Имя материала: Экономика общественного сектора

Автор: Ахинов Г.А

Тема 5 экономика благосостояния 1. основы экономики благосостояния и модели распределения доходов (дистрибутивная функция)

Понятие «государство благосостояния»'4 связано с функцией общественного сектора по обеспечению всех индивидов, во-первых, минимально приемлемым уровнем гарантированного дохода, во-вторых, защитой на случай болезни, безработицы и т.п., в-третьих, доступом к социально значимым благам.

Для лучшего понимания социальных и экономических процессов, обусловливающих основные подходы и соответствующие им модели распределения доходов в современной теории и практике общественного развития, обратимся к истории экономической мысли, в которой существуют различные концептуальные подходы к определению понятия «общественное богатство», источников его создания, а также принципов его распределения и потребления. Два принципиально разных подхода в исследовании общественного богатства, возникшие еще в классической политической экономии (с позиции производства и потребления), и предопределили два основных принципа его распределения и потребления. Имеются в виду динамичный подход через распределение в процессе экономического роста и статичный подход через распределение результатов экономического роста.

Например, если распределение рассматривается только с позиций рынка и экономической эффективности, что предполагает использование динамичных моделей распределения доходов, то этот подход, относящийся к классической теории распределения в рыночной экономике, представляет собой либеральную (рыночную) модель справедливости. Политика распределения доходов, в основе которой лежит критерий социал ьного равенства, находящийся в непропорциональной зависимости от критерия экономической эффективности, и которая использует модели статичного распределения доходов, относится к уравнительной теории распределения и представляет собой эгалитарную (уравнительную) модель справедливости.

 

" -Этот термин был впервые использован в 1941 г. английским социальным мыслите^ и ^«^^^^^

IrocwapcTBO благосостояния» фашистскому -государству воины».

Подпись: Здесь важно отметить, что при либеральной (рыночной) моде¬ли распределения понятие справедливости сводится к рыночной справедливости, под ней понимается равенство всех субъектов экономической деятельности перед законом. Общество (в лице государства) берет на себя обязанность создания и поддержания условий для рыночной конкуренции путем обеспечения равных стартовых возможностей и равного доступа к рынку ресурсов, а также обеспечения условий для суверенности производителя и потребителя. Как следствие всего вышесказанного необходимым и достаточным условием для соблюдения справедливости в рамках либеральной концепции распределения доходов является свободная 15 Кларк Дж.Б. Распределение богатства. М.: Экономика, 1992.А. Смит, один из создателей классической политической экономии, стал основателем производственного подхода к понятию общественного богатства. По его мнению, рост народного благосостояния связан с увеличением объема произведенного в стране продукта, несмотря на то, что экономическое поведение абсолютного большинства участников экономической жизни определяется их собственным пониманием о выгоде, но в конечном итоге их действия благодаря «невидимой руке» направлены на пользу общества. Это объясняется тем, что благодаря действиям конкурентного рынка максимизация индивидуального благосостояния способствует максимизации и общественного благосостояния.

Другим не менее важным подходом, обосновывающим создание и распределение богатства, является теория факторов производства. Дж.Б. Кларк — основоположник современной теории распределения еще в начале XX в. в своей работе, посвященной распределению богатства15, отмечал, что в основе теории распределения заложен принцип предельной производительности каждого фактора производства. В дальнейшем мы более подробно остановимся наданной теории, а здесь необходимо отметить, что в соответствии с ней не только труд (и в этом ее отличие от трудовой теории Смита), но и капитал и земля (которые принято называть триединой формулой общественного богатства) являются факторами производства общественного богатства. Эта теория позволяет отразить порядок распределения богатства и дохода между собственниками факторов производства, что в рамках данной теории рассматривается как проявление естественного порядка вещей, поскольку эффективность любой экономической системы определяется соотношением стоимости вклада в создаваемый продукт и затрат на приобретение факторов производства.

конкуренция, посколькулишь в этих условиях могут реализоваться преимущества участников рынка.

Согласно данной позиции справедливо все, что эффективно, и соответственно, несправедливо все, что неэффективно. Поскольку либеральная трактовка понятия справедливости строится на принципе равных возможностей, она не предусматривает возможности вторичного (т.е. статичного) перераспределения дохода через прогрессивное налогообложение и трансфертные платежи и также не предусматривает введение элементов равенства результатов труда, а предусматривает «естественное» распределение (или перераспределение) доходов и ресурсов через взаимодействие между различными субъектами экономики.

Поскольку существуют объективные причины в неравенстве доходов, к которым, как отмечал еще П. Самуэльсон, относятся различия в стоимости собственности и богатстве, которым владеют и которой наследуют люди, а также различия во врожденных способностях и неоднородность социально-культурной и семейной среды, то либеральная модель распределения рассматривает неравенство как объективно сложившуюся реальность. Дальнейшие рассуждения в данной логике приводят нас к выводу, что либеральная модель распределения доходов в долгосрочном плане закрепляет и соответственно воспроизводит объективно обусловленное неравенство людей. Это, в свою очередь, ведет к разрушению конкурентной среды, и для ее поддержания (с целью эффективного распределения ресурсов) необходимо общественное вмешательство (в какой форме — вопрос второго порядка), а это уже входит в противоречие с самой либеральной концепцией распределения доходов. Поэтому в практическом плане применение данной концепции возможно только в сочетании с политикой распределения (и перераспределения) ресурсов.

Несмотря на несовершенство и неоднозначность многих положений, которые легли в основу вышеописанных подходов к созданию и распределению богатства, например, сведение всего общественного богатства только к вещественному или предпосылка функциональной теории отом, что уровень заработной платы определяется «железным законом», т.е. подчиняется действию строгих экономических законов, эти теории сыграли и сыграют в будущем очень существенную роль в понимании социальных процессов в рамках динамичных моделей распределения-доходов.

Парадигма социального развития, заложенная в рамках развития рынка мелкого товарного производства, а также рынка капитал из

ма свободной конкуренции и свободного предпринимательства, основана на сочетании труда и капитала, в основном предполагает модели динамичного распределения доходов через экономический рост. Использование комбинаций нормативных и позитивных подходов (в том числе через общественный выбор) предполагает изменение порядка распределения ресурсов, а следовательно, и цен на факторы производства. В этой связи В. Парето в опубликованной в 1902 г. работе «Социологические системы» писал, что «проблема роста благосостояния бедных классов скорее проблема производства и сохранения богатства, чем распределения. Наиболее верное средство улучшения положения бедных классов — сделать так, чтобы богатство росло быстрее населения»16. Этот подход очень актуален, поскольку для обеспечения экономического роста необходима государственная поддержка корпоративного сектора экономики, а также (через развитие малого и среднего бизнеса, в том числе и в форме научно-венчурных производств) поддержка класса мелких собственников. Наша позиция о необходимости активной государственной поддержки становления и развития малого и среднего бизнеса объясняется тем, что в будущем по мере перехода к постиндустриальному обществу данный социальный уклад получит новый импульс развития, поскольку в его основе лежит подход к человеку и единство многообразия индивидуалистических и коллективных начал его природы.

