Имя материала: Микроэкономика

Автор: В.М. Гальперин

16.2. критерии общественного благосостояния

 

Парето-оптимальность является необходимым, но не достаточным условием максимизации общественного благосостояния. Как было показано, все точки, лежащие на границе возможных благосостоянии (UU на рис. 16.1) или на контрактной кривой коробки Эджуорта (OAOB на рис. 16.2), представляют Парето-оптимальные состояния. Выбор наиболее желательного из этих Парето-оптимальных состояний осуществим лишь при использовании некоторого этического (нормативного) критерия и возможности межличностного сравнения благосостояния, или индивидуальных полезностей.

 

Рассмотрим некоторые из предлагавшихся критериев общественного благосостояния.

 

Утилитаристский критерий. Основоположник утилитаризма И. Бентам полагал таким критерием "наибольшее счастье наибольшего числа людей".[1] Этот критерий, очевидно, предполагает и межличностное сравнение "счастья" и его аддитивность. Согласно данному критерию, общественное благосостояние представляет сумму индивидуальных полезностей членов общества:

 

w(u1, ┘, un) = ui ,        (16.5)

 

где w ≈ общественное благосостояние. Согласно критерию Бентама:

 

w > 0, если  (ui).        (16.5*)

 

Положим, однако, что требование (16.5*) выполняется при том, что благосостояние k членов общества выросло, тогда как благосостояние п √ k членов общества снизилось так, что:

 

 (ui) > |  (ui)|.        (16.6)

 

Иначе говоря, увеличение благосостояния первых оказалось большим (по абсолютной величине), чем снижение благосостояния вторых. Таким образом, критерий Бентама неявно предполагает, что благосостояние первых k членов общества более значимо для общества, чем благосостояние п - k остальных. Если в (16.5) ввести коэффициенты аi, характеризующие значимость для общества благосостояния i-гo субъекта, мы получим несколько модифицированный утилитаристский критерий:

 

w(a1u1 + a2u2 + ┘ + a>nu) = aiui.        (16.7)

 

В такой формулировке критерий Бентама предполагает возможность межличностного сравнения не только индивидуальных полезностей, но и общественной "значимости" самих членов общества.

 

Другой недостаток утилитаристского критерия в том, что он не может использоваться для сравнения ситуаций, в которых "наибольшее счастье" не совмещается одновременно с "наибольшим числом людей". Так, если в трехсубъектной экономике u1 = 150, u2 = 40, u3 = 20, то общее благосостояние составит w = 210. Если же в другом состоянии u1 = 90, u2 = u3 = 50, то w = 190. В первой ситуации налицо "наибольшее счастье", во второй более равномерное распределение "меньшего счастья".

 

Кардиналистский критерий. Утилитаристский критерий базируется на предположении о возможности измерения полезности в ютилах и аддитивности индивидуальных полезностей. В отличие от него кардиналистский подход базируется на законе убывающей предельной полезности денежного дохода. Скажем, если доход одного субъекта вдвое превышает доход другого, то очевидно, что первый может приобрести и вдвое большее количество благ. Однако в силу закона убывающей полезности дохода он сможет извлечь из потребления этих благ полезность, менее чем вдвое большую по сравнению с субъектом с вдвое меньшим денежным доходом.

 

Кардиналистский критерий справедливого распределения дохода можно представить как:

 

w = ui(Ii)        (16.8)

 

при ограничении:

 

Ii =

 

где Ii ≈ денежный доход i-гo субъекта; ≈ общий денежный доход (или выпуск).

 

Предполагается, что с ростом индивидуального денежного дохода его полезность возрастает {dui/Ii > 0), но во все меньшей степени (d2ui/d2Ii > 0 ).

 

Очевидно, что результаты использования критерия (16.8) для оценки желательности того или иного распределения доходов зависят от некоторых представлений о характере индивидуальных функций полезности денежного дохода, ui(Ii). Будут ли эти функции одинаковы или различны?

 

Если мы примем, что по своей способности извлекать полезность из денежного дохода, обменивая его на реальные блага, люди одинаковы, т. е. что:

 

u1(I1) = u2(I2) = ┘ = un(In),        (16.8*)

 

то в силу допущений ( u’i > 0 , u"i < 0 ) мы должны будем признать, что критерию (16.8) отвечает уравнительное распределение дохода. При перераспределении дохода в пользу бедного тот получит прирост полезности, превышающий ее потерю богатым.

 

Если же мы согласимся с тем, что люди не одинаковы по своей способности к извлечению полезности из денежного дохода, т. е. что:

 

u’i(Ii) > u’j(Ij) при Ij = Ii,        (16.8*)

 

то мы должны будем согласиться с тем, что:

 

u’i(Ii) > u’j(Ij), лишь если Ij > Ii,        (16.8**)

 

Таким образом, в зависимости от допущения о равной или неравной способности членов общества к извлечению полезности из денежного дохода мы можем "оправдать" и равное, и неравное распределение дохода.

 

Критерий Ролза. Американский философ Джон Ролз[2] предложил особый подход, получивший название "вуаль незнания". Он базируется на следующем мысленном эксперименте. Допустим, что общество находится в некотором начальном состоянии, когда ему необходимо выбрать справедливую систему распределения доходов для отдаленного будущего. Для каждого члена общества это будущее скрыто "вуалью незнания", никто не знает, каким может оказаться в будущем его уровень доходов или социальный статус. Таким образом, в концепции Ролза "вуаль незнания" элиминирует влияние реального положения каждого члена общества на его ценностные суждения, на то, "что такое хорошо и что такое плохо". А поскольку люди, как правило, не склонны к риску, они попытаются застраховать себя от низких доходов или невысокого социального статуса в будущем и выберут в качестве критерия справедливого распределения благосостояния максиминный критерий:

 

w = min (u1, u2, …, un),        (16.9)

 

согласно которому общественное благосостояние зависит лишь от полезности (благосостояния) наименее обеспеченных. Критерий Ролза называют максиминным, поскольку он требует максимизации полезности субъекта, благосостояние которого .минимально.

 

 

Использование критерия Ролза иллюстрирует рис. 16.4, где кривая ABCDE характеризует все возможные комбинации дог ходов двух субъектов, A и В, а прерывистая прямая, проведенная под углом 45╟, характеризует равные величины доходов субъектов А и В, измеряемых соответственно по абсциссе и ординате. Переход из точки В в точку С будет улучшением по Ролзу, поскольку в точке В доход субъекта А больше дохода субъекта В, тогда как в точке С они станут равными. Однако и в С доход А будет все же меньше дохода В в точке D, лежащей выше и левее прерывистой линии. Поэтому переход из точки. С в точку D не уменьшит неравенства доходов, но и он будет улучшением по Ролзу, поскольку в D субъект с меньшим доходом все же выиграет, его доход по сравнению с точкой С возрастет. Фрагмент семейства кривых безразличия, отвечающих гипотезе Ролза, представлен в правой верхней части рис. 16.4 двумя парами взаимоперпендикулярных отрезков, параллельных осям доходов, u1 и u2. Если благосостояние одного субъекта увеличится, а другого останется неизменным, то, согласно Ролзу, общественное благосостояние не увеличится.

 

Концепцию Ролза часто упрекают в абсолютизации несклонности членов общества к риску. Даже пребывая в изначальном состоянии, многие могут принять риск оказаться в будущем (когда спадет "вуаль незнания") внизу пирамиды доходов ради того, чтобы получить и испытать шанс оказаться вверху ее.

 

Критерий компенсации Калдора≈Хикса. Допустим, что в результате некоторого предполагаемого изменения в нашей двух-субъектной экономике один субъект, скажем А, выигрывает, а другой проигрывает. Для оценки таких ситуаций Николас Кал-дор (1908-1986) и Джон Хикс (1904-1989) предложили следующий критерий.[3] Выясним, сколько бы (максимально) согласился уплатить субъект А за то, чтобы не отказаться от такого изменения, и обозначим эту сумму KA. Выясним также, сколько бы (максимально) согласился заплатить В за то, чтобы это изменение не было осуществлено, и обозначим эту сумму KB. Если KA > KB, то А может компенсировать В снижение его благосостояния и при этом сохранить для себя часть выигрыша. Таким образом, критерий Калдора≈Хикса сводится к следующему. Изменение экономической политики означает улучшение, если те, кто выигрывают, оценивают свой выигрыш в денежной форме выше, чем оценивают свой проигрыш проигравшие. Критерий компенсации Калдора≈Хикса не предполагает реальной компенсации выигравшим потерь проигравшего, он требует лишь, чтобы субъект, чье благосостояние в результате осуществления мероприятия увеличивается, потенциально был способен осуществить такую компенсацию, т. е. чтобы его выигрыш по абсолютной величине превышал потери проигравшего.

