Имя материала: Введение в языковедение

Автор: Алекса́ндр Алекса́ндрович Реформа́тский

§ 45. способ аффиксации

 

Способ аффиксации состоит в присоединении к корням (или основам) аффиксов.

Аффиксы (Аффикс, аффиксация — от латинского affixiis — «прикрепленный») - это морфемы с грамматическим значением. Аффиксы не существуют в языках вне слов, они сопровождают корень, служа для словообразования и словоизменения. По положению относительно корня аффиксы можно разделить на префиксы (Префикс — от латинского praefixum — «прикрепленное перед») -стоящие перед корнем, и постфиксы (Постфикс —от латинского postfixum —«прикрепленное после»; термин предложен был И. А. Бодуэном де Куртенэ) -  стоящие после корня.

Есть языки, которые не употребляют префиксов (тюркские, угро-финские), а всю грамматику выражают постфиксами; в таких языках все слова начинаются корнем, за которым может следовать цепочка постфиксов; например, в киргизском языке: кол-дор-ум-го — «моим рукам» (кол- — по-киргизски «рука», -дор- — постфикс множественного числа, -ум- — постфикс принадлежности первому лицу, -го — постфикс дательного падежа); другие языки предпочитают префиксацию и не употребляют (за редкими исключениями) постфиксов; например, в языке суахили (группа банту, Восточная Африка) глагольная форма wa-ta-si-po-ku-ja [ватаси-покуджа] — «если они не придут», где wa означает 3-е лицо множественного числа, ta — будущее время, si — отрицание, ро —условность, ku — глагольный префикс — расширитель односложного корня иуд [джа] — корень со значением «приходить». Индоевропейские языки, к которым принадлежит и русский язык, употребляют и префиксы, и постфиксы, но с явным перевесом в сторону последних; ср. пред-став-и-тель-н-ый, где один префикс и четыре постфикса.

Деление постфиксов на суффиксы и флексии основано не на их расположении; необязательно, чтобы суффикс был за корнем перед флексией, а флексия на конце слова, например в немецком Kind — «дитя», Kinder — «дети», a Kinderchen — «детки», где -er — флексия множественного числа, a -chen — суффикс со значением уменьшительности; ср. в русском «возвратные формы», где флексия не заканчивает слова, а за ней еще стоит не изменяющийся по падежам возвратный суффикс — -ся: трудящиеся, трудящихся, трудящимся и т. д.

Суффиксы и флексии различаются по типу грамматического значения: суффиксы (Суффикс — от латинского suffixus — «подставленный») — это постфиксы с деривационным значением, а флексии (Флексия — от латинского flexio — «сгибание», «переход») - постфиксы с реляционным значением. Применительно к индоевропейским языкам префиксы так подразделить нельзя, так как один и тот же префикс даже в соединении с тем же корнем (или словом) может выражать то деривационное значение без изменения реляционного, то реляционное без изменения деривационного, то, наконец, и деривационное, и реляционное одновременно; например, в русском языке префикс зд-в соединении с глаголом несовершенного вида ходить может иметь значение:

1) только деривационное: Когда ходил в институт, то заходил в библиотеку, т. е. «ходя, посещал»; несовершенный вид (реляционное значение не меняется);

2) только реляционное: Ребенок долго не ходил и заходил лишь на четвертом году, т. е. «начал ходить», где лексическое значение не изменилось, а реляционное изменилось, — это глагол совершенного вида с тем же лексическим значением;

3) и деривационное, и реляционное: Мы ходили с ним по городу, и он заходил меня до полусмерти, т. е. «замучил ходьбой», — глагол с другим лексическим значением и другого вида — совершенного.

По своей грамматической роли суффиксы — словообразовательные аффиксы, а флексии — словоизменительные; префиксы (как мы уже убедились на примере заходить) могут играть и ту и другую роль.

Однако и с постфиксами не всегда все так просто, в частности в русском языке. Если сравнивать падежные флексии от существительного зло (зл-о, зл-а, зл-у и т. д.) или прилагательного злой (зл-ой, зл-ого, зл-ому и т. д.) внутри каждой парадигмы склонения, то это явно словоизменительные аффиксы, так как они различают формы одной и той же лексемы, не меняя лексического значения; но если сравнивать соответствующие падежные формы двух этих слов друг с другом (зл-о — зл-ой; зл-а — зл-ого; зл-у — зл-ому и т. д.), то те же постфиксы различают разные лексемы и служат признаками: одни — существительных, другие — прилагательных, лексическое значение которых различно. Следовательно, это словообразовательные постфиксы (зл- без них не слово, а с ними — слово: зло, злу; злой, злому и т. д.).

