Имя материала: Кризис глобальной экономики

Автор: Василий Колташов

Как напугать нефть

 

Что станет с нефтью дальше? Остановится ли ее падение? Куда ведет Россию снижение стоимости углеводородов? Есть ли у государства механизмы сдерживания нового ценового обвала? Эффективны ли они? Насколько связана внешняя политика России с ценами на нефть? Что объединяет нефть и газ в ценовой борьбе «Газпрома» с Украиной?

 

Непредсказуемость нефти

 

2007 год завершился для российской экономики успешно. ВВП вырос на 8,1\%, достигнув $1280 млрд. Инвестиции увеличились на 20\%. Объем промышленного производства повысился на 6,3\%. Мировые цены на нефть почти подобрались к $100 отметке. Прибыли сырьевых корпораций били рекорды. Рос фондовый рынок. Казалось, все внушает один только оптимизм. Особенно надежной выглядела перспектива углеводородов и добывающих компаний.

 

Доля нефти в общем потреблении энергоресурсов на планете достигла в 2000 году 65\%, продолжая подниматься дальше. Цена поднималась вместе  с ней. Опережала ее. Стоимость нефти никогда не росла так стабильно, заметно обгоняя темпы увеличения потребления. В 2003 году война в Ираке подтолкнула углеводороды к цене в $30 за баррель. К 2005 году нефть поднялась уже выше $40. В начале 2008 года аналитики дружно сходились в прогнозах дальнейшего удорожания нефти и отрицали вероятность скорого падения. Министерство финансов РФ считало: удешевление нефти не произойдет ранее 2011-2012 годов. Однако, добравшись 14 июля до отметки в $147,27, нефть покатилась вниз. Вместо того чтобы, согласно предсказаниям, достигнуть $200 за баррель, углеводороды в сентябре опустились ниже $100. В декабре экспортируемая из России нефть стала стоить всего $35-37 за баррель, почти достигнув уровня себестоимости.

 

Отечественные корпорации небыли готовы к переменам июля. Неожиданными оказались изменения и для правительства. Все рассчитывали на продолжение роста, но лето преподнесло немало сюрпризов. Вместе с ценами на углеводороды, вниз пошли индексы на фондовом рынке. Потери его к сентябрю составили свыше 30\%. Существенно упала капитализация практически всех компаний. Против уверений власти о «прекрасном состоянии российской экономики», в сентябре и октябре фондовый рынок России нес потери в превосходящем летнее падение темпе. Чиновникам постоянно приходилось прекращать торги или закрывать биржу из-за резкого снижения цен на бумаги. Результаты 2008 года оказались сокрушительными: российские индексы потеряли 76\%.

 

В наиболее острые моменты лета акции дешевели на 5-8\% в день. Отток капиталов из России составил только за летний период падения не менее $30 млрд. Одновременно появилась информация о замедлении промышленного роста. В апреле промышленное производство превышало прошлогоднее того же периода на 9,2\%. В июле спустилось до 0,9\%. На этом фоне официальные данные 7,9\% увеличения ВВП остались малоубедительным позитивом. Осенью 10\% дневное снижение стоимости ценных бумаг никого не удивляло. В ответ на призывы о помощи, государство решилось поддержать фондовый рынок деньгами. Значительных улучшений не произошло. Игроки продолжали сбрасывать акции.

 

Несмотря на уверения чиновников о положительном ВВП по итогам года, в стране отмечалось значительно сокращение производства. Размеры его сокращения оценивались от 7-8\% до 13-15\%. Падение мирового спроса на сырье больно било по отечественной экономике. Число официально признанных безработных возросло за 2008 года на 750 тысяч человек, достигнув 5 миллионов.

 

Перемена настроений

 

Открывшийся январским биржевым падением мировой кризис был встречен в России без особой тревоги. Предполагалось и объявлялось официально, что он или не затронет страну совсем, или окажет на ее экономику благотворное воздействие. Политики с высоких трибун предвещали: Россия станет мировым финансовым центром, ее хозяйственное значение в мире возрастет. В Кремле царило спокойное благодушие. В июле его уже сменила растерянность, осенью – страх. 2008 год подошел к концу и кризис вступил в свои права.

 

Еще в начале 2008 года Россия обещала деньгами своего стабилизационного фонда спасти экономику США и всего мира от экономического спада. Правительство чувствовало уверенность: за его плечами росла отечественная индустрия, цены на нефть шли только вверх. Идея помощи «американскому брату» также была не случайна.

 

Последние десять лет миллиарды долларов инвестировались в ценные бумаги США. Слабеющий под тяжестью долгов колосс американской экономики должен был сохранять равновесие, оставаться главным рынком сбыта планеты. Дестабилизация экономики США грозила разбалансированием всего мирового хозяйства, делала политическую ситуацию непредсказуемой.

 

Полоса нестабильности в Соединенных Штатах открылась «народным дефолтом» 2007 года. Миллионы американцев показали неспособность платить по ипотечным долгам. Они зарабатывали все меньше, а статьи расходов не сокращались. Ресурс кредитного поддержания спроса в США оказался исчерпан. Банки понесли многомиллиардные убытки. Открылась полоса банкротств крупнейших кредитных институтов. Администрация президента признала, что только одно поддержание финансового колосса Америки необходимо не менее $700 млрд. Затем было признано, что подобная сумма недостаточно значительна для облегчения положения финансовых колоссов. Власти США перешли к нулевой ставке рефинансирования, означающей практически беспроцентное предоставление кредитов банкам. Печатный станок заработал с удвоенной скоростью.

 

Вынос производства в «третий мир» снизил доходы рабочих не только в США. Они падали в Великобритании, ЕС, Японии и Канаде. Инфляция усилилась после первых биржевых обвалов и обесценивания американской недвижимости. Потребительский рынок сжимался. Спрос на нефть начал снижаться. Образовавшийся в 2007 году и первой половине 2008 года инфляционно-спекулятивный пузырь нефтяных цен стал спускать. Кризис ударил по России, камня на камень не оставив от позитивных ожиданий.

 

Вопреки обещаниям, Россия не пришла на помощь экономике США. Вместе с переменой нефтяного вектора изменились все международные отношения. Фразам о взаимовыручке пришел конец. Интересы сырьевых монополий потребовали не расходования средств на подержание падающего колосса американского хозяйства, а защиты собственных финансовых интересов. Дешевая нефть могла облегчить ситуацию в США, но означала потерю сверхприбыли для российских корпораций. Более того: опустись стоимость нефти ниже $70-80 за баррель и монополии рисковали оказаться в затруднении платить по долгам, набранным в расчете на дорогую нефть. По данным Центробанка, на 1 апреля 2008 года внешний долг российских корпораций составлял $264 млрд. Однако эти цифры были явно занижены. Только «Роснефть» получила кредитов более чем на $100 млрд. Реальные долги корпоративного сектора, очевидно, в разы превосходили официальные цифры.

 

Нефть не должна была дешеветь. Это было невыгодно и опасно для сырьевых монополий. Но она падала по объективным причинам. Повлиять на них российские корпорации не могли. Попыталось – государство. Оно неожиданно отвесило пощечину США, разгромив армию Грузии, американского сателлита. Вслед за этим, в августе российские власти пригрозили оставить ЕС без энергоресурсов в случае принятия санкций против России. США получили резкие ответы по вопросу возведения системы противоракетной обороны в Европе. Политическая стратегия России внезапно изменилась. Было ли все это связанно с нефтью?

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 |