Имя материала: Теневая экономика

Автор: Лагов Ю. В

Глава 10. неформальная экономика в контексте теории экономических систем

Неформальная экономика и НТР

Предложенный Э. де Сото подход позволяет рассматривать неформальный бизнес как проявление определенных общеформационных закономерностей. Согласно его концепции, НЭ есть закономерная форма генезиса массовых, «народных» форм капиталистического предпринимательства на периферии современного мирового хозяйства. Несколько иной подход к объяснению широкого развития НЭ в конце XX в. предлагается американскими социологами А. Портесом и С. Сассен-Куб: они убедительно доказывают, что не только в развивающихся, но и в развитых странах НЭ органично включена в ткань хозяйственной жизни общества, являясь своеобразным «ответом» на «вызовы» глобализации хозяйственной жизни и развития НТР1

В теориях индустриального развития, отмечают А. Портес и С. Сассен-Куб, по поводу НС выдвигается три положения.  «Во-первых, эта деятельность по суще-

1 См.: Portes A., Sassen-Koob S. Making It Underground: Comparative Material on the Informal Sector in Western Market Economies //American Journal of Sociology. 1987. Vol. 38. No. I.

P. 30-58.

122

Теневая экономика

Часть III. «Серая» (неформальная) теневая экономика

123

ству преходяща, является следствием недостаточного проникновения современного капитализма в слабо развитые регионы и, таким образом, обречена на исчезновение по мере успеха индустриализации... Во-вторых, предполагается, что принципиальная причина сохранения НС — наличие излишней рабочей силы. В-третьих, НС в основном характерен для периферийных экономик (таких как Латинская Америка, Африка, большая часть Азии), выступая, по существу, иным выражением их слаборазвитости [underdevelopment]*1.

Предлагаемая американскими социологами альтернативная интерпретация заключается в том, что «неформальная деятельность функциональна одновременно и для включенных в нее работников, и для крупных формальных фирм»2. «Фундаментальная причина сохранения и роста НС в периферийных экономиках — сосуществование расширенного трудового законодательства, часто скопированного с развитых стран, и избыточного предложения труда, — указывают американские ученые. — В этом контексте, фирмы имеют все стимулы пытаться избежать юридических ограничений на использование труда. Когда конкуренция повышается... усиливаются стимулы к деформализации»3. Первичным механизмом связи между формальным и неформальным секторами становится субконтракт.

На рис. 10-1 изображены различные модели подобных связей, широко распространенные в странах Латинской Америки:

а) неформальная маркетинговая цепь (используя неформальные дистрибутивные сети, легальная промышленность избегает расходов на постоянных торговых агентов; так реализуются продовольственные товары, сигареты, журналы и т. д.);

1          PortesA., Sassen-KoobS. Op. cit. P. 32.

2          Ibid. P. 37.

3          Ibid. P. 38.

б)         цепь «подведенного предложения» (самостоятель-

но работающие сборщики мусора снабжают дешевым

сырьем крупные легальные фирмы);

в)         вертикальная производственная цепь (легальные

инженерные фирмы используют неформальных субпод-

рядчиков, которые, в свою очередь, организуют труд

неформальных строительных рабочих);

г)         сложная производственно-маркетинговая цепь

(крупные ТНК дают заказы своим подразделениям, ко-

торые при превышении спроса над предложением пере-

дают часть заказов местным формальным фирмам, ко-

торые, в свою очередь, передают заказы неформальным

заведениям или даже работникам-надомникам; такая

организации наблюдается, например, в обувной про-

мышленности Колумбии).

1 Portes A., Sassen-Koob S. Op. cit. P. 40.

Теперь становится понятным парадокс неформальных заработков, которые имеют в среднем почти такую же величину, как в формальном секторе, или даже выше. Главная причина, по мнению А. Портеса и С. Сас-сен-Куб, заключается в том, что участники НС не однородны в классовом отношении. Следует различать собственно неформальных рабочих, которые трудятся без договорной организации и правовой защиты, и неформальных предпринимателей, организующих работу по контрактам с формальным сектором. Заработки неформальных рабочих в среднем значительно ниже, чем в легальной экономике. Зато заработки неформальных предпринимателей хотя и неустойчивы, но могут быть значительно выше. «Незащищенные работники нижней части рынка труда, таким образом, субсидируют благосостояние своих непосредственных предпринимателей, а также доходы формальных фирм, от которых зависят их предприниматели»1.

