Имя материала: История экономических учений

Автор: Покидченко М.Г.

3.2.3. экономические теории «новых классиков»

 

Новая классическая теория, появившаяся в 1970-е гг., часто называется школой рациональных ожиданий, поскольку в основу этой теории был положен постулат о рациональных ожиданиях, которые определяют поведение экономических агентов. Этот постулат был введен еще в 1960-е гг. американским экономистом Джоном Фрезером Мутом (род. 1930).

Благодаря теории Ф. Найта, влиянию стокгольмской школы, развитию кейнсианства и неокейнсианства «ожидаемые» величины все чаще стали использоваться в экономической теории XX в., актуализируя проблему неопределенности, связанную с тем, что экономические агенты в своем поведении ориентируются на ожидаемые показатели, которые могут не совпасть с реальной действительностью. Дж. Мут выдвинул предположение, что участники рынка, во-первых, используют всю возможную информацию для прогнозов, а во-вторых, учатся на собственных ошибках и тем самым быстро приобретают опыт достаточно точного предугадывания будущей экономической ситуации. Поэтому Дж. Мут предложил исходить из рациональности ожиданий экономических агентов. Этот тезис и лег в основу методологии «новых классиков».

Методологическая позиция

Школа рациональных ожиданий имеет ряд методологических особенностей, которые отличают ее от уже упомянутых теорий маржинализма. Во-первых, она исходит из полной нейтральности денег, в отличие от монетаристов, которые придают денежному фактору очень большое значение. Поэтому рассматриваемая школа и получила название «новая классическая теория». Как и классики, представители теории рациональных ожиданий считают, что денежный фактор — это вуаль, которая не влияет на взаимодействие элементов экономической системы. В этом они отличаются как от кейнсианцев, которые считают, что изменение денежных показателей ведет к изменению в масштабах производства и смещению точки равновесия в экономике, так и от монетаристов, которые предполагают, что изменение номинальных показателей хотя и временно, но влияет на экономическую ситуацию и поведение экономических агентов. «Новые классики» возвращаются к идее классической экономической теории, утверждая, что участники рынка настолько хорошо оценивают происходящее, что никак не реагируют на изменения номинальных показателей и моментально приспосабливаются к новым масштабам цен.

Во-вторых, представители этой школы, как и монетаристы, выступают против кейнсианских мер государственного вмешательства в экономику. Но вместе с тем они считают излишними и те меры, которые предлагают сами монетаристы, а именно регулирование денежной массы. Поскольку с их точки зрения деньги абсолютно нейтральны, то и денежное регулирование не имеет никакого смысла. Оно не влияет на экономику. Возможны лишь краткосрочные результаты, не затрагивающие естественный ход развития и лишь вносящие сумятицу. Таким образом, эта школа стоит на позициях чистого либерализма, т.е. полного невмешательства государства в экономику и тем самым возрождает классический взгляд на экономическую политику.

Дискуссии вокруг кривой Филлипса

Представители школы рациональных ожиданий одновременно с монетаристами подвергли критике концепцию Филлипса о взаимозависимости уровня инфляции и уровня безработицы. Так же как и М. Фридмен, они исходят из того, что экономические агенты учитывают изменение реальных показателей, поэтому рост номинальной заработной платы на фоне инфляции не заставит их изменить свое поведение и не изменит уровень занятости в ожидаемом направлении.

Отличие позиции «новых классиков» от монетаристов заключается в том, что если последние признают действие кривой Филлипса в краткосрочном периоде, то «новые классики» считают, что даже в краткосрочном периоде эта кривая имеет вертикальный характер. Причиной этих расхождений является то, что монетаристы исходят из адаптивных ожиданий, которые формируются на основе полученного человеком опыта. Таким образом, экономические агенты понимают условность роста заработной платы только через определенный период, когда столкнутся с ростом цен в результате инфляции. «Новые классики» исходят из рациональ-

 

ных ожиданий, моделирующих будущее не на основе полученного в настоящем опыта, а на основе рационального анализа действий правительства и предвидения результатов этих действий. Следовательно, уже в момент проведения политики, направленной на движение экономики вверх по кривой Филлипса, экономические агенты прогнозируют результат и не меняют своего поведения. Результатом этого становится сохранение уровня спроса и предложения на рынке труда и неизменность показателя безработицы.

Вопросы для самопроверки

В чем заключаются принципиальные расхождения между школой рациональных ожиданий и монетаризмом?

Почему школу рациональных ожиданий называют «новыми классиками»?