16 Цит. по: Ядгаров Я.С. История экономических учений. Учебник для вузов. 2-е изд. М.: ИНФРА-М, 1997. С. 240.

Порожденные идеологией просвещения, экономической свободы и равенства возможностей модели социального развития, предполагающие динамичное распределение доходов, основываются на концепции союза труда и собственника и самореал изации личности в результатах ее труда. При этом особое значение уделяется семье и сохранению семейных и национальных традиций, поскольку данная парадигма социального развития исходит из необходимости обеспечения благополучия человека и благосостояния его семьи (при определенных обществом рамочных условиях) за счет их собственного труда. Однако в настоящее время условия свободной конкуренции (при соблюдении трудовой морали и соответствующего образа жизни) наталкиваются на ограничения, обусловленные «провалами рынка», втом числе и по причине циклического характера производства, что ведет к неустойчивой занятости и нестабильности в получении трудовых доходов. В связи с этим еще Дж. Милль предположил, что экономические законы производства должны отличаться от законов распределения, поскольку они в основном носят объективный характер и на длительном временном отрезке не допускают произвола и случайности. Законы же распределения формируются людьми, являясь результатом общественной практики, что особенно на коротких временных отрезках может привести к серьезным деформациям в общественном развитии. В частности он писал: «...их (законы распределения. — Прим. авт.) делают мнения и желания правящей части общества, и они весьма различны в разные века и в разных странах»'7.

В теории и практике функционального социализма (скандинавская модель) идея отделения механизма хозяйствования от способа распределения нашла свое наиболее полное и законченное развитие и была реализована в практике заключения тарифных соглашений между предпринимателями, профсоюзами и правительством.

Подход к богатству и принципам его распределения с позиции оценочных суждений людей о полезности соответствующих благ лег в основу утилитаристского учения и теории предельной полезности.

И. Бентам, как и другие ученые-экономисты, которые внесли свой особый вклад в развитие учения утилитаризма (так, еще Дж. Милль первый высказал сомнение в отношении предположения о том, что для людей, располагающих разными доходами, существует одинаковый порядок извлечения полезности), исходил из того, что общественное богатство состоит из достижения наибольшего счастья для максимального числа людей.

17 Милль Дж. С. Основы политической экономии и некоторые аспекты приложения к социальной философии: В 3 т. М.: Прогресс, 1980—1981. Т. 1. С. 337—338.

В связи с этим учение утилитаризма, по крайней мере в механизмах реализации, немногим отличается от теории полного равенства, поскольку идея утилитаризма о неодинаковой функции индивидуальной полезности для людей с разным уровнем дохода позволяет теоретически обосновать перераспределение части дохода между высоко- и низкодоходными группами населения (при помощи прогрессивного налогообложения и трансфертных платежей). Заметим, что многообразные формы государственного вмешательства, характерные для социально-экономического развития в XX в., и широкое использование нерыночного перераспределения богатства и сформировали эгалитарную (уравнительную) модель распределения доходов. Принятие в рамках корпоративного общества и социального государства законов о минимальной заработной плате, о социальном страховании рабочих в случае безработицы, о социальном обеспечении нетрудоспособных и наиболее бедных слоев общества предопределили отход от рыночной справедливости и рыночной модели распределения доходов к эгалитарной модели их распределения. Как известно, наиболее крайняя форма уравнительной справедливости, трактуемая как установление полного равенства, ведет к снижению трудовой и предпринимательской активности и как следствие этого — к социальному иждивенчеству.

Это объясняется тем, что основное место в реализации уравнительной (статичной) модели распределения доходов отводится системе прогрессивного налогообложения, которая в сочетании с организацией программы трансфертных платежей является инструментом по выравниванию уровня доходов населения. Это значит, что «шкалы прогрессивного налогообложения необходимо рассматривать в комплексе со шкалами разного рода социальных выплат, имеющихся в конкретном обществе»18. Объективным же критерием для применения прогрессивного налогообложения доходов высокодоходных групп населения «является их удельный вес в совокупных доходах общества»19

Однако в механизме перераспределения доходов через трансфертные платежи имеются серьезные недостатки. Так, организация управления ими оказалась очень дорогостоящей и сильно бюрократизированной. А. Окун в своих работах20 сравнивал организацию трансфертных платежей с «дырявым ведром», а размер «утечки из ведра» он характеризовал как административные издержки и социально-экономические потери общества, обусловленные де-стимулирующими последствиями для субъектов экономики как предоставления самих трансфертных платежей, так и введения системы прогрессивного налогообложения.

18        Якобсон Л. И. Экономика общественного сектора. Основы теории государствен-

ных финансов: Учебник. М.: Наука, 1995. С. 181.

19        Там же.

20        Okun A.M. Equality and Efficiency. Washington DC: Brookings Institution, 1975.

Другим важным недостатком статичных моделей распределения доходов (в рамках эгалитарного подхода к решению проблемы бедности) является то, что множество социальных пособий и слабый контроль над их целевым использованием создают проблему, вошедшую в экономическую литературу под названием «ловушка бедности». Имеется в виду ситуация, когда возможность достижения материального положения обеспечивается не за счет стимулов к труду, а за счет получения разного рода пособий. Еще одним важным негативным моментом в рамках этой проблемы является то, что данные социальные пособия стали важным фактором, способствующим дезинтеграции института семьи, поскольку их предоставление носит в основном категориальный характер, например, их действие распространяется на одиноких матерей или стариков и т.д.

