Имя материала: Социология

Автор: Добреньков Владимир Иванович

Глава 11 социальная мобильность

 

Люди находятся в постоянном движении, а общество — в развитии. Совокупность социальных перемещений людей в обществе, т.е. изменений своего статуса, называется социальной мобильностью.

 

Под социальной мобильностью понимается перемещение индивида или группы вверх, вниз или по горизонтали. Социальная мобильность характеризуется направлением, разновидностью и дистанцией социальных перемещений людей в обществе (индивидуально и группами).

Человеческая история складывается не только из индивидуальных перемещений, но также из движения больших социальных групп. На смену земельной аристократии приходит финансовая буржуазия, малоквалифицированные профессии вытесняются из современного производства представителями так называемых «белых воротничков» — инженерами, программистами, операторами роботизированных комплексов. Войны и революции перекраивали социальную структуру общества, поднимая на вершину пирамиды одних и опуская других.

Подобные изменения произошли в российском обществе после Октябрьской революции 1917 г. Происходят они и сегодня, когда на смену партийной элите пришла бизнес-элита.

Движение вверх и вниз называется вертикальной мобильностью, она бывает двух типов: нисходящей (сверху вниз) и восходящей (снизу вверх). Горизонтальной мобильностью называется такое перемещение, при котором индивид меняет социальное положение или профессию на равноценные. Особую разновидность представляет межпоколенная, или межгенерационная, мобильность. Она относится к изменению статуса детей по сравнению со статусом родителей. Межпоколенную мобильность исследовали А.В. Кирх, а в глобально-историческом аспекте — А. Пиренн и Л. Февр. Одним из родоначальников теорий социальной стратификации и социальной мобильности был П. Сорокин. Зарубежные социологи обычно связывают эти две теории.

Советские социологи пользовались другими терминами. Переход между классами они называли межклассовыми перемещениями, а переход внутри одного и того же класса — внутриклассовыми. Эти термины были введены в советскую социологию в 70-е годы. Межклассовые перемещения обозначали переход из одного класса в другой, скажем, если выходец из рабочей среды оканчивал философский факультет и становился преподавателем, переходя таким образом в прослойку интеллигенции. Если же рабочий, крестьянин или интеллигент повышал уровень образования и переходил с малоквалифицированной к средне- или высококвалифицированной должности, оставаясь рабочим, крестьянином или интеллигентом, то они совершали внутриклассовые вертикальные перемещения.

Существуют два основных вида социальной мобильности — межпоколенная и внутрипоколенная, и два основных типа — вертикальная и горизонтальная. Они, в свою очередь, распадаются на подвиды и подтипы.

Вертикальная мобильность подразумевает перемещение из одной страты в другую. В зависимости от направления перемещения говорят о восходящей мобильности (социальный подъем, движение вверх) и о нисходящей мобильности (социальный спуск, движение вниз). Между восхождением и нисхождением существует известная асимметрия: все хотят подниматься и никто не хочет опускаться по социальной лестнице. Как правило, восхождение — явление добровольное, а нисхождение — вынужденное.

Повышение в должности — пример восходящей мобильности индивида, увольнение, понижение в должности — пример нисходящей. Вертикальная мобильность — изменение человеком в течение жизни высокого статуса на низкий или наоборот. Скажем, перемещение человека со статуса водопроводчика на должность президента корпорации, как и обратное движение, служит примером вертикальной мобильности.

Горизонтальная мобильность подразумевает переход индивида из одной социальной группы в другую, расположенную на одном и том же уровне. Примером служат перемещение из православной в католическую религиозную группу, из одного гражданства в другое, из одной семьи (родительской) в другую (свою собственную, вновь образованную), из одной профессии в другую. Подобные движения происходят без заметного изменения социального положения в вертикальном направлении. Горизонтальная мобильность подразумевает изменение человеком на протяжении своей жизни одного статуса на другой, являющийся приблизительно эквивалентным. Скажем, человек был сначала водопроводчиком, а затем стал плотником.

Разновидностью горизонтальной мобильности служит географическая мобильность. Она подразумевает не изменение статуса или группы, а перемещение из одного места в другое при сохранении прежнего статуса. Примером может служить международный и межрегиональный туризм, переезд из города в деревню и обратно, переход с одного предприятия на другое.

Если к перемене места добавляется перемена статуса, то географическая мобильность превращается в миграцию. Если деревенский житель приехал в город, чтобы навестить родственников, то это географическая мобильность. Если же он переселился в город на постоянное жительство и получил здесь работу, то это уже миграция.

Классификация социальной мобильности может быть проведена и по иным критериям. Так, например, различают индивидуальную мобильность, когда перемещения вниз, вверх или по горизонтали происходят у индивида независимо от других, и групповую мобильность, когда перемещения происходят коллективно, к примеру после социальной революции старый господствующий класс уступает свои позиции новому господствующему классу.

На других основаниях мобильность может классифицироваться, скажем, на стихийную или организованную. Примером стихийной мобильности могут служить перемещения с целью заработка жителей ближнего зарубежья в крупные города России. Организованная мобильность (перемещения человека или целых групп вверх, вниз или по горизонтали) управляется государством. Эти перемещения могут осуществляться: а) с согласия самих людей, б) без их согласия. Примером организованной добровольной мобильности в советское время могут служить перемещения молодежи из разных городов и сел на комсомольские стройки, освоение целинных земель и т.п. Примером организованной недобровольной мобильности может служить репатриация (переселение) чеченцев и ингушей в годы войны с немецким нацизмом.

От организованной мобильности следует отличать структурную мобильность. Она вызвана изменениями в структуре народного хозяйства и происходит помимо воли и сознания отдельных индивидов. Скажем, исчезновение или сокращение отраслей или профессий приводит к перемещениям больших масс людей.

