Имя материала: Экономическая история

Автор: Р. П. Толмачева

8.2. этапы феодализации в россии (xi—xviii вв.). "русская правда", "соборное уложение"

 

Феодализация русской земли была подготовлена предшествующим социально-экономическим развитием восточнославянских племен. До образования государства они жили родовым строем, который формировался повсеместно на этапе перехода от палеолита к неолиту. Род представлял коллектив кровных родственников (отсюда: родные, Родина), объединенный общими хозяйственными интересами и коллективной собственностью на средства, орудия производства, угодья, жилища. Семья образовалась в период распада родовой общины и зарождения частной собственности.

В южной лесостепной зоне проживания восточнославянских племен еще в V—VI вв. родовая община трансформировалась в соседскую (территориальную, позднее крестьянскую), которая получила название "вервь" — от "веревка", которой проводился обмер общинных земель. В северных лесных районах (Старая Ладога, Новгород и др.) в VII—VIII вв. образовалась территориальная община "мир". Первое время, до IX в., земля находилась в собственности общины, но, в отличие от прежних времен, делилась на участки, которые передавались во временное пользование отдельным семьям. Но постепенно переделы пахотной земли прекращались, и участки переходили в собственность отдельных семей.

Уже в рамках соседской (сельской, территориальной) общины выделялась родоплеменная знать. Это была более высокая степень социального расслоения общины, процесс начинался с появления "старейшины" рода и жрецов —-волхвов.

К моменту образования государства большинство населения окружавших Киев племен состояло из смердов — свободных крестьян-общинников. Земельные участки общины находились в их условном владении или частной собственности. В общей (коллективной) собственности общин оставались луга, выгоны, леса, водные угодья, которые использовались сообща. Хозяйство смерда-общинника представляло из себя небольшое жилище, часто типа землянки, что свидетельствовало о низком уровне материальной жизни и отсутствии традиций в жилищном строительстве. К жилищу примыкала клеть для содержания скота: лошади, коровы, двух-трех овец, кур. Чаще в хозяйстве имелась лишь одна лошадь, использовалась соха (соха — "су-коватка") или рало (деревянный плуг) для вспашки земли. Урожаи, как и повсюду в те времена в Европе, были низкие, хорошо, если "сам — два" (собрать вдвое больше, чем посеять).

Чтобы обеспечить семью, смерды охотились на лося, оленя, зубра, тура, кабана, медведя, зайцев. В результате получали не только мясо, но и шкуры для выделки и использования в домашнем хозяйстве. С образованием в IX в. государства и освоением торгового пути по Днепру на внешний рынок, хотя бы в виде "мены" на другой товар, предлагали меха: куниц, выдр, бобров, соболей, лисиц, белок. Орудиями охоты служили: луки со стрелами, различные ловушки и сети, которые использовали не только для ловли птиц, но и мелких зверей. Птицу ловили даже во время перелета с помощью "перевесов" — больших сетей, которые натягивались высоко над землей.

В экономике сельского хозяйства, в семьях смердов, большую роль в VIII—IX вв. продолжала играть рыбная ловля. Археологи во время раскопок постоянно встречают крючки, остроги, грузила, поплавки от сетей и костные останки когда-то выловленных щук, сомов, лещей, осетров. Все они в изобилии водились в реках Руси. Ловили рыбу неводом, бреднем, на крючок, били острогой. Устраивали своеобразные сооружения для рыбной ловли в виде "заколов" или "ёз" (что-то вроде перегородок в определенных местах реки). Продолжало существовать лесное бортничество, ведь само население специально пчел почти не разводило.

По мнению исследователей аграрной истории Древней Руси Б. Д. Грекова и П. Н. Третьякова, такие черты развития сельскохозяйственного производства, т. е. дополнение земледельческих и скотоводческих занятий охотой и рыболовством (сочетание производящего и присваивающего типа хозяйств), было характерно для хозяйственной жизни русичей вплоть до начала татаро-монгольского нашествия. Еще далеко было до утверждения сельского хозяйства в виде ведущей отрасли и становления в стране аграрного общества. Но черты феодализации, первые ее признаки стали проявляться с IX в., т. е. с началом становления государства.

