Имя материала: Введение и теорию социальной коммуникации

Автор: Соколов Аркадий Васильевич

4.2. символизм — предшественник семиотики

 

Мифологическое сознание первобытного человека нуждалось и символах, имеющих сокровенное значение. Эти символы в виде гак называемых абстрактных структурных изображений  -  стрелы, шевроны, круги, опалы, прямоугольники, змейки, час то сопровождают первобытные произведения искусства. А. Голан провел расшифровку этих изображений, показав, что они связаны с некоторой неолитической религией, распространенной на территории Европы и Передней Азии. Повсеместно, от Пиренейского полуострова до Сибири, встречаются чуринги - каменные и костяные пластины с изображением в виде радиальных, исходящих из отверстия в центре, и поперечных линий, прямоугольников, спиралей, концентрических кругов. Их символическая роль несомненна. Нет нужды приводить другие примеры первобытного символизма, достаточно констатировать, что вещественные символы, подобно живой речи, неизменно сопутствовали человеку, начиная с каменного века.

Осмысление феномена символизма началось в классической древнегреческой философии (Плачен, Аристотель) и тогда же были разграничены понятия "знак" (сема) и "символ" (симболон). Более того, они были содержательно противопоставлены друг другу. Знаки считались достоянием обыденней жизни и низкой подражательной поэзии, символы — выражением сакральных божественных истин. Особенно последовательно и отчетливо это противопоставление проводили неоплатоники, в частности, Прокл, соответствующие сочинения которого дошли до нас".

Согласно Проклу, с помощью мифологических символов человеку передается божественный дух. Божественным символам присуща прозрачность и ясность, но к человеку они обращены своей загадочной и таинственной стороной, которую нужно распознать, пользуясь "сметливостью своего ума". Символическая поэзия провозглашалась вершиной искусства. Если ранее качество художественного произведения оценивалось по степени приближения его к точному воспроизведению натуры (вспомним хрестоматийный пример с птицами, прилетевшими клевать нарисованный виноград), то теперь натурализм осуждался за бессодержательную подражательность. Истинная, самобытная поэзия требует усилий для постижения глубокого и многозначительного смысла ее символов. Мистически затуманенный символизм Прокла был воспринят в Византии и в западном христианстве.

В богословии различают профанную историю, где события не имеют скрытого смысла, и сакральную историю, где одни события являются символами других событий. Специальная богословская дисциплина — экзегетика — занята выявлением глубинных смыслов притч и поступков Христа, описанных в Священном писании.

В теории литературы символ раскрывается как иносказательный художественный образ, примером которого может служить стихотворение М. Ю. Лермонтова "Утес". Образ одинокого утеса, покинутого золотой тучкой, становится символом гордого и сильного человека, страдающего от одиночества. Символические образы изображают не отдельное лицо или событие, а имеют обобщающее значение. Это значение нельзя прямолинейно "расшифровать", его нужно эмоционально пережить и прочувствовать. Символизм в европейской литературе и искусстве сложился в самостоятельное направление, достигшее расцвета в конце XIX — начале XX века. Нельзя не вспомнить русских символистов "первой" и "второй волны", которые сами стали подлинными символами серебряного века русской литературы (К. Бальмонт, В. Брюсов, 3. Гиппиус, Д. Мережков-ский, А. Белый, А. Блок, М. Волошин, Вяч. Иванов и др.). Особо следует обратить внимание на философские эссе А. Белого, посвященные символизму, и статьи Вяч. Иванова, которые можно включить в состав библиотеки по семиотике.

Раскрывая англо-американское понимание термина "символ", Э. Сепир, один из классиков современной лингвистики, писал в 30-е годы, что символ — это "сгусток энергии", его "действительная значимость непропорционально больше, чем на первый взгляд тривиальное значение, выражаемое его формой как таковой". Это качество особенно присуще так называемым "конденсационным символам", связанным с политическими или религиозными эмоциями, которые "значат гораздо больше, чем обозначают". "Конденсационным символам" противопоставляются "референциальные символы", эмоционально нейтральные и логически обоснованные; именно последние образуют знаковые системы цивилизованного общества, они рациональны и общеприняты.

В научной литературе и публицистике встречается выражение "символ веры". Символ веры в прямом смысле слова означает краткое изложение основных догматов христианской религии, в иносказательном — понимается как кредо, основные положения какого-либо учения или политической программы.

