Имя материала: История экономических учений

Автор: Яков Семенович Ядгаров

§ 2. экономическое учение к. маркса

Карл Маркс (1818—1883) как один из завершителей классической политической экономии оставил заметный след в истории экономической мысли17. Его идеи зачастую выходят за рамки непосредственно экономических проблем, сочетаясь с философскими, социологическими и политическими18.

Карл Маркс родился 5 мая 1818 г. в немецком городе Трире. Он был вторым из девяти детей адвоката Генриха Маркса, выходца из семьи раввинов, перешедшего в 1816 г. из иудейства в протестантизм.

В 1830—1835 гг. учился в гимназии города Трира. С 1835 г. учился на отделении права Боннского университета, а с 1836 по 1841 г. изучал право, философию, историю и историю искусств в Берлинском университете, по завершении которого (1841) получил степень доктора на философском факультете Йенского университета.

К. Маркс всю остальную свою жизнь (1850—1883) находит убежище в Лондоне.

В лондонский период жизни К. Маркс пишет в числе многих произведений и «Капитал», который рассматривал как труд всей своей жизни19. Что касается финансовой стороны его жизни в этот период, то она складывалась весьма непросто. Так, с 1851 г. и в течение десяти лет К. Маркс является сотрудником газеты «Нью-Йорк дейли трибюн», но из-за финансовых трудностей на протяжении 1852—1857 гг. вынужден в основном заниматься журналистикой ради заработка, что почти не оставляло времени для продолжения экономических исследовании. Правда, несмотря на это, ему удается подготовить работу «К критике политической экономии», и при содействии Ф. Лассаля, уговорившего одного из берлинских издателей принять ее, в 1859 г. она была опубликована.

Однако в 1862 г. разрыв с Ф. Лассалем, прекращение с началом гражданской воИны в США сотрудничества в «Нью-Йорк деили трибюн» вызвали значительные финансовые затруднения, затянувшиеся до 1869 г., когда неразлучный друг и соратник Ф. Энгельс решил эту проблему, обеспечив К. Маркса ежегодной рентой. Именно в этот период, ценою неимоверных усилиИ и будучи не вполне здоровым20, — в 1867 г. он окончательно отредактировал и в том же году в Гамбурге издал I том «Капитала». Два других тома (с самого начала было задумано выпустить «Капитал» в трех томах) ко времени издания первого не были готовы к публикации как ввиду болезни и финансовых затруднении, так и, скорее всего, из-за осознания автором незавершенности этои работы.

При жизни К. Марксу так и не удалось завершить II и III тома «Капитала». Еще в ноябре 1878 г. в письме Н. Даниельсону он писал, что к концу 1879 г. подготовит к печати II том «Капитала», но 10 апреля 1879 г. сообщал ему же, что этот том опубликует не ранее, чем изучит развитие и завершение кризиса англиискои промышленности.

К. Маркса не стало 14 марта 1883 г. — спустя два года после смерти в 1881 г. его жены Женни Маркс. Весь труд по сбору и подготовке к публикации II (вышел в свет в 1885 г.) и III (издан в 1894 г.) томов «Капитала» взял на себя Ф. Энгельс21. По-видимому, в самом деле «довольно трудно установить, какая часть приходится на долю Энгельса в произведениях Маркса, но, очевидно, она немаловажная»22. Но что касается «Капитала», несомненно и другое: «Тома II и III — посмертные. Их содержание было извлечено Энгельсом из объемистых рукописей Маркса, далеко не законченных»23.

Особенности методологии

Творческое наследие К. Маркса имеет много общего с достижениями его предшественников по классическои школе экономичес-коИ мысли, особенно А. Смита и Д. Рикардо. Однако их теоретико-методологические позиции, как полагал автор «Капитала», стали лишь вершиноИ основ «буржуазной» экономической теории, и после их трудов классическая политическая экономия якобы себя исчерпала. Уже в главе 1 тома I «Капитала» К. Маркс заявляет, что «вульгарный экономист» отошел от принципов Смита—Рикардо, игнорирует «реальные» и «определяющие факторы», скользит по поверхности экономических явлении и имеет дело с субъективным отношением к денежным издержкам экономических агентов. При этом «вульгарный экономист», по Марксу, является выразителем буржуазной (классовой) идеологии и по данной причине (даже не имея намерений быть неправдивым) лишен возможности толковать реальность объективно.