 

Социальная мобильность может измеряться с помощью двух систем показателей. В первой системе единицей счета выступает индивид, во второй — статус. Рассмотрим в начале первую систему.

Под объемом мобильности понимается число индивидов, которые переместились по социальной лестнице в вертикальном направлении за определенный промежуток времени. Если объем исчисляется количеством переместившихся индивидов, то он называется абсолютным, а если отношением этого количества по всему населению, то относительным объемом и указывается в процентах.

Совокупный объем, или масштаб, мобильности, определяет количество перемещений по всем стратам вместе, а дифференцированный — по отдельным стратам, слоям, классам. Тот факт, что в индустриальном обществе две трети населения мобильны, относится к совокупному объему, а 37\% детей рабочих, ставших служащими, — к дифференцированному.

Масштаб социальной мобильности определяется как процентная доля тех, кто сменил, в сравнении с отцами, свой социальный статус. Когда Венгрия была капиталистической, т.е. в 30-е годы, масштаб мобильности равнялся 50\%. В социалистической Венгрии (60-е годы) он вырос до 64\%, а в 1983 г. — до 72\%. В результате социалистических преобразований венгерское общество стало таким же открытым, как и развитые капиталистические страны.

С полным основанием этот вывод применим к СССР. Западноевропейские и американские ученые, проводившие сравнительные исследования, установили, что в восточноевропейских странах мобильность выше, чем в развитых капиталистических странах.

Изменение мобильности по отдельным слоям описывается двумя показателями. Первый — это коэффициент мобильности выхода из социального слоя. Он свидетельствует, например, о том, сколько сыновей квалифицированных рабочих стали интеллигентами или крестьянами. Второй — коэффициент мобильности входа в социальный слой, свидетельствующий о том, из каких слоев пополняется, например, слой интеллигентов. Он обнаруживает социальное происхождение людей.

Степень мобильности в обществе определяется двумя факторами: диапазоном мобильности в обществе и условиями, которые позволяют людям перемещаться.

Диапазон мобильности (amount mobility), который характеризует данное общество, зависит от того, какое количество различных статусов в нем существует. Чем больше статусов, тем больше у человека возможности переместиться из одного статуса в другой.

В традиционном обществе число высокостатусных позиций оставалось приблизительно постоянным, поэтому наблюдалась умеренная нисходящая мобильность отпрысков из высокостатусных семей. Для феодального общества характерно очень малое количество вакансий на высокие должности для тех, кто обладал низким статусом. Некоторые социологи считают, что, вероятнее всего, здесь не было восходящей мобильности.

Индустриальное общество расширило диапазон мобильности. Для него характерно гораздо большее количество различных статусов. Первым решающим фактором социальной мобильности является уровень развития экономики. В периоды экономических депрессий количество высокостатусных позиций сокращается, а низкостатусных расширяется, поэтому доминирует нисходящая мобильность. Она усиливается в те периоды, когда люди теряют свою работу и одновременно новые слои выходят на рынок труда. Напротив, в периоды активного экономического развития появляется множество новых высокостатусных позиций. Повышенный спрос на работников, которые должны занять их, является основной причиной восходящей мобильности.

Основная тенденция развития индустриального общества заключается в том, что в нем одновременно увеличиваются богатства и число высокостатусных позиций, что в свою очередь ведет к росту численности среднего класса, ряды которого пополняют выходцы из низших страт.

Вторым фактором социальной мобильности выступает исторический тип стратификации. Кастовое и сословное общества ограничивают социальную мобильность, накладывая серьезные ограничения на любое изменение статуса. Такие общества называются закрытыми.

Если большинство статусов в обществе являются приписываемыми, или предписанными, то диапазон мобильности в нем намного ниже, чем в обществе, строящемся на индивидуальном достижении. В доиндустриальном обществе восходящая мобильность была невелика, так как юридические законы и традиции практически закрывали крестьянам доступ в сословие землевладельцев. Известна средневековая поговорка: «Однажды крестьянин — навсегда крестьянин».

В индустриальном обществе, которое социологи относят к типу открытых обществ, прежде всего ценятся индивидуальные достоинства и достигаемый статус. В таком обществе уровень социальной мобильности довольно высок.

Социологи отмечают и такую закономерность: чем шире возможности для продвижения наверх, тем сильнее люди верят в доступность для них каналов вертикальной мобильности, а чем больше они в это верят, тем сильнее стремятся продвинуться, т.е. тем выше в обществе уровень социальной мобильности. И наоборот, в сословном обществе люди не верят в возможность изменить свой статус, не имея богатства, родословной или покровительства монарха. В 1986 г. институт Гэллапа провел сравнительное исследование двух стран: 45\% англичан заявили, что главный способ продвинуться в жизни — наследование богатства и статуса родителей; тогда как 43\% американцев, напротив, считали единственным путем к достижению успеха «тяжелую работу и собственные усилия». В Англии сильны сословные пережитки. Рядовой американец с детства нацелен на то, что свою судьбу он должен делать собственными руками.

При изучении социальной мобильности социологи обращают внимание на следующие характеристики:

• число и размер классов и статусных групп;

• объем мобильности индивидов и семей из одной группы в другую;

• степень разграничения социальных страт по типам поведения (стилю жизни) и уровню классового самосознания;

• вид или размер собственности, которой владеет человек, род занятий, а также ценности, которые определяют тот или иной статус;

• распределение власти между классами и статусными группами.

Из перечисленных критериев особенно важны два: объем (или сумма) мобильности и разграничение статусных групп. Они используются для того, чтобы можно было отличить один тип стратификации от другого. В США и СССР, как и в большинстве других индустриальных обществ, существовала открытая структура: статус был основан на достижении и движении вверх-вниз по социальной лестнице. Такие перемещения происходят достаточно часто. Напротив, в Индии и большинстве традиционных обществ система стратификации закрытая: в большинстве своем статус здесь приписываемый, а индивидуальная мобильность ограничена.

