Имя материала: Социология молодежи

Автор: Владимир Тимофеевич Лисовский

§ 2. молодежь и безработица

 

Плачевное состояние, в котором находятся производство, наука и социальная сфера в результате попытки шоковой терапии, требует незамедлительной смены экономического курса правительства. Ибо насыщение потребительского рынка товарами с недоступными для массового потребителя ценами чревато опасностью серьезных социальных перегрузок, способных вызвать возмущение широких народных масс.1

Социально-психологический аспект безработицы. Представления молодых безработных о работе были выявлены в ходе опроса «Молодежь и безработица».2 Респондентам было предложено выбрать несколько вариантов из предложенных ответов на вопрос: «Чем для Вас является работа?» (Данные представлены в \% к общему количеству опрошенных):

1. Способ обеспечить себя, достичь материального благополучия ….……..75\%

2. Возможность общения с людьми, близкими мне по духу,

     интересам ....................................................................................................... 44\%

3. Возможность реализовать творческий потенциал,

    умения, профессиональные навыки.............................................................. 38\%

4. Возможность достичь более высокого социального

    статуса, занять определенное место в жизни, общественное

    положение ……………………………………………………………….…….37\%

5. Гарантия того, что никогда не останусь за "бортом жизни" …………….. 26\%

6. Возможность принадлежать к определенной социальной среде ………….13\%

7. Это установившаяся, общепринятая традиция, я боюсь

    ее нарушать ....................................................................................................... 2\%

8. Другое (что именно?)....................................................................................... 1\%

Анализ ответов позволяет так или иначе выявить отношение безработных к труду в данный момент. Под отношением понимается «совокупный результат предшествующего исторического этапа развития общества в его экономической, социальной, духовно-нравственной и культурной сферах. Это свидетельство экономической культуры общества, культуры вообще, условие осуществления реформ, залог возможных перемен к лучшему в будущем или их невозможности. Общество, в котором люди не хотят или не могут производительно и качественно трудиться, не может иметь совершенное производство».3

Период стагнации и провал многих рыночных реформ привели к еще большему отчуждению людей от труда. Результаты исследований фиксируют, что для большинства респондентов труд утрачивает общественную значимость, а работа рассматривается большинством (78\%) как средство удовлетворения материальных потребностей, способ обеспечить себя. Потеря работы как источника дохода является проблемой №1 для безработных, это понятно и легко объяснимо, но социологические исследования видетельствуют, что утеря смысла общественной значимости труда характерна и для других групп населения.

Всего за год—полтора огромное количество людей оказалось буквально в другом измерении в смысле материального и статусного положения, жизненных перспектив. Все это превышает адаптивные возможности человека, он психологически не выдерживает. Особенно опасна в этом отношении безработица.

Страх перед безработицей нельзя свести только к страху остаться без средств к существованию, он имеет не только экономический, но и социальный аспект. Безработные часто психологически подавлены, представляют опасность для общества.

Исследования показывают, что, теряя работу, человек не сразу осознает, что с ним случилось. В первый момент он не верит в то, что лишился работы, находится в оцепенении, шоке. Это—первая фаза, с присущей ей дезориентацией, путаницей в сознании и неспособностью планировать будущее.Она длится не более недели.

Вторая фаза характеризуется отрицательным отношением к потерянной работе и оптимизмом. Потеря работы рассматривается как освобождение от бремени, сам статус безработного воспринимается как временное явление, строятся планы на будущее. Эта фраза тянется несколько недель, и переход к следующей постепенен и незаметен.

Третья фаза демонстрирует усиление беспокойства и страдания. Проходит ощущение полученного ненароком отдыха, кончаются деньги, не возникают более планы по благоустройству быта и организации домашней жизни. Это время, когда предыдущая работа идеализируется, постепенно усваивается новая идентичность—идентичность безработного, человек сам замечает в себе личностные сдвиги, сдвиги в отношениях с окружающими. В этот период, исчисляемый месяцами, наиболее активно ищется работа.

Четвертая фаза—фаза институционализированной безработицы—характеризуется соответствующей идентичностью, смирением и приспособлением к новой ситуации. Беспокойство и депрессия предшествующего этапа еще более повышаются, у безработного и всей его семьи резко снижаются уровни жизни и ожиданий. Поиск работы становится нерегулярным, без всякой надежды на ее получение. Все дни проходят как в летаргии, похожи один на другой, без праздников и выходных. Основным времяпрепровождением является сон. Наблюдается явный уход от социальных связей, телевидение становится основным источником информации и связи с внешним миром.