а)         Методологические источники

По признанию самого К. Маркса, как ученый методологически он исходил одновременно из трех научных источников: английской классической политической экономии Смита—Рикардо, немецкой классической философии Гегеля—Фейербаха и французского утопического социализма. У представителей первых им заимствованы в числе многих других трудовая теория стоимости, положения закона тенденции нормы прибыли к понижению, производительного труда и др., у вторых — идеи диалектики24 и материализма, у третьих — понятие классовой борьбы, элементы социального устройства общества и др. Поэтому автор «Капитала» является не единственным в числе исследователей начала и середины XIX в., рассматривавших политику и государство как вторичные явления по отношению к социально-экономическим, предпочитавших, следуя каузальному подходу, классифицировать экономические категории как первичные и вторичные, считавших экономические законы, капитализм и, соответственно, рыночный механизм хозяйствования преходящими и т.п.

б)         Концепция базиса и надстройки

Однако центральное место в методологии исследования К. Маркса занимает его концепция базиса и надстройки, о которой он заявил еще в 1859 г. в работе «К критике политической экономии». Основная идея в этом произведении была сформулирована так: «В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание» (курсив мой. — Я.Я.)25.

Между тем по большому счету в концепции базиса и надстройки предпринята попытка дать экономическую интерпретацию истории с учетом диалектики производительных сил и производственных отношений, которая подсказывает, по замыслу К. Маркса, процесс перехода от капитализма к социализму, ибо «буржуазной общественной формацией, — пишет он, — завершается предыстория человеческого общества»26. По Марксу, недиалектический подход и необоснованное признание законов капиталистической экономики универсальными не позволили понять представителям классической политической экономии, которые собственно открыли эти законы, что они имеют специфический и преходящий характер21.

Обращаясь к сути рассматриваемой концепции К. Маркса, следует заметить, что идея анализа общественного развития как чередования базиса и надстройки не проста в применении. Например, «производительные силы зависят одновременно от технической оснащенности и от организации совместного труда, которая в свою очередь зависит от законов собственности. Последние принадлежат к юридической сфере. Но... право — это часть государства, а последнее относится к надстройке. Мы снова сталкиваемся с трудностью отделения базиса и надстройки»28. Но, несмотря на это, с тех пор, да и сейчас, «для марксиста экономический подход означает, что организация производства играет решающую роль, предопределяя социальную и политическую структуру, и основной упор он делает на материальных благах, целях и процессах, конфликте между рабочими и капиталистами и всеобщем подчинении одного класса другому»29.

в) Модель идеального общества

По убеждению К. Маркса, капитализм, эра которого «берет свое начало в XVI веке», исключает гуманизацию общества и демократию из-за частной собственности на средства производства и анархии рынка. В этой системе трудятся ради прибыли, имеет место эксплуатация одного класса другим, а человек (и предприниматель и рабочий) становится чуждым самому себе, так как не может самореализоваться в труде, деградировавшем лишь в средство существования в условиях непредсказуемого рынка и жесткой конкурентной борьбы. А что касается подлинной свободы вне труда, т.е. свободного времени, то оно, по Марксу, «мерилом богатства» станет не при капитализме, а при коммунизме. Однако у автора «Капитала» действительно «нет никаких убедительных данных ни о том моменте, когда капитализм перестанет функционировать, ни даже о том, что в данный конкретный момент он должен перестать функционировать. Маркс представил определенное число доводов, позволяющих считать, что капиталистический строй будет все хуже и хуже функционировать, однако он не доказал экономически, что внутренние противоречия капитализма разрушат его»30.

Следует подчеркнуть, что в доводах К. Маркса о неизбежном крахе капитализма главным является не нарушение рыночных принципов распределения доходов между классами общества, а то, что эта система не обеспечивает полной занятости, тяготеет к колониальной эксплуатации и к войнам. Общественным идеалом он считает социализм и коммунизм, называя их фазами неантагонистического коммунистического общества, при котором средства производства не будут более объектом индивидуального присвоения и каждый человек обретет свободу 31.

Теория классов

Впрочем, убежденность К. Маркса в торжестве идеалов бесклассового общества зиждется прежде всего на теории классов, ставшей достоянием классической политической экономии еще со времен физиократов и А. Смита. Считая себя последователем «классиков», он действительно занимался «в основном проблемой экономического роста, а именно роста благосостояния и дохода, а также проблемой распределения этого растущего дохода между трудом, капиталом и землевладельцами»32, т.е. между классами. Но центральной идеей его теории классов является классовая борьба с тенденцией к упрощению и поляризации общественных групп вокруг главных классов общества.

