Имя материала: История государственного управления в России

Автор: Пихоя Рудольф Германович

4. приказная система управления в xvii в.

 

Окончательное оформление приказного строя приходится на вторую половину XVI в. Именно тогда приказы стали ведать важнейшими отраслями управления, получили более или менее устойчивый штат, характерное делопроизводство, за ними официально закрепилось название «приказы». На протяжении XVI—XVII вв. существовало около ста таких учреждений. Однако нельзя считать, что все они действовали одновременно. Постоянно функционировали лишь 40-50, остальные возникали и прекращали свою деятельность по мере надобности. Важнейшими приказами были три: Посольский, Разрядный и Поместный. Они являлись основным стержнем системы государственного управления России на протяжении более чем двухсот лет. В неопределенности числа приказов состояла суть самого приказного строя - текучего, изменявшегося, приспосабливавшегося к различным историческим условиям и в то же время неизменного. Приказная система была для своей эпохи достаточно гибкой, эффективной и одновременно простой и удобной. Над всем царил обычай, проверенный веками опыт: приказные люди легко разбирались в хитросплетениях разнородных дел.

Все приказы делятся натри большие группы: 1) Приказы общегосударственной компетенции, 2) Дворцовые, 3) Патриаршие. Первая группа приказов сосредоточивала в себе основные функции по управлению Российским государством. Она являлась самой многочисленной и включала в себя как постоянные, так и временные Приказы.

Централизация и систематизация приказного управления в XVI-XVII вв. оказывалась невозможной потому, что в основе образования и функционирования приказной системы лежали такие принципы, которые не позволяли ей сложиться в строгую систему отраслевого управления. Сосредоточение в отдельных приказах разнообразных дел сочеталось с распылением однородных, идентичных дел между несколькими приказами, что создавало своеобразную ведомственную чересполосицу. Например, Посольский приказ занимался не только внешней политикой, но и массой других дел; в нем вели учет живших в России иностранцев, ведали касимовскими татарами, выкупом пленных и т. д. С 60-х гг. XVII в. Посольский приказ заведовал почтой, делами донских казаков, судом и сбором таможенных и кабацких доходов, назначением воевод, приказных людей и т.д. Поместно-вотчинные дела судились в Поместном приказе, но они же входили в компетенцию некоторых других приказов: Разрядного, Сибирского, Казанского.

Полнота прав, присущая деятельности таких территориальных приказов, как Казанский, Астраханский, Сибирский, Смоленский, противоречила функционированию «отраслевых» приказов — Посольского, Разрядного, Поместного и иных. До конца существования приказной системы большая часть страны управлялась через территориальные (областные) приказы. Они обладали всей полнотой власти центральных учреждений, но только на определенной территории. Для того времени это было наиболее приемлемо для целостности государства и самодержавной власти.

В XVII в. отношения между приказами не регулировались каким-то определенным законом. На практике вырабатывались приемы сношений между учреждениями, которым приказные служащие традиционно следовали. Приказы не могли давать распоряжения тем государственным учреждениям (приказам), которые были подчинены другим приказам. Специфической чертой приказного строя являлось существование своеобразной системы объединения приказов, состоявшей из главного приказа и присудов (с 70—80-х гг. XVII в. в подчинение Посольского приказа попали Малороссийский, Новгородский и др.). Присуды не имели собственных судей. Такой приказ, не меняя внутренней структуры, входил в подчинение другому приказу и имел общего с ним судью, который был судьей начальствующего приказа. Он наряду с делами своего приказа разбирал дела присуда. Последние легко превращались в столы главного приказа и могли «странствовать» из одного приказа в другой. Ликвидация приказа как самостоятельной единицы еще не означала, что в будущем у него нет перспективы возродиться в виде самостоятельного учреждения — полноценного приказа. Такая неопределенность приказной структуры позволяла приказам сливаться и разъединяться.

