Имя материала: Социальная экология

Автор: А.В.Лосев

1. историческая ретроспектива развития экологических взглядов

 

Даже краткий историографический обзор литературы по экологии весьма затруднителен, во-первых, потому, что возрос объем публикаций. За последнее 10-летие в мире вышло в свет свыше 17 тыс. работ по экологическим проблемам, не считая журнальных и газетных статей. Во-вторых, элементы знаний, относимые в настоящее время к экологии, были рассеяны в трудах многих ученых. После длительного периода общего застоя естественных наук в эпоху средневековья элементы экологических знаний вновь появляются в работах естествоиспытателей и путешественников.

Проблема взаимодействия общества с природой стала предметом исследования уже античных мыслителей Гиппократа, Геродота, Фукидида, Ксёнофонта, Платона, Аристотеля, Страбона, Полибия прежде всего в связи с попыткой объяснить этногенетическое и этнокультурное многообразие народов естественными причинами, а не волею каких-то высших существ. Важная роль природного фактора в жизни общества отмечалась в Древней Индии и Китае, арабскими учеными средневековья-родоначальником учения о зависимости развития человеческого общества от окружающих природных условий считается Гиппократ (480—377 гг. до н.э.), который в своей знаменитой книге «О воздухах, водах и местностях» писал о прямой связи состояния здоровья населения и успеха в лечении многих болезней от климата. Более того, по убеждению Гиппократа, климат определяет особенности национального характера. В целом для Гиппократа, прежде всего врача, характерна постановка вопроса именно в плоскости воздействия природы на каждый отдельный человеческий индивид, а не на общество1. Поэтому Гиппократ по праву считается отцом медицинской географии.

Почти одновременно мысль о зависимости общественного развития от природы была высказана древнегреческим историком Геродотом (484-425 гг. до н.э.). В своей «Истории» он попытался вслед за Гиппократом объяснить черты характера населяющих местность людей и политический строй разных стран особенностями

 

1 Гиппократ. Избранные книги. — М., 1936. — С. 293, 302-304.

 

природы (под которой он прежде всего понимал климат, плодородие, ландшафт) 1.

Древнегреческий историк Фукидид (460-400 гг. до н.э.) объяснял могущество современных ему Афин влиянием природных факторов. Приходящие волнами племена переселенцев с севера стремились завоевать прежде всего плодородные части Греции. Земли Аттики были бедны природным плодородием и не особенно привлекали воинственных пришельцев, поэтому здесь длительное время проживало одно и то же население, что способствовало, по мнению Фукидида, последующему расцвету культуры Афин. Фукидид объяснял особенности развития общества не прямым влиянием природных факторов, а через накопление богатства и связанные с ним «внутренние распри» (классовую борьбу)2. Фукидид отмечал относительность природного фактора: в условиях распространения пиратства выигрывали те города, которые были вдали от моря, но в благоприятные времена развития торгового мореплавания существенную выгоду городу давала близость к морю.

Историк Ксенофонт (430—355 гг. до н.э.) в произведении «Доходы города Афин» отмечал, что умеренный климат Аттики весьма способствовал получению высокого дохода, развитию полезных искусств. Эти же мысли о влиянии климата приведены им в «Афинском государстве»3 и позднее в «Греческой истории»4.

А. Тойнби5 обнаружил интересные высказывания древнегреческого философа Платона (427—347 гг. до н.э.) об истощении почв и иссушении территории Греции в результате разрушающего действия людей. Но эти важные свидетельства были забыты до середины XIX в., когда на ухудшение природных условий Греции под воздействием людей обратили внимание ученые Фраас и Марш. Платон также считал, что характер людей зависит от географической среды6.

 

1 Геродот. История в 9 книгах. — Л., 1972. — С. 192-193, 198-199, 217, 231. Кн. 2. - С. 131. Кн. 4. - С. 313, 320, 369.

2 Фукидид. История. Т. 1. — СПб., 1994. — С. 4.

3 Ксенофонт. Сочинения. Вып. 5. Мелкие статьи. — Митава, 1880. - С. 71, 180.

4 Ксенофонт. Греческая история. — Л., 1935. — С. 114, 168, 169.

5 Сере П.-Б. Климат и цивилизация // Изменение климата. — М., 1958. - С. 62.

6 Платон. Государство // Собр. соч. в 4 т. Т. 3 — М., 1994. — С. 208.

 

Ученик Платона Аристотель (384—322 гг. до н.э.) также рассматривал влияние природных условий на характер людей и политический строй'. При этом общим у Платона и Аристотеля было стремление обосновать природную предопределенность господства эллинов над варварами. Интересны замечания Аристотеля об оптимальных размерах территории государства, численности его населения и его приросте. Дальше он развивает изложенную Геродотом идею Солона о том, что идеальному государству нужна определенная конфигурация границ.

Диодор Сицилийский первым сформулировал мысль о зависимости между производительной силой труда и природными условиями. Он отмечал природные преимущества земледелия у египтян перед другими народами Средиземноморья2. Рослость и тучность индийцев (о которых он знал из рассказов) он прямо связывал с изобилием плодов, также природными факторами он объяснял особенности скифов и троглодитов3.

Глубокие суждения о взаимодействии природы и общества оставил нам Страбон в своей знаменитой «Географии». Весьма содержательны его замечания о необходимости учета географических особенностей страны в управлении и военном деле4, геофафических и исторических преимуществах Европы для развития цивилизации5, чему мешали дикие звери в Ливии6 и скудость земли в Иберии7. Один из разделов его книги специально посвящен выяснению причин величия античного Рима, которые Страбон видел отчасти в особенностях природы и географии Италии8. Страбон считал, что географическая среда не главная причина, а условие общественного развития: у Греции и Рима были не идеальные природные условия, но благодаря хорошим правителям они успешно им противостояли.

Таким образом, мы видим, что уже в античное время сформировались основные направления географического детерми- низма: «физиологическое», подчеркивающее зависимость от природных условий организма и психики людей и через них —

 

' Аристотель. Политика // Соч. в 4 т. Т. 4. — М., 1983. — С. 601.

2 Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Ч. 1. — СПб, 1774. - С. 57.

3 Там же. - С. 217

4 Страбон. География. - М., 1994. - С. 14-16.

5 Там же. - С. 126-127.

6 Там же. - С. 130.

7 Там же. — С. 135.

8 Страбон. География. — С. 262—264.

общества (Гиппократ); геополитическое, считающее решающим для государства географического положения; а также направления, представители которого более трезво оценивали влияние совокупности географических условий на общество (Геродот, Страбон).

