Имя материала: Модели посткризисного развития: глобальная война или новый консенсус

За кнр следуют германия и сша.

ЖЖ Александр Апокин (Alexander Apokin), Россия, эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования: «План Германии по выкупу токсичных активов и утилизационная премия за автомобили — два, на мой взгляд, самых эффективных антикризисных решения. Об этом говорит и их копирование — утилизационную премию скопировали десяток стран (в том числе США), а план выкупа активов — Ирландия, в наибольшей степени пострадавшая от финансовой части кризиса, и Корея».

Четвертое место отдано Бразилии, а пятое — Индии, что отражает перспективы экономик этих региональных лидеров, членов БРИК.

 

Эдвард Джозеф Редмонд (Edward Joseph Redmond), США, президент ERE Corp:

«Насколько я понимаю, Австралия и Бразилия уже перешли к стадии оживления, поэтому я бы сказал, что у этих двух стран наилучшая политика в рамках текущего кризиса. Также Китай, кажется, находится впереди всех остальных стран, стимулирующих экономику и преодолевающих кризис. В общем, я бы сказал, что Европа и США предприняли недостаточно совместных усилий, чтобы устранить проблемы и сократить во имя собственного же блага время протекания кризиса».

ЖЖ Стив Кин (Steve Keen), Австралия, профессор экономики, университет Западного Сиднея (University of Western Sydney): «Бразильская инициатива, направленная на блокирование спекуляций с ее валютой, заслуживает высокой оценки».

Все эти оценки в целом являются объективным отражением того, как названные государства справились с кризисом. Так, по данным МВФ, в процессе развития глобального кризиса обнаружились страны, которые оказались менее других подвержены его влиянию

и смогли более эффективно и быстро справиться с кризисными явлениями. Положительную динамику в условиях глобального финансово-экономического кризиса удалось сохранить, в частности, Китаю и Индии.

Необходимо отметить очень оперативную и весьма масштабную китайскую программу стимулирования внутреннего спроса. Падение экспорта было компенсировано системой мер по активизации внутреннего спроса и программой увеличения внутреннего потребления. При этом большая доля антикризисных расходов пришлась на борьбу с безработицей. Всего на борьбу с кризисом Китай израсходовал порядка 600 млрд долларов. Менее зависимая от экспорта Индия первой объявила о сворачивании своей антикризисной программы.

А. Хузайме Бин Абдул Хамид (A. Huzaime Bin Abdul Hamid), Малайзия, экономист, независимый исследователь: «Закрытые счета движения капитала в Китае и Индии, вероятно, являлись единственным крупнейшим фактором экранирования последствий финансового кризиса, хотя на эти страны оказало влияние и снижение экспорта, и сокращение прямых иностранных инвестиций. Тем не менее увеличение потребления за счет их огромного населения может стать двигателем их экономик в ближайшей перспективе».

Адриано Бенайон (Adriano Benayon), Бразилия, профессор экономики, университет Бразилиа (University of Brasilia); автор книги «Глобализация против развития»: «Индия и Россия показали результаты выше средних, если принять во внимание не только их стратегию, но и некоторые неблагоприятные стартовые условия структурного характера. Индия предусмотрительно закупила значительные объемы золота. Китай — очень сложный для анализа объект: его правительство поступает мудро, продолжая совершать объемные инвестиции в инфраструктуру, но при этом воздерживается от того, чтобы избавиться от резервов в триллион долларов. Стремясь избежать конфронтации и предотвратить тяжелые потери, Китай содействует пролонгации неблагоприятного влияния, порожденного нынешней мировой денежной системой».

Напоследок хотелось бы обратиться к результатам прошлого исследования нашего института9, проведенного в апреле-мае 2009 года. Тогда мы также задавались вопросом о странах, которые демонстрируют, по мнению мирового экспертного сообщества, интересные антикризисные решения в финансовой сфере. Изменения, произошедшие за этот период в шорт-листе государств-лидеров в преодолении последствий кризиса, представляются весьма любопытными. Так, рейтинг США в глазах экспертов существенно снизился, тогда как Китай по-прежнему сохраняет свои лидирующие позиции. Из топ-списка исчезла Франция, ранее занимавшая в нем третье место, зато появились Индия и Австралия. Германия и особенно Бразилия значительно улучшили свои позиции, а Великобритания и Россия несколько «потеряли в весе». Примечательным остается то, что и тогда и теперь скромные, но стабильные позиции удерживает в этой компании тяжеловесов Казахстан.

«Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность решений», июнь 2009 г.

Сергей Расов (Sergei Rasov), Казахстан, политический обозреватель Politcom.ru: «Казахи быстро сообразили (кризис начался раньше, чем у других) и смогли не допустить массовой безработицы и спада производства. В глобальном плане хвала Назарбаеву, пусть и не проходят его инициативы о введении справедливой мировой валюты, но капля камень точит».

«Кто отвечает за экономику?»

«Абсолютизм рынка — путь к системному кризису»

Валерий Геец (Valery Geets), Украина, директор Института экономики Национальной академии наук (НАН) Украины

 

Прежде чем перейти к тому, что наши эксперты видят в качестве универсального лекарства от кризиса, было бы интересно обратиться к данным мировых институтов, описывающих последствия кризиса для разных стран мира.

По данным МВФ, в группу наиболее пострадавших от мирового финансово-экономического кризиса стран попали Латвия, Сейшельские острова, Эстония, Исландия, Ирландия, Венесуэла, Сингапур, Литва, Украина и Ямайка. Причины такого положения были различными. Для прибалтийских республик бывшего СССР — Латвии, Эстонии и Литвы — кризису предшествовало бурное развитие, вызванное получением доступа к рынкам Европейского союза. Кризис вызвал обвальное сокращение торговли и, следовательно, доходов. На фоне весьма большого размера совокупного кредита, полученного корпорациями и домохозяйствами в европейских банках, падение доходов означало невозможность погашения задолженности по кредитам в срок, что спровоцировало тяжелейшую экономическую обстановку во всех трех республиках, хотя в Литве острота экономических проблем несколько меньше, чем в Латвии и Эстонии. Похожим образом ситуация развивалась и на Украине, где был побит европейский рекорд по уровню инфляции, хотя причины перегрева экономики этой страны были иными.

В финансовой области лежат и проблемы Сингапура, который является одним из международных центров банковского дела и торговли. Ошибки исландских финансовых аналитиков и организаторов банковского бизнеса также привели к тяжелейшим последствиям.

В Ирландии, подобно США, схлопнулся масштабный мыльный пузырь в области недвижимости, который нанес колоссальный удар по национальной банковской системе. В Венесуэле нерациональное использование нефтяных сверхдоходов породило в конечном счете инфляцию на уровне, приближающемся к 40\%.

Среди крупнейших экономик мира от кризиса в наибольшей степени пострадали Турция, Россия, Сингапур, Мексика, Япония, Гонконг, Венгрия и Германия.

Лидером по негативному воздействию кризиса оказалась Турция, на втором месте — Россия.

Орхан Эльбей (Orhan Elbeyi), Турция, менеджер BDK Consultancy: «Правительство моей страны не делает ничего — за исключением мер стимулирования автомобильного сектора».

Нетрудно заметить, что здесь проявились два интересных феномена: наиболее негативное влияние испытали, во-первых, страны, в большей степени ориентированные на внешние рынки и обладающие при этом низкой эластичностью спроса на экспортируемые товары на внутренних рынках, во-вторых, страны, имевшие в структуре ВВП наибольший удельный вес сферы услуг и других отраслей нематериального производства.

Очевидно, что в условиях кредитных ограничений и общемирового сокращения потребления прежде всего страдает банковская и, шире, финансовая система, а за ней те отрасли, продукция которых не обладает витальной полезностью или не может найти эффективного спроса на внутреннем рынке при резком сокращении рынков международных. Немедленной антикризисной реакцией явилась попытка поддержать экономический метаболизм путем масштабных государственных вливаний. Однако эта самая простая реакция без дополнительных шагов чревата возникновением новых проблем.

Анника Меландер (Annika Melander), Бельгия, начальник отдела прогнозов и экономической ситуации, Генеральный директорат по экономическим и финансовым вопросам, Европейская Комиссия (DG for economic and financial affaiirs, European Commission): «В ЕС координированное фискальное стимулирование предупредило полный коллапс экономической активности и проложило путь для постепенного улучшения ситуации. Однако это произошло за счет увеличения государственной задолженности и дефицита бюджета государств — членов ЕС. Это проблема, которая должна быть решена в ближайшее время, чтобы обеспечить долгосрочную устойчивость государственных финансов».