В чем состоит отличие между монетаристской интерпретацией кривой Филлипса и интерпретацией, данной школой рациональных ожиданий?

В чем заключается разница между адаптивными и рациональными ожиданиями?

 

3.2.4. Экономический империализм

 

Как уже говорилось, для направления экономической мысли, получившего название «экономический империализм», характерна экспансия метода экономического анализа на неэкономические сферы человеческой деятельности. Правомочность такого империализма основана на том, что принятая в экономической науке модель поведения рассматривается как универсальная, т.е. способная описать любое поведение человека, а не только касающееся решения экономических задач. С точки зрения сторонников этого направления, экономический анализ позволяет интерпретировать и поведение институтов, причем не только экономических, но и социальных.

На основе такой логики в начале 1970-х гг. в экономической науке формируются новые отрасли экономического анализа — экономика права, экономика семьи, экономика преступления и т.д. Основоположником и наиболее ярким представителем экономического империализма является американский экономист Гэри Беккер (род. 1930).

1 «Экономика дискриминации» (1957), «Преступление и наказание: экономический подход» (1968), «»Человеческий капитал»: теоретический и эмпирический анализ» (1964), «Экономический подход к поведению человека» (1976) и др.

В своих работах1 Г. Беккер говорит о существовании «неявных рынков», регулирующих любое поведение человека. Анализ выгод

16 - 8108

241

и убытков от любого рода деятельности является залогом равновесия этих рынков. Например, Беккер рассматривает рынок образования (работа «Человеческий капитал: теоретический и эмпирический анализ» (1964)), где временные и финансовые затраты на обучение рассматриваются как долгосрочные инвестиции и принятие решения о таких инвестициях напрямую определяется величиной доходов отданного образования. Таким же образом интерпретируется выбор человека совершать или не совершать преступление (работа «Преступление и наказание: экономический подход») 1968)) — соотносятся выгода от правонарушения и издержки при его возможном раскрытии (включая оценку вероятности этого раскрытия).

Подход, предложенный Беккером, получил свое развитие в рамках нового широкого направления экономической мысли — «теории общественного выбора». Наиболее крупными представителями этой теории являются Дж. Бьюкенен (род. 1919, Нобелевская премия — 1986), Г. Таллок, Т. Эггертсон. Эти экономисты используют максимизационную модель рационального поведения для анализа процессов принятия решений в различных политических структурах. Правда, здесь используется более сложная мо-тивационная модель поведения. В частности, главной целью политического института считается сохранение власти. Но сохраняется общий принцип исследования, строящийся на анализе эффективности работы тех или иных структур по достижению намеченных целей.

Вопросы для самопроверки

Объясните суть понятия «экономический империализм».

Каким образом Беккер интерпретирует рынок образования?

В рамках каких теорий новый подход получил свое дальнейшее развитие?

Литература к теме

Беккер Г. Экономический анализ и человеческое поведение // THESIS, Теория и история экономических и социальных институтов и систем. Т. 1. Вып. 1. 1993. С. 24—40.

Беккер Г. Человеческое поведение: экономический подход. Избранные труды по экономической теории. М.: ГУ-ВШЭ, 2003.

3.3. Неоавстрийская школа

Прежде чем перейти к изложению теорий неоавстрийской школы, дадим краткую характеристику австрийской традиции в экономической науке и определим методологические различия австрийской и неоавстрийской школ.

Методологическая позиция

Австрийская школа, появившаяся в рамках маржиналистской революции, изначально выделялась среди других представителей этого направления своеобразием своей методологической позиции. Во-первых, она крайне негативно относилась к использованию математических методов в экономической науке и в целом к построению этого типа знания по модели естественных наук. Во-вторых, теории представителей этой школы отличались последовательным субъективизмом. Используя индуктивный метод, австрийские экономисты последовательно выводили свою теорию из субъективных оценок полезности. В-третьих, австрийская школа сохранила классический метод причинно-следственного анализа.

Неоавстрийская школа, с одной стороны, продолжает традиции своих предшественников. Она также игнорирует математические методы и выступает против сциентизма экономической науки, т.е. чрезмерного стремления создать теорию по образу естественных наук без учета специфики предмета, связанной с человеческим поведением. Неоавстрийская школа, так же как и австрийская, отличается субъективизмом и недоверием к макроэкономическому подходу и любым агрегированным показателям. Во главу угла ставится анализ поведения отдельных индивидов, проблемы субъективного восприятия реальности.

С другой стороны, неоавстрийская школа пересматривает методологию своих предшественников в целом ряде моментов. Она отходит от индуктивного метода австрийской школы. Основоположник новой теории Людвиг фон Мизес исходит из универсального и априорного характера экономических законов. Он опирается на «логический анализ присущего человеку знания» о человеческом поведении.

