Имя материала: Институциональная экономика

Автор: Д. С. Львов

5.2. внешние участники деятельности предприятия

Государство

Оценку функциональной роли государства и влиятельных публичных объединений в экономической сфере жизнедеятельности общества следует проводить в двух плоскостях — операциональной и институциональной. Такое двумерное рассмотрение в большей мере соответствует системной природе общества и государства. Традиционный подход, основанный на соображениях желательности или нежелательности активной роли государства и публичных объединений в экономике, отражает по существу идеологические и политико-групповые предпочтения его выразителей, а не характерные свойства самих этих объединений.

Примерами традиционного подхода, несомненно, являются не только доктрина laisser-faire и ее современный вариант — концепция государства — почтового сторожа, но и доктрины государственного социализма, государства всеобщего благосостояния, концепций смешанной и социально-ориентированной экономики.

Несмотря на все различия идеологического и концептуального характера между этими позициями, их объединяет одно: они все не учитывают или учитывают в недостаточной степени реальность общества и государства и, следовательно, ограничения, которые эта реальность накладывает на действия, ценности и идеи всех индивидов, что живут в обществе. До сих пор научные представления об обществе не слишком далеко ушли от представлений Платона и Аристотеля. Первый, как известно, ограничивал общество и государство древнегреческим полисом. Он даже определил оптимальное число граждан в идеальном государстве. Оно должно было равняться 4958 человекам [5]. Это странное на первый взгляд число имело, тем не менее, под собой вполне реальную и прозаическую основу. Оказывается, что оно содержит в себе то множество комбинаций, которое необходимо и достаточно для осуществления всех общественных работ, обязанностей и повинностей в государстве — полисе, включая государственную и военную службу, ремонт дорог и общественных сооружений, отправление правосудия и надзор за соблюдением правопорядка, в том числе и на городских рынках.

Аристотель, в свою очередь, не только предложил отличительные характеристики общества, определив его как область существования и действия доброй воли, объединяющей людей в сверхиндивидуальные образования, имеющие этическую основу, а входящих в них индивидов как «политических животных». При этом он выдвинул поразительное по емкости утверждение о том, что «тот, кто способен жить вне людей (читай — общества), должен быть либо зверь, либо бог» [5].

Если отвлечься от неизбежных для этих авторов архаизмов терминологического и концептуального характера, нельзя не признать, что для них общество было реальным объектом — средой и способом существования индивидов, содержащей в себе все условия их жизнедеятельности и играющей в ней роль не меньшую, чем сама природа.

На более современном языке можно было бы сказать, что Платон и Аристотель были основоположниками примата общественного над индивидуальным и частным. Эта позиция получила мощное усиление в трудах римских юристов, разработавших концепции юридических лиц и корпораций и разделения их прав на вещные и обязательственные, благодаря чему объединения лиц" публичного характера обрели правовое существование в качестве самостоятельных субъектов действия, в том числе экономического. Аристотель к тому же дал первое объяснение таким явлениям, как цена и обмен. Вспомним его знаменитую теорию справедливой цены и дихотомию ценности для пользования и ценности для обмена.

Римское право и платоновско-аристотелевская традиция социальной мысли стали той основой, на которой развилась система западноевропейского канонического права, в котором получили вполне операциональную правовую трактовку такие важнейшие экономические явления, как цена, процент, владение и собственность, частная и публичная выгода.

Европейская социальная и экономическая мысль придерживалась примата общественного над индивидуальным вплоть до конца эпохи меркантилизма, т.е. до начала XVIII в., хотя бунт индивидуализма в ней начался значительно раньше и был связан с событиями Реформации и особенно Английской революции XVII в. Первым ярким событием этого бунта стал выход в свет знаменитого трактата Т. Гоббса «Левиафан» [6]. В нем автор уподоблял современное ему государство библейскому чудовищу Лефиафану — всемогущему и беспощадному, жестоко карающему ослушников. Государство обязано быть таким, чтобы удерживать людей от взаимного пожирания друг друга, «ибо человек человеку волк», и без вездесущей сдерживающей и карающей руки государства люди под влиянием пороков и страстей, буйства воль и желаний неминуемо впали бы в состояние «войны всех против всех», и социальный мир прекратил бы свое существование.