Страны пострадали от кризиса в различной степени благодаря особенностям структур национальных экономик и, следовательно, неодинаковой уязвимости для глобального финансово-экономического кризиса. Однако, как мы видели выше на примере Казахстана, который в значительной мере зависит от сырьевого экспорта, но в то же время показал неплохие успехи в области борьбы с кризисом, существует фактор антикризисной устойчивости, который не связан со структурой производства. Таким фактором является антикризисная стратегия правительства. Эффективность антикризисных стратегий различна, стратегия тем более эффективна, чем хуже для той или иной национальной экономики исходные структурные условия.

Стефан Филлип (Stefan Phillip), США/Италия, генеральный директор Sovereign Media Inc: «Они никогда не извлекают уроков, поскольку они сумасшедшие, и не заботятся ни о чем, они хотят хаоса в США и СОЗДАЮТ проблемы! Люди не могут поменять правительства, потому что те НЕКОНТРОЛИРУЕМЫ».

Поэтому следующий вопрос, заданный экспертам, — это «Какой главный урок из мирового кризиса должно вынести правительство Вашей страны?» Распределение

ответов представлено на Диаграмме 16'°.

Как мы можем видеть, оптимальными вариантами развития, по мнению международного экспертного сообщества, являются:

Развитие внутренних рынков

Планирование

Усиление госрегулирования

Реформа финансовой системы

Индустриализация

Неспособность вынести уроки

Изменение мировой финансовой...

Уменьшение госрегулирования

развитие внутренних рынков (в том числе защита национальных интересов, поддержка малого и среднего бизнеса, стимулирование внутреннего спроса и т.п.);

долгосрочное комплексное государственное планирование;

усиление государственного и межгосударственного регулирования.

Именно в этих сферах должны быть сосредоточены наибольшие усилия национальных правительств. И здесь мы также фиксируем возникновение новых трендов в нашей глобальной экспертизе. Если вновь обратиться к результатам предыдущего исследования нашего института, то еще 6—8 месяцев назад в центре внимания экспертного сообщества были реформы финансовых систем — прогресс именно в этой сфере казался тогда большинству специалистов искомой панацеей.

 

10 Сумма ответов превышает 100\% в связи с тем, что респондент мог выбрать несколько вариантов ответа.

По всей видимости, в парадигме ожидания следующего мирового кризиса увеличивается горизонт прогнозирования, фокус внимания экспертного сообщества смещается с проблем функционирования финансовых рынков к базовым проблемам экономики и управления страновыми рисками.

Главная опасность экономического кризиса заключается в остановке оборота - экономического метаболизма, что в аналогии с биологическим организмом эквивалентно смерти. Именно по этой причине правительства осуществляли миллиардные вливания в национальные банковские системы. Однако никаких особых интеллектуальных усилий и сложной экспертизы меры такого рода не требуют. Кроме того, они сами по себе не в состоянии обеспечить стабильного функционирования экономики в среднесрочной перспективе, поскольку финансовые затруднения неизбежно сказываются на производстве. А поддержка производства, стимулирование внутренних рынков является задачей, во-первых, гораздо более долгосрочной, чем поддержка банковского сектора, а во-вторых, гораздо более интеллекту-альноемкой и требующей всестороннего анализа рисков.

При этом следует учитывать, что производство представлено предприятиями различного масштаба. Наиболее уязвимым сектором является мелкий и средний бизнес. Будучи, с одной стороны, экономически уязвимым вследствие небольшого объема резервов, с другой — малый и средний бизнес отличается повышенной мобильностью, адаптивностью и потенцией к быстрому росту в относительно благоприятных условиях. Он обладает значительными возможностями по созданию рабочих мест, стоимость которых неизмеримо ниже, чем в крупных компаниях, нуждающихся в значительных инвестициях. По этой причине указанный сектор является предметом особой заботы государства, осуществляющего рациональную стратегию в кризисный период.

Вопрос о внутреннем рынке во многом является вопросом о пределах управления. Безоглядная ориентация на мировой рынок в условиях глобализации и практического отсутствия эффективных регуляторов этого рынка чревата столкновением с сокращением эффективного спроса. Понимая это, государство должно заранее разработать стратегию экстренной переориентации национального производства с мировых рынков на внутренние или региональные, если последние так или иначе контролируются правительством страны.

