Имя материала: Социальная конфликтология

Автор: А. В. Морозов

Принципы исследования конфликтов

 

Задачи изучения конфликтов поистине многогранны. Каждый извлекает из этого изучения пользу для себя. Предприниматель получает сведения о том, как развивается конкуренция в условиях рынка, профсоюзный деятель узнает о методах защиты интересов своей профессиональной группы. Политик и юрист получают сведения о прецедентах, имеющих для их видов деятельности особое значение. Они получают здесь и теоретические знания, поскольку конфликты в обществе развиваются не только на бытовом уровне, пронизывают отношения как внутри государства, так и между государствами.

А «простому человеку» изучение конфликтов нужно для того, чтобы избавиться от своей «простоты» и получить те сведения, без которых невозможно быть гражданином своей страны, своего Отечества и действовать сообразно принципам гражданственности в различных подчас весьма сложных общественно-политических ситуациях.

Что значит изучать конфликты и как это следует делать?

Сложность ответа заключается в том, что на первый взгляд здесь вообще нет предмета для какого-либо особого изучения. Всем известно, что есть конфликты и есть согласие между людьми, что жизнь в согласии лучше, чем бесконечные споры, препирательства, и тем более, чем враждебность людей друг к другу.

Русская пословица гласит: «худой мир лучше доброй ссоры», а наш практический разум и обыденное сознание говорят о том, что конфликтных ситуаций лучше избегать, тогда твой жизненный путь будет более благоприятным.

Однако дело в том, что при всеобщем понимании высказанных выше истин люди не могут жить без конфликтов. Исторический опыт свидетельствует, что многие народы прошли через разрушительные войны. Жизнь в мире была скорее исключением, чем правилом, причем сами войны были результатом конфликтов между народами, странами и государствами. Особенный ущерб народам приносили гражданские войны, когда «брат шел на брата, а сын на отца». И эти войны возникали в результате конфликтов. Накануне военных столкновений и в ходе их всегда находились люди, призывавшие к миру, к тому, чтобы не прибегать к насилию. Но их голос не был услышан правителями, революционерами, полководцами. Конфликты не угасали, а разрастались, сами примирители попадали в такую ситуацию, когда их примиренческие высказывания рассматривались как пособничество врагу, измена государственным и национальным интересам.

Факты свидетельствуют, что конфликты играют в жизни людей, народов и стран гораздо большую роль, чем хотелось бы самим людям: все хотят мира, но каждый стремится к нему по-своему и в результате «по-своему» возникает война.

Эта ситуация была замечена еще древними историками и мыслителями. Каждый крупный конфликт не оставался бесследным. Войны описывались и анализировались в исторической литературе и многие историки выделяли в качестве причин военных столкновений несовпадение интересов враждующих сторон, стремление одних захватить территорию и покорить население и стремление других защититься, отстоять свое право на жизнь и независимость.

Практические методы социально-психологического анализа конфликтов заключаются прежде всего в том, чтобы выяснить, как сами конфликтующие стороны воспринимают конфликт и как они его оценивают. В этих целях используется метод экспертного интервью как с теми людьми, которые хорошо знают историю вопроса, так и с лидерами и рядовыми участниками конфликтующих направлений.

Работа такого рода трудоемкая и деликатная, так как далеко не всегда мотивы конфликта лежат на поверхности и адекватно осознаются его участниками с той и другой стороны. Сбор материала на месте конфликта предполагает опрос свидетелей столкновений, ознакомление с масштабом ущерба, нанесенного сторонами друг другу. Необходимо также выяснить, были ли попытки примирения в конфликте и чем они закончились, на какой стадии находится переговорный процесс, кто в нем участвует, каков статус посредников и лиц, участвующих в ведении и организации переговоров, могут ли они обеспечить выполнение тех решений, к которым придут конфликтующие стороны?

Практический психолог, социальный работник или социальный педагог, исследуя конфликтную ситуацию на месте, могут пользоваться всей совокупностью традиционных и нетрадиционных методов, поскольку именно в разработке проблематики конфликта особенно важны гибкие методы.

Опросы статистического характера здесь не дадут больших результатов, другое дело — изучение менталитета противостоящих сторон с помощью интервью, включая подчас и повторные обращения к респонденту. По поводу обнаружения пристрастий среди специалистов, изучающих конфликты, со стороны исследователя нет единой точки зрения.

Одни считают, что он не должен их обнаруживать, так как это отразится на достоверности информации и на возможности получения материалов от обеих сторон конфликта.

Другие, опирающиеся на так называемую активистскую социологию, разрабатываемую французским социологом Аланом Турэном и его школой, полагают, что специалист-практик должен непосредственно участвовать на стороне той силы, которую он считает прогрессивной, и содействовать тому, чтобы участники конфликта постоянно рефлексировали по поводу своих действий и высказываний, отдавали себе отчет в том, как они формулируют цели своего движения и какими средствами собираются пользоваться и пользуются на самом деле.

Среди российских конфликтологов к направлению Турэна принадлежит группа, возглавляемая Л. А. Гордоном, подготовившая целый ряд публикаций по современному демократическому и рабочему движению в России.

Что касается сбора первичного материала по национальным конфликтам, то наилучшие результаты дает метод участия в переговорных процессах.

Применительно к конфликтам производственного характера следует обратить внимание на методы инновационных и деловых игр. Их успешная разработка осуществляется В.С. Дудченко и Л.А. Дудченко.

Современному практическому психологу, социальному педагогу, социальному работнику, желающему участвовать в изучении конфликтов, нет необходимости начинать с пустого места. Среди российских авторов, разрабатывающих методы исследования конфликтов, следует назвать Ф.М. Бородкина (Новосибирск) — автора одной из первых книг по этой проблематике и А. К. Зайцева — директора Калужского социологического института, специализирующегося на изучении производственных и региональных конфликтов.

В настоящем разделе мы представим аналитическую схему исследования конфликтов как попытку моделирования, как основание для классификации, которая исходит из определенных предпосылок.

Первая предпосылка заключается в том, что в теоретическом знании всегда сохраняется некоторый императив целостного представления предмета исследования. Анализ частных процессов, как бы он ни был важен и скрупулезен, не может заменить видения общего развертывания процессов, которое может быть итогом исследования многообразных частностей, как бы их суммой и резюме, а может быть и предпосылкой дальнейшей исследовательской деятельности. Скорее всего при разработке эффективных теоретических схем мы имеем дело одновременно и с результатом, и с началом, стимулом дальнейших исследований.

Вторая предпосылка состоит в усвоении одного из наиболее существенных выводов, проистекающих из предшествующего теоретического анализа: конфликты исключительно многообразны по способам своего существования и развертывания, по источникам своего происхождения, по движущим силам, которые в известной степени определяют способ их действия, и, наконец, по мотивации, по той жизненной энергии, которая вовлекается в динамику конфликтов и оказывается для них своего рода питательным материалом.

Чисто рационалистические подходы к объяснению конфликтов вряд ли могут служить надежным инструментом их анализа, но и исключение рациональности, способности к познанию и осмыслению собственных интересов со стороны действующих сил также не может привести к успеху на этом поприще.

Конфликт — есть одновременное развертывание действия и контрдействия, реализация намерений и вместе с тем преодоление сопротивления, которое неизбежно в его проведении. Это исключительно сложное совместное действие, по меньшей мере, двух сторон, объединенных противостоянием.

В более специфической литературе по анализу конфликтов мы можем встретить преимущественно две точки зрения на природу конфликта. Первая может быть названа ресурсной точкой зрения, вторая — ценностной. В теориях первого типа доминирует материалистическое объяснение конфликта. Борьба в данном случае разворачивается за существенно значимые средства жизнедеятельности, будь то территория, сырьевые и энергетические ресурсы, сферы политического доминирования. Теории второго типа можно назвать ценностными. На первый план здесь выступают системы верований и убеждений, несовместимые принципы организации общественного устройства, взаимоисключающие культурные стереотипы.

Любое социальное напряжение может превратиться в социальный конфликт при соответствующих условиях, ход и характер представления которого в сознании действующего субъекта будет развиваться по определенным правилам с сохранением определенной последовательности в аргументации, выдвижении притязаний и обосновании своих требований.