Через приказы государство осуществляло не только дипломатические функции, отраслевое или территориальное управление, но и управление социальными группами, которые формировались и существовали в виде специфических общественно-служилых категорий — чинов. Таким образом, приказы являлись и судебными, и административными органами. В судебной сфере процесс централизации также не был ни последовательным, ни прямолинейным. Например, Поместный приказ содержал два полка и вел самостоятельно суд и расправу.

Финансирование приказов отражало суть приказной системы: создаваемые приказы были поручением, и под него изыскивался источник финансирования, будь то специальный налог или извлеченная из кассы другого приказа сумма. Кроме того, к приказу была прикреплена определенная территория, с населения которой он взимал налоги. С годами складывались определенные связки приказов дохода и приказов расхода. Но основная масса денег распределялась бессистемно: если в одном приказе были деньги, они шли в тот, где их не хватало. Для выполнения финансовых функций была образована целая группа приказов - Приказ Большого прихода, Приказ Большой казны, Приказ денежного сбора, Приказ сбора пятинных и запросных денег, Счетный приказ и др. Одни действовали вплоть до Петровской реформы управления 1718-1721 гг., другие прекратили свое существование на рубеже XVIII в.

В целом применительно к приказам и их служащим в XVII столетии следует отметить два переломных момента. Во-первых, 40—50 гг. XVII в., когда в рамках сословно-представительного государства создавалось общее законодательство, определившее основные стороны функционирования приказных штатов государственных учреждений и утвердившее приказное начало. Законодательство ограничило социальную среду комплектования, ввело «указное число» служащих для каждого учреждения и размеры отпускаемого им содержания, а также установило внутренний распорядок работы центральных учреждений. Во-вторых, 70-е гг. XVII в., когда под воздействием новых явлений в жизни страны перед государственными учреждениями и их штатами встали новые сложные задачи, что привело к резкому возрастанию числа приказных служащих. Особая приказная среда в значительной мере воспроизводила себя.

Приказной строй был уникальным, самобытным явлением в истории российской государственности и культуры.

 

Чины государственной службы XVII в.

 

На материалах Посольского приказа - одного из важнейших в системе управления — можно восстановить иерархию служебных должностей на государственной службе в XVII в.:

1) Думные чины: бояре, окольничий, думные дворяне, думные дьяки.

2) Дворяне по московскому списку: переводчики 1-й статьи, переводчики 2-й статьи, толмачи (переводчики).

3) Дьяки.

4) Подьячие 1-й статьи: золотописцы 1-й статьи, подьячие 1-й, 3-й статей, неверстанные подьячие.

5) Служилые люди по отечеству: переводчики 1-й статьи, переводчики 2-й статьи, толмачи, станичные головы, станичники.

6) Служилые люди по прибору: переводчики 1-й статьи, переводчики 2-й статьи, золотописцы 2-й статьи, толмачи, станичники, приставы, сторожа.

Каждый, кто поступал на службу в Посольский приказ, независимо от социального положения, причислялся к служилому сословию. Таким образом, данная реконструкция является попыткой соотнести положение того или иного служащего как в Посольском приказе, так и в обще приказной иерархии.

Начальники (судьи) Посольского приказа. Всего за XVII в. Посольским приказом управляли 24 человека. Большая часть среди них были думными дьяками, а со второй половины столетия среди чинов, занимавших эту должность, можно видеть бояр, окольничих и стольников. Двумя последними начальниками Посольского приказа были графы.

Со времени Смуты влияние и активность думных дьяков — начальников (судей) Посольского приказа значительно возросли. Следует отметить непродолжительность их службы в первой четверти XV11 в., что объясняется нестабильностью внутреннего и внешнего положения страны и частой сменой правительства. Практически все начальники (судьи) приказа были достаточно высокого социального происхождения и быстро поднимались по служебной лестнице, нередко имели чин думного дьяка и печатника. До назначения на этот пост они уже обладали опытом административной и дипломатической работы, служили подьячими, достигали высших чинов и становились самыми влиятельными лицами в государстве. Смена правительства, как правило, подводила черту под их карьерой.