Существует связь между здоровьем и безработицей. Эта связь не прямолинейна и определяется множеством различных факторов, которые усиливают или ослабляют влияние безработицы на здоровье. Т. Парсонс описывал состояние здоровья и болезни как «социально институционализированные ролевые типы»: 1) больной человек освобожден от некоторых из его социальных обязанностей; 2)'он не может сам по своему желанию выздороветь или быть ответственным за свое положение; 3) он должен рассматривать роль больного как нежелательную и желать выздоровления; 4) он должен лечиться; 5) роль больного может за ним признаваться, только если болезнь действительно налицо.

Роль безработного как ролевой тип. Аналогично роли больного роль безработного также является «социально инстуционализированным ролевым типом»: 1) безработный, однако, не освобожден от социальных обязанностей и должен выполнять их независимо от финансовых и эмоциональных соображений;

2) считается, что безработный сам ответствен за свою ситуацию и обязан найти из нее выход; 3) безработный должен рассматривать свою ситуацию как нежелательную и временную и обязан найти работу любого типа и за любую плату; 4) безработный, который не нашел работу, считается ленивым, некомпетентным и «несколько не в себе»; 5) статус постоянного безработного может быть получен только в случае очевидной нетрудоспособности, связанной с хроническим заболеванием, заброшенностью, деморализованностью.

Эти компоненты социальной роли определяют отношение окружающих людей к безработному и его семье, что, в свою очередь, сказывается на взаимоотношениях между членами семьи, приводит к стрессам и напряжению.

Как показывают исследования, безработные страдают, во-первых, от депрессии, пониженного эмоционального тонуса, чувства беспомощности и пониженной самооценки; во-вторых, от психосоматических расстройств; в-третьих, от пониженной работоспособности и общего недомогания; в-четвертых, как правило, безработные отличаются повышенным потреблением алкоголя и курения; в-пятых, в некоторых семьях безработных наблюдается ухудшение здоровья детей.4

Однако даже возвращение к работе не сразу снимает симптомы тех или иных расстройств, часто это связано не только с проблемами адаптации на новом рабочем месте, но и с боязнью вновь оказаться без работы.

Социальные последствия безработицы. Говоря о социальных последствиях безработицы, нельзя не упомянуть и о проблеме ее социальных издержек. Весьма интересным представляется зарубежный опыт исследования этой проблемы.

Ведущим экспертом университета имени Дж. Гопкинса М. Харвей Бреннером было проведено комплексное исследование, целью которого стало определение воздействия основных экономических показателей, изменения их динамических характеристик (уровня безработицы, инфляции, доходов на душу населения) на показатели «социальной патологии» (количество психических и физических заболеваний, уровень преступности, смертности и др.). При этом необходимо заметить, что рост социальной патологии как следствие наблагоприятной экономической конъюнктуры в явной и неявной форме выражен не только среди безработной части населения, но и в обществе в целом. На основе экономико-математических методов Бреннер разработал прогностическое уравнение, включающее в себя следующие факторы: уровень безработицы, уровень инфляции, показатель реального дохода на душу населения, а также демографические переменные, связанные с определенным специфическим типом социальной патологии.

Совокупные общественные издержки в области социальной патологии определяются как:

—косвенная оценка потерь в экономике под воздействием негативных социальных процессов.

—прямые затраты, расходуемые государством и социальными службами для решения проблем социальной патологии.

В разработанных моделях были использованы следующие группы патологических показателей:

1. Показатели смертности: по половым признакам и возрастному составу, в результате сердечно-сосудистых заболеваний, цирроза печени, в результате убийств и самоубийств.

2. Показатели госпитализации психически больных и страдающих нервными расстройствами.

3. Численность содержащихся в тюрьмах преступников. Обработав, обобщив и проанализировав статистический материал, автор пришел к выводу о функциональной зависимости между экономическими показателями и показателями социальной патологии. Причем наиболее четкая взаимосвязь была установлена между уровнем безработицы и рассмотренными индексами социальной патологии.

