Имя материала: Теория экономического роста

Автор: Шараев Ю.В.

7.2 эмпирические исследования соотношения экономического роста и неравенства в распределении

 

7.2.1

 

Эмпирические исследования воздействия экономического роста на неравномерность распределения. Кривая Кузнеца

 

Самое известное соотношение между экономическим ростом и неравномерностью распределения выдвинул Саймон Кузнец в 1954 г. Он установил, что с увеличением уровня дохода на душу населения неравенство распределения сначала возрастает, затем после достижения определенного уровня дохода на душу населения снижается. Рост, таким образом, связан с неравенством, сначала — положительно, затем — отрицательно. Это положение получило в экономической литературе название «обратная U-образная кривая» (inverted U-shaped curve), кривая Кузнеца (Kuznets curve) или гипотеза Кузнеца (Kuznets hypthesis), которая до сих пор дискутируется в экономической литературе.

Кузнец рассматривал эту связь именно как изменение в распределении доходов, вызываемое экономическим ростом, как его следствие, и объяснял с точки зрения перехода от аграрной (традиционной) технологии к индустриальной. Неравномерность в производительности вызывает высокий уровень доходов в индустриальном секторе, и увеличение его доли в экономике способствует росту неравенства. Соответственно, когда индустриальный сектор становится превалирующим, вытеснение аграрного сектора приводит к большему равенству (аналогичное объяснение практически одновременно было предложено Льюисом, который рассматривал переход от низкопроизводительной экономики к высокопроизводительной). Таким образом, гипотеза Кузнеца предполагала связь роста и неравномерности лишь на переходном этапе от аграрной (традиционной) экономики к индустриальной.

Длительное время гипотеза Кузнеца, несмотря на то что недостаточно подтверждалась эмпирически, рассматривалась в качестве неоспоримого стилизованного факта. Первоначально как подтверждение рассматривались данные по Великобритании, Германии и Соединенным Штатам Америки. Исследования, проводимые в 1970-е гг., например, изыскания Ахлювалиа [Ahluwalia, 1976], проведенные с помощью перекрестных данных ВВП на душу населения и процентных долей в доходе квинтилей населения 60 стран, включая развитые, развивающиеся и социалистические, подтвердили гипотезу Кузнеца (рис. 7.1). Аналогичный результат дало тестирование кривой Кузнеца в 1980-е и первой половине 1990-х гг. [Cline, 1975; Cromwell, 1977; Papanek, Куп, 1986; Ram, 1995; Dawson, 1997] (табл. 7.1).

Ряд исследователей определял поворотную точку для кривой Кузнеца, диапазон оценок для разных периодов и стран находился между 421 долл. (в ценах 1970 г. [Anand, Kaubur, 1973] для 60 стран) и 2422 долл. (в ценах 1985 г. [Tabatabai, 1994] — 52 наблюдения).

Однако расширение объема включаемых в исследования данных, в частности на базе данных Денинжера — Скуире, созданной в 1990 гг., показали неоднозначность U-образной связи неравенства и экономического роста. Проведенные Клаусом Денинжером и Линном Скуире исследования слабо подтвердили это положение. Изменения в неравномерности распределения по 108 странам и 682 наблюдения коэффициента Джини и долей квинтилей населения последовательно по странам в 90\% случаев не подтвердили U-образную зависимость ([Deininger, Squire, 1996, 1998], а также другие исследователи [Ravallion, 1995; Schultz, 1997; Bruno, Ravallion, Squire, 1998]). Большинство исследователей склонялось к существованию единой преобладающей отрицательной связи между ростом и неравенством. Это подтверждали исследования перекрестных данных между странами, динамики показателей отдельных стран, связи как между абсолютными показателями неравенства и уровнями дохода, так и их приростами, при использовании разных подходов при измерении этих изменений. Казалось, что более чем тридцатилетнему господству кривой Кузнеца в вопросе соотношения экономического роста и неравенства в распределении положен конец. Однако недавние исследования панельных данных свидетельствуют о том, что точку ставить рано и гипотеза Кузнеца, после некоторой модернизации, возможно, будет иметь продолжение.

Ряд исследований [Amos, 1988; Bishop, Formby, Thristle, 1991; Ram, 1991, 1997; Katz, Murphy, 1992; Bound, Johnson, 1992; Ravallion, 1995; Partridge, Rickman, Levernier, 1996; Tribble, 1996] показал, что очень высокий уровень подушевого дохода соответствует положительной зависимости между неравенством в распределении и уровнем дохода на душу населения. Например, по данным Триббла, уровень дохода на душу населения Соединенных Штатов Америки составляет 11 тыс. долл.

