Имя материала: История государственного управления в России

Автор: Пихоя Рудольф Германович

2. трансформация власти и установление диктатуры временного правительства

 

Общественное мнение склонялось к мысли о том, что раньше всего диктатура могла появиться в буржуазно-помещичьем стане.

Крупные собственники уже тогда располагали большими богатствами и в обстановке общественных потрясений и разновластия легко могли пойти на применение вооруженных средств для самосохранения. Эта опасность усиливалась вследствие отсутствия опоры в массах и ухудшения жизненного уровня народа. К слову сказать, в буржуазно-помещичьем стане уже в конце февраля 1917 г. обсуждалась идея установления военной диктатуры. Ее высказал депутат Государственной думы Н.В.Некрасов. Он считал, что в тех условиях можно было овладеть ситуацией, лишь вручив всю полноту власти известному в стране генералу. В качестве такого диктатора он назвал начальника Главного артиллерийского управления А.А.Маниковского. Предложение Некрасова тогда не прошло; депутаты Думы решили вопрос о власти цивилизованным путем. Они поручили совету старейшин сформировать из думцев временный комитет, который и дал России Временное правительство. Идея о диктатуре вынашивалась в правом лагере в течение всего 1917г. Один из лидеров эсеров В.М.Чернов свидетельствовал, что в буржуазно-помещичьем стане было немало влиятельных лиц, «мечтавших о военной диктатуре, о генерале на белом коне».

Буржуазно-помещичий лагерь являлся реальным, но не единственным источником диктатуры. Прогрессирующее ухудшение жизни народа и обострение социальных противоречий, все более очевидный провал программы, выдвинутой революцией, создавали предпосылки для возникновения диктатуры и в леворадикальном стане. Они заметно возросли после того, как идейными вождями рабочих и солдат стали большевики. Установление диктатуры доказывалось ими теоретически и входило в программу РСДРП(б) как одно из важнейших требований. Да и сами рабочие не возражали против такой формы власти, поскольку им терять было нечего, и они готовы были идти на все, в том числе и на диктатуру, лишь бы поправить свое бедственное положение.

Угроза демократии исходила не только из диаметрально противоположных станов: буржуазно-помещичьего и леворадикального. Как это ни парадоксально, диктатуру мог породить и собственно демократический лагерь. По существу, эта часть общества менее других была заинтересована в таком исходе. Средние слои населения имели известный материальный достаток; в ходе революции они получили политические права, свободу предпринимательства, официальные заверения в незыблемости частной собственности на средства производства. Более того, они были искренне заинтересованы в стабилизации обстановки, в наведении порядка и обеспечении безопасности, в укреплении правового государства. Тем не менее как раз в этой среде и появилась тяга к режиму единоличной власти, но не в виде жесткой, строго централизованной системы правления с максимальным ограничением прав человека и даже исключением из политики целых слоев населения, а в виде неограниченной власти личности, опиравшейся на мобильный административный аппарат и политическую и социальную демагогию. Случилось так, что в конечном счете носителем такой власти оказался А.Ф.Керенский, в прошлом известный адвокат, разделявший взгляды партии эсеров.

Местное управление

 

Сползанию общества к диктатуре способствовала также слабость местной власти. В условиях революции власть на местах находилась в подвижном, переходном состоянии. За нее боролись самые различные организации и учреждения: общественные исполнительные комитеты, комиссары Временного правительства, советы, городские думы, земские управы и т.д. В одних губерниях было полное безвластие, в других — власть оказывалась в ведении какого-либо одного органа, в третьих — двоевластие, в четвертых — троевластие, а в пятых - претендентов на власть было столько, сколько более или менее активно действовало организаций и учреждений. Однако наиболее реальными претендентами на местную власть весной 1917 г. оказались общественные исполнительные комитеты, институт комиссаров Временного правительства и советы.