Далее отметим, что парадигма социального развития, которая лежит в основе корпоративного общества и социального государства, предполагает в основном статичную модель распределения доходов между высоко- и низкодоходными группами населения. Данная парадигма и легла в основу теории благосостояния, которая была описана немецким ученым А. Вагнером еще в конце XIX в., что по времени совпало с этапом перехода от капитализма свободной конкуренции к корпоративному обществу. Как известно, А. Вагнер сформулировал закон об усилении государственной деятельности и связанный с этим закон возрастающего расширения финансовых потребностей государства в связи с ростом общественных расходов, направляемых на поддержание и развитие процесса потребления в форме дотаций потребителям либо производителям соответствующих благ. Реализация основных положений, заложенных в теорию благосостояния, дала возможность при сохранении основ рыночной экономики создать новую парадигму социального развития, а именно — социальное государство.

Особое место в теории благосостояния экономическая наука отводит концепции А. Маршалла об излишках потребителя и излишках производителя. Достоинством маршалловской концепции богатства является то, что она сочетает как производственный, так и потребительский подходы к проблеме общественного богатства. Это дает возможность широкого использования ее для аналитических целей, например, для оценки распределения налогового бремени и оптимизации уровня налогообложения, а также объема предоставляемых субсидий, направляемых на стимулирование процесса потребления. В этой связи А. Маршалл писал: «Неравномерность богатства ... серьезный дефект в нашем экономическом устройстве. Любое уменьшение его, достигнутое средствами, которые не подрывают мотивов свободной инициативы ... было бы, по-видимому, явным общественным достижением»2'.

21 Маршалл А. Принципы экономической науки: В 3 т. Т. 1. М.: Прогресс, 1993. С. 132—133.

Определенный вклад в понимание общественного богатства внесла теория рационального потребительского поведения, особая заслуга в разработке которой принадлежит немецкому статистику

Э. Энгелю. Он описал кривые, связывающие доходы и структуру расходов на потребление. Законы Энгеля имеют большое практическое значение, поскольку используются для сравнительного анализа благосостояния человека, региона и страны в целом.

Все описанные выше подходы к пониманию общественного богатства (а также концепция инфляционных ожиданий и концепции предельной и средней склонности к потреблению и сбережению в текущем и долгосрочном периодах) предполагают исследование общественного богатства с позиции микроэкономики, поэтому в дальнейшем перейдем к рассмотрению понятия общественного богатства и общественного благосостояния, исходя из основ макроэкономики.

В связи с тем, что существует немало объективных причин нерационального с точки зрения общества поведения потребителей (в том числе и асимметрия информации), особое значение приобретает социальная теория общественного богатства, опирающаяся на использование метода «социальных затрат — социальных выгод». Сторонники теории синергетического эффекта делают принципиальный вывод, что общество — не сумма индивидуальной полезности отдельных потребителей, а единое целое.

Макроэкономическое понимание общественного богатства сформировалось в первой половине XX в. (на этапе становления корпоративного общества и социального государства) под воздействием идей кейнсианского макроэкономического анализа равновесия валового общественного продукта и концепции построения системы национальных счетов.

Парадигма экономического роста, направленная на развитие человеческого и экологического факторов в системе общественного развития, а также на качественные и структурные преобразования в экономике, связанная с политикой государства по поддержке процесса потребления, дала импульс социальной теории общественного богатства. В рамках данной теории были достаточно детально проанализированы понятия «социальный оптимум», «внешние эффекты» и порядок их трансформации в систему экономических инструментов, таких, как налоги, субсидии и цены. Комплексный подход к оценке экономического и социального эффектов лег в основу теории общественного благосостояния. Поскольку такой чисто экономический показатель, как валовой национальный продукт в пересчете на душу населения, является недостаточным для свободной оценки уровня социально-экономического развития страны, в современной методике ООН используется новый индеке социального развития, построенный с учетом трех основных критериев. Это — возможность вести долгую и здоровую жизнь, приобрести школьное образование и профессиональную подготовку, а также достичь такого уровня дохода, который позволит обеспечить минимальные потребности.

Как видно из приведенных выше основных положений теории общественного благосостояния, центральное место в ней (определяющее парадигму социально-экономического развития общества) вне зависимости от макро- или микроэкономического подхода занимает концепция распределения доходов населения и соответствующие им модели распределения богатства.

В положениях теорий холистов, или органической школы, государство рассматривается как действительность в себе, стоящая выше относительно индивидов, составляющих общественную группу, и совершенно отдельную от них. Общественное благосостояние W— это то, чем претендует быть государство, т.е. оно зависит только от функции предпочтения государства, UE на общественные образы потребления т благ п индивидами общества:

 

W= ЩиЕ(хи,  *2|, -,х2т, ...,*„„)],

где   х.. — это количества благj, потребленные индивидами /.

В теории индивидуализма государственный институт не является действительностью в собственном смысле слова, он лишь инструмент, который индивиды используют в своих личных интересах внерыночными путями. Потребитель «независим» по отношению ко всем тем благам, что он потребляет, — будь то благо, поставляемое рынком или государством. Значит, общественное благосостояние И^напрямую зависит лишь от функций полезности индивидов £/,,

Un. Функция общественного благосостояния выглядит так:

W= WH7, (*„,...,*,„,), U2(x2{,...,x2m),..., Un{xnl,...,xnm)}.

Если не вдаваться в споры о философской обоснованности понятия общественного благосостояния в индивидуализме, то это понятие ставит две категории проблем:

— в каждом обществе существуют пределы независимости потребителя. Государство будет пользоваться своим правом накладывать ограничения, навязывая потребителям определенные предпочтения с целью «облагодетельствовать их помимо их воли». Трудно не согласиться, что этот общественный патернализм над индивидуальными предпочтениями иногда оправдан. Исходя из этого патерналистского отношения, можно считать, что в реальности собственные предпочтения государства (UE) вступают в сложное взаимодействие с предпочтениями индивидов, и записать:

 

W=WVK (...), ...,U (...), UE(...)].

Общественный вес, придаваемый UE, можно рассматривать как меру государственного патернализма, принятого в сообществе;

— определение общественного благосостояния с точки зрения индивидуализма предполагает, что можно выяснить предпочтения индивидов и свести их в один комплексный показатель (т.е. можно построить функцию общественного благосостояния). Однако доказано, что технически невозможно построить показатель такого рода, соблюдая при этом некие минимальные нормы этического и логического порядка («теорема о невозможности» К. Эрроу). Таким образом, есть опасность, что значение показателя общественного благосостояния будет зависеть не столько от предпочтений индивидов, сведенных в этот показатель, сколько от того, каким образом они сводились. Поэтому некоторые авторы предпочитают определять оптимальные решения социального характера не на основе некоего показателя сведенных воедино предпочтений индивидов (функции общественного благосостояния), а на основе простой функции государственного предпочтения, соответствующей только предпочтениям ответственных лиц, принимающих государственные решения. Это равносильно предположению о том, что в условиях представительной демократии предпочтения «представителей», избранных голосованием, достаточно прямо соотносятся с предпочтениями тех, кто их избирал. Даже если этот анализ вдохновлен посылками индивидуализма, он вполнелогично сможет привести нас к положениям органической школы (не из философских, а из практических соображений).

Несмотря на те пределы, о которых было сказано, и за исключением тех случаев, когда в явном виде упоминается обратное, теория благосостояния придерживается по преимуществу индивидуалистского определения общественного благосостояния. Она также предполагает — опять же, когда явно не утверждается обратное, — что функции полезности индивидов независимы и что всякое увеличение полезности одного без уменьшения полезности других соответствует росту общественного благосостояния.

Это представляет собой не что иное, как критерий Парето. Но это выражение уже не обязательно будет истинным, если значения индивидуальной полезности независимы, например, по причине альтруизма или зависти.

Одна из основных причин, почему индивидуалистское определение общественного благосостояния представляет такой интерес, состоит в том, что это определение позволяет простым способом охарактеризовать экономические решения. Полностью оно описывается значениями полезности индивидов — членов изучаемого сообщества.

Мы доказали, что по первой теореме экономики благосостояния конкурентное равновесие — это оптимум по Парето, по крайней мере — если этот оптимум существует и если выполняется ряд условий. Тогда свобода принятия решений, направленных на оптимизацию у индивидов и предприятий на рынке, приводит к тому, что решения в ситуациях общественного выбора будут совпадать с решениями, которые были бы выбраны централизованно и удовлетворяли бы критериям Парето (т.е. экономика соответствовала оптимуму по Парето). Это означает, что сигналы, посылаемые индивидам в виде цен, достаточны для того, чтобы избегать неэффективного использования полезности индивидов.

Однако достигнутый оптимум зависит от первоначального распределения ресурсов. Критерий Парето позволяет лишь удостовериться в том, что мы находимся на границе общественной эффективности. Для того чтобы сопоставлять показатели общественного благосостояния для разных точек оптимума, лежащих на этой границе, нужно знать функцию общественного благосостояния W. Если предположить, что эта функция относится к индивидуалистскому типу, то в случае двух индивидов или групп А и В она будет выглядеть так: W= W(UA,UB). На координатной плоскости UAUвна рис. 5.1 эта функция выражена совокупностью общественных кривых безразличия, которые являются проекциями горизонтальных срезов плоскости W(Ua,Ub)q трехмерном пространстве W VA UB. Значит, каждая кривая такова, что для некоего заранее заданного значения W:W(UA,UB)=W.

Общественные кривые безразличия позволяют среди всех возможных оптимумов по Парето (т.е. лежащих на границе общественной эффективности) выбирать тот, который позволяет максимизировать значение общественного благосостояния (точка Z на рис. 5.1, соответствующая общественной кривой безразличия, лежащей выше всех других). Этот оптимум соответствует

W= WU{r),..., ии(г)].

особому распределению начальных ресурсов (и, как следует непосредственно из рис. 5.1, особому числовому значению отношения между значениями полезностей групп А и В). Мы видим, что на основе функции общественного благосостояния и общественных кривых безразличия, которые из нее вытекают, можно подбирать оптимум, соответствующий распределению ресурсов (а следовательно, и полезностей), общественно признанному наилучшим. Функция общественного благосостояния учитывает критерии равенства и справедливости распределения в выборе общественных решений и, таким образом, позволяет классифицировать оптимумы по Парето.

Функция И/может быть определена относительно индивидуальных полезностей, так как этого достаточно для того, чтобы строить кривые безразличия U., и, следовательно, для того, чтобы подбирать на границе общественной эффективности оптимум, который максимизирует общественное благосостояние.

При этом следует:

либо предположить, что Исакова, что всякое возрастание полезности UA, каким бы оно ни было, по определению расценивается как более общественно предпочтительное, чем возрастание полезности UB. Но в таком случае эта SWF, называемая еще «этической диктатурой», ставит больше новых вопросов, чем разрешает сама;

либо иметь в распоряжении функции полезности индивидов — не только количественных, но еще и сопоставимых между собой (т.е. таких, что MRS между полезностью индивида / и полезностью индивида./ остается неизменным).

Самые широко используемые формы SWF, опирающиеся на последнюю гипотезу, следующие:

функции «бентамовского типа», W'= HU. (благосостояние определяется, как сумма «удовольствий и тягот», и позволяет получить «наибольшее счастье для наибольшего числа людей», как этого хотел И. Бентам);

так называемые «неоутилитаристские» функции, или функции типа Харсаньи, которые вычисляют общественное благосостояние как средневзвешенную сумму полезностей индивидов:

W=IX.-U.(jvh (і>0);

функции «роулсовского»типа (по имени философа Дж. Роулса). Целью было достигнуть максимальной полезности для индивида, имеющего наименьшую полезность (принцип максимин). Функция благосостояния, которую следует максимизировать: W=mx\{Ui). По Роулсу, это то, чего желали бы индивиды, которые бы двигались «под вуалью неведения» (т.е. они должны были выбирать общественные решения, не зная своего будущего положения в обществе).

Графически (на рис. 5.2) приведенные выше функции соответствуют:

общественным линейным кривым безразличия с наклоном — 1 (Бентам), с отрицательным наклоном (неоутилитаризм) (рис. 5.2 а и 5.2 б);

гиперболическим общественным кривым безразличия (равносторонним для функций Нэша и неравносторонним для необобщенных функций Нэша) (рис. 5.2 в и 5.2 г);

ил

Рис. 5.2. Форма общественных кривых безразличия в зависимости от функций общественного благосостояния

общественным кривым безразличия с прямым углом к биссектрисе первого квадранта, являющейся осью симметрии (критерий Роулса в случае, если граница общественной эффективности — постоянно убывающая) (рис. 5.2 д). Оптимум в таком случае находится bZ0, такой, что UA = UB; критерий Роулса дает тот же результат, что эгалитаристский критерий (рис. 5.2 д);

линейным общественным кривым безразличия: вертикальным (рис. 5.2 е) или горизонтальным (рис. 5.2 ж) (критерий Роулса в случае, если граница общественной эффективности содержит возрастающие сегменты, что предполагает существование взаимозависимостей, выражающих проявления альтруизма и/или зависти). В случае, изображенном на рис. 5.2 е, форма границы общественной эффективности такова, что максимизированная полезность — поскольку она самая низкая — равна А и находится в точке ZA. В случае, изображенном на рис. 5.2 ж, максимизированная эффективность — поскольку она самая низкая — равна В

BT04KeZfl.

Можно отметить, что:

вышеперечисленные функции совершенно анонимны в техническом смысле слова, учитываются лишь характеристики индивидов;

как мы убедились, порядковые функции Wдостаточны для того, чтобы выбирать оптимум, максимизирующий значение W (или оптимум оптимумов). В то же время приведенные выше частные формы графиков функций соответствуют количественным мерам общественного благосостояния и поэтому у них есть следствия, которые касаются перераспределения и которые могут быть весьма различными. В случае аддитивных функций различия в общественном благосостоянии {^зависят от абсолютных различия полезностей индивидов, тогда как в мультипликативных функциях важны относительные различия;

предельная полезность доходов убывает в функциях индивидуальных полезностей (функции, которые, напомним, непременно количественны и сопоставимы). Из этого вытекает, что различие в полезности двух лиц всегда будет меньше, чем различие в их доходах;

все переводы от одного лица к другому невозможны, как это предполагают непрерывные функции благосостояния. В некоторых случаях может возникать конфликт между некими мо-

 

ральными нормами или уважением важнейших прав личности и максимизации вышеуказанных функций благосостояния (так, по определению, аддитивная функция не накладывает никаких этических ограничений на жертвы, которых можно требовать от определенных индивидов, — ничто не запрещает даже ставить под угрозу жизнь некоторых людей, если это покажется общественно выгодным). Следовательно, нужно дополнить вышеупомянутые функции благосостояния этическими нормами и максимизировать общественное благосостояние не в абсолютном измерении, а при условии соблюдения этих норм.

В заключение необходимо отметить, что определенные проблемы, с которыми столкнулось в последней трети XX в. государство всеобщего благосостояния, привели представителей различных направлений в экономической науке к выводу, что наиболее эффективным способом борьбы с бедностью являются не статичные модели перераспределения доходов через государственный бюджет, а динамичные через распределение ресурсов, что предполагает создание условий для экономического роста.

В настоящее время сформировался новый подход к распределительной политике, который сблизил позиции либералов и консерваторов в отношении решения проблем бедности. Суть данного подхода состоит в том, что необходимо, во-первых, создание для трудоспособных членов общества условий, при которых они своим трудом и предпринимательской деятельностью смогут поддержать, а возможно, и улучшить свое благосостояние и благосостояние своих семей, и, во-вторых, обеспечение социальной защиты населения в рамках государственной системы социальных стандартов.

Описанный выше подход к решению социальных проблем, который является результатом эволюции в XX в. взглядов на социальную функцию государства сочетает в себе динамичный и статичный методы распределения доходов. Этот подход придает социальной политике превентивный характер, поскольку, во-первых, открывает простор для упреждающих маневров, что дает возможность уменьшения издержек в отношении упущенных возможностей социально-экономического развития, и, во-вторых, создает объективные предпосылки для развития ресурсного потенциала и, как следствие этого, ускорения темпов экономического роста.

2. Экономическая природа социальной защиты и социального страхования

В настоящее время в Российской Федерации сформировалась следующая институциональная структура государственной системы социальной защиты, основными звеньями которой являются:

система социальных гарантий (социальные стандарты);

система социального страхования;

система социальной помощи (в том числе и частная система социальной помощи).

Система социальных гарантий и социальной помощи предполагает в рамках социальных стандартов бесплатное (через бюджетную систему) предоставление социальных благ при условии их всеобщей доступности, а распределение благ происходит по потребностям. Гарантии социальной защиты граждан берет на себя государство.

Социальные гарантии воплощаются в социальных стандартах, отражающих представления общества об уровне и качестве жизни; совокупность этих представлений, выраженных в виде требований общества, и определяет стандарт жизни, или социальный стандарт. Как известно, экономические ресурсы обладают свойством ограниченности, поэтому непосредственное претворение в жизнь социальных гарантий государства больше связано с понятием минимальных социальных стандартов, нежели с социальными стандартами в широком смысле. Именно минимальные социальные стандарты характеризуют возможности государства по обеспечению всех граждан минимальным уровнем дохода, определенным уровнем образования, установленным набором услуг здравоохранения, а также по предоставлению всем гражданам жилья и т.д.

Выделяются два направления социальной стандартизации:

минимальные социальные стандарты, отражающие социальные гарантии государства по отношению к денежным доходам граждан и направленные на обеспечение каждого гражданина необходимым уровнем дохода для приобретения минимума благ, предоставляемых на платной основе;

минимальные социальные стандарты, отражающие социальные гарантии государства по обеспечению граждан на безвозмездной основе установленным минимумом социально значимых благ и услуг.

Таким образом, государственный минимальный социальный стандарт в общем виде — это законодательно установленный для каждого гражданина государства минимум дохода и состав социально значимых услуг, предоставляемый гражданам на безвозмездной основе. При этом надо отметить, что, по мнению специалистов, занимающихся исследованием уровня жизни, можно выделить три основных типа потребительских бюджетов: бюджет прожиточного минимума (ПМ), минимальный потребительский бюджет (МП Б), а также бюджет высокого достатка (БВД).

Размер бюджета ПМ составляет величину рассмотренного нами ранее прожиточного минимума. Это — стоимостная оценка минимального набора продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, сводящаяся в итоге к физиологическому минимуму.

Размер МПБ позволяет на минимально необходимом уровне удовлетворить потребности человека в питании и приобретении более широкого набора (и с более приемлемыми сроками службы) непродовольственных товаров и платных услуг, чем в составе ПМ, и обеспечивает восстановительный уровень потребления.

БВД позволяет удовлетворять в основном рациональные физические и духовные потребности населения и обеспечивать развивающий характер потребления.

Теоретическую основу первого направления социальной стандартизации составляет концепция минимального потребительского бюджета. МПБ характеризует структуру и уровень удовлетворения потребностей, которые общество на данном этапе экономического развития считает минимально необходимыми. Он обеспечивает нормальное воспроизводство и развитие рабочей силы трудоспособных, а также нормальную жизнедеятельность нетрудоспособных.

В России концепция МПБ сводится к понятию прожиточного минимума. ПМ характеризуется как стоимостная оценка потребительской корзины, в которую включается минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности. Поэтому бюджет прожиточного минимума можно рассматривать в качестве минимального социального стандарта, который ориентирован на физическое выживание человека.

