Имя материала: Экономика природных ресурсов

Автор: А. Эндрес

5.5.2. индикаторы строгой устойчивости

5.5.2.1. Анализ частично агрегированных составляющих капитала

Рассмотренные выше индикаторы следуют концепции слабой экологической устойчивости: капитал, созданный человеком, и природный капитал рассматриваются как субституты. Это позволяет (по крайней мере в рамках концепции) интегрировать природные и антропогенные составляющие в одно гомогенное понятие капитала. Капитал при этом представляет собой стоимостную величину и измеряется в денежных единицах.

Д. Пирс и Г. Аткинсон в своих исследованиях (о них речь шла выше) при интеграции природного и антропогенного капиталов принимают во внимание возникающие неопределенности (и связанные с ними угрозы для устойчивости). А именно: в качестве альтернативы они предлагают индикатор устойчивости, базирующийся на строгом понятии устойчивости. При таком подходе (как это было показано в п. 5.1.2.2.2) капитал раскладывается на две составляющие, которые нельзя сравнить между собой на основе монетарных категорий. Каждая компонента капитала в таком случае представляет собой особую ценность, которую необходимо поддерживать хотя бы в неизменном состоянии, чтобы удовлетворить требованию устойчивости (в смысле SDc). Авторы «сальдируют» изменения в стоимости для каждой из составлявших частей капитала и приходят к результату, что ни одна из рассмотренных ими стран не выполняет условий устойчивости, соответствующих этому второму индикатору.

Затрудняет применение этого индикатора помимо уже отмеченных проблем принципа строгой устойчивости еще и та специальная форма, которую избрали авторы для его «операционализации». Представленный здесь индикатор предполагает, что все компоненты природного капитала могут рассматриваться как субституты, но, с другой стороны, ни одна компонента природного капитала не может быть «заменена» капиталом, созданным человеком. Это положение представляется не слишком убедительным.

А. Эндрес и В. Радке в этой связи отмечают: «С одной стороны, почему нефть как энергоноситель должна быть заменима рапсовым мас-Юм, а не солнечными коллекторами или человеческими достижениями в области знаний об энергосберегающих технологиях? С другой стороны, существует ли для озонового излучения, которое вряд ли ножно заменить произведенным капиталом или капиталом человеческим, какой-либо природный заменитель?» (EndresA., Radke V., 1998. 3.38).

i.5.2.2. Физические индикаторы

Представленные выше индикаторы требуют оценки природного иму-Цества или его изменений. Альтернативой этому являются индикаторы, ограничивающиеся рассмотрением физических величин, которые являются значимыми для системы поддержания жизнедеятельности человека и их изменений. Примером тому может служить подход «воздействие—состояние—реакция* (pressure—state—response, PSR), разработанный Организацией экономического сотрудничества и развития (OECD). В рамках PSR-подхода вредные воздействия на окружающую среду, например, оцениваются с помощью индикаторов воздействия (pressure), уровень качества окружающей среды — с помощью индикаторов состояния (state) и ресурсосберегающие действия — с помощью индикаторов реагирования (response)}

Без сомнения, система подхода «воздействие—состояние—реакция» упорядочивает важную часть экологической и ресурсной информации. Но возможность применять ее в качестве индикатора устойчивости представляется весьма сомнительной. Особенно недостаточно развита систематическая связь этого подхода с концепцией устойчивости. Сбор фактической информации не позволяет сделать никаких выводов о том, может ли быть поддержан на постоянном уровне тот способ хозяйствования (состояние экономики), который привел к таким результатам. Для индикаторов, входящих в каталог, характерно все же отражение реальных данных, а не воплощение некоей воображаемой концепции устойчивости. Поскольку остается неясным, какая картина устойчивости положена в основу Р5/?-подхода, то представляется затруднительным «привязать» этот метод к какому-либо из понятий устойчивости, рассмотренных нами в п. 5.1.2.2. Но так как принятый в PSR отказ от агрегации различных компонент капитала можно сопоставить только с подходом «строгой устойчивости», то мы отнесли (с оговоркой) Р5Д-подход к этой категории.