Значительно хуже нам известны произведения ученых древнего и средневекового Востока, переводов которых на русский и другие европейские языки пока явно недостаточно. Уже во II в. до н.э. в Древней Индии в «Законах Ману» рекомендуется учитывать влияние природной среды при применении войск1. В знаменитом древнеиндийском трактате «Артхашастра, или наука политики» предлагается определять границы по естественным рубежам2 .

Глубокие соображения о влиянии природного фактора на различные аспекты общественной жизни высказывались в средневековом Китае3. В частности, была определена необходимость учитывать географические условия при строительстве городов, дорог4. Большое внимание уделялось географическому фактору при ведении военных действий5.

Признание христианства государственной религией и идеологией Римской империи отбросило европейскую науку от достигнутых античными учеными рубежей, обрекло ее на более чем тысячелетнее безраздельное господство примитивной библейской версии божественного предопределения биологических и исторических особенностей развития народов. Поэтому лишь в эпоху Реформации в Европу вернулись идеи географического детерминизма, который явился значительным прорывом в естественно-историческом объяснении генезиса цивилизации. Впервые их систематически изложил французский ученый Ж. Боден (ХVI в.) с целью объяснить различием природных условий различие

судеб государств. Огромное влияние на последующее развитие в европейской науке понимания взаимодействия природы и общества оказала книга Монтескье «О духе законов», в которой была предпринята попытка решить проблемы влияния климата на человека и общество, связи развития земледелия и плотности населения и т.д.

 

1 Законы Ману. - М., 1960. - С. 132-133.

2 Артхашастра, или наука политики. — М.; Л.,' 1959. — С. 52, 123, 285.

3 Штейн В.М. Гуаньцзы. - М., 1959. - С. 257, 304, 305, 328, 333, 343, 355, 371, 377.

4 Сунь Цзинь-чжи. Экономическая география как наука. — М., 1959. - С. 11, 87.

5 Конрад H.ff. У-цзы. Трактат о военном искусстве. — М., 1958. — С. 39; Он же. Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. М.; Л., 1950. — С. 46-48.

В трудах французских натуралистов Жоржа Бюффона (1707— 1788) и Жана Ламарка (1744—1829) изложены взгляды на эволюцию взаимодействия животного и растительного мира, человека и среды обитания.

На Западе о происхождении видов «в истинно научном духе», как указывал Ч. Дарвин, писал французский биолог Ж. Бюф-фон. Однако Бюффон не смог создать целостной теории эволюции, да и его взгляды в течение жизни сильно изменялись. Первоначально он занимался математикой и физикой, позже целиком посвятил себя описательному естествознанию. С 1739 г. работал директором Ботанического сада в Париже. В области биологии Ж. Бюффон подготовил «Естественную историю». Признавал изменяемость видов под влиянием окружающей среды, хотя и не развил своих взглядов в серьезно обоснованную теорию.

В области геологии Бюффон создал увлекательную, хотя и во многом фантастическую и одностороннюю теорию естественно-исторического развития земного шара и его поверхности. В «Теории Земли» (1749) и «Эпохе природы» (1778) он разделил историю Земли на семь периодов, определив общий возраст Земли около 75 тыс. лет. Подсчет оказался неправильным, но идея о разделении истории Земли на длительные периоды оказалась для науки актуальной. Заслуживали внимания мысли Бюффона о вымирании одних видов животных и растений и возникновении других, о наземных животных, позднее морских и ряд других идей, которые были в то время новыми и прогрессивными. Труды Бюффона подверглись жестокому преследованию со стороны духовенства.

Особенную роль в истории эволюционных теорий сыграли труды французского биолога Ж. Ламарка и, в частности, «Философия зоологии» — «первое произведение, в котором вопрос о происхождении организмов обсуждался не мимоходом, а со всей необходимою широтой охвата, во всеоружии научных знаний того времени» 1.

Велика роль Ламарка в том, что он впервые создал теорию исторического развития живой природы. В трудах «Французская флора» и «Философия зоологии» он рассматривает живое как результат непосредственного зарождения из неживого. Для Ламарка очевиден факт зарождения живого из неживого без всякого вмешательства потусторонней силы. «Природа располагает достаточным числом естественных факторов и, пользуясь теплом, светом, электричеством и влажностью, образует самопроизвольные

 

1 Тимирязев К.А. Соч. Т. 6. - М., 1939. - С. 70.

 

или непосредственные зарождения...»1.

Эволюционная теория Ламарка завершается разбором проблем происхождения человека. Он развил интересную мысль о путях «очеловечивания» обезьяны (переход к вертикальному положению, появление речи и т.п.). Он не только анализировал происхождение человека, но и разбирал в своих работах вопросы психической деятельности человека.

Реформация освободила западноевропейскую науку от тя-   желых пут религиозных догматов. Аналогичные явления в России развивались со значительным отставанием. В XVII в. — первой половине XIX в. в русской науке был творчески освоен передовой зарубежный опыт и высказан целый ряд оригинальных взглядов на причины особенностей исторического развития России в связи со специфичностью природно-климатических условий. В процессе буржуазных реформ середины XIX в. радикально изменились социальный состав исследователей, задачи и характер научных работ, проблема секуляризации общественных наук отступила на второй план. Однако полученные в предшествующий период результаты сыграли огромную роль в развитии отечественной науки и послужили основой нового этапа научного осмысления проблемы взаимодействия природы и общества.

Первым сочинением, созданным в России, в котором содержалась целая система взглядов на вопрос о воздействии природы на общество, была «Политика» Ю. Крижанича (1663— 1666)2. Ю. Крижанич впервые дал оценку географического положения и природных ресурсов России того времени, подчерк нул неудобство расположения государства для внешней торговли и относительную безопасность его границ. Ю. Крижанич явно преуменьшал природные богатства Европейской России (с. 382) и вместе с тем одним из первых правильно подметил огромное значение освоения природных ресурсов Сибири (с. 389), выдвинул идею поиска водного пути из Архангельска в Китай и Индию, поставил вопрос о рациональном размещении производства вблизи источников сырья (с. 401, 405). Хорошо зная другие страны, он подчеркнул неблагоприятное влияние природы на сельское хозяйство России, да и ее общая отсталость, по его мнению,

 

1 Ламарк Ж. Философия зоологии. Т. 2. — М., 1937. — С. 124.

2 Крижанич Ю.Ю. Политика. — М., 1965. — С. 383.

 

объяснялась не божественным промыслом, а скудостью природы. Взгляды Ю. Крижанича концептуально противоречили господствовавшему мировоззрению и не получили распространения или развития. Большинство его произведений стало известно только в XIX в.

Мощный толчок секуляризации науки дали реформы Петра I как за счет ограничения идеологического всевластия православного духовенства внутри страны, так и за счет открытия русской науке возможности осваивать западноевропейский опыт. Это сказалось и на научном осмыслении воздействия природы на общество. В XVIII в. линию Ю. Крижанича продолжил В.Н. Татищев, призывавший к учету всей совокупности географических условий. На остроумных примерах он показал, как пренебрежение особенностями географической обстановки в областях государства ведет к крупным просчетам в хозяйственной деятельности 1.