Движение вверх происходит главным образом благодаря образованию, богатству или членству в политической партии. Образование играет важную роль не только при получении индивидом более высокого дохода или более престижной профессии: уровень образования один из отличительных знаков принадлежности к более высокой страте. Богатство служит отличительным знаком статуса в высших стратах. Американское общество представляет собой стратифицированную систему с открытыми классами. Хотя оно не является бесклассовым обществом, в нем сохраняется дифференциация людей по социальному статусу. Это общество открытых классов в том смысле, что человек не остается всю жизнь в том классе, в каком он был рожден.

Перейдем к рассмотрению второй системы показателей мобильности, где за единицу счета принимается статус или ступенька в социальной иерархии. В этом случае социальная мобильность понимается как изменение индивидом (группой) одного статуса на другой, расположенный по вертикали или горизонтали.

 

Объем мобильности — это количество людей, переменивших свой прежний статус на другой вниз, вверх или по горизонтали. Представления о перемещениях людей вверх, вниз и по горизонтали социальной пирамиды описывают направление мобильности. Разновидности мобильности описываются типологией социальных перемещений. Мера мобильности указывается шагом и объемом социальных перемещений.

Дистанция мобильности –  это количество ступенек, на которые удалось подняться или пришлось спуститься индивидам. Нормальной дистанцией считается перемещение на одну-две ступени вверх или вниз. Большинство социальных перемещений происходит именно так. Ненормальная дистанция - неожиданный взлет на вершину социальной лестницы или падение к ее основанию.

Единицей дистанции мобильности выступает шаг перемещений. Для описания шага социальных перемещений используется понятие статуса: перемещение из низшего в высший статус - восходящая мобильность; перемещение из высшего в низший статус - нисходящая мобильность. Перемещение может проходить на один шаг (статус), на два и более шагов (статусов) вверх, вниз и по горизонтали. Шаг может измеряться в 1) статусах,  2) поколениях. Поэтому выделяют следующие виды:

• межпоколенная мобильность;

• внутрипоколенная мобильность;

• межклассовая мобильность;

• внутриклассовая мобильность.

 

Понятие «групповая мобильность» характеризует общество, переживающее социальные сдвиги, где повышается или понижается общественная значимость целого класса, сословия, страты. Например, Октябрьская революция привела к возвышению большевиков, прежде не имевших признанного высокого положения, а брахманы в древней Индии стали высшей кастой в результате упорной борьбы, тогда как раньше их каста находилась на одном уровне с кастой кшатриев.

Как показал на огромном историческом материале П. Сорокин, причинами групповой мобильности выступали следующие факторы:

• социальные революции;

• иностранные интервенции, нашествия;

• межгосударственные войны;

• гражданские воины;

• военные перевороты;

• смена политических режимов;

• замена старой конституции новой;

• крестьянские восстания;

• междоусобная борьба аристократических родов;

• создание империи.

Групповая мобильность имеет место там, где происходит изменение самой системы стратификации, т.е. самой основы того или иного общества.

Геологическая метафора, которую социологи используют для изображения социальной стратификации, многое позволяет объяснить в механизме социальной мобильности. Однако проведение механической аналогии между горными породами и социальными группами в обществе чревато искусственными натяжками и непониманием существа вопроса. Жесткая аналогия с горными породами, закрепленными на одном месте, не позволяет объяснить, к примеру, индивидуальную мобильность. Частицы гранита или глины не способны переместиться в другой слой земли самостоятельно. Однако в человеческом обществе индивиды, совершив восходящую мобильность, то и дело перемещаются из одной страты в другую. Чем более демократичным является общество, тем свободнее межстратовые перемещения.

В этом плане авторитарные общества очень напоминают жестко фиксированную геологическую иерархию. Рабы в Древнем Риме редко когда становились свободными гражданами, а средневековые крестьяне не могли сбросить с себя крепостное иго. Точно так же и в Индии переход из одной касты в другую практически невозможен. А в других недемократических обществах продвижение наверх даже планировалось и регулировалось правящей элитой. Так, в СССР существовала определенная квота на прием в партию и занятие руководящих постов выходцев из рабочих и крестьян, в то время как продвижение представителей интеллигенции искусственно сдерживали.

Таким образом, понятие групповой и индивидуальной мобильности раскрывает самое существенное отличие социальной стратификации от геологической. Идея о жесткой и неподвижной иерархии, позаимствованная из сферы естественных наук, применима к социальным лишь до определенного предела.

 

Социальная мобильность в СССР в чем-то походила на таковую в США. Сходство объясняется тем, что обе страны — индустриально развитые державы, а различие — своеобразием политических режимов. Так, исследования американских и советских социологов, охватывающие примерно один и тот же период (70-е годы), но проведенные независимо друг от друга, дали одни и те же цифры: до 40\% служащих в США и России происходят из рабочей среды, в США и России в социальную мобильность вовлечено более двух третей населения.

Подтверждается и другая закономерность: на социальную мобильность в обеих странах наибольшее влияние оказывают не профессия и образование родителей, а собственные достижения сына или дочери. Чем выше образование, тем больше шансов продвинуться вверх по социальной лестнице. И в США, и в СССР обнаружен другой любопытный факт: хорошо образованный сын рабочего имеет столько же шансов продвинуться, сколько плохо образованный выходец из средних классов, в частности служащих, хотя второму могут помогать родители. Спецификой США является большой приток иммигрантов. Неквалифицированные работники — иммигранты, прибывающие в страну со всех частей света, занимают нижние ступеньки, вытесняя или поторапливая с продвижением наверх американцев. Тот же эффект оказывала миграция из сельской местности, причем это касается не только США, но и СССР.

