Имя материала: Гражданское право 3-й том

Автор: АЛ. Сергеева

§ 3. источники правового регулирования и система обязательств из причинения вреда

 

Источники правового регулирования обязательств из причинения вреда. Указанные обязательства никогда не были обойдены вниманием законодателя. И это понятно, поскольку от того, как они урегулированы, во многом зависит жизнеобеспечение миллионов людей. Развитие законодательства в области обязательств из причинения вреда характеризуется следующими тенденциями.

Во-первых, происходит расширение сферы правового регулирования. В нее втягиваются отношения, которые ранее вообще были вне правового поля. Так, лишь в последние годы вначале в законодательных актах, рассчитанных на специальные области правового регулирования, а затем и в актах общего кодификационного типа не без усилий юридической общественности появились нормы, предусматривающие компенсацию морального вреда.

Во-вторых, происходит повышение уровня правового регулирования. Многие вопросы, которые ранее отдавались на откуп подзаконным нормативным актам, а то и судебной практике, ныне урегулированы на уровне закона, что положительно сказывается как на качестве самого правотворчества, так и на эффективности правового регулирования. Особенно важно то, что обязательства из причинения вреда в основных чертах урегулированы в кодификационных законодательных актах.

В-третьих, происходит усиление гарантий прав и интересов граждан и организаций, которые понесли имущественный или иной урон вследствие причинения вреда. Эта тенденция наиболее отчетливо прослеживается в случаях повреждения здоровья потерпевших или причинения им смерти. Так, по ранее действовавшему законодательству страхователь отвечал за повреждение здоровья и смерть застрахованного лица при выполнении им своих трудовых (служебных) обязанностей только при наличии вины страхователя, хотя бы вред и был причинен источником повышенной опасности (см. ст. 460 ГК 1964 г.). А это приводило на практике порой к парадоксальным ситуациям. Вот одно из таких дел.

По мосту следовала грузовая машина, по договору перевозившая груз сторонней организации. Рядом с шофером в кабине сидел работник этой организации, сопровождавший груз. Параллельно с машиной в ту же сторону ехал трамвай. Неожиданно с трамвая спрыгнул ребенок, судя по описаниям очевидцев, школьник младших классов. Чтобы предотвратить наезд на него, шофер круто повернул руль. Машина свалилась в реку. Шофер и экспедитор сторонней организации погибли. Актом технической экспертизы после извлечения машины было установлено, что машина находилась в исправном состоянии и единственной причиной того, что машина свалилась в реку, был крутой поворот руля. К организации — владельцу автомашины в интересах малолетних детей шофера и экспедитора были предъявлены иски о возмещении вреда, причиненного гибелью кормильцев. Иск в интересах детей экспедитора был удовлетворен на основании ст. 461 ГК 1964 г., а иск в интересах детей шофера на основании ст. 460 ГК 1964 г. удовлетворен не был, поскольку вины страхователя в происшедшем несчастном случае не было. Вдове шофера суд рекомендовал добиваться назначения детям повышенной пенсии, поскольку кормилец детей погиб, спасая жизнь ребенка, которого и след простыл. Вопиющая несправедливость решения суда в части отказа в иске очевидна, однако оно было вынесено в соответствии с действовавшим в то время законодательством — ст. 460 ГК 1964 г.

Теперь эта несправедливость в законодательстве устранена. С 1 августа 1992 г. страхователь — владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный этим источником застрахованному лицу при выполнении последним своих обязанностей, на общих основаниях, предусмотренных ныне п. 1 ст. 1079 ГК (а ранее — ст. 454 ГК 1964 г.), т. е. независимо от вины. Иными словами, страхователь — владелец источника повышенной опасности отвечает не только за вину, но и за случай. Соответственно этому ст. 460 ГК 1964 г. с 1 августа 1992 г. была из Кодекса исключена.

В-четвертых, в интересах потерпевших возрастает роль договорных начал в регулировании последствий причинения вреда, особенно когда речь идет о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью (см., например, п. 3 ст. 1085 ГК).

В-пятых, к арсеналу средств, используемых в данной области, в том числе к гарантийно-компенсационным мерам, подключаются меры воспитательно-предупредительного воздействия. Таковы, в частности, меры, направленные на предупреждение причинения вреда, которые предусмотрены ст. 1065 ГК.