А. Ф. Лосев авторитетно заявлял: "Понятие символа и в литературе, и в искусстве является одним из самых туманных, сбивчивых и противоречивых понятий... И всем этом все культурные языки мира неизменно пользуются этим термином и всячески его сохраняют, несмотря на десятки других терминов, которыми, казалось бы, вполне можно было его заменить".

Символизм обнаруживается не только в мифологии, религии, политике и литературе, но и в социально-коммуникационной сфере. Книга — традиционный символ духовности и просвещения. "Дом без книг, что тело без души", — говорили древние, отдавая приоритет не орудийной вспомогательности, а символической духовности. Не учитывались тематика, содержательность, полезность книг, важно было их символическое присутствие в человеческом жилище.

Средневековые библиотеки — книгохранилища во дворцах и храмах — создавались не как практически полезное средство познания жизни, а как богоугодное дело спасения души. В новое время королевские (императорские) библиотеки стали символом просвещенной монархии; не случайно статус императорской библиотеки носили Библиотека Академии наук и Публичная библиотека в Санкт-Петербурге. Отличительная особенность национальных библиотек, музеев, заповедников, театров в выполнении символической функции, чем и определяется их статус, авторитет, престиж. Символы, стало быть, вполне реальные и очень важные явления в социально-культурной сфере. Попытаемся вопреки "туманности, сбивчивости и противоречивости" этого понятия все-таки уяснить его содержание.

В пушкинские времена в "Словаре древней и новой поэзии", составленном Н. Остолоповым в 1821 г., символ определяется как "знак, относящийся к такому предмету, о котором хотят дать понятие". Весы служат символом правосудия, символом невозможности может быть умывающийся Арап:

 

Хотя реку воды на Ефиопа лей,

Не будет он белей.

 

О глубоком философском содержании понятия символа свидетельствует дефиниция, данная в "Философской энциклопедии" (Т. 5. М., 1970, С. 10 11.): "Символ есть отражение, или, точнее говоря, функция действительности, сигнификативно данная как индивидуально-общий и чувственно-смысловой закон (или модель) с возможным разложением этой исходной функции в бесконечный ряд членов, из которых каждый, ввиду своей закономерной связи с  другими членами ряда и с исходной функцией, является как эквивалентным всякому другому члену ряда и самой функции, так и амбивалентным по самой своей природе". Воздержимся от комментариев к этой дефиниции.

В 1987 г. известный культуролог и литературовед Ю. М. Лотман трактовал символ, во-первых, как "простой синоним нпаковости"; во-вторых, как знак некоторого искусственного языка, например, химические или математические символы; в-третьих, как выражение иррациональной незнаковой функции (глубинного caкрального смысла). Именно символы третьего рода обладают большой культурно-смысловой емкостью (крест, круг, пентаграмма и др.), они восходят к дописьменной эпохе и представляют собой архаические тексты, служащие основой всякой культуры. Ю.М. Лотман пояснил: "Наиболее привычное представление о символе связано с идеей некоторого содержания, которое, в свою очередь, служит планом выражения для другого, культурно более ценного содержания... Символ и в плане выражения, и в плане содержания всегда представляет собой некоторый текст, т. е. обладает некоторым единым замкнутым в себе значением". Действительно, книги, находящиеся в доме, имеют собственное определенное содержание, вместе с тем это содержание выражает вкусы, интересы, духовные запросы их владельца, становясь таким образом символом духовности (душой) дома.

Детальное изучение таинственной природы символа предпринял А.Ф. Лосев в книге "Проблема символа и реалистическое искусство", где приведена подробнейшая библиография русской и иностранной литературы по символизму (М., 1995.-С. 273-320). В книге подробно растолковываются отличия символа от аллегории, художественного образа, эмблемы, метафоры и других смежных категорий. К сожалению, анализ рассуждений А.Ф. Лосева не вписывается в рамки учебного пособия.

На основе сказанного можно сделать вывод, что символ — это социально-культурный знак, содержание которого представляет собой концепцию (идею), постигаемую интуитивно и не выражаемую адекватно в вербальных текстах. Трудно объяснить словами, почему с середины прошлого века красный цвет стал символом революции. Не случайно И. С. Тургенев изображал Рудина перепоясанным красным шарфом и с красным знаменем в руках на баррикадах Парижа. В настоящее время символизм представляет собой одно из направлений семиотики, ждущих своих исследователей.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 |