Имя материала: История экономических учений

Автор: Яков Семенович Ядгаров

§ 1. о лауреатах нобелевской премии по экономике

Во многих отраслях науки, в том числе экономической, сложилась всемирная традиция оценивать достижения лучших исследователей как некий Олимп, т.е. вершина сегодняшних научных познаний и достижений. Начало этой традиции положила, как известно, Шведская академия наук, для которой Шведский национальный банк еще в начале XX столетия учредил специальную памятную премию имени Альфреда Нобеля. И если первоначально Нобелевские премии присуждались лауреатам прежде всего в области естественных наук, то впоследствии эти границы существенно расширились. В частности, в 1968 г. — в год 300-летия существования Шведского национального банка, последним была учреждена Нобелевская премия и в области экономических наук, а с 1969 г. началось ее непосредственное присуждение.

Первыми лауреатами Нобелевской премии по экономике в 1969 г. стали два экономиста-математика — голландец Ян Тинбер-ген и норвежец Рагнар Фриш, заслугой которых признана разработка математических методов анализа экономических процессов. С тех пор подобного мирового признания были удостоены свыше 40 ученых, в число которых вошли представители многих стран, включая Россию. Краткое знакомство с творческим ростом и научными трудами нобелевских лауреатов по экономике позволит нам представить себе и в некоторой степени осмыслить особенности современного этапа эволюции экономической науки, переживающей, как отмечал П. Самуэльсон, период «неоклассического синтеза». С учетом этого ниже речь пойдет о четырех ученых, которым покорился Олимп экономической науки и с именами которых связывают немало нового и ценного, привнесенного ими в теорию и практику экономики и соответственно современную историю экономической мысли.

Пол Антони Самуэльсон (род. в 1915 г.) — американский экономист, один из первых лауреатов Нобелевской премии в области экономики, которая была ему вручена в 1970 г. за его учебник «Экономикс» с официальной формулировкой «за вклад в повышение уровня научного анализа в экономических науках».

После учебы в 1932—1935 гг. в Чикагском университете свою продолжительную в творческом отношении жизнь он совмещает как с научно-педагогической, так и с общественно-политической деятельностью. Причем его научными наставниками в самом начале карьеры ученого-экономиста в стенах Гарвардской высшей школы стали не менее именитые экономисты Й. Шумпетер, Э. Хансен, В. Леонтьев.

С 1941 г. П. Самуэльсон, пройдя путь от ассистента профессора до профессора Массачусетского технологического института, связан с этим вузом. Но в этом промежутке он избирался президентом Экономического общества (1951), Американской экономической ассоциации (1961), Международной экономической ассоциации (1965—1968), являлся советником Белого дома по экономическим вопросам (1961—1968). Кроме того, его удостоили чести быть избранным членом Американской академии искусств и наук и ряда других общественных организаций, вести колонку в журнале «Нью-суик», участвовать в различных международных конференциях, симпозиумах и прочих научных форумах.

Знаменитый учебник П. Самуэльсона «Экономикс» в первом издании появился еще в 1948 г. и, выдержав с тех пор 15 изданий (с 12-го издания книга выходит в соавторстве с У. Нордхаусом), стал по существу учебником для миллионов людей во многих странах мира. Незначительным тиражом «Экономикс» трижды издавался и в русском переводе соответственно в 1964, 1992 и 1997 гг.

Ценность и уникальность этой книги состоят прежде всего в том, что она вобрала в себя лучшие достижения экономической мысли современности как социально-институционального, так и неоклассического направлений. Ей присущи не только последовательность и аналитичность изложения, прекрасная иллюстрация ключевых положений экономической теории средствами математического языка, но и применение историко-экономического подхода (см. § 2 и 3 данной главы).