124

Теневая экономика

Часть III. «Серая» (неформальная) теневая экономика

125

А| Логалв ЩЮИшПЬНССГИ

 

ЦсяТИПИМШШ

* оптом тсюпжи

Сбор!*"           и "Pi™0 "ofo-ph"

с муашгы еаалс*

 

9|AfnnH^yp4»            ь   Поршне     ь ндт>№м

 

Мвспдюорыапьиа:  _ ОДкичимнг

 

Рис.  10-1. Модели взаимосвязей между формальным и неформальным секторами в Латинской Америке

Источник: Portes A, Sassen-Koob S. Making It Underground: Comparative Material on the Informal Sector in Western Market Economies //American Journal of Sociology. 1987. Vol. 38. No. I.

P. 39.

Американские социологи полагают, что противопоставление стран третьего мира, где НС весьма велик, и развитых стран, где он будто бы почти исчез, ошибочно. На самом деле неформальная экономика развитых стран скрыта сильнее, чем в развивающихся странах.

Есть мнение, что рост неформальной экономики США связан в основном с ростом числа иммигрантов из Латинской Америки. В таком случае «деформализа-цией» экономики можно было бы управлять, просто ужесточая иммиграционные правила. Однако опыт стран Западной Европы опровергает это предположение. В Италии, Испании и прочих странах неформальная экономика развивалась при отсутствии крупномасштабной иммиграции.

После того как отброшено предположение, будто НС есть феномен преимущественно третьего мира, а в развитых странах возникает вследствие иммиграции из третьего мира, необходимо дать новое объяснение существованию и даже росту НЭ в развитых странах. Объяснение по аналогии с моделями развития НС в Латинской Америке было бы неудовлетворительным, поскольку в развитых странах подобные модели стали анахронизмом.

Правдоподобная гипотеза по этому поводу предложена итальянским экономистом С. Бруско1. По его мнению, «децентрализация и деформализация [informalization] являются ответами на предшествующий рост власти профсоюзов и ограничений, накладываемых ими на крупные фирмы»2. Такое объяснение развития неформальности как реакции на усиление профсоюзов вполне правдоподобно для Северной Италии, где действительно децентрализация производства стала развиваться вскоре после забастовок середины 1960-х гг. с явной целью противодействовать широким полномочиям профсоюзов. Однако эта гипотеза все же не может претендо вать на исчерпывающее объяснение деформализации В частности, в Великобритании, Западной Германии и Франции велико значение профсоюзов, но НС невелик. Самое  главное,  что  в тех отраслях,   которые наименее

1          См.: Brusco S. The «Emilian» Model: Productive Decentralization and Social Integration // Cambridge Journal of

Economics. 1982. No. 6. P. 167-184.

2          PortesA., Sassen-KoobS. Op. cit. P. 52.

*_26_

Теневая экономика

1 асть III. «Серая» (неформальная) теневая экономика

127

формализованы, преобладают малые фирмы, крайне слабо затронутые профсоюзным движением (особенно это касается сферы услуг).

Другая гипотеза, предложенная испанским экономистом Й. Убарра, предлагает считать массовое развитие экономического подполья развитых стран результатом усиления конкуренции третьего мира1. Производители вынуждены децентрализовывать производство и использовать дешевый труд неформалов, чтобы сохранять конкурентоспособность. «Это объяснение... привлекает внимание к глобальному характеру процессов, лежащих в основе деформализации, чем пренебрегают предыдущие гипотезы»2. Оно объясняет положение в Испании и Великобритании, однако опять-таки не может быть исчерпывающим: многие деформализованные отрасли (строительство, сфера услуг) не подвергаются непосредственно воздействию иностранной конкуренции.