В результате проведенного исследования были сделаны следующие теоретические и практические выводы: в общем рост безработицы вызывает кумулятивный эффект роста показателей «социальной патологии» в течение 5-летнего периода, начиная с увеличения показателей численности безработных. Так, пик смертности наступает примерно через два года после пика безработицы. В целом рост отдельных видов «социальной патологии» под воздействием экономических негативов распределяется соответственно их объективному характеру и скорости реагирования: в первые три года увеличивается число психических заболеваний (количество госпитализированных с данным диагнозом), преступность (количество содержащихся в тюрьмах), число самоубийств и убийств. В последующие три года заметен рост хронических реакций—увеличения общих и частных показателей заболеваний и смертности.

Бреннер приходит к следующему выводу: увеличение безработицы на протяжении 3 лет на 1\% и сохранении ее в течение 6-летнего периода, приводит к следующему росту показателей «социальной патологии»; общей смертности на 2\%, числа самоубийств на 4,1\%, количества убийств на 5,7\%, увеличения числа заключенных в тюрьмах на 4\%:, увеличения количества больных в результате психических заболеваний на 4\%. Появляется возможность не просто оценить социальный ущерб или косвенные потери в экономике, но и прямые затраты, связанные с ростом государственных расходов на преодоление социально-негативных процессов.5

Последствия безработицы в России. Выявить, к каким последствиям приводит безработица в России переходного периода помогло исследование «Молодежь и безработица», проведенное в Санкт-Петербурге. Респондентам было предложено оценить, как изменились их заимоотношения после потери работы. Полученные данные сведены в таблицу.

У большинства респондентов отношения остались прежними с родителями и родственниками (92,4\%), с друзьями (82,2\%), с детьми (72,3\%), с бывшими коллегами по работе или учебе (69,5\%), в то же время приблизительно пятая часть опрошенных (18,9\%) отмечает, что таких отношений они не поддерживают.6 Нас особенно настораживает тот факт, что ухудшились отношения с супругами и любимым человеком у 21,3\% респондентов, ведь в период потери работы людям, как никогда, нужна морально-психологическая поддержка, пусть даже не материальная, со стороны близких им людей.

 

Таблица. Отношения с окружающими после потери работы* (в \%)

 

        Изменились ли

Остались

Ухудши

Улучши

Отношения

ваши отношения

прежними

лись

лись,

не поддер

после потери

 

 

 

 

стали

живают

работы

 

 

 

 

крепче

 

 

С родителями

 

 

 

 

 

 

 

 

родственниками

92,4

6,5

1,1

-

С мужем (женой),

 

 

 

 

 

 

 

 

любимым человеком

64

21,3

13,5

1,1

С бывшими колле

 

 

 

 

 

 

 

 

гами по работе,

 

 

 

 

 

 

 

 

учебе

69,5

10,5

1,1

18,9

С детьми (для тех,

 

 

 

 

 

 

 

 

у кого они есть)

72,3

9,2

13,8

4,6

С друзьями

82,2

10,0

5,6

2,2

 

* Подсчитано по: Словарь прикладной социологии / Отв. ред. Г.П.Давидюк. Минск, 1984. С. 110.

 

На это указывали и наши респонденты: 3/4 опрошенных признались, что нуждаются в моральной поддержке родителей, близких друзей, родственников. Во времена тяжелых испытаний, социально-экономических преобразований, дефицит морально-психологического общения, изоляция (вынужденная и добровольная) от общества приводят к тяжелым нервным срывам, расстройствам, чреваты углублением социальной напряженности в обществе.

Тревожен и тот факт, что 9,2\% безработных отметили ухудшение отношений с детьми. Известно, что «зона поражения» безработицей расширяется, наши цифры свидетельствуют об этом, социальные издержки данного явления затрагивают и детей, причем, если учесть достаточно молодой возраст опрашиваемых, выявляется, что страдают, испытывают морально-психологический дискомфорт прежде всего самые маленькие члены семьи, в возрасте, когда закладываются основы брачно-семейных отношений, происходит самоидентификация по полу, определяются семейные установки; в возрасте, когда ребенок особенно нуждается во внимании, заботе и любви самых близких ему людей—родителей. «Дети—наше будущее»—это не расхожая фраза, напрашивается вопрос: .каким же будет «будущее», воспитанное в атмосфере депрессии и нервного напряжения? Быть может, несколько снимает остроту и драматизм этого вопроса то, что 13,8\% отметили, что отношения с детьми после потери работы улучшились, стали крепче, Но нельзя забывать и о том, что за цифрой 9,2\% стоит конкретный человек, конкретный ребенок.

