Имя материала: Общая теория собственности

Автор: Черкасов Геннадий Иннокентьевич

Глава 8 собственность в современной россии

Строго говоря, специальное рассмотрение этого сравнительно частного вопроса не входит в общую теорию собственности. Но для российской системы высшего образования (особенно для изучающих социальные науки) способы присвоения жизненных благ в своей стране несомненно представляют большой интерес. Тем более, что без ясного понимания таких способов вряд ли возможна устойчивая успешная деятельность в какой-либо сфере нашей жизни.

Как ни значительны сами по себе собственнические отношения, они все же являются лишь составной частью любого общественного строя в целом. Поэтому более или менее верно определить их сущность в современной России невозможно без предварительной характеристики ее общего положения.

 

8.1. Социально-экономическое состояние России к началу XXI века

Характер переходного периода в нашей стране. Наверное, большинство российского населения связывают сейчас свою жизнь с каким-то переходным временем . Однако далеко не все ясно представляют суть этого времени и его границы. По таким вопросам даже среди ученых и в нашей стране, и за рубежом существует немало различных точек зрения.

Наиболее распространенная из них состоит в том, что в России совершается переход от административно-командной экономики к рыночной. Подобное понимание вопроса вызывает серьезные возражения. Прежде всего оно отличается односторонним, а потому неполным подходом. Конечно, ядром всякого переходного периода в общественном развитии служат экономические изменения, но это еще далеко не все: надо обязательно иметь в виду также социально-политические и духовные процессы. Кроме того, приведенная точка зрения отличается недостаточной глубиной. Дело в том, что административно-командное управление было лишь внешней особенностью советского строя, в том числе и его экономики. Такой же внешней особенностью общества, к которому идет наша страна, является его рыночная форма — ведь в нем главное будет состоять не в отношениях обмена, а в отношениях непосредственного производства, в том числе в ведущей собственности на средства производства.

Встречается и другое определение переходного периода в современной России. Некоторые ученые утверждают, что она сейчас развивается от государственного социализма к новой социально-экономической системе (иногда ее называют смешанной). Однако еще надо доказать, что в нашей стране за советский период действительно был создан социализм (хотя бы в основном). Вместе с тем в названном определении неясно, расплывчато указывается, к какому именно строю мы сейчас идем.

Было бы целесообразно так представить содержание исследуемого переходного периода: это движение России от общества социалистического строительства к капитализму. Подобное понимание вопроса можно обосновать следующим образом.

подлинный социализм, очевидно, еще не был создан (даже в основном) в Советском Союзе. Прежде всего там только еще формировалась реальная общественная собственность, в том числе на ведущие средства производства. Как правило, не осуществлялось распределение потребительских благ по труду. Отношения обмена чаще всего носили волюнтаристский характер. И, конечно, жизненный уровень советских людей не соответствовал требованиям социализма, поскольку наша страна в то время находилась еще на этапе его становления. Поэтому и современный переходный период у нас начался лишь с такого этапа, а не с уже построенного социализма (государственного или какого-либо иного).

движение России за нынешний переходный период в сторону возникновения именно буржуазного общества подтверждается действительными массовыми процессами в стране, особенно в экономической области. Речь идет в первую очередь о приватизации.

Приватизация — это законодательно утвержденный переход различных типов и форм собственности в частную собственность. Непосредственно такой процесс носит политико-юридический характер, но в итоге обычно приводит к глубинным результатам изменению реальных способов присвоения-отчуждения жизненных благ.

Чаще всего приватизация донимается как превращение в частную лишь государственной собственности. Это суженное представление, поскольку в частное владение может переходить и коллективное, и даже личное достояние. Кроме того, такое понимание вопроса далеко не всегда отражает истинную сущность приватизации. Дело в том, что при рабовладении, феодализме и капитализме превращение государственной собственности в частную фактически не является приватизацией, так как происходит лишь переход одной формы частного присвоения в другие, а именно: частно-классовой — в частно-индивидуальную и частно-групповую.

В России приватизация в начале 90-х годов в основном соответствовала своей истинной сущности. Здесь действительно частная собственность возникала за счет других типов владения. Причем это происходило путем преобразования не только прежнего государственного достояния (т.е. общественного, хотя и незрелого), но и коллективного (колхозов, потребкооперации и т.д.), а также личного (например, подсобных хозяйств, квартир, художественных произведений). Другие особенности приватизации в нашей стране состоят в ее массовости, высоких темпах, этапности. В то же время она отличается значительной стихийностью, криминальностью, попранием интересов широких слоев населения.

Сущность возникшего в России общественного строя. Итогом приватизации в России явилось несомненное господство частной собственности. К концу 1999 г. индивидуальная и групповая ее формы охватывали свыше 74\% всех предприятий и организаций нашей страны, а в промышленности — 88,7\%. Кроме того, около 5\% предприятий и организаций продолжали оставаться федеральным достоянием1, т.е. в современных условиях фактически стали частно-классовой принадлежностью. Широкое распространение получил наемный труд, возник разветвленный рынок рабочей силы. К концу 90-х годов появилось немало частнохозяйственных монополистических объединений, преимущественно в виде финансово-промышленных групп (ФПГ). Все это важнейшие признаки активно формирующегося капитализма.

Подобное положение в экономической сфере вызвало в нашей стране широкое распространение частной собственности на

 

1 См.: Российский статистический ежегодник. — М., 2001. — С. 313, 343.

социальные и духовные блага. Типичным стало коммерческое предложение образовательных, медицинских, спортивных и других социальных услуг; использование с целью извлечения прибыли информации, научных знаний, художественных произведений и т.п. Причем и в этих сферах активно применяется наемный труд.

Все приведенные данные (особенно экономические) убедительно говорят о том, что в современной России к концу 90-х годов прошлого века сформировалось капиталистическое общество.

С учетом такого факта надо определять и сроки переходного периода в нашей стране. По этому вопросу тоже существуют разные точки зрения. Многие отечественные обществоведы утверждают, что данный переходный период еще не завершен. Есть даже мнение, что он будет продолжаться несколько десятилетий. Разногласия объясняются, видимо, неоднозначным пониманием самого этого периода. Если его считать движением страны к развитому товарному хозяйству или к зрелому капитализму, то он, конечно, еще не закончился. Если же он понимается как процесс возникновения капитализма лишь в основном, то можно утверждать, что к концу 90-х годов он завершился. Последняя точка зрения является предпочтительней.

Но вернемся к характеристике общества, образовавшегося в России на рубеже XX—XXI веков. Выше оно было определено как в основном сложившийся капитализм. Добавим, что это крайне неразвитый, примитивный капитализм, свойственный ряду стран еще в конце XVIII — начале XIX вв. К тому же наше общество охвачено длительным всесторонним кризисом: экономическим, социальным, политическим, идеологическим, моральным.