В русской науке XVII-XIX вв., как и в западноевропейской, параллельно преодолению религиозно-мистической концепции общественного бытия идет самостоятельное выяснение реальных пределов географической детерминированности особенностей социально-экономического и культурного развития народов. Российскими учеными высказываются различные оценки степени влияния природного фактора. При этом привлекается все более обширный фактический материал из жизни России и населяющих ее народов, строятся все более развитые системы доказательств в обоснование своей точки зрения и тем самым обеспечивается общее движение вперед научного знания о взаимодействии природы и общества.

К концу XVIII в. в России распространяется идея, что человек не только подвержен влиянию природы, но и сам воздействует на нее. Так, Н.Е. Черепанов в это время писал: «Поверхность земноводного шара ... подвержена была многоразличным переменам, отчасти естественным, отчасти произведенным самими людьми». При этом люди могут или превращать «через их образ

 

1 Татищев В.Н. Избранные труды по географии России. 1950. - С. 204, 213.

жизни плодородные страны в пустыни», или улучшать местность, при этом «и сами они переменяются»1.

Из авторов XVIII в. наиболее полно влияние природы на общество осветил И. Болтин, который, отметив, что по вопросу о роли климата имеются две противоположные позиции Монтескье—Дюбо и Гельвеиия—Леклерка, заявил, что сам он на стороне тех, «кои держатся средние дороги, то есть, кои хотя и полагают климат первенственной причиной в устроении и образовании человеков, однакож и других содействующих ему причин не отрицают»2. По его мнению, климат воздействует через тело человека на его душу совместно с другими обстоятельствами: горами, водами, болотами, и т.д.3. Даже при одинаковом правлении и воспитании местные различия природы производят различия в людях, при одном и том же климате в ходе истории нравы могут меняться из-за общения с другими народами. Изменения климата вызывают изменения в характере народов. И. Болтин излишне расширительно трактовал понятие климата, но его влияние признавал только на физиологические и психические свойства людей.

В первой половине XIX в. более разносторонне рассматривал влияние природы на общество К. Вэр. Он отмечал «влияние местного характера страны на социальные отношения живущего в ней народа»4. По его мнению, бедность природы задерживает общественное развитие5, а бедна та природа, в которой слабо развита органическая жизнь. Так как средства для жизни зависят от тепла и воды, цивилизация не развивается в холодных и сухих

 

1 Черепанов Н.Е. Географическо-историческое учение. Ч. II. — СПб., 1793. - С. 3, 5.

2 Болтин И. Примечания на историю древния и нынешния России г. Леклерка. Т. 1. - СПб., 1788. - С. 6.

3 Там же. — С. 8.

4 Вэр К. О влиянии внешней природы на социальные отношения отдельных народов и историю человечества // Карманная книжка для любителей землеведения. — СПб., 1848. — С. 205.

5 Там же. — С. 206.

странах. Разнообразие природного ландшафта, чередование гор и долин, лесов, рек и т.д. способствует ускорению развития. О важности природного фактора, по его мнению, говорит и то, что именно географическая изолированность привела к историческому отставанию современного ему Китая 1.

В своем исследовании К. Вэр развивает положение, что «судьба народов определяется наперед и как бы неизбежно природою занимаемой ими местности»2. Он сознательно противопоставляет географический детерминизм представлению исторического процесса как истории деятельности отдельных личностей3. Место жительства человека «должно доставлять ему материал, на котором он мог бы упражнять и развивать свое искусство»4. В разных местностях люди находили различные материалы. Так, в историческом развитии сыграли роль наличие или отсутствие тех или иных материалов или животных, пригодных для одомашнивания, или пригодных к окультуриванию растений.

С точки зрения К. Вэра сам факт наклонения оси Земли к плоскости ее орбиты обусловил развитие человечества. Различие народов зависит «от различия физических условий местности»5, однако, по К. Вэру, климат изменяется от экватора к полюсу постепенно, а границы народов резкие из-за естественных условий сообщения между ними. Горы разделяют людей, реки нет. Косвенно рельеф влияет на человечество через климат.

К. Вэр подчеркивал, что «человек пользуется производительными силами природы, но создать их, умножить, или уменьшить он не может»6. Вместе с тем, хотя судьбы народов определены физическими свойствами местности проживания, «но осуществляют и развивают эту судьбу конечно только врожденные человеку стремления и способности»7.

 

1 Вэр К. О влиянии внешней природы на социальные отношения отдельных народов и историю человечества. — С. 209.

2 Там же. С. 210.

3 Там же. С. 231.

4 Там же. С. 211.

5 Там же. С. 226.

6 Там же. — С. 222.

7 Там же. — С. 230.

 

Приблизительно в то же время, но в более общей форме идеи географического детерминизма были высказаны Н.И. Надеждиным. По его мнению, жизнь народов зависит от физических условий места жительства «и потому географические особенности их родных стран дают множество посылок к важным выводам об их историческом развитии». И далее он делает излишне смелый вывод, что «все народы имели глубокую уверенность в тесной, непосредственной связи географии с историей» 1. Он особо отмечал значение рек как путей расселения народов и средств сообщения между ними 2.

До сих пор не утратило научную ценность его замечание о роли статистики, интересующейся теми природными свойствами местности, которые влияют на быт людей, «дают деятельности их особое направление и, таким образом, помогают или препятствуют их общественному развитию и государственному устройству. Как и в какой мере разные видоизменения местности обнаруживают свое влияние на ее жителей, это должно составлять предмет самих статистических описаний»3.

Вместе с тем Н.И. Надеждин уже понимал ограниченность географического детерминизма в объяснении исторического процесса и поэтому он писал: «Человек есть несравненно более, чем только жилец, есть настоящий хозяин и владелец земного шара, сам в себе носящий начала особого порядка явлений и действий, способных в некоторой степени видоизменять естественный порядок земного устройства 4.

Еще более резко против географического детерминизма высказывался М.А. Балугьянский: «Предрассудок один думать, что климат может иметь такое влияние, коего человек не в силах преодолеть своими трудами»5.

 

1 Надеждин Н.И. Опыт исторической географии русского мира // Библиотека для чтения. Т. 22. — М., 1837. — С. 27-79.

2  Там же. — С. 28, 43—44; Он же. О русских народных мифах и сагах в применении их к географии и особенно к этнографии русской// Русская беседа. 1852. № 1. — С. 48.

3 Вальская БА. Об экономико-географическом изучении России статистическим отделением министерства внутренних дел в 1835—1852 гг. // Вопросы географии. Сб. 27. — М.: МГУ, 1951. — С. 306.