На основе этих результатов и собственного исследования базы данных 892 наблюдений коэффициента Джини для 71 страны за период 1961—1992 гг. (рис. 7.2) Джон Лист и Крэг Галлет [List, Gallet, 1999] предположили существование трех отрезков кривой Кузнеца для стран с разным уровнем развития. Слаборазвитые страны (с уровнем дохода ниже 1487 долл. на душу населения (в ценах 1985 г.)) находятся на первом отрезке с положительной зависимостью (Индия, Гана, Пакистан, Танзания, Гондурас и другие слаборазвитые азиатские и африканские страны, всего 14 стран из выборки Листа — Гал-лета). Среднеразвитые страны относятся к основной группе с отрицательной зависимостью (Аргентина, Бразилия, Китай, Южная Корея, восточноевропейские страны и бывший СССР, большинство латиноамериканских стран, Израиль, Испания, Греция — всего 44 страны). Наконец, группа высокоразвитых стран (свыше 12 115 долл. на душу населения) расположилась на третьем отрезке, где характер связи — снова положительный (США, Канада, Япония, Австралия, высокоразвитые западноевропейские страны — всего 13 стран). Исследование проводилось на основе использования сравнения оценок моделей фиксированного и случайного эффектов (fixed- and random-effects models), применительно к указанным панельным данным. Новую форму кривой Триббл назвал S-образной [Tribble, 1999], она представлена на рис. 7.2. Таким образом, возрожденная кривая Кузнеца утверждается в теории экономического роста в новом варианте.

 

7.2.2

 

Эмпирические исследования воздействия неравномерности распределения на постоянный экономический рост

 

В 1990-е гг. в связи с развитием теорий эндогенного роста и поиском влияющих на него факторов, а также причин существенных различий в экономическом росте между странами, широкое развитие получили эмпирические исследования влияния неравномерности распределения на экономический рост (табл. 7.2).

Первыми в этом направлении были работы Роберто Перотти [Perotti, 1992, 1994, 1996], Торстена Перссона и Гвидо Табеллини [Persson, Tabellini, 1994, 1996] и Альберто Алезины и Дэни Родрика [Alesina, Rodrik, 1994]. Используя различные базы данных и показатели неравномерности распределения дохода (коэффициент Джини и доли в доходе процентных групп населения — квинтилей) в регрессиях роста со стандартными контрольными переменными, такими, как начальный уровень дохода, показатели человеческого капитала и инвестиций в физический капитал, они показали наличие значимых отрицательных коэффициентов и соответственно отрицательного воздействия неравенства в распределении доходов на последующий рост.

Ряд исследований был посвящен проверке теоретических гипотез влияния неравномерности распределения на экономический рост. Например, исследования Алезины — Перотти [Alesina, Perotti, 1996], Перотти [Perotti, 1992, 1996], Кифера — Кнака [Keefer, Knack, 1995] тестировали гипотезу «социального конфликта» и нашли положительное воздействие неравенства на социально-политическую нестабильность и отрицательное воздействие нестабильности на инвестиции и экономический рост. Перотти [Perotti, 1996] и другие экономисты установили положительное влияние государственной перераспределительной политики (различных трансферт и дифференцированности (прогрессивности) налогов) на экономический рост.

Перотти [Perotti, 1992], тестируя гипотезу связи неравномерности распределения в условиях несовершенства кредитного рынка на рост, установил отрицательное влияние несовершенства кредитного рынка (измеренного как доля кредита под залог недвижимости в общем объеме кредита) на экономический рост.

Однако с основной отрицательной зависимостью роста от неравенства распределения дохода не все было гладко. Форбс [Forbes, 1997] нашел эту зависимость положительной, используя достаточно обширные данные. Обладатели одной из лучших баз данных по неравномерности распределения, Денинжер и Скуире [Deininger, Squire, 1996] определили, что эта связь статистически незначима. Поэтому вопрос об окончательном определении этой зависимости как «стилизованного факта» остается открытым.

Денинжер и Скуире, а затем и Бердсэлл и Лондоно [Birdsell, Londono, 1997] показали, что значимость показателей распределения дохода зависит от включения в регрессию показателей распределения активов (земли и человеческого капитала). При их включении показатели распределения дохода становится незначимым, в то время как показатели распределения земли и человеческого капитала, безусловно, являются значимыми и отрицательно воздействуют на экономический рост.

Так или иначе, в том или ином измерении, неравенство — это не только конечный результат экономического развития, но и одна из важнейших детерминант экономического роста.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |