Имя материала: Жестовая речь

Автор: Зайцева Г.Л.

Зачем сурдопедагогу жестовая речь?

 

Сначала, дорогой читатель, автор хотел бы предложить тебе поразмышлять вот по какому поводу. В 1907 г. были опубликованы учебный план и программы курсов подготовки сурдопедагогов (на эти курсы приглашались учителя, работающие в обычных школах или гимназиях). Наряду с другими предметами предусматривалось серьезное изучение курсантами жестовой речи.

С какой целью, как ты думаешь? Ведь училища для глухих в это время работали по «чистому устному методу» и применение жестовой речи в педагогическом процессе не предусматривалось. Так зачем же изучать жестовую речь? Вот как рассуждал, например, Н.М. Лаговский — выдающийся сурдопедагог, блестящий знаток своего дела, внесший значительный вклад в отечественную сурдопедагогику. Будучи горячим сторонником «чистого устного метода», он утверждал, что использование жестовой речи сурдопедагогом нецелесообразно, а учениками в общении между собой — крайне нежелательно. В то же время Н.М. Лаговский хорошо владел жестовой речью; предпринятый им анализ системы жестового общения глухих очень интересен и сегодняшнему читателю. Н.М. Лаговский не сомневался в том, что глубокое понимание педагогом специфики психического развития глухого ребенка и особенностей формирования его словесной речи невозможно без знания жестового языка. Хотелось бы надеяться, что ты, дорогой читатель, будучи собеседником автора на протяжении многих страниц этой книги, разделяешь эти взгляды.

Автор убежден (и постарался убедить своего читателя) в том, что умение педагога понимать жестовую речь своих воспитанников помогает лучше понять их заботы и переживания, горести и радости. Ведь дети далеко не сразу смогут «излить душу» словами — ни родителям, ни учителю. Да и многим глухим подросткам это тоже весьма сложно. Но если затруднен сам процесс общения, как наладить то самое сотрудничество, к которому так стремится наша современная педагогика? Так что тезис: жестовая речь — вспомогательное средство сурдопедагогического процесса — в наши дни абсолютно справедлив. Однако, как уже отмечалось, интерпретируется это утверждение по-разному. Пожалуй, наиболее полно обосновали свои подходы А.И. Дьячков и С.А. Зыков. Приведем их основные доводы.

А.И. Дьячков, разрабатывавший в основном общие проблемы теории и истории сурдопедагогики, в то же время уделял особое внимание жестовой речи. Некоторые вопросы, связанные с жестовой речью, он исследовал экспериментально. Изучая процесс восприятия, узнавания и обозначения средствами жестового языка геометрических объектов глухонемыми, не обученными словесной речи, А.И.. Дьячков показал, что и дети, и подростки, и взрослые, лучше владеющие жестовым языком, успешнее справляются с заданием, чем испытуемые, которые плохо знают язык жестов. Иначе говоря, экспериментальные данные свидетельствуют, что жестовый язык — одно из средств мышления глухого школьника (А.И. Дьячков, 1957). На основании материалов исследований и анализа практики советских школ А.И. Дьячков утверждал:

1. Жестовая речь (мимико-жестикулярная, по его терминологии) является средством общения в детском коллективе школ, играет значительную роль в познавательной и мыслительной деятельности глухих учащихся.

2. Жестовая речь фактически используется как одно из средств в обучении глухих, ее полного вытеснения в практике специальных школ не происходит.

3. Жестовая речь является весьма полезной при решении одних педагогических задач урока (например, при объяснении сущности арифметической задачи), но малоэффективной в других ситуациях (скажем, при изучении счетных операций). На определение принципов использования жестовой речи, ее роли и места в системе речевых средств педагогического процесса на разных этапах развития глухого ребенка должны быть направлены будущие исследования в сурдопедагогике.

Итак, по мнению А.И. Дьячкова, жестовую речь целесообразно использовать в качестве вспомогательного средства, наряду со словесной речью — основным средством обучения и воспитания глухих.