Еще в «Манифесте Коммунистической партии» К. Маркс писал: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов»33. Не явится исключением, по Марксу, и капиталистическое общество с его нарастающими противоречиями: буржуазия как господствующий класс создает более производительные средства производства, а составляющий большинство пролетариат остается в нищете. Отсюда, по его мнению, неминуем революционный кризис, поскольку вызванное развитием производительных сил обнищание (пауперизация) в конце концов станет настолько всеобъемлющим, что возрастающая за счет других слоев общества численность пролетариата (пролетаризация) позволит ему конституироваться в класс большинства населения и совершить пролетарскую революцию по взятию власти не ради меньшинства, что было свойственно революциям прошлого, а в пользу всех. В результате пролетарской революции и диктатуры пролетариата, таким образом, не станет ни капитализма, ни классов, поскольку, говоря словами К. Маркса, «на место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием развития всех»34.

Почему в теории классов К. Маркса речь идет о двух классах, взаимодействующих в исторической драме капитализма? По Марксу, судя по последней главе тома III «Капитала», которая называется «Классы», хотя «наемные рабочие, капиталисты и земельные собственники образуют три больших класса современного общества, базирующегося на капиталистическом способе производства»35 и их доходы — заработная плата, прибыль и рента — являются «триединой формулой, которая охватывает все тайны общественного процесса производства»36, тем не менее под признаки основных классов подпадают все же два, а не три класса. Дело в том, что с развитием капитализма, полагает автор «Капитала», значение ренты как источника дохода в силу растущей индустриализации всей экономики будет уменьшаться, поэтому останутся два больших источника доходов — прибыль и заработная плата, и два больших класса — владеющий рабочей силой пролетариат и присваивающие прибавочную стоимость капиталисты. Причем последние для К. Маркса, как для А. Смита и Д. Рикардо, являются одновременно организаторами труда, руководителями технического прогресса и собственниками средств производства, т.е. соединяют в себе и функции капиталиста, и функции предпринимателя. Наконец, в строгом смысле слова, с позиций К. Маркса, не всякая общественная группа может характеризоваться как класс, ибо, если у представителей какой-либо группы людей, как у «парцельных крестьян», о которых писал он еще в 1852 г. в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта», «существует лишь местная связь, поскольку тождество их интересов не создает между ними никакой общности, никакой национальной связи, никакой политической организации, — они не образуют класса»37.

В том же 1852 г. в письме И. Вейдемейеру от 5 марта К. Маркс писал: «То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано лишь с определенными историческими фазами развития производства; 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата; 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов»38. Как видим, из всего того, что К. Маркс «сделал нового» в теории классов, по его же признанию, главное «состояло в доказательстве» восхождения пролетариата наподобие восхождению в свое время буржуазии39.

Теория капитала

На противоречиях капитализма, а равно и рыночных экономических отношений, К. Маркс акцентирует внимание и в теории капитала. Уже в определении категории «капитал» ее сущность сравнивается им со «средством эксплуатации» рабочего и установления власти над рабочей силой 40.

У К. Маркса, однако, есть еще две трактовки «капитала». Согласно одной из них явствует, когда он пишет, что, «присоединяя к их (товаров. — Я.Я.) мертвой предметности живую рабочую силу, капиталист превращает стоимость — прошлый, овеществленный, мертвый труд — в капитал, в самовозрастающую стоимость, в одушевленное чудовище, которое начинает «работать» как будто под влиянием охватившей его любовной страсти» (курсив мой. — Я.Я.)41. Другая трактовка очевидна в указании автора «Капитала» на взаимосвязь происхождения прибавочной стоимости и самовозрастания капитала, и, в частности, когда он утверждает: «Только тот рабочий производителен, который производит для капиталиста прибавочную стоимость или служит самовозрастанию капитала»42.

Элементом новизны в теории капитала К. Маркса можно, пожалуй, назвать введение в главе 23 тома I «Капитала» понятия органического строения капитала, которое составляет соотношение между постоянным и переменным капиталом. Именно через это понятие он переходит затем к еще более важной, на его взгляд, характеристике — норме эксплуатации, определяемой как отношение между прибавочной стоимостью и переменным капиталом. Подразделяя капитал на постоянный и переменный (а не как у Смита—Рикардо — на основной и оборотный), К. Маркс имеет в виду как специфику движения выделяемых им частей капитала, так и специфику влияния каждой из этих частей на массу прибавочной стоимости в стоимости продукта. В частности, о движении капитала подробно говорится в главе 8 тома II «Капитала», где речь идет о кругообороте капитала, в соответствии с которым постоянный капитал свою ценность переносит на создаваемый продукт частями, а переменный — полностью, т.е. подлежит возмещению после каждого производственного цикла. Разница здесь в том, что основной в отличие от оборотного капитала может воплощаться либо в машинах и оборудовании, либо в необходимом для производства сырье и прибавочной стоимости не создает.