В обеих странах восходящая мобильность в среднем на 20\% превышала нисходящую. Но оба типа вертикальной мобильности по своему уровню уступали уровню горизонтальной мобильности. Это означает следующее: в обеих странах высок уровень мобильности (до 70—80\% населения), но на 70\% это горизонтальная мобильность, т.е. перемещение в границах одного и того же класса и даже слоя (страты).

Даже в США, где, согласно расхожему мнению, каждый чистильщик обуви может стать миллионером, сохраняет силу сделанный еще в 1927 г. П. Сорокиным вывод: большинство людей начинают свою трудовую карьеру на одинаковом со своими родителями социальном уровне, и лишь очень немногим удается значительно продвинуться наверх. Иначе говоря, средний гражданин в течение жизни перемещается на одну ступеньку вверх или вниз, и очень немногим удается шагнуть сразу через несколько ступеней.

Так, поднимаются из рабочего в верхний средний класс 10\% американцев, 7\% японцев и голландцев, 9\% англичан, 2\% французов, немцев и датчан, 1\% итальянцев. К факторам индивидуальной мобильности, т.е. причинам, позволяющим одному человеку достичь больших успехов, чем другому, социологи и США, и СССР отнесли:

• социальный статус семьи;

• уровень образования;

• национальность;

• физические и умственные способности, внешние данные;

• воспитание;

• место жительства;

• выгодный брак.

Мобильные индивиды начинают социализацию в одном классе, а заканчивают в другом. Они буквально разрываются между несхожими культурами и стилями жизни. Они не знают, как себя вести, одеваться, разговаривать с точки зрения стандартов другого класса. Часто приспособление к новым условиям остается весьма поверхностным. Типичным примером является мольеровский мещанин во дворянстве. Женщине, как правило, продвинуться сложнее, чем мужчине. Повышение социального статуса, часто происходит благодаря выгодному браку. Это касается не только женщин, но и мужчин.

В течение семидесяти лет советское общество, наряду с американским, представляло собой самое мобильное в мире общество. Доступное всем слоям бесплатное образование открывало перед каждым такие же возможности продвижения, какие были только в США. Больше нигде в мире элита не формировалась буквально из всех слоев общества.

Социологи давно заметили такую закономерность: замечено, что в периоды, когда общество переживает серьезные изменения, появляются группы с ускоренной моделью социальной мобильности. Так, в 30-е годы «красными директорами» становились люди, еще недавно бывшие рабочими и крестьянами, тогда как в дореволюционные времена, чтобы достигнуть позиции «директор» необходимы были обучение не менее 15 лет и после этого еще долголетний производственный опыт. Аналогичное положение наблюдалось в начале и середине 90-х годов, что подтверждают данные исследования              Р. Г. Громова. Если менеджеру в государственном секторе требовалось пройти в среднем четыре-пять этапов трудовой карьеры, чтобы занять позицию «директор» (в период до 1985 г. этот процесс был еще дольше), то менеджеры в частном секторе достигали этой позиции уже на втором этапе.

Однако массовый характер в 1985—1993 гг. приобрела и стала доминирующей именно нисходящая мобильность, причем как на индивидуальном, так и на групповом уровне. Добиться повышения статуса удалось очень немногим, зато большинство россиян оказались на нижних уровнях социальной стратификации.

 

Советские социологи в 60—80-е годы достаточно активно изучали меж- и внутрипоколенную, а также меж- и внутриклассовую мобильность. Основными классами выступали рабочий класс и крестьянство, а классоподобной прослойкой считалась интеллигенция.

Межпоколенная мобильность предполагает, что дети достигают более высокой социальной позиции либо опускаются на более низкую ступень, чем занимали их родители. Пример: сын шахтера становится инженером. Межпоколенная мобильность — это изменение статуса детей относительно статуса их отцов. Например, сын водопроводчика становится президентом корпорации, или, наоборот, сын президента корпорации становится водопроводчиком. Межпоколенная мобильность является самой важной формой социальной мобильности. Ее масштаб свидетельствует о том, до какой степени в том или другом обществе неравенство переходит от одного поколения к другому. Если межпоколенная мобильность невелика, то это означает, что в данном обществе неравенство пустило глубокие корни, и шансы человека изменить свою судьбу зависят не от него самого, а предопределены рождением. В случае значительной межпоколенной мобильности люди достигают нового статуса благодаря собственным усилиям независимо от их происхождения. Общее направление межпоколенной мобильности молодежи — из группы работников физического труда в группу работников умственного труда.

В начале 70-х годов О.И. Шкаратан и В.О. Рукавишников провели сравнительный анализ структурных моделей межпоколенной динамики социального положения отцов и сыновей в обществах, отличающихся социальным устройством и типом культуры. Использовался метод «путевого» (path) анализа, который чаще всего применяется в научных исследованиях для построения структурных моделей. Сопоставлялись данные исследований по СССР, Чехословакии, США, Японии и Австрии. Оказалось, что показатели корреляции между социальными характеристиками отца респондента и самого респондента близки для СССР и США. Так, связь между образованием отца и сына в СССР — 0,49, в США — 0,45; социально-профессиональный статус отца и сына (в начале трудовой карьеры) в СССР - 0,24, в США — 0,42 и т.д. Для молодого поколения в СССР, США и других странах характерна тесная связь между собственным образованием и социально-профессиональным статусом (СССР — 0,57; США - 0,60; Чехословакия - 0,65; Япония — 0,40; Австрия - 0,43).

