Имя материала: Курс экономики

Автор: Райзберг Б. А

3.12. экономические теории послевоенного периода

После второй мировой войны кейнсианство заняло господствующие позиции в области экономической теории. В арсенале правительств большинства стран мира кейнсианские методы регулирования экономики стали преобладающими. Однако последовательное применение кейнсианской доктрины сопровождал ряд негативных явлений в экономике. Государственное регулирование требовало повышенных расходов средств бюджета, что вело к постоянному дефициту, росту государственного долга, инфляции. Хозяйственная жизнь постепенно бюрократизировалась, всеобщее увлечение методами регулирования вело к снижению экономических стимулов развития и замедляло темпы экономического роста. Уже в 50—60-е годы XX века базовые постулаты, выработанные представителями кейнсианской школы, были опровергнуты или по крайней мере поставлены под сомнение экономистами, представляющими ряд новых школ и течений. Среди оппонентов выделяются представители так называемой чикагской школы или монетаризма.

Монетаризм — теория, исходящая из представлений о решающем влиянии денежной массы на цены, инфляцию и на ход экономических процессов. Поэтому монетаристы сводят управление экономикой прежде всего к контролю государства над денежной массой, эмиссией денег.

Элементы монетаризма просматриваются еще в экономических учениях древности и в явном виде присутствуют у меркантилистов. В определенной степени монетаризм присущ и классической школе, в частности Д. Рикардо. Но в современном, достаточно законченном виде концепция монетаризма выражена в работах лауреата Нобелевской премии по экономике за 1976 год американского профессора Милтона Фридмена.

Экономические советы Фридмена использовались в Чили во времена правления Пиночета и во многом сказались на экономической политике, проводимой президентом США Рейганом и известной под названием «рейганомика».

М. Фридмен — признанный глава новой монетаристской школы. Написав совместно с А. Шварцем «Монетарную историю Соединенных Штатов 1867—1960 гг.», он отстаивает в этой книге позицию, согласно которой в долговременные периоды крупные изменения хозяйственной жизни связаны прежде всего с денежной массой и ее движением. «Хозяйство пляшет под дудку доллара, повторяет танец доллара» — так считает М. Фридмен. Все крупнейшие экономические потрясения, включая Великий кризис 1930 года, объясняются Фридменом последствием денежной политики, а не нестабильностью рыночной экономики. По мнению Фридмена, влияние денег на экономическую активность не есть внешний (экзогенный) фактор хозяйства, а, скорее всего, наоборот— внутренний (эндогенный) фактор. Следуя монетаристской школе, он считает спрос на деньги одним из важнейших побудителей экономики.

Фридмен исходит из существования «последовательной, хотя и не абсолютно точной связи» между темпами роста количества денег и номинального дохода. Он полагает, что инфляция «всегда и везде представляет собой денежное явление», порожденное опережающим ростом денег в сравнении с объемами производства.

Фридмен довольно часто высказывается против социальных мер правительства, направленных на поддержку низкооплачиваемых слоев населения, полагая их неэффективными социальными действиями. Фридмен всегда подчеркивает огромную роль свободы в рыночной экономике. Неприятие им социальных программ Фридмен объясняет тем, что в конечном счете они не улучшают, а ухудшают положение как малоимущих, так и всего хозяйства в целом.

Как полагает М. Фридмен, государственное вмешательство в рыночную систему может дать кратковременный положительный результат. Но экономическая система сложна и непредсказуема, поэтому в долгосрочной перспективе неизвестно, будут ли общие последствия государственных мер положительными или отрицательными. Фридмен считает, что государство должно как можно меньше и осторожнее вмешиваться в рыночные отношения, что сближает его с неолиберальной школой.

Теория экономики предложения (А. Лаффер и Дж. Гилдер) воспроизводит в современных условиях многие положения неоклассической школы. Основная идея этой теории состоит в том, что надо стимулировать активизацию предложения продукции, а не подвергать совокупный спрос государственному регулированию. По мнению сторонников этого подхода, главная беда современной экономики западного типа — зарегулирован-ность рынков. Если последовательно провести флексибилизацию, то есть дерегулирование, рынки восстановят свою эффективность и отреагируют повышением объемов производства. Таким образом, следует прежде всего воссоздать классический механизм накопления капитала и возродить свободу частного предпринимательства.