Респондентам было предложено оценить собственное здоровье. Общеизвестно, что социально-экономическая ситуация, приведшая к падению уровня жизни, к фактической замене понятия «прожиточный минимум» понятием «биологический минимум», самым пагубным образом отразилась на здоровье населения, снизилось «качество жизни» (это понятие, характеризует «посредством сопоставления с уровнем, или стандартом жизни, качественную сторону удовлетворения материальных и культурных потребностей людей»). Считают себя «практические здоровыми» 56,1\%, иногда чувствуют недомогание, но не придают этому значения 30,6\%, часто болеют 6,1\%, и 7,1\%«страда-ют хроническим заболеванием». При этом пятая часть (20,2\%) считает, что потеря работы пагубно сказалась на их здоровье, 69,1\% не отмечают связи между состоянием здоровья и фактом потери работы. Данная цифра хотя и вселяет оптимизм, но при этом нельзя забывать, что наши респонденты—это молодежь, люди, находящиеся лишь в самом начале своей жизнедеятельности.

Для психологической адаптации безработных к принятию нового статуса, новой идентичности, снятия состояния напряженности и дискомфорта, облегчения входа в новое социальное окружение в г. Санкт-Петербурге был создан «Клуб ищущих работу», действующий при Московском районном Центре занятости с сентября 1993 г. Под руководством психолога Г. А. Марковец была разработана программа «Старт в профессию», основная цель которой—«помочь молодым людям в ситуации поиска работы понять, кем они хотят стать в этом мире новых понятий и отношений, какая работа наиболее подходит каждому, повысить конкурентноспособность на рынке труда и получить наилучшую из возможных работ в максимально короткое время». Выбор профессии для обратившихся в клуб за помощью реализуется с учетом трех необходимых компонент успеха: «хочу», «могу», «надо». Молодых людей учат умению вести разговор с работодателем, подготовиться к собеседованию, оформить документы при трудоустройстве.

Выводы. Таким образом, и практика, и проведенные исследования позволяют сделать следующие выводы:

1. Работа для человека продолжает оставаться одной из главных ценностей и социальных реальностей. Посредством работы осуществляются социальное взаимодействие и процесс социализации человека.

2. Сформированная у человека система трудовых мотиваций определяет поведение человека в момент потери работы.

3. Система мотивов труда определяет требования безработных к ожидаемому месту работы. Вероятно, происходит некоторая трансформация данной сисетмы.

4. Страх перед безработицей не сводится к страху остаться без материальных средств; кроме экономического безработица имеет и социальный «портрет». Наблюдается:

—рост аномальных явлений,

—рост психологических и психических расстройств,

— снижение адаптивных свойств человека,

—ухудшение здоровья,

—изменение взаимоотношений с окружающими и близкими людьми.

Исследования свидетельствуют, что продолжительный период безработицы снижает конкурентноспособность индивида, такой работник имеет гораздо меньший шанс получить работу вновь. Следовательно, растет слой «хронических» (застойных) безработных, которые «воспроизводят» сами себя, а значит, в будущем в нашем обществе ожидается появление целого поколения людей, работающих время от времени, случайно появляющихся на рынке труда, находящихся на иждивении общества или перебивающихся случайными заработками. Возникает особый социум со своей моралью, образом жизни, мотивацией к 1'РУДУ- Если учесть, что уровень неофициальной безработицы, по данным Службы занятости Санкт-Петербурга, составляет около 20\%, можно представить и размеры «зоны поражения» безработицей.7

Среди безработных—лиц, изменивших свой социальный статус в связи с потерей работы, а значит, и сменивших прежний образ жизни, низка мотивация к профессиональному совершенствованию и переподготовке. Проблема заключается в том, что отсутствие данной мотивации, являющейся внутренней потребностью личности, а не навязанной сверху директивой Службы занятости, снижает возможности личности вернуться к прежней трудовой деятельности, а значит, вернуть себе прежний статус, либо приобрести новый, удовлетворяющий личность.

В связи с изменением социального статуса, изменением материального положения (чаще всего—ухудшением), профиля и места работы (как правило, хуже оплачиваемой), падением престижа возникает социально-психологическая проблема, связанная с тем, что люди опасаются неудач при выборе новой профессии, падения уровня жизни своего и членов семьи. А такая неуверенность в будущем зачастую провоцирует и протест против условий и общественных сил, которые привели к безработице.