Международные данные свидетельствуют, что выходцы из нижнего слоя среднего класса, т.е. «белых воротничков», и нижнего слоя рабочего класса, т.е. «синих воротничков» (включая неквалифицированных сельскохозяйственных рабочих), наиболее редко наследовали профессии отцов и были высокомобильными. Напротив, представители высшего класса и профессионалы чаще наследовали род занятий своих родителей. Таким образом, прослеживается вполне очевидная закономерность, которая подтверждается теоретическим анализом особенностей социальной пирамиды: чем выше социальный ранг, тем чаще профессия передается по наследству, и чем он ниже, тем реже наследуется род занятий родителей.

Питер Блау и Отис Данкен выяснили также другие особенности социальной мобильности в американском обществе: уровень профессиональной мобильности здесь оказался достаточно высоким (коэффициент корреляции между социально-экономическими статусами отца и сына составлял +0,38). Статус отца оказывает влияние на статус сына в основном через образование, но социально-экономические позиции семьи также влияют на возможность карьеры, независимо от образования.

Выяснилось также, что сельская молодежь, переселившаяся в город, достигает более высокого положения по сравнению со своими отцами, чем коренные горожане по сравнению со своими. На фоне своих отцов городская молодежь выглядела малоподвижной, как черепаха. Но только в сравнении со своими отцами. При сравнении вышедшей из села и городской молодежи между собой, т.е. при рассмотрении внутрипоколенной мобильности, ситуация оказалась скорее обратной. Оказалось, что чем крупнее было бывшее место жительства переселенца, тем больше у него шансов на профессиональный успех в городе. Фактически была выявлена прямая зависимость между размерами населенного пункта и масштабом профессиональных достижений. Это и понятно, поскольку в индустриальном центре крупных и средних размеров больше школ, техникумов и колледжей, следовательно, больше возможностей получить хорошую специальность. Останется ли житель этих центров на месте или переселится в другой город, в поселок или деревню, его жизненные шансы оказываются выше.

Внутрипоколенная мобильность имеет место там, где один и тот же индивид, вне сравнения с отцом, на протяжении жизни несколько раз меняет социальные позиции. Иначе она называется социальной карьерой. Пример: токарь становится инженером, а затем начальником цеха, директором завода, министром машиностроительной отрасли. Первый вид мобильности относится к долговременным, а второй — к кратковременным, процессам. В первом случае социологов больше интересует межклассовая мобильность, а во втором — перемещение из сферы физического труда в сферу умственного. Внутри-поколенческая мобильность меньше зависит от факторов происхождения в изменяющемся обществе, чем в обществе стабильном.

Восходящая мобильность типична не только для Америки. Все индустриальные страны с демократическим правлением, низкой рождаемостью и идеологией равных возможностей имеют высокий коэффициент восходящей мобильности в период 1945—1965 гг. СССР относился к таким странам, но в нем не было низкой рождаемости, зато было экстенсивное строительство промышленности, не было демократического правления, зато не было и социальных барьеров, была идеология равных возможностей. В этот период до 30\% сменили ручные занятия на неручные в США, Англии и других европейских странах. Большинство изменений относилось к межпоколенной мобильности — основано на сравнении статусов отца и сына — скорее, чем продвижение осуществилось в течение жизни сына.

Преобладание межпоколенной мобильности над внутрипоколенной мобильностью свидетельствует о том, что структура экономики детерминируется коэффициентом мобильности. Иначе говоря, основное число перемещений в профессиональной структуре вниз-вверх, по горизонтали может быть объяснено в свете социетальных переменных, а не индивидуальных различий между работниками.

Если отец — квалифицированный плотник (квалифицированный работник ручного труда), а его сын — служащий страховой компании («белый воротничок»), то работа сына, его уровень образования и стиль жизни соответствуют его более высокому статусному рангу, чем тот, который был у его отца. Но если большинство других сверстников сына также продвинутся на уровень «белых воротничков», то позиции отца и сына в сравнении со всеми другими работниками не претерпят значительных изменений. Относительная мобильность означает, что, хотя профессиональная структура изменилась в сторону увеличения удельного веса профессий умственного труда, позиции отца и сына относительно других занятых существенно не изменились.

Классовая иммобильностъ происходит, когда ранг социального класса воспроизводится в неизменном виде из поколения в поколение. Исследователи обнаруживают в современном обществе высокий уровень классовой иммобильности. Основной объем мобильности — внутри- и межпоколенной — происходит постепенно, без драматических изменений. Резко поднимаются или опускаются лишь отдельные индивиды, например выдающиеся спортсмены или рок-звезды. Успех в США и в других современных обществах определяется прежде всего приписываемым статусом — семейным положением. Этому способствует так называемое отсроченное вознаграждение — откладывание немедленного удовольствия для того, чтобы достичь в будущем значительных целей.

Стратификационные символы различаются также степенью открытости профессиональных ячеек для новичков. В значительной мере социальный ранг замужней женщины определяется статусом и мужа, а ее мобильность измеряется разницей между профессиональным статусом ее отца и мужа.

Поскольку приписываемые черты — пол, раса, социальный класс по рождению — перевешивают индивидуальный талант и интеллект при определении продолжительности образования и типа первой работы, аналитики считают, что вряд ли есть основания говорить о действительно открытой классовой системе.

 

Термин «структурная мобильность», или мобильность на основе спроса, общественных потребностей, относится к социетальным факторам, влияющим на коэффициент мобильности. Так, виды и количество наличных рабочих мест зависят от изменений экономической системы, тогда как тип и количество желающих получить данную работу зависит от коэффициента рождаемости в том или ином поколении. На основе этого мы можем оценить вероятность восходящей и нисходящей мобильности для разных подгрупп.

Новые вакансии в вертикальной мобильности открывает индустриализация. Развитие промышленности три столетия назад потребовало превращения крестьянства в пролетариат. На поздней стадии индустриализации рабочий класс стал самой многочисленной частью занятого населения. Основным фактором вертикальной мобильности являлась система образования.  Индустриализация вызвана не только межклассовыми, но и внутриклассовыми изменениями. На стадии конвейерного или массового производства в начале XX в. преобладающей группой оставались мало- и неквалифицированные рабочие. Механизация, а затем автоматизация потребовала расширения рядов квалифицированных и высококвалифицированных рабочих. В 50-е годы 40\% рабочих были мало- или неквалифицированными. В 1966 г. таковых осталось 20\%.

