Имя материала: Микроэкономика Том 1

Автор: В.М. Гальперин

3.8. индексы цен и реального дохода

 

Нас часто интересуют изменения в стоимости жизни в связи с изменениями доходов и (или) цен.

Допустим, что расходы потребителя равны его доходам и составляют в начальном (базисном) периоде

 

а в текущем

/< = £9у.

Здесь верхний индекс 0 соответствует показателям базисного, а индекс t — текущего периода; q и р — соответственно количества покупаемых товаров и их цены, индексы товаров опущены, поскольку знак ^ подразумевает сумму расходов на приобретение всего множества товаров (потребительской корзины).

Для оценки изменения стоимости жизни в текущем периоде по сравнению с базисным следует определить индексы номинального дохода и цен.

Индекс номинального дохода определить легко, он составит

 

Mi = (3.19)

 

Индекс цен может быть определен двумя способами: как индекс Ласпейреса

р-=ш (з-20)

и как индекс Пааше

РР = ^4,         (3 21)

£ 9 Р

названные так по имени немецких статистиков Э. Ласпейреса (1834-1913) и Г. Пааше (1851-1925).24

Индекс Ласпейреса предполагает взвешивание цен двух периодов по объемам потребления товаров в базисном, а индекс Пааше — по объемам их потребления в текущем периоде.

24Однако, как отмечает Г. В. Ковалевский {Ковалевский Г. В. Индексный метод в экономике. М., 1989), первым «изобретателем» агрегатного индекса цен с весами текущего периода был английский экономист Томас Ман, который в 1609 г. в работе «Рассуждение о торговле Англии с Ост-Индией» (русский перевод см. в сб.: Меркантилизм. Л., 1935) вычислил такие индексы. В 1807г. вышла книга русского экономиста Федора Вирста «Рассуждения о некоторых предметах законодательства и управления финансами и коммерцией Российской империи...», в которой был впервые исчислен агрегатный индекс цен с весами базисного периода. Таким образом, индекс Пааше и индекс Ласпейреса были уже известны, но не были записаны в формульном виде. И только с легкой руки американского экономиста К. М.Уолша в 1874 г. индексы Мана и Вирста получили имена Пааше и Ласпейреса.

Однако ни тот ни другой индекс не дают верного представления об изменении цен, поскольку они не учитывают влияния этого изменения на структуру потребления. Очевидно, что если (в обычной двухпродуктовой модели) цена товара X возрастает (Рх > Рх)' то покупки его снижаются (qx < q°x) и, наоборот, при снижении цены (рх < рх) покупки увеличиваются (qx > qx). Поэтому значение индекса Ласпейреса, использующего в качестве весов объемы q°, дает преувеличенное представление об изменении цен в случае их роста, но преуменьшенное в случае их снижения. Наоборот, значение индекса Пааше, где в качестве весов используются объемы q*, дает преуменьшенное представление об изменении цен в случае их роста, но преувеличенное в случае их снижения. И в любом случае индекс Ласпейреса оказывается выше индекса Пааше (Pl > Рр).

Можно показать, что положение потребителя в текущем периоде будет лучше, чем в базисном, если индекс Ласпейреса окажется ниже индекса номинального дохода:

 

£ > Рь (3-22)

 

Можно показать также, что положение потребителя в текущем периоде будет хуже, чем в базисном, если индекс Пааше окажется выше индекса номинального дохода:

 

Jo < Рр-         (3 23)

 

Рассмотрим сначала индекс Ласпейреса. Если J24°P° $ ^> первоначальный набор товаров (вектор q° ), очевидно, доступен потребителю и при текущих ценах (вектор р* ) и доходе/*. Значит, и в изменившихся условиях потребитель мог бы по-прежнему покупать первоначальный набор q°. Если же фактически в текущем периоде он покупает иной набор (вектор д* ), то либо

X>V<X>V, (3.24)

это означало бы, что набор д' принадлежит более высокой кривой безразличия, т.е. сулит потребителю большее удовлетворение, чем набор q°, либо

£?У =£?У, (3.24*)

это означало бы, что наборы q° и д* имеют равную стоимость, т.е. принадлежат одной и той же бюджетной прямой, но потребитель явно предпочитает набор qt, сулящий ему большее удовлетворение, т.е. принадлежит более высокой кривой безразличия.

