Имя материала: Модели посткризисного развития: глобальная война или новый консенсус

Часть iткризис отложенных проблем глава 1 мировой кризис: координаты вектора

Подмоченный оптимизм

«Будет переменчиво: тут прилив, там отлив»

Арутюн Хачатрян (Haroutiun Khachatrian), Армения, главный редактор Информационного центра Ноян Тапан

 

Вторая половина 2009 года и начало 2010-го ознаменовались спадом тревожных настроений в отношении мировой экономики и перспектив углубления мирового финансово-экономического кризиса.

Патрик Леблон (Patrick Leblond), Канада, доцент кафедры общественных и международных отношений, университет Оттавы (University of Ottawa): «Кризис как таковой сходит "на нет" с начала осени 2009 года. Однако это не означает, что восстановление мировой экономики произошло окончательно. Безработица по-прежнему высока, процентные ставки все еще очень низки, государственный долг продолжает расти. Что будет с государственным финансированием? Что с текущим поведением банков? Они сейчас получают преимущества дешевых кредитов центральных банков, но это не продлится долго. Что с ними будет дальше? Будет ли их баланс выглядеть так же хорошо?»

Разумеется, об окончательном преодолении кризиса еще не говорят, однако правительства многих стран заявили о достижении дна и постепенном начале оживления. В то же время различные аналитики и аналитические центры предупреждали о ряде растущих рисков. Отмечалось, что к самым серьезным последствиям может привести рост государственного долга в странах, серьезно пострадавших в ходе кризиса, прежде всего в развитых странах. Резко вырос риск возникновения бюджетного кризиса на фоне объема совокупного государственного долга, достигшего 8,5 трлн. долларов.

С другой стороны существуют и весьма оптимистичные оценки перспектив мировой экономики.

ЖЖ Эдвард Джозеф Редмонд (Edward Joseph Redmond), США, президент ERE Corp.: «Я считаю, что кризис подходит к концу. Не сказал бы, что он уже закончился, но точно уже близится к концу, однако процесс восстановления будет длительным».

Аналитики МВФ, например, данную позитивную динамику склонны объяснять положительными тенденциями в странах Азии, о чем свидетельствует достижение почти докризисных темпов роста экономик Индии, Китая, Таиланда и Индонезии.

Однако та же Азия может стать и причиной обвальных явлений в перегретой экономике Китая. Опасения вызывает слишком быстрый рост массы, кредитов, оборотов фондового рынка и вероятности обесценения активов'.

 

1 Ряд аналитиков МВФ обратили внимание на тот факт, что рост объема выданных в КНР кредитов более чем удвоился за один год: с 4,2 трлн. юаней в 2008 году до более чем 9 трлн. в 2009-м. Одновременно в Китае наблюдается рост цен на жилье, превысивший в некоторых городах уровень 60\% в годовом исчислении. К числу феноменов, чреватых рисками, следует также отнести рост китайского фондового рынка на 50\%. Бурный рост, более известный как надувание пузырей, может привести к стремительному обвалу и замедлению темпов экономического роста. Если это произойдет в отношении экономики Китая, являющегося мировым экономическим локомотивом, то это в состоянии спровоцировать очередной мировой экономический спад, который отразится в первую очередь на сырьевых рынках и странах — экспортерах сырья. Кроме того, имеются опасения относительно обвала цен на активы, что может произойти с вероятностью более 20\% и принесет ущерб в размере более ' трлн. долларов, а также относительно сбоев в международном управлении процессом создания новой мировой финансовой архитектуры, которые также имеют вероятность 20\%, и ущерб от которых оценен в сумму от 250 млрд. до ' трлн. долларов.

По прогнозным данным ООН, в 2010 году мировая экономика вырастет на 2,4\% после падения в 2009-м на 2,2\%. Лидерами роста в 2010 году будут ведущие экономики Азии. Специалисты ОПЕК прогнозируют рост мировой экономики в 2010 году на 2,9\% против падения на уровне 1,1\% в 2009-м. Capital Economics считает, что мировой ВВП в 2010 году увеличится на 2,7\%. Агентство Moody's придерживается более скромных оценок и ожидает для мировой экономики в 2010 году плавной тенденции к смене падения ростом.

Региональные оценки основных центров мировой экономической мощи также оптимистичны.

По мнению экспертов ЕБРР, европейский ВВП вырастет в 2010 году на 3,3\%; по оценкам Bloomberg, прирост американского ВВП в 2010-м будет самым большим с 2004 года и составит 3,5\%; правительство Японии прогнозирует увеличение ВВП страны на 1,4\% в 2010 году, а министр промышленности и информационных технологий КНР Ли Ичжун заявил, что правительство Китая поставило цель — добиться роста экономики в 2010 году на 8\%.

ЖЖ Жё Стаерт (Jo Steyaert), Бельгия, генеральный директор iVOX: «Промышленность прошла самую глубокую точку кризиса. Мы можем видеть, что для рынка услуг кризис был менее суровым, чем мы думали, и что ситуация в бизнесе стала улучшаться».

В целом дискуссии в мировом экспертном сообществе переместились из поля обсуждения сценариев конца света в область определения кривой, по которой в дальнейшем будет развиваться мировая экономика. Сообщество аналитиков перестало спорить о преодолении кризиса, приняв это положение как, безусловно, истинное, и принялось спорить о форме кривой посткризисного развития, быстро разделившись на сторонников «V», «W», «U» и «L» концепций.

Поэтому статистика мнений, высказанных в ходе настоящего исследования экспертами в ответ на вопрос «Улучшится или ухудшится ситуация в мире в 2010 году?», выглядит вполне предсказуемой (Диаграмма 1).

Как мы видим, подавляющее большинство экспертов демонстрируют оптимизм в оценках ближайшего будущего: только менее четверти респондентов ожидают, вопреки благоприятным прогнозам МВФ, что сит у-ация ухудшится. При этом в данном вопросе эксперты из развитых и развивающихся вполне единодушны.

Часть экспертов затруднилась дать однозначный ответ в оценках перспектив 2010 года, ставя это в зависимость от целого ряда входящих условий: дальнейших мер поддержки экономики со стороны центральных банков и правительств, координации усилий на межгосударственном уровне, эффективности решения проблем регулирования финансовых рынков и т.п.

ЖЖ Паоло Раймонди (Paolo Raimondi), Италия, экономист, автор статей в итальянской ежедневной газете «ItaliaOggi»: «Это зависит от решений, которые правительства намерены совместно принять. В настоящее время существует множество планов глобальной реформы, но принято слишком мало решений и предпринято слишком мало действий, включая рамки G-20. Улучшения и ухудшения зависят от решений людей и правительств. Нет недостатка в проектах и идеях реформ. Но нет консенсуса у стран и правительств в области реформирования системы. Суверенные государства осуществляют активное вмешательство в банковскую систему в целях спасения разваливающихся банков, но сегодня они делегируют слишком много полномочий в области реформ банковской системе и рынку. Мы должны с полным уважением относиться к экономической свободе, однако сегодня правительствам следует решить историческую задачу по построению новой социально ориентированной экономики свободного рынка».

ЖЖ Владимир Дробиз (Vladimir Drobiz), Россия, директор Центра изучения федерального рынка алкоголя (ЦИФРА): «Будет лучше, если ситуация ухудшится. Это заставит думать. Если улучшится, то думать о глобальных проблемах перестанут».

Однако характеризуя текущее состояние мирового кризиса, респонденты отвечают гораздо более сдержанно (Диаграмма 2А).

 

Большая часть экспертов, участвовавших в данном исследовании, склоняются к мнению, что глобальный финансово-экономический кризис в основном завершился, но их доля уже значительно меньше, чем доля оптимистично оценивающих перспективы мировой экономики в 2010 году.