Кроме того, подвергается корректировке метод субъективизма. Если австрийская школа исследовала только субъективные оценки индивидов, то неоавстрийская школа ставит проблему соотношения субъективного восприятия экономики индивидом и реальной действительности.

Концепция рассеянного знания

Анализируя экономическое поведение, Фридрих фон Хайек, один из ведущих представителей неоавстрийской школы, делает вывод о том, что экономической информацией, а именно знанием о возможностях производственной деятельности и предпочтениях потребителей, обладает только отдельный индивид и только в отношении самого себя. Ни один человек не имеет достоверной информации о предпочтениях или хозяйственных планах другого.

Помимо того, информация, которой обладает отдельный участник рынка, не может быть формализована в полной мере и адекватно передана другим участникам рынка. Проблема заключается в том, что основой этих индивидуальных знаний может являться выработанное чутье, интуиция, которые не поддаются анализу, изложению и, следовательно, не могут быть переданы человеку, не имеющему подобного опыта.

На основе этих выводов Ф. Хайек делает вывод о том, что в экономике знания носят распыленный характер. Ни один человек не имеет возможности получить полную информацию о других участниках рынка, равно как адекватно передать информацию о себе самом — своих экономических предпочтениях, успешности своего бизнеса и т.д.

Концепция рынка Фридриха фон Хайека

Если информация является распыленной, тогда возникает вопрос: как действуют индивиды, на что они ориентируются при выборе определенного варианта поведения? Того частичного знания, которым они обладают в отношении самого себя, явно недостаточно для успешной экономической деятельности. Ф. Хайек пишет о том, что на помощь им приходит рынок. Рыночный механизм обладает встроенными индикаторами — ценовыми показателями. Эти показатели отражают предпочтения и производственные возможности других участников рынка. Изменения в ценах указывают на происходящие изменения в предпочтениях и возможностях индивидов. Когда есть рынок, предпринимателю не обязательно выявлять потребности потенциальных покупателей его продукции. Выяснить намерения людей, равно как и предугадать возможное поведение, рациональным путем невозможно. Рынок же реагирует на совершившиеся действия — увеличение покупок приводит к автоматическому увеличению цены на товар, падение интереса к данной продукции уменьшает его цену. Предприниматель, научившийся понимать ценовые сигналы, способен извлекать необходимую информацию о рыночной конъюнктуре и на основе этой информации выстраивать свое поведение.

Рынок решает еще одну важную задачу. Он, и только он, в состоянии определить, какой тип экономического поведения является эффективным, а какой нет. С точки зрения Ф. фон Хайека, рациональным путем, методом научного анализа ответить на этот вопрос нельзя. Только по результатам деятельности можно дать оценку, было ли это действие адекватным реальности. Если предприниматель получает прибыль и добивается процветания своего бизнеса, то он выбрал правильный с экономической точки зрения тип поведения, т.е. его действия экономически эффективны. Если же он понес убытки, то значит, его действия экономически неэффективны. В этом вопросе Ф. Хайек выражает точку зрения крайнего эмпиризма. Суть его идеи заключается в том, что определить степень эффективности того или иного типа поведения невозможно на основе рационального анализа. Только жизнь и практика расставляют все по своим местам.

Антирационализм

Развивая свою концепцию распыленного знания, Ф. фон Хайек приходит к выводу о том, что идеал, который подсознательно был свойствен классической экономической теории и который является основополагающим для различных теорий, верящих в плановое регулирование экономики, принципиально неосуществим. Экономисты-классики исходили из того, что человек с помощью своего разума способен раскрывать экономические законы и на основе полученных знаний рационализировать свое поведение, а следовательно, рационализировать весь экономический механизм. Логическим завершением такого оптимизма, по мнению Ф. фон Хайека, являются различного рода социалистические теории, а также концепции государственного вмешательства в экономику. Если признается принципиальная возможность с помощью науки находить рациональные пути поведения, то неизбежно возникает идея создать единый координационный центр, который на научной основе будет рассчитывать наиболее оптимальный вариант экономического развития и навязывать прямо или косвенно этот тип развития обществу.