Разделив обе части (3.24) на ^2q°p°, имеем

Ея°р° Ея°р'

(3.25)

 

Разделив обе части неравенства на Е?У получим

Е<?У ? Е<?У Е ?У   Е ?У'

(3.28)

или, иначе

Е<?У . Е<?У Е?У Е?У

(3.29)

Левая часть (3.29) представляет индекс номинального дохода, правая — индекс цен Пааше. Следовательно,

 

РР > Mj.

 

Таким образом, утверждение (3.23) также доказано.

Этот вывод иллюстрирует рис. 3.28, подобный рис. 3.27. Здесь оптимум потребителя при /°, р°, оказался в точке С (qx, qY). Хотя набор D (?х>9у) лежит на той же бюджетной прямой /°/°, потребитель в начальный период предпочитал набор С, поскольку он лежит на более высокой кривой безразличия.

 

После изменения цен бюджетная прямая заняла положение

Р1и.

 

Она проходит ниже первоначального оптимума С, который теперь недоступен для потребителя. Следовательно, выбирая набор qt, потребитель снижает свое удовлетворение по сравнению с начальным периодом.

Индекс реального дохода характеризует изменение покупательной способности номинального дохода. Если при расчете индекса цен цены товаров взвешиваются по объемам их приобретения в базисном или текущем периоде, то при расчете индекса реального дохода, наоборот, объемы потребления каждого периода взвешиваются по ценам базисного или текущего периода. Индекс реального дохода Ласпейреса имеет вид

Rl = |Ї44 (з.зі) Ерг

а индекс реального дохода Пааше соответственно

Яр =

(3.32)

 

 

параллельной линии /°/°. Поскольку графическое отображение числителя индекса лежит выше отображения его знаменателя, мы можем заключить, что Дь > 1 и, значит, реальный доход потребителя вырос.

Числитель индекса Пааше отображен на графике бюджетной

прямой Iі Iі. Его знаменатель, как мы помним, представляет но-

минальный доход, необходимый для покупки набора А при ценах

текущего периода. Следовательно, мы можем представить его на

графике вспомогательной бюджетной прямой проходящей

через точку А и параллельной линии   Поскольку графиче-

ское отображение числителя индекса лежит выше отображения знаменателя, можно заключить, что и Rp > 1 и, значит, реальный доход потребителя увеличился.

Таким образом, в ситуации, представленной на рис. 3.29, оба индекса свидетельствуют о том, что реальный доход потребителя вырос.

Рассмотрим теперь ситуацию, когда индексы Ласпейреса и Пааше противоречат друг другу. На рис. 3.30 потребитель выбирает набор А при бюджетном ограничении в базисном периоде и набор В при бюджетном ограничении       в текущем

 

периоде. Линии 1°1° и представляют вспомогательные бюджетные прямые, графически отображающие числитель индекса Ласпейреса и соответственно знаменатель индекса Пааше. Из взаимного расположения линий /°7° и 1°1° и соответственно Iі Iі и /{/{ следует, что Яь > 0, но Rp < 0. Иначе говоря, индекс Ласпейреса свидетельствует о росте реального дохода, а индекс Пааше — о его снижении.

Из рис. 3.30 ясно, что набор В был недоступен потребителю в базисном периоде (при бюджете /°7°), а набор А недоступен ему в текущем периоде (при бюджете /'/'). Однако мы не можем сделать заключение о том, какую комбинацию товаров X и У потребитель считает для себя предпочтительнее— А или В, если У нас нет информации о его карте безразличия. Возможно, что кривая безразличия, касающаяся бюджетной прямой в точке В, лежит выше той, что касается другой бюджетной прямой в точке -4. Но возможно и обратное.