До Гоббса государство в обличий абсолютной монархии воспринималось как олицетворение высшей воли и разума, а пороки правителей хотя и расценивались как нарушение установлений божественной власти или впадение в греховные соблазны, но не меняли ее природы. Не случайно составной частью титула многих европейских монархов было определение «христианнейший». Государству как инструменту монаршей власти, имеющей божественную природу, не требовалось оправдывать свое существование необходимостью противодействия дурным наклонностям своих подданых.

В России выдающимся теоретиком такого государства проявил себя Иван Грозный в переписке с князем Курбским, хотя его государственная практика могла бы послужить яркой иллюстрацией тезиса Т. Гоббса [7]. Сам же Т. Гоббс, положив в основание государства эмпирическую базу в виде пусть даже надуманных свойств, но все же реально существующих людей, стал основоположником индивидуалистической традиции в социальной мысли. Без «Левиафана» трудно представить себе появление школы «естественного права» и трудов Дж. Локка, наследие которых продолжает до сих пор доминировать в европейском менталитете.

Для нас основной интерес во всем этом представляет то обстоятельство, что, несмотря на концептуальную противоположность этих двух подходов к природе государства, они едины в оценке его необходимости для руководства жизнедеятельностью людей как членов общества. Можно даже сказать, что людей делает членами общества, т.е. добропорядочными гражданами их принадлежность государству. Поэтому в рамках этого этапа социальной мысли и общественной практики активное присутствие государства во всех человеческих делах и, конечно, в экономических, это — вопрос не желательности и даже не необходимости, а имманентности и вездесущности. Без преувеличения можно утверждать, что становление экономической мысли, т.е. ее выделение в самостоятельную область науки, происходило на основе безоговорочного признания за государством роли условия, среды и регулятора экономической деятельности. Отнюдь не случайным является то обстоятельство, что нарождающаяся экономическая наука была сначала окрещена «политической арифметикой» (У. Петти, А. Монкретьен), а затем и на долгое время «политической экономикой».

Во всех развитых странах правительства либо по закону, либо по преобладающему в обществе мнению несут ответственность за состояние дел в экономике. Поэтому проведение экономической политики является одной из первейших обязанностей правительства. Задачи экономической политики определяются необходимостью:

поддерживать и улучшать экономическое состояние народного хозяйства в целом и уровень деловой активности, т.е. готовность вкладывать деньги и ресурсы в расширение производства и повышение потребления и регулировать наличие или доступность денежных средств и ресурсов;

поддерживать уровень занятости, установленный либо законом (например, законы о полной занятости в США, Англии, ФРГ и ряде других стран), либо признаваемый по преобладающему в обществе мнению в странах с демократической формой государственного устройства.

Правительства несут ответственность за относительное выравнивание регионов своих стран по уровню экономического развития. Это выражается в необходимости проведения региональной экономической политики, которая, помимо чисто экономических задач, имеет целью смягчение противоречий, в том числе политических, между регионами.

В целом практика развитых стран знает следующие формы участия государства в функционировании народного хозяйства:

1. Общественные работы с целью поддержания занятости и покупательной способности групп и слоев населения, пострадавших от длительного спада экономической активности.

Поддержание или стимулирование уровня агрегированного спроса мерами фискальной и кредитно-денежной политики (налоговые льготы, стимулирующие процентные ставки).

Поддержание или стимулирование уровня занятости и экономического роста (налоги, процентные ставки, экспортные субсидии, государственная поддержка крупномасштабных, лидерских проектов).

Государственные заказы оборонного и научно-технического характера, а также по проектам обеспечения технологического лидерства.

Государственные закупки и ведение системы государственных резервов продукции сельского хозяйства и стратегических материалов.

Установление гарантированных квот сельскохозяйственного производства.

Участие в финансировании развития инфраструктуры (общегосударственные и местные транспортные системы, системы связи).

Контроль за деятельностью рыночных структур (товарных и фондовых бирж), исполнение арбитражных функций в области трудовых отношений, торгово-коммерческой практики и энергетики.

Участие в информационном обслуживании народного хозяйства (система государственной статистики и стандартов хозяйственной и финансовой отчетности, аудита).

 

Государственные предприятия в областях, которые не удовлетворяют стандартам частной рентабельности, но считаются важными с точки зрения государственного престижа и долгосрочных перспектив.