О влиянии структуры капитала на создание прибавочной стоимости суждения К. Маркса далеко не однозначны. Так, по замыслу тома I «Капитала», доля прибавочной стоимости на предприятии или в отрасли экономики тем больше, чем больше доля переменного капитала и труда, но тем меньше, чем больше в органическом строении капитала доля постоянного капитала, т.е. высок уровень механизации и насыщенности предприятия или отрасли машинами и оборудованием. По замыслу тома III «Капитала», должна наступить развязка в «кажущемся» противоречии, когда К. Маркс рекомендует различать понятия норма прибавочной стоимости и норма прибыли. Первое сводится к показателю, рассчитываемому как отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу. Второе же (поскольку речь идет о «внешней форме» прибавочной стоимости) рассматривается как исчисление отношения прибавочной стоимости к совокупному капиталу, т.е. к сумме постоянного и переменного капитала.

При этом смысл, как полагал К. Маркс, исторического феномена развязки состоит в том, что норма прибыли имеет тенденцию к понижению не в связи с положениями Рикардо—Милля о повышении цен на продукты первой необходимости, вызываемом демографическими факторами и убывающим (в силу «закона») плодородием земли, а из-за трансформации органического строения капитала в сторону уменьшения в общем капитале доли переменного капитала, обусловленного накоплением капитала. В свою очередь накопление капитала — это, по Марксу, результат увеличения в конкурентной борьбе размеров фирм и компаний, т.е. «концентрации и централизации» капитала, сопровождающегося одновременно увеличением «промышленной резервной армии», или, говоря по-другому, ростом абсолютной величины безработицы и «официального пауперизма». Такую природу накопления капитала К. Маркс назвал не иначе как «абсолютный, всеобщий закон капиталистического накопления».

Теория стоимости

Одной из ключевых в «Капитале» К. Маркса является трудовая теория стоимости, опираясь на которую, он затем выдвигает теорию прибавочной стоимости и вытекающие из нее выводы об антагонистической и эксплуататорской сущности капитализма.

О трудовой теории стоимости речь заходит уже в главе 1 тома I «Капитала», где формулируется тезис о принципе обмена товаров в соответствии с ценностью, пропорциональной требуемому для их производства количеству труда. С учетом качественных различий труда, т.е. неодинаковой интенсивности и квалификации труда, далее вводится положение о среднем общественном труде, а точнее — «общественно необходимом рабочем времени», или о затратах времени «при среднем в данное время уровне умелости и интенсивности труда». Таким образом, трактовка стоимости, основанная на измерении трудовых затрат, является, по Марксу, единственно правильной, несмотря на то что в зависимости от спроса и предложения цена товара может расти или снижаться относительно стоимости.

Но в главах 1—3 тома III «Капитала» демонстрируется применение каузального подхода, знаменующего переход К. Маркса к обоснованию концепции «цены производства» как категории вторичной по отношению к первичной категории «стоимость». Цена производства объявляется здесь всегда соотносимой с «покупной ценой».

Основной аргумент, судя по 9 и 10 главам тома III «Капитала», сводится при этом к тому, что только при «простом товарном производстве», т.е. в дорыночной экономике, а также при капитализме с уровнем «капитала среднего органического строения» было бы вполне правомерно полагать, что «цены фактически регулируются исключительно законом стоимости». В развитой же капиталистической экономике, утверждает К. Маркс, «под превращением ценности (стоимости. — Я.Я.) в цены производства скрывается от непосредственного наблюдения самая основа для определения ценности» (глава 9, том III).

Итак, К. Маркс отнюдь не отказывается от трудовой теории стоимости. Просто, заявляет он, в развитой экономике в превращении стоимости в цену производства «скрывается от непосредственного наблюдения» ее основа — труд, и поэтому «цена производства» — это то, что Адам Смит называет естественной ценой, Рикардо — ценой производства, или стоимостью производства, а физиократы — необходимой ценой, так как в длительной перспективе цена производства является обязательным условием предложения (глава 10, том III).