Предупредительные меры, предусмотренные ст. 1065 ГК, могут быть применены и тогда, когда вред еще не причинен. В силу п. 1 ст. 1065 ГК одна лишь опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием для предъявления иска о запрещении деятельности, создающей такую опасность. В указанном случае иск о приостановлении или прекращении соответствующей деятельности нельзя квалифицировать как иск из причинения вреда, поскольку вреда еще нет. Основанием такого иска служит обязательство как бы из деликта. Напомним, что обязательства как бы из деликта (obligationes quasi ex delicto) существовали еще в римском праве. В их числе носивший публичный характер actio depositis et suspensis (иск о положенном и подвешенном). Каждый римский гражданин мог предъявить к хозяину дома иск об устранении грозящей опасности и об уплате штрафа, который взыскивался в пользу истца. Иск этот не рассматривался как деликтный, поскольку ущерба еще нет. Иск о приостановлении или прекращении деятельности, которая может причинить вред, также относится к публичным. В частности, такой иск в интересах населения, проживающего на данной территории, может предъявить орган местного самоуправления. При этом можно предъявить иск как о приостановлении соответствующей деятельности (например, до ввода в эксплуатацию очистных сооружений), так и о ее прекращении (если вредоносные последствия указанной деятельности при нынешнем уровне развития техники не могут быть устранены).

В институте обязательств из причинения вреда центральное место занимают нормы ГК — в первую очередь нормы, которые сосредоточены в главе 59 «Обязательства вследствие причинения вреда». Эта глава подразделяется на четыре параграфа. В § 1 систематизированы общие положения о возмещении вреда. В § 2 речь идет о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в § 3— о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ или услуг, наконец, в §4— о компенсации морального вреда. Хотя эта систематизация и не безупречна, она, несомненно, облегчает усвоение обширного нормативного материала, относящегося к обязательствам из причинения вреда. Нередко для ответа на возникающие вопросы приходится обращаться и ко многим другим нормам, расположенным в самых различных разделах и главах ГК, а также к законам о введении их в действие.

Следующее место в числе источников правового регулирования обязательств из причинения вреда занимали Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей. Эти Правила были утверждены постановлением Верховного Совета Российской Федерации 24 декабря 1992 г. и действовали с 1 декабря 1992 г. Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998г. предусмотрел, что со дня вступления его в силу утрачивают силу как постановление Верховного Совета РФ от 24 декабря 1992 г. об утверждении указанных Правил (кроме абз. 1 и 2 п. 2 постановления), так и сами Правила.

Согласно ст. 27 Закона от 24 июля 1998 г. он вступает в силу одновременно с вступлением в силу положений Федерального закона, устанавливающего страховые тарифы, необходимые для формирования средств на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В настоящее время принят Федеральный закон «О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 2000 год». Этот Закон вступил в силу со дня его официального опубликования, т. е. с 20 ноября 1999 г. С этого же дня вступил в силу Закон от 24 июля 1998 г. и соответственно утратили силу Правила от 24 декабря 1992 г.

Принятие Закона об обязательном социальном страховании и установление на 2000 г. тарифов страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации для работодателей организаций и граждан (физических лиц), осуществляющих прием на работу по трудовому договору, вызывает целый ряд вопросов. Начать с того, что возложение обязанности выплат соответствующих сумм на страховщика — федеральный Фонд социального страхования вновь ставит в порядок дня вопрос, который в течение нескольких десятилетий обсуждают трудовики и цивилисты, а именно вопрос о юридической природе возникающих в указанных случаях обязательств: являются ли они гражданско-правовыми или перемещаются в область права социального обеспечения, приобретая публично-правовой характер. С нашей точки зрения, которая разделяется не всеми авторами учебника, юридическая природа обязательств по возмещению вреда остается гражданско-правовой, поскольку они возникают в результате нарушения субъектных гражданских прав, носящих к тому же абсолютный характер — права на жизнь, права на телесную неприкосновенность и т. д. Изменение механизма выплат, предусматриваемое Законом об обязательном социальном страховании, которое преследует гарантийные социально-обеспечительные функции (в частности, на тот случай, когда причинитель вреда прекратит свое существование в качестве субъекта гражданского права или с него нечего взять), хотя и влияет на юридическую природу возникающих обязательств, не в состоянии изменить ее коренным образом. Они по-прежнему носят частноправовой, причем гражданско-правовой характер, строятся на началах равенства их участников, призваны обеспечить полное возмещение вреда и подлежат защите в судебном порядке. Кстати, примерно по той же модели отношения по возмещению вреда складывались в случаях капитализации платежей при ликвидации юридического лица, когда обязанность выплаты потерпевшему периодических платежей возлагалась на страховую организацию. Насколько известно, юридическая природа обязательств по возмещению вреда как гражданско-правовых и в указанных случаях у цивилистов сомнений не вызывала.