Первое время власть на местах имели общественные исполнительные комитеты. Они возникли раньше других организаций и учреждений и действовали на губернском, уездном, волостном и даже сельском уровнях. По сведениям МВД тогда было 79 губернских и областных, 651 уездный и более 9000 волостных комитетов. По своей массовости и универсальности с общественными исполнительными комитетами не могла сравниться ни одна существовавшая тогда управленческая структура: земства действовали в губернских и уездных центрах европейской части России, думы — в городах, советы — в городах и рабочих поселках. Общественные исполнительные комитеты были олицетворением наибольшей активности народа, инструментом, организационно оформившим движение масс. Более того, комитеты являлись адекватным выражением демократического потенциала российского общества и народного характера Февральской революции. К тому же ни один другой общественно-политический институт, действовавший весной 1917 г., не мог сравниться с комитетами по широте представительства. В них входили делегаты и от леворадикального, и от буржуазно-помещичьего лагерей, хотя главной политической фигурой оставались посланцы самого массового центристского лагеря.

Общественные исполнительные комитеты уже в момент своего организационного оформления заявляли о том, что берут власть в свои руки. И эту власть признали все, кроме Временного правительства. Оно отнесло их к обычным общественным организациям и тем самым лишило комитеты правового оформления и финансовой поддержки. Самый массовый институт народной власти, каким были тогда общественные исполнительные комитеты, остался без общегосударственного центра.

Одновременно с комитетами возникли и действовали Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Всего в стране весной 1917 г. их было свыше 700. Они оказались на левом фланге революционного потока и представляли интересы самой радикальной части общества. Советы и общественные исполнительные комитеты находились в разных, но непосредственно соприкасавшихся политических станах: первые представляли леворадикальный, а вторые — центристский лагерь. Более того, вначале они входили в единый народный фронт. Их сотрудничеству способствовал целый ряд весьма важных обстоятельств. Оба института возникли в условиях высшего социального напряжения и были созданы творчеством народных масс. Они имели схожую структуру - пленарные собрания, исполнительные комитеты (или бюро), президиумы, отделы, комиссии. И советы, и комитеты легко принимали постановления, но с трудом проводили их в жизнь, поскольку не имели более или менее отлаженного исполнительного аппарата. И советы, и комитеты оказались в одинаково сложном финансовом положении, так как правительство отказалось взять их на счет Государственного казначейства.

 

Комиссары Временного правительства

 

Иное дело — комиссары Временного правительства. Этот институт был создан сверху усилиями правительства из представителей близкой ему социальной среды. 5 марта 1917г. князь Г.Е.Львов направил председателям губернских земских управ телеграфное распоряжение: «В целях устроения внутри страны и для успеха обороны государства по обеспечению безостановочной деятельности всех правительственных и общественных учреждений Временное правительство признало необходимым устранить губернатора и вице-губернатора от исполнения обязанностей. Управление губернией временно возлагается на Вас в качестве губернского комиссара Временного правительства со всеми правами, предоставленными действующими узаконениями губернатора и сохранением за Вами руководства работою губернской земской управы». В уездах комиссарами Временного правительства становились председатели уездных земских управ; за ними в полном объеме также сохранялись права и обязанности по руководству земством.

Это был основной правовой акт, решивший судьбу административной власти на местах. Временное правительство сделало ставку на земство. И это неслучайно: и у того, и у другого была одна классовая основа, одно экономическое положение, одна история. Многие члены правительства именно в земствах прошли школу политической деятельности (Г.Е.Львов, А.И. Шингарев, Н.В.Некрасов, С.Л. Маслов, А.А. Мануйлов и др.). Автор указа со всей определенностью дал понять, что он доверяет этому слою безраздельно. В момент получения указа председатели губернских и уездных управ автоматически становились комиссарами Временного правительства, без какого бы то ни было утверждения высшими инстанциями. Лишь в отдельных местах должности комиссаров заняли городские головы, члены Государственной думы и Государственного совета. Это была победа российского земства, его политический успех, о котором оно не могло и мечтать. По социальному составу корпус комиссаров оказался таким, каким того желало правительство: среди них преобладали крупные землевладельцы и капиталисты. Вполне устраивала правительство и политическая ориентация комиссаров - все они примыкали к правому крылу российского общества.

Итак, система местной административной власти была создана из социально однородной с правительством среды. Ее инициатором выступил центр, назначение комиссаров осуществлялось в приказном порядке и носило волевой характер.

Однако указ внес дезорганизацию в прежнюю структуру власти и ослабил единство действий народа. Этим правовым актом власть на местах оказалась раздроблена и лишь частично отошла к институту комиссаров Временного правительства.