Рассмотрим еще одну ситуацию. На рис. 3.31 представлен случай, когда индекс Ласпейреса указывает на снижение реаль-

ного дохода в текущем периоде, а индекс Пааше — на его рост. Такое соотношение индексов противоречит ранее сделанному заключению о том, что индекс Ласпейреса всегда больше индекса Пааше. Это можно объяснить тем, что, хотя в текущем периоде цена товара X относительно выросла, тем не менее объем покупок товара X также увеличился. Это, однако, противоречит аксиомам рационального поведения и возможно лишь в том случае, если в период t вкусы и предпочтения потребителя изменились. Но тогда индекс реального дохода уже не характеризует действительного изменения реального дохода потребителя.

Исчисление индексов реального дохода теряет смысл и в том случае, если в одном (не обязательно в базисном) периоде значительная часть товаров распределяется по карточкам, талонам (или наблюдается их дефицит), а в другом (не обязательно текущем) — в порядке свободной торговли.

Индексы дохода и цен связаны определенным соотношением. Разделив индекс номинального дохода (3.19) на индекс цен Пааше (3.21), мы получим индекс дохода Ласпейреса (3.31):

м, = ЕрУ ЕрУ = ЕрУ _ Рр   EpV ' EpV ЕрУ

(3.35)

Соответственно разделив индекс номинального дохода на индекс цен Ласпейреса (3.20), мы получим индекс реального дохода Пааше (3.32):

 

Рь " EpV ■ EpV " EpV - р-  (3 }

Функция полезности называется слабо сепарабельной, если все п товаров могут быть разделены на т групп (например, пища, одежда, товары для дома, услуги и т.п.), так что

 

m

TU = F[J2f;(Qt)}, (ЗА.З)

 

m

где j —индекс товарной группы; г = 1,2,.. ,п;; £3 nj — п- Функция полезности называется слабо аддитивной, если

m

TU = 52f,{Q,) (ЗА.4) j=i

Очевидно, что слабо аддитивная функция полезности (ЗА.4) предполагает возможность взаимозаменяемости лишь между товарами, входящими в одну группу, тогда как сами товарные группы связаны отношениями жесткой дополняемости. Это значит, что кривые безразличия между товарными группами, например пищей и одеждой, имеют вид двух взаимно перпендикулярных лучей, подобно линии U2U2 на рис. 3.6.

2Stone R Linear expenditure systems and demand analysis: Application to the pattern of British demand // Econ. Journ. 1954. Vol. 64, N 255; HouHtakkerH. S., Taylor L.D. Consumer demand in the United States : Analysis and projection. Cambridge (Mass), 1966

3См., например: ВалътухК.К. Удовлетворение потребностей общества и моделирование народного хозяйства. Новосибирск, 1973; ИцковичИ.А. К анализу целевой функции благосостояния // Проблемы народнохозяйственного оптимума. Новосибирск, 1969. Вып. 2.

Представление об аддитивности функции полезности лежит в основе разработанного в 50-х гг. метода анализа и прогнозирования потребительского спроса, известного под названием линейной системы расходов.2 Он, в частности, предполагает, что формирование спроса происходит в два этапа. На первом потребитель распределяет свои средства по отдельным товарным группам (столько-то на еду, столько-то на развлечения и т.д.), а во втором эти ассигнования распределяются на покупку конкретных взаимозаменяемых товаров, входящих в группу (например, на хлеб, мясо, овощи и т.д.). Во многом сходную концепцию анализа и прогнозирования потребительского спроса в России разрабатывала в 60-70-х гг. группа новосибирских экономистов, руководимая К. К. Вальтухом.3

Очевидно, что разделение товаров на однородные группы можно провести достаточно глубоко, так что в каждой группе останутся лишь различные сорта, марки, модели, модификации одного определенного блага, обладающие некоторыми общими свойствами, хотя и в различных соотношениях, например марки автомашин, сорта чая, модели персональных компьютеров и т.п.