 

5.5.3. Индикаторы критической устойчивости

1          Это схоже с программой «Экологическая система национального счетоводства» (Umveltokdnomischen Gesamtrechnung) департамента статистики ФРГ, в котором традиционная система национальных счетов дополняется экологической информационной системой («метод сателлитов»).

Замечания, сделанные по поводу описанных выше индикаторов, и в особенности относительно индикатора, предложенного Пирсом и Аткинсоном (который основан на анализе частично агрегированных составляющих капитала), приводят нас к необходимости уделить больше внимания информационному «освоению» концепции критической устойчивости.

Прежде всего здесь необходимо определить минимальный уровень обеспечения системы человеческой жизнедеятельности. В этом случае речь идет о физических величинах. Они представляют собой количественные ограничители экономического процесса. Соответствующие индикаторы выполняют функцию контроля над отклонениями (разницей) между действительным и минимально допустимым уровнем определенного ресурса. Главная задача политики устойчивости в этом контексте состояла бы в контроле того, чтобы это отклонение не превысило некоторого предела безопасности. При этом подходе минимальные уровневые значения не подвергаются взвешиванию, которое является характерным элементом экономической оценки. Сокращение ресурса ниже уровня минимального запаса с точки зрения критерия устойчивости не может быть компенсировано «переобеспеченностью» другим ресурсом (антропогенным или природным). Конечно, определение такой «ресурсной существенности» человеческого бытия в физических единицах совсем не просто. Но так как человечество, без сомнения, располагает сегодня технико-экономическими возможностями для разрушения основ собственного существования, то оно должно смотреть в лицо проблеме определения ограничений и решать ее так хорошо, как только сможет. При этом, конечно, нельзя отказываться от естественнонаучного и технического осмысления проблемы, но оно не может заменить общественную дискуссию. Вопросы, на которые также нужно искать ответ, таковы: «Что следует понимать под жизнью, достойной человека?», «Какова уверенность в том, что можно сохранить ее в нашем мире, полном неопределенности?», «Как много людей смогут насладиться ею?» Вопросы эти, без всякого сомнения, не могут быть разрешены исключительно технократическим образом.

Только при условии, что упомянутые здесь физические границы будут выдержаны, индикатор критической устойчивости покажет, остается ли стоимость агрегированного капитала по крайней мере неизменной. При этом могут быть применены методы экономической оценки естественных ресурсов. (Конечно, нужно осознавать сложности этого метода, о которых мы говорили выше.) «Воображаемый» здесь индикатор связал бы элементы слабой устойчивости (постоянство (или увеличение) агрегированной по разным формам капитала его стоимости) и строгой устойчивости (постоянство природного капитала) при особой трактовке строгой устойчивости. Тем самым индикатор был бы, с одной стороны, более гибким («более неоклассическим») и, с другой стороны, более строгим (более фундаментальным с позиции экологии), чем индикатор Пирса и Аткинсона с частично агрегированными составляющими капитала. «С одной стороны, определенные компоненты природного капитала (...) в известной степени могли бы быть заменены произведенным капиталом или капиталом человеческим, что отрицается Пирсом и Аткинсоном» (Endres А., Radke V., 1998, S. 38). С другой стороны, в этом индикаторе критической устойчивости «определенные компоненты природного капитала вообще не могли бы заменяться (...), в том числе и через другие компоненты природного же капитала, что у Пирса и Аткинсона является принципиально возможным» (EndresA., Radke V., 1998. S. 38 и далее). Индикатор критической устойчивости, таким образом, открывал бы возможности для субституции одних составляющих природного капитала (в отличие от подхода Пирса и Аткинсона). Для других же элементов природного капитала, на которые (после основательной научной и общественной дискуссии) наложены «табу», в отличие от Пирса и Аткинсона он обнаружил бы полную невозможность их субституции.