При этом в оценке текущего состояния кризиса зафиксированы определенные различия в ответах экспертов из развитых и развивающихся стран. Из Диаграммы 2Б видно, что представители развитых стран гораздо более оптимистичны в характеристиках текущего кризиса: почти 70\% экспертов склоняются к мысли, что кризис в основном завершился. А среди представителей новых индустриальных стран такого мнения придерживаются 50\%, в то время как 44\% ожидают, что основная волна кризиса еще впереди.

ЖЖ Алексей Мухин (Alexei Mukhin), Россия, генеральный директор Центра политической информации: «Страх прошел, но паника осталась...»

ЖЖ Константин Матвиенко (Konstantin Matvienko), Украина, руководитель Корпорации стратегического консалтинга «Гардарика»: «Кризис еще не задел основных мировых инфраструктур коммуникации. Он начнется тогда, когда возникнут проблемы с транспортом, связью, гидро- и энергоресурсами, а также тогда, когда из-за этого начунтся конфликты».

2 Этот тренд подробно анализировался в предыдущем докладе Института посткризисного мира «Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность решений».

Вполне возможно, что раскол во мнениях экспертов в данном вопросе связан с тем, что в развивающиеся страны кризис был импортирован и по этой причине воспринимается как очередное подтверждение финансовых, инвестиционных и политических дисбалансов, характеризующих сегодняшний миропорядок2. Эксперты из этих стран нацелены на выра

ботку более справедливого мирового финансового порядка, способствующего разрешению фундаментальных противоречий, накопленных глобальной экономической системой.

Также примечательно, что мнение о незавершенности кризиса высказывают большей частью профессионалы-экономисты, склонные к строгим и точным расчетам.

Аделия Атабаева (Adelya Atabaeva), Узбекистан, финансист Ассоциации европейского бизнеса: «Основная волна кризиса еще впереди. Этот кризис можно сравнить с землетрясением, когда начинаются толчки-предвестники, а потом идут мощные толчки, так вот — мощного толчка в данном кризисе еще не было».

Арташес Газарян (Artashes Gazaryan), Литва, основатель Школы демократии и управления: «Это было неслучайным событием. Грядет новый тип экономики — турбулентный. Мира и спокойствия более не будет. Мы должны научиться управлять новым качеством экономического бытия — хаосом, который имеет свои закономерности и правила поведения, — в целях наиболее эффективного выживания».

Саймон Чарльз Перси Германт (Simon Charles Percy Hermant), Канада, независимый бизнес-консультант: «Кризис не окончен, и насколько бы пессимистичным это ни казалось, особенно учитывая сегодняшний оптимизм, необходимо намного больше, чем 6 месяцев, чтобы наверстать 5 лет безответственности. Мы исходим не из V-образной кривой, а из W-образной. Давайте просто надеяться, что следующий экономический спад будет меньшим, чем первый. Это под нашим контролем до тех пор, пока мы концентрируемся на нескольких критических факторах, таких как борьба с дефляцией (урок, который мы получили из ситуации в Японии), чистка наших банков, сохранение кредита доступным, снижение государственного долга».

Таким образом, результаты выглядят парадоксальными: несмотря на очевидные позитивные сигналы, исходящие от мировой экономики, будущее не представляется однозначно позитивным достаточно большой доле экспертов.

 

Что в конце тоннеля?

«Кризис — как шахматы: нужно думать на пять ходов вперед»

Олег Хе (Oleg Khe), Казахстан, президент медиахолдинга Business Resource

 

Тренд падающей планки оптимизма особенно ярко проявился в оценке итогов 2009 года (Диаграмма ЗА). Здесь мнения экспертного сообщества разделились уже примерно поровну лишь с весьма незначительным перевесом в сторону оптимизма.

Позитивно настроенные эксперты отмечали, что 2009 год стал для мировой финансовой системы годом продуктивного переосмысления кризисных явлений и началом оздоровительных преобразований.