На основе идей антирационализма Ф. фон Хайек строит свою критику социалистической системы, озаглавив одну из своих работ, посвященных этой теме, «Пагубная самонадеянность» (1988). Хайек выступает с критикой «самонадеянного» рационализма. Продолжая традиции английского скептицизма, крайне осторожно оценивавшего способности человеческого разума постигать действительность, Ф. фон Хайек утверждает, что человечество не обладает такими способностями ума и восприятия, которые позволили бы ему аккумулировать всю необходимую информацию об интересующем его предмете, подвергнуть ее анализу, раскрыть механизмы действия всей системы и выработать для себя наиболее рациональное поведение в рамках этой системы. Во-первых, человеческий разум не способен оперировать таким объемом знаний. Во-вторых, человек имеет возможность анализировать только формализованное знание, оформленное в слова, логические конструкции. С точки зрения Ф. фон Хайека, практический опыт, который может содержать в себе уникальные по ценности знания, превращается в пустышку, как только переводится на язык логических конструкций и абстракций. Чем дальше знания от практики, тем меньше они отвечают реальности.

Защита идей либерализма

В теории Ф. Хайека рынок решает две важнейшие экономические задачи — он дает информацию о состоянии экономической конъюнктуры и осуществляет отбор лучшего индивидуального решения производственной задачи.

Отсюда вытекает основное требование, которое ставится перед политиками и экономистами Ф. Хайеком. Это требование — обеспечение свободы рынка. Он признает, что рынок — не самое эффективное средство управления действиями экономических агентов, но считает его единственно возможным. Любые вмешательства извне, любые попытки регулировать экономическую систему приводят к тому, что искажаются ценовые сигналы, а следовательно, экономические агенты получают ложную информацию об экономической конъюнктуре. Экономическое регулирование также нарушает процесс отбора, создавая условия для развития неэффективных форм хозяйствования.

Любое вмешательство государства, от антимонопольной политики до введения социальных программ помощи безработным и бедным слоям населения, приводит к появлению ложных сигналов. Это также касается любых форм государственной монополии, даже монополии на выпуск денег. В этой связи Ф. Хайек выдвигает теорию «частных денег». Он утверждает, что единоличное право государства на печатание денежных знаков приводит к нарушению сигналов рынка, указывающих, какое количество этих единиц действительно необходимо экономике. Помимо того, обладая таким правом, государство постоянно вмешивается в функционирование рынка, регулируя объем денег в обращении. Ф. Хайек выдвигает тезис о том, что отсутствие альтернативных денег в экономике является основной причиной инфляции.

Решение этой проблемы он видит в создании конкурентного рынка валют — «частных денег». По его мнению, единственный способ разрушить монополию Центрального банка на выпуск расчетных единиц — предоставить частным банкам такое же право выпускать собственную валюту. Конкуренция этих валют оздоровит денежный рынок и выявит наиболее эффективные средства расчета, считает Хайек.

Вопросы для самопроверки

В чем заключаются сходство и различие метода австрийской и неоавстрийской школ?

Почему согласно теории Ф. фон Хайека знание является распыленным?

Какие функции выполняет свободный рынок в теории Ф. фон Хайека?

На чем строится критика социалистических теорий неоавстрийской школы?

Литература к теме

МизесЛ. Либерализм. М.: Экономика, 2001.

Мизес Л. Человеческая деятельность. Трактат по экономической теории. М.: Экономика, 2000.

Хайек Ф.А. Индивидуализм и экономический порядок. М.: Изограф, 2001.

Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность. М.: Новости, 1992.

Хайек Ф.А. Дорога к рабству. М., 1992.

Хайек Ф.А. Частные деньги. Л., 1996.

 

3.4. Неоинституционализм

Неоинституциональное направление современной экономической мысли включает в себя целый ряд теорий, которые в первую очередь объединяет общий предмет исследования. Этим предметом являются институты общества, принципы их возникновения, функционирования и эволюции.

Название течения — неоинституционализм может создать впечатление, что оно является продолжением институционализма начала XX в. Единственное, что объединяет эти два течения, — предмет анализа, а именно их интерес к исследованию экономических институтов, а также критика в адрес методов маржиналистского анализа, которые, по мнению как институционалистов, так и неоинституционалистов, не позволяют адекватно описывать институциональную структуру экономики. Но содержание этой критики существенно отличается у рассматриваемых двух направлений. С точки зрения неоинституционалистов, неоклассика не учитывает ряд важнейших факторов, влияющих на поведение институтов: фактор неопределенности, ограниченности информации, сознательного искажения информации экономическими агентами; многообразие мотивов поведения людей и фирм, несовпадение интересов индивида и фирмы и т.д. В этом неоинституциональное направление сближается с позицией неоавстрийской школы и эволюционной экономической теории.