Апеллируя к науке и законам рыночной экономики, К. Маркс убежден, что обмен без соблюдения закона стоимости неосуществим в любом обществе. И критикуя так называемых социалистов — ри-кардианцев 30—40-х гг. XIX в. — за их доктрину «права труда на полный продукт труда», он указывал прежде всего на их отступничество от того, что оставила к 1830 г. «научная» буржуазная политическая экономия. «Политическая экономия может оставаться наукой только до тех пор, — говорится в предисловии ко второму немецкому изданию тома I «Капитала», — пока классовая борьба находится в скрытом состоянии или проявляется только изолированно и спорадически».

В продолжение разговора о теории стоимости К. Маркса следует отметить, что по поводу сущности и стоимости денег (главы 2 и 3 тома I «Капитала») он почти полностью разделяет положения Ри-кардо—Милля, за исключением одного — количественной теории денег. Его главный аргумент при этом — ссылка на непостоянный характер за установленный период времени числа торговых оборотов и оборотов денежной массы43.

Теория заработной платы

Чтобы перейти к теории прибавочной стоимости К. Маркса, резонно сразу задаться вопросом: как она возникает, если все продается и покупается по своей ценности по принципу «обмена эквивалентов», т.е. если товары обмениваются пропорционально овеществленному в процессе производства труду? Ответ на этот вопрос будет более полным и понятным, если вначале мы обратимся к его теории заработной платы.

Автор «Капитала» трактует получение наемным рабочим заработной платы как результат обмена с капиталистом за продаваемую «рабочую силу», а не за сам труд, как полагали основоположники классической политической экономии. Согласно его теории, заработная плата эквивалентна количеству товаров для поддержания жизни рабочего и его семьи. Ее уровень зависит от производительности труда, которая в свою очередь обусловлена степенью механизации и технологического оснащения производства, что в конечном счете становится препятствием для роста заработной платы, поскольку технико-экономический прогресс порождает постоянный излишек рабочей силы. Последний предопределяет итог отношений обмена между капиталистами и рабочими в ущерб рабочим44.

Таким образом, по Марксу, поскольку рабочим продается рабочая сила, а не труд, то не может оставаться сомнений в том, что «неоплаченный труд», который можно выявить и измерить, к заработной плате отношения не имеет, а «неоплаченная рабочая сила» не может быть зафиксирована, ибо «сделка» осуществляется в обмен на ценность целостной рабочей силы рабочего45.

По убеждению К. Маркса, реальная заработная плата «никогда не растет пропорционально увеличению производительной силы труда» и даже профсоюзы, на которые могли бы рассчитывать рабочие, в условиях экономики свободной конкуренции не могут сколь-нибудь серьезно изменить такую ситуацию. Более того, как дает понять автор «Капитала», снижение ценности товаров и услуг в денежном выражении благодаря росту производительности труда будет всякий раз вызывать адекватное снижение цен покупаемых рабочими товаров и реальная заработная плата в итоге существенно не увеличится, а отсюда недалеко и до обещанной им «пауперизации» и «умственной деградации» рабочего класса 46.

Теория прибавочной стоимости

Теперь логично перейти к ключевой теории учения К. Маркса — теории прибавочной стоимости, речь о которой начинается в главе 4 тома I «Капитала». В ней (теории) доказывается, что хотя рабочая сила как товар продается по стоимости, но именно этот товар является тем единственным и специфическим товаром, ценность которого (в товарах, необходимых для рабочего и его семьи) не может устанавливаться при капитализме в точном соответствии с принципом трудовой теории ценности (стоимости). Разгадка этого явления у К. Маркса достаточно проста, и суть ее примерно такова: труд количественному измерению поддается с точностью, а оценка ценности рабочей силы — это в большей степени проблематика, как выразился Р. Арон, определяемая «состоянием нравов и коллективной психологии, что признавал сам Маркс»41.

Поэтому вывод автора «Капитала» однозначен — источником прибавочной стоимости является только «неоплаченный труд» производительных рабочих, продающих свою рабочую силу. Причем механизм извлечения прибавочной стоимости в понимании К. Маркса — это данность, которая также проста и очевидна: в течение «необходимого времени», которое всегда меньше фактически отрабатываемого времени, рабочий отрабатывает своим «необходимым трудом» ценность своей рабочей силы, чтобы получить ее в форме заработной платы, а в течение «прибавочного времени» имеет место уже «прибавочный труд», который и создает желанную капиталистами «прибавочную стоимость». И поскольку налицо, таким образом, эксплуатация, то в числе других предлагается и «формула», с помощью которой следует измерять уровень (а по Марксу, «норму») этой эксплуатации, а именно: «норма эксплуатации» — это результат отношения между размером прибавочной стоимости и размером соответствующего оплате рабочей силы переменного капитала (ибо постоянный капитал, выраженный в машинах и сырье, может только переносить свою ценность на продукт, но не создавать дополнительной стоимости).

