Имя материала: Макроэкономика

Автор: Станислав Николаевич Ивашковский

15.2. предпосылки экономического роста

Поскольку экономика — это наука о богатстве, то естественно, что с самого

начала возникновения в центре ее внимания оказалась и проблема эконо-

мического роста. Разрешение этой проблемы означало поиск таких фак-

торов развития экономики, которые обеспечили бы повышение уровня

жизни при постоянном росте населения. Известно, что человеческие по-

требности безграничны: едва человек удовлетворяет одни, появляются

другие, и так бесконечно. Вместе с тем фактом является то, что население

Земли непрерывно возрастает — человечеству понадобилось 10 тыс. лет,

чтобы его численность достигла 1 млрд. (это произошло в 1850 г.). Чис-

ленность в 2 млрд. была достигнута за 80 лет (1930 г.). Удвоение этой

численности произошло всего за 45 лет    г.). К 2000 г. на Земле про-

живали уже 6 млрд. человек, а к 2020 г. численность населения составит 8 млрд. человек.

Понятно, что такой рост населения, начавшийся с середины XIX в., должен был сопровождаться опережающим ростом совокупного продукта, идущего на удовлетворение индивидуальных и общественных потребностей людей. Американский экономист Э. Меддисон, исследуя историю экономического роста начиная с 500 г. н. э., пришел к любопытным результатам. На протяжении последних лет четко просматриваются 4 периода, в рамках которых была установлена определенная зависимость между ростом населения и ростом выпуска продукции на одного человека (табл.

Как свидетельствуют данные, выпуск на душу населения не увеличивался на протяжении 1000 лет и население на протяжении этого периода росло со среднегодовым темпом 0,1\%. Некоторый рост показателей наблюдался на протяжении следующих трех столетий, но темп их роста оставался очень низким. Резкий скачок произошел на стадии современного капитализма, когда темп роста выпуска на душу населения поднялся до 1,6\% в год, а численность населения ежегодно возрастала примерно на 1\%.

Другой американский исследователь — основатель количественного подхода к объяснению экономического роста С. Кузнец также считает, что ускорение темпов экономического роста в таких странах, как Англия, США и Германия, связано с промышленным переворотом, т. е. с периодом, когда происходило становление капитализма как ведущей экономической системы. Капитализм стал, по существу, первой экономической системой, которая обеспечила коренной перелом в экономическом росте стран, вставших на путь капиталистического развития.

Ученые по-разному объясняли этот исторический феномен. Одна из наиболее популярных теорий, посвященных данной теме, была разработана М. Вебером, предположившим наличие причинной связи между религией и экономикой. Он показал, что капитализм для своего развития нуждался в мощных моральных стимулах, которые в период его становления могла ему дать только религия. И такой религией стал протестантизм — теологическое учение реформаторов христианства первой половины XVI в. М. Лютера и Ж. Кальвина. Протестантизм и порожденная им профессиональная этика, по мнению М. Вебера, стали серьезнейшими факторами экономического подъема Запада и развития современной западной цивилизации, тогда как восточные религии послужили барьером, который воспрепятствовал индустриальному подъему в таких странах, например, как Китай и Индия.

Центром протестантского учения является идея о предопределении: каждому еще до рождения определена его судьба — спасение или вечные муки. Никакие усилия человека и помощь церкви ничего изменить не могут. Все решено Богом, когда он сотворил мир. Никто не знает, к чему он избран. Идея о предопределении закрыла путь, ведущий на небо с помощью "добрых дел" или монастырской, внемирской аскезы. Единственным поприщем, на котором человек мог достичь успеха, который давал бы надежду и свидетельство об избранности, оставалась профессиональная деятельность. Все остальное должно быть отброшено, поскольку мешает преуспеванию в делах, умножению богатства. Успехи человека в земной жизни, его усилия, направленные на ее улучшение, являются знаком принадлежности человека к спасенным, знаком милости Божьей. А лень, неуспех, бедность каждый должен воспринимать как знак проклятия.