Методология

Можно выделить целый ряд методологических подходов, которые объединяют неоинституциональные теории, несмотря на их разноплановость, и одновременно отличают их от институционализма начала века. В первую очередь это принцип «методологического индивидуализма», который зачастую используется экономистами данного течения даже более последовательно, чем неоклассиками. В основу теории кладется анализ поведения индивида, все остальные экономические процессы рассматриваются через призму этого анализа, в том числе поведение экономических институтов (различных типов фирм, государства). Этот метод отличает неоинституционализм от институциональной теории, поскольку последняя выступала против такого подхода и рассматривала институты как некие коллективные образования, поведение которых не сводится к поведению отдельных экономических агентов. Нео-институционалисты считают, что поведение «коллективных» игроков рынка все равно подчиняется воле отдельных людей, управляющих ими, являющихся их собственником и т.д.

В связи с этим неоинституциональная теория принципиально иначе трактует государство и его роль в экономике. Оно рассматривается как любой другой экономический институт. Государственные структуры состоят из людей, поведение которых ничем не отличается от поведения сотрудников любой частной фирмы. Они столь же эгоистичны, в той же степени рациональны (или нерациональны), так же реагируют на рыночные сигналы (или неопределенность этих сигналов) и т.д. Степень эффективности этого института может и должна оцениваться так же, как и эффективность любой другой формы организации.

Второе методологическое отличие неоинституционализма от институциональной теории связано с внеисторическим характером анализа. Неоинституциональные теории занимаются раскрытием законов, носящих универсальный и всеобщий характер. Эти законы действительны для всех видов экономических игроков (институты, отдельные индивиды). С их помощью могут быть описаны любые экономические системы в любые исторические эпохи.

Помимо общих методологических подходов, теории, которые принято включать в неоинституциональное направление, обладают некоторыми отличиями. По методу анализа можно выделить как минимум две основные группы. Первый блок включает в себя теории, которые используют трансакционный анализ для исследования экономических структур, основы которого были заложены еще в первой половине XX в. Р. Коузом. Сюда относятся теории О.И. Уильямсона, Д. Норта, Р. Фогеля, Р. Томаса и др. Второе направление, близкое первому в методологическом плане, опирается в своем анализе на теорию прав собственности (А. Ал-чиан, X. Демсец).

Теории трансакционных издержек

Теории трансакционных издержек, которые О.И. Уильямсон объединил под названием «новая институциональная теория», характеризуются тем, что предлагают новый подход к исследованию природы институтов, основанный на так называемом трансакционном анализе.

Основы теории трансакционных издержек были заложены в статье английского экономиста Рональда Коуза «Природа фирмы» (1937), хотя следует отметить, что похожие идеи можно найти в работах Ф. Найта «Риск, неопределенность и прибыль» и Дж. Ком-монса, впервые использовавшего термин «трансакции». Широкое развитие предложенная Коузом концепция получила только в 1970—80-е гг. В 1991 г. Р. Коуз получил Нобелевскую премию за разработку теории фирмы и так называемую теорему Коуза.

В работе «Природа фирмы» Р. Коуз ставит вопрос, о том, почему на рынке возникают фирмы. Он пишет, что рыночный принцип взаимодействия индивидов сопряжен с целым рядом проблем, которые повышают издержки экономической деятельности. Эти издержки включают в себя затраты по совершению сделок — поиску партнеров, ведению переговоров, заключению контрактов, поддержанию связей и т.д. Все эти виды расходов Коуз объединяет в одно понятие — «трансакционные издержки». С целью минимизировать эти издержки люди и организуются в фирмы, которые представляют собой не что иное, как форму стабилизации контрактных отношений, превращение их в устойчивые, регулярные, взаимообусловленные связи. Это позволяет снизить величину трансакционных издержек.

В ответ возникает вопрос, почему все рыночные сделки не превращаются во внутрифирменные. Коуз пишет, что ограничением для расширения фирмы является рост внутрифирменных издержек, связанных с управлением, — издержек контроля, издержек бюрократизации и т.д. Он делает вцвод, что решение создать фирму будет принято, если величина трансакционных издержек превышает величину расходов по организации фирмы. Процесс «поглощения» рыночных связей и их включения в рамки фирмы будет продолжаться до тех пор, пока предельные издержки внутренней организации не сравняются с издержками рыночных операций.

Коузом был предложен новый вид анализа, в основе которого лежит сопоставление двух видов издержек — трансакционных и внутрифирменных и который позволяет определять эффективность как размера фирмы, так и структуры включенных в нее сделок, оценивать, какие виды операций выгоднее осуществлять на рынке, а какие — в рамках фирмы.