Выше уже отмечалось, что К. Маркс различал понятия «норма прибавочной стоимости» (или по-другому — «норма эксплуатации») и «норма прибыли», причем последняя — это превращенная (внешняя) форма первой. Используя их, он демонстрирует прекрасное понимание «секретов» хозяйственного механизма рыночной экономики в условиях свободной конкуренции. Так, по «логике» теории прибавочной стоимости — чем продолжительнее рабочий день, тем большей может быть масса прибавочной стоимости и норма эксплуатации. Но К. Маркс считает, что нельзя признать лучшим и правильным способ увеличения прибавочной стоимости посредством удлинения «прибавочного времени», которое, доставляя «абсолютную прибавочную стоимость» при прочих равных условиях, может вызвать дополнительные накладные расходы, снизить отдачу каждого часа рабочего времени, не говоря уже о неизбежных протестах самих рабочих (хотя именно так, казалось бы, можно рассчитывать на прибыль, если признать, что ее создает затраченный труд, а не капитал). Более того, автор «Капитала» подверг уничижительной критике «теорию последнего часа» Н. Сениора именно в связи с содержавшейся в ней идеей и даже попытку числовых выкладок о том, что лишь в течение «последнего часа» рабочего дня якобы создается чистая прибыль капиталиста. По его твердому убеждению, несмотря на то что сокращение продолжительности необходимого времени (необходимого труда) за счет повышения производительности труда будет, доставляя «относительную прибавочную стоимость», одновременно и усиливать тенденцию нормы прибавочной стоимости к снижению, каждый капиталист, тем не менее, как бы интуитивно стремится к максимизации именно нормы прибыли, поскольку в ней, а не в прибавочной стоимости самой по себе, залог успеха в жесткой конкурентной борьбе (вспомним, что Марксова норма прибыли исчисляется по отношению прибавочной стоимости к совокупному капиталу, т.е. к сумме постоянного и переменного капитала).

Теория производительного труда

Теория прибавочной стоимости является у К. Маркса исходной позицией для определения введенного еще физиократами понятия «производительного труда». Здесь, по существу солидаризируясь с трактовкой Дж.С. Милля (в главе 22 тома I он счел невозможным относить его к «вульгарным экономистам-апологетам»), автор «Капитала» все же уточняет (судя по главе 14 тома I и ряду примеров в томе II), что труд производителен, во-первых, если производит прибавочную стоимость, растущую в форме не «абсолютной», а «относительной прибавочной стоимости», которая позволяет удешевлять стоимость (ценность) жизненных средств, и, во-вторых, если признать, что производительный труд может создавать прибавочную стоимость только в сфере производства, а не обращения.

Концепция нормы прибыли

Суждения К. Маркса о норме прибыли во многом совпадают с положениями Д. Рикардо. В частности, по Марксу, также естественным является обусловленный конкуренцией механизм перелива капитала из одного занятия в другое, что способствует тенденции нормы прибыли к понижению, образованию средней нормы прибыли. Имеющееся различие в их суждениях состоит не только в той на первый взгляд формальности, что К. Маркс рассматривает распределение между секторами экономики общей массы прибавочной стоимости, а Д. Рикардо — прибыли, но прежде всего в толковании сути закона тенденции нормы прибыли к понижению.

Это расхождение таково: Д. Рикардо трактует указанную тенденцию как следствие конкурентной борьбы, вынуждающей капиталистов направлять свой капитал в более прибыльные «ниши» экономики, что обусловливает мультипликационный эффект постепенного снижения нормы прибыли, усиливаемый требованием затрат «все большего и большего труда», но всякий раз прерываемый «благодаря усовершенствованиям в машинах а также открытиям в агрономической науке». По Марксу же (главы 13—15 тома III), «дело» обстоит принципиально иначе, ибо в его трактовке тенденция нормы прибыли к понижению — это исторический феномен механизма саморазрушения капитализма через неизбежное в погоне за устойчивой «нормой прибыли» изменение органического строения капитала в пользу увеличения в его общем объеме доли постоянного и соответственно уменьшения доли переменного капитала, являющегося вожделенным источником прибавочной стоимости, а последняя — «руководящим мотивом, пределом и конечной целью капиталистического производства» (глава 11, том I).

Теория ренты

Суть теории ренты в «Капитале» почти аналогична теории ренты Д. Рикардо. Разница, пожалуй, в дополнении К. Маркса о существовании наряду с «дифференциальной» рентой ренты «абсолютной». Возникновение последней автор «Капитала» связывает со специфически низкой в сельском хозяйстве органической структурой капитала и с частной собственностью на землю. В связи с первым фактором, полагает он, ценность сельскохозяйственной продукции всегда выше ее «цены производства», а в силу второго фактора в сельском хозяйстве не может срабатывать механизм «перелива капитала», который бы довел норму прибыли здесь до среднего показателя. В результате собственник земли получает возможность требовать с фермера-арендатора арендную плату, превышающую естественный уровень ренты, т.е. получать сверхприбыль аналогично той, что приносит при прочих равных условиях лучшее качество (плодородие) земли или разноудаленность земельных участков от рынков сбыта48.

Теория воспроизводства

На основании многообразных проявлений закона тенденции нормы прибыли к понижению К. Маркс выдвигает теорию цикличности экономического развития при капитализме, т.е. явлений, характеризуемых им как «экономические кризисы». Центральная идея этой теории, направленной на выявление особенностей воспроизводственного процесса в условиях экономики свободной конкуренции, состоит в том, что достижению макроэкономического равновесия и последовательному экономическому росту препятствуют внутренне присущие антагонистическому капиталистическому обществу противоречия. Как пишет В. Леонтьев, «выступая против рассуждений Жана Батиста Сэя (а также А. Смита. — Я.Я.) о сведении в конечном счете валового продукта общества к доходам, Маркс создал основополагающую схему, описывающую взаимосвязь между отраслями, выпускающими средства производства и предметы потребления»49. Однако значение его схемы, в которой экономика делится на два подразделения, сводится далеко не только к отображению различий между простым и расширенным типами воспроизводства, но и к попытке окончательно убедить читателя в фаталъном характере «основного противоречия капитализма» — производить не для потребления, а ради прибыли.

Концепция простого и расширенного воспроизводства излагается в «Капитале» соответственно в главах 20 и 21 тома II. Из позитивных моментов здесь важно отметить великолепно аргументированную критику вульгарной доктрины экономических кризисов, т.е. кризисов, обусловленных недопотреблением, вызываемым недостаточ-ностъю совокупного спроса для приобретения товарной массы по ценам не ниже издержек на их производство.

Суть одного из вариантов доктрины экономического кризиса недопотребления сводится к утверждению о том, что из-за своей низкой заработной платы рабочие, составляющие большую часть потребителей, не в состоянии покупать по складывающейся ценности произведенную ими же товарную продукцию. Следовательно, только тогда кризисы могут быть предотвращены, а воспроизводство будет обеспечиваться, когда последуют дополнительные, но, по сути, непроизводительные расходы тех, у кого в процессе реализации общественного продукта сосредоточиваются другие части совокупного дохода, т.е. прибыль и рента соответственно капиталистов и землевладельцев. Последние для этого могут (и должны) осуществлять расходы как на предметы роскоши, так и на многообразные непроизводственные услуги. Отсюда одобрительное, подобно Т. Мальтусу, отношение к расходам, связанным с деятельностью так называемых «третьих лиц» — непроизводительных, как принято было считать, слоев общества.

Другой вариант доктрины экономического кризиса недопотребления, который также подвергается критике автором «Капитала», основывается на допущении равенства совокупных доходов сумме издержек на труд, капитал и землю и на версии о том, что разрыв, который может возникнуть между уровнем доходов и потребления, может постоянно устраняться инвестициями. Далее выдвигается главный тезис Т. Мальтуса и его единомышленников о кризисах, а именно: темпы роста потребления отстают от темпов роста мощностей, создаваемых той частью доходов, которая направляется на инвестиции, и поэтому возникают избыточные мощности, превышающие реально существующий спрос, что в свою очередь требует снижения инвестиций, вызывая сокращение доходов и спад экономики. Стало быть, наступление кризиса связано с недопотреблением на основе избыточного сбережения, т.е. пересбережения. При этом К. Маркс критикует всех экономистов, которые, подобно Сэю и Рикардо, признавали лишь «периодический избыток капитала», а не «общее перепроизводство товаров».