Объявленные приоритеты экономической политики как важный элемент формирования предпринимательского и инвестиционного климата.

Кредитно-денежная и антиинфляционная политика, включая политику учетной ставки центрального банка для регулирования объема денежной массы и потоков финансовых расходов соответственно текущему уровню инфляции.

Все эти формы призваны целенаправленно координировать деятельность участников народнохозяйственной системы с тем, чтобы достижение частной выгоды способствовало реализации общенациональных приоритетов и интересов.

Поставщики и потребители

Публичный характер деятельности фирм заставляет по-новому увидеть их взаимодействия с поставщиками и потребителями. От традиционного для микроэкономики рассмотрения в терминах отношений «продавец — покупатель» целесообразно перейти к их рассмотрению в качестве структурных элементов производственно-распределительных систем, в которых все участники последовательно дополняют друг друга как звенья единой технологической цепочки, ведущей от начального технологического передела или экономической трансакции до конечного потребителя или инвестора. Давно сложившаяся в деловой практике и принявшая институциональную форму парадигма «поставщики — потребители» обязана своим появлением необходимости преодоления неспособности парадигмы «продавцы — покупатели» институционализировать весь спектр отношений и взаимодействий именно между фирмами, и которые редко и случайно складываются между физическими лицами.

В терминах отношений «продавец — покупатель» деятельность фирм выступает в виде множества единичных актов купли-продажи и тем самым приравнивается к деятельности индивидуальных лиц, что плохо согласуется со свойствами фирмы как длительно действующего предприятия, строящего свою работу на принципах стратегического планирования и длительных производственных циклов. С правовой и экономической точек зрения отношения типа «поставщик — потребитель» более полно отражают специфику взаимодействий фирмы со своими контрагентами, так как охватывают более длительный период времени, в котором собственно операции купли-продажи занимают относительно малую часть. Отношения типа «поставщик-потребитель» охватывают в рамках единого процесса целый ряд операций поставки и отгрузки, которые с точки зрения отношений «продавец-покупатель» следовало бы рассматривать как отдельные сделки «купли — продажи». Кроме того, и юридическая ответственность поставщика и потребителя не равнозначна ответственности продавца и покупателя. И хотя в деятельности фирм разовые сделки «купли-продажи» всегда будут иметь место, их роль носит второстепенный и вспомогательный характер.

Отношения «поставщик — потребитель» позволяют характеризовать фирму в качестве участника такого устойчивого структурного образования в народном хозяйстве, как отрасль. Это особенно важно, имея в виду отличия фирмы от физического лица в смысле долгосрочных целей, управления деятельностью и взаимодействий с контрагентами. Рассмотрение фирмы вне отрасли заведомо неполноценно, так как абстрагируется от таких важнейших переменных, как, например, фактические обстоятельства их создания или появления в той или иной сфере экономической деятельности. Ведь фирма своим созданием обязана не только решениям, исходящим от воли своих учредителей, а главным образом тем факторам, которые легли в основу принятия решения. В число этих обстоятельств входят такие важные элементы структурных характеристик отрасли, как препятствия для входа в отрасль, условия конкуренции в отрасли, препятствия для выхода из отрасли, каждый из которых имеет комплексную природу, включающую множество факторов — от эффекта масштаба до доступа к каналам распределения и ожидаемого противодействия.

В рамках отношений «продавцы — покупатели» в лучшем случае удается дать прогнозные оценки несомненно важных для фирм переменных — ожидаемой рыночной доли фирмы и ожидаемого роста рынка. Однако экономическое и конкурентное положение фирмы в отрасли складывается под воздействием как минимум пяти сил, каждая из которых прямо или косвенно влияет на фирму как на поставщика и потребителя. Схематично воздействия этих пяти сил можно представить следующим образом (рис. 1) [9].

Данная схема, помимо того, что отражает особенности формирования отраслевой конкурентной среды, в которой приходится действовать фирмам, позволяет четко выразить то положение, что отрасль определяется в терминах поставщиков и потребителей, а не продавцов и покупателей.

Характеристики фирмы как участника сделок купли-продажи определяют ее как продавца и покупателя. Но чтобы вести сделки купли-продажи на рынке или вне его, необязательно быть фирмой. А вот для того, чтобы исполнять функции поставщика и потребителя, т.е. быть участником отрасли, статус фирмы необходим.