Первым этапом феодализации можно считать IX—X вв., когда происходил процесс "окняжения", т. е. захвата окружением князя, его дружинниками общинных земель вместе с хозяйствами смердов-общинников или изгнании их с занимаемого места. Подвергались захвату и свободные земли. Таким образом:

образовался домен, т. е. княжеские земельные владения, которые в будущем приобрели статус государственных земель;

одновременно распространялась власть Великого князя из Киева не только на окрестные общинные земли, но и в целом на бывшие в недавнем прошлом племенные территории древлян, дреговичей и других племен;

расширялась территория Древнерусского государства.

Домен Великого князя, как и в Западной Европе, превращался в наследственное владение великокняжеского дома. Наследование земель происходило по так называемому "лествичному" праву, представлявшему своеобразную смесь горизонтального и вертикального типов наследования. Точнее его можно назвать "зигзагообразным": наследство переходило старшему сыну, от него к следующему сыну, а с прерыванием по каким-то причинам "цепочки" —> к старшему племяннику, в случае следующего "зигзага" —> к дяде, т. е. брату умершего Великого князя. Такая форма наследования сохранялась до появления завещания Всеволода Большое Гнездо в начале XIII в., а окончательно вертикальная форма наследования (от отца к сыну) закрепилась в конце XIV в. согласно завещанию Дмитрия Донского, победителя на поле Куликовом.

Начиная с IX в., на первом этапе феодализации Руси, проходил процесс и "обояривания" земель. Он заключался не только в захвате, одновременно с князем, общинных земель и расширения частнособственнического землевладения, боярской вотчины. Само слово "вотчина" имеет более глубокие корни. Оно является производным от "отчины" (отец —> отчина —> отчизна), т. е. обозначало собственность отдельных семей еще в родовой общине, выделение этой земельной собственности из общины, перерастание ее в территориальную. Затем проходило расширение владений "отчинников" — вотчинников за счет: захвата земель "верви" или "мира"; прикупа (покупки) отдельных участков земли; присоединения части территорий соседних племен во время военных походов в составе великокняжеского войска. Наблюдалось дарение земель, особенно владельцам вотчин, относящихся к сословию священнослужителей. Происходила передача вплоть до XIV в. великими князьями земель в условное владение боярам и параллельно — дворянам.

Но в целом в первые века существования Русского государства боярское крупное землевладение напоминало аллод во Франкском государстве VI—VII вв. н. э. В отличие от французов у нас ни в XII в., ни позднее не стал всеобщим, характерным для классической европейской модели феодализации принцип "нет земли без сеньора". В ареале расширения границ Российского государства (Сибирь, Дальний Восток) вплоть до конца XIX в. оставались так называемые "ничейные земли". Их в самом конце существования Российской империи на грани XIX—XX вв. можно было присоединить, но не к боярско-дворянскому землевладению (бояр с XVIII в. уже не было), а включить незанятые земли в государственный земельный фонд.

Итак, вотчина превратилась в наследственную, частную земельную собственность княжеско-боярского сословия Руси. Нужно при этом иметь в виду, что кроме великокняжеских владений сформировались, особенно в период политической неразберихи XII—XIII вв., земельная собственность удельных князей.

Формирование боярского сословия крупных земельных собственников неразрывно связано с генезисом великокняжеской дружины. Наиболее распространенным является мнение о существовании в Древней Руси "старшей" и "младшей" дружины. Но, по свидетельству С. М. Соловьева, княжеская дружина делилась на три части: "старшая" дружина в лице бояр; "младшая" дружина-молодь ("гриди"), молодые ("гридьба"); в состав общей дружины входила и обслуга (прислуга) князя — "отроки", "детские" и "пасынки". В более северных районах Руси именно из этой третьей группы дружинников начал формироваться "двор" (княжеский) и "дворяне" при этом "дворе". Понятие это не равноценно "дворне", куда входили бывшие рабы, чаще из иноплеменников, прочие зависимые люди из бедных, которые выполняли разнообразную "черную" работу. А сословие дворян с наделением им в условное владение земель с "сидящими" на ней людьми формировалось именно из дружинников. Они занимали в свободное от военных занятий время или с учетом возраста и опыта административные должности, но не такие высокие, как бояре или "младшие" дружинники.

Рост земельной собственности православной церкви проходил в это время: за счет пожалований князей, бояр, дружинников и даже наиболее состоятельных крестьян; пожалований от тех же лиц на "помин души". Активизировался этот процесс в XI—XII вв. в период экономического расцвета Древнерусского государства.

Боярские хоромы выглядели скромнее княжеских, но те и другие, а также большинство церквей в X—XI вв. и монастырских комплексов строились из дерева. Вотчина могла включать в себя несколько сел. Центром ее был двор с господскими хоромами и разнообразными хозяйственными постройками: конюшни, хлевы, амбары. Там же находились избы для челяди. В условиях стойлового содержания скота, в конюшнях и хлевах содержали лошадей, крупный и мелкий продуктивный скот, домашнюю птицу. Во дворе в особых помещениях находились охотничьи собаки и ловчие птицы. Ко двору примыкали пашенные и луговые угодья, леса. Во главе хозяйства стоял огнищанин, неоднократно упоминаемый в "Русской Правде" (от слова "огнище" — хозяйство). Ему подчинялись приказчики и сельские старосты. Приказчиками иногда называют тиунов, но в документах о них пишут и как об управляющих или сборщиках податей (дани).

Княжеские хоромы назывались уже часто градами в силу сильной укрепленности. Если за период IX—X вв. в более поздних документах есть лишь указания на существование вотчин, то в "Русской Правде" они характеризуются достаточно полно. Сыновья Ярослава Мудрого — Изяс-лав, Святослав и Всеволод — были вместе со своими боярами заинтересованы в защите интересов крупных земельных собственников, в охране их имущества. К примеру, за нарушения боярской пашни, ограниченной межами, полагался высокий штраф в 12 гривен.

Вторым этапом феодализации на Руси с точки зрения создания крупной земельной собственности можно назвать XI-XII вв. Это было началом формирования дворянского условного землевладения — жалование деревень или просто участков земли из княжеских, часто вновь присоединенных территорий за службу дружинникам. Известно, что поместья, в отличие от вотчин, были меньших размеров, имели условный характер владения. На начальном этапе существования государства земля представителям третьей части великокняжеской дружины ("пасынкам") раздавалась чаще с целью сбора дани с подвластных территорий. С течением времени больше внимания обращалось на занятия местного населения сельским хозяйством. Но до татаро-монгольского нашествия статус "дворян" и "поместья" не определился. Великие князья могли за службу выделить членам старшей дружины в условное владение вотчины, а не поместья.

Третий этап феодализации совпал со временем татаро-монгольского ига — с конца 1230-х гг. до середины 1400-х гг. В первые 100—150 лет русичам было не до феодализации. Татары бы ее и не разрешили, так как это приводило к необходимости в проведении новой переписи населения и ослабляло власть Орды из-за появления сильной дворянской оппозиции.

Именно в XIII—XIV вв. страны Западной Европы ушли далеко вперед в социально-экономическом развитии. Там появились тенденции к раскрепощению крестьян. А на Руси дворянство еще не оформилось как ведущий социальный слой, нужно было разобраться с понятиями "крепостной крестьянин", "барщина", "оброк" и т. д.

В XV — начале XVI в. Русское государство стремительно превращается в полноценное аграрное общество.

С середины XV в. и наступает интереснейший четвертый этап формирования крупной земельной собственности. Повсеместно, особенно после 1480 г., происходит пожалование дворянам земель в условное владение. Основу для территориального расширения заложил еще Даниил Московский — сын Александра Невского — во время княжения в удельном Московском княжестве во второй половине XIII в. Наибольшего расцвета Московское княжество достигает при его сыне Иване Даниловиче (Калите), который присоединяет разными способами много новых земель к Московскому княжеству, закладывает в XIV в. основу для формирования в следующем столетии единого Русского государства.

Мировая история свидетельствует, что дворянство повсеместно в Европе было опорой централизованных государств с абсолютистской формой правления. Для формирования этого сословия велись войны, территориальные переделы и т. д., ведь дворян нужно было обеспечить землей, "поместить" на вновь присоединенные или еще свободные в стране земли. Русское государство, хотя и с запозданием, но не явилось исключением. Именно с конца XV—XVI вв. окончательно сформировалось два типа крупной земельной собственности: боярское вотчинное частное, передаваемое по наследству, и дворянское поместное условное, получаемое за службу (его аналогом в Западной Европе был "бенефиций"). Поместье иногда превращалось в наследственное владение.