Итак, в русском языке падежные флексии и словоизменитель-ны и словообразовательны одновременно; правильнее всего было бы называть их суффикс-флексиями. Примером чистой флексии в русском языке может служить -и в глаголах прошедшего времени для обозначения только множественного числа: ходил — ходили, или, еще точнее, -те в повелительном наклонении тоже для обозначения множественного числа: иди — идите, кинь — киньте и т. п.

Кроме префиксов и суффиксов, как таковых (что наиболее часто встречается в языках мира), бывают и иного типа аффиксы.

1)Интерфиксы - служебные морфемы, не имеющие собственного значения, но служащие для связи корней в сложных словах. Н. С. Трубецкой называл их «морфемами связи» (Verbin- . dungsmorphemen). Они употребляются исключительно в словообразовательной функции. Таковы, например, в русском языке соединительные гласные: зубр-о-бизон, лоб-о-тряс, овц-е-бык, каш-е-вар, вин-о-черпий, кров-о-пийца, или немецкая «соединительная согласная» -s- в таких случаях, как: Ort-s-kunde — «краеведение», Alter-s-heim — «дом престарелых», где при словах мужского и среднего рода (der Ort, das Alter) соединительное -s- восходит к флексии родительного падежа (des Orts, des Alters), а также и в таких случаях, как Sitzung-s-bericht — «отчет о заседании», Bedeutung-s-wandel — «изменение значения», Erinn-erung-s-tafel — «памятная доска», где соединительное -s- не может восходить к падежной флексии, так как die Sitzung, die Bedeutung, die Erinnerung — слова женского рода, никогда не имевшие флексии -s, а тем самым всякое -s- в сложных словах немецкого языка всегда является интерфиксом.

Общее с интерфиксами имеют и такие морфологические элементы, как так называемые «тематические гласные» в славянских языках, которые связывают корень с каким-либо постфиксом для образования глагольных форм; например, в русском языке игр-а-тъ, сид-е-ть, кос-и-тъ, а также и «тематический йот» [j], служащий для образования «второй основы глагола» и следующий за «тематической гласной»; например, игр-а-й, игр-а-й-у (орфографически играю), бел-е-й, бел-е-й-у (орфографически белею) и т. д.

Но у «тематических гласных» иногда появляется возможность стать значащими аффиксами, т. е. выражать особое грамматическое значение; например, различие вида в глаголах типа: реш-а-ть — реш-и-ть, лиш-а-тъ — лиш-и-тъ, или различие непереходного и переходного глагола в таких случаях, к&кбел-е-ть — бел-и-тъ, черн-е-ть — черн-и-тъ, обезлюд-е-ть — обезлюд-и-тъ и т. п.

2)Конфиксы— комбинации из двух аффиксов: префикса и постфикса, которые, хотя и представляют собой две морфемы, но действуют совместно; например, в немецких глагольных формах: loben — «хвалить» и ge-lob-t — «хваленый», где префикс ge- и постфикс -t «окружают» корень и совместно оформляют слово; такова же в немецком языке конфиксация префикса ge- и постфикса -еп в причастных формах: ge-fund-en — «найденный» и т. д., употребляемых при образовании сложного прошедшего времени. То, что ge- + -1 и ge- + -еп являются обязательно двумя морфемами, а не одной, разделенной корнем пополам, показывают формы, где постфикс -еп употребляется без префиксам/например, в инфинитиве: lob-en, а ge- без -еп, но с постфиксом -t. ge-lob-t; постфикс же -t может употребляться и без префикса ge-; например, lob-t— «хвалит». Однако все это не отменяет того, что в формах ge-Sob-t, ge-fund-en префикс ge- и постфиксы –t и -еп действуют совместно, объединяясь в конфиксы.

Бывают еще в некоторых языках такие явления, когда морфемы разрываются и допускают внедрение внутрь других морфем или элементов других морфем.

3)Инфиксы (Инфикс — от латинского infixum — «вставленное в»)  — это аффиксы, вставляемые в середину корня. Таков, например, в тагальском языке (индонезийская семья языков) инфикс -ит- в примерах: s-um-ulat — «писать» от sulat — «письмо», p-um-asok — «входить» от pasok — «вход» или в том же языке инфикс -in- для обозначения глагола в пассивной форме: s-in-•ulat — «был написан» или p-in-ataj — «был убит» от pataj — «мертвец»; подобные инфиксы есть и в других индонезийских языках. Что касается индоевропейских языков, то примеры «вставных» носовых согласных типа [п] и [т] в латинских и греческих примерах; например, латинское vi-n-c-o — «побеждаю» при vic-i — «я победил», ru-m-p-o — «я ломаю» при rup-i — «я сломал» или греческое la-m-b-an-o — «беру» при e-lab-on — «я взял», не представляют ясную картину, хотя, например, латинские словоформы породили в дальнейшем французские формы с носовыми гласными (а это след бывших носовых согласных рядом с гласными): vincere и vaincre [vekr] — «побеждать» и rumpere — rompre [ropr] — «ломать», но, во-первых, исходные формы инфинитива и настоящего времени обладают носовым признаком, что позволяет его утрату в производных формах объяснять иначе, во-вторых, для этих инфиксов нельзя определить значения: они ничего не значат.

Более вероятны инфиксы в славянских глаголах, где в настоящее время в русском есть разное чередование гласных: [э] — ['а]: лечь — лягу, сесть — сяду, что указывает исторически на соотношения с -е, -en (leg-ti — le-n-g-6; sed-ti — se-n-d-б), где обе формы «основные», хотя значение «инфикса» -я- тоже неопределимо.

4) Трансфиксы — это аффиксы, которые, разрывая корень, состоящий из одних согласных, сами разрываются и служат «прослойкой» гласных среди согласных, определяя словоформу и оформляя ее грамматически, т. е. имеют определенное грамматическое значение. Это явление свойственно семитским языкам (древнееврейский, аккадский, или ассиро-вавилонский, финикийский, арабский языки).

Так, в древнееврейском языке ГНōБ — «воровать», ГāНаБ — «воровал», ГōНэБ — «ворующий», ГāНỹБ — «воруемое», где неизменный корень из трех согласных ГНБ означает лишь абстрактно идею «воровства», а «прослойки» гласных — прерывистый трансфикс оформляет словоформы: -ō- — инфинитив, -ā-a — прошедшее время, -ō-э — причастие действительного залога, -а-у — причастие страдательного залога; этой модели следуют и другие глаголы; например, ШМōР значит «охранять», НТōН — «отдавать», а ШāМаР, НāТаН; ШōМэР, НōТэН; ШāМỹР, НāТỹН — соответственно указанные формы прошедшего времени, причастия действительного залога и причастия страдательного залога.

То же явление имеется и в арабском языке; например, трехсогласный корень КТБ выражает идею «письма», а корень КТЛ — идею «убийства», а прерывистые аффиксы из гласных, прослаиваясь между согласными корня, образуют словоформы: КаТаБа — «написал», КаТаЛа — «убил», КуТиБа — «был написан», КуТи-Ла — «был убит», КāТиБỹ — «пишущий», КāТиЛỹ — «убивающий», уКТуБ — «пиши», уКТуЛ — «убивай» и т. д., ср. также: КиТāБỹ — «книга», КиТāЛỹ — «сражение».

Во многих языках большую роль играют нулевые аффиксы (о чем мы уже говорили выше в связи с понятием отрицательной формы). Нулевой аффикс— это отсутствие аффикса в одной форме парадигмы при наличии аффиксов в других формах той же парадигмы. Так, для слова рог нулевая флексия является показателем именительного падежа единственного числа, так как во всех других падежах единственного числа и во всех падежах множественного числа есть положительные флексии (рог-а, рог-у; рог-а, рог-ов и т. д.); для слова же нога нулевая флексия будет показателем родительного падежа множественного числа в силу тех же соотношений в парадигме. У кратких прилагательных, например красив, нулевая флексия показывает мужской род и единственное число (падежа в этом случае нет, так как краткие прилагательные в русском языке не склоняются). В склонении имен в тюркских языках нулевой аффикс является показателем единственного числа для всех падежей, чему противопоставлен постфикс -лар (с его фонетическими разновидностями) для множественного числа (бала — «ребенок», балага — «ребенку», балада — «у ребенка» и т. п. и балалар — «дети», балаларга — «детям», балаларда — «у детей» и т. д.).

Учение о нулевых аффиксах, разработанное Ф. ф. Фортунатовым, И. А. Бодуэном де Куртенэ и Ф. де Соссюром, позволяет выяснить различие значения корней и непроизводных слов от данного корня; например, корень [стол-] («вынутый», допустим, из слова столовая) имеет только вещественное значение, тогда как слово стол имеет лексическое значение существительного и два реляционных: именительный падеж и единственное число, выраженные нулевой флексией.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 |