По мере того как сокращался неквалифицированный труд, росла потребность в служащих, менеджерах, бизнесменах. Сфера промышленного и сельскохозяйственного труда сужалась, а сфера обслуживания и управления расширялась. Наиболее четко структурная мобильность прослеживается в США (табл. 11.1).

 

Таблица 11.1

 

Динамика структурной мобильности США: 1900—1980

 

 

  1900

Стриты

1980

 10\%

Профессионалы и менеджеры

22\%

   7,5\%

Торговцы, служащие: «белые воротнички»

30\%

 36\%

Работники ручного труда

32\%

   9\%

«Синие воротнички»: обслуга

13\%

 37,5\%

Фермеры и сельскохозяйственные рабочие

  3\%

 

Источник: Hess R., Markson E., Stien F. Sociology. N.Y., 1991. P. 184.

 

В индустриальном обществе структура народного хозяйства определяет мобильность. Иными словами, профессиональная мобильность в США, Англии, России или Японии зависит не от индивидуальных особенностей людей, а от структурных особенностей экономики, соотношения отраслей и происходящих здесь сдвигов. Как показано в табл. 11.1, количество занятых в сельском хозяйстве США сократилось с 1900 по 1980 г. в 10 раз. Мелкие фермеры превратились в респектабельный класс мелких буржуа, а сельскохозяйственные рабочие пополнили ряды рабочего класса. Страта профессионалов и менеджеров за тот период удвоилась. Численность торговых работников и клерков увеличилась в 4 раза.

Подобные трансформации характерны для современных обществ: от фермы к фабрике на ранних стадиях индустриализации и от фабрики к офису — на поздних. Сегодня свыше 50\% рабочей силы занято умственным трудом в сравнении с 10—15\% в начале века.

В течение этого столетия в индустриальных странах сокращались вакансии в рабочих специальностях и расширялись в управленческих. Но управленческие вакансии заполнялись представителями не рабочих, а среднего класса. Тем не менее количество управленческих профессий росло быстрее, чем количество детей в среднем классе, способных заполнить их. Образовавшийся в 50-е годы вакуум частично заполняла рабочая молодежь. Это стало возможным благодаря доступности высшего образования для рядовых американцев.

В развитых капиталистических странах индустриализация завершилась раньше, чем в бывших социалистических (СССР, ГДР, Венгрия, Болгария и др.). Отставание не могло не сказаться на социальной мобильности: в капиталистических странах доля руководителей и интеллигенции — выходцев из рабочих и крестьян, составляет одну треть, а в бывших социалистических странах — три четверти. В давно индустриализованных странах типа Англии доля рабочих крестьянского происхождения очень низка, здесь больше так называемых потомственных рабочих. Напротив, в восточноевропейских странах она очень высока и достигает порой 50\%.

Именно благодаря структурной мобильности два противоположных полюса профессиональной пирамиды оказались наименее подвижными. В бывших социалистических странах самыми закрытыми были два слоя - слой высших руководителей и расположенный внизу пирамиды слой подсобных рабочих — самый престижный и самый непрестижный виды деятельности.

Провозглашенный в конце 1991 г. в России курс экономической политики, получивший название «шоковой терапии» и нашедший продолжение в «ваучерной» приватизации и конвертизации военно-промышленного комплекса, привел страну к глубокому кризису, который носит системный характер, т.е. охватывает все стороны жизни общества. В результате изменилась к худшему структура промышленности. Больше других пострадали отрасли, входившие в военно-промышленный комплекс, где было сосредоточено производство наукоемкой продукции, а также гражданское машиностроение, осуществляющее, в частности, выпуск станков, турбин и т.д. Преобладание получили добыча полезных ископаемых и их первичная обработка (в металлургии и химии). В полном упадке находится легкая и текстильная промышленность из-за вытеснения ее продукции импортными товарами. Вместе с падением сельскохозяйственного производства и замещения отечественных продуктов импортом свертывается ряд отраслей пищевой промышленности.

Из кризисных отраслей высвобождались огромные массы занятых, в основном средне- и высококвалифицированных специалистов. Часть из них эмигрировала за рубеж, часть перешла в частный бизнес, открыла собственные малые предприятия, часть ушла в «челноки», а многие оказались безработными. За 10 лет численность занятых в науке и научном обслуживании сократилась с 3,4 до 1,5 млн человек; большинство перешло в другие отрасли, до 1/10 выехали за границу.

Производственные и научно-исследовательские коллективы ослабевают, распадаются, а многие просто исчезают. Из-за отсутствия средств на приобретение новой техники и ремонт старой, покупку удобрений и т.д. сокращается слой механизаторов на селе. Сокращение инвестиций в экономику привело к физическому и моральному старению оборудования во всех отраслях народного хозяйства. Увеличилось отставание России от развитых стран по техническому уровню производства. Нормальный процесс воспроизводства соответствующих социальных групп оказался нарушенным, поскольку молодежь не стремится в сферу промышленности и сельского хозяйства.

Таким образом, структурная перестройка в России в конце 90-х годов привела к горизонтальной и нисходящей вертикальной мобильности.

