Имя материала: Социолингвистика

Автор: Беликов Владимир Иванович

3.1.3. социальное неравенство

 

Несмотря на очевидную значимость проблемы социального неравенства, ее общепризнанного теоретического осмысления пока не существует.

У нас в стране она долго решалась в рамках марксистского подхода, с его центральным понятием класса. Общепризнанным было ленинское определение классов: "...Большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы – это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства" (Ленин, ПСС. Т. 39: 15). В марксистской концепции главным фактором в определении классовой принадлежности является отношение к средствам производства; основными классами современного им общества классики марксизма считали буржуазию и пролетариат. После социалистической революции предполагалось стирание классовых различий и стойкое последовательное движение к социальной однородности общества.

Классы в марксистском понимании этого термина в известном смысле действительно исчезли, но то явление, ради объяснения которого было выдвинуто само понятие класса, – социальное неравенство – продолжает существовать. Показательно, что классик социологии М. Вебер, отталкиваясь не от общефилософских построений, а от анализа реального состояния неравенства в современном ему западноевропейском обществе, еще в начале XX в. выявил существование среднего класса. Так же, как Маркс (и предшественники Маркса), важнейшим показателем классовой принадлежности Вебер считал имущественное неравенство. Но наряду с этим он придавал большое значение неравенству социальных статусов; при этом в группы с высоким статусом могут входить не самые богатые люди, а обладатель богатства может иметь в глазах общества низкий престиж (как, вероятно, в современном российском обществе обстоит дело с преступными авторитетами). Третий тип неравенства, отражающийся, по Веберу, на классовой структуре, – это неравенство во властных полномочиях. Реальные возможности для проведения определенной политики индивидом или социальной группой связаны с уровнем их богатства и престижа, но далеко не всегда ими определяются. Сейчас широко распространены представления о номенклатуре как о правящем классе позднего советского общества: главным фактором классообразования служили не собственность и не престиж, а именно доступ к власти.

Многие социологи XX в. не пользуются термином "классовое расслоение", а более осторожно говорят о социальной стратификации. Число выделяемых социальных страт различно, различаются и основания их выделения, но они всегда противопоставлены по уровню доступа к общественным благам, властным возможностям и престижу. Некоторые по традиции называют такие страты классами, но вполне очевидно, что с антагонистическими классами марксизма они имеют мало общего.

У. Л. Уорнер в 1930–1940-х годах, изучая социальную стратификацию в небольших американских городах, в качестве основного критерия отнесения индивидов к определенным классам выдвинул их репутацию в обществе, то, насколько высоко или низко оценивается статус данного человека другими членами общества. В результате Уорнер выделил три класса: высший, средний и низший, каждый из которых подразделяется на высший и низший слои. Оказалось, что служащие по признаку их общественной репутации распределены по всем шести слоям, а наемные рабочие попали в оба слоя среднего и низшего класса. При этом основу высшего слоя среднего класса составляли высокообразованные лица, занятые интеллектуальным трудом, и бизнесмены с высоким доходом (врачи, юристы); типичными представителями низшего слоя среднего класса оказались секретари, банковские кассиры, канцелярские служащие, мелкие собственники. Интересно, что современные российские социологи считают, что исследование Уорнера "не утратило своего значения для социологического знания и по сей день, особенно для анализа социальных реалий современной России" [Социология 1996: 210].

Теоретические представления современных социологов о социальной стратификации и природе ее возникновения могут довольно сильно различаться, но на практике критериями отнесения к конкретной социальной страте в различных комбинациях выступают уровень доходов, уровень образования, стандарты потребления, профессиональная квалификация, объем властных полномочий. При различных подходах в современных индустриальных государствах около 2/3 населения относят к среднему классу. У нас в стране проблема существования среднего класса стала очень популярной, но с научной точки зрения она мало исследована.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 |