Кроме того, протестантизм породил то, что психологи называют отчу-

ждением самосознания. Он дал человеку право самому судить свои по-

ступки. Для этого не нужно бежать в церковь за прощением. Поскольку

Бог видит человека всегда и           то каждый ощущает свою ответствен-

ность прежде всего перед ним. В результате у людей сформировалась персональная ответственность перед обществом и друг перед другом.

Новое отношение к Богу, усердию и труду, ставшему самоцелью, вело к огромному психологическому сдвигу, который произошел в человеке за период распространения протестантизма в Европе. В прежние времена, в том числе в средневековье, отношение к труду было иным. Как писал М. Вебер, в докапиталистическую эпоху не было никакого стимула работать больше, чем необходимо для поддержания традиционного жизненного уровня. Люди работали потому, что им приходилось работать, и эта необходимость была обусловлена давлением извне, внеэкономическим принуждением. В капиталистическом обществе появилась новая черта: людей стало побуждать к работе не столько внешнее давление, сколько внутренняя потребность. Они стали трудиться с такой самоотдачей и интенсивностью, какая была невозможна в прежних обществах.

Для мобилизации сил и способностей человека внутренняя потребность гораздо эффективнее любого внешнего давления. Внешнее принуждение всегда вызывает психологическое противодействие, которое снижает производительность труда и делает людей пассивными, неспособными к решению тех задач, где требуются усилия ума, инициатива и ответственность.

"Нет сомнения, пишет известный западный психолог и социолог

Э.        — что капитализм не смог бы развиваться, если бы преоб-

ладающая часть человеческой энергии не была направлена на работу. В истории нет другого периода, когда свободные люди столь полно отдавали свою энергию единственной цели — работе. Стремление к неус-

труду стало одной из главных производительных сил, не менее важной для развития нашей промышленной системы, чем пар и элек-тричество"1.

Некоторые исследователи в объяснении экономического роста Запада выдвигают на первый план и другие факторы, в частности науку и изобретения, природные ресурсы и экономические стимулы, колониальную эксплуатацию и империалистическую экспансию. Однако при всей важности этих факторов их значение нельзя переоценивать. Если, например, науки и изобретения — достаточные причины роста западного богатства, то почему подобного роста не наблюдалось в Китае и исламских странах, которые лидировали в этих областях до XVI в.? Что касается природных ресурсов, которым некоторые авторы приписывали немаловажную роль в объяснении экономического роста, то исторические реалии еще конца XIX — начала XX вв. (процветание Нидерландов и Швейцарии) серьезно подорвали репутацию этого тезиса. Окончательный удар по нему нанесли невиданный рост и процветание Японии, экономические успехи Южной Кореи и ряда новых индустриальных стран. Другим примером могут служить многие европейские страны, которые после второй мировой войны, имея ограниченные природные ресурсы, совершили стремительный рывок от бедности к богатству, в то время как некоторые страны мира" с огромными природными ресурсами по сегодняшний день прозябают в нищете.

К. Маркс огромное значение в объяснении экономического роста Запада придавал движущим силам конкуренции, психологической мотивации, погоне за прибылью. Однако М. Вебер поставил под сомнение значимость этого довода.

согласно которому наше рационалистическая и капиталистическая эпоха отличается от других времен напряженностью экономического интереса, есть представление наивное; современные капиталисты отличаются страстью к стяжательству не в большей степени, чем например, восточные купцы. Само по себе разнуздывание экономического интереса способно породить лишь иррациональные результаты..."2

В другой работе М. Вебер писал: «Стремление к предпринимательству, к наживе, к наибольшей денежной выгоде само по себе ничего общего не имеет с капитализмом. Это стремление наблюдалось и наблюдается у официантов, врачей, кучеров, художников, кокоток, чиновников-взяточников, солдат, разбойников, крестоносцев, посетителей игорных домов и нищих... Подобные наивные представления о сущности капитализма принадлежат к тем истинам, от которых раз и навсегда следовало бы отказаться еще на заре изучения истории культуры. Безудержная алчность в

 

Фромм Э. Догмат о Христе. М, 1998. С. 255.

Weber М. General Economic History. New York, 1961. P. 261

делах наживы ни в коей мере не тождественна капитализму и еще менее соответствует его "духу"'. Капитализм может быть идентичным обузданию этого иррационального стремления, во всяком случае, его рациональному регламентированию. Капитализм, безусловно, тождествен стремлению к наживе в рамках непрерывно действующего рационального капиталистического предприятия, к непрерывно возрождающейся прибыли, к рентабельности» .

М. Вебер показал, что новые хозяйственная этика и мораль, ориентированные на производительность частнопредпринимательского хозяйства, со всей решительностью отвергали непосредственные наслаждения богатством и стремились сократить потребление, особенно когда оно превращалось в излишество. Вместе с тем они освобождали приобретательство от психологического гнета традиционалистической этики, разрывали оковы, ограничивавшие стремление к наживе, превращая его не только в законное, но и угодное Богу занятие. Одним словом, богатство как результат профессиональной деятельности оправдывалось, рассматривалось как Божье благословение. Если же пуританское отношение к потреблению соединяется со стремлением к наживе, то объективным результатом этого становится накопление капитала посредством бережливости. "Препятствия на пути к потреблению нажитого богатства, подчеркивает М. Вебер, — неминуемо должны были служить его производительному использованию в качестве инвестируемого капитала" .

Вместе с тем новая этика имела для жизни западных стран более важные последствия, чем просто накопление капитала. «Повсюду, где утверждалось пуританское мироощущение, оно при всех обстоятельствах способствовало установлению буржуазного, рационального с экономической точки зрения образа жизни, что, конечно, имеет неизмеримо большее значение, чем простое стимулирование капиталовложений... Пуританизм стоял у истоков современного "экономического человека"»".

Непосредственным следствием появления новой личности и накопления

капитала стала растущая      хозяйственной жизни. Экономи-

ческие отношения постепенно начали выходить из-под политического и религиозного контроля, характерного для высокоорганизованного и полностью интегрированного феодального общества времен позднего средневековья. Ослабление такого контроля над экономикой происходило в различных формах: возрастал объем торговли по нерегулируемым ценам; появлялся класс купцов, живших и богатевших за счет купли-продажи товаров в отличие от ремесленников, которые продавали только то, что производили собственными руками; отмирал контроль со стороны гильдий и

 

1  Вебер М. Избр. произв. М.. 1990. С. 47.

Вебер М. Протестантизм и капитализм // Религия и общество: хрестоматия по социологии и религии /Сост. В. Гараджа, Е. Руткевич. М., 1996. С. 615. Там же.

правительств за созданием новых предприятии, которые постепенно становились центрами принятия множества экономических решений, а убытки или прибыль от этих решений были признаны собственностью владельцев предприятий. Все эти изменения сыграли огромную роль в становлении качественно нового экономического механизма, в повышении эффективности организации национальной экономики.

организация экономики, — отмечает американский

экономист Д. — ключ к экономическому росту; ее возникновение

в Западной Европе обусловило подъем Запада. Эффективная организация влечет за собой установление такой институциональной структуры и структуры прав собственности, которая создает стимулы для направления индивидуальных экономических усилий в русло видов экономической активности, сближающих индивидуальную норму прибыли с об-щественной"1.

В последние  лет внимание многих экономистов было приковано

также к урокам экономического роста стран Юго-Восточной Азии. Успех в экономическом развитии этих стран носит поистине легендарный характер. Ни одна другая группа развивающихся стран не дает примера подобного темпа роста, снижения уровня бедности, интеграции в мировой рынок, а также повышения уровня жизни. За последние 25 лет доход на душу населения увеличился здесь почти в 4 раза. Часть населения, находящаяся за чертой бедности, уменьшилась в размерах примерно на две трети, быстро снизились темпы роста населения, а уровень образования и показатели здоровья значительно улучшились. За успехом первых тигров" (Южная Корея, Сингапур, Гонконг, Тайвань) последовали страны "второго поколения" (Индонезия и Малайзия), а в настоящее время новым двигателем регионального роста стал Китай.

В чем же причины экономического успеха новых индустриальных стран (НИС)? Чтобы ответить на этот вопрос, Всемирным банком было проведено обширное исследование, в результате которого удалось установить влияние трех групп факторов:

а)         достижение политической и макроэкономической стабильности;

б)         инвестиции в человеческие ресурсы;

в)         ориентация на внешние рынки.

Основой успеха всех этих стран стал прагматизм при формировании топ или иной экономической политики. При этом, однако, следует иметь в виду, что процветание первого поколения НИС было связано с более активным государственным вмешательством в экономику, в то время как успехи следующих за ними стран были обусловлены либеральной экономической политикой государства. Но в том и в другом случае макро-

 

North D. С. and Thomas R. P, The Rise of the Western World. Cambridge University Press, 1973. P. 1.

экономическая политика характеризовалась высокой фискальной дисциплиной и адекватным стимулированием сбережений и инвестиций, а также внешне ориентированной торговой политикой. Вклад макроэкономической стабильности в экономический рост заключался не только в низком и стабильном уровне дефицита государственного бюджета, но также в росте с большой скоростью частных инвестиций, доля которых в ВВП превышала на две трети соответствующие показатели других развивающихся стран.

Опыт показывает, что эффективность производственных инвестиций и накопления капитала зависит от производительности трудовых ресурсов, В НИС роль труда как фактора экономического роста была весьма существенной. Рабочая сила здесь отличается высокой дисциплинированностью, легкой адаптируемостью к технологическим и организационным изменениям, высоким уровнем образования и квалификации.

Исключительно важную роль в экономическом росте стран Юго-Восточной Азии сыграли притоки зарубежных капиталов и стимулирование экспорта при одновременном проведении умеренной протекционистской импортной политики. Благоприятный климат для прямых иностранных инвестиций обеспечил широкомасштабное привлечение капиталов в форме как филиалов, находящихся под контролем транснациональных корпораций (ТНК), так и совместных производств и лицензионных предприятий. То же самое сегодня осуществляет Китай, добиваясь таких же впечатляющих успехов.

Таким опыт стран Юго-Восточной Азии показывает, что здесь

не было какой-то одной решающей причины экономического роста. Их

успехи результат комбинации целого ряда факторов, которые сделали

экономический рост не только необходимым, но и физически возможным.

Однако к перечисленным факторам следует добавить еще один — фактор

духовного характера: во всех этих странах, а также в Японии и Китае в

течение всей жизни люди соблюдают конфуцианскую мораль. Чтобы

следовать этой морали, каждому необходимо иметь "три качества и пять

добродетелей". Три качества — это осторожность, милосердие и смелость.

Пять добродетелей — это самоуважение, широта взглядов, верность, усер-

дие и благотворительность. Во всем этом нет ничего сверхъестественного,

но в благоприятных политических условиях указанные качества и добро-

детели способны сыграть немаловажную роль в социально-экономическом

прогрессе общества. Для материализации конфуцианской морали в обще-

ственной жизни необходима не только     государственная власть,

чему придавалось первостепенное значение всем протяжении существо-

вания идей Конфуция, но и автономность,           личности, которые

стали признаваться и развиваться лишь последние 20-30 лет. Результатом

этого стал экономический и социальный подъем стран, не так давно еще

находившихся в условиях феодальной отсталости.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 |