Содержание второго направления социальной стандартизации во многом связано с понятием социально значимых благ. Последние относятся к смешанным общественным благам и в большей степени обладают свойствами частных благ, чем общественных, поэтому теоретически должны производиться и распределяться рыночным способом. Однако в результате их потребления населениєм в массовом порядке возникает значительный положительный эффект, что объясняет производство и распределение этих благ с помощью общественного сектора.

Таким образом, государство может предоставлять гражданам на безвозмездной основе следующие виды социально значимых услуг в рамках установленного минимума: услуги образования; услуги здравоохранения; услуги культуры; услуги жилищно-коммунального хозяйства; юридическая помощь гражданам и др.

В России можно выделить следующие государственные минимальные социальные стандарты по социально значимым услугам.

В сфере образования к ним можно отнести услуги начального общего, основного общего, среднего (полного) общего образования и начального профессионального образования, а также предоставляемые на конкурсной основе услуги среднего профессионального, высшего профессионального и послевузовского профессионального образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях в пределах государственных образовательных стандартов, если образование данного уровня гражданин получает впервые.

К государственным минимальным социальным стандартам в здравоохранении может быть отнесен перечень бесплатных услуг здравоохранения по оказанию амбулаторно-поликлинической, скорой и стационарной медицинской помощи, а также услуги санитарного и профилактического характера в государственных и муниципальных лечебно-профилактических учреждениях.

К бесплатным услугам в сфере культуры можно отнести услуги библиотек.

В сфере жилищно-коммунального хозяйства в качестве государственных минимальных социальных стандартов может быть установлен набор жилищно-коммунальных услуг (ЖКУ), финансируемых с использованием средств бюджетов всех уровней, нормы потребления ЖКУ в расчете на одного жителя в год, социальная норма площади жилья и др.

В качестве государственных минимальных социальных стандартов юридической помощи гражданам могут рассматриваться некоторые виды помощи адвокатов.

Как уже нами отмечалось, особое место в институциональной структуре социальной защиты занимает система обязательного социального страхования, которая строится на принципе общественной солидарности (через уплату страховых взносов) и ответственности государства за своих граждан. Как экономическая категория страхование представляет систему экономических отношений, включающую совокупность форм и методов формирования целевых фондов денежных средств и их использования для возмещения ущерба при различных непредвиденных неблагоприятных явлениях, а также оказания помощи гражданам при наступлении определенных событий в их жизни.

Классификация видов социального страхования основывается на различных видах социального риска. Как отмечает В.Д. Роик, риск потери заработка простирается от потери трудоспособности до безработицы. Нетрудоспособность наступает при болезни, несчастном случае, инвалидности, беременности и старости. В этой связи социальное страхование можно определить как систему правовых, экономических и организационных мер по компенсации и минимизации отдельных видов социальных рисков. В качестве основы для классификации социального страхования также может быть выбран характер организации страховых учреждений. Например, страхование по каждому из видов социального риска может быть организовано и на добровольных началах. В то же время участие в том или ином виде страхования может носить и принудительный характер, в частности, государство может законодательно обязать определенные группы населения страховать себя или третьих ли нот того или иного вида социального риска. В таком случае страхование становится обязательным.

В зависимости от источниковфинансирования можно выделить два подхода к организации социального страхования.

Первый подход — страхование осуществляется фактически в пользу третьих лиц: когда страхуемые и страхователи делают взносы, при расчетах с ними не учитывается степень вероятности наступления страхового события (риска). В результате накопление финансовых средств никак не связано с ростом обязательств. Подобный подход к организации страхового дела ориентирован на погашение только текущих расходов и не принимает во внимание будущих затрат.

Второй подход предполагает, что величина накопленных средств в каждый конкретный момент времени соответствует взятым страхователями обязательствам по страхованию социальных рисков. В рамках данного подхода должно обеспечиваться строгое соответствие между выдаваемыми пособиями и поступлениями. Теория страхования социальных рисков и устанавливаемые на ее основе правила дают возможность с достаточной точностью определять, какие единовременные пособия или периодические выплаты могут быть произведены.

В рамках данного подхода к организации социального страхования обычно предусматриваются различные способы покрытия дефицита средств, например, за счет образования запасных фондов и/или перестрахования рисков и т.д. При такой форме организация социального страхования является достаточно гибкой, что позволяет избежать возникновения технических трудностей как при объединении, так и при разделении нескольких видов страхования, а также в случае выхода из фондов страхования группы участников или при привлечении новых групп.

Подобная система социального страхования представляет собой надежный и стабильный механизм социальной защиты работников, и как следствие этого он наиболее органично учитывает интересы как застрахованных, так и страхователей. Данная система открыта к совершенствованию, например, путем применения личных (персональных) счетов при страховании пенсий по старости и (или) медицинского страхования. Каждый страхуемый в этом случае будет точно знать о величине накопленных страховых взносов и будет заинтересован в их увеличении.

Основными видами социального страхования, которые обеспечивают соответствующий современным требованиям рыночной экономики уровень исполнения государством социальной функции, являются:

страхование пенсий (по старости и по инвалидности в результате общих заболеваний и от несчастных случаев в быту и на транспорте);

страхование от несчастных случаев на производстве (производственный травматизм и профессиональные заболевания), которое предусматривает страхование временной и постоянной утраты трудоспособности;

страхование на случай безработицы;

медицинское страхование (страхование временной утраты трудоспособности из-за болезни и предоставление медицинской помощи).

Что касается пособий малоимущим семьям, инвалидам с детства, помощи семье, то, по нашему мнению, эти виды социальной защиты не связаны с трудовой деятельностью и по своей природе не являются страховыми случаями. Соответственно их обеспечение должно быть отнесено к системе государственной социальной

помощи (вспомоществования) и (или) к другим видам государственной социальной программы.

Определение форм социального страхования, основных их функций и задач, организационно-правовых структур и финансового механизма, а также значительное разнообразие в условиях труда работающих и природно-климатических условий проживания в России требуют формирования трех обязательных форм страхования — общего социального страхования, профессионального и территориального социального страхования.

Обязательное общее социальное страхование должно охватывать все без исключения группы работающих вне зависимости от форм собственности предприятий и организаций. Учет повышенного профессионального риска повреждения здоровья (уровень и тяжесть производственного травматизма и профессиональных заболеваний) должен лечь в основу системы обязательного профессионального социального страхования. Обязательное территориальное социальное страхованиедолжноучитыватьспецифику условий труда и проживания в сложных и экстремальных природно-климатических условиях.