Различия между физическим лицом и фирмой получили свое отражение в законах, касающихся практики ценообразования. Речь идет не о законах, выводимых из экономической теории, а о законодательных актах и нормах обычного права.

Так, в США на уровне отдельных штатов, относящихся чаще к более бедным, приняты и действуют так называемые «законы о справедливой торговле». Смысл их сводится к следующему: если фирма-производитель, т.е. поставщик, первой заключает с оптовым или розничным торговцем соглашение о цене на поставляемую продукцию, то уже никакая другая фирма не может прода-

 

Трансакционный потенциал потребителей

 

Рис. 1. Модель взаимодействий фирмы на рынке

вать на территории этого штата аналогичную продукцию по более низкой цене, даже если по условиям производства это экономически оправдано. К физическим лицам это не относится.

Не менее характерными являются действующие в тех же США законы о спецзаказах. По действующим правилам фирма, рекламирующая свою продукцию через средства массовой информации и рекламные издания, не имеет права продавать ее по цене ниже указанной в рекламе. Однако в случае появления случайных, т.е. нерегулярных покупателей, делающих разовые закупки, фирмы могут предоставить скидку с цены товара. Правда, она должна быть готова к тому, что может стать ответчиком в суде за нарушение либо законов о справедливой торговле, либо законов о рекламе, либо правил отраслевой конкуренции. И в случае, если удастся доказать неслучайный характер продажи, фирму ожидает очень значительный штраф.

Не меньшее влияние на отношения поставщиков и потребителей, на технологическую структуру фирм, оказывает развитие информационных технологий.

Деятельность, необходимую для производства продукта или услуги, можно организовать тремя способами (рис. 2) [8]. Во-первых, деятельность может быть инкорпорирована в рамках одной вертикально интегрированной фирмы. Во-вторых, один или несколько видов деятельности, важных для ее существования, могут осуществляться вне фирмы. В-третьих, может возникать «фактическая корпорация», когда фирма обеспечивает координацию, контроль и управление ресурсами и заключает внешние контракты на все или почти все виды деятельности, связанные с исполнением ее миссии в обществе.

Традиционно управляющие получают извне результаты только тех видов деятельности, которые связаны с относительно небольшим риском для фирмы, поскольку издержки координации и управления высокорискованной деятельностью слишком высоки. Однако в 80-90-е годы все больше фирм обращаются к внешним источникам своей деятельности, что позволяет им снизить сложность процессов, быстрее реагировать на изменения в среде и сосредоточиться на том, в чем они компетентны.

Использование информационных технологий для контроля и координации производственной деятельности через границы организации стало главным фактором в переходе от вертикальной интеграции к внешним контрактам в качестве доминирующей модели организации 90-х годов. Вместо того чтобы использовать внешние источники с низким риском, все большее число фирм использует информационные технологии для координации и контроля видов деятельности, традиционно относимых к высокорискованным.

Межорганизационные информационные системы помогают компаниям переписать правила, которые лежат в основе управления

Основа фирмы

 

 

Вертикально

интегрированная

фирма

Логистика Производство Маркетинг

Управление

Поставщики Послепродажное обслуживание Исследования и разработки

 

 

Основа фирмы

 

Избранные поставщики

 

Логистика

 

Виртуальная корпорация

 

 

Рис. 2. Модели рыночных трансакций

рыночными операциями. Анализ эволюции таких систем показывает, что по мере снижения издержек на их создание и эксплуатацию и увеличения их гибкости и эффективности, и по мере того, как глобальные сети позволяют все легче устанавливать межорганизационные связи и контроль, тенденция заключается в движении от вертикальной интеграции к виртуальной организации с внешними партнерами.

В целом трудно сомневаться, что 90-е годы предлагают существенные возможности для изменения традиционных правил рынка, делая их более привлекательными. Таким образом, на этих при^ мерах мы отчетливо видим, что, по крайней мере, в экономически развитых странах, фирма как поставщик или как потребитель и как участник отрасли есть явление гораздо более широкое, чем продавец на рынке, и ее ответственность выходит далеко за рамки, налагаемые ролью продавца или покупателя. Статус ответственности поставщика и потребителя имеет очень большое значение не только для него самого, но еще в большей степени для фирм-контрагентов, поскольку в основу их стратегических планов кладутся ожидания, отражающие долгосрочные оценки надежности поставщиков и потребителей. Чем более доверительны эти оценки, тем более интегрированный характер в смысле согласованности стратегии фирм имеет та или иная отрасль, и тем более очевидно проявляется в них действие сил, определяющих их экономическое и конкурентное состояние.

Другие участники

К участникам деловой среды фирмы следует также отнести субъектов, которые, не участвуя непосредственно в операциях фирмы, тем не менее испытывают на себе их влияние и в свою очередь могут повлиять на ее деятельность. Такое обоюдное влияние превращает этих субъектов в источник угроз, а в иных случаях — поддержки для фирм. Так, население регионов и местностей, в которых расположены производственные и складские сооружения фирмы, могут испытывать отрицательные воздействия экономического и психологического характера. В ответ они могут прибегнуть к действиям индивидуального, группового или массового характера, не только способным нанести фирме материальный ущерб, но и подорвать ее образ в глазах людей и тем самым ее статус ответственного поставщика или потребителя. Во всех этих случаях будет иметь место серьезное ослабление трансакционного потенциала фирмы, что, несомненно, ухудшит ее положение в отрасли.

С другой стороны, хорошие отношения фирмы с населением и общественными группами в местах ее деятельности являются сильным средством укрепления ее статуса ответственного поставщика или покупателя, что укрепляет ее позиции в отраслевой конкуренции.

Корпоративные истоки частнопредпринимательской деятельности предопределили важную роль, которую играют отраслевые, межотраслевые объединения промышленников, финансистов и коммерсантов, а также профессиональные объединения, например, бухгалтеров и аудиторов, юристов, менеджеров, инженеров и т.п. и их выборные органы, выступающие в роли своеобразных профсоюзов для своих членов. Более того, есть все основания считать, что профессиональные объединения трудящихся, т.е. именно то, что мы все называем профсоюзами, создавались по образцу и подобию объединений промышленников, финансистов и профессионалов. Следовательно, в их создании играли роль не только поведенческие, но и институциональные факторы.

Профсоюзы обрели полноценное правовое существование после того, как наемные работники стали рассматриваться как де-факто самостоятельное сословие и в силу этого имеющие право на создание корпоративных объединений со статусом публичного лица. Подобные соображения важны для более глубокого проникновения в сущность таких концепций, как смешанная, социально-ориентированная рыночная и централизованно-плановая экономика. Несмотря на существенные различия, они имеют между собой больше общего, чем с рыночной экономикой. И это общее выражается в том, что они представляют собой разные варианты экономики публичных лиц, тогда как модель рыночной экономики может служить достаточно хорошим отражением свойств экономики частных лиц и довольно беспомощна в отношении реальных экономик США, Германии, Японии и других развитых в экономическом отношении стран.

Увлечение позитивными формальными свойствами рыночной модели способствовало тому, что весьма значительная роль, которую играют конфедерации и отраслевые объединения работодателей, профессионалов и профсоюзы наемных работников, изучена совершенно недостаточно и часто представляется в научных и публицистических работах в редуцированном виде, как своего рода реплики поведения экономизирующих индивидов, т.е. частных лиц. Между тем, роль конфедераций, отраслевых и профессиональных объединений работодателей и специалистов является первейшим и главенствующим фактором в определении целей, стандартов и способов осуществления экономической деятельности.

Публичный характер этих объединений выражается в том, что можно назвать этическим и нормативным суверенитетом, которым они обладают по праву обычая, утвердившегося за долгую историю внесудебного разрешения конфликтов интересов и этических установок между членами одной профессии, сословия, гильдии и т.п. Ныне авторитет профессиональных объединений юристов, менеджеров, инженеров, бухгалтеров и аудиторов, врачей и хирургов стоит столь высоко, что именно они, а не государственные организации определяют эталонные стандарты профессий и нормативы квалификационного соответствия этим стандартам, лицензируют допуск к занятию профессиями, связанными с большой социальной нагрузкой. Они же проводят квалификационные экзамены и по их результатам присуждают высшие квалификационные звания: лицензированный (присяжный) бухгалтер и аудитор, юрист и т.п.

