Имя материала: Демография

Автор: Волгин Николай Алексеевич

3. причины снижения рождаемости

 

Довольно долго считалось, что снижение рождаемости связано с экономическими трудностями, возникающими с появлением каждого последующего ребенка. Когда у нас в 60-е годы заметили, что рождаемость снижается, стали проводить социологические исследования, с помощью анкет выясняя условия существования семей. К вопросу: «почему вы не имеете больше детей?», приводились варианты ответов:

1) не хватает зарплаты;

2) проблема с жилищными условиями;

3) трудно устроить детей в детские учреждения;

4) неудобный режим работы;

5) отсутствие помощи бабушек и дедушек;

6) нездоровье одного из супругов;

7) нездоровье уже имеющихся детей;

8) конфликты между супругами.

В общем, думали, что если помочь решить эти проблемы, то рождаемость поднимется. Казалось бы, все ясно. Но на вопрос: «при каких условиях вы заимели бы еще ребенка?» — очень многие, особенно имеющие двух детей, отвечали: «ни при каких условиях».

Постепенно специалисты стали приходить к выводу, что нельзя изучать снижение рождаемости только с точки зрения помех. Ряд авторов (В.А. Борисов, А.Н. Антонов, В.М. Медков, В.Н.Архангельский, А. Б. Синельников, Л.Е. Дарский) разработали концепцию «потребности семьи в детях». Она состоит в том, что супруги вовсе не желают иметь неограниченное число детей. Стремление человека к продолжению рода носит не биологический, а социальный характер, и весьма по-разному проявляется в разное время и в разных условиях.

Теория институционального кризиса семьи объясняет, почему уровень рождаемости во всем мире падает до одно-двухдетной семьи, что автоматически означает депопуляцию. Согласно этой теории, люди были заинтересованы в многодетности только в доиндустриальную эпоху. В те времена выражение «семья — ячейка общества» гораздо больше соответствовало реальному положению дел, чем в нашу эпоху. Семья действительно выступала в роли миниатюрной модели общества.

Семья была производственным коллективом (для семей крестьян и ремесленников, составлявших подавляющее большинство населения). Дети с очень раннего возраста участвовали в семейном производстве и представляли для родителей несомненную экономическую ценность.

Семья была школой, в которой дети получали от родителей все необходимые им для будущей самостоятельной жизни знания и трудовые навыки.

Семья была институтом социального обеспечения. В те времена не существовало никаких пенсий. Поэтому утратившие трудоспособность старики и инвалиды могли рассчитывать только на помощь со стороны своих детей и внуков. Тем, кто не имел семьи, приходилось просить милостыню.

Семья была местом проведения досуга. Как правило, члены семьи отдыхали и развлекались сообща.

В семье, то есть в браке, удовлетворялась сексуальная потребность и потребность в детях. Внебрачные связи осуждались общественным мнением. Скрыть их от окружающих в условиях сельской местности или небольших городов было очень трудно, особенно, если эти связи носили длительный и регулярный характер.

Наличие детей (в первую очередь — сыновей) было необходимым условием для того, чтобы считаться полноценным членом общества. Бездетность осуждалась общественным мнением, а супружеские пары, не имеющие детей, психологически страдали от своей неполноценности.

Дети выполняли также и эмоционально-психологическую функцию, поскольку родители испытывали радость и чувство душевного комфорта от общения с ними.

Таким образом, при всех своих недостатках традиционные семьи в основном справлялись со своими функциями: они обеспечивали себя экономически, осуществляли социализацию новых поколений, заботились о старшем поколении и производили на свет столько детей, сколько было достаточно (даже при тогдашнем очень высоком уровне смертности) для физического выживания человечества. При этом численность населения в разные исторические периоды либо росла, либо была относительно стабильной. Разумеется, во время катастроф — войны, неурожаи, эпидемии и т.д. — население резко сокращалось, но впоследствии высокая рождаемость компенсировала все эти потери. В нормальных условиях, то есть при отсутствии таких катаклизмов, никогда не наблюдалось устойчивой тенденции к уменьшению численности населения из-за превышения смертности над рождаемостью в течение длительного времени — это стало возможным только в нашу эпоху.

С наступлением индустриализации положение резко изменилось. Семья утратила свои производственные функции и перестала быть трудовым коллективом. Члены семьи — муж, жена и подросшие дети (использование детского труда особенно характерно для эпохи раннего капитализма) начинают работать вне дома. Каждый из них получает индивидуальную заработную плату, независимую от состава семьи и ее наличия вообще.

Соответственно отпадает необходимость в полновластном главе семьи как руководителе семейного производства.