Во внешнеполитической сфере полномочия и обязанности думных посольских дьяков были следующими: они составляли грамоты от царского лица в города к воеводам по всем вопросам, касавшимся дипломатии; участвовали в заседаниях Боярской думы; ходили к государю и боярам с докладами. Иностранные дипломаты, приезжая в Москву, встречались прежде всего с главой Посольского приказа. Еще до приема у царя зарубежные послы должны были явиться в Посольский приказ, где судья расспрашивал их о целях визита. Во время первой аудиенции судья Посольского приказа также был одной из центральных фигур: представлял дипломатов, принимал грамоты и передавал их царю; по указу государя говорил от его лица речи; извещал послов о том, что государь жалует им «в стола место корм»; отпускал на подворье, а иногда и вручал царские подарки.

Думный посольский дьяк входил в состав Ответной комиссии на переговорах с иностранными дипломатами и докладывал царю об их результатах. По царскому указу он писал иностранным послам письма, отвечая на их предложения. Для обсуждения наиболее важных и тайных вопросов на подворье к иностранцам отправлялись думные дьяки; им же поручалось «выговаривать» послам в случае нарушения дипломатического церемониала. При отпуске послов думный дьяк исполнял те же функции, что и на первой аудиенции, но помимо этого вручал отпускаемому послу ответную грамоту. Если российский дипломатический представитель отбывал за границу вместе с зарубежным дипломатом, то представлял его иностранцам также посольский судья.

Глава Посольского приказа принимал самое активное участие в подготовке российских посольств за границу: составлял дипломатические документы: верительные грамоты, наказ и росписи подарков, за его приписью дипломатам выдавались подорожные грамоты. По возвращении в Москву русские дипломаты должны были явиться в Посольский приказ к думному дьяку, который принимал документацию их миссии и расспрашивал о ходе посольства. В случае, если послы вели себя за границей недостойно, судьям поручалось «вычесть их вины».

Общее руководство по делопроизводству Посольского приказа также осуществляли думные посольские дьяки. Их пометы учитывались подьячими, переписывавшими материалы столбцов в посольские книги. Посольские дьяки решали текущие вопросы работы приказа: обращались с памятями в другие приказы и отправляли в иные ведомства отписки; слушали челобитные служащих Посольского приказа о выдаче жалованья. К посольским судьям на допрос приводили людей, замеченных в запрещенном общении с иностранными послами; они же разбирали иски, поданные на служащих их ведомства. На заседаниях Боярской думы они не только записывали ее решения, но и приносили на заседания докладные выписки из посольских дел, подсказывали варианты решений, при оглашении приговоров придавали им тот или иной оттенок и, можно сказать, оказывали определенное влияние на общий курс политики.

В целом функции начальников (судей) Посольского приказа сложились уже в XVI столетии, а в XVII - они расширились за счет увеличения объема работ. Они регулярно выезжали за рубеж в составе посольств, чаще всего в Польшу, но также в Данию и Швецию. По окончании эпохи Смуты и восстановлении монархии подобная практика была прекращена и возобновилась только в правление царя Алексея Михайловича. С середины XVII в. думные посольские дьяки включались состав наиболее представительных посольств, занимали места «товарищей» послов и участвовали в посольских съездах. Наконец, в 1697 г. думный дьяк П.Б.Возницын сопровождал Петра I в составе Великого посольства в страны Западной Европы.

Во второй половине XVII в. руководство Посольским приказом осуществляли 15 думных чинов, из них 10 были начальниками этого учреждения, а 5 — их помощниками. Семеро были назначены из служащих Посольского приказа, при этом трое впервые упоминались подьячими. Эти данные говорят о профессиональной преемственности служащих, государственном повышении статуса и представительства приказа.

Помимо начальников Посольского приказа, приказными судьями могли стать служащие, знакомые с приказным и посольским делопроизводством и прошедшие профессиональную подготовку от подьячих до думного дьяка. Первоначально приказные судьи использовались только для работы внутри страны. Это было обусловлено их малочисленностью (до 1649 г. одновременно в приказе было два судьи: думный дьяк и дьяк). С появлением третьего (1649), а затем и четвертого (1654) судей отправляли в составе посольств в Западную Европу. Поездки за рубеж распространялись не на всех приказных судей. Возможно, это связано с наметившимся разделением функций: одна часть руководства приказа занималась по преимуществу хозяйственными вопросами (руководство подвластными городами и приказами, организация и поддержка внутриприказной работы, надзор за иностранцами, сбор полоняничных денег), другая же — внешнеполитической работой.

В 1667 г. произошла частичная смена состава судей. Главу приказа думного дьяка А.Иванова сменил боярин А.Л.Ордин-Нащокин. Тогда же в приказе появился еще один думный дьяк Г.С.Дохтуров. Еще более кардинальная смена состава судей произошла в мае 1670 г. и феврале 1671 г., когда в приказ пришел его новый глава А.С.Матвеев. Вероятно, каждый новый начальник окружал себя надежными людьми, в верности которых не сомневался. Показательно, что новые начальники и их помощники имели опыт совместной работы.

Относительно социального происхождения судей во второй половине XVII в. известно, что 2 являлись выходцами из купеческой среды, 12 — из дворянской, 1 — из священнослужителей, 1 — из династии подьячих.

Для большинства приказных дьяков размер денежного оклада в XVII в. не превышал 100 руб. Со временем размеры годового жалованья возрастали. При этом почти всегда данный процесс был напрямую связан с выполнением дипломатических поручений. Помимо участия в посольствах, на размеры годовых окладов думных дьяков влияло множество иных факторов. И на первом месте, безусловно, благоволение царя и титулованных членов Боярской думы. Годовое денежное жалованье приказные судьи получали из доходов Устюжской четверти. Однако основным источником доходов было кормление от дел, когда неофициальный источник доходов мог превышать официальный в три раза. Суммарный оклад всех судей приказа в течение столетия постоянно возрастал. Все приказные судьи Посольского приказа имели поместные «дачи», то есть наделение землей вместе с крестьянами.

Значительное число судей Посольского приказа обладало вотчинами (через пожалование, покупку и наследование). Пожалования осуществлялись постоянно на протяжении всего XVII в. Во второй половине столетия они чаще всего связывались с участием дьяков в военных делах и дипломатической службе. При этом раздачи бывали как индивидуальные, так и массовые.

Наиболее крупные пожалования производились в 60-70-х гг. как награда за участие в войне с Польшей. В 1681 г. они были связаны с заключением перемирия с Турцией. Пожалования осуществлялись и в связи с событиями внутриполитической жизни, например, за участие в «Троицком походе» во время городского восстания 1682 г. Покупка земли также имела место, в особенности при наличии значительного числа небольших вотчин. Наследственные владения в основном были свойственны представителям старой знати.

До середины 50-х гг. XVII в. система Посольского приказа являлось достаточно замкнутой и самодостаточной средой.

Служащие Посольского приказа обрабатывали все материалы, отражавшие посылку и деятельность русских дипломатических представителей за границей. Создание формуляров дипломатической документации, распространение унифицированной тетрадной, а затем книжной форм делопроизводства, увеличение ее объема тесно связаны с общим процессом развития единого Русского государства, а затем — и абсолютной российской монархии. Исходные дипломатические формуляры (грамоты, наказы, статейные списки, распросные речи и т. д.) комбинировались и формировались в посольские книги. Последние представляют собой своего рода локальный архив, необходимый для конкретной дипломатической работы. Во второй половине XVII в. в Посольском приказе происходил постепенный переход к новейшей форме организации справочно-информативных материалов, каковыми и являются дипломатические досье нового времени.

Как и в XVI столетии, поступавшие в Посольский приказ документы, касавшиеся дипломатических вопросов (отписки, памяти, статейные списки), а также черновые варианты исходящих из этого ведомства материалов (грамоты, памяти, росписи, наказы) подклеивались в столбцы. На основе столбцов позднее составлялись книги, в которые входили наиболее важные материалы столбцов, которые хранились в архиве Посольского приказа как справочный материал. О том, что служащие Посольского приказа постоянно обращались за справками к прежней документации, свидетельствуют многочисленные записи в столбцах. В случае дипломатической надобности делопроизводственная работа в Посольском приказе велась достаточно оперативно.

В конце XVII в. по-прежнему основная масса документации первоначально откладывалась в черновом варианте в столбцах, а затем, проходя несколько этапов корректирования, окончательно фиксировалась в книгах. Посольские книги создавались либо путем копирования столбцов, либо через переработку статейного списка со вставками дополнительных бумаг. Таким образом, к концу столетия можно говорить о двух типах посольских книг. Первый представлял собой сборник всех значительных документов миссии. Второй - очень объемный и детальный дневник - отчет о результатах посольства.

Реконструкция посольских книг XVII — начала XVIII вв. показала, что к началу правления Петра I российское внешнеполитическое ведомство имело большие практические наработки, не терявшие своего значения вплоть до коренного реформирования Посольского приказа.

 

Руководители дипломатической службы

 

Жизненный путь и карьера начальников Посольского приказа весьма переменчивы и драматичны. В первую очередь обращается внимание на кратковременность их службы. В Смутное время только за период с 1601 по 1613 гг. смена начальников Посольского приказа произошла четырежды. Во главе дипломатического ведомства поочередно стояли Афанасий Иванович Власьев (1601-1605), Иван Тарасьевич Грамотин (1605-1606), Василий Григорьевич Телепнев (1606—1611), вновь И.Т.Грамотин (1610-1611), а затем Петр Алексеевич Третьяков (1613-1618). Каждый из них занимал пост от одного до пяти лет.

С утверждением на престоле династии Романовых положение стабилизировалось. А.Иванов пребывал во главе дипломатической службы 14 лет, А.Л.Ордин-Нащокин имел почти 30-летний стаж посольской службы, но пробыл начальником всего четыре года, его преемник А.С.Матвеев служил во дворце с 13 лет, был назначен главой Посольского приказа в 46 лет, но оставался начальником только пять лет. В.В.Голицын свою карьеру начал в 15 лет с чина стольника, и уже будучи видным государственным деятелем, в 39 лет стал «царственные большие печати и государственных великих посольских дел сберегателем», однако занимал этот пост всего семь лет. Один из последних начальников Посольского приказа Е.И.Украинцев первые дипломатические поручения стал исполнять в 21 год, высшей ступени дипломатической карьеры достиг лишь к 48 годам и оставался начальником Посольского приказа 10 лет. Для сравнения можно сказать, что в XVI столетии И.М.Висковатый возглавлял приказ 13 лет, А.Васильев (Игнатьев) - 8 лет, А.Я.Щелкалов — 24 года.

Большинство начальников (судей) Посольского приказа XVII в., хотя и имели достаточно высокое социальное положение, не были знатного происхождения: А.И.Власьев, П.А.Третьяков, И.Т.Грамотин, А.С.Матвеев - выходцы из дьяческой среды, отец А.Иванова был купеческого звания, А.Л.Ордин-Нащокин - сын провинциального дворянина, служившего по псковскому списку, Е.И.Украинцев родился в семье воеводы, и лишь В.В.Голицын принадлежал к древнему княжескому роду.