Именно на этой предпосылке основан предложенный известным американским экономистом К. Ланкастером новый метод анализа потребительского поведения и спроса, известный как анализ характеристик (attribute analysis — англ.).4 Он базируется на следующих аксиомах.

Товар сам по себе не приносит полезности (удовлетворения) потребителю, он обладает определенными характеристиками, и именно они являются носителями полезности.

Обычно товар обладает более чем одной характеристикой, и многие характеристики являются общими для нескольких товаров.

Комбинации (наборы) товаров могут обладать характеристиками, отличающимися от тех, что свойственны каждому товару в отдельности.

4.         Спрос на блага — это производный спрос на характеристики

благ или ожидаемые от обладания ими услуги (так, спрос на автомо-

били— это производный спрос от спроса на транспортные услуги, их

безопасность, комфорт, престиж, объект собственности и т.п.).

Аналитический инструментарий анализа характеристик в принципе тот же, что и в ординалистской теории. Отличия заключаются в следующем.

1.         Система предпочтений строится на множестве характеристик

товаров, а не самих товаров, как это принято в ординалистской кон-

цепции. Соответственно кривые безразличия представляют множества

характеристик, обладающие одинаковой полезностью для определенного

потребителя.

2.         Поскольку карта безразличия представляет теперь плоскость

характеристик, а не самих товаров, как это принято при традицион-

ном подходе, существенному переформулированию подверглась струк-

тура бюджетного ограничения и ее интерпретация.

Рассмотрим новый метод анализа потребительского поведения с помощью графической модели, предполагающей наличие четырех разновидностей (А, В, С, D) определенного товара, различающихся значениями двух общих для них свойств или характеристик (X, У).

^Lancaster К. A new approach to consumer theory // Journ. Polit. Econ. 1966 Vol 74, N 2; Consumer demand : A new approach. New York, 1971; Ланкастер К. Перемены и новаторство в теории потребления // Теория потребительского поведения и спроса. СПб., 1993. (Вехи экономической мысли ; Вып. 1).

На рис. ЗАЛ плоскость XOY представляет плоскость характеристик X, Y. Лучи OA, OB, ОС, OD, называемые продуктовыми лучами, представляют на этой плоскости блага А, В, С, D как различные

комбинации характеристик X, У. Расстояние от начала координат до определенной точки на луче характеризует количество данного товара. Например, точка А соответствует единице блага А, которая обладает Xi единиц свойства X и Y единиц свойства Y; точка А2 соответствует двум единицам блага, обладающим в сумме удвоенным набором свойств (X2,Y2), и т.д. Угол наклона продуктового луча к оси ОХ характеризует соотношение характеристик, или свойств, Y и X. Очевидно, что для блага А превалирующим является свойство У, для блага D — свойство X, т.е. на единицу свойства X приходится больше (для блага А) и меньше (для блага D) единиц свойства У.

Допустим, что функция полезности потребителя слабо аддитивна, а свой бюджет (7) он распределяет так, что на удовлетворение потребности в характеристиках X и У готов израсходовать лишь определенную его часть— Exy • Отметим на продуктовых лучах точки А', В', С, D', характеризующие те количества товаров А, В, С, D, которые он смог бы приобрести, израсходовав всю ассигнованную сумму на покупки лишь одного из них, так что OA = Exy/Pa, OB = Exy/Pb и т.д. (.РА, Рв,   ■ ■ — как обычно, рыночные цены товаров А,В,...).

Таким образом, точки А', В', С, D' характеризуют на плоскости характеристик XOY максимум значимых для потребителя свойств X и У, которые он может получить, израсходовав всю ассигнованную сумму Exy на соответствующий товар А, В, С или D. Соединив эти точки, мы получим ломаную линию A'B'C'D', которую называют эффективной границей на плоскости характеристик, соответствующую по своему значению бюджетной прямой при традиционном ординалист-ском подходе.