Глен Одгорд (Glen Odgaard), Дания, юрист юридической фирмы ADVODAN: «Я настроен очень оптимистично, так как считаю, что кризис — это естественное экономическое явление, которое случается каждые 7—10 лет. Это был не самый худший для меня год, как и для всех, кто был подготовлен. Я бы назвал 2009 год основанием для новых начинаний».

В то же время значительная часть экспертов видит результаты 2009 года в мрачных тонах. Самый важный вывод, высказанный экспертами при ответе на вопрос «Каков, на Ваш взгляд, главный итог 2009 года?», в основном сводился к идее, что все предпринятые за год действия оказались малорезультативными и не способными избавить мировую финансовую систему от кризисных потрясений.

Показательным является тот факт, что представители развитых стран больше склонны оценивать результаты 2009 года позитивно, в то время как мнения респондентов из развивающихся стран разделились примерно поровну, выявив, таким образом, неоднозначную позицию относительно итогов антикризисных действий, предпринятых мировым сообществом в 2009 году (Диаграмма ЗБ).

Весьма вероятно, что различия объясняются теми же причинами, что и в случае оценки перспектив кризиса. К этому следует добавить степень остроты восприятия кризисных последствий, обусловленную невысоким уровнем потребления. Если для представителя развитой страны снижение уровня потребления, допустим, на 30\% означает лишь снижение уровня комфорта, то такое же падение потребления для представителей ряда развивающихся стран означает, что они поставлены на грань голода и физического выживания.

Наиболее интересны те метафоры и содержательные оценки, которые давали участники нашего исследования итогам 2009 года (Диаграмма 43). Мы постарались сгруппировать все оригинальные, меткие и яркие суждения наших экспертов в несколько категорий. Именно этот содержательный анализ позволил нам квалифицировать отношение участников исследования к итогам прошедшего года как «осторожный оптимизм», поскольку позитив в оценках зачастую оказывается весьма условным.

' Сумма ответов превышает 100\% в связи с тем, что респондент мог выбрать несколько вариантов ответа.

Так, например, в группу «осторожных оптимистов» вошли все те эксперты, которые оценивают 2009 год как год «затянутых поясов» и упорных антикризисных действий правительств, благодаря чему ценой больших усилий удалось не сорваться в бездну, избежать неконтролируемого взрыва и распространения кризиса. Однако развитие ситуации в дальнейшем, по мнению данных экспертов, представляется весьма туманным.

ЖЖ Микка Пинеда (Mikka D. Pineda), США, аналитик Roubini Global Economics LLC: «2009 год был годом оказания "первой помощи". Пациент находится на столе, ему были сделаны необходимые процедуры против ишемии финансовых метаболических путей, по которым капитал доставляется в нужные отделы экономики, но болезнь еще не отступила. Доктора сумели купировать неудержимое развитие болезни, положение стабилизировалось, но пациент не вернулся к нормальному состоянию. Мир продолжает оставаться больным».

ЖЖ Василий Фофанов (Basil Fofanov), Франция, независимый журналист: «В некотором смысле мы наблюдаем сейчас выздоровление от простуды человека, больного раком. Хотя исчезновение высокой температуры и постепенное прекращение насморка не может не радовать, главные испытания здоровью этого человека еще впереди».

ЖЖ Патрик Леблон (Patrick Leblond), Канада, доцент кафедры общественных и международных отношений, университет Оттавы (University of Ottawa): «Правительства монетарными и фискальными мероприятиями предотвратили депрессию. Однако не ясно, сколько глубинных причин кризиса было рассмотрено».

К этой же категории относятся и те респонденты, кто назвал 2009 год «годом хрупкой надежды». Здесь эксперты выразили убеждение в том, что теперь все начнет меняться к лучшему, что наметилась если не тенденция к росту, то стабилизация и что появилась надежда на преодоление кризиса.