В обществе, где основным видом трудовой деятельности является работа по найму, роль таких публичных объединений огромна. И в то же время они совершенно автономны и независимы от органов государственной власти. Обладание этическим и нормативным суверенитетом ставит их в один ряд с носителями исполнительно властного, законодательного и правоисполнительного суверенитетов. В этом качестве они уже давно превратились в действующие институты сложного общества и в субъекты публичного права.

Доминирование индивидуалистической парадигмы в общественном менталитете западных стран затрудняет понимание роли подобных объединений в становлении этих обществ. Наличие таких институтов есть одно из главных отличий развитых стран от слаборазвитых. И поскольку в реальной экономической и политической истории развитие публичных институтов практической деятельности — цехов, гильдий, корпораций, профессиональных ассоциаций создало действенную основу для появления всех организационно-правовых форм частного предпринимательства, их отсутствие в странах Востока, России, бывших колониальных странах предопределило слабость и неполноценность последних в этих странах.

 

Заключение

Красноречивой иллюстрацией перемен в понимании изменений характера отношений к бизнесу, т.е. миру фирм, может служить развитие идеологии делового управления, которая по сути является экономической философией. Ее значение определяется тем, что она представляет собой этически оправданную систему взглядов на принципы рационального ведения хозяйства.

В эволюции взглядов на деловое управление можно выделить четыре этапа.

Первый и самый длительный этап (несколько тысячелетий) в их развитии можно охарактеризовать как век ойкосных (от греч. oikos — дом, домашнее хозяйство) идеологем. Ойкосными их можно назвать потому, что экономическая жизнь понималась как ведение домашнего хозяйства. Причем принцип домохозяйства был в равной мере применим и к семейному крестьянскому и ремесленному хозяйству, и к римской рабовладельческой латифундии, и к феодальному поместью, и к дворцовому хозяйственному комплексу древневосточных деспотий и европейских абсолютистских монархов, т.е. ко всем социально-экономическим системам, в которых хозяйственные единицы являются составными элементами сложных иерархически организованных структур, в которых рыночные отношения играют подчиненную и периферийную роль.

Второй этап связан с идеологизированной философией хозяйственного управления, базирующейся на идеях системы «естественной свободы» А. Смита, действующим лицом которой был собственник-одиночка, использующий свое богатство таким образом, чтобы удовлетворить свою склонность к торгу, обмену, т.е. к личной выгоде.

На третьем этапе произошло осознание коллективного характера хозяйственной деятельности, но при этом доминировало стремление сохранить приоритет индивидуальных интересов. Это привело к замене концепции суверенитета единоличного владельца концепцией суверенитета держателей акций, которая больше соответствовала отчетливо проявившимся тенденциям корпорати-зации хозяйственной деятельности.

На четвертом этапе была признана системная природа фирмы, которая проявилась в деятельности современных корпораций и включает группы участников внешнего и внутреннего характера — наемных работников, поставщиков, покупателей, кредиторов, заинтересованных групп в обществе, усиление роли которых в деятельности фирм вызвало к жизни современный менеджмент. Это выразилось в выдвижении на передний план философии корпоративного менеджмента.

Некоторые критики менеджерского подхода к корпорации стараются свести вышеприведенные примеры к стремлению менеджмента создать основание для легитимации или узаконивания своего права на противодействие нежелательным предложениям о поглощении или слиянии, чтобы увековечить свое доминирующее положение в компании. Но если менеджмент, т.е. фактическое руководство компании, может успешно легитимизировать свои действия путем ссылок на интересы составляющих групп, то это означает, что произошел или происходит реальный сдвиг в балансе сил внутри фирмы.

Собственно развитие менеджмента в качестве управленческого звена в средних и крупных фирмах вызвано потребностями достижения баланса между различными требованиями составляющих фирму разных групп, большая часть которых не является формальными владельцами ее акций. Оно также служит свидетельством того, что не владение акциями, а эффективное управление активами фирмы, включая их интеллектуальную и квалификационную составляющие и способность поддерживать баланс интересов различных групп, создает более влиятельные основания на право при-

 

нятия решений не только по текущим проблемам, но и по вопросам стратегии развития.

