Имя материала: Мировая экономика

Автор: Ломакин Виктор Кузьмин

20.2. основные направления экономической стратегии и политики в 80-90-е годы

 

В 80-е годы произошли изменения в экономической политике западных стран, переживавших до середины 70-х годов главным образом циклические кризисы. В середине 70-х годов эти страны столкнулись с острым структурным кризисом в мировом хозяйстве, перед лицом которого сложившиеся в 50—60-е годы меры национального регулирования оказались бессильными.

Теоретические подходы. Рыночная философия получила мощный импульс и отодвинула концепции позитивной активности государства. Кейнсианская теория исходила из значительных свободных ресурсов рабочей силы и недостаточно загруженных производственных мощностей и провозглашала необходимость экономического роста главным образом за счет экстенсивных факторов. По мере исчерпания этих факторовв все более актуальной становилась проблема перехода к интенсивному росту за счет отдачи основных фондов. Но, может быть, более важным моментом явилось то, что для крупной буржуазии издержки государственного регулирования стали превышать ее выгоды. В этом отношении удобным отправным пунктом оказалась неоклассическая теория факторов производства.

Основное место в ряду неоконсервативных концепций заняли постулаты предложения, монетаризма и рациональных ожиданий, предполагающих, что экономические субъекты способны предвосхищать действия государства и приспосабливаться к ним.

Широкое распространение получила концепция монетаризма, что явилось следствием резкого обострения инфляции в западных странах в 70-е годы. Она также базируется на идее максимальной свободы действия рыночных сил и предполагает, что первостепенную роль в борьбе с инфляцией должно играть поддержание определенного темпа роста денежного предложения независимо от состояния хозяйственной обстановки и уровня занятости, что бюджет должен быть сбалансирован. Монетаристы считают равномерное увеличение денежной массы необходимым условием обеспечения равновесия внутри страны, а свободное колебание валютных курсов — условием внешнего равновесия. Краткосрочное использование денежных инструментов считается ненужным или даже невозможным.

Структурная политика. Вся экономическая стратегия западных стран стала направляться на повышение гибкости экономической системы в целом, ее способности достаточно быстро реагировать на структурные перемены в мировой экономике.

Изменения в целях были связаны с положением государства в совокупном спросе. Правительственные расходы на товары и услуги обеспечивали 20\% конечного потребления в странах ОЭСР, а общеправительственные расходы составляли примерно 40\% ВВП. Это обстоятельство противодействовало резким изменениям в деловой активности в результате действия фискальных стабилизаторов, которые автоматически увеличивают спрос, когда расходы падают.

Важную роль играли внешние воздействия, нарушающие функционирование экономической системы. Когда негативное влияние резких внешних воздействий (шоков), проявлявшееся со стороны предложения, вызывало падение производства, увеличение безработицы, политика совокупного спроса оказалась неэффективной. Минимизация воздействия внешних шоков могла достигаться за счет приспособления экономики со стороны предложения без генерирования инфляции.

Поэтому в 80-е годы во всех основных западных странах приоритеты отдавались структурной политике, которая подчиняла элементы социальной, научно-технической, региональной политик единой цели — повышению конкурентоспособности и укреплению положения той или иной страны в мировом хозяйстве.

Инструменты стратегии и политики. Новые приоритеты макроэкономической политики внесли изменения в роль основных инструментов регулирования. Вместо бюджетно-налогового механизма на первое место вышло кредитно-денежное регулирование с преобладанием ограничительных функций..

Со второй половины 70-х годов ограничение роста денежной массы было признано в качестве важного критерия кредитно-денежного регулирования. Несмотря на значительные отклонения в использовании этого инструмента, общая антиинфляционная направленность политики оставалась неизменной до конца 90-х годов.

Ориентация на антиинфляционные цели сопровождалась курсом на ограничение роста государственных расходов и сокращение бюджетных дефицитов. Последние могут быть серьезным препятствием для долгосрочного экономического роста в связи с увеличением процентных платежей, в результате чего они становятся самоподдерживающимися. Их сохранение является постоянным потенциальным источником инфляционных тенденций в случае ослабления кредитно-денежной политики.

Важное место заняла либерализация хозяйственной жизни. Была повышена свобода хозяйствующих субъектов. В либерализации первостепенная роль в качестве инструмента стимулирования частных инвестиций отводилась изменению налогообложения компаний и физических лиц, снижению налоговых ставок на прибыль. Стагнация экономики должна была выразиться в сокращении государственных расходов, которые не могли компенсироваться за счет повышения прямых налогов.

