Имя материала: Теория государства и права

Автор: Марченко Михаил Николаевич

§ 3. виды правовых норм

Для теории права и практики применения правовых норм наиболее важны следующие классификации.

На особенностях содержания гипотез и диспозиций правовых норм основана классификация правовых норм по объему (пределам) их действий. Наиболее важна классификация правовых норм по предмету правового регулирования, т.е. по виду тех общественных отношений, которые регулируются нормой. Эта классификация лежит в основе построения системы права, деления его на отрасли и институты. Практическое значение этой классификации в том, что она облегчает выбор нормы, подлежащей применению к данным отношениям и к данному случаю, а при совершенствовании законодательства создает предпосылки для кодификации (высшей формы систематизации).

' Мнение отдельных авторов, что нормы права состоят из двух частей или элементов ("если — то"), основано на смешении норм права и некоторых статей нормативных актов (см. ниже § 4). Оно не учитывает системности права, неразрывной связи правила поведения с условиями его реализации и, способом охраны от нарушений.

 Становление гражданского общества предопределило укрупнение деления всех правовых норм на нормы частного и нормы публичного права. Такое деление, обозначившееся еще в римском праве, более всего связано с различием норм, выражающих интересы отдельных лиц и их объединений (сфера отношений гражданского общества), и норм, регулирующих деятельность государства, его органов и должностных лиц (см. гл. XV). В тоталитарных государствах, где огосударствлена большая часть общественных отношений, значительная часть частного права поглощена публичным. Развитие отношений гражданского общества, основанного на юридическом равенстве людей, на правах и свободах личности, ее автономии, инициативе и предприимчивости, закономерно ведет к повышению значения норм и отраслей права, регулирующих имущественные, договорные, кредитные и иные отношения, а также охраняющих их норм гражданского процесса. С развитием товарооборота неизбежно создание новых отраслей и норм права (нормы коммерческого, вексельного, банковского, страхового, акционерного и т.п. отраслей права).

К частному праву относятся нормы гражданского, семейного, трудового и других отраслей права, связанных с развитием гражданского общества. Публичное право включает государственное, ад-• министративное, финансовое, уголовно-процессуальное и граждан-ско-процессуальное и др. отрасли права, регулирующие деятельность государственных органов и должностных лиц. К публичному праву относится также большинство норм уголовного права.

Важное значение имеет также классификация правовых норм по способам воздействия на поведение людей (предоставление права, возложение обязанности, запрет). Эта классификация правовых норм несет на себе следы первоначального образования права. В период становления права его источниками были договоры о взаимных правах и обязанностях участников общественных отношений. Результатом обобщения разнообразных договоров стали нормы права, определяющие содержание различных правоотношений. По содержанию правоотношения, моделью которого является диспозиция, эти нормы делятся на управомочивающие и обязывающие. Социальный смысл управомочивающих норм — предоставление гражданам и другим субъектам права определенной возможности поведения, гарантированной соответствующими обязанностями других лиц. К ним относятся, например, нормы о праве на трудовую деятельность, на вознаграждение, на отдых, на образование, на материальное обеспечение, нормы о правах автора, об имущественных правах и др. Основная цель обязывающих норм — определение требуемого (должного, обязательного) поведения. Таковы нормы, определяющие гражданские, трудовые, семейные, административные, процессуальные и другие обязанности.

Особое место в правовой системе занимают запретительные нормы, т.е. нормы, определяющие составы правонарушений и сан

 кции за их совершение. Прообразом таких норм были "табу" первобытного общества. С помощью запретительных норм осуществляется охрана правопорядка, предупреждение и пресечение деяний, вредных или опасных для общества. Некоторые запреты относятся к точно определенному кругу лиц и обстоятельств (например, запрет водителям транспорта во время работы употреблять спиртные напитки); но многие запреты адресованы всем вменяемым лицам в любой ситуации (запреты убийства, насилия, клеветы, кражи и т.п.). В отличие от управомочивающих и обязывающих норм запреты безусловны, так как право определяет не условия их реализации, а, наоборот, исключения, когда разрешается нарушение правового запрета (крайняя необходимость, необходимая оборона). В правовом статусе гражданина запрету соответствует не праводееспособность, а деликтоспособность (признанная законом способность нести ответственность за правонарушения, вменяемость). При нарушении запретов охраняющие их санкции реализуются только через правоотношения; но сам запрет действует вне правоотношений; из него проистекает не обязанность, а "запрещенность".