Кроме того, усложнение знаний, необходимых для социализации и последующей трудовой деятельности, приводит к продлению сроков обучения. Если в традиционной крестьянской семье уже 7-летние дети становились хорошими помощниками для родителей, то в современной городской семье дети учатся в школе до 17—18 лет, а если поступают потом в институты и университеты, то остаются иждивенцами родителей до 22—23 и более лет. Но даже после того как они начинают работать, они не отдают родителям своих заработков и вообще при первой возможности уходят из родительской семьи. Особенно усиливается их стремление к отделению после вступления в брак, причем в отличие от эпохи майората и минората, когда сын, наследующий недвижимость, оставался при родителях, отделяются все дети и помешать этому могли только жилищные трудности (что очень характерно для нашей страны).

Итак, в доиндустриальную эпоху важную роль играл экономический компонент потребности в детях. Но если бы он был единственным, рождаемость в наши дни упала бы вообще до нуля. Экономическая ценность детей в современных условиях выражается даже не нулевой, а отрицательной величиной, причем немалой.

Эмоционально-психологический компонент потребности в семье и детях состоит в том, что семья и дети доставляют человеку эмоциональное удовлетворение. В супружеских отношениях это удовлетворение проявляется в сексуальной и психологической сферах. Общение родителей с детьми приносит радость, наполняет жизнь смыслом.

Именно поэтому дети не перестают рождаться даже тогда, когда они с экономической точки зрения приносят родителям уже не доходы, а, напротив, одни лишь убытки.

Демографическая политика, использующая только экономические рычаги (льготы и пособия семьям с несколькими детьми, налоги на бездетность), нигде не дала прочных результатов. Хотя довольно популярная «концепция помех к рождению детей» широко распространена, в том числе и в научных кругах. В ней преобладает мнение о том, что уровень рождаемости является слишком низким из-за тяжелых материальных условий жизни.

Отсюда следует вывод, что необходимо облегчить эти условия, предоставив семьям, имеющим маленького ребенка или нескольких детей, различные льготы и пособия, и уровень рождаемости повысится настолько, что угроза депопуляции будет устранена. Подобная точка зрения основана только на житейской логике и соображениях «здравого смысла», но не подтверждается статистикой. Низкий уровень рождаемости, не обеспечивающий даже простого замещения поколений, наблюдается во всех экономически процветающих, западных странах. Само снижение рождаемости происходит не только в условиях экономического кризиса, как это имеет место в нынешней России, но и в условиях экономического подъема.

Прошло уже два века с тех пор, как демографам стало известно о «парадоксе обратной связи». Когда рождаемость была очень высокой и ее искусственное ограничение в браке не практиковалось, среднее число рожденных детей в семьях всех социальных групп мало различалось, а разница между ними была связана главным образом с различиями в среднем возрасте вступления в первый брак у женщин, принадлежащих к разным социальным группам. Среднее число выживших детей зависело также от социальных различий в смертности. Снижение детской смертности раньше началось у наиболее образованных, культурных и обеспеченных групп населения. Поэтому в этих группах (раньше, чем в других) родители приобрели уверенность в том, что все их дети выживут, и стали практиковать искусственное ограничение рождаемости. Рождаемость сперва снижается у социальной верхушки, а также интеллигенции, затем — у рабочих, и лишь в последнюю очередь у крестьян. В то время, когда для общества в целом происходит переход от высокого уровня рождаемости к низкому, действие механизма «обратной связи» становится наиболее заметным. Однако после того как процесс снижения рождаемости распространяется на все социальные группы, и ее уровень уже не обеспечивает простого замещения поколений, эта обратная связь ослабевает и может вообще исчезнуть. Некоторые авторы, прибегая к подтасовке данных, пытались доказать, что при этом обратная связь сменяется прямой, и богатые семьи имеют в среднем больше детей, чем бедные. Но даже при появлении подобных различий в среднем числе детей между семьями, принадлежащими к разным социальным группам, эти различия остаются небольшими и непринципиальными, поскольку ни одна из этих групп уже не способна воспроизвести себя естественным путем. В таких условиях не имеет особого значения, в каких социальных группах населения рождаемость выше, а в каких — ниже, поскольку во всех группах она все равно ниже черты простого замещения поколений.

Кроме концепции помех, существует концепция детоцентризма (ее автор французский ученый А.Ландри, а наиболее активный сторонник в нашей стране — А.Г.Вишневский). Ребенок становится центром современной семьи, что предполагает однодетность — в этом заключается концепция детоцентризма. Все же, независимо от разных точек зрения демографов, признать можно одно — нынешняя семья не задумывается о смерти детей. Если раньше была очень высокой вероятность смерти маленьких детей, то теперь мало кто учитывает, что сын или дочь умрет раньше родителей. Если бы в бесчисленных сообщениях в средствах массовой информации о несчастных случаях обязательно указывались бы семейные обстоятельства погибших и упоминались бы те эпизоды, когда они были единственными детьми у своих родителей, многие семьи поняли бы, что один ребенок — это слишком мало.

Один из основных факторов снижения рождаемости — разрушение традиционного института брака как договора, в котором муж обязывается содержать семью, а жена рожать детей и вести хозяйство. Теперь сексуальное и дружеское общение возможно и без совместного ведения хозяйства, обязательств и пр. Внебрачные (формально) дети составляют во многих странах Западной Европы от трети до половины всех родившихся, в России — почти 30\%. Всюду внебрачная рождаемость растет, но ее рост не компенсирует падение брачной рождаемости — в целом рождаемость падает.

Так что взаимосвязь проблемы снижения рождаемости и разрушения брака очень прочна. А вот прямой связи между уровнем рождаемости и смертности в наше время нет. В современной России убыль населения определяется не столько высокой смертностью, сколько низкой рождаемостью. Характер замещения поколений зависит от смертности только тогда, когда уровень последней высок в детских и молодых возрастах, и значительная часть каждого поколения не доживает до среднего возраста родителей при рождении детей. В наше время до этого возраста доживает более 95\% родившихся девочек. Дальнейшее снижение смертности — чрезвычайно важно по гуманитарным и экономическим соображениям, но мало влияет на характер замещения поколений. При суммарном коэффициенте рождаемости 1,2—1,3 ребенка, какой и наблюдается в нынешней России, население будет сокращаться, даже если средняя продолжительность жизни достигнет 80 лет. Поэтому для повышения рождаемости до уровня, обеспечивающего хотя бы простое замещение поколений, необходимо воздействовать не только на экономический компонент, но также и на социальный и эмоционально-психологический компоненты.

 

Выводы

 

Следует подчеркнуть что рождаемость — важнейшая составляющая процесса воспроизводства населения. Уровень рождаемости измеряется различными показателями: общими коэффициентами, повозрастными, специальным и суммарным коэффициентом рождаемости. По величине суммарного коэффициента рождаемости определяют интенсивность процесса воспроизводства населения: простое, суженное или расширенное замещение поколений происходит в стране. Существование режима низкой рождаемости в течение одного—двух поколений превращает молодое растущее население в старое, численность которого сокращается. Таким образом, низкая рождаемость является основным фактором процесса старения населения.

Причины снижения рождаемости многочисленны: это и материальные, и жилищные, и социальные, медицинские и пр. Концепция "потребности семьи в детях" во многом объясняет исторический переход от высокой рождаемости к низкой.

 

Контрольные вопросы и задания

 

I задание. (Выберите правильный вариант ответа).

При расчете специального коэффициента рождаемости (фертильности) общее число родившихся в данном году следует разделить на среднегодовую:

1) численность населения 15—49 лет;

2) численность всех женщин;

3) численность женщин 15—49 лет.

II задание. (Вставьте пропущенные слова).

Суммарный ... рождаемости — единственный ... показатель, для которого существует ... величина, соответствующая простому замещению поколений

III задание. (Выберите правильный вариант ответа).

Какая величина суммарного коэффициента рождаемости соответствует уровню простого воспроизводства населения: 1)2,1; 2) 1,8; 3)2,3.

IV задание. (Выберите правильный вариант ответа). Основная причина процесса старения населения в России:

1) повышение продолжительности жизни;

2) снижение рождаемости;

3) увеличение удельного веса населения трудоспособного возраста.

 

Список литературы

 

Демографический ежегодник России. М., 2001.

Синельников Л. Б. Социально-демографические характеристики семьи в кризисном обществе (разд. 1.1.) / Семья в кризисном обществе. М., 1993.

Вишневский А. Г. О мотивационной основе рождаемости // Демографическое развитие семьи / Под ред. А.Г. Волкова. М.: Статистика, 1979.

Царский Л.Е. Рождаемость и репродуктивная функция семьи / Демографическое развитие семьи / Сб. статей под ред. А.Г.Волкова. М.: Статистика, 1979.

Гурко Т.А., Игнатова И.В. Особенности брачного выбора в России в начале 90-х годов // Семья в России. 1997. № 3.

Синельников А. Б. Деструктивное брачное поведение в зеркале общественного мнения / Демографическое поведение: опыт социологического изучения. М., 1990.

© Синельников А.Б., 2002

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 |