ЖЖ Геннадий Кононенко (Gennady Kononenko), Россия, заместитель главы Московского представительства южнокорейской компании SoBig Co.LTD: «Именно сейчас на арену вышли ПРОИЗВОДИТЕЛЬ и ПОТРЕБИТЕЛЬ — наиболее неуклюжие и вялые участники мировой экономики. На мой взгляд, одним из возможных путей выхода из кризиса может быть поддержка малого и среднего предпринимательства (в сфере торговли), эти компании способны быстро обернуть средства и получить пусть даже не сверх-, но прибыль. В отличие от крупных торговых компаний, которым требуется значительно большее количество средств для поддержания своей инфраструктуры, более мобильные игроки-торговцы могут даже иногда "сработать в ноль" с целью осуществления самой сделки и формирования репутации. Именно таким компаниями нужна реальная финансовая помощь со стороны государства».

Досым Сатпаев (Dosym Satpaev), Казахстан, директор компании «Группа оценки рисков»:

«Опираться на внутренние ресурсы развития и источники фондирования, развивать реальный сектор экономики».

Дмитрий Евстафьев (Dmitry Evstafiev), Россия, вице-президент Компании развития общественных связей (КРОС): «Ккризису надо готовиться. Главное для преодоления кризиса — внутренний рынок и внутренние источники экономического роста».

Фелиппе Кадемартори Араужо (Felippe Cademartori Araujo), Япония, научный сотрудник, университет Нагойи (Nagoya University): «Настало время для японского правительства и Центрального банка увеличивать внутренний спрос, схватить "быка за рога" — обуздать дефляцию с помощью более агрессивной монетарной политики».

Столь же большое значение для национальной экономики, переживающей кризисный период, по мнению экспертов, имеет государственное стратегическое планирование и координация стратегии с важнейшими участниками рынков. Это тот же вопрос о пределах управления, что и в случае с развитием внутреннего потребления и внутренних рынков.

История национальных экономик 20-го столетия наглядно продемонстрировала ряд примеров чрезвычайно эффективной государственной стратегии в условиях рыночной экономики. Это относится к послевоенным Германии и Японии, а также к некоторым странам Юго-Восточной Азии.

В этой связи весьма показателен вопрос, заданный отцом «немецкого экономического чуда» Людвигом Эрхардом кабинету министров: «Кто отвечает за экономику?» Ответа Эр-хард не получил и тогда ответил сам: «За экономику отвечает государство».

ЖЖ Вальтраут Урбан (Waltraut Urban), профессор экономики, Венский институт международных экономических исследований (Vienna Institute for International Economic Studies):

«Необходимо делать сбережения в благополучные времена, чтобы иметь достаточно денег на черный день».

Андрей Галушка (Andrij Halushka), Великобритания, главный аналитик Calyon, корпоративный и инвестиционный банк Credit Agricole (Credit AgricoleCorporate and Investment Bank): «Нельзя рассчитывать на то, что "хорошие времена" будут длиться вечно».

Анатолий Голубов (Anatoly Golubov), Латвия, главный редактор портала rus.delfi.lv: «Причина тяжелой ситуации в Латвии заключается в отсутствии стратегического планирования. Надежда на то, что само по себе вступление в Евросоюз и НАТО решает все проблемы, включая и приток финансов в страну, оказалась тщетной».

Адриано Бенайон (Adriano Benayon), Бразилия, профессор экономики, университет Бразилиа (University of Brasilia); автор книги «Глобализация против развития»: «Особо крупные страны, обладающие прочной базой природных и человеческих ресурсов, должны в большей степени полагаться на свои внутренние рынки и региональные экономические отношения. Они должны выкупить стратегические промышленные и инфраструктурные компании, которые были ошибочно, и зачастую коррупционно, приватизированы. Они должны оказывать содействие мелким и средним национальным компаниям, стимулировать государственные инвестиции и конкуренцию в частном секторе. Короче, остерегаться глобализации».

Третьим из важнейших антикризисных факторов эксперты назвали усиление государственного и межгосударственного регулирования (усиление роли государства, тесное взаимодействие между государством и бизнесом, сокращение корпоративной задолженности, контроль корпоративных рисков и избыточных заимствований, усиление управленческой мощи международных регулирующих институтов и т.п.).