Василий Васильевич Леонтьев (1906—1999) — американский экономист российского происхождения, родился в Санкт-Петербурге. Закончив в 1924 г. Ленинградский университет, еще в течение года работал там же на кафедре экономической географии, затем три года (1925—1928) учился в Берлинском университете, одновременно работая над докторской диссертацией. Степень доктора философии получил в 1928 г., после чего в течение 1928—1931 гг. был сотрудником Института мировой экономики при Кильском университете в Германии, а в промежутке (1928—1929) работал экономическим советником в Нанкине (Китай). В 1931 г. состоялся его последний переезд в другую страну — США — в связи с приглашением директора Национального бюро экономических исследований У.К. Митчелла для работы в этом бюро. Одновременно В. Леонтьев приступает к преподавательской деятельности в качестве профессора в Гарвардском университете, охватившей 44 года его жизни, а с 1975 г. становится профессором Нью-Йоркского университета.

Между двумя приведенными датами американского периода жизни В. Леонтьева имели место, пожалуй, все наиболее значимые с точки зрения его научной и творческой биографии события: это создание посредством личной инициативы и при личном участии Гарвардского экономического исследовательского института (1946), который он возглавлял до 1972 г.; назначение директором упомянутого Национального бюро экономических исследований (1948); избрание президентом Американской экономической ассоциации (1970); присвоение звания лауреата Нобелевской премии по экономике (1973) за разработку метода «затраты—выпуск».

К числу прочих его регалий следует отнести не только основание им в 1978 г. при Нью-Йоркском университете Института экономического анализа, которым он руководил до 1986 г., но и избрание в 1988 г. иностранным членом АН СССР, а в 1989 г. ему был присвоен статус консультанта при ООН, в соответствии с которым он возглавлял исследование основных тенденций в изменении мировой экономики, ожидаемых в период до 2000 г.

Принесшая В. Леонтьеву мировую славу разработка метода прогнозного экономического анализа «затраты—выпуск» была начата еще в 30-е гг. Этот метод ученый положил в основу построения таблиц межотраслевых балансов США, что позволило усовершенствовать прогнозирование процессов замещения одних частей общественного продукта другими, содействовало исследованию структуры и динамики экономики страны, выявлению долгосрочных тенденций ее развития с учетом оценки прямых и косвенных последствий происходящих в результате технологических, структурных и масштабных изменений в производстве, а также изменений в потребительском спросе, соотношениях цен и доходов, инвестиционной сфере и внешней торговле.

Между тем В. Леонтьев, занимаясь широким кругом экономических проблем, значительное внимание уделяет месту и роли в экономическом анализе математических методов, моделей и формул, а также творчеству многих ученых-экономистов классической, неоклассической и других направлении и школ экономической мысли, в чем убеждает и ряд ссылок на его высказывания и оценки, приведенные в настоящей книге. Не повторяя их, необходимо, тем не менее, обратить внимание еще на одно его суждение, значение которого для экономической науки, как представляется, трудно переоценить.

Так, в одной из своих статей 1937 г., посвященной методологической критике так называемой неокембриджской школы, будущий нобелевский лауреат писал, что методологические вопросы в экономических дискуссиях стали годами либо замалчиваться, либо подозрительно затягиваться. Это особенно очевидно, пишет он, «со времени появления новой Кембриджской школы», которая противостоит в неофициальном обмене мнениями, имеющем место на методологическом уровне, со «школой ортодоксальных теоретиков». Различие между двумя этими «направлениями научной мысли», продолжает В. Леонтьев, лежит не столько в конечных результатах исследований и в способе наблюдения экономических реалий общего опыта, сколько на промежуточном этапе, где происходят упорные, но частного характера схватки по таким вопросам из сферы постигаемых фундаментальных истин, как «равенство сбережений и инвестиций, сущность так называемого мультипликатора» и т.п.

С учетом этого ученый напоминает, что общепринятого критерия «простоты» логической аргументации не существует. Поэтому следует иметь в виду, что у разных людей природа процесса мышления, в ходе которого определяется, насколько «сложно» то или иное теоретическое положение, весьма различна. Вывод же В. Леонтьева таков: «Одному экономисту легче понять пять строк алгебраической формулы, чем прочитать пять страниц словесных доказательств, в то время как другой предпочитает прочесть двадцать страниц текста, нежели разобраться в одном уравнении»1. Иными словами, по его мысли, именно «...логические приемы кембриджской школы значительно увеличивают вероятность теоретических ошибок и неверных выводов»2.

Леонид Витальевич Канторович (1912—1986) — российский (советский) экономист и математик, родился в Санкт-Петербурге в семье врача. В 1930 г., в 18 лет закончил математический факультет Ленинградского университета. Звание профессора получил уже в 22 года (1934), а еще через год (1935) без защиты диссертации удостоен ученой степени доктора физико-математических наук.

Вплоть до 1960 г. его деятельность как ученого продолжалась в Ленинграде, главным образом на математико-механическом факультете ЛГУ и в Ленинградском отделении Математического института АН СССР. В этом городе уже с конца 30-х гг. он непосредственно занимается экономическими исследованиями и поиском решений некоторых народнохозяйственных проблем; вводит (1959) в экономическую и математическую науки понятие и модель линейного программирования в целях разработки оптимального подхода в процессе использования ресурсов; завершает (1942) свой основной труд «Экономический расчет наилучшего использования ресурсов». В 40-е гг., расширяя сферу применения линейного программирования, Л.В. Канторович «вводит» математический аппарат и для решения так называемой транспортной задачи, для обоснования методов рационального раскроя промышленных материалов, а также для расчетов по оборонной тематике, которые (расчеты) стали основанием присвоения ему в 1949 г. звания лауреата Сталинской и Правительственной премий.

Заметное признание научных заслуг Л.В. Канторовича началось лишь во времена «хрущевской оттепели», когда была снята неофициальная, но настоятельная рекомендация ученому умерить свое пристрастие к экономической проблематике. В 1958 г. его избирают членом-корреспондентом Сибирского отделения АН СССР по отделению экономики и приглашают на работу во вновь создаваемое в Новосибирске СО АН СССР. А затем в течение 1960—1971 гг. он живет и трудится в Новосибирске. В этот период избирается действительным членом АН СССР по специальности математика и экономика (1964), ему присуждается Ленинская премия за разработку оптимизационного подхода к плановому управлению экономикой (1965).

С 1971 г. и до своей кончины в 1986 г. судьба связывает академика с Москвой, где ему довелось руководить лабораториями в Институте управления народным хозяйством ГКНТ и во Всесоюзном НИИ системных исследований Госплана СССР и АН СССР. В Москве же в 1975 г. к нему пришло известие о присвоении Нобелевской премии по экономике за разработку теории оптимального использования ресурсов.

Научное достижение Л.В. Канторовича состоит в том, что именно ему впервые удалось построить статистическую и динамическую модели текущего и перспективного планирования использования ресурсов на базе новых математических подходов в области системного построения экономических показателей, которые применимы при анализе ценообразования, эффективности капитальных вложений и других проблем.

Задолго до мирового признания научных нововведений Л.В. Канторовича о них неоднократно высказывался в открытой печати В. Леонтьев. Например, в своей статье «Проблема качества и количества в экономике» (1959) он обращал внимание американского читателя на то, что написал еще «двадцать лет назад видный советский математик профессор Л.В. Канторович, разработавший "новый подход к производственному планированию"». В. Леонтьев при этом подчеркивал: «Проблема, которую он решал, заключалась в выборе среди нескольких технологически возможных методов производства заданного товара такого, который позволял бы максимизировать выпуск продукции... Он обнаружил, что поиск правильного ответа — если количество всевозможных комбинаций затрат и производственных факторов довольно велико, — значительно облегчается при введении нескольких дополнительных переменных...»3

Но статья Л.В. Канторовича, продолжает В. Леонтьев, будучи опубликована в 1939 г., не нашла должной реакции «среди русских экономистов и была практически оставлена без внимания плановиками-практиками», и, более того, «работа в тот период не попала на Запад». Лишь много позднее, заключает он, западные экономисты с удивлением обнаружили «разрешающие множители» Л.В. Канторовича, представляющие в сущности цены товаров и услуг, затраты которых рассматриваются в качестве факторов в его производственных функциях; поэтому эта теория, в ее современном варианте рассматривающая национальную экономику в целом как своего рода гигантский компьютер, и есть та самая «западная теория линейного программирования, которую частично предвосхитили исследования Канторовича...»4.

В другой статье «Спад и подъем советской экономической науки» (1960) В. Леонтьев вновь напоминает о двух работах молодого ленинградского математика Л.В. Канторовича, в которых сформулирована общая математическая постановка некоторых проблем планирования производства и транспортировки, действительно предвосхитившая концептуальные рамки теории линейного программирования, сформулированной несколько лет спустя в Соединенных Штатах Америки5.

Милтон Фридмен (род. в 1912 г.) — американский экономист, лауреат Нобелевской премии по экономике 1976 г., присужденной «за иследование в области потребления, истории и теории денег». Уроженец Нью-Йорка, закончил Рутгерский (1932) и Чикагский (1934) университеты. До 1935 г. является ассистентом-исследователем Чикагского университета, затем становится сотрудником Национального комитета по ресурсам, а с 1937 г. — сотрудником Национального бюро экономических исследований. В 1940 г. преподает в университете Висконсина, в 1941—1943 гг. — сотрудник Министерства финансов в составе группы исследователей в области налогов. С 1943 до 1946 г. занимает должность заместителя директора группы статистических исследований военной сферы в Колумбийском университете, где и получил (1946) степень доктора.

В 1946 г. возвращается в Чикагский университет в качестве профессора экономики, оставаясь в этой должности и поныне. А мировую известность ему принесли прежде всего труды по монетаристской тематике. В их числе изданный под его редакцией сборник статей «Исследования в области количественной теории денег» (1956) и книга, изданная в соавторстве с Анной Шварц «История денежной системы США, 1867—1960» (1963). Фридменовская монетарная концепция, говоря словами американского экономиста Г. Эллиса, привела к «повторному открытию денег» из-за почти повсеместно растущей, особенно в последний период, инфляции.

Имя М. Фридмена — нобелевского лауреата в современной экономической теории ассоциируется, как правило, с лидером чикагской монетарной школы и главным оппонентом кейнсианской концепции государственного регулирования экономики. Это особенно стало заметным в те годы (1966—1984), когда ему довелось вести еженедельную колонку в журнале «Ньюсуик», ставшей как бы пропагандистским рупором его монетаристской теории.

Между тем М. Фридмен в своем творчестве многогранен и, что весьма важно, его научные интересы охватывают и область методологии экономической науки. Ведь уже многие годы в своих дискуссиях по данной проблеме экономисты не обходятся без анализа фридменовского эссе «Методология позитивной экономической науки» (1953), так же как и без эссе на подобную тему, написанные Л. Роббинсом (1932), Р. Хайлбронером (1991) и М. Алле (1990), или знаменитой лекции, прочитанной П. Саму-эльсоном на церемонии вручения ему Нобелевской премии по экономике (1970), и др.

Однако именно из позитивистского методологического эссе М. Фридмена можно почерпнуть неординарные суждения о том, что экономическая теория как совокупность содержательных гипотез принимается тогда, когда может «объяснить» фактические данные, только из которых вытекает, является ли она «правильной» или «ошибочной» и будет ли она «принята» или «отвергнута»; что в свою очередь факты никогда не могут «доказать гипотезу», так как они способны установить лишь ее ошибочность. В то же время очевидна его солидарность с теми учеными, кто считает недопустимым представлять экономическую теорию описывающей, а не предсказывающей, превращая ее в просто замаскированную математи-ку6. По мысли М. Фридмена, утверждать о разнообразии и сложности экономических явлений — значит отрицать преходящий характер знания, заключающего в себе смысл научной деятельности, и поэтому «любая теория с необходимостью имеет преходящий характер и подвержена изменению с прогрессом знания». При этом процесс обнаружения чего-то нового в знакомом материале, заключает нобелевский лауреат, надо обсуждать в психологических, а не логических категориях и, изучая автобиографии и биографии, стимулировать его с помощью афоризмов и примеров7.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 |