По мнению А. Портеса и С. Сассен-Куб, бурное развитие неформального бизнеса развитых стран началось в середине 1970-х гг. (хотя НС существовал там и ранее). «Середина 1970-х гг., — пишут А. Портес и С. Сассен-Куб, — стала периодом водораздела, потому что глобальный спад убедил руководителей и служащих корпораций в развитых странах, что «обычный бизнес» более не жизнеспособен»3. Ранее преобладали крупные предприятия с жестким вертикальным управлением, соответствовавшие классическим неолиберальным теориям индустриализации. Кризис 1970-х гг. привел к серьезному сокращению спроса со стороны развивающихся стран, а также усилил конкуренцию производителей стран третьего мира, использующих трудоинтенсивные и относительно простые технологии. Деформализация стала одной  из стратегий  новой,   альтернативной про-

1 См.: Ybarra J. La-estructuracion Espontanea de la Industria del Calzaado Espanol // Boletin de Estudios Economicos. 1982

No. 37. P. 483-503.

2          Portes A., Sassen-Koob S. Op. cit. P. 52.

3          Ibid. P. 53.

мышленной организации. «Деформализация наиболее удобна, когда сокращение прибыли, вызванное возрастанием издержек труда или конкуренцией более дешевых иностранных товаров, сочетается с возможностью децентрализовать организацию труда и доступностью рабочей силы для этого»1. При этом квалифицированные промышленные рабочие могут становиться неформальными контрагентами, арендуя или покупая оборудование. В США поток иммигрантов стал основой де-формализации сначала трудоинтенсивных отраслей промышленности, испытывающих давление иностранной конкуренции, но потом этот новый источник дешевого труда стали использовать и другие сферы экономики, в том числе высококонкурентные. После начального импульса 1974—1975 гг. новый толчок развитию НС в развитых странах был задан кризисом   1980—1982 гг.

« Таким образом, процесс деформализации форсировался в третьем мире стремлением производителей и государств преодолеть экономическую стагнацию при помощи экспортно-ориентированной стратегии, которая, в свою очередь, содействовала воспроизведению аналогичной организации труда в развитых странах по мере того, как затронутая этим промышленность боролась за выживание»2. Итак, развитие НС в отдельных странах зависит не только от внутренних обстоятельств хозяйственного развития, но и от глобальной экономической трансформации.

Интересна та роль, которую играют в процессах экономической деформализации сами правительства развитых стран. Хотя на поверхности кажется, что подпольная экономическая деятельность преследуется властями, есть основания подозревать, что ее распространение происходило с молчаливого согласия (если не с поддержки) центральных и местных властей. Причиной тому   является   их  заинтересованность   в экономическом

1          Portes A., Sassen-Koob S. Op. cit. P. 54.

2          Ibid. P. 55.

128

Теневая экономика

Часть III. «Серая» (неформальная) теневая экономика

129

росте и занятости, подъеме умирающих городских хозяйств. Это предположение подтверждается многими фактами: поддержка неформальных кооперативов местными властями в Северной Италии; небрежность контроля за соблюдением минимума зарплаты и стандартов труда в тех районах Западной Европы и США, где развертывается неформальная деятельность; парадокс иммиграционной политики, которая де-юре запрещает въезд работникам без документов, но де-факто глядит на это сквозь пальцы, поощряя тем самым предложение дешевого труда для неформального бизнеса. «Взаимно усиливающееся приспособление [друг к другу] нужд работников и стратегий фирм не могло бы успешно происходить в политически враждебной среде»1. Если это предположение истинно, то налицо своеобразный парадокс: правительство — институт, предназначенный для формального регулирования, — одновременно способствует нарушениям формальных норм.

Таким образом, развитие НЭ в развитых странах кюжно рассматривать как своеобразную форму развития гибкой организации труда в условиях НТР.

Общие закономерности развития неформальной экономики XX в.

Обобщая современные научные представления зарубежных исследователей о НЭ, можно сформулировать следующие выводы.

НЭ (как и теневая экономика в целом) является глобально -историческим феноменом, присущим в той или иной мере всем общественным системам. Она находила и находит свое место и в «первом мире» (в развитых «капиталистических» странах), и во «втором мире» (в «коммунистических» странах), и в «третьем мире» (в развивающихся странах). Более того, история НЭ отнюдь не ограничивается современной эпохой: неформальные экономические структуры существовали  в до-

PortesA., Sassen-KoobS. Op. cit. P. 56.