Сергей Пахомов (Sergei Pakhomov), Россия, председатель Комитета государственных заимствований Москвы: «Главным итогом 2009 года является окончание экономического

спада и появление первых признаков экономического роста в ряде ведущих стран. Год можно

назвать годом возрождения хрупких надежд».

К лагерю условных оптимистов также можно отнести и тех, кто оценил 2009 год как год «несостоявшегося Армагеддона», когда мир избежал самой страшной катастрофы и ужасные прогнозы не сбылись. Эту группу дополняют эксперты, назвавшие кризисный год временем для «сотрудничества». По мнению данных экспертов, в 2009 году наблюдалось международное сплочение, а политиками были сделаны правильные выводы из случившегося.

ЖЖ Андрей Галушка (Andrij Halushka), Великобритания, главный аналитик Calyon, корпоративный и инвестиционный банк Credit Agricole (Credit AgricoleCorporate and Investment Bank): «Год "несбывшегося Армагеддона". Слухи о кончине капитализма оказались сильно преувеличенными».

Что же касается лагеря явных пессимистов, то большинство из них называет 2009 год годом «несбывшихся желаний», подразумевая при этом нереализованные властями возможности, застой, отсутствие необходимых изменений, неисправленные системные ошибки, которые ведут к затяжной болезни экономики.

Николай Чуксин (Nikolai Chuksin), Россия, экономист, писатель, публицист: «Год судорожных попыток сохранить здоровый палец на смертельно больном организме».

Миленко Гудич (Milenko Gudic), Словения, директор Международной академии управления учителей (CEEMAN's IMTA); консультант, экономический институт Белграда (Economics Institute Belgrade): «В таких случаях мы говорим "замести мусор под ковер" — уборка проводится так, чтобы только мусора не было видно. То, как разбирались с этим кризисом, очень похоже на одалживание денег не только у своих детей, но и у своих правнуков. Это все равно, что взять в долг от их имени».

Целый ряд экспертов, относящихся к группе пессимистов, вообще считает, что ушедший год — это предвестник еще более худшего, обозначив данный момент в истории как «глаз бури», или начало развала.

А. Хузайме Бин Абдул Хамид (A. Huzaime Bin Abdul Hamid), Малайзия, экономист, независимый исследователь: «"Глаз бури". Все кажется спокойным и стабильным в этот момент, но ситуация очень хрупкая. И второй раунд уже за поворотом».

Саад Бин Ахмед (Saad Bin Ahmed), Саудовская Аравия, инвестиционный менеджер Foras International Investment Company: «Думаю, что мир только что столкнулся с гигантской катастрофой, но, возможно, не самой худшей. Самая худшая еще впереди — с целой серией бурных кризисов во всех аспектах (естественных или созданных руками человека)».

Михайло Винницкий (Mychailo Wynnyckyj), Украина, руководитель Докторской школы Киево-Могилянской академии: «Начало развала Римской империи».

Третья группа (более 20\% участников исследования) рассматривает 2009 год как время «великого перелома». При этом здесь невозможно выделить однозначно позитивную или однозначно негативную оценку происходящего, но совершенно очевидно, что, с точки зрения одних экспертов, кризисный год имел положительные моменты, а именно — вселил понимание, преподнес соответствующие уроки, заставил проявить ответственность и т.п. С точки зрения других, «великий перелом» знаменует крушение иллюзий монетаризма и либерализма и, в результате, конец существующей эпохи.

Алексей Дрозжилов (Alexei Drozzhilov), Россия, управляющий резервными фондами Центрального банка Российской Федерации (ЦБ РФ): «2009 год — переход от острой фазы к хронической. Это можно назвать временем "великого перелома"».

Валерий Пекар (Valerii Pekar), Украина, президент компании «Евроиндекс Лтд.»: «Главный итог года — понимание, что быстро это не кончится, и что адекватной модели происходящего пока нет. Метафора: люди в лодках понимают, что их вынесло из реки в море».