Руководящие кадры Посольского приказа подготавливались непосредственно в самом приказе и к моменту вступления в должность, можно сказать, были профессиональными дипломатами. Ни один судья не был случайной фигурой в сфере внешней политики. В служебном отношении судьи Посольского приказа стояли достаточно высоко: все они имели чин думного дьяка. И.Т.Грамотин, А.Иванов, А.Л.Ордин-Нащокин, В.В.Голицын были пожалованы в печатники, А.Л.Ордин-Нащокин стал боярином, А.С.Матвеев — окольничим.

Посольские судьи XVII в. соответствовали своему времени, отличались социальной активностью, образованием, были яркими, выдающимися личностями, государственными деятелями нового типа.

Основной штат Посольского приказа составляли подьячие. Они разделялись на три категории — «старые», «средние» и «молодые». «Старые» подьячие возглавляли повытья, участвовали в составлении документов, «средние» - непосредственно составляли текст документов, наводили справки в архивах своего и других приказов, «младшие» - осуществляли техническую работу, вели делопроизводство.

При распределении приказной работы промежуточное положение между дьяками и подьячими занимали «приписные» подьячие.

На рубеже XVI—XVII столетий персонал Посольского приказа был достаточно стабилен. Вероятно, потому, что служба в Посольском приказе была одной из самых престижных и высокооплачиваемых, а карьера посольского служащего открывала дорогу в высшие органы власти.

Во второй половине XVII в. доходы подьячих складывались из денежного годового оклада, праздничных дач, годового и соляного жалований, разовых денежных и натуральных выплат, а также поместных дач. Каждый из этих источников дохода имел свое значение. Годовой денежный оклад указывал на принадлежность подьячего к тому или иному разряду. К нему также были привязаны праздничные дачи: хлебное и соляное жалованье, дачи на избное строение и пожарное разорение. Праздничные дачи имели большое значение для младших подьячих приказа, так как именно они являлись для них основным официальным источником доходов. Кроме того, они распространялись на неверстанных подьячих. Хлебное и соляное жалованья, за редким исключением, были напрямую привязаны к размерам годового оклада. Поместные дачи имели особое значение, так как они, если принять предложенный способ перевода в денежное исчисление, как правило, являлись наиболее крупной формой дохода для обладавших ими подьячих. Помимо этого они как бы служили показателем служебной ценности подьячего.

Благодаря активной и самоотверженной деятельности служащих Посольского приказа на протяжении XVII столетия Россия постоянно укрепляла свои международные позиции и постепенно проникала в общеевропейскую международную политику. Практически в течение всего столетия дипломатическая служба акцентировала свое внимание на отношениях с Крымом, Польшей и Швецией. По этой причине попытки создать первые русские постоянные миссии в европейских государствах были предприняты Посольским приказом именно в Швеции (Стокгольм) в 1634 г. и Речи Посполитой (Варшава) в 1673 г.

К середине XVII века, особенно во второй его половине, заметно обострились недостатки приказной системы: ее неповоротливость, нечеткость распределения обязанностей между отдельными учреждениями. Приказная «волокита» признавалась и правительством, упоминавшим о ней в официальных документах. И если в делах государственной важности решения принимались сравнительно быстро, то в так называемых челобитчиковых делах медлительность рассмотрения была почти нормой. Нередко она использовалась приказными людьми для вымогательства взяток. Случались в приказах и прямые хищения казны.

Еще в середине века царь Алексей Михайлович пытался исправить изъяны приказной системы, предписав Приказу тайных дел и Счетному приказу контролировать работу других приказных учреждений. Но после смерти царя оба ведомства были ликвидированы. Следующая попытка реформ относится к царствованию Федора Алексеевича, когда принимались меры к сокращению числа приказов и созданию более крупных учреждений, в первую очередь в области финансового управления.

В конце XVII в. был создан ряд приказов, связанных с новыми веяниями в царствование молодого Петра I: Военно-морской, Адмиралтейский, Артиллерийский, во главе которых встали другие люди. Так, весьма непривычным явлением в практике русской администрации было выдвижение на высокие посты иностранцев. Одним из них был сын осевшего в России голландского купца Андрей Андреевич Виниус, возглавлявший некоторые приказы.