 

«Вся власть Советам»

 

С появлением лозунга «Вся власть Советам!» положение на местах осложнилось еще больше. Советы начали борьбу и против общественных исполнительных комитетов, и против комиссаров Временного правительства. Логика событий неуклонно вела к дальнейшему размыванию власти: одна ее часть продолжала удерживаться исполнительными комитетами, другая попадала в руки правительственных комиссаров, а третья постепенно переходила в ведение Советов. В стране не оказалось более или менее определенной властной структуры: на общегосударственном, правительственном уровне сложилось двоевластие, а на местах, как минимум, троевластие.

 

Апрельский кризис

 

Во второй половине апреля резко обострилась политическая обстановка в стране. К тому времени народ устал ждать обещанного улучшения жизни. Теряя веру в способность правительства изменить его положение к лучшему, он усилил свою политическую активность. Заметно возросло количество забастовок, стачек, уличных шествий, собраний и митингов. На глазах народа проваливалась программа революции, выработанная в ходе борьбы против царизма. Более того, правительство пошло на демонстративное ее игнорирование, к тому же по самому важному пункту - о прекращении войны и заключении демократического мира. Создавалась обстановка, которая, по мнению Н.Н.Суханова, могла привести к установлению диктатуры.

Решающие события развернулись после опубликования ноты министра иностранных дел П.Н.Милюкова, адресованной правительствам стран Антанты. Вопреки декларации, заявленной 27 марта, согласно которой правительство намеревалось как можно скорее заключить мир на основе отказа от аннексий и контрибуций, в ноте от 18 апреля прямо говорилось, что позиция правительства не дает оснований думать об ослаблении роли России в мировой войне. На этом основании правительство заявляло о стремлении довести войну до решительной победы. Народ понял, что его одурачили, и хлынул на улицы, чтобы выразить свое негодование лжецам от политики. Нота задела интересы всех людей труда, но больше всего она ударила по чувствам солдат. Их возмущение было беспредельно.

20 апреля в Петрограде начались массовые демонстрации и митинги. На площади перед Таврическим дворцом собрались тысячи людей. Они требовали отставки Милюкова и отказа от антинародной внешней политики. Одновременно шли манифестации в защиту правительства с плакатами «Да здравствует Временное правительство!», «Да здравствует Милюков!», «Долой Ленина!». Имели место и вооруженные столкновения, были убитые и раненые.

Исполком Петроградского Совета решил ликвидировать конфликт путем компромиссного соглашения с правительством. Он предложил выработать разъяснение к ноте Милюкова и срочно опубликовать его. Все это было сделано: 21 апреля исполком признал аргументы правительства убедительными, а инцидент исчерпанным. После этого на несколько дней были запрещены антиправительственные выступления, хотя они и продолжались во многих других городах России.

 

Неудавшаяся диктатура

 

Такова общеизвестная канва апрельского кризиса, которая обычно воссоздается в учебниках, специальных исследованиях и иных изданиях. Однако в те же дни происходило нечто такое, о чем до сих пор или умалчивается, или говорится довольно глухо. В ходе апрельского кризиса были предприняты попытки к установлению диктатуры как со стороны буржуазно-помещичьего, так и со стороны леворадикального стана одновременно.

Первая попытка была связана с действиями командующего войсками Петроградского военного округа генерала Л.Г.Корнилова. Он приказал верным ему частям выйти на Дворцовую площадь с заданием подавить выступления рабочих и солдат орудийным огнем и изменить ситуацию в пользу Временного правительства. Члены исполкома Петроградского Совета Скобелев, Соколов, Гоц, Филипповский приложили немало усилий, чтобы убедить Л.Г.Корнилова не делать решающего шага. Ну а если бы их доводы оказались недостаточными? Ведь Корнилов по характеру своему был не очень уступчивым человеком. Прояви генерал чуть больше последовательности, и могло повториться то, что случилось в Париже в июне 1848 г., когда генерал Кавеньяк расстрелял из артиллерии демонстрацию рабочих и повернул события в пользу буржуазной монархии. Аналогичная акция, проведенная в Петрограде, также решила бы вопрос о власти в пользу буржуазии и помещиков, и новое правительство получило бы форму буржуазно-милитаристской диктатуры. Но Корнилов уступил и отвел воинские части в казармы.

Тогда же с помощью военной силы пытался решить вопрос о власти и представитель леворадикального лагеря Ф.Ф.Линде. Он привел к Мариинскому дворцу самую крупную и боеспособную воинскую часть Петроградского гарнизона - Финляндский полк с целью привлечь Временное правительство к ответу. Действия этого полка готовы были поддержать солдаты Измайловского, Кексгольмского, запасного ,180-го полков и моряки 2-го экипажа Балтийского флота, оказавшиеся в тот момент у Мариинского дворца. Ленин охарактеризовал выступление Линде и его сторонников так: несколько больше, чем вооруженная демонстрация, и несколько меньше, чем вооруженное восстание. Членам исполкома Петроградского Совета удалось удержать и Линде от последнего шага. А если такой шаг был бы сделан? В этом случае власть полностью перешла бы к Совету, в котором тут же усилилось бы леворадикальное крыло, а сам Совет неизбежно попал бы в руки Ленина и его сторонников. Страна оказалась на волоске от крупномасштабных насильственных акций, которые могли стать поворотными в судьбах революции. Однако попытки противоборствовавших лагерей установить буржуазно-милитаристскую или пролетарскую диктатуру провалились, но не прошли бесследно: в ходе апрельского кризиса сформировались условия, благоприятные для вызревания диктатуры в центристском стане.

 

Коалиционное Временное правительство

 

Как известно, в апрельские дни Временное правительство было реорганизовано на принципах коалиции. 5 мая в печати появился список членов нового кабинета министров. В нем значилось 10 представителей буржуазно-помещичьего лагеря и 6 министров-социалистов: П.Н.Переверзев, В.М.Чернов, И.Г.Церетели, М.И.Скобелев, А.В.Пешехонов и А.Ф.Керенский. Последнему достался самый весомый портфель военного и морского министра. Керенский одолел важнейшую ступень крутой лестницы, которая вела к высшей государственной власти, а оттуда было рукой подать до единоличной, по выражению В.М.Чернова, «персональной диктатуры».

Новый кабинет начал с того же, что и прежний, программного заявления. Декларация коалиционного правительства оказалась более яркой, социально заостренной и привлекательной. На ее содержании и форме отразились и отзвуки апрельских потрясений, и образ мышления мартовского поколения политиков, и стилистика Керенского. В истории русской революции открылась полоса воинственной демагогии, прямо сориентированной на деформацию общественного мнения и обман народа. Правительство заявляло, что оно будет «с полной решительностью проводить в жизнь идеалы свободы, равенства и братства, под знаменем которых создавалась великая российская революция». Если свести ее содержание к лозунгам, которые декларировались и ранее, то получался уже известный ряд требований: Мир, Земля, Хлеб. Коалиция возвращалась к программе, выдвинутой народом в период восстания против царизма, но не выполненной буржуазно-помещичьим правительством. Министры-социалисты пытались использовать народную программу для прикрытия своих подлинных целей и намерений. А то, что они имелись, выяснилось довольно скоро. Особенно быстро обнажили они свою суть в военной и внешнеполитической деятельности. Официально в первом же пункте декларации заявлялось, что министры будут добиваться всеобщего мира без аннексий и контрибуций на основе самоопределения народов, а на деле они сразу же занялись подготовкой наступления на фронте. Керенский приступил к разработке крупномасштабной наступательной операции, как только получил портфель военного и морского министра. Как известно, его авантюра закончилась катастрофой.

Не выдерживала критики и рабочая политика коалиционного правительства. В декларации по этому вопросу было обещано все, что могло удовлетворить и успокоить людей труда. Однако в этой сфере популизм и социальная демагогия проявились не менее наглядно, чем в вопросе о войне и мире. Новый кабинет оставил рабочих один на один с владельцами фабрик, заводов, мастерских. Рабочие, как и солдаты, быстро разочаровывались в политике правительства и смещались в леворадикальный лагерь, главным политическим требованием которого был лозунг «Вся власть Советам!».

 

Июльский кризис

 

Казалось, для правительства и его местных органов логичнее было бы на деле заняться выполнением программы, выдвинутой в ходе свержения самодержавия. Только так оно могло спасти свободу и демократию. Однако власти все больше скатывались на путь насильственного подавления народа. В стране быстро назревал новый политический кризис, невиданный за всю историю революции.

События развивались стремительно. 3 июля из правительства вышла группа министров - А.А.Мануйлов, Д.И.Шаховской, Н.В.Некрасов, А.И. Шингарев, П.Н.Переверзев, В.А. Степанов — все члены партии «Народной свободы». Согласно официальному заявлению, они делали это в знак протеста против уступок правительства Украинской Раде. В действительности, утверждал И.Г.Церетели, кадетская партия лишь использовала украинский вопрос в качестве предлога для политического демарша. На самом деле их поведение объяснялось другими причинами, главной из которых стала взрывоопасная обстановка в стране, ответственность за которую они пытались переложить на представителей социалистических партий.

К тому времени Петроград оказался на грани вооруженного восстания. К 3 часам дня к зданию Петербургского комитета РСДРП(б) явились солдаты пулеметного полка и поставили вопрос об отстранении Временного правительства и передаче государственной власти Советам. Тут же было созвано совместное заседание ЦК, ПК РСДРП(б) и военной организации этой партии, которое пришло к единому мнению: в сложившейся обстановке требовать смены власти преждевременно. Однако огромные массы рабочих и солдат уже вышли на улицы. К 10 часам вечера Петербургский комитет РСДРП(б) изменил свое прежнее решение и постановил возглавить движение. 4 июля события достигли кульминации. Развернулось полустихийное восстание в леворадикальном стане, не очень охотно поддержанное его лидерами. Страна оказалась перед угрозой установления диктатуры пролетариата.

Власти с согласия ЦИК Советов вызвали в столицу надежные части и вооруженным путем подавили рабочих и солдат. Тем самым была преодолена та грань, которая отделяла демократию от диктатуры. И этот переход сознавали те, которые делали такой ответственный шаг. «Я переживал глубокое душевное волнение, - писал впоследствии И.Г.Церетели, - когда мне пришлось в качестве министра внутренних дел перейти от слов к делу и применить репрессивные меры к тем, кто в прошлом были нашими товарищами в борьбе за свободу».

В тот же день, 4 июля, Керенский, находившийся в действующей армии, направил главе правительства Львову крайне резкую телеграмму: «Петроградские беспорядки произвели на фронте губительное, разлагающее действие. При таких условиях подготовлять наступление и нести за него ответственность невозможно. Категорически настаиваю на решительном прекращении предательских выступлений, разоружении бунтующих частей и предании суду всех зачинщиков и мятежников. Требую прекращения всяких дальнейших выступлений и военных мятежей вооруженной силой... Правительство должно немедленно опубликовать... сообщение о полном прекращении мятежей и о том, что все виновные понесут суровое возмездие».

Однако немедленного опубликования такого документа не получилось. Телеграмма потрясла Львова и своей ультимативностью, и резкостью, и бесцеремонностью. Какое-то время он находился в состоянии прострации. Лишь 6 июля министр-председатель подписал грозное и вместе с тем плохо продуманное постановление, согласно которому лица, уличенные в призывах к убийствам, разбою, грабежам и погромам, наказывались тюремным заключением на три года; в неисполнении распоряжений власти — заключением в крепости или тюрьме также на три года, а призывы к офицерам, солдатам и другим воинским чинам не исполнять приказы приравнивались к государственной измене. Подписав требуемый Керенским приказ, Львов подал в отставку.

На следующий день, 7 июля, А.Ф.Керенский возглавил правительство, которое действовало преимущественно насильственными методами. В стране установился диктаторский режим. Лидеры леворадикального лагеря считали его военной диктатурой, а деятели центристского лагеря — «революционной диктатурой». По нашему мнению, сущность режима, установившегося в ходе июльского кризиса, следует квалифицировать как правоцентристскую «демократическую диктатуру». Она возникла в центристском лагере на его правом фланге и включала в свой состав демократов типа Керенского, Церетели, Скобелева, Пешехонова и им подобных политиков. В момент его организационного оформления в правительстве не было даже кадетов.

Период демократии в России закончился. Временное правительство пренебрегло интересами большинства людей и пустило по ветру весь тот демократический потенциал, который нарабатывался в течение всего предшествующего периода. Именно в эти дни народовластие трансформировалось в диктатуру Временного правительства. Тем самым была исчерпана еще одна альтернатива, обозначенная в начале XX в., а именно существование России в форме демократической республики.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 |