Однако негативная сторона в теории экономических циклов или теории кризисов самого К. Маркса также несомненна. Он не избежал упущении, несмотря на то что в отличие от сторонников идеи кризисов недопотребления посредством своеИ схемы воспроизводства доказал возможность расширенного воспроизводства. Дело в том, что в строгом смысле слова в «Капитале» дана не столько теория кризисов, сколько каузальная (причинно-следственная) оценка накопления капитала и распределения доходов при капитализме, неизбежно приводящая к периодам «общего перепроизводства». Циклический процесс, по Марксу, начинается с подъема, вызываемого ростом совокупного спроса для накопления ради максимизации прибыли, к котороИ стремятся капиталисты, — это причина; заканчивается цикл спадом, так как растущиИ в период подъема спрос на труд превышает его реальное предложение и приводит к повышению заработной платы и устранению безработицы, что оборачивается затем в снижение нормы прибыли и замедление накопления — это следствие. И вновь начинается очередной экономический цикл, в течение которого происходит новая переструктуризация экономики, сопровождаемая инвестициями и созданием новых рабочих мест, пока в процессе накопления не возобладают тенденции нормы прибыли к снижению и никчемности капитальных ценностей, рост резервной армии труда и падение заработной платы и наступит кризисная ситуация.

Поэтому на самом деле Марксова картина циклического процесса или кризиса «есть одновременно и кара, и очищение», ибо «все, что Маркс имел в виду, сводилось к точке зрения, будто капитализму присуща тенденция к непрерывному расширению производства безотносительно к наличию эффективного спроса, которыИ один придает смысл этому производству»50. По его мысли, пишет М. Бла-уг, «спрос на инвестиции будет поддерживаться, а капитал использоваться на полную мощность до тех пор, пока вложенные средства будут приносить хотя бы минимальную прибыль. Это вполне согласуется с периодическим сокращением инвестиции как следствием шокового эффекта от падения нормы прибыли»51. Подтверждением сказанному могут служить слова самого автора «Капитала» о том, что «конечной причиной всех действительных кризисов всегда остается бедность и ограниченность потребления масс, противодеИствующая стремлению капиталистического производства развивать производительные силы таким образом, как если бы гра-ницеИ их развития была лишь абсолютная потребительная способность общества» (глава 30, том III).

Вопросы и задания для контроля

В чем особенности предмета и метода изучения Дж.С. Милля?

Каким образом Дж.С. Милль противопоставляет «законы производства» и «законы распределения»?

Как трактует Дж.С. Милль категории «стоимость», «производительный труд», «заработная плата», «рента»?

Какие выводы вытекают из количественной теории денег в изложении Дж.С. Милля?

Какой сценарий реформ выдвигает Дж.С. Милль?

Что принял К. Маркс в качестве научных источников для своих социально- экономических исследований?

Какие выводы делает К. Маркс из выдвигаемой им концепции базиса и надстройки?

В чем особенности воззрений К. Маркса в теории классов?

Как трактует К. Маркс категории «стоимость», «цена производства», «прибавочная стоимость», «производительный труд»?

 

Проанализируйте марксистские понятия «органическая структура капитала», «норма эксплуатации», «всеобщий закон капиталистического накопления».

Почему К. Маркс не принимал количественную теорию денег?

Раскройте механизм возникновения прибавочной стоимости по К. Марксу.

Что понимал К. Маркс под абсолютной рентой?

Каковы особенности теории воспроизводства К. Маркса?

 

Список рекомендуемой литературы

Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М.: Прогресс-Политика, 1992.

Беккер Г. С. Экономический анализ и человеческое поведение //THESIS. Зима 1993. T. I. Вып. 1.

Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело Лтд, 1994.

Жид Ш., Рист Ш. История экономических учений. М.: Экономика, 1995.

Кондратьев Н.Д. Избр. соч. М.: Экономика, 1993.

Леонтьев В.В. Экономические эссе. Теории, исследования, факты и

политика. М.: Политиздат, 1990. Маркс К. Манифест коммунистической партии/Маркс К.,Энгельс Ф. Соч.

2-е изд. T. 4.

Маркс К. К критике политической экономии/Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. T. 4.

 

Маркс К. Капитал. В 3-х т. /Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23— 25.

Милль Дж.С. Основы политической экономии и некоторые аспекты их приложения к социальной философии. В 3-х т. М.: Прогресс, 1980— 1981.

Самуэльсон П. Экономика. В 2-х т. М.: НПО «Алгон», 1992.

Фридмен М. Методология позитивной экономической науки // THESIS. 1994. Т. II. Вып. 4.

Хайек Ф.А. фон. Дорога к рабству. М.: Экономика, 1992.

Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.

Приложение

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 |