 

Фактически до 60-х годов в СССР не проводилось исследований социальной мобильности, да и само понятие казалось достаточно сомнительным из-за своего «буржуазного» происхождения. Требовалась незаурядная научная смелость, чтобы сделать эту проблему объектом научного анализа. Вместо термина «социальная мобильность» применялись другие, а именно «социальная подвижность», «социальное движение», «социальные перемещения». По мнению М.И. Руткевича и Ф.Р. Филиппова, «социальные перемещения» - более широкое понятие, чем «социальная мобильность», поскольку характеризуют не только изменчивость, но и стабильность развития. В своей книге «Социальные перемещения» эти социологи выявили специфику социальной мобильности в индустриальных и урбанизированных районах СССР, между поколениями и внутри них.

Всесоюзное исследование «Показатели социального развития советского общества», осуществленное Институтом социологических исследований АН СССР (рук. Г. В. Осипов), охватившее рабочих и инженерно-производственную интеллигенцию в основных отраслях народного хозяйства девяти регионов, зафиксировало противоречия в развитии советского общества и его социальной структуры. До начала 80-х годов наблюдалась довольно высокая динамика социально-структурных изменений, но с конца 70-х общество утрачивает динамизм, начинает стагнировать, преобладают воспроизводственные процессы. При этом и само воспроизводство деформируется — растет численность бюрократии и «нетрудовых элементов», деятели теневой экономики превращаются в фактор латентной структуры, высококвалифицированные рабочие и специалисты зачастую выполняют работу ниже уровня своего образования и квалификации. Эти «ножницы» в среднем по стране составляли от 10 до 50\% по различным социальным слоям.

Крупномасштабное исследование социальной мобильности ИСИ АН СССР (1984-1988 гг.) осуществлялось в 12 республиках и областях совместно с отделом социальной статистики ЦСУ СССР и многими региональными центрами. Сопоставление данных о трудовой карьере людей, вступивших в трудовую жизнь от начала 40-х до начала 80-х годов, позволило по-новому увидеть тенденции социальной мобильности. Выяснилось, что трудовая карьера в 50-е годы начиналась в 18 лет, в 70-е годы - в 20 лет. Женщины, как правило, начинали работать позже мужчин (что объясняется рождением и воспитанием детей). Самой притягательной группой для молодежи выступала интеллигенция. Опрос людей и анализ трудовых книжек показали, что 90\% всех перемещений приходится на первое десятилетие трудовой деятельности, 9\% - на второе, 1\% — на третье. На начальный период приходится до 95\% так называемых возвратных перемещений, когда люди возвращаются на ту позицию, которую покинули. Эти данные лишь подтвердили то, что известно всем на уровне здравого смысла: молодежь ищет себя, пробует разные профессии, уходит и возвращается.

Были получены интересные данные о демографическом составе перемещающихся. В целом женщины оказались мобильнее мужчин, а молодые мобильнее пожилых. Но мужчины в своей карьере чаще перепрыгивали через несколько ступеней, чем женщины, которые передвигались постепенно. Из малоквалифицированных рабочих в высококвалифицированные и в специалисты мужчины продвигались в несколько раз чаще женщин, а женщины часто переходили из высококвалифицированных рабочих в специалисты.

Переход из крестьян и рабочих в интеллигенцию называется вертикальной межклассовой мобильностью. В 40—50-е годы она была особенно активной. Место старой интеллигенции заняли выходцы из рабочих и крестьян. Сформировалась новая социальная группа — «народная интеллигенция». Партия большевиков выдвигала на руководящие посты в промышленности, сельском хозяйстве, органах управления простых людей, так называемых «красных директоров», «выдвиженцев». Высший класс, если под таковым понимать партийную номенклатуру, составлявшую не более 1,5\% всего населения, продолжал пополняться за счет низов и позже. К примеру, в составе Политбюро ЦК КПСС (высшего слоя правящего класса) 1965—1984 гг. выходцы из крестьянства составляли около 65\%, из рабочих — 17, а из интеллигенции — 18\%.

Однако инфильтрация представителей низов в высший класс проходила в ограниченных масштабах. В целом в 60—80-е годы межклассовая мобильность замедлилась, массовые переходы по существу прекратились. Наступил период стабилизации.

Когда рабочие, крестьянство и интеллигенция пополняются в основном за счет выходцев из своего класса, говорят о самовоспроизводстве класса, или воспроизводстве его на собственной основе. Согласно крупномасштабным исследованиям (охватывающим страну, целые регионы или города), проведенным в разные годы Ф.Р. Филипповым, М.Х. Титмой, Л.А. Гордоном, В.Н. Шубкиным, 2/3 интеллигенции пополнялись за счет выходцев из этой группы. Еще выше эта доля среди рабочих и крестьян. Дети рабочих и крестьян чаще переходят в категорию интеллигентов, чем дети интеллигентов становятся крестьянами и рабочими. Это явление называется также саморекрутированием.

На первый план выступила внутриклассовая мобильность, на которую приходилось в 70-80-е годы до 80\% всех перемещений. Внутриклассовую мобильность иногда называют переходом от простого к сложному труду: рабочий остается рабочим, но его квалификация постоянно растет.

Исследование, проведенное Институтом социологии РАН на базе территориальной общероссийской выборки объемом около 2000 человек, позволило определить основные траектории групповой и индивидуальной мобильности в российском обществе в 1986—1993 гг. Данные показали, что большинство российских граждан сохранило социально-профессиональный статус. Большинство управленцев осталось на своих местах. Численность дипломированных специалистов уменьшилась несущественно. Доля неработающего населения увеличилась. Кроме тех, кто стал пенсионером, в число неработающих вошли и безработные. Некоторые позиции пересекаются: например, дипломированный специалист может остаться таковым, перейдя в группу предпринимателей либо безработных. Управленцы продолжали пополнять свои ряды за счет дипломированных специалистов. Такой переход является традиционным для советской системы.