Конкретными мерами, направленными на реализацию целей политики государства в рамках теории экономики предложения, должны стать антиинфляционные меры в духе монетаризма, снижение налоговых ставок на доходы населения и прибыль корпораций, сокращение дефицита государственного бюджета за счет сокращения государственных расходов, а также последовательная политика приватизации государственной собственности. Во многом опираясь на теорию экономики предложения, М. Тэтчер в Великобритании, Р. Рейган в США, К. Танака в Японии в 70-е годы провели серьезное реформирование хозяйственных систем в этих странах и вошли в историю как реформаторы консервативного типа.

Теория рациональных ожиданий начала развиваться лишь в 70-е годы и поэтому считается одним из самых молодых направлений в современной экономической теории. Наиболее активными авторами, разрабатывающими эту концепцию, являются Дж. Мут, Т. Лукас и Л. Реппинг. Признанием заслуг этой школы является то, что Нобелевская премия по экономике за 1996 год была присуждена Томасу Лукасу.

По мнению сторонников этой концепции, потребители принимают решения о текущем и перспективном потреблении, исходя из прогнозов будущего уровня цен на предметы потребления. Потребители стремятся к максимизации полезности и при этом способны предсказывать все возможные изменения в хозяйстве, исходя из своего предыдущего жизненного опыта. Так как экономическая политика правительства в последние годы была дискретна, то есть либо стимулировала занятость, либо была антиинфляционна, потребители научились приспосабливаться к этим изменениям и своим рациональным поведением сводят к нулю эффективность этой политики. Поэтому правительство должно создавать стабильные, предсказуемые правила рыночного поведения, отказавшись от дискретной стабилизационной политики кейнсианского типа.

В современных условиях известное распространение получил и так называемый институционализм, некоторые элементы которого были заложены еще в начале века работами Торнстона Веблена.

Главой и идеологом этой школы в наше время является видный американский экономист Джон Кеннет Гэлбрейт. Согласно его точке зрения, в современной экономике на передний план выходят не столько процессы производства и обращения, сколько экономической организации, управления. Социальный и организационный факторы выводятся Гэлбрейтом в число определяющих. Он считает государство, крупные корпорации и профсоюзы социальными институтами, решающим образом влияющими на экономику.

Гэлбрейт исходит из предположения, что в эпоху технико-технологического прогресса определяющая роль в управлении принадлежит техноструктуре, то есть слою менеджеров, который руководствуется надклассовыми интересами. Он полагает, что «планирующая» и «рыночная» структуры способны сосуществовать в смешанной экономике, и не видит препятствий к слиянию, конвергенции капиталистической и социалистической систем.

Характерно, что идеи конвергенции поддержаны такими видными представителями экономической мысли, как американский экономист Уолт Ростоу и нидерландский экономист лауреат Нобелевской премии Ян Тин-берген.

Основные идеи постиндустриального общества изложены в книгах Д. Гэлбрейта «Новое индустриальное общество» (1967), «Экономические теории и цели общества» (1973).

3.13. Экономическая мысль в России

Состояние и развитие экономической науки в любой стране тем или иным образом связано с уровнем, достигнутым ее хозяйством, характером экономических проблем, стоящих перед обществом. Как и во всем остальном мире, первое полуторатысячелетие нашей эры не знаменовалось в России зарождением крупных экономических теорий и появлением великих экономистов, оставивших глубокий след в истории.

Пробуждение экономической мысли в России тесно связано с образованием всероссийского рынка и возникновением мануфактур в XVII веке.

Наиболее глубокий след в российских экономических воззрениях этого периода оставил Афанасий Ордин-Нащокин (1605—1680). Он ратовал за укрепление централизованного государства помещиков и купцов, разработал программу осуществления экономической политики России, написал «Новоторговый устав», направленный на защиту русских торговых людей.

Крупные экономические преобразования петровских времен были поддержаны экономистом Иваном Тихоновичем Посошковым (1652—1726), написавшим обстоятельный трактат «Книга о скудости и богатстве» (1724).