Положение молодежи значительно хуже, чем в среднем по стране. Если пользоваться критериями экономической комиссии ООН, относящей к беднейшим слоям ту часть населения, у которой среднедушевой доход менее 2/3 от среднего по стране, то наша молодежь в абсолютном большинстве оказывается за чертой бедности.

Российским органам социальной защиты, всем организациям и фондам, занимающимся проблемой безработицы, необходимо подумать о разработке комплекса превентивных мер и политики, которые в будущем могли бы снизить «социальные издержки» безработицы.

Подводя итог вышеизложенному, попытаемся представить «социальный портрет» молодого петербургского безработного. Это молодая женщина, имеющая высшее или среднее специальное образование, состоящая в браке и имеющая детей, материальное положение которой приравнивается к прожиточному минимуму; молодой безработный Санкт-Петербурга, потерял работу в государственном промышленном или научном предприятии, либо в сфере услуг в связи с сокращением численности или штата работников или сотрудников, вызванным ликвидацией, реорганизацией предприятия, учреждения, организации.

Постоянно растущая задолженность по зарплате превратилась в бич для трудящихся. И это на фоне постоянных заверений Правительства о появлении «устойчивых тенденций к макроэкономической стабилизации».

Новые общественные отношения предъявляют особые требования к работнику. Функционирующий рынок труда заставит молодых работников жить в ином ритме, более динамично совершенствоваться. Неотъемлемыми качествами работника станут высокая образованность, инициатива, профессионализм, мобильность, психологическая совместимость, умение преодолевать трудности.

Деформации в ценностных ориентациях молодежи. Сегодня большая часть подростков и молодежи—будущих соискателей на рынке труда—психологически не готова к складывающейся в экономике ситуации. Социальные психологи указывают на такие ориентации нынешнего подрастающего поколения, как нежелание устраиваться после учебного заведения на непрестижную, низкооплачиваемую работу. В выборе профессий доминируют специальности бизнесмена, брокера, экономиста, юриста, работника торговли, кооператора. Другие профессии, в первую очередь рабочие специальности, остаются, по оценкам подростков Петербурга, вне рыночных отношений (опрос ИС-ЭП РАН, 1995 г.). В поисках работы юноши и девушки хотят получить сразу все или ничего. На вопрос: «Ваше отношение к труду?»—40\% выбрали ответ: «Считаю себя трудолюбивым, работа в целом нравится», еще 40\% высказали мнение, что трудиться «в принципе не любят, но приходится.». Еще 20\% признались: «Любая работа вызывает у меня лишь отрицательные эмоции». Вне зависимости от «любви к труду» не более половины опрошенных (по самооценке) отдают своей работе большую часть личной энергии и творческих сил.

К деформациям в ценностных ориентациях молодежи, к ее психологической неготовности к рынку привели наряду со «стихийной практикой» и деятельность средств массовой информации, реклама по телевидению, на радио, в газетах и журналах. «Прелести» рыночных отношений чаще выступают как потребление разнообразных товаров и услуг. Этот имидж доминирует над фактом, согласно которому все получаемое изобилие достигается высокой производительностью труда, высокой квалификацией, профессионализмом. Отсюда однобокий взгяд молодежи на новые экономические условия. Реклама «Вот бы выиграть миллион!» встречается постоянно. Реклама типа:

«Вот бы так научиться хорошо работать!» отсутствует. В конечном счете у молодежи создается иллюзия легкого получения благ—минуя общественно-значимую деятельность. Отсутствие информационно-идеологического обеспечения программ перехода к рынку привело к серьезным деформациям в психологической, социально-психологической готовности молодого поколения освоить новое качество труда.

Особое беспокойство вызывает уровень здоровья молодежи. Естественно предположить:, нездоровое поколение не сможет оптимально адаптироваться к нормам общественной жизни, получить образование, освоить профессию, активно включиться в трудовую деятельность. Оказавшись за бортом общественно полезной деятельности, оно пополнит криминогенные структуры. Существует и обратная связь: рост безработицы только на 1\% увеличивает рост преступности в городе на 8\%. Так образуется своего рода «замкнутый круг» в решении многих актуальных проблем.