Хаим Брейтерман (Haim Breiterman), Израиль, публицист, философ: «2009 год — один из кризисных годов многолетней эпохи перестройки человечества, его перехода на новый уровень цивилизации. Это период предродовых схваток, которые продлятся десятилетия. Новое человечество рождается в муках».

 

Ожидания новой волны

Диаграмма 5

Все эксперты

Еще одной «проверкой на прочность» в отношении веры мирового экспертного сообщества в благополучное будущее может служить прогноз участников исследования по поводу ожидаемых сроков наступления следующего глобального кризиса. Распределение мнений по этому вопросу мы можем видеть на Диаграмме 5. При этом необходимо отметить, что какие-либо принципиальные различия в ответах экспертов из развитых и развивающихся стран здесь отсутствуют.

Только 15\% участников исследования выражают надежду, что следующий глобальный кризис наступит не ранее чем через 15—20 лет.

ЖЖ Гулимжан Сулейменова (Gulimzhan Suleimenova), Казахстан, директор Института модернизации государственного управления, Академия государственного управления при Президенте РК: «Если главы государств осознали, насколько взаимопереплетены капиталы во всем мире и как они влияют на социально-экономическое положение стран, и сделают правильные выводы, будут строить политику недопущения кризиса, то следующий кризис можно ожидать через 15—20 лет. В противном случае уже скоро будут иметь место локальные кризисы, которые спровоцируют глобальный».

Порядка половины экспертов видят наступление следующего кризиса через 5—10 лет, при этом ожидаемая передышка связана не столько с верой в оздоровление мировой экономики, сколько с представлениями о классическом 7—10-летнем цикле деловой активности и с определенной инерцией финансовых и экономических процессов.

Ярослав Лисоволик (Yaroslav Lisovolik), Россия, главный экономист Deutsche UFG:

«Я ожидаю следующий кризис не ранее чем через 5—10 лет и думаю, что процессы кризисов и восстановления из кризисов обладают большой инерцией. И если мы сейчас находимся в фазе восстановления, то эта фаза будет идти довольно продолжительное время. Вряд ли можно ожидать, что новый кризис возникнет в краткосрочной перспективе».

Фелиппе Кадемартори Араужо (Felippe Cademartori Araujo), Япония, научный сотрудник, университет Нагойи (Nagoya University): «Большие глобальные диспропорции в финансовых потоках и капитале вряд ли сохранятся. Текущий вид нарушений в денежно-кредитной и инвестиционной политике, похоже, снабжает топливом безнадежные кредиты и мыльные пузыри цен на активы в странах Азии, экономика которых привязана к доллару, и странах с товарно-ориентированной экономикой. Большинство первых опираются на весьма эффективный контроль банковской деятельности правительством, а большинство последних зависят от того, насколько сильный спрос в Азии. Следовательно, кажется невероятным, что такой сценарий приведет к другому глобальному кризису в ближайшее время».

И наконец, довольно значительная группа — более 30\% участников опроса — ожидает наступления глобального коллапса в течение ближайших трех лет.

Мустафа Бадави (Mustafa Badawy), Колумбия, предприниматель, основатель компании Colacom: «Мое мнение таково, что будут драматические изменения в 2012 году. Никто не знает, как мир будет меняться, но это будет. Во всяком случае, мы не можем продолжать эксплуатировать планету Земля так же, как мы это делаем сейчас».

Адриано Бенайон (Adriano Benayon), Бразилия, профессор экономики, университет Бразилиа (University of Brasilia); автор книги «Глобализация против развития»: «Довольно скоро. Возможно, в следующем, 2010 году. Мы находимся в преддверии длительной финансовой дестабилизации, сопровождаемой затяжной депрессией. И то, и другое началось в 2007 году и продлится много лет, пока не произойдут серьезные изменения в политическом устройстве большинства стран».