Пятый этап явился завершающим. В XVII—XVIII вв. произошла консолидация сословия дворянства. Важную роль сыграли "Соборное Уложение" царя Алексея Михайловича 1649 г. и указ "О единонаследии" Петра I от 1714 г. Если в 1649 г. в законодательном порядке наблюдалось сближение вотчины и поместья по форме владения, то указом Петра I то и другое признавалось частной собственностью с правом купли-продажи и передачи по наследству.

На Руси, как и в странах Восточной Европы, процесс феодализации затянулся. Россия в силу исторических обстоятельств стала страной "второго эшелона" формирования феодально-крепостнических отношений, попав затем во "второй эшелон" становления рыночной экономики.

Становление феодализма было невозможно без превращения свободных крестьян в зависимых от крупных землевладельцев работников.

Свободных общинников-смердов с 1391 г. стали называть крестьянами. Название это было синонимом слову "христиане" — так называли себя русичи в противовес "нехристям" — язычникам из Орды. Впервые термин "крестьяне" употребил митрополит Киприян в жалованной грамоте Константиновскому монастырю.

Первый этап закрепощения крестьян проходил в XI— XIII вв., это было время появления первых на Руси сводов законов при Ярославе Мудром (1019—1054 гг.) под названием "Русская Правда". Документы ее свидетельствуют о наличии нескольких социальных групп среди населения: смердов, холопов, рядовичей, закупов и т. д. Жизнь смерда оценивалась в 5 гривен, так же как жизнь холопа и рядовича; штраф (вира) за убийство свободного "мужа" был выше в 8 раз, за знатного человека — в 16 раз.

Холопы (позднее — дворовые) были подневольными людьми, работавшими на своих господ вплоть до отмены крепостничества. Как правило, они не имели своего хозяйства и семьи, по положению напоминали рабов, особенно в первые века становления государственности.

Рядовичи попадали в экономическую кабалу к землевладельцу, заключив особый договор — "ряд".

В одной из статей "Русской Правды" говорится о закупах, которых считают разновидностью рядовичей. Термин "закуп" (взять "купу" от хозяина в виде бороны, сохи) впервые встречается в начале XII в., но в целом они существовали значительно раньше, возможно, с X в. Закупниче-ство явилось этапом на пути закрепощения крестьянства. Любому рядовичу, в том числе закупу, так много усилий приходилось прилагать для раскорчевки леса и превращения делянки в пашню, обработку ее и т. д., что он почти никогда не уходил через год от хозяина, даже выплатив долг. Тянущееся годами и десятилетиями закупничество приводило постепенно к полному закабалению землевладельцем крестьянина и его семьи.

Были еще "наймиты", их положение источниками не уточняется. По-видимому, они были прообразом появившихся много позже батраков.

Второй этап закрепощения крестьян по времени совпадает с татаро-монгольским нашествием. Как уже отмечалось, в XIII—XIV вв. процесс феодализации не проходил активно, за исключением каких-то отдельных случаев, в том числе закрепощения крестьян на Руси.

Третий этап на пути становления крепостнических отношений приходится на XV—XVI вв. Русь полностью освобождается от влияния Орды, начинается заметный экономический подъем. Правовой статус крестьянина был определен общегосударственными документами: Судебниками 1497 и 1550 гг., другими официальными актами.

Судебник 1497 г. царя Ивана III зафиксировал время перехода крестьян к другому землевладельцу: за неделю до и в течение недели после одного из православных праздников — Юрьева дня 26 ноября (по старому стилю). Нововведением была необходимость уплаты "пожилого" налога для всех разрядов крестьян. Прежде чем покинуть насиженное место, крестьянин должен был рассчитаться с казной и собственником земли по установленным ранее выплатам. Юридическое право перехода крестьян от одного к другому землевладельцу в Юрьев день было подтверждено Судебником 1550 г., вышедшим во времена Ивана IV.

С хозяйственным освоением новых земель государство проявляло все большую заинтересованность в полном закрепощении крестьян — основных кормильцев страны. Колонизация продолжалась в восточных районах, все более утверждался экстенсивный метод хозяйствования. На Руси не было традиций аренды земли, и не воплощались в жизнь идеи частной собственности на землю для работающих на ней. Для закрепления крестьян за обрабатываемыми ими земельными участками с 1581 г. вводятся "заповедные года". в которые запрещается свободный переход земледельцев в Юрьев день. Это правило касалось населения всего Русского централизованного государства. Уже годы с 1581 по 1586 были объявлены "заповедными". В некоторых регионах страны и 1590, 1592, 1594, 1595 гг. тоже были "заповедными".

Ограничение прав крестьян в выборе места проживания и хозяйствования дополнилось известным правительственным указом от 24 ноября 1597 г. По нему объявлялись "урочные" годы для "сыска" бежавших от хозяина крестьян, не уплативших предварительно всех долгов и податей Для беглых устанавливалась пятилетняя давность исков, і если землевладельцы успели подать челобитные о сыске крестьян, сбежавших за пять лет до 1597 г., то государственная власть обязывалась помочь им в возврате крестьян и их семей.

Представители государственных структур при этом заботились не только о подъеме сельского хозяйства, экономическом укреплении боярских вотчин и дворянских поместий, их беспокоила нарастающая социальная нестабильность в стране. Бегство крестьян от господ было формой пассивного сопротивления гнету бояр и помещиков, усилению экономического и юридического давления с их стороны.

У беглых было два пути: в ближайший город, в поисках пропитания путем случайных заработков; побег на окраины Русского государства и превращение в "казаков" (с тюркского — вольный, свободный). В период Северо-Восточной и даже Московской Руси окраинами считались Рязанские земли, там сооружались широкие засечные полосы для предохранения от внезапных набегов степняков. Именно о казаках на Рязанщине как особой социальной группе населения С. М. Соловьев впервые упомянул применительно к середине XV в. А с конца XVI — в XVII в. большие массы казаков скапливаются на Дону и Днепре (Запорожская Сечь), в XVIII в. широко известным станет Оренбургское казачество и т. д. С освоением Сибири последним сформируется Забайкальское казачество.

Четвертый этап закрепощения крестьян охватывает XVII—XVIII вв. При Алексее Михайловиче Романове в 1649 г. "Соборным Уложением" навсегда запрещался переход крестьян от одного хозяина к другому, даже в Юрьев день, 26 ноября. В главе XII под названием "Суд о крестьянах", в статьях 2, 3, 22, предусматривали сыск беглых крестьян уже без установления особых "урочных" лет. Крестьян закрепляли за землевладельцами, если они ранее были записаны за ними в "писцовых" или иных книгах.

Петр I в период своей реформаторской деятельности с 1698 по 1725 г. большое внимание уделил социально-экономическим отношениям в деревне. В разряд крепостных попали новые группы крестьян: однодворцы, бобыли, ясачные люди северных районов страны и т. д. Вплоть до конца XVIII в. в правление Екатерины II шел процесс распространения крепостничества в присоединенные районы, в том числе Таврии.

Сельское хозяйство продолжало развиваться и в условиях постепенного закрепощения крестьян. Некоторое усовершенствование техники земледелия привело к сокращению ареала использования подсечно-огневой и переложной систем земледелия. Они сохранялись более длительное время в северных, лесистых и частично заболоченных районах. В "ополье", то есть на открытых местностях Русской равнины, особенно на черноземных землях, стали переходить к пашенному, двух-, трехпольному севообороту. Так зародилась и сохранилась вплоть до XX в. практика поочередного превращения одного из полей в "чистый", или "черный", пар. Земля, "отдохнув" год, давала больший урожай и без применения удобрений.

Производительность труда в сельском хозяйстве значительно возросла с применением тягловой силы: волов, лошадей, быков. Но хозяйства смердов-общинников редко имели лошадь, на Руси в первые века существования государства их еще не разводили.

Свободному смерду-общиннику все труднее становилось выжить в борьбе за существование. Отсутствие не только лошадей, но иногда и вообще тяглового скота, приводило смерда к боярину, с которым он заключал "ряд" или брал купу. Так "конский" вопрос и решение его с помощью боярина-землевладельца, а позднее помещика из числа служивых дворян содействовал закрепощению крестьян на Руси.