ЖЖ Д-р Роналд Хьюсман (Dr. Ronald Huisman), Нидерланды, доцент Школы экономики Эразма, Роттердамский Университет Эразма (Erasmus School of Economics, Erasmus University Rotterdam): «Правительствам необходимо следить за ненормальным поведением, например избыточными заимствованиями, низкими кредитными спредами, склонностью к излишнему риску и т. д.».

Олег Маляров (Oleg Malyarov), Россия, индолог, Институт востоковедения Российской академии наук (РАН): «Невозможность модернизации переходной экономики без комплексного планирования, адаптированного к рыночной экономике и подчиняющего стихийныерыночные силы социально-экономическим целям общества. Наиболее подходящей для современной России является институциональная модель планирования и государственного регулирования Индии».

Жанат Курманов (Zhanat Kurmanov), Казахстан, независимый директор Казахстанского фонда гарантирования депозитов: «...Недопущение значительного объема внешних заимствований банковского сектора и мобилизация внутренних источников фондирования экономики; повышение роли государственного регулирования (без подмены рыночных принципов), обеспечение доступности информации для бизнеса и населения, оперативности и качества государственных услуг».

Этот фактор является в какой-то мере альтернативой стимулированию внутреннего потребления и внутренних рынков и, в определенном смысле, продолжением логики развития внутреннего рынка. Исторически и логически мировой рынок вырос из рынков национальных. Однако если развитие национальных рынков шло по линии усиления их регулирования и расширения масштабов государственного вмешательства, то мировой рынок до исторически недавнего времени оставался нерегулируемым и неуправляемым. Во многом причина быстрого распространения кризиса лежит в области неурегулированности и неуправляемости избыточно либерального мирового рынка. В результате пострадали практически все. Поэтому естественной реакцией является повышение эффективности регулирования рынков, а в условиях глобализации особое значение приобретает международное регулирование глобальных рынков, о чем много говорилось на саммитах G-20 представителями стран БРИК, а также молодых индустриальных стран.

ЖЖ Люсио Мауро Винхас де Соуза (Lucio Mauro Vinhas de Souza), Бельгия, глава отдела по России и Белоруссии Департамента экономики и финансов, Европейская комиссия

(DG-ECFIN): «Необходима действительно эффективная глобальная координация».

Д-р Димитриос Цомокос (Dr. Dimitrios P. Tsomocos), Великобритания, доктор экономики, Иельский университет (Yale University); профессор, Оксфордский университет (Oxford University): «Новая финансовая архитектура должна обеспечить центральные банки средствами пруденциального регулирования на макроуровне, равно как и предусмотреть присутствие на рынке системных органов мониторинга. Более того, в практику должны быть введены количественные показатели финансовой нестабильности. Правительства должны научиться жить в условиях возможности возникновения случайной финансовой нестабильности и учредить эффективные органы для кризисного управления и, что более важно, для предотвращения кризисов».

Реформа финансовой системы (реформа банковской системы, финансового рынка, увеличение степени прозрачности операторов фондового рынка, усиление мониторинга и регулирования) хотя и теряет свою актуальность, но по-прежнему остается, по мнению ряда экспертов, важным условием противостояния кризису.

ЖЖ Олег Гаврилишин (Oleh Havrylyshyn), Канада, научный сотрудник Центра международных исследований Мунка, университет Торонто (Munk Center for International Studies at the University of Toronto): «Для Канады главный урок заключается в том, что разумная фискальная и банковская политика могут свести к минимуму кризисные явления, но если небольшая страна зависит от экспорта, главным образом в США, то глобальный кризис всегда будет иметь эхо».

Маршал Голдман (Marshal Goldman), США, профессор, содиректор центра российско-евразийских исследований им. Дэвиса, Гарвардский университет (Davis Center for Russian and Eurasian Studies, Harvard University): «Необходимо улучшение координации между финансовыми учреждениями, особенно банками».

Элиас Каракицос (Elias Karakitsos), Великобритания, менеджер хедж-фонда; член Центра экономической и общественной политики, департамент земельной экономики, Кембриджский университет (Department of Land Economy, University of Cambridge): «Правительство

Великобритании приняло правильный подход к управлению кризисом после краха Lehman. Но теперь оно должно начать забирать лишнюю ликвидность и принять нерегулярность роста задолженности, пока имеет место делеверидж заемного капитала».