Запретительные нормы предусматривают действия, которые право стремится не урегулировать, а предупредить и пресечь. Поэтому в уголовном кодексе, в кодексе об административных правонарушениях и других нормативных актах многие запреты обозначаются не как предписания, а как указания на наказуемость определенных деяний ("заведомо незаконное задержание — наказывается...", "похищение человека — наказывается ...", "повреждение телефонов-автоматов — влечет наложение штрафа ...", "за нарушение трудовой дисциплины администрация предприятия, учреждения, организации применяет следующие дисциплинарные взыскания...").

Существенно важно и то, что для соблюдения (ненарушения) большинства запретов от многих людей не требуется никаких специальных волевых усилий (заставить себя не украсть, не убить, не оклеветать, не вымогать взятку и т.п.). Большая часть членов общества вообще соблюдает многие запреты, даже не зная об их существовании. Хотя многие запреты адресованы всем и каждому, по существу они обращены к тем лицам, которые склонны к совершению противоправных действий. Социальное назначение запретов в том и состоит, чтобы либо сдержать этих лиц угрозой наказания, либо, в случае нарушения запрета, подвергнуть наказанию или взысканию в пределах санкции нарушенной нормы.

Деление правовых норм на управомочивающие, обязывающие и запрещающие предопределяет их формулировку в нормативных актах. Хотя многие нормы могут быть сформулированы любым способом, их содержание предопределяет изложение указанием только на право, или на обязанность, либо на запрет. Так, права автора или собственника не могут быть определены только через обязанности

 всех и каждого воздержаться от нарушения этих прав или — тем более — только указанием на запрет нарушать эти права; для определения обязанностей служащего недостаточно указать лишь на право руководителей требовать исполнения этих обязанностей либо на запрещение служащему эти обязанности нарушать; наконец, запрет общественно опасных и вредных деяний не может быть определен только как право государственных органов, должностных лиц и граждан противодействовать этим деяниям, бороться с ними.

Деление правовых норм на определенные и относительно определенные выражает степень и вид юридической регламентации поведения адресатов норм, меру их самостоятельности в процессе осуществления правовых норм. Различная степень определенности может быть свойственна гипотезам (если при определении условий реализации правовой нормы предусмотрена возможность выбора юридических фактов) и диспозициям (если указаны альтернативные варианты поведения). С этим связано деление правовых норм на императивные (категорические) и диапозитивные, характеризующее связь гипотезы и диспозиции. Если в числе обстоятельств, обусловливающих реализацию правовой нормы, указано решение участников правоотношения, возникающего на основе диспозиции (быть или не быть этому отношению?), либо если им предоставлено право определить, уточнить, конкретизировать будущие права и обязанности (каково содержание будущего правоотношения?), нормы относятся к диспозитивным; если и основания возникновения правоотношения, и его содержание твердо и детально определены нормативным актом — нормы относятся к императивным. По существу диспозитивны все управомочивающие нормы, коль скоро носитель права волен воспользоваться или не воспользоваться им; однако различна степень определенности условий возникновения и использования права, его границы, степень регламентации порядка его осуществления.

Ряд отношений и линий поведения их участников определяется комплексом императивных и диспозитивных норм; различные способы и формы их соединения предопределены необходимостью сочетания точной правовой регламентации ряда сторон общественных отношений (особенно тех, которые связаны с распоряжением материальными ценностями либо с применением государственного принуждения) со свободой, самостоятельностью и активностью участников общественных отношений.

Формами выражения императивности правовых норм является категоричность предписания, определенность количественных (сроки, размеры, периодичность, доли, проценты и т.п.) и качественных (перечни видов имущества, описание действий, порядка их совершения и т.п.) условий применения и способа реализации правовой нормы, запрет иных, чем указано, действий. Диспозитивность обозначается как право (возможность) поступить иначе, чем указано нор

 мой', как определение лишь цели, которая должна быть достигнута использованием "оценочных понятий" (их содержание раскрывается в процессе реализации права), и др.

От норм, содержащих оценочные понятия ("при наличии достаточных доказательств...", "в случае производственной необходимости...", "при наличии уважительных причин..." и т.п.) отличаются, как особый вид, бланкетные нормы права, которые, как правило, императивны, но диспозиция которых включает меняющийся элемент — правила, содержащиеся в периодически обновляемых актах (правила дорожного движения, правила техники безопасности, санитарно-технические нормы, просто технические нормы, нормы естественной убыли и др.). При применении бланкетных норм необходимо обратиться к последним по времени издания актам, содержащим соответствующие правила, включаемые в диспозицию названных норм права. По-своему бланкетны некоторые правовые нормы, применение которых невозможно без учета моральных критериев; таковы, например, нормы об ответственности за оскорбление, клевету (ст. 129, 130 УК РФ).

Если гипотеза определяет пределы (объем) действия и применения нормы, а диспозиция — способ ее воздействия на поведение людей, то в санкции выражен способ охраны правовой нормы от нарушений с помощью мер государственного принуждения. По способу охраны правопорядка санкции делятся на два основных вида:

правовосстановителъные (направленные на принудительное исполнение обязанностей, восстановление прав) и штрафные, карательные (предусматривающие ограничение каких-либо прав правонарушителя, возложение на него специальных обязанностей, либо его официальное порицание).

Правовосстановительными санкциями охраняются правовые нормы, последствия нарушения которых могут быть устранены или уменьшены с помощью государственного принуждения. Эти санкции абсолютно определенны (либо размер их ограничен заранее известным пределом): они применяются до восстановления нарушенных прав, исполнения невыполненных обязанностей, ликвидации противоправного состояния.

Штрафные, карательные санкции применяются за проступки или за преступления. Эти санкции носят относительно определенный характер, устанавливая либо альтернативу подлежащих применению принудительных мер (например — исправительные работы или штраф), либо их пределы (лишение свободы от двух до пяти лет), либо возможность применения основных и дополнительных

' Диапозитивными нормами иногда называют те, которые определяют содержание правоотношения на случай, если стороны не договорились иначе. На самом деле отличие диспозитивной нормы от императивной не в восполнении пробелов волеизъявления сторон, а в разрешении сторонам отступать в своих договорах от этой нормы.

 взысканий или наказаний. Относительная определенность штрафных, карательных санкций обусловлена необходимостью при назначении правонарушителю конкретного взыскания или наказания учесть такие обстоятельства дела, как форма и степень вины, последствия правонарушения, характеристика личности правонарушителя и др.

Большинство норм, определяющих санкции за правонарушения, применяется в особой процессуальной форме, обеспечивающей выяснение истины по делу, обоснованность и законность решения. Процессуальная форма применяется также при реализации или охране ряда других правовых норм. В связи с этим различаются нормы материального права (так принято называть нормы, определяющие содержание прав, обязанностей и запретов, непосредственно направленных на регулирование общественных отношений) и нормы процессуального права (определяющие порядок, процедуру, форму реализации или охраны норм материального права).

Нормы материального права определяют права и обязанности, существенные для положения человека в обществе и государстве, регулируют его правовые отношения с другими людьми, их объединениями, с органами власти и управления. Материально-правовыми нормами определяется структура, компетенция, соотношение государственных органов. Процессуально-правовые нормы определяют порядок, процедуру оформления и защиты прав, установленных материально-правовыми нормами, порядок и последовательность действий государственных органов и должностных лиц, применяющих правовые нормы. Материально-правовые нормы образуют как бы первый слой права, указывают, "что делать". Процессуально-правовые нормы, составляющие как бы второй слой, определяют юридические способы охраны, защиты и восстановления первого слоя права, указывают, "как делать".

Понятие "процесса" еще недавно связывалось в литературе только с правосудием, поскольку деятельность органов следствия и суда наиболее детально урегулирована правом (УПК и ГПК). В последние годы понятие процесса распространяется на урегулированную правом деятельность всех вообще органов государства ("законодательный процесс", "административно-правовой процесс").

Классификация правовых норм иногда связывается с юридической силой нормативных актов, в которых содержатся правовые нормы и их элементы, с компетенцией государственных органов, издающих эти акты. При выявлении элементов правовой нормы могут обнаружиться противоречия между установленными на разных законодательных уровнях условиями применения или определениями содержания нормы. В этих случаях применяются следующие правила: определения норм, содержащиеся в нормативных актах Российской Федерации, имеют преимущество по отношению к нормам, установленным в актах субъектов Федерации; во всех случаях расхождения норм закона и подзаконных актов действуют определения

 законов; последующий нормативный акт того же (или вышестоящего) государственного органа вносит изменения в предыдущие.

Кроме перечисленных видов в литературе названы еще несколько видов правовых норм.

Видами правовых норм иногда называют "рекомендательные" и "поощрительные" нормы. По юридической природе те и другие относятся к управомочивающим нормам. Выделение их в особые виды связано с особенностями их социально-психологического (мо-тивационного) влияния на поведение людей и общественные отношения (см. § 4 гл. XXV).

С точки зрения осуществимости правовых норм, они оцениваются как эффективные и неэффективные (малоэффективные), причем различаются социальная эффективность правовых норм (каков практический результат действия нормы, ее социальный эффект, соразмерны ли общественные затраты на ее реализацию?) и эффективность юридическая. Юридически неэффективны так называемые "мертвые нормы", гипотезы которых предусматривают практически не существующие либо недоказуемые условия реализации нормы или диспозиция определяет действия невозможные, а также "бессильные нормы", т.е. нормы, не обеспеченные санкцией.

Исходя из моральных критериев правовые нормы оцениваются как справедливые или несправедливые (хорошие и плохие, правильные и неправильные и т.п.). Деление правовых норм на "справедливые" и "несправедливые" связано с господствующей в данном обществе (или его части) моралью и составляет часть общественного правосознания. Если в индивидуальных спорах (в суде, в других государственных органах) одна и та же норма, относящаяся к спорному делу, может по-разному оцениваться сторонами спора о праве, то в правосознании общества или класса действующие правовые нормы нередко получают общепризнанную оценку, выраженную в общественном мнении. В нашей стране, например, порицались как несправедливые действовавшие правовые нормы о неравенстве внебрачных детей, о чрезмерно суровых наказаниях за мелкие хищения, о необоснованных привилегиях должностных лиц и др. В демократическом обществе и государстве массовое правосознание имеет возможность влиять на законодательную власть, добиваясь изменения или отмены несправедливых правовых норм, противоречащих общественному мнению.

В связи с нравственной оценкой правовых норм к ним предлагалось применить понятие "ценность". В процессе обсуждения этой проблемы резонно отмечалось, что с самого начала дискуссии о "ценности" права речь шла, по существу, не о ценности, а о его социальной полезности и необходимости. Для оценки отдельно взятых правовых норм достаточны такие критерии, как справедливость (или несправедливость) и эффективность (или неэффективность). Что касается права в целом, то обоснованно указывалось на ряд присущих ему побочных явлений и отрицательных свойств (узаконение

 принуждения, унификация людей, конформизм, тенденция к расширению и др.).

Правовые нормы необходимы, многие из них полезны, эффективны, справедливы; однако еще древние не без оснований утверждали: summum jus, summa injuria (чрезмерно строгое следование праву порождает наивысшую несправедливость). Проблема ценности правовых норм усложняется еще и тем, что "ценность" не является общепринятым масштабом; как замечают современные исследователи, "в любом обществе существует определенный конфликт ценностей, и выбор между ними совершается в сфере права и морали'". Поэтому деление правовых норм на "ценные" и иные (менее ценные, неценные и т.п.) не имеет объективных оснований.

Стремление придать правотворчеству научный характер побудило некоторых правоведов поставить проблему "истинности" правовых норм. Однако попытки применить к социальным нормам понятия "истинности" или "ложности" с самого начала встретили возражения специалистов по деонтической логике и ряда правоведов. Главная трудность деления правовых норм на "истинные" и "неис-. тинные ("ложные") — отсутствие критерия, руководствуясь которым можно было бы отличить одни от других2.

Наконец, иногда от норм-правил поведения (норм непосредственного регулирования человеческого поведения) отличают "исходные правовые нормы" (нормы-начала, нормы-принципы, нормы-дефиниции и другие нормы, имеющие наиболее общий характер, наиболее высокую форму абстрагирования)3. Для такого деления нет объективных оснований, если исходить из того, что сущность права состоит в регулировании поведения людей и их отношений. Так называемые нормы-принципы, дефинитивные и иные нормы представляют собой нормативные предписания высокого уровня обобще-

' См.: Синха Сурия Пракаш. Юриспруденция. Философия права. Краткий курс. М.,1996. С.283.

2 Кельзен утверждал, что правовая норма не обладает ни истинностью, ни ложностью: она лишь действительна или недействительна: "Ни один юрист не может отрицать существенного различия между опубликованным в официальном вестнике законом и научным комментарием к этому закону, между уголовным кодексом и учебником по уголовному праву. Это различие проявляется в следующем: сформулированные правоведением высказывания о долженствовании, описывающие право, никого ни к чему не обязывающие и не управомочивающие, могут быть истинными или ложными, в то время как установленные правовой властью нормы долженствования, обязывающие или управомочивающие правовых субъектов, не могут быть ни истинными, ни ложными, но лишь действительными или недействительными; точно так же, как бытийные факты не могут быть ни истинными, ни ложными: они либо есть, либо их нет, и лишь высказывания о фактах могут быть истинными или ложными" (Чистое учение о праве Ганса Кельзена. Сборник переводов. Вып. 1. М., 1987. С. 32, 102—103).

3 См.: Нормы советского права. Проблемы теории. Саратов, 1987. С. 159— 160 и др.

 ния, вынесенные за скобки многих правовых норм-правил поведения, но обретающие действенность и юридическую силу лишь в составе каждой из них. Кроме того, к нормам-принципам, нормам-определениям и т.п. иногда относят содержащиеся в законах и других нормативных актах декларативные, программные, социально-политические, нравственные положения, призванные обосновать и поддержать авторитет прав'а, но не содержащие юридических норм;

соответственно, они не могут рассматриваться как разновидности норм права.

Что касается предложенного некоторыми авторами деления норм на дефинитивные, описательные, ссылочные и т.п., то это классификация не правовых норм, а статей нормативных актов.

§ 4. Соотношение норм права и текстов нормативных актов

Основным источником (формой) права нашей страны являются нормативные акты, в текстах (разделах, частях, статьях) которых излагаются правовые нормы.

При подготовке и принятии нормативных актов обязательно учитываются специфические признаки правовых норм (общий характер, неперсонифицированность, обращенность в будущее и др.) и их структура (каждое правило должно иметь обозначение условий применения и охраняться государством от нарушений). Однако норма права не тождественна статье закона, а структура последней не совпадает со структурой правовой нормы. Это определяется рядом обстоятельств.

В одной статье нормативного акта (и даже — в одном нормативном акте) не могут быть выражены в полном объеме все элементы, из которых состоит правовая норма. При подготовке, принятии и издании нормативного акта правовой материал по правилам законодательной техники группируется таким образом, чтобы акт был компактен, а его предписания легковоспринимаемы. Поэтому при подготовке проекта закона или иного нормативного акта его текст делится на разделы, статьи, части статей; в кодексах — на главы, разделы или на общую и особенную части. В начале многих нормативных актов обозначаются положения, имеющие отношение ко всем последующим разделам, связанные с многими или со всеми нормами данной отрасли права. Объединение близких по своим предписаниям норм или их частей в одну статью или раздел нормативного акта позволяет избежать повторений и длиннот1. Изложение од- *

' Так, положение ст. 23 Уголовного кодекса РФ относится ко всем нормам особенной части уголовного права, и ее отсутствие в Общей части Кодекса потребовало бы включения в каждую статью Особенной части формулировки: "лицо, совершившее данное преступление в состоянии опьянения, подлежит уголовной ответственности".

 ной правовой нормы в разных нормативных актах иногда обусловлено различием компетенции органов, определяющих разные части правовой нормы'. В разных статьях нормативных актов, а то и в разных кодексах содержатся материально-правовые и процессуальные нормы. В результате элементы одной нормы обычно размещаются в разных статьях нормативных актов, и, наоборот, одна статья может содержать части нескольких норм.

Частицы, элементы правовых норм находят выражение в статьях, пунктах, параграфах текстов нормативных актов в виде определений общего характера, обладающих рядом признаков нормы. Те из них, которые представляют собой логически завершенные, обязательные для соблюдения положения, называются нормативными предписаниями. Некоторые нормативные предписания по содержанию и логической структуре "если — то — иначе" близки к правовой норме, но и они 'не могут применяться без учета общих и других положений законодательства, в соединении с которым они только и могут образовать норму; другие правовые предписания логически строятся по форме: "если — то"; есть и такие, что не имеют другой структуры, кроме грамматической2.

Формулировка многих правовых предписаний строго зависит от содержания выражаемых ими правовых норм; таковы, как отмечено, управомочивающие, обязывающие, запрещающие нормы права. Последние (запрещающие) нередко вообще как бы выносятся за рамки ряда норм и целых отраслей права, в пределах которых находятся охраняемые ими диспозиции, формулируются как перечни деяний, которые запрещено совершать, и санкций, соответствующих качествам и тяжести этих деяний (уголовные кодексы, кодексы об административных правонарушениях, положение о материальной ответственности рабочих и служащих и др.).

При помощи этих санкций, как отмечено, охраняются обширные комплексы различных отраслей права; таковы также положения гражданского процессуального кодекса, регулирующие исполнительное производство — как санкция, они связаны с рядом норм гражданского, трудового, семейного, административного, уголовного права; общий характер (по отношению ко всему гражданскому праву) имеет предписание о возмещении убытков. Существование в законодательстве правовых предписаний, выражающих общие для многих норм санкции, облегчает деятельность законодателя — при

' Это неизбежно, например, при издании бланкетных норм; так, административная ответственность за нарушение ветеринарно-санитарных правил определена Кодексом РФ об административных правонарушениях, сами же эти правила устанавливаются местными органами власти и управления.

2 Некоторые части статей нормативных актов (особенно "отсылочные") вообще не образуют правовых предписаний (например, "те же действия, совершенные повторно, влекут..." и т.д.).

 дальнейшем развитии права учитывается, что новые нормы права (диспозиции) включаются в комплекс норм, уже охраняемый определенной санкцией.

Важное место среди нормативных предписаний занимают обобщения условий действия и применения правовых норм. Таковы содержащиеся в законах и других нормативных актах общие положения о субъектах права, их видах и правовых статусах, об условиях действия нормативно-правовых актов, порядке их реализации, о процедурах решения юридических споров, о правовом режиме различных имуществ и др. Нормативные предписания такого уровня в процессе реализации права осуществляются через правовые нормы, регулирующие поведение отдельных лиц; вместе с тем они имеют самостоятельное значение в системе правового воздействия.

Особенное значение среди нормативных предписаний имеют законодательные определения основных прав и свобод граждан. Обычно они излагаются в конституциях или в специальных нормативно-правовых актах ("Декларация прав человека и гражданина", "Билль о правах"). После Второй мировой войны ряд основных прав и свобод закреплен в международных документах, положения которых признаны обязательными в Российской Федерации.

Нормы права и статьи законов не всегда тождественны по той причине, что тексту нормативного акта, как и любому литературному произведению, нередко свойственны образность, ориентация на массовое правосознание, обращенность к общественному мнению. Так, для уголовного законодательства традиционны как бы неправильные формулировки: "преступление (хищение, вымогательство, убийство, клевета, хулиганство, разбой, мошенничество, получение или дача взятки, заведомо ложный донос и т.д.) наказывается...", хотя на самом деле наказывается не преступление, а преступник (вор, убийца, взяточник, хулиган, мошенник, клеветник и т.п.). В законодательстве используются условные термины; например, "молодой специалист" может оказаться по возрасту далеко не молодым работником, осваивающим новую для него специальность и потому имеющим право на некоторые льготы. Некоторые исторически сложившиеся термины и определения законодательства противоречат их обыденному значению. Отдельные средства транспорта по закону относятся к "недвижимым вещам". Лица, ничего не теряющие, а приобретающие по завещанию дополнительные права, именуются "отказополучателями". В ряде статей нормативных актов для смыслового усиления должное описывается как сущее: "Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого"; "Депутату обеспечиваются условия для беспрепятственного и эффективного осуществления его прав и обязанностей". В тех же целях (для смыслового усиления, образного выражения непререкаемости закона) запрещенное порой характеризуется как вообще невозможное: "Никто не может быть произвольно лишен жизни"; "Собствен-

 ность не может использоваться в целях, противоречащих интересам общества, правам других граждан".

Различие между нормами права и статьями законов заключается и в том, что в тексте нормативного акта могут содержаться не только нормативно-правовые предписания, но и индивидуальные распоряжения, а также обоснования нормативного акта, фактические утверждения, программные положения, призывы, декларации, правила общежития, морально-политические нормы и принципы. Одним из наследий времен, когда законодательство было формой пропаганды, является наличие в текстах законов идеологических и политических сентенций, имеющих программный, декларативный характер. Стремление придать тестам законов непременно политическое звучание приводило к тому, что эти тексты неправильно выражали правовые нормы. Так, если в законах говорится об обжаловании в суд "незаконных действий" должностных лиц и государственных органов (вариант: "действий, нарушающих права и свободы граждан"), то получается так, что суд может принимать жалобы только на действия, незаконность которых где-то и кем-то уже установлена (зачем тогда вообще обращаться в суд?), а жалобы на законные действия принимать вообще не должен, хотя бы жалобщик и считал свои права нарушенными. В другом нормативном акте определяется порядок возмещения ущерба, причиненного гражданину "незаконными действиями органов следствия, дознания, суда";

выходило, что ущерб, причиненный законными, но ошибочными действиями этих органов (официальным признанием печальной неизбежности таких ошибок является хотя бы существование обширных институтов обжалования актов этих органов), возмещению не подлежит.

Наконец, особое место в системе права и законодательства занимают содержащиеся в конституциях и других основных законах правовые предписания, предполагающие и требующие их конкретизации в текущем законодательстве. Это — своеобразные ориентиры нормотворческой деятельности, оказывающие лишь косвенное влияние на практику реализации права, ибо невозможно осуществить право, о котором сказано, что оно осуществляется в "установленном законом порядке", а этот порядок законом еще не установлен, равно как нельзя наказать нарушителя запрета, если сказано, что правонарушение "карается по закону", но соответствующий закон еще не принят. Правовые предписания, условия и порядок реализации которых в системе права и законодательства не определены, неизбежно остаются неосуществимыми, декларативными, поскольку правовые нормы еще не получили в текстах нормативных актов полного выражения.

В действующей Конституции Российской Федерации содержатся положения, для реализации которых требуется принятие дополнительных законов. Таково, в частности, право гражданина на заме

 ну военной службы альтернативной гражданской службой в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 59 Конституции. Поскольку федеральный закон, предусмотренный той же статьей, еще не принят, названное право осуществить невозможно; поэтому Конституция в данном случае имеет прямое действие лишь по отношению к органам законодательной власти, которым надлежит принять соответствующий закон, а также органам правосудия, оправдывающим тех, кто отказывается от военной службы по основаниям, указанным в ст. 59 Конституции.

Важной задачей правоведения является разработка способов перевода тех положений закона, которые носят самый общий, абстрактный характер, в нормативные предписания, через которые эти ' законоположения воплощаются в систему правовых норм, регулирующих поведение членов общества. В теоретическом плане эта проблема усложняется тем, что в последние годы в учебной и научной литературе распространилось противопоставление норм права и текстов закона, основанное на абстрактном предположении, что право (мера свободы) всегда хорошо и справедливо, а закон (текст нормативного акта) нередко бывает несправедливым и плохим. Однако неосуществимость ч. 3 ст. 59 Конституции Российской Федерации являет яркий пример прямо противоположного соотношения, когда хорошему и справедливому закону не только не соответствуют осуществимые нормы права, но и в общественной жизни из-за этого несоответствия возникают правовые конфликты и аномалии.

Для повышения эффективности правового регулирования немалое значение имеет совершенствование законодательства, его систематизация, изложение правовых норм общепонятные языком, широкое применение правил законодательной техники. Правовой нормой трудно руководствоваться, если ее элементы размещены в большом числе нормативных актов, часть изданий которых не всем доступна, а последующие изменения не всегда общеизвестны. Политические и моральные сентенции уместны не в тексте нормативных актов, а если без них почему-либо трудно обойтись — в преамбулах;

законодатель должен стремиться к точному выражению своих мыслей и намерений в тексте законов без иносказаний и двусмысленностей; если закон не является законом прямого действия, а содержит обещания принять дополнительные нормативные акты о порядке реализации тех или иных правоположений — обещанные акты должны быть оперативно подготовлены и приняты, дабы законодательство не содержало неосуществимых положений. Серьезные преграды на пути реализации права создают противоречия в текстах нормативных актов, дающие основания логически конструировать разные по содержанию правовые нормы, относящиеся к одному и тому же отношению. Особенно опасны для практики правового регулирования противоречия между содержанием законов и подза*-конных актов, если последним отдается предпочтение государствен-

 ными органами и должностными лицами, применяющими правовые нормы.

Во всех странах, где нормативные акты являются основным источником права, существует проблема соотношения "буквы" и "духа закона", обусловленная тем, что, во-первых, мысль законодателя не всегда достаточно точно выражена в тексте нормативных актов, во-вторых, тем, что текст со временем почти неизбежно устаревает, и содержащиеся в нем термины, определения, понятия становятся узки или, напротив, широки для обозначения новых явлений общественной жизни. Поэтому процесс применения и другие формы реализации правовых норм носят в известной мере творческий характер: во-первых, в процессе изучения текстов нормативных актов логически конструируется правовая норма с ее тремя элементами (кто, когда, при каких условиях — к чему обязан, на что имеет право, какие меры государственного принуждения применяются в случае нарушения правовой нормы); во-вторых, в процессе конструирования правовой нормы определяется, какие именно положения, содержащиеся в тексте нормативного акта, имеют юридическое значение; в-третьих, может оказаться, что норма права не получила в тексте закона точного выражения и изложения ("порядок обжалования незаконных актов", "молодой специалист", "никто не может быть произвольно лишен жизни" и т.п.) и потому текст нормативного акта подлежит не буквальному, а ограничительному или распространительному толкованию (см. гл. XXV).

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 |