Если сравнивать структуру использования сельскохозяйственных орудий, набор высеваемых и высаживаемых агрокультур с западноевропейскими странами этого времени, то мы не увидим особых различий. Они наблюдались лишь в странах с иными природно-климатическими условиями. С IX по XV—XVI вв. на Руси высевали: рожъ (в северных районах), яровую и озимую пшеницу ближе к югу; повсеместно овес и ячмень, просо и чечевицу, горох, вику, бобы. В северных и северо-западных районах вплоть до конца XX в. высевали лен, коноплю (издавна из нее "давили" конопляное масло или использовали как волокно). Из огородных растений широко распространены были, особенно вблизи городов: лук и чеснок, капуста, огурцы, свекла, мак и хмель. В домохозяйствах смердов, закупов и т. д. еще не занимались садоводством, однако в великокняжеских и боярских усадьбах выращивали яблони, груши, вишни.

Кроме сохи и рало (деревянный плуг) все чаще применяли железный плуг. Главным сдерживающим фактором для развития сельского хозяйства, особенно земледелия, была сравнительно небольшая в те времена территория государства. Территория Древней (Киевской) Руси составляла в XIII в. 1,1 млн кв. км, а численность населения — 4,5 млн человек. Вплоть до начала XVI в., т. е. до присоединения Поволжья и первых походов на Урал и в Зауралье, несовместимыми были понятия: "Россия" и "бескрайность просторов и многолюдность населения". При Великом князе Василии Васильевиче Темном (XV в.) подвластная ему территория Московской Руси была скромных размеров. Западная и южная границы отстояли от Москвы не более чем на 200 км, немного дальше находились северные рубежи, лишь к востоку и юго-востоку открывался простор для мирной колонизации земель.

Экономический потенциал дворов земледельцев определялся величиной крестьянского семейного надела и демографическим составом семьи.

80—100 лет — между 1450—1480 гг. и 1550-е гг. — считаются "золотым веком" российской пашни. Были проведены наиболее масштабные вырубки лесов (в том числе вокруг Москвы) и распашки земель. Соответственно выросли сборы зерновых и иных культур. В XV в. из нагайских степей стали пригонять на Русь тысячные табуны лошадей и первых высокопородных овец. Но по-прежнему мелким оставался крупный рогатый скот: коровы XV—XVI вв., по данным археологов, были мельче самой малорослой мещерской породы XIX в.!

Средний крестьянский надел в Новгородских землях достигал от 7 до 17 десятин с трехпольным севооборотом, а в светских и церковных вотчинах и дворцовых владениях — до 20 десятин. Это было почти вдвое больше средних размеров крестьянского двора XIX—XX вв. Такая картина объяснялась еще малой населенностью земли Русской. Кроме пахотной имелась в хозяйствах крестьян еще и приусадебная земля, в том числе огороды: капустники и репища. Неплохими были и сенокосные угодья, поскольку соотношение пашни и покосов достигало 5:1.

По Новгородчине есть сведения о составе семей: на один двор приходилось (в среднем) 1,3—1,6 женатых мужчин. Это свидетельствует о неразделенных семьях 3-возра-стного состава. Но все же чаще встречалась сравнительно небольшая семья в 5—9 человек, включая детей.

Местом проживания крестьян было: дворище —» починок —» слобода —» деревня —» сельцо —» село.

При выделении семьи из общины появлялось "дворище" или "печище" (дом с печью). Если одна-две семьи расчищали лесную чащобу для устройства жилья и занятий "земледелием", появлялся "починок" (от слова "почать", т. е. начать). Но если земледельцы переходили в другое место, прежнее превращалось в "пустошь". Несколько семей, чаще до пяти, составляли "слободу" и имели в первые годы льготы (слободу) от поборов (налогов). Более крупные поселения — от восьми семей — назывались уже "деревней" (от слова "дерть" — разодрать до дерна, распахать землю для пашни). В дальнейшем деревни перерастали до "сельца". Внизу этой своеобразной пирамиды находилось "село". Село как минимум начитывало несколько десятков дворов, чаще 30—40. Но были и очень большие села — около 150 дворов.

Характеристика поселений, история их образования помогают лучше понять, насколько широко было распространено на Руси земледелие, с какими трудностями приходилось сталкиваться при обработке пашни.

"Великая расчистка" лесов в XV—XVI вв. не только, расширила хозяйственный оборот земель и привела к подъему в целом сельского хозяйства, но и создала условия для количественного роста дворянских поместий; благоприятствовала появлению новых городов. И избыток сельхозпродуктов и развитие ремесла оживили торговлю, постепенно начали складываться условия для формирования внутреннего рынка, активизации товарно-денежных, рыночных отношений. Общий экономический подъем помог залечить раны, нанесенные Ордой.