Таким образом, менеджерский тип управления фирмой подразумевает, что она представляет собой коалицию групп по интересам — акционеры, наемные работники, поставщики, потребители и даже широкая публика, попадающая в сферу деятельности фирмы. Отличительной особенностью менеджмента как совокупности управленческих функций является координация или даже гармонизация целей и интересов составляющих фирму групп. Обрастая санкционированными правовыми формами, механизмы, возникающие в контексте внутрифирменных и межфирменных отношений по поводу реализации предпринимательских функций, — это механизмы институционального развития.

На уровне законодательства и обычного права в развитых странах с контрактной (рыночной) экономикой произошел необратимый переход от понимания фирмы: 1) как исключительно имущественного объекта во владении собственников имущественных вкладов в активы фирмы к концепции самостоятельного правового существования фирмы как юридического лица; 2) как сложного организационного образования, неотъемлемыми элементами которого являются разные группы участников, отличающиеся и в то же время связанные своими специфическими вкладами в активы и функционирование фирмы, и взаимодействия между которыми уже не ограничиваются контрактными отношениями, а находят новые способы выражения, например, совместное участие в управлении делами фирмы. Очевидным признанием неизбежности такого перехода является настойчивое давление со стороны органов и правительств ряда стран — членов Европейского сообщества в целях обязательного включения требования участия работников в управлении в нормы права, что рано или поздно приведет к вовлечению представителей работников на уровне персонала или профсоюзов в процессы принятия решений в фирмах.

Эти новации относятся к корпоративным формам делового предприятия. Но это обстоятельство практически не сказывается на их действенности и авторитете в обществе. Вспомним, что корпорация генетически является отправной точкой развития всех без исключения форм предпринимательской деятельности. Термин «частное предпринимательство» исторически и функционально относится к обозначению не только и не столько к деятельности отдельных индивидов, сколько к коллективным формам деятельности, не входящим в официальные и властные структуры, таким как предприятие и фирма. Деятельность отдельных индивидов охватывается содержанием этого термина в той мере, в какой она связана с производством или оказанием услуг в коммерческих целях. Именно частнокорпоративный характер первых коммерческих предприятий привел к возникновению и развитию корпоративно-

го

го права. Если бы речь шла о правовом оформлении хозяйственных и имущественных отношений отдельных физических лиц, то никакой нужды в разработке корпоративного права не возникло бы, так как для этой цели было бы достаточно уже существующего с древнеримских времен гражданского права, которое было хорошо усвоено в Западной Европе.

В целом можно сделать вывод, что без предварительной структуризации и облагораживания экономической, социальной и политической среды отношениями и институтами публичного права поспешное стимулирование частного бизнеса способно привести только к отрицательным в долгосрочном плане результатам. Не-окультуренная экспансия частного интереса просто обязана обернуться полным отказом от императивов общего блага и принесением интересов большинства в жертву безудержной и контрпродуктивной алчности немногих.

 

Основные положения темы

Изначально фирма представляла собой симбиоз организационной формы экономической деятельности и частного имущественного объекта, чему соответствовало совмещение в одном лице собственника фирмы и предпринимателя. Из этого делался, казалось бы, бесспорный вывод о тождественности интереса фирмы как способа экономической деятельности частновладельческого интереса собственника фирмы как имущественного объекта. Действительно, пока доступ к экономической деятельности опирался на владение имуществом, реальная разница этих интересов была пренебрежимо мала, и в общественном сознании надолго закрепился ложный идеологический стереотип, приобретший характер общественного предрассудка, что интересы собственника и его фирмы — это одно и то же. Или точнее, что фирма — это способ реализации частного интереса ее собственника или собственников.

С течением времени институциональная природа фирмы менялась. Если раньше конституирующим фактором в развитии фирм было частное владение имуществом либо в форме владения фирмой, либо в форме владения ее капиталом, то в дальнейшем с усилением значения предпринимательских и менеджерских функций, все более важную роль стали играть контрактные отношения [1]. Такое существенное изменение в понимании природы предприятия неизбежно расширяет круг тех, кого можно считать его участниками. Соответственно, это заставляет произвести их классификацию согласно роли и месту в функционировании предприятия.