Этот результат — еще один парадокс настоящего исследования. Кризис начался неожиданно для многих теоретиков, архитекторов и регуляторов финансовых систем разных стран. При этом они, наблюдая обрушение столпов американской финансовой индустрии, с заинтересованным любопытством стороннего наблюдателя наслаждались зрелищем, будучи вполне уверены, что их национальных финансовых систем кризис никоим образом не коснется. Наслаждение продлилось недолго, и кризис приобрел масштабы всемирного. Рушились казавшиеся непробиваемыми средства технической защиты. И тогда весь мир заговорил о новом финансовом регулировании, новых правилах игры и даже новой архитектуре всей мировой финансовой системы и новой архитектуре национальных финансовых систем. Однако по мере развития кризиса оказалось, что основная проблема заключена не в финансах, но имеет гораздо более глубокие причины. Перед угрозой тотального коллапса даже либеральнейшие из либеральных лидеров, отвернувшись от «невидимой руки» Адама Смита, обратились к «видимой руке» Альфреда Чандлера.

Около 13\% ответивших экспертов в качестве антикризисного фактора назвали индустриализацию, понимая под этим термином поддержку реального сектора, уход от сырьевой зависимости, разумную промышленную политику, развитие технологий и инновационного производства. Эту точку зрения высказывали не только представители развивающихся стран, но и представители постиндустриального мира, охваченного процессом деиндустриализации, которая в условиях кризиса оборачивается неспособностью производить товары в результате того, что производственные мощности давно вынесены в третьи страны.

Андрей Ермолаев (Andrii Iermolaiev), Украина, директор Центра социальных исследований «София»: «Для стран "периферийного" индустриального пояса ключевой задачей должна была стать поддержка реального сектора экономики, наращивание емкости внутреннего рынка, модернизационные программы».

ЖЖ Ярослав Лисоволик (Yaroslav Lisovolik), Россия, главный экономист Deutsche UFG: «Главный урок — это необходимость модернизации экономики и снижение зависимости от цен на нефть».

Жанат Курманов (Zhanat Kurmanov), Казахстан, независимый директор Казахстанского фонда гарантирования депозитов: «Необходимость реализации стратегии по диверсификации экономики и сбалансированному развитию ее секторов (не только нефтегазового, горнодобывающего, финансового и строительного); оказание государственной поддержки развитию перерабатывающих отраслей (обеспечивающих производство продукции с высокой добавленной стоимостью), МСБ (как сектора, обеспечивающего наибольшую занятость), агропромышленного комплекса.»

Интересно также отметить, что около 5\% указали, что с их точки зрения правительство их стран неспособно вынести какие-либо уроки из кризиса.

ЖЖ Игорь Аверин (Igor Averin), Украина, технический директор ТРК Люкс: «Правительство моей страны (как и, наверное, большинства остальных, за редким исключением) не должно и не может вынести никаких уроков. Оно неадекватно. По сути, правительства не существует. Есть только марионеточные клоуны, поставленные и управляемые финансовой олигархией, которая, в свою очередь, действует только с позиций своей "экономической целесообразности". С точки зрения интересов страны — страна неуправляема»*.

* - экспертный опрос проводился с ноября 2009 по январь 2010 года

Стоит отметить, что в вопросе главных уроков кризиса приоритеты экспертов из развитых стран и экспертов из развивающихся стран существенно различаются. Для сравнения мы объединили все ответы экспертов в три укрупненных кластера (Диаграмма 17А):

диверсификация и внутренний рынок, куда вошли «Индустриализация» и «Развитие внутренних рынков»;

госконтроль и планирование («Планирование», «Уменьшение госрегулирования» и «Усиление госрегулирования»);

финансовое реформирование («Реформа финансовой системы», «Изменение мировой финансовой архитектуры»).

Из Диаграммы 17Б видно, что практически половина экспертов из развивающихся стран считают приоритетным направлением интенсивное развитие собственной экономики, что, очевидно, может стать залогом безопасности и выживания страны.

Николай Петраков (Nikolay Petrakov), Россия, академик Российской академии наук (РАН), директор Института проблем рынка РАН: «Российское правительство должно способствовать соответствующей трансформации экономики России».

Саад Бин Ахмед (Saad Bin Ahmed), Саудовская Аравия, инвестиционный менеджер Foras International Investment Company: «Саудовская Аравия не почувствовала этот жар, так как было в других развитых странах. Правилом должно стать следующее: тратить деньги и создавать рабочие места».

