Имя материала: Мировая экономика в век глобализации

Автор: Богомолов О.Т.

4.2. неразрешенный спор между фритредерами и протекционистами

 

В течение последних двух веков сталкивались между собой два противоположных подхода во внешней

экономической политике: фритредерство, т.е. отстаивание

свободы торговли, и протекционизм — политика защиты внутреннего рынка от внешних конкурентов. Б наши дни

фритредерство выступает в новом обличье — либерализации торговли, предполагающей устранение таможенных и всех других препятствий перемещения между странами товаров и капиталов. Это отвечает интересам промышлепно развитых государств, обладающих конкурентными преимуществами, а также стран, ориентирующихся на экспортную экспансию как главный источник своего экономического роста.

С другой стороны, политика импортозамещающего индустриального развития, проводимая сегодня рядом государств, стремящихся преодолеть экономическое отставание, обычно предполагает протекционистские меры в отношении импорта и поощрительные — в отношении экспорта.

Например, Аргентина и Австралия проводили индустриализацию, придерживаясь этого курса и ставя преграды на пути ввоза промышленных товаров, которые конкурировали с отечественными. Понятно, что оба названных подхода нередко уживаются друг с другом. Как либерализация, так и протекционизм носят избирательный характер, и можно говорить лишь о преобладании первого или второго,

В прошлом иод фритредерством и протекционизмом подразумевалась почти исключительно таможенная политика. Пошлины служили средством защиты внутреннего рынка и одновременно, а нередко и преимущественно источником фискальных доходов государства. Лишь начиная с 30-х годов прошлого века стали возводиться многочисленные нетарифные барьеры, которые сегодня играют не меньшую роль, чем пошлины. Понятно, что таможенная политика затрагивала интересы торгующих стран, их экспортеров и импортерон, широкие слои потребителей, вызывая порой острые схватки и даже торговые войны между странами и острые конфликты внутри стран — борьбу между импортерами и экспортерами, между импортерами и собственными производителями. Так, в 1773 г. недовольство американских колоний уплатой пошлины английской короне

за импортируемые из ее владений товары вылилось в так

называемое «Бостонское чаепитие», когда чай с кораблей в бостонской гавани был сброшен в море. Это стало прологом

к провозглашению в 1776 г. независимости Северной Америки.

История XIX в. изобилует внутренними и внешними конфликтами вокруг таможенной политики, что можно проиллюстрировать на примере Великобритании, США и

Германии. По мере превращения Англии в "мастерскую мира» и обретения промышленниками богатства и влияния накапливалось недовольство протекционистской политикой, защищавшей интересы прежде всего аграриев. Промышленники добивались отмены высоких пошлин на зерно, установленных «хлебными законами», сахар, закупаемый

вне английских колоний, тропические товары. Чем дешевле

внутри страны продукты питания (а импортируемое зерно было заметно дешевле), тем ниже стоимость жизни, а следовательно, больше возможностей удерживать невысокую заработную плату рабочих, повышая тем самым прибыль. На

конец, в 1846 г. фритредеры взяли верх, и «хлебные законы* были отменены. Средний размер ввозных пошлин, превышавший в 30-е годы XIX в. 50\% цены товара, под

напором мужавшего класса капиталистов постепенно снижался и в 60-80-х годах опустился до 7-10\%.

В США противоречия между импортерами и экспортерами решались несколько иначе. Нарождающаяся промышленность нуждалась в защищенном пошлинами внутреннем

рынке. В опубликованном в 1791 г. министром казначейства А. Гамильтоном «Докладе о состоянии обрабатывающей

промышленности» содержалось обоснование проводимой правительством протекционистской политики. Но у нее были влиятельные противники — рабовладельцы Юга, занимавшиеся выращиванием и экспортом хлопка и табака. С начала 30-х годов XIX в. и вплоть до 60-х — начала Гражданской войны — экспорт хлопка и табака во многом определяли положение дел в американской экономике. Южанам

была выгодна отмена пошлин на импортируемые готовые изделия, сокращавшая их расходы и увеличивающая прибыли. И поскольку в палате представителей Конгресса они