индустриальных обществах (вспомним хотя бы о внеце-ховом-ремесле в западноевропейском средневековье), возможно, они будут существовать и в обществе постиндустриальном.

НЭ многофункциональна. С одной стороны, она играет роль своеобразной «свалки» отживающих институтов, обеспечивая временное выживание городских и сельских маргиналов, консервируя рудиментарные формы производственных отношений (например, семейные неформальные «микрофирмы» основаны во многом на архаичных отношениях личной зависимости). С другой стороны, НЭ можно рассматривать и как «дубликат» господствующих в данный период институтов: неформалы производят обычные товары и услуги, потребляемые субъектами официальной экономики, причем заказы для НС часто исходят от «формального» бизнеса. Наконец, НЭ есть «полигон» новых институтов. Являясь совокупностью мелких и мельчайших предпринимательских единиц, с легкостью изменяющих ассортимент, технологию, внешние и внутренние хозяйственные связи, НЭ демонстрирует высочайшую гибкость и выживаемость. Согласно концепции Э. де Сото саму промышленную революцию XVIII в., положившую начало современной капиталистической индустрии, можно рассматривать как результат борьбы капиталистов-«неформалов» с меркантилистским государственным регулированием, тщетно пытавшимся законсервировать цеховую систему и исключительные привилегии торговых и иных монополий. Именно «тихая революция» неформальных производителей создает конкурентную рыночную среду в современных странах «третьего мира». Наконец, предпринимательство в России и других странах бывшего «социалистического лагеря» развивается именно на почве традиций ранее запрещенного теневого бизнеса.

НЭ по своей природе имеет рыночный и конкурентный характер. Мелкие производители, скрывающиеся от надзора контролирующих организаций,  могут ориен-

5 — 5432

130

Теневая экономика

Часть III. «Серая» (неформальная) теневая экономика

131

тироваться только на платежеспособный спрос таких же обособленных друг от друга покупателей. Неформальное производство использует в основном не капитальные, а трудовые ресурсы (иначе говоря, человеческий капитал в НЭ более важен, чем капитал физический). Производимая неформалами продукция имеет примерно тот же (или несколько более низкий) уровень качества, что и продукция легальных предпринимателей, но производится с более низкими издержками (неформальные бизнесмены экономят на издержках подчинения закону — не платят налогов и социальных платежей, могут давать зарплату ниже законодательно установленного минимума и т. д.). Уровень доходов в неформальном секторе в целом несколько ниже, чем в формальном, или примерно равен ему, однако дифференциация доходов гораздо выше.

НЭ является тем сектором теневой экономики, который наиболее производителен и полезен для общества. В условиях командной экономики социальная роль производителей-неформалов достаточно двусмысленна. События гражданской войны в России показали, что «мешочники» не только снабжали города хлебом, но и составляли основу «зеленого» движения, толкавшего страну в пучину анархии. На закате советской эпохи «цеховики» также, с одной стороны, удовлетворяли потребительский голод на дефицитные промтовары, но, с другой стороны, подрывали своей коррупционистской деятельностью остатки авторитета отечественного партийно-государственного аппарата. В рыночном хозяйстве рядовые потребители и даже легальные фирмы с удовольствием приобретают дешевые товары и услуги, не обращая внимания на правовой статус их производителей и продавцов; правительства склонны при этом мириться с потерей части своих потенциальных доходов, если это стимулирует экономический рост. Соответственно, если при централизованно управляемых системах правительство придерживается в отношении НЭ стратегии решительного подавления, стремясь ликвидировать неформалов «как класс», то при децентрализованных системах оно де-факто молчаливо игнорирует неформалов или старается включить их в систему легального бизнеса, «формализовать», но не уничтожить. Неформальная экономика гораздо менее опасна для общества, чем другие формы теневой экономической деятельности типа «беловоротничковой» и организованной преступности, и потому она должна рассматриваться не столько как враг, сколько как потенциальный помощник легальной экономики.

5*

Часть IV. «Черная» теневая экономика

133

 

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 |