Этот новый метод в дальнейшем был активно использован американским экономистом О.И. Уильямсоном для разработки метода сравнительного анализа различных видов экономических организаций («вертикальных рыночных структур»). В работах «Рынки и иерархии: Анализ и выводы для антимонопольного регулирования» (1975), «Экономические институты капитализма» (1985), «Механизмы управления» (1996) Уильямсон разрабатывает метод анализа сравнительных преимуществ рыночной и внутрифирменной контрактации. Он предлагает модели, позволяющие оценивать как механизм и масштабы вертикальной интеграции, так и эффективность антимонопольной политики государства и общеэкономических реформ. Экономические институты представляются им как различные типы контрактации, т.е. различные варианты заключения контрактов и совершения сделок при согласовании отдельных этапов производственной и сбытовой цепи. Их сравнение происходит на основе того, какой тип контракта является наиболее эффективным с точки зрения экономии трансакционных издержек — рыночный или внутрифирменный.

Для этого он рассматривает целый ряд аспектов, определяющих эффективность того или иного вида сделки. Первый из них — наличие оппортунистического поведения. Именно теория «оппортунистического поведения» стала важным вкладом Уильямсона в экономический анализ. Она представляет собой раскрытие психологических основ существования трансакционных издержек и причин возникновения фирм. Оппортунизм в его теории имеет две формы — ex ante и ex poste. Первый проявляется на стадии заключения сделки и представляет собой классическое условие ограниченности информации, только с одним отличием — здесь информация сознательно искажается в связи с тем, что участники сделки имеют личный стратегический интерес. «Запутывание», «введение в заблуждение» контрагента позволяет добиться своих стратегических целей и заключить односторонне выгодный контракт. Оппортунистическое поведение exposte выражается в уклонении от выполнения условий сделки или совершении невынужденных действий, которые ведут к компенсационным или страховым выплатам. Уильямсон делает общий вывод, что чем выше неполнота информации и риск оппортунистического поведения, тем вернее данный тип сделки будет превращен во внутрифирменный контракт.

Еще одним фактором, определяющим характер заключенного контракта, является наличие «специфических ресурсов». Специфические ресурсы — это ресурсы, полезность которых в большой степени зависит от того, в какой области они применяются. Решение об инвестициях в такие ресурсы сопряжено с большим риском, чем при инвестициях в стандартные ресурсы, поскольку их использование вне рамок установленной специфической сделки либо невозможно, либо значительно менее прибыльно. В этой связи издержки от расторжения сделки являются очень высокими и большую ценность приобретают гарантии стабильности контрактных отношений, а также близкое соответствие друг другу деловых партнеров. Сделки, которые требуют такой высокой степени гарантий стабильности, неизбежно становятся областью внутрифирменных связей.

Важную роль в определении типа контрактных отношений играет и частота сделок по поводу специфических ресурсов. Если сделки являются нерегулярными, то они реже становятся составной частью фирмы. Но если сделки носят регулярный характер, т.е. их частота высока, они неизбежно становятся частью внутрифирменной организации.

В целом Уильямсон утверждает, что рынок является механизмом, регулирующим простейшие контракты, а фирма — сложные контракты, связанные с возможностью оппортунистического поведения, а также с управлением специфическими ресурсами.

Еще одним важным фактором при оценке сравнительной эффективности рыночного или внутрифирменного контракта является сравнительный анализ стимулов к повышению эффективности производства. Рыночную мотивацию, связанную с действием конкурентного рынка, Уильямсон называет «стимулами высокой мощности» и относит их к преимуществам рынка. Мотивация, используемая фирмами, оценивается им как «стимулы слабоймощности». Мотивационный фактор играет ограничительную роль для расширения фирм.

«Теорема Коуза» и теории прав собственности

В 1960 г. Р. Коуз выпускает работу «Проблема социальных издержек», в которой обращается к проблеме внешних эффектов. Напомним, что суть этой проблемы заключается в том, что деятельность какого-либо участника рынка может наносить вред (или, наоборот, приносить пользу) другим экономическим агентам, который не учитывается при анализе издержек (или прибылей) производства. В результате возникает проблема общественно неэффективного распределения ресурсов — перепроизводства товаров с отрицательными экстерналиями и недопроизводства товаров с положительными экстерналиями.

В своей работе Коуз оспаривает решение этой проблемы, предложенное в начале XX в. английским экономистов А. Пигу, выступавшим за необходимость государственного регулирования объемов производства товаров, обладающих внешними эффектами (через систему штрафов, налогов, субсидий). Р. Коуз утверждает, что причина возникновения внешних эффектов заключается не в «провалах» рынка, а в отсутствии четко определенных и защищенных прав собственности на все ресурсы. Внешние эффекты представляют собой не что иное, как нарушение неучтенных прав собственности в силу их неучтенности.

Допустим, некий завод загрязняет воду в реке. Это ухудшает положение жителей близлежащей деревни, которые зарабатывают себе на жизнь рыболовством. С точки зрения А. Пигу, для того чтобы восстановить равновесие издержек и доходов, необходимо ввести «экологический налог». Р. Коуз утверждает, что подобные действия никак не соотносятся с принципом эффективности. Во-первых, они носят принудительный характер, а во-вторых, они не учитывают симметричную природу как самих экстерналий, так и борьбы с ними. Ограничения, налагаемые на завод с целью защитить рыболовов, учитывают лишь убытки рыболовов от загрязнения, но не учитывают тот ущерб, который понесет предприятие в результате этих ограничений. Если возникновение экстерналий приводит к экономическим убыткам, то и ликвидация экстерналий также ведет к экономическим убыткам. Поэтому, согласно Коузу, в действительности должен решаться вопрос о том, какой из этих двух видов ущерба является наименьшим для общества.

Возможна ситуация, когда ущерб от загрязнения окажется меньшим, чем ущерб от ликвидации этого загрязнения.

Сопоставить издержки возможно только на основе свободных переговоров двух сторон по поводу данного ресурса. Для этого необходимо, чтобы этот ресурс находился в собственности одной из сторон, причем, согласно Коузу, неважно, в чьей именно. Допустим, право владения рекой принадлежит заводу. Тогда жители деревни, для того чтобы увеличить число рыбы в реке, вынуждены будут заплатить директору завода те издержки, которые он понесет в результате сокращения объемов производства. Если убытки завода меньше, чем выигрыш жителей деревни от сокращения объемов производства, то сделка будет заключена. Более того, переговоры закончатся в тот момент, когда предельные издержки завода от сокращения станут равны предельным доходам жителей деревни от увеличения числа рыбы. Следовательно, результатом переговоров станет оптимальное распределение ресурсов. В случае если правом на пользование рекой владеют жители деревни, результат переговоров будет тот же самый, только в этом случае завод будет компенсировать рыбакам их потери из своей добавочной прибыли.

На основе своих рассуждений Р. Коуз делает вывод: «Если права собственности четко определены и трансакционные издержки равны нулю, то аллокация ресурсов (структура производства) будет оставаться неизменной и эффективной независимо от изменений в распределении прав собственности».

Важным выводом из «теоремы Коуза» является то, что для решения проблем экстерналий не требуется вмешательство государства. Теорема фактически реабилитировала рынок как механизм эффективного распределения ресурсов.

Идеи Р. Коуза, изложенные в его теории внешних эффектов, нашли свое развитие в работах американских экономистов Арме-на Алчиана (род. 1914) и Харолда Демсеца (род. 1930). Они также утверждают, что для наилучшей работы рынка необходима четкая спецификация прав собственности. Но Алчиан и Демсец учитывают, что в реальной жизни нулевых трансакционных издержек не существует и сам процесс спецификации прав требует определенных затрат. Поэтому права собственности фиксируются лишь тогда, когда выгоды от спецификации выше, чем затраты. В противном случае происходит размывание прав собственности.

В статье «Производство, информационные издержки и экономическая организация» (1972) Алчианом и Демсецем была предложена своя теория экономических организаций, основанная на их концепции прав собственности. Согласно этой теории собственность не является однородным понятием. Она включает в себя набор прав (пучки прав) по владению, использованию, передаче того или иного ресурса и т.д. В результате различные права на один и тот же ресурс могут быть разделены между различными экономическими агентами. Обмен этими пучками прав составляет суть всех экономических операций. Например, обычная продажа товара на рынке может интерпретироваться именно как продажа определенного пучка прав на данный товар. В частности, продажа лицензионных дисков или кассет предполагает передачу права пользования данным товаром, но исключает право получения прибыли от этого использования.

Каждый экономический институт оценивается как определенная форма собственности, имеющая в своем распоряжении определенный набор пучков права. На этой основе Алчианом и Демсе-цем проводится сравнительный анализ различных экономических структур (частная фирма, акционерное общество, государственное предприятие).