В действиях противостоящих сторон всегда будет иметь место апелляция к тому, что жизненно необходимо для соответствующего субъекта, к тому, что представляют собой вариации средств удовлетворения соответствующих жизненных потребностей и к тому, что для него существенно и важно с точки зрения сохранения собственной идентичности. Эти три линии аргументации, выдвигаемые обеими сторонами конфликта, могут быть обозначены как апелляции к потребностям, интересам и ценностям (см. об этом подробнее в разделе «Мотивационные конфликты» в главе VI).

Суть проблемы в том, что в конфликте одна совокупность потребностей, интересов и ценностей противостоит другой, выдвигаемой противоположной стороной. При этом обозначенные линии причинного развертывания конфликта могут действовать не только совместно, но и каждая в отдельности.

Конфликт будет полным и развернутым, когда он основывается на одновременном включении в мотивацию всех трех способов причинных обоснований или всех трех уровней мотивации: и потребностей, и ценностей, и интересов. Но на практике дело может обстоять таким образом, что в конфликт может быть включен лишь один уровень мотивации: только потребности или только ценности. При этом интересы трудно выделить в качестве самостоятельной линии мотивации, так как они развертываются на пересечении потребностей и ценностей.

Вторая линия аналитического расчленения конфликтов связана с тем, в какой из сфер жизнедеятельности общества развертывается данный конфликт. Речь идет о трех сферах: экономической, политической и культурной. В первой из них конфликт, как правило, развертывается по поводу ресурсов социального действия или, более широко, по поводу средств жизнедеятельности субъекта. Во второй — политической сфере — главным предметом конфликта будет являться власть. В третьей — интерпретация культурных норм и целевых установок общества как некоего социального целого.

Предложенная схема позволяет выявить наиболее существенные причины глубинных конфликтов между субъектами разного уровня и, кроме того, может служить важным средством исследования реальных конфликтных ситуаций. В определенных случаях выдвигаемые требования могут носить «зеркальный» характер: потребности, выдвигаемые одной из сторон, с той же силой предъявляются и другой стороной. Но в большинстве реальных ситуаций характер притязаний является асимметричным, что позволяет более тщательно отнестись к проблематике обмена уступками, приводя на практике дело к взаимной выгоде.

Важно обратить внимание и на структуру мотивационного ядра конфликта. Именно здесь содержатся определенные варианты устремлений. Каждый из них может быть источником напряжения, раскола, возникновения новых конфликтных ситуаций и усугубления стародавних конфликтов.

В интересах обеспечения результативного исследования конфликтов важно использовать принципы, сформулированные на разных уровнях методологии: философском, общенаучном, конкретно-научном. К философским и общенаучным относятся следующие принципы изучения конфликтов.

Принцип развития. В наиболее общем виде он сформулирован Ф. Энгельсом: «Для диалектической философии нет ничего раз и навсегда установленного, безусловного, святого. На всем и во всем видит она печать неизбежного падения, и ничто не может устоять перед ней, кроме непрерывного процесса возникновения и уничтожения, бесконечного восхождения от низшего к высшему. Она сама является лишь простым отражением этого процесса в мыслящем мозгу».

Все непрерывно развивается и изменяется не только от простого к сложному, низшего к высшему, но и наоборот.

Данный принцип требует при изучении конфликтов выявлять тенденции в их эволюции — постепенном, длительном, непрерывном развитии конфликта от одних форм к другим, чаще от простых к более сложным. Знание закономерностей эволюции конфликтов помогает более глубоко понять содержание актуальных конфликтов и давать более точный и долговременный прогноз возможных вариантов их развития.

Каждое конкретное конфликтное взаимодействие также находится в непрерывном изменении, имеет свою динамику. Оценивая конфликт, важно помнить о том, что он был иным ранее и неизбежно будет изменяться в последующем.

Принцип всеобщей связи заключается в том, что, изучая конфликт, необходимо не ограничиваться рассмотрением его отдельных элементов, а стремиться исследовать максимально большее количество связей конфликта с другими явлениями и между его подструктурами. Полностью исследовать все взаимосвязи конфликта со средой, в которой он развивается, и внутри него, естественно, невозможно; таких связей бесчисленное множество. Однако важно учесть характер хотя бы основных связей, поскольку их потеря может привести к существенным упрощениям в понимании явления. Это в свою очередь отрицательно скажется на качестве практических рекомендаций.

Методологическую роль в процессе изучения конфликтов всех уровней выполняют основные законы и парные категории диалектики. Закон единства и борьбы противоположностей показывает внутренний источник развития конфликтов: единство и борьбу противоположных сторон, сил, тенденций.

С точки зрения действия этого закона, конфликты, возникающие, развивающиеся и разрешающиеся в организациях, сами по себе не являются только негативным явлением. Они объективны и, более того, служат одной из движущих сил развития организаций. В реальной жизни мы практически не встречаем организаций, в которых бы полностью отсутствовали конфликты. Если мы узнаем, что в каком-то коллективе нет конфликтов, то это не значит, что их в нем действительно нет. Как правило, в этом случае просто отсутствует информация о конфликтах, скорее всего, они протекают скрыто.

Закон перехода количественных изменений в качественные раскрывает способ эволюции и динамики конфликтов, ориентирует на поиск закономерностей, которым подчиняется развитие конфликтного взаимодействия, определение качественных и количественных изменений, происходящих при этом, выявление связей между ними.

Закон отрицания отрицания дает возможность прогнозировать направление развития конфликтов: от простого — к сложному, от низшего — к высшему, от одного — к другому.

Парные категории диалектики, такие, как материя и движение, время и пространство, качество и количество, единичное, особенное и всеобщее, сущность и явление, содержание и форма, необходимость и случайность, причина и следствие и другие позволяют определить общий подход к изучению конфликтов, ориентироваться в общей оценке правильности полученных выводов.

Принцип диалектического единства теории, эксперимента и практики. В процессе научного познания этот принцип раскрывает диалектику движения нашего знания к истине и определяющую роль практики в процессе познания. Известный отечественный психолог К. Платонов указывал, что «эксперимент, обосновываясь теорией, ее проверяет и уточняет и, вместе с ней проверяясь практикой как высшим, критерием истины, служит ей, улучшая ее».

Нарушение оптимального соотношения и логики взаимовлияния теории, эксперимента и практики в процессе конфликтологического исследования приводит к заметному уменьшению результативности работы специалиста-практика, превращению ее в имитационную деятельность.

Исследование конфликта любого уровня, с точки зрения соотношения его теоретического и эмпирического компонентов, может быть построено в соответствии с двумя базовыми стратегиями.

Эмпирическая база исследования, образно говоря, является тем фундаментом, от качества которого зависит устойчивость «здания» теоретических обобщений к тем серьезным испытаниям практикой, которыми так богата реальная, а не придуманная жизнь. Очевидно, что практическая ценность теоретических обобщений и рекомендаций, полученных на солидной эмпирической базе, заметно выше, чем ценность выводов, в основе которых лежит только личный опыт исследователя, дополненный небольшим количеством других эмпирических данных, а также информацией, почерпнутой из нескольких десятков книг и статей, посвященных исследуемому конфликту.

Развивать понятия, строить сложные теоретические конструкции, организовывать мысленные эксперименты, конечно, гораздо легче, чем проводить эмпирические исследования. Поэтому объективно теоретический компонент как конфликтологического исследования, так и любого другого имеет тенденцию к «разбуханию», доминированию над экспериментом и практикой.

Для оправдания этого теоретики могут предлагать много убедительных аргументов. Однако в их основе в пользу «чистой теории» лежит вполне естественное для любого человека стремление минимизировать усилия по достижению цели. Современному специалисту социальной сферы необходимо уметь противостоять этим часто неосознанным стремлениям.

Важной проблемой конфликтологического исследования является логика взаимосвязи теории, эксперимента и практики.

В процессе анализа конфликтов для практикующего специалиста очень важно постоянно обращаться к практике, оценивать полученные предварительные результаты с точки зрения их соответствия реальному положению дел, совершенствовать методику анализа и дорабатывать выдвинутые гипотезы в соответствии с поступающей новой информацией.

Важно не сводить изучение конфликтов к анализу бумаг или мнений, отражающих эти явления. Наиболее ценная и достоверная информация может быть получена лишь при непосредственном изучении реальных конфликтов в реальной жизни, которые не самоцель, а лишь средство последующего улучшения положения дел в организации. Анализ конфликтов проводится не только для объяснения механизмов их возникновения и развития, но и в целях управления ими, в интересах повышения качества жизни и деятельности людей.

Принцип системного подхода. Анализируя конфликты, необходимо рассматривать их как сложно организованные объекты, состоящие из иерархически связанных подсистем и входящие, в свою очередь, в качестве подсистем в системы более высокого уровня. Важно выявлять все многообразие элементов, входящих в структуру конфликта, связи между ними, а также взаимоотношения изучаемого конфликта с внешними явлениями.

Принцип конкретно-исторического подхода показывает необходимость учета в процессе изучения конфликтов всех конкретных условий, в которых они развиваются: места, времени, конкретной сложившейся обстановки в конкретном коллективе.

Каждый конфликт уникален по своей природе. Принцип конкретно-исторического подхода ориентирует специалиста-практика на поиск этой уникальности. Нельзя ограничиваться в характеристике конкретного конфликта применением к нему знаний, уже приобретенных в конфликтах подобного вида. Общее и особенное для конфликтов всегда проявляется в виде единичного знания о конкретном конфликтном взаимодействии.

Принцип объективности — один из важнейших принципов научного анализа конфликтов. Он требует от специалиста минимизировать влияние личных и групповых интересов, установок, других субъективных факторов на процесс и результаты исследования конфликтов.

Изучая конфликты, необходимо видеть их такими, какие они есть на самом деле, не приукрашивать сложившуюся ситуацию, не выдавать желаемое за действительное, не забегать вперед, трезво оценивать обстановку, учитывать как позитивные, так и негативные моменты в развитии событий. Только зная реальное положение вещей, можно принять верное решение на деле, а не на словах, управлять людьми, конфликтами, организациями.

Одним из важнейших является принцип системного подхода, который предполагает:

рассмотрение изучаемого явления как системы, как отграниченного множества взаимодействующих элементов;

определение состава, структуры, организации элементов и частей системы, обнаружение ведущих взаимодействий между ними;

выявление внешних связей системы, выделение из них главных;

определение функции системы, ее места и роли среди других систем;

обнаружение закономерностей и тенденций развития системы.

Системный подход наряду с общей теорией систем составляет методологическую и теоретическую основы системного анализа.

При исследовании конфликтов целесообразны следующие основные виды системного анализа: системно-структурный, системно-функциональный, системно-генетический и системно-информационный (схема 3).

 

Схема 3. Основные виды системного анализа конфликтов

 

Системно-структурный анализ конфликта заключается в рассмотрении его как целого, состоящего из системы подструктур, которые, в свою очередь, составляют элементы, не разлагаемые на подструктуры. Он включает в себя этапы: определение пространственно-временных и содержательных границ конфликта как целого; выявление возможно большего числа подструктур и элементов, составляющих структуру конфликта; группирование элементов в обоснованное число подструктур; установление иерархии подструктур и элементов, в которой нижние уровни подчинены высшим; выявление всех основных связей и отношений между элементами, подструктурами и конфликтом в целом.

Структура конфликта имеет «матрешечное» строение и на сегодняшний день изучена в самом общем виде.

Системно-функциональный анализ конфликта состоит в определении внешних проявлений его свойств в системе отношений того социума или психики, в которых конфликт развивается, а также выявлении характера воздействия и способов воздействия одних элементов и подструктур конфликта на другие.

Системно-генетический анализ конфликта нацелен на исследование движущих сил эволюции, развития и динамики конфликтов. Он состоит в раскрытии обусловленности конфликтов факторами макро- и микросреды, зависимости от субъективного мира участников конфликта, определении иерархии причин, порождающих конфликты (подробнее см. разд. «Причины конфликтов» в главе III).

Системно-информационный анализ конфликта выявляет роли информации и ее функций в зарождении, развитии и завершении конфликтов. Он состоит в анализе закономерностей информационного обмена между основными подструктурами конфликта, динамики когнитивных процессов в психике оппонентов и других участников конфликта, основных факторов, влияющих на полноту и объективность информационных моделей конфликтной ситуации у ее субъектов.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 |