Коллективная деятельность, каковой является деятельность фирмы, предполагает определенный уровень (иногда весьма сложный) организации усилий ее участников. В свою очередь, организация опирается на соподчиненность и сбалансированность задач и функций, которые она призвана выполнять, и, следовательно, предполагает, что участники коллективной деятельности следуют определенным количественным и качественным ограничениям и правилам в своих трудовых усилиях. Чтобы быть действенными, эти ограничения и правила должны носить характер установлений, обязательных для исполнения, чтобы исключить произвол со стороны отдельных участников, грозящий распадом всей системе коллективной деятельности.

Вклад в реализацию предпринимательских функций, который в случае его успешности и признания со стороны общества выступает как вклад в общественное благосостояние и вознаграждается получением предпринимательской прибыли, в дальнейшем должен стать решающим основанием для членства в корпорации: Во всяком случае, долговременные тенденции организационного развития и поведения, возрастающая и усложняющаяся роль менеджмента, участие персонала в принятии решений стратегического характера и такое немаловажное, хотя еще не вполне оцененное явление, как развитие предпринимательства на рабочем месте («interpreneurship») позволяют уверенно говорить об этом.

Доминирующее в идеологии нынешних реформ стремление создать наибольший простор для реализации пресловутого «чувства хозяина» применительно к предприятию, особенно крупному, едва ли оправдано и, в конечном итоге, пагубно. Если какое-либо лицо (должностное или частное) получает возможность распоряжения имуществом предприятия в своих частных интересах, то сколь бы ни было прибыльным такое распоряжение, оно всегда обернется убытком для предприятия. И при широких масштабах такого распорядительства, которое является не чем иным, как личным присвоением имущества предприятия, последнее обречено на разорение. Поэтому предприятие несовместимо с таким частным «хозяйствованием». Но именно последнее приняло угрожающие масштабы на российских предприятиях. В свете всего изложенного выше данное обстоятельство следует считать одной из главных причин плачевного состояния наших предприятий.

 

Ключевые термины

Институциональная роль предприятия Внешние участники деятельности предприятия Внутренние участники деятельности предприятия Предприниматель Предпринимательство

Инвестор Менеджер Наемный труд Государство

Отношения «продавец — покупатель» Отношения «поставщик — потребитель» Отраслевые и межотраслевые объединения Профсоюзы

Профессиональные ассоциации

 

Вопросы по теме

Что является предметом изучения институциональной теории предприятия?

Приведите примеры удачного и неудачного перенесения в другую страну инноваций, связанных с предпринимательской деятельностью.

Что понимается под институциональными условиями экономической деятельности?

В чем разница между внешними и внутренними участниками деятельности предприятия?

Назовите основных участников деятельности фирмы. Дайте им краткие характеристики.

Что такое предпринимательство?

Какими качествами должен обладать предприниматель?

В чем отличие инвесторов от кредиторов?

Когда появились менеджеры?

10. В чем разница между традиционным управлением и менеджментом? Назовите основные задачи менеджера. И. Кто признавался участниками первых фирм?

Как в течение столетий менялось отношение к труду?

Назовите формы участия государства в функционировании народного хозяйства? В деятельности предприятия?

В чем разница между терминами «покупатель — продавец» и «поставщик — потребитель»?

Какие изменения традиционных правил функционирования рынка произошли за последние два десятилетия?

Назовите четыре этапа эволюции взглядов на деловое управление?

Какие изменения на уровне законодательства и обычного права произошли в понимании фирмы как субъекта экономической деятельности?

 

Литература

Зотов В.В., Пресняков В.Ф. Фирма как экономическое явление и институт общества // Экономика и математические методы. Т. XXXI. Вып. 2. Апрель-июнь, 1995.

Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.

Кулишер И.М. Лекции по истории экономического быта Западной Европы. С.-Петербург, 1909.

Королева-Коноплянская Г.И. Идеальное государство и идеальное управление в политических учениях Платона и Аристотеля. Учебное пособие. М., 1992.

Аристотель. Политика. Афинская политика. М.: Мысль, 1997.

Гоббс Т. Левиафан или материальная форма и власть государства церковного и гражданского. М.: Соцэкгиз, 1936.

Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. М.: Наука, 1993.

Porter М. Competitive Advantage. N.Y.: Free Press, 1985.

Applegate L., Warrlan F., McKenney J.L. Corporate information systems. Irwin, 1996.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 |