Утяжеление налогового бремени в условиях высокой инфляции отрицательно сказалось бы на капиталовложениях, в то время как их необходимо было поощрять, чтобы стимулировать деловую активность. Одновременно осуществлялся принцип «нейтральности» налоговой системы в плане ее воздействия на направление капиталовложений. Тем самым отходили от принципа селективности налоговых ставок, амортизационных отчислений, которые были заранее связаны с определенными предпочтениями в отношении отдельных отраслей. Более широкое применение получили кредитные инструменты финансовой помощи государства, имеющей внебюджетный характер, и сократилась доля прямых бюджетных субсидий и безвозмездных ссуд.

Данное направление политики не привело к сокращению перераспределяемой доли валового продукта. Доля налоговых отчислений в ВВП стран ОЭСР возросла с 35,4\% в 1982 г. до 37,3 в 1990 г. и 38,4\% в 1999 г.

Одной из примечательных черт в перестройке экономической политики 80—90-е годы явилась приватизация государственной собственности и резкое ограничение роли государства в качестве совокупного предпринимателя. Наибольших масштабов этот процесс достиг в Британии. Во всех индустриальных странах доля государственных предприятий в производстве ВВП сократилась с 9\% в 1982 г. до 5\% в 1998 г.

В 80-е годы возобладало стремление усилить конкурентоспособность экономики путем сдерживания роста заработной платы, сокращения занятой рабочей силы. Это выражалось в различных формах: корректировка числа занятых в соответствии с изменением деловой активности, изменение рабочего времени, развитие субподряда, широкое использование временной работы. Либерализация рынка труда стала предметом повышенного внимания многих правительств. Неспособность обеспечить устойчивый экономический рост часто связывается с негибкостью рынка труда.

Неолиберальные идеи и практика получили свое концентрированное закрепление в «вашингтонском консенсусе», т.е. во взаимопонимании МВФ, МБ и министерства финансов США, где все основные экономические цели были сведены к снижению инфляции, уменьшению предпринимательской и регулирующей роли государства, усилению рыночных свобод во внутренних и внешних рынках. Пропагандистская машина западных стран превратила почти в непререкаемую догму утверждение о том, что государство — это слепой расточитель, а частный собственник — эффективный созидатель.

Создание государства «всеобщего благоденствия», политика доходов выпали из приоритетов западных правительств. В условиях низких темпов экономического роста появились трудности в мобилизации средств на социальные цели, хотя во многих странах доля правительственных расходов возрастала, но более медленными темпами. В Германии, Швеции и Британии правительственные расходы оказались ниже уровня конца 70-х годов. Были пересмотрены или отменены системы индексации заработной платы, которые в прежние десятилетия завоевали широкую популярность как средство защиты наемных работников от инфляции. Изменилось законодательство о минимальной заработной плате в сторону сдерживания ее роста. Во многих странах рост законодательного минимума опережал увеличение средней заработной платы.

Сдвиги в социально-экономической политике вызвали рост различий в динамике доходов различных групп населения. Они увеличились у богатейшей части, а доля наемного труда в национальном доходе снизилась.

Изменения в уровнях доходов сопровождались сдвигами в их источниках. Доля заработной платы понизилась. Так, в США в 1070 г. примерно 61\% дохода семей составляли заработная плата и другие виды оплаты глав семей. В 1980 г. эта доля понизилась до 56\%, а в 1990 г. — до 52, в 1997г. — до 47\%. Уменьшилась доля пособий, и одновременно повысилась доля доходов на капитал.

Опыт последних десятилетий показал, что использование человеческого фактора не может быть обеспечено на путях конфронтационного подхода. Страны, в которых в большей мере учитываются интересы широкого спектра социальных слоев, как правило, имели преимущества во внедрении новых моделей развития, в повышении конкурентоспособности. Поэтому промышленно развитые страны стали уделять значительно больше внимания вопросам занятости и безработицы. Высокий уровень безработицы вынуждает их наращивать государственное финансирование программ на рынке труда. Удельный вес расходов на проведение политики занятости увеличился.

Осуществление   экономического   курса   на   повышение конкурентоспособности хозяйств индустриальных стран сопровождалось корректировкой преобладающих на рубеже 70—80-х годов представлений о том, что рыночные силы автоматически обеспечивают рациональную структуру экономики. Пришли к пониманию, что степень государственного регулирования не может опускаться ниже определенного уровня. «Новый консенсус» признал существенную роль государственной политики, которая позволяет рыночному механизму функционировать более эффективно в качестве инструмента развития. Невидимая рука рынка не гарантирует преодоления трудностей, а либерализация хозяйственной деятельности требует дополнения рыночных механизмов тщательным государственным регулированием. Поэтому во второй половине 90-х годов, в частности, в западноевропейских странах, предпринимались попытки выработать «третий путь», сочетающий активную роль государства и частного предпринимательства.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 | 131 | 132 | 133 | 134 | 135 | 136 | 137 | 138 | 139 | 140 | 141 | 142 | 143 | 144 | 145 | 146 | 147 | 148 | 149 | 150 | 151 | 152 | 153 | 154 | 155 | 156 | 157 | 158 | 159 | 160 |