При этом многие эксперты, разделяющие эту точку зрения, говорят не столько о «новой волне», сколько о кризисе как перманентном явлении, которое будет характеризоваться нарастающим масштабом и глубиной проблем.

Майкл Интрилигатор (Michael Intriligator), США, профессор экономики, политических наук и государственной политики, университет Калифорнии (University of California):

«Я прогнозирую, что текущий спад не окончится до 2013 года, но может случиться временное восстановление, за которым последует еще один коллапс в форме буквы W — зигзагообразной формы».

Дидье Сорнетте (Didier Sornette), профессор, специалист по вопросам предпринимательских рисков, Швейцарская высшая техническая школа Цюриха (Swiss Federal Institute of Technology Zurich): «Финансовый и экономический мир настолько переполнен финансовыми левереджами и настолько выбит из равновесия, что в течение следующих одного или двух десятилетий произойдет серия кризисов, а не один».

Стефан Филлип (Stefan Phillip), США/Италия, генеральный директор Sovereign Media Inc.:

«Западные банки в ЕС и США неплатежеспособны. Япония также находится на грани долларового падения, это — цепная реакция, много валют в опасности, в конечном счете. Сейчас начинается новый продовольственный кризис, возникший из-за неурожая в США, что повлечет нехватку продовольствия, а это спровоцирует импортирующие страны снизить курс доллара по отношению к курсу национальной валюты, чтобы купить продовольствие, которое станет более дорогим из-за снижения объемов предложения».

Игорь Аверин (Igor Averin), Украина, технический директор ТРК Люкс: «Я не вижу в указанных временных рамках "другого" кризиса. Вижу только развитие и трансформацию начинающегося. Безусловно, все эти временные рамки (начала кризиса и его фазы) можно двигать в некоторых пределах (год — три) конкретными действиями финансовых властей. На короткое время можно даже "изобразить" некое подобие окончания кризиса. Но без расчистки накопленных долговых завалов это ни к чему толковому не приведет. К сожалению, единственный способ, которому научилось человечество для списания глобальных долгов, — это война».

Константин Матвиенко (Konstantin Matvienko), Украина, руководитель Корпорации стратегического консалтинга «Гардарика»: «Текущий кризис демонстрирует управленческую беспомощность и стратегическую некомпетентность элит. Следующий кризис будет характеризоваться возрастающим количеством источников нестабильности и распадом существующих инфраструктур, если не будут предложены и реализованы экстренные меры по упреждению этих явлений».

Таким образом, мы видим, что подавляющее большинство экспертов (порядка 85\%) ожидают новую волну мирового кризиса уже в ближайшем десятилетии. И подобное распределение оценок вряд ли свидетельствует только о том, что опрошенные нами специалисты следовали в своих прогнозах известным циклам экономической активности (Китчи-на, Жуглара, Кузнеца и Кондратьева), которые можно «упаковать» во временные отрезки на шкале от 3 до 40 лет. Ведь в данном случае речь шла не о колебаниях ВНП, инфляции, занятости или цен на товарные запасы, а о новом цунами глобального системного кризиса.

Очевидно, что, подобно тому как прогноз развития болезни зависит от правильности диагноза и, самое главное, знания ее этиологии, так и диагностика причин текущего глобального кризиса может объяснить соотношение числа пессимистических и оптимистических прогнозов, а также стать основанием для формирования новых прогнозов.

В этой связи наиболее значимый вопрос следует сформулировать следующим образом: «Являются ли вышеперечисленные процессы, однажды начавшись, автономными и независимыми от течения финансово-экономического кризиса или по мере снижения остроты последнего они также будут ослабевать или терять свой угрожающий масштаб?» Наверное, однозначный ответ на этот вопрос сегодня дать невозможно. Однако можно обнаружить целый ряд косвенных сигналов, которые позволяют определить вектор грядущих изменений глобального миропорядка. Об этом пойдет речь в следующей главе.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 |