Иногда утверждается, что сейчас в России существует не капитализм, а какой-то варварский, разбойничий строй, которого мир еще никогда не видел. Это, однако, не так. Повышенная криминальность была всегда присуща первоначальному, незрелому буржуазному обществу (да и в развитом далеко не изжита). Уместно напомнить высказывание одного английского публициста середины XIX в., приводимое в «Капитале» К. Маркса, о том, что во имя достижения высоких прибылей предприниматель может попирать все человеческие законы и пойдет на любое преступление даже под страхом виселицы.

Таким образом, приходим к выводу, что в России к концу 90-х годов прошлого столетия в основном сформировался капитализм, но в крайне незрелом состоянии.

Из отмеченных выше особенностей российской приватизации можно понять, что процесс возникновения этого общества отличается большим своеобразием, но главное, однако, не в специфике приватизации. Гораздо важнее, что капитализм у нас появился не после феодального строя, не в ходе его разложения, а после довольно продолжительного периода социалистического строительства. Кроме того, он возник, когда почти во всем мире капитализм уже давно существовал, а в целом ряде стран достиг высокого развития. Все эти (возможно, еще и другие) обстоятельства не могли не сказаться на характере собственнических отношений в России.

 

8.2. Особенности частной собственности в России

В предыдущем параграфе было показано, что эта форма при-

своения-отчуждения в          время является в России гос-

подствующей. Поэтому именно с нее целесообразно начать ана-

лиз состояния собственности в нашей стране.

Общие черты частной собственности в современной России. Распространение частного присвоения, с одной стороны, вызвало в России значительный рост предпринимательской инициативы, развитие рыночной инфраструктуры. Однако то и другое оказалось направленным на удовлетворение главным образом эгоистических потребностей подавляющего меньшинства населения. Тем самым это присвоение (прежде всего крупное и среднее) приобрело целый ряд негативных черт.

частнособственнические отношения в це-

лом отличаются в нашей стране крайне индивидуалистическим,

крайне антидемократическим характером (со стороны субъектов

присвоения). Такая черта в наибольшей мере присуща крупным

владельцам. Отсюда беспредельная алчность, неспособность ид-

ти на компромиссы, уступки и соглашения. Неслучайно, что

один из видных теоретиков и практиков российских демократов

Я.В. Лившиц многократно призывал отечественных олигархов:

«Господа, делиться надо». Но господа олигархи и им подобные

делиться не хотят — ни между собой, ни тем более со своими

наемными работниками. К началу 2000 г. доля оплаты труда в

ВВП страны снизилась до 25\%, в то время как даже в слабораз-

витых государствах она доходит до           К тому же зара-

ботная плата выдается с большими задержками: в августе 2002 г.

 

1 См.: Экономика и жизнь.— 2000. — № 10. — С. 3.

задолженность по заработной плате в целом по стране составила 35,9 млрд руб.1 В результате примерно третья часть всего нашего населения относится к бедным слоям.

Очень яркое доказательство безграничной алчности крупных российских собственников — их единодушный отказ в финансовой поддержке космического комплекса «Мир». Еще одним примером служит упорное и массовое нежелание многих отечественных «частников» платить налоги. На начало 1998 г. их исправно вносили лишь 16—17\% хозяйствующих субъектов2. С

г., по официальным данным, положение улучшилось, однако до полного сбора налогов еще очень далеко.

В результате бескомпромиссной позиции российских частных собственников возникло невиданное в новое время экономическое расслоение общества. По данным академика РАН Д.С. Львова, в 1997 г. всего 1,5\% населения нашей страны присваивали 56\% национального дохода. Вместе с тем на начало

г. свыше 30\% российских граждан имели доходы ниже прожиточного минимума3. В нашей стране один из самых высоких в мире децильный коэффициент, т.е. разница между доходами 10\% наиболее богатых людей и 10\% наиболее бедных. Причем этот коэффициент в основном растет.

современная частная собственность в России характеризуется исключительно высокой степенью монополизации. В значительной мере она унаследована от советских времен. Но теперь экономический монополизм намного усилился и, главное, превратился в частный. Известно, что основная доля нашего народного хозяйства к концу 90-х годов оказалась в руках семи гигантских олигархических объединений. По мнению президента одного из них, В. Потанина, 10—15 бизнесменов контролируют создание половины ВВП. Формируются и не столь мощные финансово-промышленные группы (ФПГ). На конец 2001 г. было зарегистрировано 86 таких гр4 упп, из которых примерно 18\% являются транснациональными4. Главными сферами деятельности ФПГ служат такие базовые отрасли, как машиностроение, металлургия, химическая и нефтехимическая промышленность. Подобная ситуация все более распространяется

 

1          См. Экономика и жизнь. — 2002. — № 35. — С.2

2          См. Экономика и жизнь— 1998. — № 9. — С. 3.

3          См. Россия в цифрах. — М., 2001. — С. 99.

4          Российский экономический журнал. — 2002. — № 3. — С. 13 на сельское хозяйство: в стране фактически монополизирован зерновой рынок.

Столь высокая степень монополизации производства (тем более в наших кризисных условиях) оказывает в целом отрицательное влияние на все стороны российской общественной жизни, в том числе на политику и идеологию. Ведь известно, что всякая монополия неизбежно порождает стремление к застою и загниванию. Это особенно опасно для страны, где не развито антимонопольное законодательство и где важнейшие правовые акты выполняются крайне слабо.

современной российской частной собственности присущ компрадорский характер. Дело в том, что она в очень большой степени способствует развитию иностранного производства и обращения. Это осуществляется главным образом посредством вывоза крупных денежных масс и размещения их в зарубежные производственные предприятия, торговые фирмы и банки. Только за 1994—2001 гг., по официальным данным, за пределами России оказалось почти 190 млрд долл. отечественного капитала. Однако по некоторым другим источникам, это количество гораздо больше — до 2 трлн долл.; на эти средства в том числе создано 5800 зарубежных предприятий1.

Кроме того, компрадорская направленность российской частной собственности состоит в том, что последняя позволяет иностранным инвесторам очень выгодно применять у нас свой капитал. Он активно проникает в исключительно прибыльные, дающие быструю отдачу сферы: прежде всего в финансовые спекуляции, топливную и пищевую промышленность, сферу услуг. С его участием за 2000 год было создано свыше 16\% всей нашей промышленной продукции2. Быстро растет доля зарубежных вложений в российских коммерческих банках: с сентября 1998 г. по сентябрь 1999 г. (всего лишь за год) она увеличилась с 5 до 12,5\%3. Похоже, что в некоторых частных финансовых учреждениях иностранные компании имеют контрольные пакеты акций.

Но самое тревожное для России состоит в том, что зарубежные фирмы начинают внедряться во многие предприятия военно-промышленного комплекса. Уже к началу 1998 г. они завладели контрольными пакетами или значительным количеством

 

' См.: Аргументы и факты — 2002. — № 9. — СЮ; Комсомольская правда — 2002. — 26 ноября. — С. 8.