Отвечая на вопрос: «Почему приключается напрасная скудость и почему приумножается богатство?», И. Т. Посошков утверждал, что для изжития скудости и обогащения государства и народа необходимо прежде всего побороть праздность и привлечь к трудовой деятельности все трудоспособное население. Каждый труженик должен производить больше, чем требуется для его собственного потребления, то есть трудиться «с прибытком» или, говоря по-современному, работать прибыльно, рентабельно. Петровский экономист призывал в своей книге к строжайшей экономии как одному из важнейших источников богатства. Он утверждал также, что первостепенная задача государства состоит в проявлении заботы о благе народа.

Еще 270 лет назад Посошков призывал вывозить из России не сырье, а промышленные товары, не ввозить из-за границы продукцию, которую Россия способна производить самостоятельно, соблюдать баланс экспорта и импорта.

И. Т. Посошков выступал за промышленное развитие России, признавая в то же время роль сельского хозяйства, крестьянского богатства, которое он называл «царственным».

Будучи сыном своего времени, экономист и мыслитель Посошков не смог перешагнуть через порог представлений о крепостнической системе как основе государственного строя и оплоте хозяйства. Исходя из правомерности существования класса помещиков, владеющих землей и крестьянами, И. Т. Посошков в то же время рекомендовал ограничить крестьянские повинности, закрепить за крестьянами земельные наделы.

В части налогообложения И. Т. Посошков предлагал заменить подушную подать поземельной, ратовал за введение особого налога в пользу церкви — десятины.

В XVIII веке российская экономическая мысль нашла свое выражение в работах историка и экономиста Василия Никитича Татищева (1686—1750), и в частности в его сочинении «Представление о купечестве и ремеслах». В. Н. Татищев поддерживал развитие промышленности, торговли, купечества в России, выступал за политику протекционизма. Сказал свое слово в экономической науке и Михаил Васильевич Ломоносов (1711—

1765).

Экономическая программа передовой части дворянства России представлена в трудах видного экономиста Николая Семеновича Мордвинова (1754—1845) и в проектах известного государственного деятеля Михаила Михайловича Сперанского (1772—1839), которых можно назвать русскими представителями классической экономической школы. Писатели и философы А. Н. Радищев, А. Н. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов также не чурались достаточно революционных для своего времени экономических воззрений.

Так, в материалах и исследованиях, принадлежащих перу А. Н. Радищева (1749—1802), можно найти высказывания о стимулирующей роли торговли для промышленного развития России, о видах цен и их связи с полезностью, о видах договоров при торговых сделках, о стимулирующей и дестимулирующей роли налогообложения, о содержании продажи, покупки, мены, услуги, уступки, займа, лотереи, выкупа, торга, о займах (кредитах), процентах и их норме.

Основоположник русской статистики А. А. Чупров (1874—1926), член-корреспондент Петербургской Академии наук, известен как автор работ по проблемам политической экономии, экономической статистики, сельского хозяйства, денежного обращения и цен.

Марксистские идеи научного социализма были глубоко восприняты в России, анализировались и обсуждались народником Михаилом Александровичем Бакуниным (1814—1876), теоретиком Георгием Валентиновичем Плехановым (1856—1918), экономистом Петром Бернгардовичем Струве (1870—1944) и, конечно же, крупнейшим последователем и воплотителем марксистских идей Владимиром Ильичем Лениным (1870—1924).

Глубокий след в российской экономической науке XX века оставил ученый-энциклопедист Михаил Иванович Туган-Барановский (1865—1919). Он стал первым российским ученым-экономистом, провозгласившим необходимость соединения трудовой теории стоимости с теорией предельной полезности. Наибольший вклад внес М. И. Туган-Барановский в теорию рынков и кризисов, анализ разбития капитализма и формирования социализма, разработку социальных основ кооперации. Не будучи твердым приверженцем единого направления в экономической науке, Туган-Барановский частично примыкал к марксизму, в то же время ему не были чужды и другие воззрения, в частности он признавал теорию предельной полезности, опирался на субъективную психологию, которые, как известно, находятся в стороне от столбовой дороги марксистского учения. В. И. Ленин неоднократно ссылался на исследования М. И. Туган-Барановского.

К числу наиболее крупных и известных научных работ Туган-Барановского относятся: «Учение о предельной полезности», «Промышленные кризисы в Англии», «Русская фабрика в прошлом и настоящем. История развития русской фабрики», «Теоретические основы марксизма», «Очерки из новейшей истории политической экономии и социализма», «Современный социализм в своем историческом развитии», «Социальные основы кооперации», «Социализм как положительное учение». Этот представительный список служит дополнительным свидетельством огромного и чрезвычайно разнообразного вклада ученого в экономическую науку.

Из числа ученых-экономистов и практиков, пытавшихся построить теорию социалистического планового хозяйства, сочетая представления о плане и рынке, исходя из возможности взаимодействия планового и рыночного хозяйства, упомянем таких, как Владимир Александрович Базаров (В. А. Руднев, 1874—1939) и Евгений Александрович Преображенский (1886—1937). Естественно, что их участь в эпоху сталинизма была печальной.

Следует особо выделить имена двух ученых-экономистов советского периода российской истории. Это Александр Васильевич Чаянов (1888—1937) и Николай Дмитриевич Кондратьев (1892—1938).

А. В. Чаянова справедливо называют заслуженным представителем организационно-производственного направления в российской экономической мысли, теоретиком семейно-крестьянского хозяйства. Никто в России первой половины XX века не может сравниться с Чаяновым по значимости научного вклада в прикладную аг-рарно-экономическую теорию. В числе более двухсот научных работ, принадлежащих перу А. В. Чаянова, ведущее место занимают такие, как «Очерки трудового хозяйства», «Организация крестьянского хозяйства», «Основные идеи и методы общественной агрономии», «Краткий курс кооперации», «Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации».

А. В. Чаянов был настолько эрудированным, глубоко культурным, разносторонне развитым человеком, что, будучи занят крупнейшими исследованиями в области теории крестьянского хозяйства и огромной практической работой, он тем не менее успевал писать литературные произведения, повести приключенческого жанра, делать научные доклады об истории Москвы. В одном гениальному ученому явно не повезло — его научные идеи о развитии крестьянского хозяйства в России, о кооперировании расходились со сталинскими установками, на принудительную коллективизацию сельского хозяйства. Этого было достаточно, чтобы объявить талантливого ученого буржуазным экономистом, оборвать его научную карьеру и саму жизнь.

В 1930 году А. В. Чаянова после длительной травли арестовывают, предъявив ему ложное обвинение в принадлежности к некоей мифической трудовой крестьянской партии, о которой он и представления не имел. В результате надуманного судебного процесса — четыре года тюрьмы с последующей ссылкой. В 1937 году ученого ждал новый арест, новое нелепое обвинение, приговор к расстрелу, исполненный в день приговора.

Не менее печальна и судьба Н. Д. Кондратьева. В настоящее время имя Н. Д. Кондратьева вошло в мировую экономическую науку, он стал широко известен как один из создателей теории больших циклов, длинных волн, представляющей по существу новое направление экономической мысли. Увы, признание пришло практически после полувекового замалчивания его имени, обусловленного тем, что в 30-е годы выдающийся экономист попал под колесо сталинской тирании.

Первые крупные исследования ученого относятся к области экономической динамики, конъюнктуры, планирования. В 1926 году Н. Д. Кондратьев завершает создание теории больших циклов в экономике, которая в тот период еще не была воспринята его соотечественниками и коллегами. Дальнейшая научно-организационная деятельность ученого вплоть до 1928 года, когда он по навету был отстранен от работы, связана с Институтом народнохозяйственных конъюнктур. К этому времени Н. Д. Кондратьев уже сформировался как ученый с мировым именем, был избран членом ряда иностранных научных обществ, стал автором десятков научных статей.

Печальную роль в судьбе замечательного ученого-экономиста сыграло то обстоятельство, что в 1927 году он выступил с резкой критикой проекта пятилетнего плана, отстаивая мысль, что перспективные планы должны содержать не конкретные количественные показатели, а общие направления развития. С этого момента и вплоть до 1930 года, когда он был арестован, Н. Д. Кондратьев подвергался незаслуженным нападкам в печати как «вредитель». За приписанное ему участие в создании трудовой крестьянской партии ученый-экономист был осужден на восемь лет лишения свободы. Но и в этих тяжелых условиях нашел в себе мужество продолжать исследования.

В 1938 году, когда должен был закончиться срок заключения, пришел новый, повторный приговор. На этот раз — смертный. Спустя более 60 лет оба приговора по делу Н. Д. Кондратьева отменены, и имя его возвращено большой экономической науке.

Российская экономическая наука второй половины XX века известна своими достижениями в области экономико-математического моделирования. Весомый вклад в это направление внес академик Василий Сергеевич Немчинов (1894—1964), известный своими работами в области статистики и математического моделирования экономических процессов. Человек огромной работоспособности и обширной эрудиции, он был не только баловнем судьбы, но и умел достичь значительных успехов даже на, казалось бы, неблагодатной почве. Ряд его работ (а всего Немчиновым написано их более 350) посвящен специальным статистическим методам. Главная работа этого направления — «Статистика как наука» (1952). Значительная часть его экономических исследований посвящена проблеме развития производительных сил и анализу хозяйственных явлений с применением математических методов.

В 1957 году В. С. Немчинов начал систематическую подготовку исследований в области экономико-математических методов, а в последние годы жизни проявил себя незаурядным организатором этого направления экономической науки.

Многие идеи ученого, а именно «планировать конечные, а не промежуточные результаты», «преодолеть концепцию бесплатности основных фондов», «придать уровню рентабельности значение важнейшего критерия оценки качества работы предприятия», будучи своевременно реализованными, помогли бы ослабить кризисные явления в российской экономике.

В числе лауреатов Нобелевской премии по экономике наряду с выходцем из России Василием Леонтьевым значится и академик Леонид Витальевич Канторович (1912—1986).

Л. В. Канторович обратил на себя внимание как вундеркинд еще в раннем детстве своими выдающимися математическими способностями. С опережением на несколько лет окончил Ленинградский университет и вскоре стал профессором. Еще в юношеском возрасте выполнил фундаментальные исследования в области теории приближенных вычислений и функционального анализа. Но вершиной его творчества стало создание новой ветви математики, именуемой линейным программированием и имеющей непосредственное приложение к экономике.

В конце 30-х годов молодой профессор продемонстрировал возможность использования теории линейного программирования при решении задачи оптимального раскроя материала. По сути, этим были заложены основы математической теории оптимального планирования и использования ресурсов, которой Л. В. Канторович посвятил свою жизнь. Его работы в области приложения математических методов к решению экономических задач были отмечены Государственной и Ленинской премиями. В 1964 году Л. В. Канторович избирается академиком и становится лидером советской экономико-математической школы. Как одному из отцов теории линейного программирования и приложения методов математического программирования к решению экономических задач ему в 1975 году присуждается Нобелевская премия по экономике (совместно с американцем Т. Ч. Купмансой).

Работы Л. В. Канторовича в области математической экономики широко известны во всем мире, используются в макроэкономических исследованиях.

 

Безусловны и выдающиеся заслуги, значительный вклад в развитие экономико-математической теории академика Александра Ивановича Анчишкина (1933—1987), известного своими работами в области макроэкономического прогнозирования.

Таким образом, развитие экономических концепций в России находится в общем русле этого процесса в мире. При этом российские ученые внесли свой, может быть еще не вполне оцененный, вклад в развитие отдельных вопросов экономической науки.

История экономической науки, естественно, не имеет конца, она творится непрерывно, пока продолжается жизнь. Теоретическая и прикладная экономика обогащают человечество новыми знаниями, достижениями. Об этом свидетельствует факт ежегодного присуждения Нобелевской премии по экономике выдающимся ученым начиная с 1961 года.

Хотя экономическая наука явно отстает от практических запросов, было бы искажением истины не видеть ее продвижения вперед, обогащения теоретического и прикладного арсеналов этой науки. О возрастающей важности экономической науки свидетельствует привлечение ученых-экономистов в состав не только советников, но и членов правительств. Как справедливо отмечал еще Дж. М. Кейнс, идеи ученых-экономистов влияют на экономическую и государственную политику гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Экономическая образованность становится неотъемлемой частью общечеловеческой культуры. Экономика стала гуманитарным предметом, изучаемым не только в высших учебных заведениях, но и в общеобразовательной школе.

Продолжает расти и ветвиться древо экономической науки, в кроне которого зарождаются и развиваются новые течения экономической мысли, призванные полнее и глубже объяснять наблюдаемые и предвидеть будущие экономические события.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 | 131 | 132 | 133 | 134 | 135 | 136 | 137 | 138 | 139 | 140 | 141 | 142 | 143 | 144 | 145 | 146 | 147 | 148 | 149 | 150 | 151 | 152 | 153 | 154 |