В «предперестроечные» годы в управленческий корпус вошло особенно много образованных и квалифицированных людей, как правило, технических специалистов. За последние восемь лет группа технических специалистов становилась все более самовоспроизводящейся. Активно пополняли ее состав только учащиеся, хотя в их числе имеются и выходцы из рабочих. Здесь надо учитывать традицию советской системы образования, дающую некоторые преимущества рабочим при распределении мест в вузах, особенно на вечерних и заочных отделениях.

В СССР доля рабочих в занятом населении постоянно увеличивалась. Однако в условиях модернизации число мест, требующих ручного труда, а вместе с тем и доля неквалифицированных слоев рабочего класса обычно сокращаются. Данные показывают, что доля рабочих в современной России сокращается, но крайне низкими темпами. Одной из самых немобильных групп, как и прежде, остается крестьянство. По-прежнему продолжается, хотя и не столь интенсивно, переход крестьян в рабочие. Социальная прослойка неработающих наиболее подвижна.

 

Самое полное описание каналов вертикальной мобильности было дано П. Сорокиным, называвшим их «каналами вертикальной циркуляции». По мнению Сорокина, поскольку вертикальная мобильность в той или иной степени существует в любом обществе, даже в первобытном, между стратами нет непроходимых границ. Между ними существуют различные «отверстия», «люфты», «мембраны», через которые индивиды перемещаются вверх и вниз.

Особое внимание Сорокина привлекали социальные институты — армия, церковь, школа, семья, собственность, которые используются в качестве каналов социальной циркуляции.

Армия функционирует в этом качестве не в мирное, а в военное время. Крупные потери среди командного состава приводят к заполнению вакансий из низших чинов. Во время войны солдаты продвигаются благодаря таланту и храбрости. После повышения в звании они используют полученную власть как канал для дальнейшего продвижения и накопления богатств. У них появляется возможность грабить, мародерствовать, захватывать трофеи, брать контрибуции, уводить рабов, окружать себя помпезными церемониями, титулами, передавать свою власть по наследству.

Известно, что из 92 римских императоров 36 достигли этого, начав с низших чинов. Из 65 византийских императоров 12 выдвинулись благодаря армейской карьере. Наполеон и его окружение, маршалы, генералы и назначенные им короли Европы вышли из простолюдинов. Кромвель, Грант, Вашингтон и тысячи других командующих достигли самого высокого положения благодаря армии.

В советском обществе работа в милиции в течение последних десятилетий представляла один из постоянно действующих каналов социальной мобильности, в частности перемещения из деревни в город, и происходило это в значительной степени из-за дефицита горожан, желающих служить в милиции. В московскую милицию принимали отслуживших. В армии молодых людей в возрасте до 35 лет и не имеющих московской прописки. Иного способа попасть в столицу, как только устроиться в милицию, скажем, у выходцев из российской глубинки могло и не существовать. Не только армия и милиция, но и силовые структуры в целом раньше и теперь выступают мощным каналом вертикальной мобильности, позволяющим людям совершить восхождение из периферийных в центральные сегменты общества.

Церковь как канал социальной циркуляции переместила большое число людей с низов до вершин общества. Геббон, архиепископ Реймса, был в прошлом рабом. Папа Григорий VII — сыном плотника. П. Сорокин изучил биографии 144 римских католических пап и установил, что 28 из них вышли из низов, а 27 — из средних слоев. Институт целибата (безбрачия), введенный в XI в. папой Григорием VII, обязывал католическое духовенство не иметь детей. Благодаря этому после смерти должностных лиц освободившиеся позиции заполнялись новыми людьми.

Церковь была каналом не только восходящего, но и нисходящего движения. Тысячи еретиков, язычников, врагов церкви были отданы под суд, разорены и уничтожены. Среди них было немало королей, герцогов, князей, лордов, аристократов и дворян высоких рангов.

Школа. Институты воспитания и образования, какую бы конкретную форму они ни приобретали, во все века служили мощным каналом социальной циркуляции. США и СССР относятся к обществам, где школы доступны всем его членам. В таком обществе «социальный лифт» движется с самого низа, проходит по всем этажам и достигает самого верха.

США и СССР — самые яркие примеры того, как можно добиться впечатляющих успехов, стать великими индустриальными державами мира, придерживаясь противоположных политических и идеологических ценностей, но в одинаковой степени обеспечив своим гражданам равные возможности получить образование.

Британия представляет другой полюс, на котором привилегированные школы доступны только высшим слоям населения. «Социальный лифт» короткий: он движется только по верхним этажам социального здания.

Пример «длинного лифта» представляет древний Китай. В эпоху Конфуция школы были открыты для всех классов. Каждые три года устраивались экзамены. Лучшие студенты, независимо от статуса их семей, отбирались и переводились в высшие школы, а затем в университеты, откуда они попадали на высокие правительственные посты. Под влиянием Конфуция правительство мандаринов слыло правительством китайских интеллектуалов, возвеличенных благодаря школьному «механизму». Образовательный тест выполнял роль всеобщего избирательного права.

Таким образом, китайская школа постоянно возвышала простых людей и препятствовала продвижению представителей высших слоев, если они не соответствовали требованиям. В результате служебные обязанности выполнялись достойно, а должности занимались исходя из личных талантов.

Большие конкурсы в колледжи и университеты во многих странах объясняются тем, что образование является самым быстрым и доступным каналом вертикальной мобильности.

Собственность наиболее ярко проявляется в виде накопленных богатств и денег. Именно они — один из самых простых и действенных способов социального продвижения. В XV—XVIII вв. европейским обществом стали править деньги. Достигали высокого положения только те, кто имел деньги, а не знатное происхождение. Последние периоды истории Древней Греции и Рима были такими же.

По мнению П. Сорокина, не все, но лишь некоторые занятия и профессии способствуют накоплению богатств. Согласно его расчетам, это позволяет сделать занятие фабриканта (29\%), банкира и биржевика (21\%), торговца (12\%). Професси

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 |

крем Osteoren