История образования феодальных абсолютистских монархий в Европе показывает, что к централизации шли через политический сепаратизм и разъединение. Иначе не смогла бы сформироваться крупная земельная собственность. В борьбе за нее, за новые земли и личное обогащение удельных князей (на Руси), графов, баронов и т. д. (во Франции) повсеместно наблюдалась децентрализация. На Руси процесс социально-политической раздробленности начался с XII в., с завещания Владимира Мономаха, который впервые разделил Древнюю Русь на удельные княжества между своими сыновьями. Век этот был знаменательным и появлением второй столицы Руси — Владимира-на-Клязь-ме. Водораздел между Окой и Волгой начал заселяться русичами. И хотя Андрей Боголюбский официально объявил Владимир столицей Руси, Великий стол еще неоднократно перемещался из Киева во Владимир и обратно. Стихийная миграция русских людей на северо-восток помогла сохранить государственность после падения в 1240 г. Киева Северо-Восточная или Владимиро-Суздальская Русь продолжила историю будущей России. Сохранен был генофоно народа, самобытная культура, национальная идея. С подъемом Москвы, основанной тоже в XII в., страна стала называться Московская Русь.

Раздробленность — непременный признак феодализации страны, объективный процесс. Трагедия Руси состояли в том, что как раз в этот период, в 1230-е гг., на нее обрушилась Орда. И удельные князья не смогли объединиться, чтобы противостоять ордынцам.

Русь, не ассимилированная Ордой, сохранившая политическую структуру отдельных княжеств во главе с национальными предводителями — князьями, должна была рано или поздно создать централизованное государство (что и произошло в XVI в.). Тем более что линия династии Рюриковичей не была прервана ордынцами.

И, наконец, четвертым признаком феодализма является наличие вассалитета, иерархической лестницы соподчинения между земельными собственниками. Этот признак менее отчетливо, чем другие, проявился на Руси не только в домонгольский период, но и после. Ордынское иго и в этом негативно повлияло на социально-экономическую историю страны.

Лишь в XVIII в. предстает перед нами полная иерархическая лестница в лице дворян, графов, князей. Бароны в России появятся в более широком масштабе с присоединением в начале XIX в. Прибалтики. На несколько веков страна отстала в процессе феодализации от Западной Европы. Позднейшее закрепощение крестьянства привело к тому, что Россия самой последней из стран Европы провела аграрную реформу и стала на путь активного развития рыночной экономики.

Запоздалое становление феодализма изначально вело к усилению государственной (княжеской, царской) формы собственности, что наложило отпечаток на все последующее экономическое и социально-политическое развитие страны. Не только Византия, передавшая вместе с христианством Руси идею примата светской власти над духовной, государственной собственности над частной, повлияла на последующее экономическое развитие страны. Колонизация ордынцами "вызвала" потребность в "сильной" руке: Великого князя —> г^аря —> императора.

Говоря о замедлении процесса феодализации в России,-нужно иметь в виду такой важнейший фактор, как более позднее, на 300—400 лет по сравнению с Западной Европой, появление на мировой арене Российской цивилизации и русского этноса. Земли Восточной Европы находились на периферии Древней Римской, затем Западной Римской империи. И греческая мирная колонизация включала лишь Крымский полуостров. На земли будущей Руси не распространялось ее влияние, не проявились традиции античной цивилизации, в том числе в градостроительстве, раннем принятии христианства. С принятием православного христианства из Византии на Руси утверждаются идеи сильной в экономическом и политическом значении государственной власти.

Таким образом, иго Орды не явилось первопричиной отставания в экономике Руси. Но оно стало многолетним сдерживающим фактором ее продвижения на пути феодализации общества, активизации товарно-денежных отношений, тенденций развития рыночной экономики. Именно в конце XIII—XIV — начале XV в. в Западной Европе происходит "коммутация" ренты, которая означала не только переход к оброку, но и начало процесса личного освобождения крестьян. А в России крепостничество окончательно утвердится лишь в XVII—XVIII вв.

Но при этом положительным стал тот факт, что Россия не стала аграрным придатком Западной Европы.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |