Имя материала: Социальная психология старения

Автор: О.В.КРАСНОВА

4.2.2. теоретические вопросы психологической работы с пожилыми людьми

 

Представление о здоровой и нормальной старости включает участие человека в общественной жизни, поддержании индивидуальных, семейных и других связей. Социально-психологическое положение пожилого человека определяется многими факторами. Считается, что наиболее важны для него две сферы: общение с окружающими и повседневная индивидуальная деятельность. Поэтому комплекс реабилитационных мероприятий, организуемых для пожилых людей, может быть успешно построен только с учетом важности этих двух сфер.

Индивидуальная повседневная деятельность имеет огромное значение в наполнении социальным смыслом позднего периода жизни. Если на первых этапах начала старости для пожилого человека это сохранная или частично сохранная общественная деятельность, то затем (уже в возрасте «старой старости») речь может идти лишь о тех или иных формах повседневной занятости. Часто психогеронтологи включают в курсы подготовки к выходу на пенсию или к позднему периоду жизни различные кружки по интересам (вязание, кулинария и др.) или клубы общения. Однако самое распространенное заблуждение состоит в том, что эту занятость легко организовать. Попытки искусственно возбудить интерес у пожилого человека к кулинарии, садоводству, филателии обычно оказываются безрезультатными. Точно так же для него редко оказываются интересными специально организуемые диспуты, экскурсии и т. п. Интерес к конкретному виду занятости возникает в позднем возрасте обычно в том случае, когда эта занятость «замыкается» на себя. Возможность выбрать самому себе вид деятельности и отдыха (в соответствии с внутренними привязанностями и интересами) более значима для пожилого человека, чем дорогое и хорошо организуемое мероприятие. Успех или разочарование при попытках внести новое содержание в жизнь пожилых людей зависит от того, в какой степени принимается во внимание факт личного участия пожилого человека в организуемом мероприятии.

Для пожилого человека, включенного в клубную или общественную деятельность, важно иметь свой собственный социальный статус. Для этого создаются группы по активности и интересам, программно ориентированные тренинговые группы, дискуссионные кружки, группы родственников, группы самопомощи и социально-коммуникативные группы. Выступление перед другими повышает его значение для окружающих непосредственно в момент самовыражения, привлекая внимание других к собственной проблеме, а также устанавливая контакты с другими людьми, имеющими схожие проблемы. При этом под клубной деятельностью пожилых подразумевается процесс их взаимодействия, общения и культурный обмен, в результате которого изменяются личностные установки, развивается творческое мышление, что способствует развитию личности и противоборствует процессам ее угасания в позднем периоде жизни. Как отмечают многие авторы, при таком разнообразии возможностей трудно определить, а еще труднее увидеть, чего хотят сами пожилые.

Поэтому важным вопросом психологической поддержки пожилых является психотерапевтическая практика, относительно которой не существует единого мнения. Однако, во-первых, признается, что пожилой человек настолько нуждается в психотерапии, насколько он способен извлечь из нее пользу. Среди людей преклонного возраста с психосоматическими заболеваниями довольно высока доля тех, кто нуждается не столько в помощи врачей (терапевтов, кардиологов, невропатологов), сколько в поддержке врача-психотерапевта, психолога, социального работника, которые могли бы оказать профессиональную помощь с психологическим воздействием. Во-вторых, существуют несколько научно обоснованных методов психотерапевтической работы с пожилыми, например, психоанализ, поведенческая психотерапия.

И. Кемпер, имея большой опыт психоаналитической терапевтической практики с пожилыми людьми, которой он занимался с конца 1970-х годов, считает, что будь это лишь консультация или сеанс психотерапии — в обоих случаях необходимо вести пожилых от самоотчуждения к телесному, душевному и социальному комфорту. Процесс должен быть направлен изнутри вовне и включать мир разума и эмоций, а также широкую область «бессознательного, которое не стареет». Автор признается, что, начиная работать с пожилыми людьми, он вспомнил известное мнение 3. Фрейда об аналитической психотерапии пожилых, для которой тот не видел особо благоприятных перспектив: «Возраст больного играет роль при выборе метода психологического воздействия: постольку, поскольку у лиц, близких к пятидесяти годам или еще более пожилого возраста, обычно, с одной стороны, отсутствует пластичность духовных процессов, на которую рассчитывает терапия, — старые люди больше не поддаются воспитанию, — а с другой стороны, время обработки материала, который должен быть проработан, удлиняется до бесконечности. Нижняя возрастная граница определяется только индивидуально; подростки, еще не достигшие пубертатного возраста, часто уже прекрасно поддаются влиянию» [Кемпер, 1996. — С. 54].

Однако сегодня, восемьдесят лет спустя, многие авторы иначе, чем Фрейд, оценивают способность пожилых людей к изменениям:

старость ни в коем случае не является абсолютным противопоказанием для аналитической психологии, хотя и возникают многие вопросы, требующие ответа для успешного применения психоанализа для пожилых. Может ли аналитическая психотерапия помочь пожилому человеку, если его внутренняя неудовлетворенность сопровождается психическими и психосоматическими заболеваниями? Оправданно ли ставить во главу угла детские проблемы пожилого человека, если принять во внимание краткость оставшихся лет? Нет ли других методов, ориентированных на конкретное настоящее и позволяющих, принимая во внимание реальную ситуацию пожилых людей, ожидать более быстрых изменений?

Многие психогеронтологи считают, что психоаналитическая теория не является полезной для стареющих людей. С ростом экзистенциальной и гуманистической психологии, трансакционного анализа и других школ терапии, родоначальниками которых являются К. Роджерс, Э. Берн и др., индивидуальное и групповое обсуждение проблем пожилых людей получило легитимный статус для широкого использования в практике. Интересно то, что еще до распространения этих школ терапии многое из их практики использовали в уходе за недееспособными пожилыми профессионалы-непсихологи: священники, социальные работники, добровольцы. Обсуждение — групповая и индивидуальная работа с пожилыми — «случайный» продукт их деятельности, который, как они выяснили, имеет значительный эффект в плане поддержки любого уровня (моральной, психологической, социальной и пр.). Поэтому в их практику и в практику психологов, работающих с пожилыми людьми, вошел термин «обсуждающие терапевты». Они же обратили внимание на то, что в такой работе для терапевтов необходимы личностные качества, такие как эмпатия, сердечность, искренность.

Несколько сравнительных исследований различных методов психологического воздействия с позиций глубинной психологии и поведенческой терапии по результатам групповой терапии пожилых дают хорошие результаты, прежде всего в области самооценки. Для пожилых людей рекомендуются аналитически ориентированные беседы, личностно-ориентированное консультирование и групповые занятия. Желательное направление психотерапевтической работы с пожилыми — подчеркивание приятных сторон жизни, обогащение социальных контактов и стимулирование фантазии. Без этого любая реабилитация оказывается неполноценной. Однако при этом необходимо, возрождая общую культуру клинической беседы, выработать особые техники обсуждения сложных жизненных ситуаций. Главная опора должна делаться не на прошлом или даже настоящем, а на будущем, т. е. на том, как продлить жизнь и наполнить ее действием в оставшиеся годы.

Следующая проблема состоит в том, что круг общения по мере старения сужается, и вдобавок у пожилых имеются трудности коммуникации. Наиболее подходящее при коммуникативных трудностях психологическое воздействие обеспечит группа. Однако попытки расширить круг общения и модернизировать коммуникативные умения пожилых людей будут иметь успех в том случае, если в группах общения или в дискуссии пожилой человек сам будет проявлять активность, т. е. когда он не только получает информацию, но и несет ее.

С точки зрения адлеровской психологии, основной проблемой пожилых людей является не столько депрессия, сколько отсутствие адекватного понимания жизненной задачи в конце жизненного пути. Создание «групп поддержки» — это способ развития социальных интересов и осознания жизненных задач. Участники этих групп учатся находить общую почву для общения, разделять чувства друг друга, обеспечивать для себя обратную связь. С этой целью их просят повторять слова друг друга, определять сильные стороны друг друга и отмечать то, что им нравится в других. В группе обсуждаются жизненные задачи, осуществляется индивидуальная постановка целей на каждую неделю.

Психотерапевтическая тактика, имеющая целью способствовать лучшему приспособлению пожилого человека к старости, должна быть направлена на ту сторону психической деятельности, которая составляет область его личных ценностей. Практически задача заключается в определении объема и характера повседневной занятости. Основная роль здесь должна быть отведена самому пожилому человеку. Внешне это незаметная, но большая мыслительная работа с критическим пересмотром своих возможностей и нового положения в обществе. Стержнем этой работы является формирование отношения к собственному старению. Основу психотерапевтического воздействия Н. Ф. Шахматов (1996) видит в том, чтобы побудить человека больше думать, вовлечь в свое мышление больше понятий и представлений и тем обогатить его. В процессе психотерапии и социальной реабилитации пожилые люди должны перейти от обыденного восприятия к ощущению полноценной жизни в настоящем и освободить внутренние ресурсы для изменения качества своей жизни.

Некоторые психотерапевты при работе с пожилыми клиентами используют подобный принцип. Так, человек, находясь в травмирующей ситуации, эмоционально значимой для него, не может решить свои проблемы «изнутри». Поэтому необходимо создать условия для того, чтобы он смог рассмотреть сложившуюся ситуацию «извне», со стороны. Только в этом случае возможна какая-либо переоценка ее, выявляется способ найти решение проблемы.

Если человек живет в эмоционально значимой для него ситуации, то он не видит, не замечает иных событий. Как правило, это приводит к тому, что размеры собственной проблемы вырастают до «вселенских», что еще больше затрудняет выход из кризиса. Выход из травмирующей ситуации «вверх» предполагает расширение кругозора человека, возможность увидеть множество вариантов решения и выбор наиболее подходящего для него.

Любая проблема переживается как уникальная, присущая только данному человеку. Однако информация о том, что другие люди тоже сталкиваются с такой проблемой и успешно решают ее, может принести облегчение. Это предполагает возможность сравнить себя, свое отношение к проблеме с мнениями других людей. Необходимо дать пожилому человеку возможность понять, что отношение и позиция многое определяют в его жизни. Все это можно назвать «абстрагированием от ситуации»: уточнение понятий, нахождение новых ценностей, смыслов, интересов. Но это действенно только в том случае, если будет воплощено в реальной конкретной жизненной ситуации, в поступках человека. Поэтому одновременно с абстрагированием необходим противоположный процесс: конкретизация тех или иных представлений. Например, обсуждая такие понятия, как добро или любовь, ненависть или вражда, необходимо привести какой-либо пример из жизни, очень подробно описывающий конкретных людей в конкретной ситуации. Цель такого психотерапевтического воздействия — преодолеть фиксированность на травматических переживаниях, направить внимание не внутрь себя, а вовне. Это даст возможность переоценить ситуацию в более широком контексте, увидеть множество вариантов поведения, скорректировать неадекватные запросы, прийти к большему принятию себя, лучшему пониманию себя и других.

При работе с пожилыми людьми применяется широкий спектр социально-психологических методов: беседа, дискуссия, личностно-ориентированная психотерапия, ролевые игры и др. Места работы с пожилыми людьми могут быть различными: дома престарелых, центры дневного пребывания, центры социального обслуживания населения. Важно только, чтобы включение в любую психотерапевтическую работу пожилого человека было проведено не просто с его согласия, но по его инициативе. Только в этом случае возможен какой-то положительный эффект. Несмотря на то что существуют различные формы психотерапии для пожилых людей, большинству из них недостает теоретического обоснования. Поэтому, приступая к работе с пожилым человеком, необходимо разрабатывать концептуальную основу психотерапевтического воздействия или вмешательства.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 |