Сложившаяся в условиях рыночных преобразований высокая степень дифференциации доходов населения создает предпосылки для организации и добровольного страхования. Страхователями могли бы выступить как работодатели, так и сами работники. Вопрос о добровольном (дополнительном) страховании должен решаться в каждом конкретном случае с помощью коллективных договоров или индивидуально.

По своему содержанию социальное страхование включает не только денежные выплаты, компенсации, но и определенные услуги по лечению, реабилитации и профилактике, причем со временем значение этих составляющих возрастет и эффективность современных систем социального страхования определяется во многом именно такими критериями.

Поскольку система социального страхования распространяется в основном на занятое население, то система социальной защиты должна предусматривать еще один важный компонент — это различные виды услуг и выплат, которые предоставляются населению в рамках систем социальной помощи. В совокупности эти две формы социальной защиты населения и позволяют государству выполнять свою социальную функцию по обеспечению нормального воспроизводства населения. Основные характеристики последних двух представлены в табл. 5.1.

Деление социальной защиты на социальное страхование и социальную помощь обусловлено, во-первых, методами учета социального риска и, во-вторых, различием в источниках финансирования. Социальное страхование — это страховые взносы нанимателей и трудящихся, а при социальной помощи — это ресурсы, аккумулируемые в бюджетную систему в основном за счет налогообложения.

В заключение необходимо отметить, что при реализации социальной функции государства в условиях рыночной экономики перераспределение доходов проявляется в трех направлениях: во-первых, горизонтальное перераспределение между плательщиками налогов или взносов и получателями пособий; во-вторых, вертикальное перераспределение, определяемое прогрессивным (регрессивным) характером налогообложения доходов и уплатой взносов в систему социального страхования и, в-третьих, перераспределение между поколениями.

3. Дифференциация доходов: показатели, причины, состояние

Для оценки влияния распределительной политики на выравнивание уровней доходов могут быть использованы определенные методы измерения и количественной оценки дифференциации доходов. Для определения уровня разрывов в доходах между различными группами населения в мировой экономико-статистической практике широко применяются децильные, квартальные и квантильные коэффициенты дифференциации. Под децильными коэффициентами понимается разбиение исходной совокупности на десять равных групп, под квартальными — на четыре равные группы и под квантильными коэффициентами — на пять равных групп с последующим установлением отношений среднего дохода последней группы, имеющей высокий доход, к первой, имеющей наименьший доход.

Одним из современных методов измерения дифференциации доходов населения является расчет накопленных (кумулятивных) частот (долей) определения кумулятивного ряда доходов и кумулятивного ряда численности. На основе этого осуществляется построение кривой кумулятивных частот, названной в честь американского статистика М. Лоренца кривой Лоренца. Проиллюстрируем вышесказанное на простом примере (табл. 5.2).

Данные табл. 5.2 о кумулятивных рядах доходов и численности могут быть представлены с помощью кривой Лоренца: вертикальная ось изображает кумулятивный ряд доходов, а горизонтальная ось — кумулятивный ряд численности (рис. 5.3).

Прямая линия 0D на графике представляет теоретическую возможность абсолютного равенства в распределении доходов семей, а кривая 0D характеризует фактическое распределение доходов. Область между прямой линией, обозначающей абсолютное равенство, и кривой Лоренца указывает на степень неравенства в распределении доходов. Чем больше эта область, тем выше степень неравенства. Неравенство доходов можно измерить с помощью отношения площади между прямой 0D и кривой Лоренца к площади всего треугольника 0KD. В результате получаем показатель, называемый коэффициентом Джини (по имени итальянского статистика и экономиста К. Джини).

Для нашего примера коэффициент Джини будет определен следующим образом. Площадь всего треугольника 0KD составит 5500 [(100 х 110): 2]. Затем последовательно определяется площадь каждой из четырех фигур 0AL,ALMB, BMNCviCNKD и устанавливается их общая сумма — 3500. Площадь между прямой линией и кривой Лоренца составит 2000 (5500 — 3500), а коэффициент Джини будет равен для нашего конкретного примера 0,7 (2000 : 3000).

Следовательно, чем больше значение коэффициента, тем выше степень неравенства в доходах, чем ниже его значение, тем более равномерно распределяются доходы населения.

Так, в 1991 г. коэффициенты Джини, характеризующие распределение доходов населения для стран различных регионов мира, были следующими: для Латинской Америки — 0,495; для Южной Азии — 0,383; для Западной Европы — 0,314; для Восточной Европы — 0,254. Для США коэффициент Джини составлял 0,326, для Швеции —0,205,для Норвегии—0,243. В 1990 г. коэффициент Джини для бывшего СССР был равен 0,256, для Чехословакии — 0,207, для Венгрии — 0,244.

Дж. Сакс в книге «Социальные конфликты и популистская политика в Латинской Америке» приходит к выводу, что экономическому прогрессу в Латинской Америке серьезно препятствовала значительная дифференциация в уровнях доходов. Распределение доходов в Латинской Америке более неравномерно, чем в значительной части мира, особенно по сравнению с Юго-Восточной Азией. В Бразилии, например, где бедная пятая часть населения имеет только 2\% всех доходов, богатая пятая часть имеет 67\%, т.е. в 33 раза больше. В Тайване на бедную пятую часть приходится 9\%, а на богатую пятую часть — 37\%, т.е. в 4 раза больше. В Латинской Америке средние доходы богатой пятой части в 21 раз больше, чем бедной части, а в Юго-Восточной Азии — в 9 раз.

В СССРдо радикального перехода к рынку соотношение в доходах между высокообеспеченными и низкообеспеченными слоями населения составляло подецильным показателям примерно 4 : 1, в 1992 г. в результате шокового варианта экономической реформы произошло резкое имущественное расслоение населения, что нашло свое отражение в структуре денежных доходов населения, которая претерпела с 1990 г. по настоящее время радикальные изменения. Поданным Всемирного банка удельный вес в доходах первогодециля составил в 1993 г. 1,2\%, а первого квинтиля — 3,7, в то же время удельный вес десятого дециля составлял 38,7, а пятого квинтиля — 53,8\%. Соответственно разрыв в уровне доходов между высоко- и низкодоходными группами населения на начальном этапе реформ составил 32,25 раза. В настоящее время ситуация с дифференциацией уровней доходов немного улучшилась и, по данным экспертных оценок, разрыв между первым и десятым квинтилями составляет порядка 25 раз.