Программы повышения уровня занятости подростков, профессионально-технической подготовки молодежи не могут быть успешно реализованы в «отдельно взятой сфере и в отдельно взятой категорией населения». Молодежные программы смогут быть успешно разработаны и эффективно задействованы лишь в рамках единой молодежной политики, которая формируется на основе концепции структурной перестройки экономики города, региона, комплекса программ общеобразовательной и профессиональной подготовки и в рамках общих мероприятий, касающихся занятости всего населения. Требуют серьезной доработки и законодательные акты, правовые нормы, а также информационно-идеологическое обеспечение всех мероприятий молодежной политики.8

Все менее привлекательной становится для выпускников школ работа в промышленности, строительстве, на транспорте. «Его Величество Рабочий класс» не престижен для современных юношей и девушек. По данным петербургского профессора С. Г. Вершловского, «особую роль в жизни школьной молодежи начинает играть заработок. Каждый четвертый опрошенный в той или иной степени подрабатывает. При этом мотивация заработка зачастую прямо не связана с материальным положением семьи.»9

В США в середине 30-х годов президент Ф. Рузвельт продлил пребывание молодежи в школах Америки на два года и тем самым уменьшил безработицу среди молодежи, и была подготовлена квалифицированная рабочая сила для будущего экономического подъема.

В современной России все наоборот: фактически наблюдается отказ от всеобщего среднего образования. Резко возросло число подростков и молодежи в возрасте 14-24 лет, которые нигде не учатся и не работают. Их количество превысило 1 млн молодых людей (3,5\%), значительную их часть можно отнести к безработным.

Оставшись вне стен учебного заведения и порой без помощи родителей, подростки не могут не только найти работу, но и получить «статус» безработного, а значит иметь соответствующие пособия, обучаться на специальных профессиональных курсах. «Статус» безработного может быть получен лишь с 16 лет, хотя подросткам разрешается трудиться по действующему с 1991 г. законодательству с 14 лет. Оказавшись за бортом общественно-полезной деятельности, несовершеннолетние юноши и девушки пополняют контингент «групп риска». Отсюда рост преступности в 4 раза среди несовершеннолетних за последнее десятилетие в Санкт-Петербурге. Идет активное вовлечение подростков в деятельность экстремистских группировок и организованную преступность.

Параллельно наблюдается психологическая неготовость юношей и девушек активно включиться в новые хозяйственные отношения, начать трудовую деятельность, получить соответствующую профессиональную подготовку и квалификацию. Наибольшие сложности возникают с трудоустройством молодых матерей-одиночек, инвалидов 3-й группы, и в первую очередь несовершеннолетних юношей и девушек. Острыми остаются проблемы профессионального обучения и последующего трудоустройства выпускников детских учебно-воспитательных учреждений, лиц, освобожденных из мест заключения, подростков, оставивших учебу или убежавших от родительского очага, юношей и девушек из семей беженцев. В России уже учтено 426,2 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. В последнее время сиротство приобрело новые особенности, связанные с увеличением числа неблагополучных семей, из которых дети «вытесняются» на улицу. В стране примере 50 тыс. детей и подростков (по данным МВД) ежегодно убегают из семей в поисках «лучшей жизни» или же из-за насилия со стороны родителей. «Оседают» они обычно в Санкт-Петербурге и Москве. Именно эта категория оказалась наименее защищенной группой населения на рынке труда (в том числе и в правовом отношении). Нет специальности, квалификации, жизненного опыта, плюс «трудная психология» подростка—все это не способствует удачному трудоустройству.

Неудавшаяся профессиональная карьера в начале жизни практически всегда отрицательно сказывается на всем пути человека.

Сказывается и отсутствие возможности у федеральных и муниципальных властей финансировать мероприятия молодежной политики.10

Анализ результатов исследования «Молодежь и безработица» позволяет дополнить портрет безработного следующими данными:

1. Уровень профессионально-образовательной мобильности отражает личностные качества индивида, субъективные характеристики (пол, возраст, социальное происхождение, семейное положение и т.п.), профессионально-образовательный потенциал (уровень образования, наличие стажа работы, профиль образования и профессии). Профессиональная мобильность безработного с высшим образованием выше показателя мобильности работников с низким образовательным уровнем.

2. Уровень территориальной мобильности санкт-петербургских молодых безработных низок: предпочтение в случае возможности отдается трудовой миграции в зарубежные страны, а не в страны СНГ, города России или сельскую местность.

3. Нисходящая мобильность молодых безработных обусловлена в первую очередь не субъективными факторами личностного характера и структурными факторами, а именно перестройкой сферы производства и связанной с ней потерей места работы.

К сожалению, находятся у нас так называемые «независимые социологи», объявляющие безработицу благом и, больше того, «стратегией духовного развития личности».