 

Этот критерий предполагает фактически одинаковую предельную полезность денег для субъектов с разным уровнем благосостояния (или дохода). Однако если выигравший богат или расточителен, а проигравший беден или скуп, выигрыш первого может оказаться недостаточен для компенсации потерь второго.

 

Если, скажем, KA = 100, а KB = 50, то возможно, что KA означает для выигравшего слишком малый прирост полезности, тогда как KB означает для В, у которого предельная полезность денег гораздо выше, значительную потерю в благосостоянии.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

[1] Бентам И. Введение в основания нравственности в законодательства. СПб., 1867. С. 321.

[2] Rowls J. A Theory of Justice. Cambridge, Mass., 1971 (русский перевод: Ролз Дж. Теория справедливости. Новосибирск, 1995).

[3] Kaldor N. Welfare Proposition in Economics and Interpersonal Comparisons of Utility // Econ. Journ. 1939. Vol. 49. P. 549-552; Hicbs J. The Foundations of Welfare Economics // Ibid. P. 696-712.

16.3. Кривая возможных полезностей и функция общественного благосостояния

 

Как следует из предыдущего раздела, предлагавшиеся в разное время критерии общественного благосостояния не могут использоваться для оценки изменений в состоянии экономики, сопровождающихся ростом благосостояния одних и снижением благосостояния других. С другой стороны, как было показано в начале этой главы, три необходимых условия Парето-оптимального распределения экономических ресурсов тоже не могут служить руководством при выборе направлений изменения экономической системы, если они затрагивают изменения в распределении доходов членов общества.

 

Для решения этой столь же сложной, сколь и важной проблемы американский экономист А. Бергсон1 предложил использовать функцию общественного благосостояния (англ, social welfare function), аналогичную по своим свойствам ординалист-ской функции полезности индивидуального потребителя. Она предполагает возможность ранжинирования альтернативных состояний экономики, различающихся уровнями полезности членов общества. В нашей двухсубъектной экономике функция общественного благосостояния может быть представлена семейством кривых равного общественного благосостояния (англ, isowelfare curve) в пространстве полезностей.

 

 

Каждая из таких кривых, W1, W2, W3 (рис. 16.5), представляет множество комбинаций полезностей двух субъектов, А и В, характеризующих один и тот же уровень благосостояния их сообщества. Чем дальше от начала координат лежит кривая общественного благосостояния, тем выше его уровень.

 

Мы знаем (раздел 3.3), что оптимум потребителя, или максимум его индивидуальной полезности, графически может быть представлен точкой касания одной из его кривых безразличия и бюджетной прямой, являющейся верхней границей допустимой комбинации потребляемых им благ (рис. 3.9). Что может служить аналогичным бюджетной прямой ограничением при максимизации общественного благосостояния в пространстве полезностей двух субъектов? Таким ограничением может быть кривая возможных полезностей (англ. utility possibility curve), характеризующая все возможные комбинации уровней полезности двух субъектов при выполнении условий Парето-оптимальности.

 

Остановимся на построении кривой возможных полезностей подробнее. Обратимся к рис. 16.6. Рис. 16.6, а во многом повторяет рис. 16.11, иллюстрирующий одновременное равновесие в потреблении и в производстве.

 

Точке Q' на кривой продуктовой трансформации соответствует выпуск блага X в объеме X' и блага Y в объеме Y’. На контрактной кривой СС в коробке Эджуорта OY'Q'X' показаны точки, в которых выполняется условие Парето-эффективности в обмене или в распределении благ.

 

Если выпуск блага X равен ОХ', а блага Y ≈ ОY’, их количества должны распределяться между субъектами А и В так, чтобы это распределение соответствовало координатам точки Е, так как именно в этой точке наклон касающихся одна другой кривых безразличия обоих субъектов равен наклону кривой продуктовой трансформации в точке Q'. Такое распределение благ X и Y между двумя субъектами означает, что в точке Е каждый субъект достигает оптимального уровня удовлетворения, или полезности. Допустим, что этой паре уровней полезности на рис. 16.6, б соответствует точка R'.

 

Рассмотрим теперь точку Q" на кривой продуктовой трансформации, ТТ (рис. 16.6, а).

 

При соответствующем этой точке выпуске благ X в объеме ОХ" и блага Y в объеме Y" мы должны построить в новой коробке Эджуорта, OY"Q"X", новую контрактную кривую и найти на ней точку, в которой наклон кривых безразличия субъектов А и В будет равен наклону кривой продуктовой трансформации в точке Q". Пара уровней полезностей, достигаемых при таком распределении благ X и Y, может быть также отображена на рис. 16.6, б. Допустим, этим отображением будет точка R".

 

Если мы поступим так же в отношении всех точек кривой продуктовой трансформации, ТТ, мы получим множество точек, образующих кривую возможных полезностей, UU, на рис. 16.6, б. Она, очевидно, имеет отрицательный наклон на всем протяжении ≈ чем выше полезность, получаемая одним субъектом, тем ниже полезность, получаемая другим.

 

Общественное благосостояние достигает максимума в точке касания кривой возможных полезностей, UU, и наивысшей из доступных кривой общественного благосостояния, W3, т. е. в точке R*(W*) на рис. 16.6, б.

 

В этом случае распределение доходов окажется таким, что уровни полезности субъектов А и В составят соответственно OU*A и OU*B.

 

Однако невозможно представить столь же прозрачно понятного способа построения кривой общественного благосостояния, агрегирующей определенным образом индивидуальные функции полезности.

 

В тоталитарных странах она совпадает с индивидуальной функцией полезности властителя, в демократических приблизительная ее конфигурация может быть выявлена посредством процедуры, подобной или совершенно аналогичной голосованию (выборам, референдуму, опросам общественного мнения).

 

Но и на этом пути существуют немалые, порой непреодолимые трудности, которые мы рассмотрим в следующем разделе.

 

Сейчас же используем кривую возможных полезностей для того, чтобы обнажить конфликт между эффективностью и справедливостью. На рис. 16.7 кривая UU представляет кривую возможных полезностей, точка Н, находящаяся ниже ее, ≈ неэффективное распределение, поскольку любая сделка в зоне HEF улучшает благосостояние хотя бы одного субъекта без снижения благосостояния другого. Однако, если выбор ограничен альтернативами Н и G, он может быть сделан в пользу неэффективного распределения Н, поскольку эффективное распределение G означало бы снижение благосостояния субъекта В. Поэтому последний, скорее всего, выскажется за неэффективное, но более предпочтительное для него распределение ресурсов.

 

Естественно, что это предпочтительное распределение он будет отстаивать, ссылаясь на его "справедливость". С либеральной точки зрения, ориентированной на рынок, именно рыночное распределение и является самым справедливым, ибо оно "воздает каждому по делам его".

 

В общем же можно выделить три основных взгляда на соотношение эффективности и справедливости при конструировании функции общественного благосостояния.

 

Утилитаристы исходят из представления об общественном благосостоянии как сумме благосостоянии отдельных членов общества. Эголитаристы исходят при оценке общественного благосостояния из принципа равенства или по крайней мере недопущения значительной дифференциации в уровне индивидуального благосостояния. Наконец, либертаристы полагают, что распределение, являющееся результатом действия сил конкурентного рынка, есть в то же время и наиболее справедливое. Выбор той или иной позиции зависит от ценностных суждений людей и не является предметом экономической теории.

 

ПРИМЕЧАНИЕ

 

[1] Bergson A. A Reformulation of Certain Aspects of Welfare Economics // Quart. Journ. Econ. 1938. Vol. 52. Febr.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 |