4 Надеждин Н.И. Об этнографическом изучении народности русской. - СПб, 1846. - С. 153.

5 Перцик Е.Н. К.И. Арсеньев и его работы по районированию России. — М.: Наука, 1964. — С. 24.

 

Конкретный анализ влияния природных условий на общество для территории России лучше других в первой половине XIX в. был дан в географических трудах К.И. Арсеньева 2. В противовес многим предшественникам К.И. Арсеньев подчеркивает природные, водные, полезные ископаемые богатства России 3. Одним из первых он подметил невыгодное направление течения главных сибирских рек (с юга на север), подчеркивал необходимость ведения полеводства в соответствии с требованиями конкретной местности 4.

Наиболее полный и глубокий в русской науке середины XIX в. анализ взаимодействия природы и общества дал К.Д. Ушинский. Внешняя природа в своих крайностях, по К.Д. Ушинскому, противодействует развитию общества: «Так, бесплодие, мрак и холод Сибири оставляют человеку одну возможность думать о продолжении самого животного существования; так же и безмерная щедрость природы южных стран Азии усыпляет в человеке все человеческие порывы 5. К постоянным вредным явлениям природы прибавляются временные, но «почти все из этих препятствий могут быть удалены... соединенными усилиями целого общества, притом общества в его развитии» 6, для того «чтобы сознательно, свободно пользоваться природой.., а не быть рабом ее доброго или дурного влияния, должно знать законы природы»7. Прогрессивной была мысль ученого о том, что «человек не борется с природой, а только сознает ее законы, и это сознание дает ему власть над нею» 8.

Догадки Монтескье о влиянии природы на общество Ушинc- ский считал более остроумными, чем основательными. Для правильного решения этой проблемы, по его мнению, нужен более

 

1 Арсеньев К.И. Обозрение физического состояния России и выгод от того проистекающих для народных промыслов, ныне существующих. — СПб., 1818.

2 Арсеньев К.И. Статистические очерки России. СПб., 1848. — С. 50.

3 Там же. — С. 224.

4 Ушинский К.Д. Лекции в Ярославском лицее // Собр. соч. Т. 1. — М.; Л., 1948. С. 72.

5 Там же.

6 Там же. — С. 73.

7 Там же. — С. 175.

глубокий взгляд и огромное число сведений» 1. По Ушинскому, физическое разделение земного шара отражается в разделении труда между народами, а человечество «этим разделением соединяется в одно великое общество, поприщем для которого вся земля, имуществом которого все богатства природы, а орудиями все ее неистощимые силы» 2.

К.Д. Ушинский указывал на совпадение этнических и природных границ: «Перемены в природе часто с необыкновенной верностью отражаются в этнографических переменах»3, хотя «человеческий произвол часто переступает естественные границы деления, но только переступает границы, а никогда совершенно не переменяет их»4. В совпадении «законов организации человеческого общества с организацией) земли» К.Д. Ушинский видел «естественный переход от наук географических к наукам общественным»5. Анализируя природные условия России и Северной Америки, Ушинский делал попытку установить характер их влияния на общественное развитие. В то же время Ушинский критиковал тех, кто, зная уже историю, выводит ее из местности, «так что природа является у них царицей, а человек только исполняет ее веления» 6.

К взглядам К.Д. Ушинского примыкали идеи К.С. Весе-ловского, который отмечал, что «знание климатических условий и зависимости, в какой находится от них растительная жизнь, дает средство вернее понимать формы гражданского развития населения»7. Однако хотя зависимость человека и общества от климата стала аксиомой, но мало исследовано то, как обнаруживается это влияние и до какой степени оно простирается. Влияние внешней среды переплетается с другими факторами, так что трудно проследить в отдельности действие каждой из причин.

Таким образом в русской науке XVII — первой половины XIX в. не только шло освоение накопленного мировой наукой опыта

 

1 Ушинский К.Д. О камеральном образовании// Собр. соч. Т. 1. — С. 106; см. также - С. 176, 177.

2 Там же. — С. 178, см. также — С. 187, 190.

3 Он же. Лекции в Ярославском лицее. — С. 356.

4 Там же. С. 190.

5 Там же. С. 192.

6 Там же. С. 536.

7 Веселовский К.С. О климате России. — СПб., 1857. — С. 49.

рассмотрения проблемы взаимодействия природы и общества, но и высказывались совершенно самостоятельные, не утратившие и поныне своего значения точки зрения, особенно о влиянии природного фактора на исторический процесс в России.

В истории науки важное место занимают взгляды Ч. Дарвина, К.Ф. Рулье, Н.А. Северцова на эволюцию взаимодействия живого и растительного мира, человека и среды его обитания.

Учение Дарвина (1809—1885) явилось результатом всего предшествующего развития научной мысли и исследования живой природы. Будучи подготовлено всем предыдущим ходом развития биологической науки, учение Дарвина создавалось в то же время на основе изучения практики искусственного изменения природы растительных и животных форм. Изучив опыт работы селекционеров Англии (происхождение и изменчивость пород лошадей, свиней, кошек, кроликов, уток, гусей и других домашних животных, сортов пшеницы, кукурузы, капусты, гороха, картофеля, яблони, груши, винограда, абрикоса и других культурных растений), Дарвин пришел к выводу, что в основе их деятельности лежит отбор. Оставляя на племя лучшие экземпляры, селекционеры добивались значительного изменения пород и сортов. Культурные растения и домашние животные являются в значительной мере результатом человеческих усилий создать наиболее подходящие для исследования живые формы. Это подтверждается тем, что сорта и породы отличаются друг от друга преимущественно именно по тем признакам, которые наиболее интересуют человека.

В труде «Происхождение видов путем естественного отбора или сохранение благоприятствуемых пород в борьбе за жизнь» (1859) Дарвин изложил основные положения своего учения:

искусственный отбор, наследственность, дивергенция признаков, борьба за существование и т.д.

Дарвин после выхода в свет своего труда «Происхождение видов» опубликовал немало работ, посвященных приложению своей теории к объяснению ряда целесообразных приспособлений у организмов.

Враги дарвинизма после смерти Дарвина ополчились на его учение. Против Дарвина выступили темные силы реакции и

церковники. В защиту Дарвина и его учения выступил в Англии известный биолог Томас Гексли, который назвал себя «цепным псом дарвинизма» (следует отметить, что его внук Джулиaн Гексли в середине XX в. выступает как ярый антидарвинист и реакционер в науке). В Германии защищал Дарвина от нападок реакции основатель экологии Эрнст Геккель.

Особенно большое значение для обоснования и развития дарвинизма имели работы русских ученых, творчески, критически воспринявших учение Ч. Дарвина. Это К.Ф. Рулье, Н.А. Северцов, В.О. Ковалевский, И.И. Мечников, И.М. Сеченов, Д. И. Писарев, К.А. Тимирязев. Остановимся на научной характеристике некоторых из них.

Наиболее цельную и стройную концепцию эволюции разработал до Дарвина в России профессор Московского университета К.Ф. Рулье (1814-1858). В сочинении «Избранные биологические произведения» Рулье развивал идеи о единстве организма и условий существования и доказывал причинную зависимость эволюции живых форм от изменения среды их обитания. Еще до выхода в свет «Происхождения видов» (1859) Ч. Дарвина он указывал (1852) на опыт выведения новых пород животных и их акклиматизацию как ключ к пониманию движущих сил эволюции в естественных условиях. Рулье подчеркивал, что наследственность определяется исторически сложившимися условиями.

В комплексе со всеми природными условиями изучал фауну русский зоолог, путешественник М.Н. Богданов (1841—1888). Он высказал, хотя и не первым, идею связи распространения животных с палеографией (отдел исторической геологии, наука о распределении морей и суши в минувшие геологические эпохи), исследовал фауну Мурманского побережья и ознакомился с природными условиями района Аму-Дарьи. Принял участие в Хивинском походе. Изучая фауну в комплексе со всеми природными условиями, Богданов высказал свои обобщения в работе «Сорокопуты русской фауны и их сородичи». Им опубликованы работы «Птицы Кавказа», «Из жизни русской природы». В России вопросы экологии животных в начале XX в. разрабатывал П.П. Саушкин (1908), К.А. Саутин (1912) и другие ученые, изучавшие влияние среды на географическое распространение животных (экологическая география). Экология вредителей сельского и лесного хозяйства изучалась Н.В. Шевыревым в работах о паразитах, сверхпаразитах и короедах. В работах русских и зарубежных ученых получили в этот период освещение проблемы экологии паразитических животных, а также пушных зверей и дичи.

Долгое время, приручая животных и окультуривая растения, человек понятия не имел о микроорганизмах, но с удовольствием пользовался результатами их жизнедеятельности.

Ролью микроорганизмов в круговороте веществ человек стал интересоваться лишь после открытия их голландским ученым Антоном Левенгуком в 1674 г., а всерьез исследовать микромир, рассчитывать на его помощь ученые начали с середины XIX в.: бурно развивающаяся промышленность производила такое количество отходов, что веками сложившиеся биоценозы уже не могли с ними справиться. В 1887 г. один из основателей метода биологической очистки Дибдин писал: для очистки сточной жидкости целесообразно применять «специфические микроорганизмы, специально для тех целей культивируемые; потом выдержать жидкость в течение достаточного времени, энергично ее аэрируя, и, наконец, спустить в водоем». В США и других странах с 1890 г. работали и работают биофильтры, в которых жидкие отходы проходят через слой камней, в котором поддерживается смешанная флора микроорганизмов. Естественный или искусственный поток воздуха, противоположный току отходов, обеспечивает аэрацию.

Начало фундаментальным научным исследованиям живого микромира положил Луи Пастер. Его идеи были развиты блестящей плеядой русских ученых: С. Виноградским, И. Мечниковым, Н. Гамалеей. Для науки и практики большое значение имеют важные экологические идеи, содержащиеся в трудах К.А. Тимирязева, В.И. Вернадского, Н.Н. Вавилова и др.

Последователь Дарвина К.А. Тимирязев (1843-1920) — основатель физиологии растений в России. Основная экспериментальная работа Тимирязева по фотосинтезу растений сыграла большую роль в обосновании единства живой и неживой материи. Он не только по существу создал физиологию растений как науку на дарвинистской основе, но развил дарвинизм и в других отношениях (трактовка причин изменчивости и форм наследственности организмов и др.). По дарвинизму Тимирязев опубликовал книгу «Краткий очерк теории Дарвина» (1865), явившуюся предшественницей знаменитого произведения

«Чарльз Дарвин и его учение», выдержавшего 16 изданий с 1883 г. по 1970 гг. Пропаганде идей дарвинизма в значительной мере посвящены и другие произведения Тимирязева: «Жизнь растений», «Исторический метод в биологии» и др. Им написаны обобщающие работы: «Столетние итоги физиологии растений» (1901), «Основные черты истории развития биологии в XIX столетии» (1907), «Пробуждение естествознания в третьей четверти века» (1907); в 1920 г. вышли книги под названием «Развитие естествознания в России в эпоху 60-х годов» и «Главнейшие успехи ботаники в начале XX столетия». Научные работы Тимирязева в общей сложности сведены в десять томов. Автор, изучая процесс фотосинтеза, видел в нем прямое доказательство единства органической и неорганической природы. Он шел «через данные своей науки» к защите природной среды обитания и возвышению человека в этом процессе. Экологические идеи Тимирязева явно просвечиваются во всех его основных работах.

Среди русских естествоиспытателей XX в. особо выделяется ученый с мировым именем академик В. И. Вернадский (1863-1945) — минералог и кристаллограф, основоположник геохимии и биогеохимии, организатор большого числа научных учреждений.

- В своих исследованиях Вернадский выдвинул крупнейшие научные проблемы, представляющие большой интерес для науки и практики. К их числу относятся проблемы рассеянных и редких элементов, поисков радиоактивных элементов, роли организмов в геохимических процессах, определения возраста горных пород.

Вернадский с большим научным эффектом провел исследования, имеющие прямое отношение к проблемам экологии, областям биохимии, гидрогеологии, истории естествознания, ноосферы. Согласно Вернадскому, овладевая законами природы и развивая технику, человечество все более преобразует природу соответственно своим потребностям. Им опубликованы работы, в которых излагаются основы и принципы экологических знаний, имеющие практическое значение для современных экологов. К ним относятся научные труды В. И. Вернадского «История минералов земной коры», «Биосфера», «Проблемы биохимии», «Основные идеи геохимии», «Биохимические очерки» и др.

Один из основоположников российской генетики и современной научной селекции был Н.И. Вавилов (1897—1943). Он географ и растениевод, автор учения о мировых центрах происхождения культурных растений. Подходил к трактовке открытого им закона о гомологических рядах в наследственной изменчивости, согласно которому генетически близкие виды характеризуются сходным типом наследственной изменчивости. Развивая системный подход к пониманию вида, Вавилов настаивал на том, чтобы в сложной взаимосвязи живых систем больше учитывать их органическую целостность. Он тесно связывал генетику с сельскохозяйственной практикой, что дало новые импульсы как самой науке о наследственности и изменчивости, так и ее более широкой общебиологической основе — дарвинизму.

Н.И.Вавилов активно сотрудничал с Дж. Аццы, автором первой книги по сельскохозяйственной экологии. Вавилов был необычайно увлечен совершенствованием генофонда культурных растений и их районированием. Предлагая выращивать в лесной зоне больше ржи, в южных районах «верблюдов растительного мира» — сорго, Вавилов зачастую оставался в рамках аутоэкологии, т.е. изучения отдельных растений. Смешанные посевы он считал непригодными для растений будущего. Современники же агроэкологии как раз ратуют за смешанные культуры, ибо они наиболее эффективно используют ресурсы и менее опасны для природы 1.

Интересные мысли по проблемам ликвидации экологического кризиса в стране высказывал академик В.АЛегасов (1930— 1990) в статье «Учение о мастерстве и университеты»: «Экологический кризис вызван не обнищанием земных недр, а тем, что ныне существующая технология извлечения, переработки и использования богатств нашей планеты исчерпала свои возможности».

Только на нефти, газе и угле человечество численностью 10 млрд при сегодняшнем удельном энергопотреблении смогло бы спокойно, не заботясь об иных энергетических источниках, просуществовать 150 лет. Если добавить ядерные источники — 15 тыс. лет. Наконец, запасы солнечной энергии практически неисчерпаемы. Почти не использованы глубинные залегания полезных ископаемых. Запасы источников энергии, полезные

 

1 Химия и жизнь. 1992. № 2. - С. 22.

 

ископаемые на земном шаре еще мало использованы. Беда состоит в том, что при нынешней технологии добычи полезных ископаемых имеется много потерь. Теряется много ископаемых и в дальнейших операциях на долгом пути до потребления. По данным академика В.А. Легасова, при транспортировке теряется 10\%, при сжигании горючего в котельных потери составляют 40\%, при передаче электроэнергии потребителю потери составляют еще не менее 10\% и т.д. Подсчитано, что в полезную работу идет менее 30\% добытых энергоресурсов. Остальное рассеивается по дороге, создавая экологические проблемы. Они оказались следствием этого неоправданно большого расходования энергии и материалов. Эти проблемы хорошо известны и все-таки впечатляет, когда читаешь о том, что за последние десятилетия в воздух попало свинца больше, чем за всю предшествующую историю; кадмия, меди, цинка больше, чем за первые 50 лет нынешнего столетия. Внушительны и абсолютные цифры попадающих в атмосферу металлов: свинца 19 млн т, цинка 14 млн т, меди 2 млн т. Необходимость уменьшить эти выбросы определяет требования к технологии 1.

В обзоре литературы по экологии мы в основном обращали внимание на исследования ученых прошлого времени: естествоиспытателей, путешественников, географов и биологов. Теперь лам необходимо, хотя бы кратко, дать анализ опубликованных работ по истории. В них тоже есть интересный фактический материал, повествующий о том, как жили люди в далеком прошлом, соблюдали и развивали основы и принципы экологии. Нарушая последовательность изложения, мы, тем не менее, идем на это сознательно, чтобы обогатиться новым историческим материалом. Итак, слово предоставляем историку В.Л. Богаевскому, автору книги «Земледельческая религия Афин» (1916): «Сильное влияние природы на характер, нравы и привычки человека, на весь уклад его жизни, на историю, государственное устройство, литературу и искусство было отмечено еще в древности. Для правильного понимания характера греческого и, в частности, афинского земледельца, важно уяснить его отношение к окружающей природе.

Если мы будем изучать бытовую культуру Древней Греции, то нас поразит во всех ее проявлениях сильно развитое чувство

 

1 Легасов В.А. Учение о мастерстве и университеты // Химия и жизнь. 1990. № 3. — С. 5-7.

 

человеческой личности. Кажется, ни в одном народе не было развито с такой последовательностью и силой здоровое чувство своей личности, ставившее человека в центр жизни и природы».

«...нигде с такой силой не сказывалось явление античного эгоцентризма, как в отношениях человека к окружающей природе, определившей характер античного мировоззрения. Благодаря созданию своей личности, грек не мог жить вне природы и в нее проецировал свои мысли, представления и ощущения.

Явления земледельческой природы жили так же, как жил сам человек. Какое бы явление окружавшей природы земледелец ни встречал, он видел в нем признаки оживленности (аниматизм)...

Земледелец не имел средств понять ее (природы) жизнь, протекающую в иных условиях, чем человеческое существование. Ни данные естественных наук, ни знакомство со строгими законами природы ему не были доступны. Он жил сам как одно из явлений природы, как колос на ниве жизни. При этом следует отметить, что представления оживленности окружавших явлений отличались особым характером цельности и носили значение органического достояния мировоззрения человека...»

Маленький жизнелюбивый народ, издавна населяющий юг Балканского полуострова, побережье Малой Азии и соседние острова, подарил миру более 2 тыс. лет тому назад эту завершенную философию, в которой уже были обозначены и первые представления о единстве мира и человека, другими словами, зачатки экологического знания. Его понимание экологии было натурфилософским, иногда легендарным, но всегда ярким и образным. К древним эллинам восходят первые специальные, сохранившиеся до нашего времени агрономические, биологические и географические сочинения, в которых четко прослеживается, как непросто складывались у человека отношения с природой даже в те давние времена, когда всего было в изобилии. Эти высказывания, порой мифологические по форме, отражают агрокультуру и природу Греции.

«Вся деятельность общества, сопровождающаяся рядом полезных преобразований, например, осушение болот, не обошлась без значительного истребления природных богатств в результате экстенсивного хозяйства», — пишет русский историк В.Д. Блаватский1. Данное явление было, конечно, свойственно и

 

1 Природа и античное общество. — М., 1976.

 

доклассовому обществу, но античный мир располагал несравненно большими возможностями и в этом отношении. Однако даже разрушительная деятельность античного общества прежде всего была направлена не на постройку культовых сооружений типа пирамид, а на удовлетворение повседневных человеческих потребностей.

На фоне российского исторического процесса приводятся интересные факты взаимодействия человека и природы в трудах выдающегося отечественного историка и мыслителя B.C. Соловьева.

По мнению Соловьева, в истории существуют три этапа подхода к проблеме культуры и природы. Первый этап, который мы прошли, насильственное изъятие у природы всего насущно необходимого. Второй этап, к которому мы переходим,— разумное изъятие, изъятие «с оглядкой», но также насильственное; и третий этап, может быть, отдаленного будущего — полное прекращение насилия над природой.

«...Два условия, при которых общественные отношения в области материального труда становятся нравственными. Первое, общее условие состоит в том, чтобы область экономической деятельности не обособлялась и не утверждалась как самостоятельная, себе довлеющая. Второе условие, более специальное, состоит в том, чтобы производство совершалось не за счет человеческого достоинства производителей, чтобы ни один из них не становился только орудием производства, чтобы каждому были обеспечены материальные средства к достойному существованию и развитию. Первое требование имеет характер религиозного: не ставить вещественное богатство самостоятельными благами и окончательною целью человеческой деятельности, хотя бы в сфере хозяйственной; второе есть требование человеколюбия: жалеть нуждающихся и обремененных и не ценить их ниже бездумных вещей. К этим двум присоединяется еще и третье условие, на которое еще никто не обращал серьезного внимания в этом порядке идей. Обязанность человека как хозяйственного деятеля состоит в том, чтобы обрабатывать продукты природы. Эта обязанность прямо указана в заповеди труда: возделывать землю, т.е. служить земле. Возделывать землю не значит злоупотреблять ею, не разрушать ее, а улучшать ее, вводить ее в большую силу и полноту бытия. Итак, не только наши ближайшие, но и материальная природа не должна быть лишь страдательным и безразличным орудием экономического производства и эксплуатации»1. «Без любви к природе для нее самой нельзя осуществить нравственную организацию материальной жизни»2.

В.С.Соловьев писал также о том, чтобы «человек пользовался своим превосходством над природой не для своего только, но и для ее собственного возвышения»3.

Признавая, что мир составляет органическое единство, нельзя утверждать, что это единство настолько совершенно, что его нельзя улучшать. И в этом отношении на помощь человеку должна прийти не только любовь к земле как таковой, но и наука. Итак: отношение к Земле и к Почве то, которое существовало у потомственных крестьян, и которое было основой не только их благополучия, но и праздничных радостей. Отношение к деревьям, эксплуатация которых (продуманная рубка лесов) должна обязательно сопровождаться не только восполняемыми посадками, но и значительно расширяющимися лесными массивами с учетом красоты восстанавливаемых и создаваемых вновь пейзажей4.

Отношение к рекам, к озерам, к источникам, к воде вообще, при котором учитываются интересы всего живого, обитающего в них, а также красота природы.

Отношение к памятникам культуры: историческим, архитектурным, музейным, библиотечным, архивным, как величайшей ценности, оправдывающей существование мира, вселенной.

Отношение к собственному дому... Все это должно строиться на нравственной основе, на основе определенной философии экологии, научного изучения целостности мироздания, мира как органического и разумного целого.

Конечная цель человеческой деятельности — приобретение мира. Приобретение это следует понимать не в смысле изменения его лица, внешней переделки мира, а в смысле выявления в мире всего заложенного в нем разумного начала и освобождения этого разумного начала от мешающего ему зла, противоречащего разумному началу, его самовыявлению.

 

1 Соловьев В.С. Собр. Соч. Т. VI. – СПб., 1903. – С. 359

2 Там же.

3 Там же. – С. 60.

 4 Там же. – С. 360.

Разумное начало камня — быть строительным материалом для прекрасных архитектурных творений. Разумное начало земли— в растительности, на ней произрастающей. Разумное начало растительности — служить для превращения земли в один цветущий сад, прообразом которого служил рай.

Прообраз этой деятельности человека — художественное творчество. Само слово «техника» не случайно происходит от греческого слова, означающего искусство. Мир в результате деятельности техники-искусства или искусства-техники должен стать совершенным и совершенно полным сохранением всего лучшего, что в нем было, то есть всего того, что входит в «кристалл единства».

Таков должен быть идеал человеческой деятельности и такова конечная большая настоящая цель техники. Человечество не может жить сиюминутными заботами, без ясной цели впереди 1.

Умерщвленная земля, тысячи разрушающихся памятников, загрязненные реки, города с гипертрофированной промышленностью... Десятки, сотни проблем и вопросов, завязанных в тугой экологический узел... И ожесточенные споры. Они тем ожесточеннее, чем яснее в своей трагичности ситуация. Старые иллюзии разрушаются, появляются новые, которые суть продолжение старых: проблемы экологии блуждают в лабиринте естественнонаучных, экономических и технических мыслей.

Проблемы экологии можно перевести в разряд решаемых не иначе, как владея ключом к пониманию национального пейзажа. Каждый народ выстраивает свои отношения с миром, заявляя о себе и поэтически оформляя свою идею. На этой основе рождается самобытная система человек—природа, удивительный инструмент культуры, с помощью которого непрерывно культивируется исторический ландшафт и созидается ансамбль национального пейзажа.

Разрушение этой системы, отчуждение человека от своей исторической среды обитания подготовили почву для обострения экологической ситуации. Проблема эта, как известно, давно вышла за узко национальные рамки, переросла границы отдельных государств и стала глобальной. Тем не менее тщетны попытки привести экологию всего мира к общему знаменателю, трудно

 

1 Соловьев B.C. Собр. соч. Т. VI. — С. 359-360.

поверить в эффективность универсальных оздоровительных средств. Общей экологической «эпидемии» подвергались разные народы и разные культурные образования. И это при том, что каждый национальный пейзаж был составной частью мира, а каждая культура, пространственным выражением которой является ансамбль пейзажа, пребывала в лоне многонациональной мировой культуры.

С момента своего возникновения каждый народ взаимодействует с природной средой, преображая ее, но и сам испытывает сильное ответное воздействие. Отсюда давно замеченная связь национального характера и пейзажа: национальный пейзаж был и остается способом пространственного выражения национального характера, т.е. духовных и нравственных качеств этой личности, ее опыта, ее исторической судьбы и трагедии. Вина, висящая на совести нации, национальный грех становится источником экологического кризиса. Кризису экологическому неизбежно предшествовал кризис исторического сознания. Всякая попытка рассматривать экологические проблемы вне сферы личностного сознания и индивидуальной этики — это решение задачи с неверными условиями. Ведь если мы говорили о том, что решающую роль в созидании ансамбля исторического ландшафта играли нравственность, религиозные, этнические нормы и эстетические традиции, стало быть распад ансамбля в пору экологического бедствия есть не что иное, как паралич духовной жизни и паралич культуры.

Новая система «человек—природа», призванная избавить отдельные народы и человечество в целом от экологического кризиса, должна быть встроена в культуру, т.е. соответствовать духу и характеру народа: органическо-жизненной основе его бытия, нравственно-религиозному складу. Кратчайший путь к возрождению национального пейзажа проходит через углубленное изучение «второй природы» — окультуренного исторического ландшафта.

Забота о земле, о красоте пейзажа воспитывалась и поддерживалась мифоэтическим чувством природы, пейзажным мышлением, а более всего — восхищением и страхом перед этими возвышеннейшими и совершеннейшими предметами. Истина утверждалась не только словами и изобретениями, но и обрядами природы. Творец и творение, духовный мир и физический пребывают в согласии и взаимосвязи, и потому созерцание красоты мира есть приобщение к вечному смыслу и тайне бытия.

Есть большой смысл в словах Николая Бердяева о том, что «пейзаж русской души соответствовал пейзажу русской земли». Человек как носитель духа не может жить в биосфере, не знающей ни добра, ни зла («область существования живого вещества»).

Если взглянуть на то, какой стала природа в результате нашего воздействия, через «призму» национального пейзажа, то самые заброшенные и мешающие с точки зрения сегодня вещи, те, что отброшены за ненадобностью на обочину жизни, вдруг окажутся наиболее существенными. Это старинное село и деревня, одинокое дерево среди столетиями паханного поля, древний город, по теперешним меркам поселок, зарастающая роща, перепаханный заливной луг или искалеченный тракторными гусеницами проселок и еще великое множество самых обычных больших и малых вещей, которые задавали порядок и меру пространству исторического ландшафта. И одновременно порядок и строй человеческой жизни, поскольку ансамбль пейзажа некогда являлся нормой бытования в культуре. Большинство из вещей такого рода незначительны или не столь уж значительны сами по себе. Но как часть единого целого пейзажа русской земли они бесценны: и линия лесной опушки, и луг, и поле, и река, и город на ее берегу. А еще недавно мы со всем этим беспощадно боролись. Сселяли и уничтожали «неперспективные» села и деревни, перегораживали равнинные реки плотинами гидростанций, затопляя целые уезды, взрывали и разбирали на кирпич сельские и городские храмы. Там, где надо было сеять гречиху и коноплю, сеяли пшеницу и кукурузу. А еще строили там, где нельзя было строить, и пахали то, что нельзя было пахать. Вместо умелых, знающих и любящих землю крестьян пришли поденщики-мелиораторы, вооруженные мощнейшей землеройной техникой; они стали осуществлять грандиозные мелиоративные программы, превращая ансамбль исторического пейзажа в пустыню. На таком фоне вопрос о том, как избежать ущерба природе, звучит риторически.

Глубокие мысли по проблемам экологии в самом широком смысле этого понятия были высказаны писателями Г. Успенским, Н. Некрасовым, Б. Пастернаком, Л. Леоновым.

 

Особая роль в духовной жизни России всегда принадлежала крестьянской культуре, которая возникла в недрах стихии народной жизни и впитала в себя весь многообразный опыт общения с природой и совместной деятельности. Традиционная культура села являла собой не только отражение диалога человека с историей, но и с природой, воплощая единство ее и труда крестьянина на земле. Селянин постоянно ощущал власть земли. По словам Г. Успенского, «крестьянин шел к земле тогда, когда она его звала. Зов земли был постоянным — то более громким, нетерпеливым, то чуть слышным, спокойным, в зависимости от времени года и-очередности полевых работ. Крестьянин умел его слушать, и это слушание наполняло его жизнь заботами и радостями, будило в нем творческое начало, поддерживало интерес к жизни...» 1. Труд на земле искони выковал психологию не просто землепашца, но и творца. Трудовая связь с землей всегда требовала творческого напряжения, будила интуицию, воспитывала эстетически и духовно. Сквозь века несло крестьянство народные традиции, созидая свою самобытную художественную культуру. Творчество рождалось в селе органично, из самих условий, из духовных и материальных потребностей народа. Жизнь человека в селе высвобождала ему руки в долгие зимы. В это время крестьяне и занимались художеством, которое зарождалось в необходимой для жизни работе: ткачество, вышивание, прядение.

Искусство окружало человека в предметах быта и труда, как песня сопутствовала всем актам сельской жизни. Искусство воспевало красоту природы и бережного отношения к ней. Скорбь и гнев вызывали у людей те случаи, когда нерадивые пытались нанести ущерб природе. Кому неизвестно стихотворение Н.А. Некрасова «Саша» и строчки из него: «Плакала Саша как лес вырубали, // Ей и теперь его жалко до слез. // Сколько там было кудрявых берез!..»

Эти проблемы находят место и в творчестве Б.Л. Пастернака.

Природа, мир, тайник Вселенной,

Я службу долгую твою,

Объятый дрожью сокровенной,

В слезах от счастья отстою,

писал Пастернак в стихотворении 1956 года.

 

1 Успенский Г. Полн. собр. соч. Т. 8. — М., 1957.

Вечно живая и возрождающаяся природа олицетворяет в романе «Доктор Живаго» Россию и всю историю человечества. Природу и историю в художественной и философской концепции Пастернака объединяет бессмертие. Пастернак, как правило, начинает главы романа с простейшей констатации: «Был солнечный день. Стояла тихая, сухая погода». Или: «Осень уже резко обозначила в лесу границу хвойного и лиственного мира». Или: «В лесу было еще много непожелтевшей зелени». Но, постепенно разворачиваясь, почти банальное природное описание углубляется и через человека-творца, собственно автора, каким и является в романе лирический герой, Юрий Андреевич Живаго, переходит в живое непосредственное мироощущение, в философию. Природный образ, воссоединяясь с человеком, разворачивается и как предтеча творчества, и как опора личности, и как столп мироздания.

«Юрий Андреевич с детства любил сквозящий огнем зари вечерний лес. В такие минуты точно и он пропускал сквозь себя эти столбы света. Точно дар живого духа потоком входил в его грудь, пересекал все его существо и парой крыльев выходил из-под лопаток наружу. Тот юношеский первообраз, который на всю жизнь складывается у каждого ... и кажется ему его внутренним лицом, его личностью, во всей первоначальной силе пробуждался в нем и заставлял природу, лес, вечернюю зарю и все видимое преображаться...» «"Лара!" — закрыв глаза, полушепотом или мысленно обращался он ко всей своей жизни, ко всей божьей земле, ко всему расстилавшемуся перед ним, солнцем озаренному пространству».

Концепция природы-храма и лесника-Бога утверждается в романе. При этом в метаобраз природы-храма, храма-леса на равных правах входит и город. «Высший мир обступал Юру со всех сторон, осязательный, непроходимый и бесспорный, как лес, и оттого-то был Юра так потрясен маминой смертью, что он с ней заблудился в этом лесу—Этот лес составляли все вещи на свете: облака, городские вывески...Тогда Юра верил в Бога этого леса, как в лесничего».

На вопрос: «Кто сегодня может помочь речкам малым, беззащитным?» — Леонид Леонов отвечает в «Русском лесе»: «Лес. Пока только он». «По народной примете лес притягивает воду, чтобы затем отпустить ее облачком в дальнейшее странствование. Значит, он каждую каплю воды впрягает в двойную, тройную работу». «Из всех работающих на нас машин лес одна из самых долговечных, но и труднее всех поддающаяся починке. Поэтому лесная наука должна руководствоваться мыслью о необходимости какого-то расчета и порядка пользования ею».

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 |