Нововведения не спасли старых приказов. Просуществовав до начала XVIII в., они в 1718-1720 гг. были заменены коллегиями. Некоторые из них просуществовали дольше. Например, Сибирский приказ, который был окончательно ликвидирован в 1763 г. Здание приказов было снесено в 1769 г. при подготовке к строительству нового Кремлевского дворца.

Местное управление. Процесс централизации местного управления привел в XVII в. к появлению должности воеводы. Воеводское управление утвердилось в пограничных городах еще во второй половине XVI в., а в начале XVII в. было распространено на всю территорию Российского государства. Эта система организации местной власти просуществовала до преобразований первой четверти XVIII в.

В первоначальном смысле слова воевода — военачальник, водитель полков. В годы Смуты необходимость борьбы с интервентами и различными социальными движениями привела к тому, что правительство объединяло в руках военного командира все виды власти: военную, судебную, административную. Таким образом, в руках воевод сосредоточивалось все местное управление.

Основной административной единицей в XVII в. был уезд с городом, непосредственно зависевший от того или иного приказа. В конце XVII в. было 146 уездов. Из приказа в подведомственные города с уездами назначались воеводы, которые утверждались царем и Боярской думой. Подчинялись они тому приказу, в ведении которого находился соответствующий город с уездом. Официально воевода за свою службу получал (помимо вотчин) поместные и денежные оклады. Срок службы воевод длился 1-3 года. В большие города назначали несколько воевод, один из которых считался главным.

Каждый воевода получал из приказа наказ, определявший круг его деятельности. В руках воеводы сосредоточивалось все местное управление. Он был главным администратором уезда, главным судьей по гражданским и уголовным делам, выполнял полицейские функции. В частности, воевода осуществлял охрану феодальной собственности, боролся с укрывательством беглых, наблюдал за сбором дворянского ополчения, ведал местной полицией, нес финансовые обязанности. Крупные землевладельцы — бояре и монастыри - располагали рядом полицейских, фискальных и судебных функций по отношению к собственным крестьянам.

Рядом с воеводой сохранялись созданные в XVI в. органы местного самоуправления — губные и земские учреждения, но фактически они были подчинены воеводе.

В помощь воеводе назначались помощники — дьяки и подьячие. Воевода имел приказную (или съезжую) избу, в которой производились все дела по управлению городом и уездом. Приказная изба возглавлялась дьяками, под руководством которых работал и подьячие.

Хотя объем власти воевод был широк, все же их власть нельзя было назвать сильной, так как они не имели в своем распоряжении достаточно сильного аппарата. Конфликты между дьяками и воеводами были обычным делом, ибо наряду с официальной функцией (делопроизводством) дьяки и подьячие должны были наблюдать за деятельностью воевод и доносить о непорядках в Москву Воеводы должны были исполнять распоряжения из центра, но реальный контроль за их деятельностью отсутствовал. Должность воеводы обычно замещалась отставными служилыми людьми, не имевшими административного опыта, а иногда и просто неграмотными. Их возраст также служил помехой для выполнения многотрудных воеводских обязанностей.

Бесконтрольность и широта полномочий воевод во многом способствовали злоупотреблениям

Административное деление. В течение XVII в. в пограничных областях, наиболее угрожаемых со стороны внешних врагов, создавались более крупные военно-административные округа — так называемые разряды, представлявшие собой прообраз губерний петровского времени. Таковы были разряды Смоленский, Белгородский, Севский, Тобольский, Томский, Енисейский, Ленский. Разряды сосредоточивали в своих руках все управление областями, включая финансовые функции. Местные воеводы действовали под контролем разрядных воевод.

Через приказы государство осуществляло не только дипломатические функции, отраслевое и территориальное управление, но и управление социальными группами, которые формировались и существовали в виде специфических общественно служилых категорий — чинов. Таким образом, приказы являлись не только административными, но и судебными органами.

Факторы, обусловившие неизбежность реформы центрального управления. Итак, XVII в. был временем расцвета приказной системы управления в России. Расширялся бюрократический аппарат, увеличивалось количество приказов. В итоге сложилась столь мощная и громоздкая система управления, что она затрудняла делопроизводство. Однако, чтобы ощутить масштабы и динамику того времени, следует принять во внимание такой весомый показатель, как численность всех служащих московских приказов. Во всем центральном аппарате управления Российского государства общее количество служащих в середине 1620-х г. составляло всего 623 человека, в том числе 48 дьяков (2 думных и 46 приказных) и 575 подьячих. К концу же столетия их количество возросло до 2 739 человек (5 думных дьяков, 86 приказных дьяков, 2 648 подьячих). Для сравнения укажем, что в середине XVIII в. общая численность чиновников составляла 5 379 человек, а к началу XX в. около 500 тысяч.

Подводя итоги главы, отметим факторы, обусловившие неизбежность реформы центрального управления и ликвидации приказной системы.

• Отсутствие централизованной системы организации источников финансирования самодержавной власти.

• Наличие большого числа приказов с переплетающимися функциями и ведомственная чересполосица.

• Недостаточная унификация и специализация приказов.

• Запутанность с штатами приказов и архаичное делопроизводство.

• Кризис приказной системы в условиях Северной войны. Первые годы войны показали, что старая система исполнительной власти уже не в состоянии справиться с масштабами и темпами все возрастающей нагрузки. На первый план выступили проблемы общей координации управления на высших и низших этажах (невозможно было быстро обеспечить армию деньгами, рекрутами, припасами и т.д.).

• Кризис служилой поместной системы привел к реформе армии. Новой регулярной армии стали не нужны старые органы организации и управления поместно-территориальной службой. Следствием этого стало падение роли разряда и всех тех приказов, которые ведали служилыми людьми.

• Отмена патриаршества и создание Монастырского приказа привело к крушению системы патриарших приказов.

• Создание губерний в 1708-1710 гг. В ходе этого процесса был разрушен один из основополагающих принципов приказного строя — территориальное ведение дел.

Такова специфика общей эволюции приказной системы России в XVI-XVII вв. На протяжении XVII столетия через Смутное время, восстановление, достигнув вершины своего развития, приказная система управления исполнила свою историческую миссию. Следующий этап развития был возможен только при условии коренного реформирования всей системы государственных учреждений.

 

Контрольные вопросы и задания

 

1. В чем состояли характерные особенности развития государственности в России XVII в.?

2. Какое влияние оказало Смутное время на государственное устройство России?

3. Перечислите признаки новой абсолютистской власти, зарождавшейся в государственном управлении России XVII в.

4. Опишите роль и место царской власти в России XVII в.

5. Определите место и прерогативы Боярской думы и Земских соборов в государственном управлении России.

6. Как проходила бюрократизация государственного управления России и какие изменения произошли в структуре «служилого сословия» в XVII в.?

7. Почему XVII в. стал временем расцвета и падения приказной системы управления?

8. В чем состояли особенности местного управления и административного деления России XVII в.?

9. Какие факторы обусловили неизбежность реформы центрального управления и ликвидации приказной системы?

 

Рекомендуемая литература

 

Котошихин Г. О России в царствование Алексея Михайловича. М., 2000.

Маньков А.Г. Уложение 1649 г. — кодекс феодального права в России. Л., 1980.

«Око всей великой России». Сост. Н.М.Рогожин. М., 1989.

Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XV1-XVII вв. М., 1995.

Скрынников Р.Г. Смута в России в начале XVII в. Иван Болотников. Л., 1988.

Черепнин Л.В. Земские соборы Русского государства XVI—XVII вв. М., 1978.

© Рогожин Н.М., 2003

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 |