В пользу особенно внимательного отношения к индикаторам критической устойчивости говорит также и то, что именно на такое понимание устойчивости острее всего реагирует общественно-политическая дискуссия по проблемам устойчивости. По оценке автора, только во вторую очередь речь идет о том, будет ли благосостояние или стоимость капитала снижаться в будущем. Если бы нас действительно занимал конфликт перераспределения ресурсов между поколениями, то по логике вещей нас больше беспокоило бы экстремально асимметричное распределение ресурсов внутри современного поколения, чем это можно судить по нашим поступкам. «Совесть» современного поколения (в развитых странах), кажется, гораздо больше обременена представлением, что их способ хозяйствования может угрожать продолжению человеческого рода вообще. При конструировании индикаторов критической устойчивости наука, общество и прлитика призваны разработать конкретные представления о том, в чем состоят такие системы поддержания жизнедеятельности человека.

5.5.4. «Правила менеджмента»

Практический ориентир для хозяйствования, совместимого с требованиями устойчивого развития, пытаются дать так называемые правила менеджмента (правила устойчивости). Собственно говоря, они представляют собой (больше, чем это можно заключить из их названия) отражение определенного понятия об индикаторах устойчивости. «Указания действий», содержащиеся в таком правиле, непосредственно и с необходимостью следуют из сравнения желаемой и действительной величины определенного индикатора. Обычно устанавливают по одному правилу для невозобновимых ресурсов, возобновимых ресурсов и способности окружающей среды ассимилировать вредные вещества. Представим сначала правила для каждого из этих трех «секторов» и коснемся при этом специфических для каждого сектора аспектов. В заключение мы обсудим проблемы, касающиеся этих секторов в целом.

• Правило 1. Невозобновимые ресурсы

Невозобновимые ресурсы можно разрабатывать лишь в той мере, в какой обусловленное этим их сокращение будет компенсировано для будущих поколений. Такая компенсация может осуществляться за счет увеличения антропогенного капитала, человеческого капитала или возобновимых ресурсов. В применяемом здесь правиле субституции отражается концепция слабой устойчивости. Запас невозобновимого ресурса рассматривается как часть капитала, включающего и другие составляющие. Целью является постоянство общего капитала как стоимостной величины. Аналогично тому, как это было представлено выше в п. 5.5.1 для индикаторов слабой устойчивости, здесь также необходимо установить границы субституции между различными компонентами общего капитала.

Для соблюдения этого правила нужно знать уровень потребления невозобновимого ресурса за период и его ценность. Эту ценность затем нужно сравнить с ценностью стоимости чистых инвестиций в антропогенный капитал, человеческий капитал и/или возобновимые ресурсы. Если ценность потребления невозобновимого ресурса превышает величину инвестиций, то разработка ресурса должна быть сокращена и/или должен быть повышен уровень инвестиций. • Правило 2. Возобновимые ресурсы

Данным правилом менеджмента предписывается, что уровень добычи ресурса не должен быть больше уровня естественного прироста ресурса. Это правило оставляет свободу выбора в решении вопроса о том, должно ли оно соблюдаться для каждого возобновимого ресурса в отдельности, для группы возобновимых ресурсов или же для общего запаса этих ресурсов. В зависимости от того, как понимают это правило, оно является выражением более или менее строгой устойчивости внутри категории возобновимых ресурсов. Для расчета индикатора необходимо знать уровень регенерации и добычи отдельного ресурса или, в зависимости от интерпретации правила, для ресурсной группы. (При образовании такой группы — агрегата ресурса — встает, конечно, вопрос об эквивалентной взвешенной оценке различных составляющих этой группы.) Если уровень добычи ресурса превышает уровень его естественного прироста (регенерации), то, согласно правилу, требуется сокращение потребления ресурса и/иди проведение мер по увеличению регенерируемое™ ресурса (например за счет улучшения качества окружающей среды).

Хотя представленное здесь правило менеджмента для возобновимых ресурсов совместимо с широким спектром оптимистических и пессимистических оценок относительно взаимозаменяемости внутри этой категории, для оценки возможностей субституции между различными категориями состава капитала оно отражает пессимистическую позицию в смысле строгой устойчивости. Очевидно, что потребление ресурса, превышающее его естественный прирост, не может быть уравновешено накоплением капитала (в области антропогенного капитала или капитала человеческого).