И Да (Yi Da), Китай, проект-менеджер департамента R&D Software&Appliation, компания Huawei: «Увеличивать социальные выплаты в целях стимулирования внутренней покупательной способности».

Поиск страной своего пути для усиления собственных позиций в мировой экономике — абсолютно понятный приоритет развивающегося мира. Это те застарелые болезни, которые особенно остро стали чувствоваться в период кризиса на глобальных рынках. Развивающиеся страны стали вынужденным реципиентом проблем, к созданию которых они не имели никакого отношения. Поэтому они заинтересованы в таком миропорядке и в таких экономических механизмах, когда рискованная стратегия на Уолл-стрит не выливалась бы в экономический спад и социальные бедствия в уголке мира, отстоящем от Большого яблока на тысячи и тысячи километров.

Для ряда экспертов логичным шагом в этом направлении становится даже ограничение участия своей страны в глобальной торговле или, по крайней мере, использование каких

либо страховых механизмов, компенсирующих обвальное падение эффективного спроса на мировых рынках.

ЖЖ Вадим Георгиади (Vadim Georgiadi), Армения, директор компании Zenteq.am (Армения), вице-президент компании RenderX (США): «Опасно поддаваться глобализации. Чем больше ты входишь в глобальный американоцентричный мир, тем больше риска, что по тебе больно ударят проблемы, которые там рождаются».

Александр Шашко (Alexander Shashko), Беларусь, преподаватель экономического факультета Белорусского государственного университета (БГУ), председатель совета молодых ученых: «За рынки нужно бороться, ничто не достается легко. Традиционные схемы перестают работать в высококонкурентной экономике. Задержка со вступлением в ВТО в данном контексте — правильный вывод из полученного урока».

Адриан Бочковски (Adrian Boczkowski), Польша, аналитик по финансовым рынкам ежедневной экономической газеты «Пульс бизнеса» («Puls Biznesu»): «Вы не должны никому доверять, и вы должны бороться за свои интересы. Маленькие страны могут быть успешными и эффективными, как Free Rider (другие страны несут большие расходы)».

Также достаточно предсказуемо, что для стран «золотого миллиарда» более актуальная задача — вылечить болезни в финансовом секторе. Как мы видим, треть экспертов из развитых стран панацеей от бед, порожденных кризисом, считают финансовое реформирование.

Гаэтано Капассо (Gaetano Capasso), Бельгия, управление инвестициями, трейдер на фондовых рынках (Германия, Великобритания, Франция, Италия): «Правительства не видели приближения кризиса только потому, что они не понимали, какие финансовые продукты обращаются на рынке и какие риски они несут в себе».

Колин Брэдфорд (Colin I. Bradford), США, эксперт по глобальной экономике и развитию, Институт Брукингса (Brookings Institution): «США должны перейти к новой, гораздо более жизнестойкой архитектуре рынка, подразумевающей более сильное регулирование».

Однако — и это представляется наиболее интересным — эксперты как из развитых, так и из развивающихся стран единодушны в оценке значения государственного контроля и планирования, и те и другие говорят о необходимости их совершенствования.

Д-р Вячеслав Домбровский (Dr. Vyacheslav Dombrovski), Латвия, доцент, Стокгольмская школа экономики в Риге (Stockholm School of Economics in Riga): «Рыночная экономика, конечно, обладает огромными возможностями саморегуляции, но за ней все же нужен строгий присмотр профессионалов».

Паоло Раймонди (Paolo Raimondi), Италия, экономист, автор статей в итальянской ежедневной газете "ItaliaOggi": «Первое. Страна не может жить изо дня в день, основываясь на краткосрочных решениях, но должна выстроить систему, гарантирующую стабильность и инвестиции на последующие 20—25 лет. Это главным образом касается системы образования, сектора НИОКР, молодежной политики, качества и стабильности рабочих мест. Второе. Моя страна должна осознать, что государственный долг — это очень тонкий инструмент, который до достижения определенных значений может оказывать положительное влияние на обеспечение долгосрочного развития, но по достижении некоторого уровня превращается в непосильное бремя. Третье — создание эффективной объединенной Европы. Это не предмет выбора по желанию, а обязательное условие будущего».

Ли Син (Li Xin), Китай, профессор, доктор экономики, директор Института экономических исследований (Institute for Economics Studies), Шанхайский институт международных исследований (Shanghai Institutes for International Studies): «Укрепление роли государства в экономике».

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 |