Имя материала: Стилистика. Современный английский язык

Автор: Арнольд Ирина Владимировна

§ 3. стилистические функции артикля

 

Функционирование артикля является наглядным примером того, что код представляет собой систему знаков, правил их функционирования, ограничений на эти правила. Поскольку языковой код является адаптивной системой, то, рассматривая его, мы должны пронаблюдать и условия, при которых эти ограничения могут при передаче экспрессивной информации сниматься.

Имена собственные одушевленные употребляются, как известно, без артикля, за исключением определенного артикля с фамилиями в форме множественного числа: The Hardys were rather late (S. Maugham) и неопределенного артикля в обычной вводящей функции: Не was engaged to be married to a Miss Hubbard (S. Maugham). Оба эти случая имеют функционально-стилистическую окраску: оба принадлежат разговорной норме. Сюда же, по-видимому, следует отнести и метонимическое употребление собственных имен с неопределенным артиклем для названия произведения, что дает транспозицию в разряд общих имен: «Have you a Rosetti?» I asked (S. Maugham). Имеется в виду картина Росетти.

Неопределенный артикль перед фамилией при отсутствии транспозиции создает оценочное метафорическое значение: I do not claim to be a Caruso — Я не считаю, что я хорошо пою. Сравните: I do not claim to be Caruso — Я не говорю, что меня зовут Карузо. Оценочный компонент в последнем случае отсутствует. Как в большинстве оценочных коннотаций, формальные признаки не предопределяют, положительная или отрицательная оценка имеется в виду. В следующем примере из книги Н. Винера «Кибернетика» оценка сугубо положительная: «A century ago there may have been no Leibnitz, but there was a Gauss, a Faraday and a Darwin». Неопределенный артикль подчеркивает высокую оценку роли этих ученых в развитии науки. Однако часто неопределенный артикль перед фамилией ничем не примечательного человека дает презрительное указание на какие-нибудь дурные черты носителя этой фамилии. Так, Скоби, герой романа Г. Грина «Суть дела», считает, что он не может поступить, как другой персонаж — Бэгстер, которого он презирает: «Не was not a Bagster.» В романе Ш. Бронте «Шерли» отвергнутая любимым героиня говорит, что ей суждено одиночество, так как она не может стать женой таких людей, как Малоне или Сайке: «I will never marry a Malone or a Sykes — and no one else will ever marry me.» И Малоне и Сайке, таким образом, получают явно отрицательную характеристику, понятную даже если читатель не знает, кто они такие.

Неопределенный артикль перед фамилией может раскрывать и еще одно значение, а именно принадлежность к знаменитой семье; в этом случае всегда имеется оценочный компонент, причем коннотаций могут быть и довольно сложными. Узуально при этом речь идет о том, что данному лицу свойственны фамильные черты знатного рода: Elisabeth was a Tudor. Но если мы обратимся к примеру окказионального использования подобной конструкции в романе Дж. Элиот «Мельница на Флоссе», то увидим, как писательница неоднократно говорит о сестрах Додсон «she was a Dodson», сатирически разоблачая жестокое, чванливое и предельно ограниченное мещанское семейство, их самодовольство и нелепые претензии. Фамилия Додсон звучит очень неаристократично, и сочетание ее с неопределенным артиклем создает характерный для сатиры прием дисгармонии, режущего слух несоответствия.

Определенный артикль перед фамилией может быть экспрессивным и указывать на то, что данное лицо — знаменитость, в хорошем или дурном смысле — безразлично: «Know my partner? Old Robinson. Yes, the Robinson. Don't you know? The notorious Robinson.» (J. Conrad. Lord Jim).

Определенный артикль, ассоциируя слово с предшествующим контекстом, придает ему добавочные признаки, и поэтому может играть большую роль в механизме метафоры1. Артикль служит квантованию, при котором читатель должен сам восполнить недостающие звенья.

Так, например, Антоний, поверив, что Клеопатра мертва, восклицает:

 

I will o'erktake thee, Cleopatra,

And weep for my pardon. So it must be, for now

All length is torture: since the torch is out...

 

(W. Shakespeare. Antony and Cleopatra)

 

В метафоре the torch определенный артикль указывает многозначную связь с предшествующим контекстом. Антоний может назвать факелом саму Клеопатру, ее жизнь, их любовь или все это вместе. Такая множественность смыслов является одной из важных черт компактности создаваемого метафорой художественного образа.

Особо следует остановиться на употреблении артиклей при перечислении. В атрибутивных сочетаниях с несколькими зависимыми однородными членами однородные члены обычно замыкаются между первым артиклем, который указывает на именной характер словосочетания, и существительным. Для конструкции сочетания в повторении артикля необходимости нет, но для выполнения стилистической функции он может понадобиться: Under the low sky the grass shone with a brilliant, an almost artificial sheen (C.P. Snow). Появление второго артикля оказывается неожиданным и, привлекая внимание к следующему за ним слову, подчеркивает его важность и создает впечатление начала нового словосочетания. Эффект повторения артикля в общем аналогичен повтору любого другого детерминатива или союза и может сочетаться со стилистическим приемом нарастания, т.е. расположения слов и выражений в порядке их возрастающего значения. При перечислениях, т.е. в ряду однородных членов, отступление от нормы может выражаться как в повторе артикля, так и в опущении его: It began to rain slowly and heavily and drenchingly... and her thoughts went down the lane toward the field, the hedge, the trees — oak, beech, elm (Gr. Greene). В данном случае чередование рядов с артиклем и без артикля создает определенный ритм предложения: то замедляет, то ускоряет его темп1.

Отсутствие артикля перед предметным существительным в единственном числе — ощутимое нарушение нормы. Оно передает максимальную степень абстракции и обобщения. Введенный таким способом образ лишается своей конкретности. В стихотворении В. Одена «Странник» крайняя усталость путника, прошедшего через моря и леса, описана в обобщенных образах. Необычный синтаксис сочетается с отсутствием артикля.

 

There head falls forward, fatigued at evening,

And dreams of home,

Waving from window, spread of welcome,

Kissing of wife under single sheet;

But waking sees

Bird-flocks nameless to him, through doorway voices

Of new men making another love.

 

Размытость образов помогает читателю почувствовать, что домашний уют и счастье — только сон.

В заключение параграфа отметим, что наряду с рассмотренными выше стилистическими особенностями употребления артиклей существует еще специфика жанровая, т.е. особенности употребления артиклей в авторских ремарках, газетных заголовках и т.д.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 |