Имя материала: Национальная экономика

Автор: Александр Павлович Гоадов

Введение

 

Своеобразие экономической деятельности в рамках любой страны обусловлено многими факторами: наличием природных ресурсов и определенных климатических условий; величиной национального богатства и демографической структурой общества; особенностями национального менталитета; особенностями политического, государственного и общественного устройства.

Вместе с тем экономика любой страны, то есть ее национальная экономика, обладает многими общими для всей мировой экономической системы чертами, развивается в основном по общим экономическим законам, которые не в состоянии отменить никакая «политическая воля» правящей элиты. Попытки противостоять этим законам могут в том или ином краткосрочном периоде исказить ход экономических процессов. Однако в долговременной перспективе, как показывает многовековой исторический опыт, экономические законы дают о себе знать и экономическая деятельность, направляемая ими, продолжается в тех же границах и по тем правилам, которые вытекают из этих законов. Не является исключением из этих правил и экономика России.

В курсе экономической истории подробно исследовались проблемы исторического развития экономики стран Европы, Америки, Азии. Особое внимание в этом курсе уделялось исследованию исторических тенденций формирования и развития национальной экономики России. Каковы же основные выводы из этих исследований?

Чрезмерная продолжительность кризисного этапа преобразований национальной экономики, осуществлявшихся в России в конце XX в., отсутствие у большой части граждан РФ уверенности в правильности выбранной модели преобразований заставляет вновь и вновь возвращаться к вопросу: «Камо грядеши? Quo vadis? Куда идем?»

Прежде чем ответить на вопрос о предпочтительном для страны экономическом порядке, нужно по меньшей мере прогнозировать возможные последствия различных направлений экономических преобразований, которые по замыслу правящей элиты должны быть осуществлены в той или иной стране. Однако такие прогнозы будущего только тогда могут быть достаточно обоснованными, когда им предшествуют исторические исследования прошлого.

Среди факторов, которые влияют на выбор направлений и методов экономических преобразований, важнейшими являются исторические тенденции формирования национальной экономики и менталитет большинства граждан любой страны.

Возникает вопрос, почему именно эти факторы оказывают наиболее сильное влияние на характер и методы осуществления экономических преобразований в стране? Разве, например, степень морального и физического износа материально-технической базы страны, сложившаяся к моменту начала экономических преобразований, не влияет на выбор приоритетов при разработке стратегических программ этих преобразований? Конечно, влияет и в немалой степени, поскольку этот фактор может оказать существенное влияние на возможности обеспечить национальной экономике страны необходимые конкурентные преимущества, а следовательно, и на стратегию внешней и внутренней политики государства, которая должна сделать страну привлекательной для долгосрочных, перспективных инвестиций. Такие стратегические инвестиции, естественно, уменьшают возможности финансирования текущих нужд общества. Несмотря на то, что этот фактор относится к разряду, так сказать, «технических», он тесно связан с ментальными особенностями, «качеством» населения страны.

Влияние подобных «технических» факторов на характер экономического развития зависит от того, как граждане страны воспринимают свою социальную роль, насколько они готовы принять на себя личную ответственность за собственное благополучие и вместе с тем готовы ли они пожертвовать сегодняшним благополучием во имя благополучия своих потомков. Именно эти жизненные установки в конечном итоге предопределяют характер концептуальной модели экономических преобразований.

Дело в том, что и исторические тенденции формирования национальной экономики, и менталитет народов, населяющих страну, не подвержены «обратному» влиянию действующих сегодня правящих структур. И то и другое формировалось веками. Начиная преобразования, политики уже не могут «отменить» историю и сложившееся ранее мировоззрение. Предлагая те или иные модели преобразований и средства, и методы их реализации, они могут (и должны) учитывать эти данности. Эти модели должны в наибольшей степени отвечать историческим традициям и менталитету парода. Влияние властных структур на такое устойчивое явление, как менталитет чрезвычайно затруднено, поскольку система взглядов и жизненных установок передана ныне живущим людям вместе с генами их предков. Навязывать же народу не свойственные его понятиям принципы преобразований без соответствующей политической поддержки, раскрывающей преимущества этих преобразований для различных слоев населения страны, бесполезно. Как показывает история, отсутствие политической поддержки реформ приводит к неприятию этих реформ прежде всего теми, во имя блага которых реформы задумывались их авторами.

Каковы же результаты исследований процессов развития национальных экономик стран мирового сообщества?

Обобщение результатов реформаторских и контрреформаторских курсов правящей элиты России на рубеже XIX и XX вв. позволяет сделать следующие выводы:

Наблюдается четко выраженное «волновое» развитие экономических и политических курсов сменяющих друг друга правительств, особенно в отношении «крестьянского вопроса» и изменения роли государства в экономической и общественной жизни.

Основными целями реформ в большинстве случаев были: совершенствование (модернизация) государственного управления страной; попытки решения проблемы ослабления зависимости крестьян от власти общины; попытки демократизации экономической деятельности и общественной жизни.

Политика контрреформ, как правило, подчинялась принципам усиления вмешательства государства в экономическую и общественную жизнь всех слоев (сословий) общества, ужесточения борьбы с инакомыслием, усиления протекционистских и автаркических тенденций в 'практических решениях правительства.

Реформы, проводимые «сверху», в силу отсутствия их поддержки со стороны, прежде всего тех классов и слоев населения, на изменение жизни которых они предположительно были направлены, не давали должного эффекта, а порой приводили к обратному результату.

Основными причинами отсутствия подобной поддержки-реформ являются; противоречивость последствий реформ для разных классов и слоев населения; исторически сложившийся характер менталитета основной массы народа, приверженной принципам общинности и патернализма, а для значительной доли населения — и принципам эгалитаризма.

В большинстве реформ не соблюдался принцип системности, то есть взаимной увязки отдельных элементов этих реформ. Этот принцип иногда закладывался в основу проектов реформ (Сперанский, Столыпин), но в силу различных политических, идеологических и иных причин не реализовывался на практике.

В течение XX в. стратегические цели управления национальной экономикой периодически изменялись. Эти изменения происходили под влиянием политических факторов (изменение государственного и общественного строя), факторов военного характера (укрепление оборонного потенциала, послевоенная перестройка экономики), факторов социально-экономического характера (повышение уровня жизни, повышение эффективности производства) и т. п.

Продолжается «маятниковое» развитие национальной экономики России, чередование реформ и контрреформ. Непоследовательность и противоречивость проводимых реформ существенно снижали их эффективность. В течение XX в. четыре раза предпринимались попытки изменить экономический порядок страны. Тем не менее XX в. продолжил традицию XIX в.: основным итогом реформирования экономики в XX в. стало постепенное приближение к новому экономическому порядку — социально-ориентированной рыночной экономике.

Сегодня весьма актуально звучит характеристика состояния России в конце XIX в., данная одним из крупнейших юристов России профессором П. Е. Казанским в 1897 г. «В общественных отношениях, — писал П. Е. Казанский, — совершается ныне какой-то необычайный переворот. Происходит перестройка жизни во всех ее частях и слоях, но мы, современники, не различаем еще вполне ясно, куда ведут нас события... Мы видим всюду суетливую борьбу интересов и страстей, кипучую работу ума и рук, а здание будущего предносится нам весьма неясно. Мы скорее предчувствуем его, чем понимаем...» (Казанский П. Е. 1897, т. 1, с. 6).

Экономические реформы, осуществлявшиеся в XX в. в Западной Европе. В Германии, как и в России, в XX в. наблюдается волнообразное реформирование национальной экономики. Четко прослеживается тенденция смены экономических порядков. За период 1918-1960 гг. в Германии трижды изменялся экономический порядок: рыночная экономика Веймарской республики сменилась централизованно управляемой экономикой фашистской диктатуры, которую благодаря реформам Л. Эрхарда сменил конкурентный порядок — социально-ориентриованная рыночная экономика. Реализация парадигмы конкурентного порядка на основе неокейнси-анской модели оказалась наиболее приемлемой для исторических и социально-экономических условий Германии, о чем свидетельствуют высокие результаты экономической деятельности, достигнутые страной к концу XX в.

В отличие от преобразований, происходивших в России и Германии в XX в., реформирование национальной экономики Великобритании не приводило к смене экономических порядков. Тем не менее волны реформ и контрреформ наблюдаются и в этой стране. Волнообразные преобразования здесь связаны прежде всего с систематической сменой у власти консерваторов и лейбористов. Отличие экономической политики этих партий заключается главным образом в разном представлении ими роли государства в регулировании экономической деятельности. Однако эти различия не приводили к кардинальным изменениям социального строя в стране. Наиболее радикальными и результативными были реформы М. Тэтчер, базирующиеся на либеральной модели функционирования национальной экономики, предусматривающей достаточно сильную роль государства в регулировании экономической деятельности. Подобная модель реформирования отвечает англиканской социальной доктрине, поддерживающей идею «смешанной экономики», отрицающей идеологию laissez-faire.

Несмотря на волнообразный характер реформ, инициируемый сменой политической ориентации правящей элиты Франции, отличительной особенностью реформирования национальной экономики этой страны в XX в. является более сильное, чем в остальных странах Западной Европы, государственное вмешательство в экономическую деятельность (идеи «индустриального императива» и «дирижизма»). Эта тенденция присуща в большей степени правительствам левой ориентации. Вместе с тем и правительства с консервативной ориентацией сохраняли довольно значительную долю экономического потенциала страны либо в собственности государства, либо под воздействием сильного государственного регулирования.

Таким образом, подводя итоги анализу реформирования национальных экономик некоторых развитых западно-европейских стран в XX в., можно констатировать, что главной проблемой, перед решением которой оказывались реформаторы, являлась проблема определения роли государства в регулировании экономической деятельности. Применение в «чистом» виде методов реформирования, присущих определенной модели (монетаризм, кейнсианство и т. п.), в каждой стране «дополнялось» мерами, обусловленными особенностями национального менталитета, сформированного в течение четырех веков под воздействием католицизма и протестантизма. Если католицизм проповедовал «всеохватывающее единство между различными личностями», то протестантское вероучение культивировало чувство личного достоинства, индивидуализм. Кальвинизм проповедовал бережливость, мирской аскетизм, оправдывал предпринимательство. В соответствии с идеологией кальвинизма человек своими успехами может доказать, что он «божий избранник».

Постоянная борьба между различными христианскими вероучениями наложила свой отпечаток на менталитет народов западноевропейских стран, под влиянием которого выбирались модели реформирования национальных экономик.

Общим для реформирования национальных экономик всех западноевропейских стран в XX в. было сочетание либерализма и жесткого государственного влияния на экономику. Такой подход характерен и для французского «дирижизма», и для германской социально ориентированной рыночной экономики, и для английского «тэтчеризма».

Экономические реформы, осуществлявшиеся в США в XX в.

Анализируя итоги реформирования национальной экономики США в XX в., следует обратить внимание на то, что две наиболее значимые реформы, проведенные в начале и последней четверти XX в., преследовавшие сходные цели: вывод страны из кризиса, осуществлялись по двум разным теоретическим моделям: кейнсианской и неоконсервативной («теория предложения»). По-видимому, причиной этого является существенное различие в условиях, сложившихся в стране к моменту начала первой и второй реформ. Великая депрессия 20-30-х гг. и кризис 70-80-х гг. различаются глубиной падения национальной экономики. Если происходившее в 70-80-х гт. может быть названо кризисом, то Великая депрессия должна расцениваться как катастрофа национальной экономики, выход из которой мог быть осуществлен только на основе жесткого вмешательства государства в экономическую деятельность.

Экономические реформы в странах Азии в XX в. Особенностью экономических реформ в Японии является существенное вмешательство государства в экономическую деятельность. Если в период после Первой мировой войны это вмешательство было направлено на стимулирование главным образом военно-промышленного комплекса, усиление милитаризации страны, то в период после Второй мировой войны государственное вмешательство имеет целью не только вывод национальной экономики из мобилизационного в режим градуалистского развития, но и придание экономическому развитию высокого уровня динамичности. Главной целью реформирования экономики Японии в конце XX в., сформулированной правящей элитой страны и получившей общественную поддержку, становится построение общества благополучия

Важнейшей предпосылкой успешности реформ становится менталитет японской нации, обеспечивший принятие и реализацию обществом целей и средств реформирования. Идеология дзэн-буддизма, получившая распространение в Японии, проповедует «мгновенное просветление», постижение истины — сатори. Дух семьи, объединение вокруг общего «большого дела», концентрация на решении актуальной проблемы — источники «мгновенного просветления», позволяющие добиваться значительных успехов при проведении различных преобразований в национальной экономике Японии.

В реформах середины и второй трети XX в. преимущественную роль играла кейнсианская модель, на базе которой осуществлялся переход к новому экономическому порядку — социально ориентированной рыночной экономике. Именно эта модель, предполагающая сильную регулирующую роль государства в экономической жизни страны, наиболее соответствует японскому менталитету.

Подводя итоги реформирования национальных экономик Китая, Южной Кореи и Вьетнама, можно заключить, что своеобразием реформ, проводимых в этих странах, является стремление перейти от централизованно управляемой экономики к новому экономическому порядку — смешанной (многоукладной) экономике с весьма существенной ролью государства в регулировании экономической деятельности. Различия в подходах к реформированию обусловлены главным образом особенностями предшествующего началу реформирования экономического, государственного и общественного порядков, а также уровнем развития национальных экономик.

Так же как и для стран других континентов, на выбор модели реформирования в странах Юго-Восточной Азии существенное влияние оказывал менталитет народов этих стран.

Обобщая исследованные исторические аспекты наиболее значимых экономических реформ в России и ряде наиболее развитых стран Европы, Америки и Азии, попытаемся ответить на следующие вопросы:

Что общего между всеми основными реформами национальных экономик, осуществлявшимися в разных странах, независимо от эпох и континентов?

В чем различие проводившихся реформ и чем обусловлены эти различия?

Отвечая на первый вопрос, можно констатировать, что где бы и когда бы ни проводились реформы, их инициаторами, как правило, были первые лица государственной власти. Это означает, что реформы как в XVII, XVIII, XIX, так и в XX в. проводились «сверху». Практически всегда реформы сопровождались высокой ценой для средних и низших слоев населения. Главной целью реформ как в России, так и в других наиболее развитых странах было стремление к повышению экономической мощи, обеспечивающее прочное положение той или иной страны в мировой системе.

К концу XIX в., а также на протяжении XX в. в подавляющем большинстве стран наряду с укреплением положения на мировой арене стали усиливаться стремления к выдвижению социальных целей на первые места в иерархии целей реформ. При всем различии средств реформирования общим во все времена, как правило, было стремление к финансовой стабилизации, профициту государственного бюджета, стимулированию экономического роста, повышению уровня занятости, защите социально уязвимых слоев населения. При этом важнейшими были денежные и налоговые реформы, реформы кредитно-денежной и таможенной политики. Актуальной для большинства стран была проблема определения степени участия государства в регулировании (управлении) экономической деятельности. Эта проблема была актуальной и для реформ начала и второй половины XX в. в США, Великобритании, Франции, и для реформ в Японии, Китае и Вьетнаме, и для реформ в странах Латинской Америки.

Для стран, осуществлявших переход к новому экономическому порядку, например для России, Германии или Чили, характерным было усиление социальной напряженности в обществе, что приводило к серьезным конфликтам. Для этих стран важнейшими проблемами были выбор предпочтительного экономического порядка и выбор темпов экономических преобразований («шоковая терапия», как, например, в Польше или «градуалистекая политика» переходного периода, как в Венгрии).

Характерной чертой процесса преобразований в экономике, общей для многих стран, в том числе для России, Франции, Германии, ряда стран Латинской Америки, является чередование реформ и контрреформ, которое происходит по мере смены политической власти.

Ответ на второй вопрос может быть сформулирован следующим образом. Основные различия реформ проявлялись прежде всего в использовании странами разных теоретических концепций реформирования. Применение той или иной модели реформ во многом определялось политическими пристрастиями правящей элиты страны; предшествующим началу реформ государственным и общественным порядком, состоянием национальной экономики; геополитическим положением страны в мировой экономической системе, степени ее зависимости от доминирующих стран и группировок. Геополитическое положение страны («теллурократическое» или «талассократическое») вырабатывает различные цивилизационные установки населения, способствующие реализации той или иной концептуальной модели реформ. Существенное влияние на выбор такой модели оказывает менталитет большей части населения страны: господствующие в обществе мировоззренческие взгляды, жизненные установки, национальные традиции, религиозные убеждения. Именно они формируют, по словам М. Вебера, психологические стимулы, «которые давали определенное направление всему жизненному строю и заставляли индивида строго держаться его. Эти стимулы были в значительной степени обусловлены спецификой религиозных представлений» (Вебер М., 1990, с. 138). Именно поэтому в подавляющем числе стран, реформирующих национальную экономику, инициаторами реформ учитывался «человеческий фактор» — ментальные особенности населения этих стран. Завершая краткий экскурс в историю эволюции национальных экономик стран мирового сообщества, приведем высказывания двух известных реформаторов национальной экономики.

Бенджамен Дизраэли, лорд Биконсфилд, премьер-министр Великобритании в период 1874-1880 гг., считал, что в прогрессивной стране изменения происходят постепенно и вопрос не в том, сопротивляться ли изменению, которое неизбежно, а в том, будет ли оно осуществлено с должным уважением к нравам, обычаям, законам и традициям народа или же в соответствии с абстрактным принципом, общими доктринами и по произволу.

Другой точки зрения придерживался хорошо знавший российские реалии министр финансов Российской империи в период 18921903 гг. С. Ю. Витте. Он говорил, что в России необходимо проводить реформы быстро и спешно, иначе они большей частью не удаются и затормаживаются.

Эти высказывания как нельзя лучше отражают всю сложность и противоречивость проблем, связанных с выбором наиболее предпочтительных направлений развития национальной экономики, особенно такой страны, как Россия. Учет исторических тенденций формирования и реформирования национальной экономики страны является непременным условием успешности экономических, политических и идеологических преобразований, осуществляемых в стране в начале XXI в.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 |