2          См.. Аргументы и факты. — 2001. — № 17. — С. 5.

3          См.. Аргументы и факты. — 1999. — № 39. — С. 6.

акций таких предприятий ВПК, как «Авионика» (г. Москва), Московский вертолетный завод им. М. Миля, АО «Технология» (г. Москва), «Энергия» и «ЛОМО» (г. Санкт-Петербург), АО «Прибор» (г. Курск) и др. Есть сведения, что в подобном положении оказались АО «Пермские моторы» и Калужский турбинный завод. По мнению бывшего председателя Комитета по безопасности Государственной Думы РФ В. Илюхина, «в случае кризисной ситуации американцы уже способны заблокировать производство систем и приборов управления для всей авиационной промышленности России»1.

Наконец, компрадорский характер нынешней отечественной частной собственности состоит в том, что она допустила фактический приоритет в нашей стране иностранной валюты — доллара США. К началу 2000 г. в России обращалось до 150 млрд этой денежной единицы, т.е. примерно столько же, что и в самих США2. По сути дела американский доллар стал у нас второй национальной валютой (если не первой).

В-четвертых, современная российская частная собственность в массовом порядке имеетярко выраженные криминальные черты.

Это касается прежде всего ее происхождения. Дело в том, что она возникла в процессе приватизации, весьма сомнительной с точки зрения законности и социальной справедливости. Приведем следующий обобщенный факт: за 90-е годы народное достояние стоимостью в триллион долларов и бесценные природные ресурсы были проданы частным лицам всего за 5 млрд долл.3 При этом важнейшую роль сыграли разнообразные махинации с ваучерами. Сотни крупных предприятий (в том числе оборонного характера), по закону не подлежащие приватизации, неведомыми путями оказались в руках отдельных лиц, причем, как только что показано, нередко даже в руках иностранцев. Одним из мошеннических способов приобретения предприятий стало залоговое кредитование российского правительства коммерческими банками. Таким путем (при невозвращении кредитов) из государственного ведения фактически за бесценок (почти в 30 раз дешевле) ушли 500 крупнейших предприятий, в том числе такие, как Норильский комбинат цветных металлов и Северо-Западный морской порт (Санкт-Петербург)4. По сути дела

 

1          См. Нижегородская правда. — 1998. — 12 февраля. — С. 3.

2          См. Аргументы и факты. — 2000. — № 3. — С. 6.

3          См. Экономика и жизнь. — 2000. —№ 10. — С. 3.

4          См. Советская Россия. — 1999. — 13 мая. — С 2 в нашей стране был в массовом порядке реализован знаменитый тезис П.Ж. Прудона: «Собственность — это кража».

Криминальность пронизывает и дальнейшее перераспределение российской частной собственности. Обычно такими методами совершается передел захваченных богатств. Примерно третья их часть переходит ежегодно из рук в руки в результате мнимых банкротств и мафиозных разборок. Расцвела практика использования подставных фирм в борьбе за новые приобретения и незаконные доходы, а также в целях уклонения от налоговых и других платежей. В итоге, по разным подсчетам, от 40—50\% ВВП России создается в теневом секторе народного хозяйства.

Особую опасность представляет для нашей страны организованная преступность. Она, как правило, действует в хозяйственной сфере и олицетворяет собой наиболее криминальный элемент российского частного бизнеса. За 90-е годы организованная преступность выросла во много раз: если в 1990 г., по статистике МВД, в стране было 785 преступных группировок, то на начало 1999 г. — уже около 10 ООО1.

Массовое нарушение законности свойственно нашим частным собственникам не только в экономической области, но и в социальной и духовной сферах. Это наиболее ярко проявляется во время разнообразных избирательных кампаний, а также в области образования и медицины, при сделках с художественными ценностями.

Конечно, буржуазная собственность в любой стране и в любой период в той или иной мере отличается криминальным ха-рактером2. Но сейчас в этом отношении мы, как^говорится, оказались впереди планеты всей. По данным ООН, уровень коррумпированности общественной жизни выше только в нескольких слаборазвитых африканских и южноамериканских странах.

В-пятых, частная собственность в современной России очень слабо подвергается государственному регулированию, особенно по сравнению с наиболее развитыми странами. Главная причина, видимо, в том, что наши властные структуры в целом находятся под сильным влиянием крупного бизнеса (прежде всего монополистического), а он сейчас заинтересован в максимальной свободе действий.

Явную недостаточность государственного регулирования частной собственности в нашей стране можно подтвердить мно-

 

1          Там же.

2          В мировой художественной литературе это убедительно и детально показано, например, в «Трилогии желания» Т. Драйзера.

9 Общая теория собственности

гими фактами. Таково прежде всего невмешательство властных структур в антиобщественные действия нефтяных, газовых, энергетических компаний, что особенно наглядно проявляется в области ценообразования. Названные компании время от времени необоснованно (только в интересах роста своих прибылей) повышают цены и тарифы на свою продукцию: так произошло, например, с ценами на бензин в середине 2002 г. Однако государственные органы (в том числе федеральные) на подобные явления фактически не реагируют. Нельзя не отметить также безуспешные попытки властей способствовать созданию эффективной системы коммерческих банков. Государство не принимает действенных мер по ограничению излишнего посредничества в торговых операциях. Пассивно оно ведет себя и при социальных конфликтах в частном секторе, даже в тех случаях, когда дело доходит до прямых столкновений.

Слабая регулирующая роль властных структур во многом способствует появлению и усилению у российского бизнеса отмеченных выше негативных качеств, особенно его повышенной криминальности.

Состояние государственной собственности в современной России. До сих пор речь шла преимущественно о частно-индивидуальной и частно-групповой собственности в нашей стране, причем главным образом о крупной и средней. Однако здесь, разумеется, существуют и другие формы частного владения, которые тоже требуют к себе специального внимания.

Рассмотрим состояние государственной собственности в современной России. Этот вопрос нашел свое место именно в данном параграфе потому, что указанное присвоение понимается как проявление в основном частной собственности, точнее частно-классовой. В то же время оно настолько специфично, что не выделить его было бы неправомерно.

Государственная собственность в нашей стране за 90-е годы претерпела радикальные изменения. Речь идет прежде всего о качественных из них: из внешней формы общенародного достояния (хотя и очень незрелого) она превратилась в проявление частной собственности, главным образом крупной капиталистической (и тоже крайне неразвитой). Этот процесс протекал в глубинах нашей социальной жизни, скрыто, незаметно для широких слоев населения. Неслучайно до сих пор российское государственное достояние чаще всего воспринимается как общенародное. В действительности это уже не так. Правда, оно выражает реальное частное присвоение опосредованно (через политическую деятельность), но тем не менее выражает. Иначе и не может быть: в капиталистической стране и властные структуры, и их собственность также должны носить капиталистический характер. Это видно из нашей хозяйственной практики, когда многие государственные предприятия (в том числе крупные) передаются частным лицам в доверительное, фактически бесконтрольное, управление, а директора унитарных предприятий являются на деле полновластными их хозяевами.

Кроме качественных перемен, с российской государственной собственностью за 90-е годы произошли крупные количественные изменения — намного сократилось число ее объектов. Если в начале этого периода она охватывала примерно 90\% основных производственных фондов, то уже в 1996 г. — только 14,3\% всех предприятий, а к 2001 г. — всего 4,5\% их1. К 1995 г. таких предприятий практически не осталось в черной металлургии, а через два года они перестали играть сколько-нибудь значимую роль в пищевой промышленности и цветной металлургии. По составу своих объектов современное государственное достояние в России складывается из казенных и унитарных предприятий, акционерных обществ, где властные органы имеют контрольный пакет акций, из предприятий и организаций социально-бытового назначения, учреждений науки и культуры, а также различных ведомственных зданий и сооружений. Кроме того, сюда входит значительное зарубежное имущество.

Государственная собственность в России отличается низким уровнем организации. Уже отмечалось, что унитарные предприятия (официально, по закону полностью государственные) чаще всего фактически отданы в единоличное владение их директорам. Последние сами решают важнейшие вопросы деятельности таких предприятий: объем и номенклатуру продукции, цены на нее, даже распределение прибыли. Причем обычно распределяют ее в своих интересах, отчего госбюджет ежегодно недополучает, по данным Счетной палаты, десятки миллиардов рублей. Кроме всего прочего, при такой системе у руководителей унитарных предприятий нет достаточных стимулов для инвестиций, для совершенствования производства — они и без этого живут неплохо2.

Столь же неорганизованно управляют российские властные структуры акционерными обществами, где они имеют контроль-

 

1          См.. Россия в цифрах. - М., 2001. - С. 158.

2          Подробнее об этом см.: Аргументы и факты. — 2002 — № 8. — С. 7.

9*

ные пакеты акций. Представители государства в таких АО, как правило, играют чисто формальную роль. Некоторые из них бывают на подведомственных предприятиях лишь раз в год — на общем собрании акционеров.

Особо стоит сказать об организации оплаты труда на государственных предприятиях. Здесь тоже господствует бесконтрольность. Так, по закону разница между зарплатой директора и рабочего низшего разряда не должна быть более, чем в 16 раз. Однако на практике эта разница доходит до 100 раз, так что доходы руководителей нередко достигают 10 тыс. долларов1.

Неорганизованность, бесхозяйственность не могут не привести к значительной криминальности собственнических отношений в российском государственном секторе. Действительно эта сфера охвачена коррумпированностью. Приведем такой обобщающий факт: за 90-е годы федеральная власть получила иностранных кредитов на сумму более 70 млрд долл., но их использование не привело к существенному улучшению ни народного хозяйства, ни жизненного уровня населения. Возникает вопрос — на что же потрачена такая огромная сумма? На этот вопрос частично ответила Счетная палата России. В течение 1997 г. она провела массовую проверку использования бюджетных средств ведомствами всех уровней. В результате выяснилось, что за этот год только федеральной собственности нанесен ущерб на сумму свыше 100 трлн руб. (в масштабе цен 1997 г.)2. Добавим, что злоупотребления обнаружены в том числе в таких известных и крупнейших федеральных компаниях, как РАО ЕЭС, Транснефть, Росвооружение.

Актуальной является проблема о перспективах государственной собственности. Российское руководство за 90-е годы неизменно проводит курс на все большее ее сокращение. Так, только за 2002 год намечалось приватизировать примерно 500 предприятий, в том числе немало крупных. В 2003 г. предполагается приватизировать 193 предприятия, 154 пакета акций других предприятий, 47 пакетов банковских акций3. Правительство планирует проводить подобную политику и в дальнейшем. Обосновывается это тем, что государственная собственность в России функционирует неэффективно.

 

1          См.: Аргументы и факты. — 2002. — № 8. — С. 7.

2          См.: Экономика и жизнь. — 1998. — № 23. — С. 32.

3          См.: Аргументы и факты. — 2003. — № 10. — С. 6.

Однако с таким утверждением вряд ли можно полностью согласиться.

Во-первых, по подсчетам компетентных специалистов, в 1998—1999 гг. производительность труда на государственных промышленных предприятиях в целом была на 25—30\% выше, чем на частно-индивидуальньгх и частно-групповых1.

в государственном секторе нашего народного хозяйства выполняется свыше половины всех научных исследований и разработок, осуществляется большинство сделок по экспорту-импорту новых технологий.

даже действительно имеющиеся сейчас в стране слабые стороны государственной собственности объясняются в основном не самим ее характером, а безответственным и некомпетентным управлением ею, поскольку при таком управлении любая форма присвоения будет малоэффективной. Наконец, сохранение высокой доли государственного сектора в любой стране необходимо для обеспечения ее экономической и иной независимости и безопасности, а также для создания прочной основы государственного регулирования общественной жизни (прежде всего экономической).

Все это говорит о том, что государственную собственность в современной России важно не только сохранять, но и укреплять, о чем свидетельствует и многовековой мировой опыт. Как известно, данный способ присвоения существовал еще в рабовладельческом обществе. С тех пор он не утратил свой значимости. В современных капиталистических странах он продолжает играть крупную, можно сказать, незаменимую роль. Об этом свидетельствует его немалый удельный вес в их национальной экономике. Например, во Франции госсектор в начале 90-х годов производил примерно 16\% ВВП, использовал до 30\% всех инвестиций в стране и 14\% всех трудовых ресурсов2. Еще больше роль государственного достояния в Италии, Австрии, Португалии.

Мелкая частная собственность в современной России. Обратимся, наконец, к характеристике мелкой частной собственности в современной России. Как и во всем мире, здесь она имеет существенные положительные стороны: возможность функционирования с относительно малыми стартовыми средствами, мобильность действий, обеспечение занятости значительной части тру-

 

1          См. : Экономика и жизнь. — 2001. — № 11. — С. 1.

2          См.: Экономика и жизнь. — 1991. — № 47. — С.19.

довых ресурсов, широкое и оперативное обслуживание населения. Особо надо отметить в основном трудовой характер данного присвоения (хотя не исключается и использование наемных работников). Вместе с тем в капиталистическом обществе ведущую роль играет не мелкая, а крупная частная собственность.

Всеобщая форма проявления и реализации рассматриваемого присвоения — малое предпринимательство (малый бизнес). В нашей стране к нему сейчас относятся такие предприятия, каждое из которых включает не более 100 занятых (в том числе наемных работников). Некоторые из этих предприятий функционируют и на базе смешанной собственности.

Малое предпринимательство в современной России частично реализует свои только что названные положительные черты. В том числе оно предоставило за последние годы более чем 6 млн рабочих мест, повысило масштабы и качество обслуживания населения. Вместе с тем оно еще слабо развито по сравнению с другими крупными странами. На начало 2002 г. в России действовало 843 тыс. малых предприятий, в то время как в США их насчитывается 7300 тыс., в Японии — 6450 тыс., в Италии — 3920 тыс. К тому же в нашей стране во второй половине 90-х годов наблюдается сокращение их количества: в конце 1994 г. их было около 897 тыс.1 Надо также отметить недостаточное распространение малых предприятий в производственных отраслях — к началу 2002 г. в промышленности их насчитывалось лишь 14\% от их общего количества, в строительстве — примерно столько же, причем эти доли систематически снижаются; в сельском хозяйстве лишь третья часть владельцев земельных паев занята производственной деятельностью. Во всех сферах российский малый бизнес отличается сравнительно низкой (а то и явно устаревшей) технологической базой; поэтому чаще всего он не в состоянии активно участвовать в инновационной деятельности. Об этом свидетельствует тот факт, что в научном обслуживании народного хозяйства участвует менее 4\% предприятий малого бизнеса2. В результате — сравнительно небольшой удельный вес малого бизнеса в создании ВВП (10—11\%), в крупнейших же зарубежных странах его доля доходит до 50\% и выше3.

Серьезной причиной такого положения надо считать слабую поддержку мелкой частной собственности российскими власт-

 

1          См.: Экономика и жизнь. — 1996. — № 8. — С. 37; 2002. — № 17. — С. 3; Аргументы и факты. — 2002. — № 40. — СЮ.

2          См.: Российский статистический ежегодник. — М., 2001. — С. 320.

3          См.: Аргументы и факты. — 2002. — № 40. — С. 10.

 

 

ными структурами (центральными и местными). Во многом они вольно или невольно даже тормозят ее развитие. Еще в конце 90-х годов для регистрации малых предприятий надо было обойти до 30 инстанций и получить до 90 соглашений, а деятельность созданных предприятий контролировали 20—25 различных орга-нов1. Укреплению малого бизнеса не способствует и наша налоговая система, в том числе сравнительно недавно установленный налог на вмененный доход, поскольку методика расчета дохода и налоговой ставки не устраивает большинство предпринимателей.

Формально законодательные органы пытаются как-то помочь малым предприятиям, в связи с чем принято немало специальных постановлений. В 1996 г. Государственной Думой была утверждена Федеральная программа поддержки и развития малого предпринимательства, издан соответствующий Указ Президента страны. Но эти решения чаще всего не выполняются. Так, за 1998 и 1999 гг. на поддержку малого бизнеса из федерального бюджета денежные средства вообще не поступили. Лишь в конце 2000 г. на эти цели было перечислено 100 млн рублей, столько же намечалось выплатить за 2001 год2. Но такие незначительные суммы не могут что-либо существенно изменить в положении малого предпринимательства, тем более что они часто не доходят до адресата. Особенно нуждаются в финансовой помощи фермерские хозяйства, так как из-за недостатка средств их число в целом по стране за последние несколько лет систематически сокращается. И это неслучайно: в России государственные инвестиции на гектар сельхозугодий составили в 2001 г. всего 15 долл., в то время как Норвегия вкладывает 3500 долл., Финляндия — 16003. Все сказанное достаточно хорошо объясняет, почему почти все опрошенные в мае 2002 г. представители малого бизнеса заявили, что власти очень слабо учитывают их интересы.

Особенности объектов частной собственности в современной России. Выше речь шла о частной собственности в нашей стране главным образом с учетом ее субъектов. Но данная форма присвоения с неизбежностью имеет и определенные объекты (материальные, социальные, духовные). Поэтому необходимо рассмотреть особенности частной собственности в современной России с точки зрения ее объектов.

 

1 См. Экономика и жизнь. — 1998. — № 7. — С. 1.

Экономика и жизнь. — 2001. — № 4. — С. 3. 3 См. Советская Россия. — 2001. — 8 февраля. — С. 1.

N

 

Разумеется, наиболее значимыми служат материальные объекты. Из них на первое место надо поставить средства производства, особенно средства труда. Рассмотрим, каково состояние тех из них, которые находятся в частном присвоении (включая современное государственное). При этом допустимо пользоваться данными материалами по стране в целом, так как подавляющая часть основных производственных фондов относятся именно к названной собственности.

Общероссийские показатели свидетельствуют, что более 80\% основных фондов в промышленности имеют срок эксплуатации свыше 10 лет, т.е. являются в целом устаревшими1. Причем особенно сложное положение в наиболее важных отраслях, в том числе в электронной и промышленности средств связи. На быстрое обновление основных фондов надежды мало, поскольку за 90-е годы доля наукоемкой продукции понизилась с 45,3 до 25\%2. Частные владельцы, которым принадлежит основная масса промышленных предприятий, не спешат ни совершенствовать свое производство, ни эффективно использовать существующие производственные мощности. Так, за IV квартал 2001 г. они эксплуатировались на 56\%, а за I квартал 2002 г. — только на 53\%3.

Незаменимым объектом частнособственнических отношений в рыночных условиях являются средства обращения: торговые и складские помещения, торговое оборудование, торговый транспорт и, конечно, деньги. Бесспорно, за последнее десятилетие в России все это (исключая деньги) поднялось на более высокий качественный уровень. Однако использование обновленных средств обращения нельзя назвать достаточно эффективным. В общем плане отметим в целом слабую экономическую и социальную отдачу от них, главным образом в связи с частым банкротством торговых предприятий, не всегда активным товарооборотом, участием в нем чрезмерного количества посредников, применяющих огромную массу общественно излишних средств обращения. Посреднические операции можно показать на примере оборота хлебопекарной продукции. В ее движении от производства до непосредственного потребления участвует до десятка частных перепродавцов. Их общая денежная доля составляет примерно четвертую часть от конечной цены продукта. В год та-

 

1          См.: Российский статистический ежегодник. — М., 2001.     С. 350.

2          См.: Экономика и жизнь. —2000. — № 43. — С. 3. Экономика и жизнь. — 2002. — № 26. — С. 32.

кие посредники зарабатывают в целом по стране свыше 17 млрд долл. на вложенный капитал почти в 2 млрд долл.1

Деньги как средство обращения тоже имеют свою специфику

в России. Прежде всего речь идет об исключительном негосу-

дарственном монополизме в "их присвоении и применении. По

подсчетам зарубежных аналитиков, денежные доходы десяти са-

мых крупных частных российских компаний равны годовому

федеральному бюджету2. Другая особенность этого средства об-

ращения в нашей стране — ведущая роль иностранной валюты

(доллара США). И третья — одна из самых высоких в мире го-

довая кредитная ставка коммерческих банков (до           что, ра-

зумеется, не способствует инвестиционному процессу.

Специально надо сказать несколько слов о российской частной собственности на социальные блага. Прежде всего нельзя не отметить ее активный рост. Об этом говорит быстрое распространение в нашей стране платных социальных услуг. Так, если в 1995—1996 учебном году платное образование получали 229,6 тыс. человек, то в 2001—2002 учебном году их стало уже 1 954,6 тыс.4. За короткий период (всего 6 лет) объем платных образовательных услуг увеличился более чем в 8 раз. Примерно такими же темпами растет количество платных медицинских и юридических услуг. Сравнительно более высокими темпами повышаются цены на подобные услуги; их увеличение значительно опережает общий рост инфляции в стране. В ходе таких процессов государственные социальные учреждения и организации (в том числе образовательные и медицинские) фактически тоже превращаются в частные, поскольку они все больше начинают функционировать во имя получения и умножения прибыли. При этом далеко не всегда повышается качество предоставляемых услуг. Во всяком случае уровень получаемых знаний в российских частных учебных заведениях вряд ли выше, чем в государственных хотя бы потому, что и там и там широко практикуется покупка оценок и дипломов. Медицинское же высококачественное обслуживание доступно лишь меньшинству нашего населения.

В современной России существует, конечно, частная собственность на духовные блага. Наиболее распространено подобное присвоение разнообразной информации, а также художествен-

 

1          См.: Аргументы и факты. —2002. — № 39. — С. 10.

2          См.: Аргументы и факты. — № 35. — С.4.

3          См.: Экономика и жизнь. — 2002. — № 25. — С.4. См.: Экономика и жизнь. — № 33. — С.1

ных и научных произведений. Первое осуществляется частными предприятиями и организациями, причем самого различного профиля, начиная от производственных и кончая чисто информационными; но везде жестко действует коммерческая тайна. Художественными и научными работами владеют прежде всего конкретные лица (писатели, художники, композиторы, ученые, изобретатели и др.), а также частные издательства, частное радио и телевидение и т.д. В отечественном обществоведении собственность на духовные блага обычно называют интеллектуальной; однако, как показано выше, это неточный термин, ибо она создается не только интеллектом, но и эмоциональным потенциалом человека. Общая особенность духовных благ как объекта частного присвоения в современной России заключается в значительном снижении их качества за 90-е годы; это в наибольшей степени касается художественных произведений и разнообразных учебных пособий.

8.3. Другие типы собственности в России

Частное присвоение-отчуждение жизненных благ (главным образом капиталистическое), как уже было показано, является господствующим в Российской Федерации. Но, кроме него, тут функционирует немало иных типов собственности. Их многообразие, несомненно, надо считать положительным фактом.

Котекгивная собственность в России. Остановимся прежде всего на судьбе коллективного достояния. В советский период оно находилось в незрелом состоянии, но все же реально существовало. В экономической области основными организационными формами его тогда были колхозы и потребительские кооперативы. В остальных сферах подобными формами можно считать собственность различных общественных организаций: партии, профсоюзов, творческих объединений, церкви и др.

Надо отметить, что Гражданским кодексом РФ совместная (т.е. коллективная) собственность вполне допускается.

Однако за 90-е годы все ее формы подверглись радикальным изменениям. Прежде всего это относится к колхозам. В конце декабря 1991 г. вышел Указ российского Президента «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР». Вскоре правительство РФ приняло постановление «О порядке реорганизации колхозов и совхозов». Этими документами коллективным сельским хозяйствам предписывалось до 1 марта 1992 г.

решить вопрос о их переходе к частной, коллективно-долевой и другим формам собственности. Несостоятельные хозяйства предлагалось ликвидировать. В результате почти все российские колхозы перестали существовать: одни превратились в сельхозпредприятия иных форм собственности, другие попросту расформировались.

Однако некоторые из этих хозяйств фактически остались коллективными, сохранив неофициально свой прежний статус. Даже при наличии земельных и имущественных паев в них осуществляется по сути совместное владение и совместное использование средств производства, не говоря уже о совместном труде. Конечно, так смогли поступить лишь наиболее крепкие колхозы. Многие из них, как и ранее, отличаются высокой производственной и социальной эффективностью. Приведем несколько примеров. Так, колхоз имени В.И. Ленина Тульской области в 1996 г. имел среднюю урожайность пшеницы 47,2 ц/га (в целом по стране было лишь 13,5 ц/га), среднюю урожайность картофеля — свыше 200 (против по стране), надой в среднем на одну корову — 6359 кг (более чем втрое выше, чем по стране)1. Члены хозяйства получали высокие доходы (причем строго по конечным результатам своего труда), были обеспечены всеми основными видами социальных и культурных услуг.

Более подробно рассмотрим деятельность другого коллектив-

ного предприятия — племзавода «Наша Родина» (Краснодарский

край). Он входит в число 300 самых сильных сельских хозяйств

России. Даже в особенно сложные годы средняя урожайность

пшеницы здесь не была ниже 47 ц/га,        свеклы — не

менее 350 ц/га. Уровень рентабельности в целом по племзаводу достиг 31,5\%. Только за первую половину 2002 г. прибыль составила млн рублей. Из получаемых доходов большая доля выделяется на социальные и культурные нужды работников и их семей. Их обслуживают 3 колхозных детских сада, средняя школа, дома культуры и спорта; по путевкам предприятия в сельскохозяйственных вузах учатся 15 местных жителей; значительная материальная помощь оказывается более чем 700 ветеранам труда2.

Надо, однако, оговориться, что даже подобные хозяйства не в полной мере являются формами проявления коллективной собственности, поскольку в них присвоение жизненных благ осуществляется не только совместно, но частично и по внесенным паям.

 

1 См.: Советская Россия. — 1997. — 15 марта. — С. 2. См.: Советская Россия. — 2002. — 10 сентября. — С. 2.

Видимо, еще в меньшей степени экономический коллективизм сохранился в потребительских обществах, действующих сейчас в России. Его черты все же можно обнаружить в таких предприятиях, тем более что согласно федеральному законодательству последние не должны носить коммерческого характера. Например, в Нижегородской областной организации потребительских обществ существуют значительные льготы для своих членов по продаже и доставке товаров, предоставлению бытовых услуг, наибольшие льготы имеют малообеспеченные семьи, особенно живущие в сельской местности. В нашей стране постепенно начинает развиваться и такая разновидность потребительской кооперации, как кредитные общества. В одной только Волгоградской области к началу 2002 г. действовали 22 кредитных союза и 22 мелких кредитных кооператива1.

Коллективной, совместной должна быть в принципе собственность общественныхорганизаций: партий, профессиональных союзов, творческих объединений, церкви и т.п. В современной России, по статистике, такая собственность охватывает в совокупности сравнительно небольшую часть предприятий и организаций — 6,7\% на начало 2001 г.2. По всей вероятности, наибольшая часть этого достояния принадлежит профсоюзам. В 1992 г. им было передано 2582 объекта (санатории, гостиницы, стадионы и спорткомплексы, пионерские лагеря и др.) на общую сумму 6—7 млрд долл.3 Все это перешло к Федерации независимых профсоюзов России, остальным профсоюзным организациям почти ничего не досталось до сих пор. Но можно ли считать указанное достояние коллективным, совместным владением всех членов ФНПР? Оказывается, нельзя, поскольку им бесконтрольно пользуется центральное и региональное руководство этой организации. Неслучайно, по социологическим опросам, профсоюзам доверяют лишь 11\% населения4. Таким образом, коллективная собственность сейчас в нашей стране фактически превратилась в частную (в лучшем случае — в смешанную). Правда, и в советские времена она не была в полной мере коллективной.

Возможно, что в подобном положении находится в современных сложных, нестабильных условиях и достояние многих других российских общественных организаций.

 

1          См.: Вопросы экономики, 2002. — № 9. —С. 155.

2          См.: Россия в цифрах. - М., 2001. - С . 158.

3          Подробнее об этом см.: Аргументы и факты. — 2002. — № 22. — С. 8. См.: Экономика и жизнь — 2002. — № 42. — С. 32.

Личная собственность в России. За 90-е годы в нашей стране крупные изменения произошли с личной собственностью. Ее нынешнее состояние характеризуется в основном тем, что, с одной стороны, значительно расширился ассортимент ее потенциальных объектов (главным образом материальных предметов потребления), почти нет дефицита товаров массового спроса. Вместе с тем личная собственность приобрела целый ряд негативных черт.

1.         Нельзя не заметить резкого сокращения за 90-е годы при-

своения потребительских благ в целом по стране. Среднедушевые

реальные доходы населения, по подсчетам различных авторов,

уменьшились в 2,5—3,5 раза1. В десятки, а то и в сотни раз

обесценились, нередко полностью исчезли банковские вклады

населения. Не менее резко уменьшилось личное присвоение со-

циальных благ: практически прекратилось участие рядовых гра-

ждан в представительных органах власти, крайне слабо обеспе-

чивается личная безопасность, намного уменьшилась возможность

получить интересную и хорошо оплачиваемую работу, а также

бесплатное образование и лечение. Люди стали гораздо меньше

приобретать духовных ценностей.

В результате приватизации в стране произошло невиданное расслоение населения по размерам личной собственности. К началу 2001 г. доходы 10\% самых богатых превышали доходы 10\% самых бедных не менее чем в 14 раз2. С одной стороны, образовалась тонкая прослойка людей с миллиардными состояниями. По оценкам зарубежных газет, в середине 2002 г. у М. Ходорковского оно равнялось 3,7 млрд долларов, R. Абрамовича — 3 млрд, М. Фридмана — 2,2 млрд, В. Потанина — 1,8 млрд3. К началу 2003 г. состояние каждого из них почти удвоилось. Этот список можно продолжить. Подобные факты говорят о широком распространении в нашей стране нетрудовой личной собственности, в том числе весьма крупной. С другой стороны, по разным данным, от 30—58\% российского населения имеют месячные доходы ниже прожиточного минимума. Тем самым происходит значительное ограничение трудовой личной собственности.

Возникла необоснованная крупная дифференциация личного достояния по отраслям народного хозяйства и по территориям

 

' См.: Экономика и жизнь. — 2000. —, № 13. — С.1; Советская Россия. — 2000. — 13 января. — С. 1.

2          См.: Россия в цифрах. — М., 2001. — С. 100.

3          См.: Аргументы и факты — 2002. — № 35. — С. 4. Это, видимо, выражение не только личной, но и частной собственности.

страны. Так, средняя заработная плата в январе 2001 г. в финансово-кредитной сфере была почти в 2 раза выше, чем в промышленности, примерно в 6,5 раза выше, чем в сельском хозяйстве, более чем в 4,5 раз выше, чем в области образования, культуры и искусства. Особенно ненормально, что финансовые работники получали в среднем почти в 3 раза больше, чем ученые и исследователи. В промышленности тоже сложились малопонятные разрывы в оплате труда: в топливной промышленности за январь 2001 г. она была примерно в 6 раз выше, чем в легкой, в 3,6 раза выше, чем в машиностроении и металлообработке, в промышленности строительных материалов1.

Еще более крупные различия в объемах получаемых потребительских благ наблюдаются между территориями страны. К началу 2001 г. дифференциация среднедушевого денежного дохода между субъектами РФ достигла более чем 12 раз, причем в отдельные предыдущие годы она превышала 15 раз2.

Многие важные предметы личного потребления в современной России характеризуются достаточно низким качеством. Об этом можно судить прежде всего по таким фактическим данным: за 2000 год органами торговой инспекции было забраковано от 8 до 60\% всех проверенных отечественных основных продуктов питания и от 15 до 70\% импортных продуктов3. До половины некоторых лекарств являются подделками. Личным достоянием все шире становятся низкопробные духовные реалии: поверхностные, отрывочные знания, ложная информация, порнографические литература и видеокассеты, негативные нравственные ценности и т.п. Не отличаются высоким уровнем и социальные объекты личного присвоения, в том числе индивидуальная свобода и безопасность, медицинские и образовательные услуги.

Нельзя не отметить нерациональную структуру личной собственности в РФ. Прежде всего чрезмерную долю среди ее объектов по сравнению с промышленно развитыми странами занимают продукты питания: на них в 2000 г. приходилось 49,4\% всех потребительских расходов населения, причем эта доля росла почти все 90-е годы4. Столь высокий удельный вес продовольственных расходов обусловлен главным образом низкими дохода-

 

1          См.: Россия в цифрах. — С. 105—107.

2          См.: Экономика и жизнь. - 2001. - № 41. - С. 4; 2000. - № 10. - С. 29.

3          См.: Экономика и жизнь . — 2001. — № 9. — С. 2.

4          См.: Россия в цифрах. — С. 109,110; Экономика и жизнь. — 2000. — № 12. — С. 1.

ми       массы россиян и, конечно, ограничивает удовле-

творение других первостепенных человеческих потребностей (в

жилище, одежде, в культурных ценностях и т.д.). Естественно

поэтому, что непродовольственные предметы потребления за-

нимают в личном      нашего населения неоправданно

скромное место: в 1998—1999 гг. потребительские затраты непро-

довольственного характера составляли чуть больше 34\% всех по-

требительских затрат1. Кроме того, слишком большое внимание

россияне уделяют приобретению иностранной валюты, на что в

1998 г. было направлено свыше 12\% всех доходов, а в 1999 г. —

свыше 8\%2. С другой стороны, вряд ли достаточен удельный вес

индивидуальных сбережений наших граждан — 2,5\% всех дохо-

дов в 1998 г. и 5\% в 2000 г.: в сложных кризисных условиях это

не позволяет делать крупные покупки и не дает какой-либо обес-

печенности даже на ближайшее будущее. Нельзя признать дос-

таточными и расходы населения на свои культурные нужды —

лишь 0,4\% всех затрат3. Наконец, среди товаров массового спро-

са у нас чрезмерно велика доля импорта. В итоге надо отметить,

что рассмотренная структура индивидуального потребления в ос-

новном свойственна слаборазвитым странам.

В современной России личное достояние в значительной мере носит натуральный характер. Речь идет о том, что немало его объектов создается в подсобных хозяйствах граждан, а не приобретается на рынке. Это касается главным образом продовольствия. Беднейшая часть нашего населения примерно половину его производит для себя сама. К началу марта 2000 г. в личных хозяйствах было свыше 36\% крупного рогатого скота и свыше 41\% свиней. В Нижегородской области около 52\% всех семей трудятся на приусадебных участках4. Кроме того, немало предметов питания дают различные виды индивидуальных промыслов, в том числе рыбная ловля и охота, сбор грибов и ягод. Но и другие предметы потребления нередко создаются в домашнем хозяйстве: одежда, мебель, ремонтные услуги и т.п.

Личная собственность у нас отличается очень слабым влиянием на общественное производство. С одной стороны, ограниченное ее материальное и духовное наполнение не позволяет в полноценном виде воспроизводить рабочую силу. Как уже отмеча-

 

См. Там же.

См. Аргументы и факты. — 2000. — № 14. — С. 9. См. Россия в цифрах. — С. 104, 111. 1 См. Нижегородцы на рубеже тысячелетий. — Нижний Новгород, 2000. — С. 11.

лось, по меньшей мере около трети россиян имеют доходы ниже даже прожиточного минимума. С другой стороны, за 90-е годы резко сократилось такое личное достояние наших граждан, как возможность трудиться. Об этом свидетельствует крупная и систематическая безработица: так, в середине 2002 года она составляла не менее 5,5 млн человек1. Наконец, нельзя не отметить крайне слабую стимулирующую роль личной собственности в Российской Федерации. Она порождается не только низкими ставками оплаты труда, но и широко распространенными задержками даже такой оплаты. Например, в середине 2002 г. общая задолженность по заработной плате в стране составила 35,9 млрд рублей.

Смешанная собственность в России. Рассмотрим, далее такой тип существующей в современной России собственности, как смешанная. По статистике, к началу 2001 г. она охватывала около 6\% промышленных предприятий. Из них почти 5\% приходилось на чисто российское смешанное достояние и 1\% — на предприятия с иностранным участием2. Тем не менее весь этот сектор промышленности производит значительную часть нашего ВВП.

Однако надо отметить, что российская статистика, по всей вероятности, понимает смешанную собственность не вполне точно. При этом имеются в виду все предприятия с несколькими разными по своему статусу владельцами независимо от удельного веса последних. В главе 2 было показано, что такой подход неудачен, ибо при преобладании какого-либо из этих собственников реально складывается не смешанное, а достаточно однозначное присвоение (частное, коллективное и т.п.). С учетом этого соображения и следует воспринимать в данном случае официальные статистические материалы.

Чисто российская смешанная собственность наиболее распространена в промышленности (32,8 тыс. предприятий на начало 2000 г.). Однако есть она также в торговле и общественном питании (28,7 тыс. предприятий), в строительстве (19,5 тыс.) и даже в сфере образования (3,6 тыс. организаций). Смешанное присвоение с иностранным участием чаще всего встречается в топливной промышленности, цветной и черной металлургии. Но по удельному весу в общем объеме отраслевой продукции оно занимает первое место в лесной, деревообрабатывающей и

 

1          См.: Экономика и жизнь. — 2002. — № 35. — С 32 (исчислено по методике МОТ).

2          См.: Российский статистический ежегодник. — М., 2001. — С. 343.

 

целлюлозно-бумажной отрасли, затем вдут химическая и нефте-

химическая, пищевая промышленность. Неодинаково иностран-

ное участие и в уставном капитале отраслей. Наиболее велико

оно в пищевой промышленности (88,6\%), в черной металлургии

(84,7\%) и станкостроении (77,3\%). Наименьшая его доля наблю-

дается в электроэнергетике и в автомобильной промыш-

ленности (3,7\%). В целом по российской промышленности удель-

ный вес иностранного участия в уставном капитале достигает

40\%1. Зарубежным инвесторам удалось установить экономический

контроль над такими известными российскими предприятиями,

как табачные фабрики «Ява» и имени Урицкого, пивной концерн

«Балтика», кондитерская фабрика «Большевик» и др.

Однако в нашей стране функционирует и такой вид смешанной собственности, который официальной статистикой еще не учитывается. Речь идет о народных предприятиях.

Они начали возникать в России в начале 90-х годов, но долгое

время не признавались государственными органами, нередко даже

запрещались. Все же в конце 1997 г. Госдумой РФ был принят

Федеральный закон «Об особенностях правового положения ак-

ционерных обществ работников (народных предприятий)». Этим

законом определялись основные черты таких предприятий. На

каждом из них должно быть не менее занятого. Устанавлива-

лось, что их работники в совокупности обязаны владеть акциями,

составляющими не менее чем 75\% от всего их количества в дан-

ном акционерном обществе; причем все акции должны иметь

статус обыкновенных. Вновь принятые    бесплатно на-

деляются акциями в зависимости от своего трудового вклада, но не ранее чем через три месяца и не позднее двух лет после устройства на предприятие. Один работник может владеть не более чем 5\% общего количества акций; при увольнении весь свой пай он должен продать данному предприятию. Разрешается частичная продажа акций и в иных случаях, но только своему персоналу. При решении основных вопросов на общем собрании каждый акционер имеет лишь один голос. Из всего сказанного можно заключить, что народные предприятия должны создаваться и действовать на демократических основах и прежде всего в интересах данного трудового коллектива.

Почему же такие предприятия нужно считать объектами именно смешанной собственности? Дело в том, что их коллективам

 

1 См.: Аргументы и факты. — 2001. — № 17. — С. 5.

249

присущи примерно на паритетных началах собственнические отношения двоякого типа. С одной стороны, складывается фактически коллективное (совместное) присвоение средств производства и обращения, созданной продукции в их реальном, физическом виде; применяется равный для всех принцип распределения основной части доходов предприятия — по труду; коллективно решаются важнейшие вопросы хозяйственной деятельности. С другой стороны, существует паевое (долевое) владение средствами производства и обращения, созданной продукцией в их стоимостном, денежном выражении; по паям же распределяется определенная часть доходов предприятия в форме дивидендов. В результате образуется смешанная собственность, точнее, коллективно-долевая.

Пока в России народных предприятий сравнительно немного: на конец 1997 г. их насчитывалось но после принятия названного выше Федерального закона их число должно увеличить-ся1. Среди них немало достаточно крупных хозяйствующих субъектов, в том числе Московский вентиляторный завод, Пермский алмазодобывающий прииск, Волгоградская кондитерская фабрика, картонно-бумажный комбинат в Набережных Челнах и др. Народным предприятием является и Центр микрохирургии глаза, которым совсем недавно руководил академик С.Н. Федоров. Он неоднократно утверждал, что будущее (и не только в России) именно за такой формой собственности: она, по мнению академика,

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 |