Отметим также, что выявлению юридической природы указанных обязательств не способствует тот факт, что в Законе от 24 июля 1998 г. оставлен открытым вопрос о его соотношении с актами гражданского законодательства, в первую очередь с ГК РФ. Если в самом Законе предусмотрено внесение изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации, в том числе в Кодекс законов о труде и Основы законодательства об охране труда, то актам гражданского законодательства места в их числе не нашлось. А это вызывает на практике целый ряд вопросов, ответ на которые на почве действующего законодательства затруднителен. Вопросы, возникшие в связи с принятием Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», не сняты и после принятия и введения в действие Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования» от 16 июля 1999 г., который вроде бы по отношению к другим законам в указанной области должен выполнять роль базового.

В относительно самостоятельный блок выделились нормы об ответственности за вред, причиненный актами власти. Формирование этих норм происходило далеко не просто и отражало острую борьбу за утверждение в нашем обществе основных начал законности и правопорядка. Фундамент в нынешнем подходе законодателя к ответственности за акты власти заложен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей». Тем же Указом утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Утверждена инструкция по применению этого Положения. Именно эти правовые акты послужили основой для закрепления соответствующих норм в ГК. К этому блоку примыкает законодательство, предусматривающее всякого рода выплаты жертвам политических репрессий (см., например, Положение о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации). В последние годы это законодательство интенсивно развивалось.

Немало норм, относящихся к обязательствам из причинения вреда, сосредоточено в транспортных кодексах и уставах (КТМ, ВК, ТУЖД, УВВТ, УАТ), актах, предусматривающих компенсационные выплаты лицам, пострадавшим в результате аварии на Чернобыльской АЭС; участникам афганской войны и другим лицам, выполнявшим воинский долг за рубежом и в других горячих точках; в пенсионном законодательстве, законодательстве о страховании, об инвалидах и других лицах, нуждающихся в социальной поддержке и реабилитации, и т. д.

Целый ряд норм можно найти в Законе о защите прав потребителей, Законе о средствах массовой информации, а также в других законах и иных правовых актах.

Наконец, к числу правовых актов, разъясняющих действующее законодательство, а иногда и восполняющих имеющиеся в нем пробелы, следует отнести постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» и от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» и ряд других.

Система обязательств из причиненного вреда. Указанные обязательства могут классифицироваться по различным основаниям в зависимости от того, какой деятельностью причинен вред: обычной или связанной для окружающих с повышенной опасностью; оперативно-хозяйственной или такой, в какой воплощены выполняемые государством и его органами функции властвования; в зависимости от того, кем и кому причинен вред и в чем он выражается; в зависимости от того, относится ли обязанность по возмещению вреда к мерам гражданско-правовой ответственности или нет.

Система указанных обязательств, какой бы критерий ни был положен в основу их классификации, покоится на принципе генерального деликта. Суть этого принципа состоит в том, что причиненный вред, кому и кем бы он ни был причинен и в чем бы ни выражался, подлежит возмещению, кроме случаев, прямо предусмотренных в законе.

Обязательства, подпадающие под понятие генерального деликта, образуют систему специальных деликтов, каждый из которых нуждается в самостоятельном рассмотрении. В последующих параграфах настоящей главы с учетом сложившихся в научной и учебной литературе традиций и системы обязательств, закрепленных в части второй ГК, выделены следующие виды специальных деликтов: ответственность за вред, причиненный актами власти; ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними и недееспособными лицами; ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих; ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью гражданина; ответственность за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, работ или услуг.

Обязанности по возмещению вреда рассмотрены в соответствующих параграфах независимо от того, относятся ли они к мерам ответственности дни нет.

В отступление от системы главы 59 ГК не выделена компенсация морального вреда, поскольку вопросы, связанные с его возмещением, рассмотрены как в главе 15, так и в § 2 настоящей главы.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 |