имели большинство, им удавалось отстаивать политику фритредерства, не устраивавшую промышленников Севера, и добиваться снижения пошлин. Средняя величина импортных пошлин в США (размер пошлин в \% к стоимости

облагаемого импорта) понизилась с 70\% в 1813 г. до 15\% В 1861 г.1

Поражение южан в Гражданской войне существенно ослабило их влияние, и они уже не могли противостоять сторонникам протекционистской таможенной политики. В результате во второй половине XIX в. средняя величина тарифов удерживалась по большей части на уровне 30\%. Лишь после того, как американская промышленность и фермерские хозяйства Среднего Запада достигли достаточно высокого уровня развития, этот показатель стал неуклонно снижаться, опустившись к концу второго десятилетия XX в. ниже отметки 10\%.

На графике, приводимом в рис. 4,1, кривая линия показывает, как изменялся уровень импортных пошлин по отношению к стоимости импортируемых.

В Германии до последней четверти XIX з. преобладала

политика фритредерства, которая отвечала интересам помещиков-латифундистов, экспортировавших зерно, сахар,

спирт и импортировавших машины. Поворот к протекционизму произошел под влиянием ряда обстоятельств. Поток

дешевого зерна из США и Канады, которому способствовали не только успехи заокеанских фермеров, но и значительное удешевление морских и железнодорожных перевозок,

поставили европейских производителей зерна перед выбором. Им приходилось либо перепрофилировать свое сельское хозяйство, как это сделала Дания, развернувшая на базе дешевого привозного зерна мясомолочное животноводство, либо защищать свой внутренний рынок, повышая пошлины. Германия, как, впрочем, и Франция, и Италия, предпочла второй выбор.

Еще задолго до того, как могущественные землевладельцы — юнкера вплотную столкнулись с опасной для них конкуренцией американских производителей и стали склоняться к отказу от фритредерской политики, теоретическое обоснование перехода к протекционизму дал видный немецкий экономист Фридрих Лист. В своей книге «Национальная система политической экономии» (1841 г.) он бросил вызов классической школе немецкой экономической мысли, отстаивавшей фритредерство. Ради создания единой

и промышлепно сильной Германии он считал оправданной протекционистскую политику, поскольку она отвечает специфике национальной экономики. Его теория «воспитательного протекционизма», требовавшая таможенной защиты со стороны государства как непременного условия быстрого индустриального роста, пришлась очень кстати в изменившихся условиях. В 80-е годы XIX в. интересы юнкеров и

представителей крупной нарождающейся промышленности

совпали и их альянс — так называемое «соглашение железа и ржи» — обеспечил переход к протекционизму. С 1879 по 1887 г. пошлина на тонну пшеницы и ржи возросла с 10 до

50 марок (до 25\% во внутренней цене). Протекционизм действительно помог германской промышленности нарастить мускулы и завоевать важные позиции на внешнем рынке.

В XX в., особенно в его второй половине, происходило

неуклонное снижение общего уровня таможенного обложения. Начиная с 1947 г., когда основные индустриальные государства Запада подписали Генеральное соглашение о тарифах и торговле (ГАТТ), тарифные барьеры между ними

поэтапно снижались в результате нескольких раундов многосторонних переговоров. Если в 1940 г. средний уровень взимаемых пошлин в группе индустриальных государств составлял 40\% стоимости облагаемого импорта, то к концу века он опустился до 3\%.

Общая тенденция либерализации мировой торговли, характерная для последнего столетия, прерывалась вспышками протекционизма во время экономических кризисов и

войн. Так, Великая депрессия в США сопровождалась введением в 1930 г. самых высоких пошлин в истории этой страны. К аналогичным мерам для защиты своей экономики

прибегли Великобритания и другие европейские страны. В условиях кризиса и свертывания платежеспособного спроса естественно желание правительства оградить внутренний рынок от конкуренции и наплыва дешевых товаров извне,

противодействовать таким образом банкротству собственных предприятий и росту безработицы. Во время и непосредственно после Первой и Второй мировых войн также действовали различного рода торговые и валютные ограничения и запреты. Словом, при наступлении общественных

катаклизмов срабатывал рефлекс самосохранения, заставляя прибегать в сфере внешних экономических связей к

протекционизму.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 |