолога, а сами работники психологическую и вообще профессиональную подготовку. И среди руководящих и рядовых работников этой сферы много людей случайных, в силу сложившихся обстоятельств на рынке труда, потерявших прежнюю работу и «прибившихся» к социальной защите. И все же в опросах-беседах, проводимых недавно студентами философского факультета РГУ, на вопрос: «Довольны ли вы качеством и количеством услуг, получаемых но линии социальной помощи?» абсолютное большинство отвечает утвердительно. Наши старики не избалованы и неприхотливы.

Уже упоминавшаяся группа А. И. Тащевой при проведении комплексного социально психологического исследования расспрашивала пожилых людей о том, какими, по их мнению, должны быть и не быть социальные работники.

Вычленились три группы «качеств»:

1. Личностные особенности: доброта, заботливость, честность, отзывчивость, приветливость, терпимость» человечность, общительность, сострадание, бескорыстность» уравновешенность.

2. Навыки общения: внимание к другим, умение выслушать, обходительность, вежливое отношение к людям.

3. Отношение к работе: добросовестность» исполнительность, ответственность» требовательность к себе.

Неприемлемыми для социального работника «качествами» пенсионеры назвали:

1. Личностные особенности: нервозность, корысть, душевная черствость, высокомерие, нечестность, жестокость.

2. Навыки общения: грубость, невежливость, неуважение к старым людям, брезгливость, злость, дерзость.

3. Отношение к работе: безразличие к подопечным, постоянная спешка, безответственность, лень, недобросовестность, нежелание помочь, легкомыслие, несобранность, вымогательство.

Итак, клиенты хотели бы видеть в социальных работниках людей более великодушных, понимающих, способных сострадать. В этих желаниях отражена затаенная потребность пожилых людей в большем внимании к себе, добром, все понимающем взгляде я заботливой умелой руке.

Ну, а что чувствуют и переживают социальные работники? Мне не встречались такие исследования, но зато я могу назвать, пожалуй единственную в своем роде, повесть об этой специальности «Тяжелый день». Ее написал Дердь Конрад, венгерский писатель, много лет проработавший инспектором опекунского ведомства в густонаселенном районе Будапешта, и знающий эту работу изнутри «Иностр. литература», №4, 1991). Повесть написана от первого лица.

«Меня словно заставляют глотать какие-то, размером с кулак, комья грязи, которые я не в силах ни переварить, ни исторгнуть... За десять лет я, должно быть, не менее тридцати тысяч раз произнес: «Садитесь, пожалуйста»... Клиенты ко мне приходили по крайней необходимости, ища помощи. У большей части из них беда была тяжелой а плотной, как гранитный валун, всеохватной и неизлечимой — так, во всяком случае, казалось мне в этой комнате, где фразы вроде:

«Поверьте, это такая боль», или «Не могу, не могу больше», или «Выхода нет. Погибаю», — так же естественны и повседневны, как пронзительный визг на аттракционе «американские горы». А расспросы мои напоминали скорее тот вариант хирургического вмешательства, когда врач спешит зашить только что вскрытый орган, не трогая опухоли.

... Один—два профессиональных вопроса — и слова полились рекой. Вопросы должны быть подобно скальпелю в пальцах хирурга и одновременно руке матери на животике у больного ребенка».

Автор от имени своего героя описывает душевные переживания служащего опекунского ведомства, ведет сквозь лабиринт событий, раздумий, уместившихся в один-единственный день. Горькие раздумья, рвущие душу, и все же он заканчивает и повесть, и раздумья длинным монологом, суть которого в последних фразах:

«Однако тем временем я жду своих клиентов... пусть приходят те, кто не способен жить с другими людьми в согласии... пусть приходят кто хочет: один из нас будет говорить, другой— молчать; по крайней мере мы будем не одиноки».

Социальная работа — работа трудная, требующая отдачи душевных сил, житейского опыта, но еще и понимания психологических, этических проблем, возникающих у пожилых людей, овладение теорией и методикой социальной работы.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 |