С.А. Зыкова, создателя коммуникационной системы обучения языку, вопросы жестовой речи интересовали прежде всего в связи с выявлением ее влияния на процесс овладения глухими словесной речью, на процесс обучения языку слов. С.А. Зыков полагал:

1. В общении глухие, которые только начинают обучаться в школе, используют различные невербальные средства общения: мимику, указательные движения, пантомиму и т. д. Эти средства, применяемые и слышащими, являются сопутствующими формирующейся жестовой речи — основному средству коммуникации глухих. «Необходимость и целесообразность употребления названных сопутствующих средств в педагогическом процессе ни у кого никогда не вызывали сомнений...».

2. Жестовый язык — своеобразная языковая система со специфическим словарным составом и грамматическим строем. Но структура языка жестов крайне примитивна, это бедный язык. Поэтому жестовый язык не может служить основой для обучения языку слов.

3. Жестовая речь используется глухими школьниками в общении между собой во внеклассное время. В детских коллективах специальных школ имеет место специфическое словесно-жестовое двуязычие. Обучение словесному языку следует организовать таким образом, чтобы стимулировать развитие «чистого двуязычия». При таком типе двуязычия пользование двумя языками осуществляется без перевода с одного на другой. В этих целях формирование словесной речи должно строиться независимо от жестовой речи и представлять собой процесс овладения новой для глухих языковой структурой.

4. В интересах формирования словесной речи и создания в этих целях речевой среды «во всей организованной работе с глухими детьми жестовая речь должна уступить место словесной речи».

С.А. Зыков строил свою концепцию, опираясь на данные, которыми в то время располагала наука. Сегодня мы знаем, естественно, горазд о больше. Современные исследования показали, что система жестового общения имеет сложную структуру, что русский жестовый язык — богатая знаковая система, обладающая широким набором средств для выражения смыслов и отношений между ними, и многое другое. Эксперименты, проведенные во многих странах мира, показали, что жестовый язык может служить базой и средством обучения глухих, в том числе и словесному языку (мы рассказывали об этом в предыдущих главах). Да, при помощи жестовой речи можно учить глухих, но вот нужно ли? Что касается отечественных сурдопедагогов, то те из них, которые в своих публикациях каким-либо образом высказывались в отношении жестовой речи, разделяют точку зрения А.И. Дьячкова (P.M. Боскис, А.П. Гозова, А.Г. Зикеев и др.). В работах других исследователей этот вопрос вообще не затрагивается. И для этого есть веские основания: отсутствие экспериментальных фактов, без которых любые рассуждения бездоказательны.

Так дело обстояло в теории. А на практике? Общую картину можно представить себе на основании данных анкетного опроса, проведенного среди директоров школ-интернатов для глухих детей в ноябре 1986 г. На вопросы анкеты ответили 75 директоров специальных школ, расположенных на территории бывших союзных республик (России, Украины, Белоруссии, Грузии и т. д.). В анкете предлагалось, во-первых, оценить ситуацию в школе в целом, с точки зрения использования жестовой речи в качестве вспомогательного средства; во-вторых, высказать свое мнение о целесообразности применения жестовой речи. Например, анкета содержала вопросы: «Используется ли в вашей школе жестовая речь как вспомогательное средство при проведении коллективных мероприятий (лекций, докладов и т. п.)? Следует ли, по вашему мнению, в этих случаях использовать жестовую речь? » Некоторые данные проведенного анкетирования приведены в таблице 2.

Как видно из представленных в таблице 2 данных, жестовая речь используется во всех школах-интернатах, причем преимущественно при проведении внеклассной работы. Однако в большинстве школ жестовая речь как вспомогательное средство используется и на уроках (чаще всего при формировании понятий). Анкетирование по такой же методике было повторено в 1992 г. Выяснилось, что данные обоих опросов в основном совпадают. Причем явно выявилась тенденция к росту числа сторонников использования жестовой речи, особенно при проведении экскурсий, спортивных мероприятий (на 10\%), разборе детских конфликтов (фактически все участники второго анкетирования считают, что тут жестовая речь необходима). Резко возросло и количество сурдопедагогов, считающих эффективным использование жестовой речи в учебном процессе при формировании новых понятий (90\%), объяснении значений новых слов (90\%), сообщении новой информации (55\% ).

Ты ведь уже бывал в школах-интернатах, дорогой читатель? Совпадают ли твои наблюдения с приведенными выше данными? Автор на основании собственного педагогического опыта и знакомства с работой многих школ-интернатов страны может утверждать, что результаты анкетирования достаточно адекватно отражают положение дел в школах. При этом, разумеется, надо иметь в виду, что в анкетировании не учитывалось множество важных факторов, и прежде всего этап обучения. Это, как ты сам понимаешь, требует специального изучения.

Отметим, что ранее педагогические аспекты жестовой речи исследовались только применительно к процессу обучения и воспитания глухих учащихся вечерних специальных школ. Целесообразность использования жестовой речи на этом этапе обучения доказана экспериментально (Г.Л. Зайцева, 1981,1986). Представляется, что некоторые методические рекомендации могут оказаться весьма полезными и для педагогов школ-интернатов, поскольку позволят хоть как-то раскрыть содержание принципа «жестовая речь — вспомогательное средство сурдопедагогического процесса». Судя по анкетированию, да и по наблюдениям тоже, жестовая речь практически всегда используется при проведении таких коллективных мероприятий, как лекции, экскурсии и т. д. В этом случае, как правило, применяется жестовый перевод. Скажем, приглашенный лектор рассказывает старшеклассникам об истории обучения глухих, а переводчик — обычно учитель или воспитатель, хорошо владеющий жестовой речью, — переводит. Для того чтобы мероприятие, организуемое с использованием жестового перевода, прошло успешно, необходимо выполнить ряд методических требований.

 

 Таблица 2

Использование жестовой речи в качестве вспомогательного

средства в школах-интернатах для глухих

 

Формы учебно-воспитательного процесса

Количество утвердительных ответов (\%)

используется

целесообразно

 

 

в школе

использовать

I. Внеклассная работа:

 

 

 

 

1. Коллективные мероприятия (вечера,

    лекции и т. д.)

96

96

2. Экскурсии

78

78

3. Спортивные мероприятия

68

53

4. Индивидуальные беседы

44

25

5. Разбор детских конфликтов

85

90

II. Учебная работа в классе:

 

 

 

 

1. Формирование новых понятий

64

64

2. Объяснение значений слов

53

64

3. Сообщение новой информации

35

35

4. Проверка знаний

10

8

5. Индивидуальная работа

14

10

Не используется

5

5

 

Во-первых, планирование и подготовка лекций, вечеров и т. д., где предусматривается жестовый перевод, должны осуществляться совместно их организаторами, лекторами (докладчиками, экскурсоводами) и теми педагогами, которые будут выступать в роли переводчиков.

К сожалению, чаще всего переводчик не готовится к переводу заранее. Это намного снижает качество перевода, а отсюда—и воспитательный эффект лекции, экскурсии и т. д. В то же время у организаторов внеклассной работы и педагогов-переводчиков есть все возможности предварительно обсудить с лектором (экскурсоводом и др.) содержание предстоящего сообщения, наглядные пособия, которые он собирается показывать, способы их демонстрации. В процессе подготовки отбираются слова и словосочетания, требующие специального разъяснения, и соответственно жесты-аналоги слов или средства русского жестового языка для их перевода. Только тогда жестовый перевод будет адекватен тексту-оригиналу (лекции и т. п.) и понятен учащимся.

Во-вторых, использование для перевода калькирующей жестовой речи и средств русского жестового языка должно осуществляться на основе учета специфики материала сообщения и особенностей состава той группы учащихся, с которыми проводится работа.

Знакомясь с текстом будущей лекции, переводчик (если возможно — совместно с лектором) выделяет фрагменты, наиболее трудные в семантико-грамматическом отношении для данной аудитории. Для перевода этих частей, как правило, предусматривается использование средств русского жестового языка (поскольку, как ты помнишь, такой способ сообщения информации помогает глухим учащимся лучше понять содержание). Предварительный анализ текста позволит и более точно выбрать жесты-аналоги слов в высказываниях КЖР, причем именно те, которыми уже владеют данные учащиеся.

Синхронно переводить текст лекции, экскурсии и т. п. очень трудно. Поэтому отбор речевых средств для перевода производится заблаговременно.

В-третьих, использование жестовой речи для перевода содержания лекций, докладов и т. д. необходимо сочетать с применением наглядных и вербальных средств — в целях повышения информативности сообщений и совершенствования словесной речи глухих учащихся.

Последовательное выполнение этого требования позволит значительно облегчить глухим учащимся восприятие сообщения. Ведь хорошо известно, что они существенно лучше усваивают материал, если различные средства передачи информации объединены в единый комплекс, включающий наглядно воспринимаемые объекты: модели, рисунки и т. д. С другой стороны, задача совершенствования словесной речи учащихся — одна из главных задач сурдопедагогического процесса — должна решаться и при использовании жестового перевода. Поэтому следует предусмотреть и проведение словарной работы. Вполне понятно, что при жестовом переводе лекций, экскурсий и т. д. объяснению значений новых слов не удастся уделить много времени. Однако несколько ключевых (выбранных совместно с лектором) слов объяснить необходимо. Они могут быть записаны заранее на плакатах, на доске, на пленке для кодоскопа и т. д. При подготовке к проведению словарной работы, выявляя точное значение терминов и т. д., педагог выбирает и наиболее адекватные средства жестовой речи для воспроизведения нужного значения. Таким образом, наряду с обогащением словарного запаса учащихся, переводчик обеспечивает себе базу для создания адекватного жестового текста, понятного учащимся.

Итак, автор полагает, что одним из ответов на вопрос, зачем сурдопедагогу нужна жестовая речь, будет ответ: для того, чтобы умело и эффективно использовать жестовый перевод при проведении таких коллективных мероприятий, как лекции, экскурсии и т. д. Согласен ли ты, дорогой читатель? Может быть, у тебя есть другие соображения? Каким образом, к примеру, глухие учащиеся старших классов, собравшиеся в школьном зале, смогут воспринять устное выступление приглашенного в школу лектора-международника? Автор, да и директора школ, судя по анкетированию, другого пути пока не видят.

Мы не будем останавливаться на использовании педагогом жестовой речи при проведении других видов внеклассной работы — ведь эта область поистине неисчерпаема. Хотелось бы только обратить твое внимание, читатель, вот на что: директора почти единодушно признали — жестовая речь очень нужна сурдопедагогу в случае «чрезвычайных происшествий», которые присущи школьной жизни. Такие «ЧП» (детские конфликты и т. д.) обязывают педагога быстро и точно оценить ситуацию, разобраться во всем случившемся, вынести обоснованное и справедливое решение. Автор полностью согласен с руководителями школ — использование жестовой речи тут вполне уместно. И если педагог ее хорошо знает, это во многом облегчит его действия в условиях «ЧП». Согласен?

А нужна ли сурдопедагогу жестовая речь на уроке? Автор полагает, что нужна для решения некоторых конкретных задач урока. Приведем два примера, которые, как кажется автору, весьма показательны.

Однажды на уроке истории (где присутствовал автор) учитель формировал понятие «стабилизация экономики». Конечно, очень сложное понятие, и эта работа могла бы занять много драгоценного времени урока. Но учитель поступил следующим образом. Обратив внимание учеников на записанное на доске словосочетание, он выполнил жест СТАБИЛИЗАЦИЯ, который был хорошо знаком ученикам. Этот прием оказался весьма эффективным и позволил объяснить значение слов. Затем была проведена необходимая работа по проверке усвоения понятия, по введению нового словосочетания в активную речь учащихся и т. д. Возможны ли были другие приемы и способы формирования понятия? Конечно, возможны. Но они потребовали бы больше времени и стоили бы и педагогу, и ученикам гораздо больших усилий. Так почему же в такой ситуации не использовать жестовую речь?

Второй пример. На уроке литературы изучается роман Н. Островского «Как закалялась сталь». Обсуждаются причины разрыва Павла Корчагина с его подругой Ритой Устинович. Девушка, отвечающая у доски, никак не может сформулировать свое мнение. И вот она говорит жестами: П-а-в-е-л О-в-о-д БРАТЬ ПРИМЕР ИДЕНТИЧНО. Это высказывание РЖР (его смысл ‘Павел поступил как Овод, которому он стремился подражать абсолютно во всем’). «Правильно, молодец! — поддержала учительница. — А теперь давайте, ребята, все вместе подумаем, как лучше построить предложение». Если бы педагог не знал жестовой речи, как бы он выяснил, что ученица материал поняла, а вот уровень развития словесной речи не позволяет ей высказать свою мысль и ей надо помочь именно в этом?

Автор привел эти примеры, чтобы продемонстрировать, что жестовая речь как вспомогательное средство может быть весьма полезна на уроке как при сообщении новой информации, так и на этапе проверки и актуализации знаний. Впрочем, как известно, иллюстрация — не доказательство. И вполне возможно, что многие специалисты — и исследователи, и учителя — будут несогласны с высказанными выше соображениями. Единственная возможность попытаться выяснить, кто прав, — провести специальные исследования.

Одно из таких исследований — разработка российской концепции билингвистического обучения и организация педагогического эксперимента, в процессе которого русский язык и русский жестовый язык выступают в качестве равноправных средств педагогического процесса.

Разделяя основные идеи современной «социокультурной» концепции глухоты и бикультурно-билингвистического образования (см. главу 3), положив в основу своей работы методологическую платформу Л. С. Выготского, педагоги Московской билингвистической гимназии для глухих, открытой в 1992 г., решили предложить новую систему образования глухих учащихся. Это стало возможным благодаря демократизации российской школы, поддержке инновационных проектов, альтернативных направлений. В гимназии создана среда полиглоссии (по Выготскому) — русский язык и русский жестовый язык функционируют в качестве равно уважаемых средств общения между глухими и слышащими участниками педагогического процесса — детьми, педагогами, родителями и др.

При реализации билингвистического обучения потребовалось решить множество задач. Одна из них — существенное повышение уровня владения педагогами РЖЯ. Ведь учитель в билингвистической школе должен владеть им свободно. Другая — привлечение глухих учителей — носителей жестового языка, в совершенстве владеющих и русским языком, которые бы не только преподавали на РЖЯ основные предметы (русский язык, математику, литературу, жестовый язык и т.д.), но и помогали овладеть жестовой речью слышащим коллегам, обучали слышащих родителей. Также очень важна роль глухих учителей как «социальных моделей» для учащихся. Одна из самых сложных проблем билингвистического обучения — определение наиболее эффективного соотношения русского языка (устной, письменной и дактильной речи) и жестового языка в образовательном процессе. Когда использовать русский язык? Когда жестовый? — изучением этого вопроса занимаются педагоги А.В. Варламова, И.А. Лимина, Н.А. Чаушьян, С.Э. Куман, А.В. Горошков, А.А. Комарова. Некоторые ответы уже найдены, но основные поиски , безусловно, впереди.

Тесное дружеское сотрудничество глухих и слышащих, включение жестового языка в образовательный процесс способствует преодолению коммуникативных барьеров, установлению искренних, доверительных отношений между взрослыми и детьми. Диалог учителя и учеников на уроке с использованием жестовой речи позволяет значительно увеличить объем учебной информации, расширить круг изучаемых дисциплин. В учебный план введены английский язык, логика, этика, мифы народов мира, а также жестовый язык и история глухих и др.

Да, дорогой читатель, гимназисты с V класса изучают предмет «Жестовый язык и история глухих», — разработанный Г.Л. Зайцевой, Т.П. Давиденко и                В.В. Ежовой. Преподавание этого курса решает ряд взаимосвязанных задач: совершенствование и развитие жестовой речи учащихся, их общения на РЖР; сообщение им знаний о лингвистической структуре РЖЯ (лексике, грамматике и т. д.); развитие языковой компетенции учащихся, их металингвистических знаний; знакомство с жестовым языком как основой субкультуры глухих, проблемой жестового языка в истории сурдопедагогики, борьбой глухих за гражданские права и признание жестового языка; воспитание чувства гордости жестовым языком, стремления совершенствовать свою жестовую речь, интереса к изучению РЖЯ.

В работе гимназии очень много нерешенных проблем. Тем не менее семилетний опыт работы гимназии свидетельствует, что для многих глухих учащихся билингвистическое обучение высокоэффективно. Гимназисты освоили курс основной образовательной школы за 10 лет. Первые выпускники успешно прошли тестирование по всем предметам, хорошо сдали экзамены, в настоящее время все успешно продолжают обучение. Пятеро из них студенты Педагогического колледжа. Они мечтают стать сурдопедагогами и принять активное участие в развитии билингвистического обучения глухих.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 |