Кривые UUi—u3u3 на рис. ЗАЛ представляют семейство кривых безразличия на множестве характеристик (X, У). Точка М касания эффективной границы и одной из кривых безразличия (U2U2) характеризует оптимум потребителя. Он согласен замещать свойство У свойством X по норме, соответствующей, как и обычно, наклону кривой безразличия U2U2' Реально же он может осуществить эту замену по норме, соответствующей наклону участка эффективной границы В1 С", который можно интерпретировать как соотношение «цен» характеристик X и У. В точке касания М эти наклоны равны. Комбинация характеристик (Хм, Уд/) показывает максимум значимых для потребителя свойств X, Y (максимум полезности или максимум удовлетворения), которого он хочет и может достигнуть при полном расходе ассигнованной суммы Exy-

Заметим, что точка М не принадлежит ни к одному продуктовому лучу, она расположена между лучами ОВ и ОС. Это значит, что оптимальный набор характеристик М (Xm,Ym) может быть получен потребителем лишь посредством приобретения определенной комбинации товаров В и С. Проведем из точки М вспомогательные линии МN, параллельную ОС, и ML, параллельную ОВ. Если наш потребитель купит ON товара В, он приобретет набор характеристик N (Xn,Yn). Израсходовав остаток ассигнованных средств на покупку товара С в объеме OL, он получит дополнительно Хм — Хм единиц свойства X и Ym — Улг единиц свойства У. Это даст ему в целом Хм единиц одного и Ym единиц другого свойства.

Если свойства, которые желает получить потребитель, воплощены в неделимых и (или) очень дорогих товарах, например автомобилях разных марок, их оптимальная комбинация может оказаться (для данного потребителя) недостижимой. Конечно, богатый может приобрести несколько автомашин (для внутригородских и загородных поездок, для членов семьи), но для среднего человека это было бы .недоступной роскошью. Последнему придется довольствоваться су б оптимальным решением. Оно показано на рис. ЗА.1 касанием прерывистой кривой безразличия и эффективной границы в точке В'. Значит, этот покупатель приобретет автомашину марки В, с меньшим, чем М, набором характеристик.

На рис. ЗА. 2 показано влияние изменения цены одного из товаров

Подпись:

 

(при сохранении цен других родственных товаров неизменными) на покупательский спрос. На рис. ЗА.2,а представлены неделимые товары. При начальных ценах эффективная граница А'В'CD' касается кривой безразличия UU ъ точке С и, значит, потребитель остановит свой выбор на товаре С (угловое решение). После снижения цены товара В эффективная граница займет положение А'В"CD' и спрос переместится с товара С на товар В (в точке В" эффективная граница касается более высокой кривой безразличия u2u2).

На рис. ЗА.2,б (делимые товары) оптимум потребителя при начальном соотношении цен занимает, как очевидно, положение М', а после снижения цены товара В — положение М. Поскольку ON > ON', мы можем заключить, что, сохраняя смешанный характер потребления, потребитель теперь будет получать большую часть интересующих его свойств за счет увеличения покупок подешевевшего товара В и меньшую за счет относительно подорожавшего товара С.

Посредством новой концепции потребительского поведения можно показать, что при данной системе предпочтений существует максимальная (для определенного потребителя) цена, которую потребитель готов заплатить за некий товар. На рис. ЗА.З представлены три товара (А, В, С). При неизменном уровне цен эффективной границей является ломаная А'В'С, касающаяся кривой безразличия u2u2 в точке В'. При некотором повышении цены товара В эффективная граница займет положение А'В"С, оптимум сдвинется из точки В' в точку В".

При дальнейшем росте цены товара В покупатель смог бы купить, израсходовав на это всю ассигнованную сумму, В"' единиц этого товара. Однако он этого не сделает. Ведь В"' сулит ему менее предпочтительную

комбинацию характеристик, чем В". И он может получить эту, более предпочтительную комбинацию, покупая вместо товара В ON единиц А и OL единиц С. Таким образом, товар В не будет приобретаться нашим потребителем, несмотря на то что он содержит значимые для него характеристики в предпочитаемой им пропорции. Однако другие потребители могут и впредь покупать товар В, если их доход позволяет это и при новом, более высоком уровне цены или если они предпочитают этот товар из-за других характеристик, на которые наш потребитель не обращает внимания.

Традиционную ординалистскую теорию часто критикуют за ее неспособность учесть появление новых товаров. Анализ характеристик позволяет решить и эту задачу. На рис. ЗА.4 представлена начальная ситуация, когда на рынке имеются лишь 3 разновидности товара (А, В, С). Пусть А'В'С — первоначальная эффективная граница, которая касается кривой UiUi в точке В'. Таким образом, данный потребитель из трех товаров покупает лишь один — В. Новый товар (D) содержит значимые для него характеристики в пропорции У X, большей, чем С, но Меньшей, чем В. Цена нового товара такова, что эффективная граница смещается в положение A'B'D'C. Теперь, как очевидно, потребитель сможет достигнуть более высокой кривой безразличия U2U2, переключив спрос с товара В на новый товар D.

Анализ характеристик не является альтернативой традиционной те-°Рии, скорее он дополняет ее, расширяя возможности научного анализа Потребительского поведения и спроса. Его можно рассматривать и как йекий мост между экономической теорией рынка и маркетингом. Есть у него и определенные недостатки. К ним относится сложность выявления всех значимых для покупателей характеристик товара, неквантифици-руемость многих из них, а также и то, что реальным объектом купли-продажи являются все же не характеристики товаров, а сами эти товары. В целом это еще один взгляд на поведение потребителей, в чем-то более, а в чем-то менее острый, чем традиционный.

Известны и другие подходы к анализу потребительского поведения и спроса, также дополняющие традиционную теорию и позволяющие взглянуть на рынок под другим углом зрения. Среди них следует назвать теорию выявленных предпочтений П. Самуэльсона6 и восходящую к «санкт-петербургскому парадоксу» Даниила Бернулли теорию выбора в ситуациях, предполагающих риск.6

 

приложение зб

 

Двойственная природа труда против двойственной природы потребностей. Маркс против Гегеля

Политическая экономия, преподававшаяся в советских вузах, в ее официальной версии благополучно обходилась без каких бы то ни было теорий потребления и спроса. Проблемы потребительского выбора, по-, ведения покупателей, их реакции на изменения цен и доходов вообще не входили в круг ее интересов. Известное положение о примате произ-. водства на деле означало табу на теоретическое изучение его конечных целей (результатов).

5См.: Баумоль У. Экономическая теория и исследование операций. М.» 1965. С. 188-194.

вТам же. С. 378-393; БернуллиД. Опыт новой теории измерения жребия // Теория потребительского поведения и спроса. СПб., 1993. (Вехи экономической мысли ; Вып. 1); ФридменМ., СэвиджЛ.Дж. Анализ полезности при выборе среди альтернатив, предполагающих риск // Там же; От порядковой полезности к количественной // Экономическая школа. 1992. Вып. 2.

Естественно, что в ней не было места и для понятия полезности (желаемости), как не было места в жизни для «самостоятельности хотенья». Под потребительной стоимостью понималась прежде всего сажа вещь, хотя и вместе с ее полезными свойствами. Возможность сравнимости разнородных потребительных стоимостей не признавалась, а однородных существенно ограничивалась.   «Теория трудовой стоимоо ти К. Маркса, — писал один из высокопоставленных профессионалов в этой области, — признает по существу только две оценки полезности однородных благ: „есть", „нет"».1

Таким образом, на теоретическом уровне отрицалась способность человека самостоятельно судить о степени удовлетворения своих потребностей, уровне своего благосостояния, выбирать наиболее предпочтительную структуру потребления, разумно реагировать на внешние сигналы — цены, доходы, наличие (отсутствие) в продаже тех или иных товаров. Обыкновенному человеку с его повседневными проблемами не было места в политической экономии, обслуживающей идеологические нужды Государства Левиафана.

Конечно, такая политическая экономия была не столько наукой, сколько учением, элементом официальной идеологии, одной из составных частей марксизма-ленинизма (вместе с философией и научным коммунизмом).

Все же научный ее статус не висел в воздухе. Он поддерживался авторитетом трудовой теории стоимости К. Маркса, в основе которой лежит претендующее на открытие положение о двойственном характере труда. Маркс различал в труде конкретный, специфизированный труд в какой-либо полезной форме (труд пекаря, сапожника, портного и т.п.), создающий конкретные потребительные стоимости, и абстрактный, всеобщий труд, как затраты человеческой рабочей силы в физиологическом смысле слова, созидающий или образующий стоимость (ценность) товаров.

Именно в этом видели экономисты-марксисты главный вклад К. Маркса в трудовую теорию стоимости— «открыть и проанализировать двойственный характер труда, создающего товар. Это открытие имеет решающее значение для политэкономии».2 Истоки этого открытия мы сейчас и рассмотрим.

Потребительная стоимость продуктов труда при социализме.   М., 1978. С 13-14.

Политическая экономия : Учебник для высших учебных заведений. М., іввв. С. 145.

3Cornellis8en Ch. Theorie de la valeur : Refutation des theories de la Rodbertus, Karl Marx, Stanley Jevons et Bohm-Bawerk. Paris, 1903. P. 122.

В 1903 г. в Париже вышла работа X. Корнеллиссена, посвященная критическому анализу некоторых версий теории ценности. Сославшись на §63 и 196 «Философии права» Гегеля, Корнеллиссен делает следующий вывод: *Маркс же старается тем же диалектическим методом и почти в тех же выражениях, как и его учитель, убедить нас в том, что в процессе обмена абстрагируются не только от специфической полезности товаров, но и от их потребительной ценности вообще. Маркс дает нам здесь теорию, ложность которой бросается в глаза».3 В русской экономической литературе эти слова Корнеллиссена затерялись в одном из многочисленных пространных подстрочных примечаний в книге А. Д. Билимовича, вышедшей буквально накануне революции.4

Происхождение концепции двойственного характера труда, как и всей трудовой теории стоимости Маркса, нетрудно обнаружить, прочитав соответствующие фрагменты гегелевской «Философии права».

«Потребляемая вещь единична в потреблении, определена по качеству и количеству и находится в соотношении с специфической потребностью. Но ее специфическая годность, как определенная количественно, сравнима с другими вещами той же годности, равно как и специфическая потребность, удовлетворением которой она служит, есть вместе с тем потребность вообще и в качестве таковой может быть сравнена по своей особенности с другими потребностями; соответственно этому также и вещь становится сравнимой с другими вещами, которые удовлетворяют другим потребностям. Эта ее всеобщность, простая определенность которой проистекает из частного характера вещи, но так, что вместе с тем абстрагируются от ее специфического качества, есть ценность вещи, в которой ее истинная субстанциальность определена и есть предмет сознания. В качестве полного собственника вещи я — собственник как ее ценности, так и ее потребления...

Прибавление. Качественное исчезает здесь в форме количественного. А именно, говоря о потребности, я указываю титул, под который можно подводить самые разнообразные вещи, и то, что есть общего ж них, является основанием того, что я их теперь могу измерять. Мысль здесь, следовательно, движется от специфического качества вещи к безразличию этой определенности, следовательно, к количеству...

Опосредствование изготовления и приобретения соответственных распавшимся на частности потребностям столь же распавшихся к* частности средств есть труд, который специфизирует для этих многообразных целей непосредственно доставляемый природой материал 9 помощью многообразных процессов. Это формирование сообщает теперь средству ценность и его целесообразность, так что человек в своем по? треблении имеет отношение преимущественно к произведениям людей ■ он потребляет именно такие человеческие усилия».5

4Билимович А. К вопросу о расценке хозяйственных благ. Ч. 1. Теория потребностей. Понятие субъективной ценности, цены и меновой ценности. Киев» 1914. С. 67.

8 Гегель. Философия права// Соч. М. ; Л., 1934. Т. 7. С. 87; 221-222.

Таким образом, Гегель различает в годности (Nutzen) две стороны— специфическую годность, удовлетворяющую специфическую же потребность, и абстрактную годность, служащую удовлетворению потребности вообще, т.е. абстрактной потребности. И именно эта «всеобщность и есть ценность вещи». Двойственный характер труда У Маркса есть не более чем зеркальное отражение двойственного характер* потребности у Гегеля.

Поразительно сходство геометрических примеров, к которым обращаются учитель и ученик для иллюстрации сведения количественных различий товаров к качественной однородности. Только если Гегель использует для такого примера образы криволинейных фигур,6 то Маркс предпочитает прямолинейные.7

Сравнивая теории учителя и ученика, нужно иметь в виду следующее. На протяжении веков теория ценности разрабатывалась в рамках некоего общего, еще не дифференцированного знания. Философы, богословы, правоведы и моралисты, а именно они были авторами первых экономических доктрин, стремились найти некую эмпирически не наблюдаемую сущность, субстанцию, первооснову товарных цен. Эту первооснову называли справедливой ценой (justum pretium — лат.), внутренней (intrinsic — лат.) или естественной (naturale — лат.) ценностью вещей. В русле этих поисков лежит и гипотеза о ^застывшем» или «овеществленном в товаре» труде как субстанции ценности.

Хотя в ходе этих поисков и было рождено немало замечательных идей, оказавших влияние на становление и развитие экономической науки как обособившейся области знания, объяснить реальное явление цены посредством «отклонения» цен от некой метафизической субстанции не удалось.

«Ценность, —писал П.Б.Струве, — одинаково и как субстанция, и как ..universale" [идея] цены есть понятие, бесполезное для познания эмпирических фактов образования цены; она означает не более не менее, как метафизическую гипотезу, которая не может иметь никакого применения в науке».8 Он прямо связывал подобные поиски конечных субстанций, универсалий со средневековым реализмом (в его умеренной форме), полагавшим, что универсалии реальны (universalia sunt realia — лат.), но существуют в единичных вещах.9

вТам же. С. 87.

7Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 45.

вСтрувеП. Хозяйство и цена. СПб. ; М., 1913. 4.1. С. XXX.

9Там же. С. I—XXXIII.

10ПопперК. Открытое общество и его враги. М., 1992. Т. 2. С. 204-205.

Карл Раймунд Поппер (1902-1994) — философ, логик, социолог. С 1945 г. живет в Великобритании. В 1945-1969 гг. профессор Лондонской школы экономики и Лондонского университета.

Так же оценивает поиски субстанциональной основы цен и К. Поп-пер: «В идее, которая введена вовсе не Марксом и согласно которой за ценами скрыта какая-то объективная, реальная, или истинная, стоимость, а цены — это только „форма ее проявления", достаточно ясно чувствуется влияние платоновского идеализма с его различением скрытой сущности, или истинной реальности, и акцидентальных, или иллюзорных, явлений... В трудовой теории стоимости платоновская „сущность" оказывается полностью оторванной от опыта».10

С отказом от поисков субстанции цен и связан переход от теории ценности (стоимости) к теории цены, более известной под названием микроэкономика. Он означал переход и в экономической теории от «реализма» к методологическому «номинализму», господствующему в естественных науках. «Методологический номинализм стремится не к постижению того, чем вещь является на самом деле, и не к определению ее подлинной природы, а к описанию того, как вещь себя ведет при различных обстоятельствах, и в частности к выяснению того, имеются ли в этом поведении какие-либо закономерности».11

 

^ПопперК. Открытое общество и его враги. М., 1992. Т. 1. С.64. Ср.: Струве П. Хозяйство и цена. 4.1. С. XXXII—XXXIII.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 |