Экономические и социальные издержки, которые несет общество в связи с ростом безработицы, являются неизбежными спутниками перехода к рынку. Статистические данные свидетельствуют об устойчивой тенденции роста безработицы. Социологические данные демонстрируют обеспокоенность населения возможностью потерять работу.

Меры, направленные на снижение уровня безработицы. Тенденции к повышению безработицы может быть противопоставлен комплекс мер следующего характера:

I. Экономические меры:

—развитие малого и среднего бизнеса;

—организация общественных работ;

—внедрение гибкого графика работы; дифференцированный подход к трудоустройству слабозащищенных слоев населения, в число которых входит и молодежь.

II. Меры, предусматривающие реорганизацию системы образования:

—улучшение системы переподготовки и переквалификации кадров;

—совершенствование системы непрерывного образования;

—соответствие качественной подготовки специалистов структуре занятости населения.

III. Меры, предусматривающие совершенствование работы службы занятости:

—повышение оперативности и информативности работы служб занятости;

—согласованность в работе с коммерческими структурами;

проведение систематических социологических исследований, необходимых для выяснения процессов, которые не могут быть достаточно изучены методами статистики, что позволит скорректировать политику занятости; психологические службы.

«Поскольку реформы затрагивают жизнь по существу всех членов общества, необходимо считаться с тем, что абсолютное большинство населения способно приобщаться к новым условиям и ценностям лишь постепенно, шаг за шагом, приобретая навыки "ходьбы без внешней опоры". Чем больше при проведении реформ будет учитываться этот факт, чем быстрее в новых условиях смогут найти свою социальную нишу и добровольно свободные, и добровольно несвободные, чем более защищенными будут чувствовать себя как те, так и другие, тем меньше будет предпосылок для расширения»11 социальных последствий безработицы, негативных явлений и роста напряженности в России переходного периода.

Взвешенная политика в отношении молодежи, комплекс мер по ее профориентации и адаптации к требованиям жизни определяет общую ситуацию с занятостью на рынке труда. Изменения в ценностных трудовых ориентациях показывают необходимость формирования нового механизма мотивации, который бы стимулировал творческую активность и инициативу молодежи и новые формы самоутверждения в труде. Но такой механизм, стимулирующий внутреннюю мотивацию и терминальное отношение к труду, может быть создан только на уровне общества в целом, при условии экономической и политической стабильности и отношении к человеку не как производительной силе, а как к субъекту духовной и хозяйственной жизнедеятельности с учетом особенностей российской истории и культуры.

Успешность перехода России к рыночным отношениям во многом будет определяться особенностями взаимодействия экономической и политической сфер, их взаимосвязью. Анализ показывает, что в реформаторской реальности обнажились многообразные противоречия. Успешное их устранение зависит во многом от осознания возросшей роли политических решений.

 

Примечания

 

1 Рязанов В.Т. Мыи новый курс в экономике // Санкт-Петербургские ведомости. 1994. 28 июня.

2 Горохова Т.К. Профессионально-образовательная мобильность молодых безработных в современном российском обществе. Автореф. канд. дис. СПб., 1995.

З Mолодежь России: тенденции и перспективы / Под ред. И.М.Ильинского, А. В. Шаронова. М., 1993. С.107.

4 'Там же. С. 62.

5 Занятость и безработица в странах развитого капитализма. (Борьба программ и концепций 70-80-х годов). М., 1982. С. 179-182.

6 Словарь прикладной социологии / Отв. ред. Г.П.Давидюк. Минск, 1984. С.110.

7 Иванова Ю. Официальной безработице 4 года // Невское время. 1995. 1 апр.

8 К о г у т А., Слуцкий Е. Дискриминация по возрасту на рынке труда // Мониторинг социально-экономической ситуации и состояние рынка труда С.-Петербурга. Информационно-аналитический бюллетень. 1995. №1. С.10-14.

9 Вершловский С. «Наша жизнь—огромный странный поезд»— утверждают выпускники 1995 г. о школе // Санкт-Петербургские ведомости. 1995. 25 авг.

10 Когут А., Слуцкий Е. Дискриминация ...

11 Ш а б а н о в а М.А. Свобода выбора как жизненная ценность и адаптация к рынку // Социологические аспекты перехода к рыночной экономике / Под ред. ф. М. Бородкина, А.Р.Михеева. Новосибирск, 1994. С. 44.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 |