По данным Всероссийского центра уровня жизни (ВЦУЖ) при классификации потребительских бюджетов рассматриваются четыре основные группы населения. К первой группе относятся граждане, чей доход составляет величину ниже ПМ, т.е. бедные. Ко второй — низкообеспеченные с денежными доходами от ПМ до МПБ. К третьей — относительно обеспеченные (средние) с денежными доходами от МПБ до БВД. И, наконец, к четвертой группе относятся состоятельные и богатые граждане, денежные доходы которых выше БВД.

В 2003 г. доля граждан с доходами ниже ПМ (бедные) составила 33,1 \% общей численности населения России. В 2003 г. доля низкообеспеченных граждан, т.е. тех, чей доход находился в интервале от ПМ до МПБ, равнялась 30,4\%, доля относительно обеспеченных (доход от МПБ до БВД) — 30,3\%, а доля богатых и состоятельных с доходами выше БВД — 6,2\%. Таким образом, данные ВЦУЖ позволяют сделать два замечания.

Во-первых, пятая 20\%-ная группа населения с самыми высокими доходами неоднородна. В соответствии с данными ВЦУЖ 6,2 п.п. приходится на богатых и состоятельных и 13,8 п.п. — на относительно обеспеченных.

Во-вторых, доля населения с доходами ниже прожиточного минимума в 2003 г., равная 33,1\% от общей численности населения России, поданным ВЦУЖ, больше аналогичного показателя втом же году, рассчитанного Росстатом и равного 20,6\%, соответственно на 12,5 п.п. Это свидетельствует о более широких масштабах

бедности в России.

В этой связи надо отметить, что решение проблем бедности, в особенности проблемы обеспечения населения минимальным уровнем доходов и определенным уровнем социальных услуг, во многом связано с решением задачи по формированию единого социально-экономического пространства. При этом бюджетно-налоговая политика государства может и должна использоваться в качестве одного из инструментов по обеспечению населения минимальным уровнем дохода и социальных услуг.

Формирование единого социально-экономического пространства РФ должно обеспечиваться в основном за счет четкого разграничения полномочий и обязательств центра, регионов и субъектов местного самоуправления. Функции, выполняемые государством в экономике, а именно — стабилизационная, распределения доходов, распределения ресурсов, составляют основу разграничения государственных полномочий и обязательств между уровнями бюджетной системы. Поэтому порядок формирования единого социально-экономического пространства коренным образом зависит от того, какая функция государства выполняется непосредственно за счет федерального центра, а какая децентрализована.

С точки зрения формирования единого социально-экономического пространства дистрибутивная и стабилизационная функции возлагаются на центральное правительство, в то время как функция распределения ресурсов подлежит децентрализации в наибольшей степени.

Подпись: ТЕМА 6
РОЛЬ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА В РЕГУЛИРОВАНИИ ПРОВАЛОВ РЫНКА
Объективная необходимость общественного сектора обуслов¬лена тем, что существует определенная часть экономического пространства, где рынок проваливается и не срабатывает. Для устранения провалов рынка необходим общественный сектор. Он требуется также для корректировки отрицательных последствий функционирования рыночного механизма, которые проявляются в тенденциях сужения сферы свободного рынка в результате концен¬трации и монополизации производства, в условиях циклического характера развития экономики, а также в усиливающейся диффе¬ренциации доходов населения и в росте социальной нестабильности в обществе. Еще одной из центральных проблем, решение которой невозможно без вмешательства общественного сектора, является проблема внешних эффектов.
Обеспечение минимальных социальных стандартов в сфере доходов населения и потребления им социально значимых услуг предполагает реализацию следующих концептуальных положений:

за федеральным бюджетом закрепляются обязательства по обеспечению населения доходом на уровне прожиточного минимума;

за региональными бюджетами закрепляются обязательства по обеспечению населения минимальным набором социально значимых услуг;

местные бюджеты могут предложить населению расширенный набор социально значимых услуг в дополнение к минимальному стандартному набору этих услуг, предоставляемому регионом.

Задача по обеспечению доходов населения на уровне прожиточного минимума, закрепленная за федеральным бюджетом, решается за счет того, что функция распределения доходов и соответствующая политика распределения доходов возлагаются на федеральный центр. Более того, проведенный нами анализ показывает, что в России в настоящее время существует значительная дифференциация регионов по уровню доходов населения, что требует от регионов, где среднедушевые доходы составляют наименьшую величину, осуществления наибольших финансовых затрат, если доводить уровеньдоходов до среднероссийского значения. В случае когда региональные власти устанавливают минимальный уровень дохода в своем регионе, это приведет к еще большей региональной дифференциации по доходам и создаст препятствия для формирования единого социально-экономического пространства.

В то же время обеспечение населения набором социально значимых услуг на уровне минимального социального стандарта должно быть возложено на регионы. Этот тезис не противоречит утверждению о том, что расходные обязательства региональных бюджетов не соответствуют их доходным полномочиям, посколькув данном случае речь идет именно о минимальном наборе социально значимых услуг.

Предложенное нами разделение двух основных направлений социальной стандартизации (прожиточный минимум и минимальный набор социально значимых услуг) не ограничивает регионы и муниципалитеты в обеспечении граждан дополнительным доходом и предоставлении им расширенного набора социально значимых услуг.

Вопросы для самопроверки

Охарактеризуйте понятие государства благосостояния.

Каковы особенности либеральной модели распределения доходов?

В чем состоят основы учения утилитаризма?

Опишите особенности макроэкономического понимания общественного богатства.

Раскройте основные модели распределения богатства в основе

теории общественного благосостояния.

Охарактеризуйте понятие функции общественного благосостояния.

Каковы особенности «роулсовского» типа функции общественного благосостояния?

В чем отличие статичного от динамичного подхода к распределению доходов?

Чем отличается социальное страхование от социальной защиты населения?

10.       Опишите основные показатели и причины возникновения диф-

ференциации доходов населения.

1. Роль общественного сектора в разрешении проблем внешних эффектов

Внешние эффекты (экстерналии) — это издержки или выгоды от рыночных сделок, не получившие отражения в ценах. Они называются «внешними», так как касаются не только участвующих в данной операции экономических субъектов, но и третьих лиц. Принимаемые решения и деятельность экономических субъектов приводят к появлению внешних эффектов (экстерналии), если:

они непосредственно сказываются на положении одного или многих других лиц, не приводя к изменениям в рыночных ценах или в бюджетной системе;

они не являются

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 |