Новая экономическая история

Аналитический аппарат, разработанный представителями неоинституционального направления, а именно трансакционный анализ сравнительных преимуществ различных институциональных образований, взгляд на проблему внешних эффектов через призму спецификации частной собственности, понятие оппортунистического поведения и т.д., получил оригинальное применение в работах американского экономиста Дугласа Норта (род. в 1920) и его коллег. Он был использован для анализа экономической истории в целом и для раскрытия причин, объясняющих, почему в определенных странах в определенные эпохи начинался бурный экономический рост, в то время как в других странах или в другие эпохи этот процесс тормозился или вовсе отсутствовал.

В работах «Экономический рост в Соединенных Штатах с 1790 по 1860 г.» (1961), «Институциональные изменения и рост американской экономики» (1971, в соавторстве с Л. Дэвис), «Подъем Западного мира» (1973, в соавторстве с Р. Томасом) Нортом и его коллегами был собран и проанализирован большой материал по экономической истории США и Европы. На его основе с помощью неоинституционального аппарата была предпринята попытка создать новую концепцию экономической истории и ее закономерностей. Основные теоретические положения этой концепции изложены в двух работах Норта «Структура и изменения вэкономической истории» (1981), «Институты, институциональные изменения и функционирование экономики» (1990).

Новый подход, предложенный Нортом и его коллегами, акцентирует внимание на сравнительном анализе экономических институтов в различные исторические периоды и в различных регионах, исследует связь между возникновением, доминированием и разрушением институциональных систем и темпами экономического роста. Основной тезис «новой экономической истории» заключается в том, что факторы, которые традиционно принято рассматривать как стимуляторы роста (инновации, сбережения, образование, НТП), в действительности являются только индикаторами этого роста. Главным условием успешного и быстрого развития экономики является существование эффективных институтов.

Основной функцией, которую выполняют институты, является экономия трансакционных издержек. Если в ответ на экономические изменения создаются институты, успешно справляющиеся с этой задачей, экономика получает положительный импульс для своего развития. С точки зрения Д. Норта, наиболее гибкой системой, позволяющей наиболее адекватно и быстро приспосабливать экономические структуры в меняющихся условиях, является система частной собственности. Именно раннее развитие этой системы в Англии и Нидерландах определило динамичность экономики этих стран в отличие от Франции и Испании.

Важным положением теории Норта является концепция «зависимости от пути». В отличие от представителей теории эволюционной экономики он утверждает, что в ходе истории не происходит естественного отбора наиболее эффективных институтов. Однажды установившиеся структуры трудно устранимы и могут определять путь развития страны на протяжении длительных периодов времени. Причиной такой инертности институциональной среды являются высокие трансакционные издержки по реформированию институтов, особенно крупных и консервативных, и созданию новых. Для того чтобы началась структурная перестройка, экономические выгоды от ее проведения должны превышать эти издержки.

Д. Нортом и Дж. Уоллисом была подсчитана динамика трансакционных издержек в экономике США. Согласно их расчетам, с 1870 по 1970 г. произошел рост удельного веса трансакционных затрат более чем в 2 раза, с 26,6 до 54,9\% ВВП. Расширение трансакционного сектора Д. Норт и Дж. Уоллис интерпретируют как «структурный сдвиг первостепенной важности», который определяет контраст между наиболее развитыми странами и экономически отсталыми государствами.

Вопросы для самопроверки

Назовите основные различия подходов неоинституционализма и институционализма начала XX в.

Какие три основных направления в рамках неоинституционализма можно выделить?

Каким образом с помощью понятия «трансакционные издержки» объясняется появление фирм на рынке и их масштабы в теории Коуза?

Какие факторы определяют превращение рыночных сделок во внутрифирменные согласно О. Уильямсону?

Что согласно «теореме Коуза» необходимо сделать для решения проблемы внешних эффектов?

Почему с точки зрения Коуза вмешательство государства в решение вопросов внешних эффектов является экономически неэффективным?

Что является главным фактором экономического роста с точки зрения Д. Норта?

Какая институциональная среда расценивается им как наиболее благоприятная для образования эффективных экономических структур?

Литература к теме

Коуз Р. Природа фирмы. М.: Дело, 2001. С. 33—91.

Коуз Р. Институциональная структура производства. Лекция лауреата Нобелевской премии в области экономических наук за 1991 год // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия «Экономика». 1993. № 4. С. 86-95.

Коуз Р. Фирма, рынок и право//Теория фирмы. СПб.: Экономическая школа, 1995.

Уильямсон О., Уинтер С.Дж. Природа фирмы. М.: Дело, 2001.

Уильямсон О.И. Экономические институты капитализма. СПб.: Лениздат, 1996.

Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Начала, 1997.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 |