• Правило 3. Ассимилирующая способность окружающей среды

Согласно этому правилу, эмиссии должны всегда быть меньше уровня ассимиляции окружающей среды. Как специальный случай здесь выступает указание не производить те эмиссии, которые не могут быть ассимилированы окружающей средой. Это правило не допускает субституций (непосредственных) ни внутри категории окружающей среды, ни между окружающей средой и другими составляющими общего капитала. Превышение ассимиляционных возможностей окружающей среды для определенного вредного вещества не может быть уравновешено ни тем, что еще не исчерпаны возможности ассимиляции по другому вредному веществу, ни наращиванием запаса регенерируемых ресурсов (или антропогенного капитала). Для применения этого правила необходимо знать специфические возможности ассимиляции окружающей среды по определенным веществам и объемы выбросов этих веществ. Если эмиссия превышает ассимиляционные резервы, то эмиссию, как правило, следует снижать. Иногда, правда, может существовать и возможность увеличения ассимиляционной «мощности» окружающей среды. Возможность ассимиляции определенного вредного вещества может зависеть от объема выбросов другого вещества. В этом можно увидеть опосредованные возможности субституции внутри категории окружающей среды.

Представленные здесь правила дают приблизительный ориентир для ответа на вопрос, как должна вести себя экономика, чтобы

следовать закону устойчивости. Это, безусловно, очень важно. Правда, следует также указать на проблемы и остающиеся открытыми вопросы.

Некоторые элементы правил менеджмента допускают различные толкования существующих в рамках концепции устойчивого развития возможностей субституции. Различные трактовки приводят к различной направленности действий. В этом смысле правила представляются несколько загадочными. Даже если нет поля для различных интерпретаций этих правил, неявное фиксирование все же не всегда будет оправданным.

Правила не дают указания на то, на каком уровне потребления они должны соблюдаться. Это замечание является особенно существенным в отношении возобновимых ресурсов и ассимиляционной мощности окружающей среды. С долей цинизма (только из дидактических соображений) можно отметить, что устойчивое потребление возобновимых ресурсов соблюдается также и в отношении полностью истребленных видов. Ведь здесь ничто не «прирастает» и ничто не потребляется.

Правилами игнорируются важные для устойчивости зависимости между тремя сферами регулирования и внутри каждой из этих сфер.

Рассмотрим пример взаимозависимости внутри одного сектора.

Уровень добычи определенного регенерируемого ресурса может подчиняться правилу 2, но запас ресурса, сохраняемый при этом, может быть столь мал, что (в цепочке питания) другой вид животных, для которого этот первый вид является жертвой, будет обречен на вымирание. Для этого даже не нужно, чтобы человек отлавливал животных этого второго вида — хищников. Вымирание этого вида хищников может быть далеко не последним звеном в этой цепочке причинно-следственных отношений, угрожающих устойчивости развития, исходным пунктом которой была деятельность человека, не нарушившая правила устойчивости для соответствующего вида.

Рассмотрим пример взаимозависимости между секторами.

Допустим, что определенная эмиссия может в долгосрочной перспективе ассимилироваться окружающей средой. Но это утверждение не противоречит тому, что эта эмиссия между тем разрушает основы существования какого-либо возобновимого ресурса или вовсе ведет к его истреблению.

Примеры показывают, что даже строгое соблюдение приведенных выше правил будет не обязательно достаточным для устойчивости развития. Если же мы все-таки хотим следовать методу правил менеджмента, то они должны быть дополнены и уточнены так, чтобы были приняты во внимание взаимозависимости, возникающие внутри секторов и между секторами и влияющие на устойчивость. Там, где правила касаются того, что потребление человека должно быть ограничено в связи с ограниченностью «мощностей» природы (ассимиляционными возможностями, способностью к регенерации), необходимо провести проверку того, не зависят ли сами природные мощности от человеческого воздействия. Там, где это имеет место, метод правил менеджмента требует дополнения этих правил ограничениями, при соблюдении которых будет гарантировано поддержание минимального уровня природных мощностей.

Примечательно, что ни один из предложенных в литературе вариантов правил менеджмента (отличающихся друг от друга множеством деталей) не содержит высказываний о принципах сохранения антропогенного капитала или человеческого знания.

И, наконец, здесь следует также напомнить и о проблеме измерения и оценки, с которой мы уже сталкивались при рассмотрении других индикаторов.

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 |